авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 5 | 6 || 8 | 9 |   ...   | 10 |

«Российский государственный педагогический университет им. А. И. Герцена Юридический факультет ДИСКРИМИНАЦИЯ, ТЕРРОРИЗМ И ...»

-- [ Страница 7 ] --

Таким образом, пройдя длительный путь развития и формирования, международное частное право к настоящему времени представляет собой специфическую самостоятельную отрасль права, призванную регулировать частноправовые отношения, осложненные иностранным элементом.

Список рекомендуемой литературы 1. Бендевский Т. Международное частное право: Учебник / Пер. с македон.

С. Ю.Клейн;

Отв. ред. Е. А. Суханов. — М.: Статут, 2005. 446 с.

2. Ануфриева Л. П. Международное частное право: В 3 т. Т. 1.Общая часть: Учеб ник. — М.: БЕК, 2000. 288 с.

3. Гетьман-Павлова И. В. Международное частное право: Учебник. — М.: Эксмо, 2005. 752 с.

А. Ю. Кочин НОУ ВПО «Современная Гуманитарная Академия», Москва, Россия КОРРУПЦИЯ КАК СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОЕ ЯВЛЕНИЕ Given article is devoted a corruption problem in the Russian Federation. In article the corruption analysis is resulted, the essence of corruption reveals.

Коррупция, равно как организованная преступность, наркобизнес или терроризм, — сложные социальные явления, вокруг которых сложилось множество мифов, популистских политических игр, а потому нуждающих ся в объективном (насколько это возможно) исследовании.

В современном мире коррупция стала привычной составляющей во всех областях государственного аппарата вне зависимости от направленности его деятельности: от откупа от службы в армии до дачи взяток для устройства ребенка в детский сад.

Сегодня масштабы коррупции таковы, что не просто оказывают влия ние, а подчас формируют моральный климат в обществе, по сути, пред ставляя собой прямую угрозу безопасности страны. Ведь торговля властью привела к тому, что нередко при принятии решений приоритет отдается не государственным, а узкокорыстным интересам. А методы борьбы с коррупцией устарели и не дают должного эффекта.

Коррупция — сложное явление социальной жизни, которое захватыва ет многие сферы жизнедеятельности человека: экономическую, политиче скую, моральную и др. В средствах массовой информации тема широкого распространения коррупции в России и коррумпированности различных социальных институтов и сфер жизни общества звучит постоянно. Однако большинство СМИ не пытаются глубоко и серьезно анализировать не только причины возникновения и широкого распространения коррупции в россий ском обществе, но и само понятие коррупции, которое имеет неоднознач ное истолкование. Неудивительно, что и граждане нашей страны не имеют ясного и определенного представления о том, какие явления относятся к понятию «коррупция». По данным опроса, проведенного ВЦИОМ (Всерос сийским центром изучения общественного мнения) в 1999 г., можно выде лить два различных толкования термина «коррупция» — узкое и широкое.

Коррупция в узком понимании существует где-то в высших эшелонах власти, сопровождается хищением огромных средств членами организо ванных преступных группировок, проникших во власть или тесно связан ных с ней. Граждане страны никакого влияния на эти сферы общества ока зать не могут, а следовательно, «бороться с коррупцией невозможно».

Широкое понимание коррупции включает, во-первых, представления о любом использовании государственными служащими служебного положе ния в личных целях и, во-вторых, представление о коррупции как замени теле неработающих законов в обществе, некоем компромиссном явлении, регулирующем всю жизнь общества. Приведем некоторые определения коррупции, данные российскими экспертами.

Г. Н. Борзенков определил коррупцию «как разложение управленче ского аппарата, основанное на использовании чиновниками своего служеб ного положения в корыстных целях» [1. С. 30].

А. И. Долгова пишет: «Коррупция — это социальное явление, харак теризующееся подкупом-продажностью государственных или иных слу жащих и на этой основе корыстным использованием ими в личных либо в узкогрупповых, корпоративных интересах официальных служебных пол номочий, связанных с ними авторитета и возможностей» [2. С. 14].

Определение П. А. Кабанова гласит: «Коррупция —...социальное яв ление, заключающееся в корыстном использовании должностным лицом органов государственной власти и управления своего служебного положе ния для личного обогащения» [3. С. 7].

В. С. Комиссаров вывел определение коррупции как «использование субъектом управления своих властных полномочий вопреки интересам службы из личной заинтересованности» [4. С. 28].

Г. К. Мишин пишет: «...Коррупция — это явление в сфере социального управления, выражающееся в злоупотреблении субъектами управления своими властными полномочиями путем их использования в личных (в широком смысле — индивидуальных и групповых, материальных и иных) целях» [5. С. 12].

По мнению группы авторов, в которую входят Г. А. Сатаров, М. И. Ле вин, М. Л. Цирик, коррупция — это «злоупотребление служебным положе нием в корыстных целях» [6].

В Толковом словаре русского языка С. И. Ожегова и Н. Ю. Шведовой дается такое определение термина «коррупция»: «Коррупция — это мо ральное разложение должностных лиц и политиков, выраженное в неза конном обогащении, взяточничестве, хищении и срастании с мафиозными структурами» [7].

В соответствии с Федеральным законом «о противодействии корруп ции» № 273-ФЗ от 25 декабря 2008 г. понятие «коррупция» рассматривает ся как «злоупотребление служебным положением, дача взятки, получение взятки, злоупотребление полномочиями, коммерческий подкуп либо иное незаконное использование физическим лицом своего должностного поло жения вопреки законным интересам общества и государства в целях полу чения выгоды в виде денег, ценностей, иного имущества или услуг имуще ственного характера, иных имущественных прав для себя или для третьих лиц либо незаконное предоставление такой выгоды указанному лицу дру гими физическими лицами, а также совершение этих деяний от имени или в интересах юридического лица».

Социальная сущность коррупции (от лат. corruptio — порча, испор ченность) выражается в деградации аппарата публичной власти. Коррум пированный аппарат непригоден для выполнения функций государства, и бесполезен для общества. В аналитическом докладе общественного фонда «Информатика для демократии» «Россия и коррупция: кто кого» [8] приве дено несколько примеров, которые можно отнести к ситуациям, обычно описываемым термином «коррупция».

1. Когда командующий округом строит себе дачу за счет государст венных средств (материалы, техника, военнослужащие), он действует не один и попадает в определенную зависимость от других лиц, вовлеченных в строительство и его обеспечение.

2. Когда чиновник, обязанный по закону принять определенное реше ние по отношению к некоторому лицу (скажем, выдать лицензию на какой либо вид бизнеса) создает для этого искусственные незаконные преграды, он тем самым понуждает своего клиента к даче взятки, что часто и проис ходит.

3. Чаще всего под коррупцией (в узком смысле слова) понимают си туацию, когда должностное лицо принимает противоправное решение (иногда решение, морально не приемлемое для общественного мнения), из которого извлекает выгоду некоторая вторая сторона (например, фирма, обеспечивающая себе благодаря этому решению государственный заказ вопреки установленной процедуре), а само должностное лицо получает не законное вознаграждение от этой стороны.

4. Наконец, бывают ситуации, когда чиновника вынуждают под давле нием или при помощи шантажа принять незаконное решение. Обычно это случается с уже затянутыми в преступную деятельность чиновниками, ко торые, поддаваясь давлению, фактически получают одну простую выгоду — их не разоблачают.

Иными словами, из форм (проявлений) коррупции следует отметить:

взяточничество, фаворитизм, непотизм (кумовство), протекционизм, лоб бизм, незаконное распределение и перераспределение общественных ресурсов и фондов, незаконное присвоение общественных ресурсов в лич ных целях, незаконная приватизация, незаконная поддержка и финансиро вание политических структур (партий и др.), вымогательство, предостав ление льготных кредитов, заказов, знаменитый русский «блат» (использо вание личных контактов для получения доступа к общественным ресурсам — товарам, услугам, источникам доходов, привилегиям, оказание различ ных услуг родственникам, друзьям, знакомым) и др.

Итак, об опасности коррупции, разъедающей государство и общество, уже сказано и написано немало. Она ведет к экономической неэффективно сти и неоправданным расходам. Прибыль, полученная через коррупцион ные связи, в основном используется в секторе потребления.

В связи с этим следует подчеркнуть, что необходимо провести даль нейшее изучение этой проблемы и сформулировать предложения о совер шенствовании законодательства в целях эффективной борьбы с коррупцией и необходимо разработать и представить научно-практические рекоменда ции по их дальнейшему применению на практике.

Список рекомендуемой литературы 1. Борзенков Г. Н. Уголовно-правовые меры борьбы с коррупцией // Вестник Мос ковского университета. Сер. 11. Право. 1993. № 1. С. 30.

2. Криминология: Учебник для юридических вузов / Под общ. ред. А. И. Долго вой. — М., 1997. С. 501.

3. Кабанов П. А. Коррупция и взяточничество в России: исторические, кримино логические и уголовно-правовые аспекты. — Нижнекамск, 1995. С. 7.

4. Комиссаров В. С. Уголовно-правовые аспекты борьбы с коррупцией // Вестник Московского университета. Сер. 11. Право. 1993. № 1. С. 28.

5. Мишин Г. К. Коррупция: понятие, сущность, меры ограничения. — М., 1991.

С. 12.

6. Россия и коррупция: кто кого? // Российская газета. 1998. 19 февраля.

7. Ожегов С. И., Шведова Н. Ю. Толковый словарь русского языка. — М.: Азбу ковник, 1999.

8. Россия и коррупция: кто кого. Аналитический доклад общественного фонда «Информатика для демократии» (фонд ИНДЕМ) //http://www.indem.ru/indemfond/indfp2_r.html Е. Б. Крылова УО «ВГУ имени П. М. Машерова», Витебск, Беларусь ФОРМИРОВАНИЕ МЕЖКОНФЕССИОНАЛЬНОЙ ТОЛЕРАНТНОСТИ (на примере республики Беларусь) Modern world gives us many acute problems, especially on the area of un derstanding, interaction and patience between nations and confessions. The Re public of Belarus has positive experience in a deal of interaction of main confes sions. Understanding between believers is one of the main reasons for a state stability.

Условия развития современного мира свидетельствуют об усложнении межрелигиозных и межнациональных отношений. Религиозный фактор во многих государствах используется в политических целях для разделения общества по конфессиональному признаку и провоцирования конфликтов на религиозной почве. В настоящее время опасными тенденциями являют ся религиозный экстремизм, участие религиозных организаций в полити ческой деятельности, расколы внутри самих религиозных объединений, рост популярности неокультов и псевдорелигиозных организаций. Данные явления свидетельствуют о дестабилизации конфессиональной сферы и утрате контроля со стороны государства за деятельностью религиозных ор ганизаций.

В создании и сохранении ситуации веротерпимости и взаимного ува жения между верующими разных конфессий большая роль принадлежит как присущим народу чертам, так и эффективной государственной полити ке в конфессиональной сфере и той конструктивной позиции, которую за нимают лидеры религиозных организаций.

Республика Беларусь — многоконфессиональное государство. В стране зарегистрировано 25 религиозных конфессий и направлений. После долгих и упорных усилий, предпринимаемых основными религиозными конфес сиями для борьбы с распространением сект, в законодательстве страны бы ло сформулировано понятие традиционных для Беларуси религий, к кото рым отнесены православие, католицизм, лютеранство, иудаизм и ислам.

Общая численность религиозных организаций в настоящее время дос тигла 3218. По состоянию на 1 января 2009 г. в республике зарегистриро ваны 3062 религиозные общины. Ведущее место в религиозной жизни страны занимает Белорусская православная церковь, которая объединяет 1473 православных прихода, 11 епархий, 5 духовных учебных заведений, 31 монастырь, 14 братств, 9 сестричеств. Действуют 1274 православных храма, еще 152 строятся. Римско-католическая церковь объединяет четыре епархии, которые насчитывают 467 общин. В Беларуси действует 9 миссий и 8 монастырей Римско-католической церкви. Имеется 451 костел, еще строятся. Протестантские религиозные организации представлены 992 ре лигиозными общинами, 22 объединениями, 22 миссиями и 5 духовными учебными заведениями. В нашей стране также зарегистрированы 32 рели гиозные общины старообрядцев, в распоряжении которых находится культовых зданий. Действуют 3 иудейские религиозные объединения, кото рые насчитывают 46 общин и располагают 7 культовыми зданиями [1. С. 14].

Многовековые традиции мирного сосуществования различных рели гий, богатый опыт развития связей и контактов между ними способствова ли формированию таких признаков современного белорусского общества, как веротерпимость, открытость к диалогу, отсутствие конфликтов и про тиворечий на религиозной почве. Поликонфессиональная структура бело русского общества складывалась на протяжении более чем тысячелетней истории. На белорусских землях с момента принятия в X веке христианст ва особенное значение имела Православная церковь. Католическая церковь, распространившаяся в Великом княжестве Литовском четыре столетия спустя, оказала существенное влияние на историю и культуру страны.

Движение Реформации в XVI в. привело к образованию на территории Бе ларуси протестантских направлений — лютеранства и кальвинизма. Еще раньше, в конце XIVXV вв., на землях ВКЛ поселились мусульмане и иудеи.

В настоящее время в Республике Беларусь активно развивается диалог между конфессиями. Например, в 2007 г. была проведена международная научная конференция «Диалог христианства и ислама в условиях глобали зации». В этом же году главы основных религиозных конфессий Беларуси подписали «Декларацию социального партнерства в области ВИЧ/СПИД», которая является основой совместной деятельности религиозных и обще ственных организаций в решении острой проблемы борьбы со СПИДом. В 2008 г. в столице нашего государства, Минске. Была проведена междуна родная конференция «Христианский ответ на ВИЧ: теория и практика». В этом же году произошла встреча Митрополита Минского и Слуцкого, Пат риаршего Экзарха всея Беларуси Филарета с Государственным секретарем Ватикана, на которой обсуждались вопросы взаимодействия Православной и Римско-католической церквей на территории Беларуси. Также в 2008 году с целью развития диалога, укрепления мира и согласия в нашей стране соз дан Консультативный межконфессиональный совет, в состав которого во шли руководители большинства республиканских религиозных объедине ний [1. С. 18].

К сожалению, общество не может быть застраховано, например, от появления таких людей, которые, ссылаясь на религиозный авторитет, при зывают к беззаконию, совершают действия, несовместимые с законода тельными нормами, с понятиями морали, человечности. Поэтому необхо димо учитывать положительный опыт взаимодействия и сотрудничества представителей различных конфессии и полагаться на благоразумие каждо го отдельного человека.

Список рекомендуемой литературы 1. Гуляко Л. П. Уникальный опыт Беларуси// Беларуская думка. 2009. № 5.

С. 1419.

Р. М. Ламзин, ФГОУ СПО ВГКУ и НТ, Волгоград, Россия ОРГАНЫ МЕСТНОГО САМОУПРАВЛЕНИЯ В ПРОЦЕССЕ ДЕМОКРАТИЗАЦИИ РЕГИОНАЛЬНЫХ ПОЛИТИЧЕСКИХ ОТНОШЕНИЙ In article the role of system of local government as one of elements of re gional sociopolitical relations is defined. Peculiar features of activity represen tative and executive powers of local government in the course of definition and elimination of existing public problems are established. There is an analysis of possibilities of creation of effective forms of co-operation of local population, local governments and regional public authorities. The short description of existing problems in local government development in territory of subjects of the Russian Federation is made.

Эффективность проводимых политических реформ на региональном уровне государственной власти тесно связана с созданием механизма раз работки и реализации политических решений, соответствующих интересам развития общества. Необходим всесторонний учет специфики развития от дельных территорий в субъектах РФ для нахождения наиболее приемле мых путей решения сложившихся социально-политических проблем.

Устойчивой основой такого учета является определение различных форм местного самоуправления в качестве одного из важнейших условий со трудничества институтов политической власти и общества на региональ ном уровне.

Процесс демократизации регионального политического пространства во многом зависит от степени социально-политической активности органов местного самоуправления и непосредственно местного населения в проис ходящих политических процессах.

Осуществление местного самоуправления выступает благоприятной основой для выявления и использования имеющихся местных возможно стей и ресурсов в целях решения многих стоящих проблем и трудностей без вмешательства государственной власти или при минимальном вмеша тельстве со стороны государственных структур.

Местное самоуправление способно лучше определить особенности существующих трудностей в жизни населения с учетом множества мест ных особенностей. Существуют благоприятные условия для восприятия интересов и инициатив общественных организаций и самостоятельных групп, возникших в соответствии с интересами местного населения.

Деятельность выборных органов местного самоуправления представ ляет собой опосредованную форму деятельности местных сообществ.

В этом случае важен устойчивый контакт выборных должностных лиц и избирателей в целях своевременного восприятия на уровне местной власти общественных инициатив. Порядок разработки и принятия управленческих решений может увязываться с вопросами местного значения, возникающими в отдельных поселениях. В связи с этим могут рассматриваться конкретные варианты решения данных вопросов.

В настоящий момент велика роль государственной власти в процессе укрепления системы муниципального управления через установление эко номических и организационных гарантий реализации самоуправления на отдельных территориях.

Значительный характер имеет развитие государственной политики по развитию деятельности местного самоуправления путем усовершенствова ния законодательной базы, которая необходима для правового регулирова ния функционирования муниципальных органов власти. Требуется прове дение такой политики федеральной и региональной государственной вла сти по поддержке развития местного самоуправления, в соответствии с которой были бы созданы предпосылки для создания устойчивого граж данского общества в России. Необходимо создать условия для формирова ния гражданской инициативы и достижения тесного взаимодействия обще ства и государственной власти в целях воплощения на практике провоз глашенных принципов демократии.

Становление демократического строя неотделимо от полноправной системы местного самоуправления, включенной в процессы организации жизни в отдельных поселениях и районах субъектов РФ.

«Цель демократии — достижение предельного разнообразия полити ческой и социальной жизни общества» [2. С. 42]. Происходит раскрытие самых разных «политических мнений и идеологических подходов к реше нию общественных и государственных задач» [2. С. 42]. Демократический политический процесс основывается на равных возможностях и правах граждан в сфере управления делами общества и государства, и прежде все го на местном уровне власти.

«Чрезмерная централизация государственной власти, не учитывающая местных условий, не обладая гибкостью, динамичностью и соответственно способностью оперативно реагировать на проблемы, возникающие на мес тах, не всегда способна в должной мере учитывать многообразие природ но-географических, социально-экономических, этнонациональных, кон фессиональных и иных факторов» [3. С. 46]. Оптимальный путь разреше ния данной проблемы состоит в децентрализации государственной власти, предоставлении местным органам самоуправления оптимально возможных властных полномочий в системе эффективного регулирования обществен ных отношений.

Современное демократическое государство не может развиваться и успешно справляться со своими задачами без действующей системы мест ного самоуправления. Особенно демократический порядок построения от ношений власти и общества важен в отдельных регионах и муниципалитетах, в которых происходит тесное соприкосновение власти и общественности.

«Как сказано в преамбуле Европейской хартии местного самоуправле ния, органы местного самоуправления являются одной из главных основ демократического государства. Существование наделенных реальными полномочиями органов местного самоуправления обеспечивает одновре менно эффективное и приближенное к гражданам управление» [1. С. 26].

Список рекомендуемой литературы 1. Алиев Т. З. Местное самоуправление как демократический институт власти // Власть. 2008. № 8. С. 2429.

2. Галкина Е. В. Демократия и гражданское общество (поиск оптимальных моде лей и путей развития) // Власть. 2009. № 4. С. 4245.

3. Шамхалов М. А. Взаимосвязь государственной власти и местного самоуправ ления // Власть. 2009. № 4. С. 4650.

К. А. Леванова, Кубанский госуниверситет, Краснодар, Россия ИСЛАМСКИЙ ФУНДАМЕНТАЛИЗМ И ЛАИЦИЗМ В ТУРЦИИ В КОНЦЕ ХХ — НАЧАЛЕ ХХI в.

From the beginning of the XX th century religion has been separated from the Turkish state. But Islam is the religion of Turkish people and Islamic fun damentalism is quite powerful stream in political life of the country. The last decades of XX century have demonstrated hot ideological and political struggle.

Who will win?

Турция — единственная из мусульманских стран, светский характер которой закреплен в конституции. Ныне действующая конституция 1982 г.

устанавливает, что Турецкая Республика является «демократическим свет ским и социально-правовым государством» (ст. 2), причем упомянутые по ложения не могут бить изменены, также «не могут вноситься и предложе ния об изменениях» (ст. 4) [1. С. 294369.]. Заложенный К. Ататюрком в основу государственной политики лаицизм, то есть отделение мечети от государства, претерпел значительные изменения под давлением активизи ровавшихся происламских сил. После третьего государственного переворо та в 1980 г. была совершена попытка остановить исламизацию общества.

Активно в этом направлении действовал президент республики К. Эврен, запретивший функционирование экстремистских религиозных организа ций [8. С. 74]. Иную позицию занимал премьер-министр Т. Озал, сменив ший К. Эврена на посту президента республики в ноябре 1989 г. По его мнению, «ислам является главным связующим фактором, когда речь идет о национальном единстве страны» [5. С. 35].

Политика правительства в конце ХХ в. в Турции в религиозном во просе была половинчатой и не до конца последовательной. Несмотря на запрет военных на деятельность исламистов в армии и в политической жизни страны, не было введено никаких ограничений на преподавание ис лама в школах, вузах и духовных училищах, а также на строительство культовых учреждений. С 1980 по 1994 г. в Турции было открыто около 60 тыс. новых медресе и курсов по изучению Корана. Выпускники медресе получили доступ в светские университеты и государственные учреждения.

С помощью государства строилось по 15 00 мечетей в год, и их число вы росло до 65 000 в 1988 г., то есть по 1 мечети на каждых 800 жителей Тур ции [2, 95]. В 1986 г. был принят закон, который предусматривал наказание «за богохульство»: оскорбление ислама и его священной книги — Корана [5, 37]. В начале 1990-х гг. участились попытки исламистских кругов лега лизовать атрибутику ислама.

Для возрождения ислама в Турции существует благодатная почва.

Среди всех слоев населения еще сильна историческая память о 400-летнем халифате, когда османский султан-халиф олицетворял духовную власть над мусульманами-суннитами всего мира. Дважды, запрещались исламские по литические партии созданные Н. Эрбаканом, но каждый раз они возрожда лись под новыми названиями. В июле 1983 г. образовалась происламская Партия благоденствия («Рефах»). После возвращения политических прав преследовавшемуся властями Н. Эрбакану в результате референдума в сен тябре 1987 г. он был избран генеральным секретарем Партии благоденст вия и стал одной из ключевых фигур на политической арене Турции [4.

С. 273]. Лидеры Партии благоденствия не скрывали своих целей: в области внутренней политики они выступали в защиту малого и среднего, но не пременно национального бизнеса, за освобождение «от пут» западного ка питала, за построение в стране исламского государства, за руководство в жизни законами шариата. Во внешней политике партия Н. Эрбакана вы ступала против вступления Турции в Европейский союз, против членства в НАТО, за создание исламского Общего рынка и Исламской организации объединенных наций, где Турции, конечно же, гарантирована ведущая роль. За эту программу проголосовали почти пятая часть избирателей страны. Борьба фундаменталистов и последователей ататюркизма привела к тому, что Н. Эрбакан в июне 1997 г. был отстранен от власти, а в январе 1998 г. Конституционный суд Турции принял решение запретить проислам скую Партию благоденствия [6. С. 270]. 22 июня 2001 г. Конституционный суд постановил запретить деятельность в Турции созданной партии «Фази лет» как преемницы запрещенной партии «Рефах»[6. С. 273]. Однако в на чале августа 2001 г. в Афьоне была создана новая исламистская партия — Партия справедливости и развития во главе с Р. Т. Эрдоганом. На выборах осенью 2002 г. ситуация изменилась в пользу исламистов, победу одержала Партия справедливости и развития. Правительство турецких исламистов сразу же столкнулось с рядом серьезнейших проблем. В 20022003 гг. ост ро встал сложнейший для исламистов вопрос о поддержке США и их со юзников в войне против исламского Ирака, кипрская проблема, смены век тора внешнеполитической активности с Израиля на арабские и исламские страны. Что касается внутриполитической ситуации в стране, то Партия справедливости и развития планомерно проводит мероприятия по расши рению своей электоральной базы и увеличению числа выпускников ислам ских учебных заведений среди политической элиты страны. Одним из пер вых шагов после прихода к власти исламистов было внесение на обсужде ние законопроекта реформ системы народного образования, предусматри вающего постепенно интеграцию системы религиозного образования в го сударственную общеобразовательную систему.

Сегодня ислам в Турции приобретает все большее влияние на различ ные аспекты жизни турецкого общества. Находящаяся в настоящее время у власти в Турции происламистская Партия справедливости и развития во главе с Р. Эрдоганом получила большинство на прошедших летом 2007 г.

парламентских выборах, а президентом страны в августе 2007 г. был из бран Абдуллах Гюль, непосредственный основатель и создатель Партии справедливости и развития. Действия правящей партии ведут к значитель ному усилению в обществе происламских настроений, которые наблюда лись в Турции в 19961998 гг. при правительстве Н. Эрбакана, когда в го сударственных учреждениях женщинам было разрешено носить «тюрбан», а ведущие политики демонстрировали в обществе свои связи с лидерами различных радикальных религиозных организаций, внешняя политика в значительной степени была переориентирована на развитие отношений с исламскими странами. Ныне исламисты добились большого успеха и в по литике, и в экономике. Ими достигнута договоренность о трехстороннем сотрудничестве США, Ирака и Турции по вопросу курдской проблемы, на блюдается стабильный рост ВВП и повышение уровня жизни населения.

Такие факторы, как энтузиазм по поводу вступления в Европейский союз, рост гражданского общества, независимые средства массовой информации, технология телекоммуникаций, спутники, Интернет, глобализация, запад ная поддержка и помощь, являются все динамично взаимосвязанными фак торами, переплетающимися в процессе преобразования турецкого общест ва, несмотря на сопротивление исламистов. Большинство населения в Тур ции стремится к вступлению в Европейский союз, открытому к диалогу с другими народами, отличающимися иными культурными и религиозными особенностями, и не находит конфликта между исламом и модернизмом.

Остановить сползание страны к исламизму (имеется в виду не исповедова ние исламской религии, а теократическое устройство государства) путем расширения либерализма, как показывают события последних лет, не уда ется. Это наглядно иллюстрирует ряд побед исламистской Партии справед ливости и развития на парламентских и муниципальных выборах послед них лет и чередующее друг друга пребывание двух ее лидеров (Н. Эрбака на и Р. Эрдогана) на посту премьер-министра Турции. Более того, соседний с Турцией экономически сильный Иран оказывает довольно существенное воздействие на восставший против Запада Ирак и почти весь Средний и Ближний Восток в контексте их медленного, но верного погружения в пу чину исламизма. И Турции, несмотря на прочную прозападную ориента цию и многолетнюю интегрированность в североатлантические военно политические структуры, в силу пока еще демографического преобладания аграрного населения, сильно подверженного религиозной экзальтации, укрепляющей происламистский крен в обществе, сложно будет противо стоять этому влиянию.

Итоги более чем восьмидесятилетней эволюции республиканского режима в стране свидетельствуют, что конфликт между лаицизмом и исла мизмом так и не завершился полным утверждением светских норм в жизни общества. Пройдя этапы существенных метаморфоз, политический ислам обрел новый облик, новую силу и влияние, стал, по признанию светских лидеров страны, угрозой для ее внутренней безопасности и существова нию Турции как светского государства [6. С. 263].

Список рекомендуемой литературы 1. Конституция Турецкой Республики // Турецкая Республика. Справочник. — M., 1990. С. 294369.

2. Дружиловский С. Б. Религия и политика в современной Турции // Ближний и Средний Восток. История и современность. — М., 1995.

3. Кылычбейли Э. Экономические предпосылки прихода к власти исламистов // Азия и Африка сегодня. 1997. № 3.

4. Киреев Н. Кризис политического ислама в Турции: раскол движения Милли ге рюш // Ближний Восток и современность. — М., 2003. Вып. 20.

5. Старченков Г., Тураджев В. Ислам обретает второе дыхание // Азия и Африка сегодня. 1994. № 2.

6. Турция между Европой и Азией. Итоги европеизации на исходе ХХ в. — М., 2001.

7. Ульченко Н. Альтернативы хозяйственного развития // Азия и Африка сегодня.

1997. № 4.

8. Фадеева И. Л. Ислам в общественно-политической жизни современной Турции // Турция. История, экономика, политика. — М., 1995.

Д. Е. Левашов СГСЭУ, Саратов, Россия ОПЫТ ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ ЦАРСКОЙ АДМИНИСТРАЦИИ СО СВЯЩЕННОСЛУЖИТЕЛЯМИ НЕПРАВОСЛАВНЫХ ИСПОВЕДАНИЙ В НАЧАЛЕ XX века The article analyzes the experience of the interaction between the admini stration of Russian Empire and the clergies of not orthodox confessions in the beginning of the 20th century. On the one hand the orthodoxy was the most widely spread confession in Russia and it’s positions as the official creed were protected by the law, but on the other hand the multinational population be longed to different creeds. Government was forced to take into consideration the national and confessional problems, closely interrelated with the problems in other spheres. In these circumstances the interaction with the traditional cler gies of not orthodox confessions was an important part of the governmental in terior policy.

Начало XX в. было одним из сложнейших периодов истории нашей страны. Общественные катаклизмы происходили параллельно с серьезны ми изменениями мировоззренческих и этических позиций ее населения.

Ситуацию усугубляла сложная конфессиональная структура населения Российской империи, в пределах которой были представлены крупнейшие религии и ответвления от них [15. С. 5455].

При проведении этно-конфессиональной политики администрация ис ходила из особого положения православия как «первенствующей и господ ствующей в Российской Империи веры»[8. С. 6], которой придерживалось 69,4% населения страны [15, 55]. Попытки обращения подданных других исповеданий предпринимались на различных исторических этапах, однако о полном обращении в православие говорить не приходилось. Царская ад министрация была вынуждена проводить гибкую политику по урегулиро ванию конфессиональных отношений, от которых во многом зависело по ложение в стране. В начале XX в. ситуация в этой сфере диктовала необхо димость взаимодействия администрации с неправославным духовенством.

Зачастую контакты сельских «инородцев» и «иноверцов» с представителя ми администрации были ограничены, носили эпизодический характер [6.

С. 1-8]. Духовенство являлось оптимальным посредником между админи страцией и «иноверческим» населением.

Духовенство различных конфессий входило в состав единого неподат ного духовного сословия, освобождаемого от военной службы и телесных наказаний [14. С. 100], большая часть которого составляли лица духовного звания православного исповедания. Так, в 1903 г. в Саратовской губернии при общей численности сословия в 11 489 чел. православное духовенство насчитывало 10,034 чел. (87,34%). Нередко неправославные священнослу жители концентрировались в поселениях с большим количеством предста вителей своей конфессии. Подобная ситуация была характерна для му сульман губернии, большая часть которых приходилась на татарские де ревни ее северных уездов. Мусульманское духовенство на территории ре гиона уступало только православному. В 19021905 гг. его численность выросла на 9,18%, составив 1,296 чел. [9;

11]. Священников лютеранского и католического исповеданий было немного. Так, в 1914 г. на все население немецких колоний (около 500 тыс. чел.) приходилось 76 пасторов и 3 кан дидата[14. С. 102]. Численность иудейского духовенства также была не большой. Статистика указывала на отсутствие иудейских священников в губернии, однако, хорошо известно, что должность раввина в начале 20 в.

занимал А. Шульман [4. С. 12]. Духовные лица, исповедовавшие иудаизм, распределялись по губернии в соответствии с распределением массы ве рующих и «молелен для лиц иудейского закона» (в городах Саратов и Ца рицын) [11]. Неправославному духовенство часто приходилось бороться с религиозными направлениями, отклоняющимися от традиционного. Так, острые формы приняла борьба сторонников традиционного (кадимизм) и обновленческого (джадидзм) движений среди российских мусульман [12.

С. 17]. В этом случае традиционные направления основных конфессий опирались на поддержку властей.

На низовом уровне утвержденный священнослужитель, хорошо зна комый с паствой и выполнявший широкий круг функций был призван обеспечивать взаимодействие своих прихожан с администрацией. Опира ясь на помощь администрации, имел возможность контролировать на строения паствы. Однако администрация по возможности ограничивала вмешательство в дела конфессий [12. С. 19]. «Иноверные» подданные име ли право обращаться к администрации за защитой в случаях ущемления своих прав духовными лицами, что неоднократно имело место среди му сульман Саратовской губернии [3. С. 1].

Систему управления конфессиями возглавлял департамент духовных дел иностранных исповеданий МВД. Нормы избрания и утверждении кан дидатов на неправославные духовные должности излагались в Уставе ино странных исповеданий [4. С. 21]. Так, от претендентов на духовные долж ности мусульманского исповедания требовались документы, подтвер ждающие знания основ мусульманского вероучения, явку к исполнению воинской повинности и уплату гербового сбора [3. С. 7]. Надежность «в нравственном и политическом отношениях» лиц духовного сословия при их утверждении на должность проверяли губернские правления и полиция [5. С. 516]. Помимо общих положений действовали и специальные нормы.

Так, при назначении иудейских священнослужителей Саратовской губер нии использовалась «Инструкции о порядке производства выбора уполно моченных от еврейских молитвенных обществ для избрания раввинов и их помощников» [4. С. 19]. Важную роль играли местные установления. К примеру, в 1880-е гг. Саратовским губернским правлением были приняты предписания о разрешении баптистского богослужения [5. С. 5]. 24 июня 1892 г. был издан циркуляр губернатора о благонадежности лиц, избирае мых на должности магометанского духовенства [5. С. 10]. Иногда возника ли затруднения, связанные с неясностью законодательных норм. Таким бы ло дело о назначении раввина Саратовской губернии, которое разрешалось с 1904 по 1910 гг. [4. С. 141].

Эффективность взаимодействия с неправославным духовенством по нижалась в силу целого ряда обстоятельств. Так, сторонники различных взглядов на дальнейшие пути развития своих соплеменников и единовер цев могли относиться к одному приходу, в результате священники испыты вали трудности во отношениях с прихожанами. Например, среди мусуль ман получило распространение мнение о том, что их священнослужители больше заботятся «о русских интересах, чем о татарских» [1. С. 2]. Непри язнь вызывал и казенный характер управления духовными делами [15.

С. 60].

Остро стоял вопрос о лояльности к власти неправославного духовен ства. Одной из основных причин тому являлось существование у неправо славных конфессий религиозных центров и больших масс единоверцев за рубежом, что вызывало серьезные опасения у власти. Отношения с «ино верцами» приобретали особую сложность, что проявлялось в страхе перед панисламизмом или перед «всемирным еврейством». Особенно трудными эти отношения становились в периоды внутренних конфликтов и войн.

Так, в период между революциями духовные неправославные конфессии и их лидеры являлись объектами пристального внимания полиции [2. С. 58].

Подозрения в нелояльности представителей различных конфессий и на родностей усилились в период Первой мировой войны, в отношении что было особенно характерно в отношении немцев, включая как лютеран, так и католиков. Часто обвинения в адрес священников-католиков были связа ны с военной истерией, но конкретные поводы для подобного рода подоз рений давали и они сами. Так, католический пастор Флек в Саратовской ка толической духовной семинарии призывал учащихся молиться за успехи не мецкого оружия, за что прихожане пожаловались на него епископу [14, 4].

Таким образом, ставка на взаимодействие с духовенством неправо славных исповеданий в Российской империи была оправданной мерой, на правленной на налаживание взаимодействий с ее поликонфессиональным населением. Конкретные исторические реалии и сложности в различных сферах, прямо или косвенно влияющих на этноконфессиональные пробле мы, определили неоднозначный характер данного курса. Однако с учетом особенностей национальных и конфессиональных отношений на террито рии России можно утверждать, что данный курс был оптимальным и в це лом оправдал себя.

Список рекомендуемой литературы 1. ГАСО. Ф.1.Оп.1. Д.8515.

2. ГАСО. Ф.1. Оп.1. Д.8551.

3. ГАСО. Ф.2. Оп.1. Ед. хр. 8408.

4. ГАСО. Ф.2. Оп.1. Ед. хр. 8609.

5. ГАСО. Ф.2. Оп.1. Ед. хр. 8712.

6. ГАСО. Ф.2. Оп.1. Ед. хр. 9884.

7. ГАСО. Ф.579. Оп.1. Ед. хр. 13.

8. Свод Основных Государственных Законов. Т. 1. Часть 1. Изд. 1906 г. Раздел 1.

9. Статистический обзор Саратовской губернии за 1902 г. — Саратов, 1903.

10. Статистический обзор Саратовской губернии за 1903 г. — Саратов, 1904.

11. Статистический обзор Саратовской губернии за 1905 г. — Саратов, 1905.

12. Аршаруни А. М., Габиддулин Х. Очерки панисламизма и пантюркизма в России.

— М.: Безбожник, 1931. 138 с.

13. Бич. Еженедельный сатирическо-юмористический журнал. 1916. 24 июля. № 1.

С. 4.

14. Лиценбергер О. А. Римско-католическая и евангелическо-лютеранская церкви в России: сравнительный анализ взаимоотношений с государством и обществом (XVIII — начало XX в.): Дис. … д-ра ист. наук. — Саратов, 2005.

15. Первая революция в России: взгляд через столетие. — М.: Памятники истори ческой мысли, 2005. 602 с.

16. Цаликов Ах. Кавказ и Поволжье. Очерки инородческой политики и культурно хозяйственного быта. — М., 1913. 184 с.

В. А. Лось, РАГС при Президенте РФ, Москва, Россия ЕВРАЗИЙСКАЯ МОДЕЛЬ КАК ПРОГНОСТИЧЕСКАЯ ОРИЕНТАЦИЯ МИРОВОЙ КУЛЬТУРЫ In the article is presented the author's concept of uniform understanding of essence of religion. According to the concept are offered the variants of mean ingful dialogue of outlooks and creeds.

На протяжении двух тысячелетий именно западная социокультурная модель определяла исторический динамизм мировой цивилизации. Хри стианский антропоцентризм обусловил эффективность социокультурной экспансии западной модели развития.

Доминирование культуры европейского типа (Pax European) в течение длительного исторического периода, особенно последние три столетия, оп ределяло вектор мирового динамизма. Западноевропейские стереотипы по лучили специфическую адаптацию в условиях Нового Света, трансформи ровавшись в идеологии «американской мечты». Во второй половине ХХ в.

вестернизация принимает форму американизации (или «макдонализации»).

К началу ХХI в. отчетливо проявляется кризис западноевропейских социокультурных ценностей, в том числе и социально-экологического ха рактера, когда экспансия исторических стереотипов оборачивается остро той биосферных противоречий. Выделяется, по крайней мере, два направ ления их преодоления.

Первое направление исходит из учета внутренних возможностей ци вилизации западноевропейского типа. Страны европейской культуры выяв ляют свои возможности адекватного ответа на социально-экологические и социокультурные вызовы эпохи, связанные, например, с усилением унифи кационных процессов в рамках Европейского союза. ЕС удается снимать остроту этнополитической конфронтации между исконными этническими группами и национальным меньшинством, сохраняя их культурологиче ское разнообразие. Тем самым обеспечивается повышение «степени устой чивости» национальных социальных и природных систем.

Второе направление ориентируется на восприятие внешних для Запа да ценностей, то есть на адаптацию востокоцентристских (ориенталист ских) стереотипов. Кризисные тенденции западноевропейской культуры привели не к ее «закату», а к более активному восприятию альтернативных социокультурных ценностей. Тем самым модернизированная западноевро пейская культурологическая модель пытается вписаться в реалии глобаль ной социально-экологической системы, целенаправленно преодолевая ге нетическую антропоцентричность и имманентную экофобность.

При этом исторически сложилось представление о полярности (и аль тернативности) культур западного и восточного типов, связанное с разли чием религиозных оснований, отличным отношением к ценностям приро ды и др. При этом реально воспринимался тот тезис, что генезис мировой цивилизации связан с древними восточными культурами, ценности кото рых были восприняты, адаптированы и развиты в рамках христианских культурологических стереотипов. И если первоначально западная культура (и цивилизация) стремилась нивелировать свои восточные основания, рас сматривая европоцентризм как доминирующий ориентир мировой динами ки, то уже в ХVIIIХIХ вв., когда начался поиск альтернативных вариантов развития, западные мыслители стали все активнее связывать западные и восточные ценности.

«Ориенталистский мотив» характерен, в частности, для немецкой фи лософско-литературной традиции (И. Гердер, Ф. Шлегель, Ф. Шеллинг, А. Шопенгауэр и др.). Уже в ее рамках предпринималась попытка выявле ния взаимосвязи индийских и западных социокультурных установок. Бо лее того, историческая первичность индийской культуры явилась основой представлений, в соответствии с которыми именно из нее «выводились»

европейские культурологические стереотипы, библейские традиции. «Де фицит» европейского гуманизма преодолевался на основе восточной «кос мической духовности». Западной рациональности, «примитивизирующей»

и «огрубляющей» реальность, противопоставляется буддистский иррацио нализм и мистичность, позволяющие, как представлялось, выявить слож ность бытия во всей ее природоцентричности и космической целостности.

Тенденция «ориентализации» западноевропейской культуры усилива ется в ХХ в., что обусловливается, с одной стороны, кризисом западных социокультурных ценностей, а с другой — ренессансом (экономическим, социальным, культурологическим и др.) цивилизаций восточного типа, и прежде всего Китая и Индии. Отчетливо проявляется мировая тенденция «востокоцентризма» (в форме «азиацентризма»), когда восточные цивили зации, адаптировав западные инновации к традиционным ценностям, воз вращают исторически утраченный статус на основе баланса между вестер низацией и ориентализацией.

При этом очевидно, что российской социокультурной модели прису ща имманентная ориентация на интеграцию европоцентристских и восто коцентристских стереотипов. Базисный вопрос русской (российской) фи лософской и социокультурной мысли связан с выявлением специфики на ционального пути развития («русская идея»), которая определяется пара дигмой взаимоотношений «Запад — Россия — Восток». Эта парадигма рельефно проявлялась в рамках оппозиции «славянофильство — западни чество».

Ранние славянофилы, утверждая идею самобытности России, проти вопоставляли Запад и Восток как противоборство альтернативных социо культурных начал. Соборная сущность России трактуется ими как особый, отличный от Запада путь исторического развития.

Напротив, ранние западники исходят из идеи, в соответствии с кото рой западный тип культуры трактуется как «единственно правильная»

форма выражения цивилизации, а все остальные — «тупиковые линии»

развития. И лишь «примкнув» к цивилизации западного типа, Россия, как предполагалось, займет достойное место в мировой динамике.

Евразийство, сформировавшееся в 2030-х гг. ХХ в., рассматривает русскую культуру как «географический континент» на стыке европейских и азиатских общностей. «Особость» русского пути связывалась с тем, что ее национально-государственная программа, не совпадая с западноевропей ской традицией, оказывается внутренне ближе азиатским социокультурным стереотипам. В любом случае стратегия русского пути — в необходимости сближения европейских и азиатских оснований культуры.

С 90-х гг. ХХ в. активизировались дискуссии о стратегических пер спективах России. Однако, в сущности, в их рамках не удалась, как пред ставляется, выйти за рамки исторической оппозиции «славянофильство — западничество». Прав Д. С. Лихачев («О национальном характере рус ских»), который выявлял общность (в частности, по степени универсаль ности) европейской и русской культур, их принадлежность к «единому ти пу культуры».

К началу ХХI в. стали, видимо, очевиднее, по крайней мере, три тези са. Представим их.

Во-первых, несмотря на реальность «кризиса» западной модели раз вития, ее основные элементы (демократизм, плюрализм, экономизм, техно кратизм и др.), трансформируемые в процессе адаптации к реалиям совре менного развития цивилизации, демонстрируют свою эффективность и в той или иной степени (по мере «готовности») реализуются в других социо культурных условиях (например, в рамках «новых индустриальных стран»). Во-вторых, социум, реализуя национальную модель развития, ис торически следуя неизбежно в фарватере западноевропейских ориентиров, особенно в сфере экономики или технологии, должен исходить из учета национальных культурологических особенностей. Скажем, Япония достиг ла своего динамизма в процессе сочетания вестернизации с сохранением социокультурных традиций. И в-третьих, культурологический динамизм национально-региональных и глобальных социоприродных систем предпо лагает новое отношение к природной среде обитания.

Адаптация мировой цивилизации к экологическим вызовам современ ности предполагает формирование «экологической культуры», ориентиро ванной на то, чтобы высокий уровень научно-технического и социально экономического развития социума сочетался с сохранением, восстановле нием и улучшением всего природно-эстетического богатства, накопленного человечеством. Экологическая культура — основа формирования экологи ческого типа личности, стремящейся не только к удовлетворению своих материальных потребностей, но и реализующей целевые установки в соот ветствии с современными эколого-культурологическими установками.

Экологическая культура — взаимосвязь экофобной западной и экофильной восточной социокультурной модели развития. Именно в рамках их взаимо действия цивилизация выходит на уровень искомого баланса элементов глобальной социоприродной системы «человек— социум — биосфера».

Цивилизации западного и восточного типов для исторического выжи вания должны радикально трансформировать свои стереотипы, чтобы най ти адекватные ответы на глобальные вызовы мирового развития. Евразий ская (российская) цивилизация генетически (исторически) подготовлена к интеграции западноцентристских и востокоцентристских стереотипов, с которой связаны перспективы социокультурного динамизма.

Будущее России зависит от того, насколько ее теоретические стерео типы получат возможность реализации в практических механизмах нацио нального развития. И в этом случает Россия может стать реальным лиде ром мировой социокультурной динамики.

И. В. Лунёва, Институт социальных наук Иркутского государственного университета, Иркутск, Россия ПОЛИСТИЛИЗМ КАК ХАРАКТЕРИСТИКА ОБЩЕСТВА ПОСТМОДЕРНА The article is devoted to the phenomenon of set of styles that is an integral phenomenon of a society of a postmodern. The author shows, how the set of styles is formed how it influences the fashion industry. Substantive provisions are based on researches of fashionable tendencies and public processes.


Переход к обществу постмодерна неизбежно приводит к разделению социума на множество небольших групп, не связанных между собой се мейными или межличностными отношениями. В то же время подобные разрозненные группы могут быть описаны с помощью ряда признаков: со циально-демографических, профессиональных, культурных и пр. Отдален ность групп друг от друга, случайность их взаимодействия постепенно приводят к необходимости внешнего обозначения своей принадлежности к отдельной группе. В совокупности это проявляется в двух явлениях: визуа лизации культуры и полистилизму, где последнее является неизбежным следствием первого. Визуализация культуры есть результат отдаления со циальных акторов друг от друга, влекущего за собой потребность во внеш нем обозначении культурных предпочтений. Полистилизм выступает как воплощение этой потребности. Данное явление связано непосредственно с процессом формирования, распространения и угасания определенной мо ды, которой в той или иной степени подвержены все социальные акторы.

В данной статье автор хотела бы подробнее рассмотреть явление полисти лизма и проследить его влияние на моду как социальное явление.

Многие исследователи в области социологии моды сегодня опираются на концепцию индустрии моды, положения которой трактуют моду как си муляцию общества, как процесс, создающий виртуальные образы и вирту альные референтные группы. Это предполагает трактовку ролей дизайне ров, модельеров и моделей аналогично ролям аристократии в концепциях подражания и демонстративного потребления [3]. Мода при такой трактов ке не отражает общество, а проецирует его. Но подобная точка зрения ос тавляет без внимания такие явления, как fast fashion (с англ. — быстрая мода), уличные стили, популяризация работ молодых дизайнеров и стиля casual (с англ. повседневный). Данные явления непосредственно оказывают влияние на моду;

они становятся катализатором развития моды «снизу вверх». Об этом речь пойдет ниже.

Стиль можно трактовать как ретрансляцию вовне признаваемых акто ром ценностей, непосредственно связанных с его образом жизни. С другой стороны, стиль — это некий маркер, обусловливающий повседневную дея тельность актора. Автор в этом отношении придерживается точки зрения Ирвинга Гофмана, который вводит понятие фрейма деятельности [1. С. 54].

Фрейм помогает приобрести «личностное через социальное»;

говоря ины ми словами, стилевая демонстрация принадлежности к конкретной малой группе (ярчайший пример — корпоративная униформа) позволяет приоб рести личностную гармонию и самоидентифицироваться с группой, в рам ках которой выполняется социальная роль. Именно роль, включающая в себя заимствованные из театрального лексикона понятия «персонаж», «де корации» и «сценарий». Полистилизм здесь выступает как множество «спектаклей».

Необходимость в каналах и средствах подобной визуальной коммуни кации инициирует появление внешней атрибутики, которая и будет высту пать как сообщение. И во многом данная атрибутика не подчинена модным веяниям, хотя, по большому счету, сама является модой в рамках отдельной группы.

Автор хотела бы показать, каким образом запрос в формировании ат рибутики собственной группы отразился в моде, а именно в одежде. Хотя мода является гораздо более широким явлением, охватывающим многие области жизни, вплоть до посещаемых мест и читаемых книг, одежда явля ется объектом, наиболее ярко отражающим изменения в моде и законы ее функционирования. Объясняется это тем, что одежда находится с нами по стоянно, выступая в роли «ситуативной телесной практики»[2].

Проведенный анализ моделей, представленных на модных показах за последние три года и основных тенденций в одежде, очень ярко демонст рирует формирование моды «снизу вверх». Модная элита, а именно звезды, редакторы журналов, модели и дизайнеры, уже не дают толчок к распро странению модных объектов одним своим признанием той или иной моде ли «писком моды». Во многом они заимствуют атрибуты у малых групп, например:

1) куртка-косуха — непременный атрибут рокеров и байкеров, «в мо де» последние два года;

2) широкие плечи и брюки-галифе — атрибутика военных, период по пулярности — тот же;

3) широкие брюки и туники, сопровождавшие хиппи, были популяр ны в 2008 г.;

4) ежегодно тем или иным дизайнером вводится в моду готический стиль.

Этот список можно продолжать до бесконечности. Элементы одежды, выступающие как маркеры в обществе постмодерна, заимствуются дизай нерами и демонстрируются в показах haute couture — высшей ступени иерархии распространения модных моделей, и это неоспоримый факт.

Еще одно явление, доказывающее то, что полистилизм есть не отра жение моды, а во многом причина ее формирования — сегмент fast fashion в индустрии моды. Он предполагает копирование моделей именитых ди зайнеров и практически моментальное их распространение по низким ценам в ограниченном количестве, что создает иллюзию эксклюзивности и оригинальности. Хотя иллюзорность в этом случае — понятие спорное.

Одежда, представленная в этом сегменте, соответствует запросам опреде ленных групп и соответствует ряду требований, таких как качество, цена, удобство, срок получения и т. д. Доказывает это положение и то, что сег мент fast fashion начал свое формирование с 1975 г., тогда же начал свое бурное развитие полистилизм.

Страна, в которой влияние полистилизма на моду проявляется ярче всего, — Великобритания. Изучение и анализ материалов, связанных с ин дустрией моды этой страны, позволили автору прийти к следующему вы воду: молодые дизайнеры, привносящие своими работами в моду элементы уличного и повседневного стиля, всячески поддерживаются как финансово, так и информационно. В индустрии моды происходят сдвиги в ответ на за просы малых социальных групп.

Таким образом, полистилизм в обществе постмодерна есть не только и не столько процесс демонстрации принимаемых актором ценностей, сколь ко процесс, оказывающий влияние на многие социальные институты и процессы. Влияние полистилизма на моду очевидно, а мода, в свою оче редь, выступает как элемент культуры, что позволяет выдвинуть гипотезу о присутствии влияния полистилизма на культуру в целом.

Список рекомендуемой литературы 1. Гофман И. Закрепление форм деятельности // Социология вещей: Сборник / Под ред. В. Вахштайна. — М., 2006. С. 54117.

2. Энтуисл Дж. Мода и плоть: одежда как воплощенная телесная практика // Теория моды. Одежда, тело, культура. Зима 20072008. № 6. С. 95130.

3. Ятина Л. И. Полистилизм: новый этап в развитии моды // Рубеж: Альманах социальных исследований. 2001. Вып. 16/17.

И. М. Мавлетбердин, Институт права БашГУ, Уфа, Россия ИСТОРИЧЕСКИЕ ПРЕДПОСЫЛКИ ВОЗНИКНОВЕНИЯ КОРРУПЦИИ В ОРГАНАХ ПРОКУРАТУРЫ НА ПРИМЕРЕ ПРОКУРАТУРЫ ОРЕНБУРГСКОЙ ГУБЕРНИИ (17751865) The Office of Public Prosecutor of Russia has begun the existence from the moment of signing on January, 12th, 1722 Peter I of the decree directed on im provement of work of all state structures. On Peter I plan bodies of Office of Public Prosecutor should be on guard of interests of a sovereign, the state, church and all citizens which cannot protect the interests. However and again formed bodies of Office of Public Prosecutor could not avoid that harm which so Peter I wanted to eradicate. Cases of corruption in the ranks of the device of Office of Public Prosecutor took place throughout all period of formation and development of bodies of Office of Public Prosecutor of Russia.

В России прокуратура имеет давнюю историю, а именно с Петра I, ко торый указами от 2 и 5 марта 1711 г. учредил должность фискалов и возло жил на них тайный надзор за всеми подданными в государстве. Фискалы образовывались при всех центральных и местных органах: коллегиях, кан целяриях, судах и др. В их основную обязанность входило «тайно прове дывать, доносить и обличать о всех нарушениях закона, злоупотреблениях и воровстве и всем прочем, что может нанести вред государственным инте ресам. Над всеми делами тайно подсматривать и проведывать про непра вый суд, также в сборе казны и прочего», говорится в указе 1711 г. [3.

С. 183]. Но довольно скоро оказалось, что в деятельности самой фискаль ной службы имеется множество недостатков. Пользуясь весьма широкими полномочиями и не чувствуя должной ответственности, многие фискалы не прочь были поживиться за счет тех мест, при которых они состояли. Их стали почти открыто ненавидеть, так что само слово «фискал» стало но сить отрицательный, бранный смысл [2. С. 5].

В результате надежды, возлагаемые Петром I на фискалов, не оправ дались. Так, через десять лет с момента учреждения должности фискала, убедившись в их бесполезности и даже вреде, Петр I изменил их роль, уч редив должность генерал-прокурора при Сенате и прокуроров при колле гиях. 12 января 1722 г. Петр I подписал указ, направленный на улучшение работы всех государственных органов. В отношении прокуратуры в указе отмечалось: «…Быть при Сенате генерал-прокурору и обер-прокурору, также во всякой коллегии по прокурору, которые должны будут рапорто вать генерал-прокурору». Представляя сенаторам первого генерал прокурора, он сказал: «Вот мое око, коим я буду все видеть…» [3. С. 218].

С момента подписания указа, ознаменовавшего создание нового государст венного органа, призванного следить за законностью в России, до наших дней прошло чуть менее трех столетий.

По замыслу Петра I прокуратура должна была выступать в роли такого органа в государственном аппарате, в руках которого сосредотачивался бы высший надзор за правильным и законным ходом управления страной, и, прежде всего, его центральными учреждениями. Органы прокуратуры должны были стоять на страже интересов государя, государства, церкви и всех граждан, которые не могут сами защитить свои интересы.


Однако же и вновь образованная прокуратура не смогла избежать того зла, которое так хотел искоренить Петр I.

В административно-территориальных единицах России органы проку ратуры появились лишь в 1775 г., в период проведения губернской рефор мы, разделившей всю территорию Российской империи на 40 губерний [1.

С. 47]. В Примерном штате губернии в Учреждениях о губернии определя лось: «При наместническом правлении и при палатах определяется губерн ский прокурор, губернский стряпчей казенных дел и губернский стряпчей уголовных дел;

при верхнем земском суде определяются прокурор, стряп чей казенных дел и стряпчей уголовных дел;

при губернском магистрате определяются прокурор, стряпчей казенных дел и стряпчей уголовных дел, в каждом уезде, или округе определяется уездный стряпчий один» [1.

С. 128]. Кандидатуры для назначения на должности губернского прокуро ра, губернского стряпчего уголовных дел и губернского стряпчего казен ных дел представлялись генерал-прокурором для утверждения в Сенат.

Должности уездных стряпчих определялись наместническим правлением.

Кандидаты для назначения на должность в органы прокуратуры должны были обладать безупречной репутацией, как общественной, так и служеб ной. В основном это были образованные и ответственные люди.

Но зачастую назначение на должность губернского прокурора сопро вождалось интригами и интенсивной борьбой между конкурентами. Все это объяснялось той высокой ролью, которую играл губернский прокурор в жизни губернии. И поэтому очень часто на данную должность назначался человек, «удобный» губернатору и губернскому правлению, которые всяче ски «проталкивали» нужную им кандидатуру. Происходило это и потому, что губернский прокурор по долгу своей службы обязан был надзирать за деятельностью органов губернского правления и губернатора. Так, напри мер, об этом свидетельствуют материалы, полученные из дела о смерти Оренбургского губернского прокурора Гарбовского и об определении на сие место надворного советника Жданова Оренбургского государственного архива [4].

Из рапорта исполняющего обязанности Оренбургского губернского прокурора губернского стряпчего уголовных дел Антонова министру юс тиции Д. В. Дашкову от 15 февраля 1834 г.: «Оренбургский Губернский Прокурор Коллежский Советник и кавалер был одержим болезнью, сего февраля 14 числа, волею Божию помер, в отправление должности сей по распоряжению Губернского Правления вступил я» [4. С. 1].

Из письма Антонова министру юстиции от 15 февраля 1834 г.: «После умершего Оренбургского Губернского Прокурора Гарбовского имеется праздная вакансия. Состоя под благодетельным начальством Вашего Высо копревосходительства Оренбургским Губернским Стряпчим Уголовных дел и не имея особенного покровительства, я осмеливаюсь повергнуть в мило стивое благорассмотрение Ваше продолжаемую мною 29-летнюю службу в разных должностях беспорочно и покорнейше прошу удостоить меня зва ния Губернского Прокурора;

каковую Милость Вашу я надеюсь оправдать точным исполнением сопряженной с оным званием обязанности…» [4. С. 2].

В свою очередь министру юстиции направляет сообщение и Орен бургский военный губернатор: «На открывшуюся в управляемой мною Гу бернией вакансию Губернского Прокурора, вместо умершего 14 сего фев раля Коллежского Советника Гарбовского, покорнейше прошу Ваше Пре восходительство определить проживающего в Оренбурге не у дел Надвор ного Советника Жданова, который по способностям и доброй нравственно сти достоин такого назначения…» [4. С. 3].

Такую же просьбу, как и Антонов, отправил советник Оренбургского Губернского правления титулярный советник Николай Александрович Ло моносов [4. С. 7].

Итогом всей этой борьбы за должность губернского прокурора стало назначение кандидатуры, предложенной Оренбургским военным губерна тором, что вполне естественно. Ибо оно состоялось благодаря тому высо кому значению, который занимал губернатор не только в жизни Оренбург ской губернии, но и в России в целом. Дело в том, что Оренбургская губер ния была на особом счету и из-за своего географического расположения, являясь пограничной территорией Российской империи, и из-за частых всплесков недовольства проживающего здесь коренного населения. По этой причине губернатору оказывалась всяческая поддержка.

15 марта 1834 г. Петр Жданов был утвержден на должность Оренбург ского губернского прокурора, о чем незамедлительно сообщил ему Орен бургский военный губернатор, подчеркнув ту роль, которую он сыграл при назначении на данную должность: «Правительствующий Сенат по предло жению моему, определили вас Оренбургским Губернским Прокурором.

Вследствие сего я рекомендую вам предъявя ордер сей Оренбургскому Гу бернскому Правлению вступить в должность и исправлять оную по прави лам, о Высочайшем Учреждении о Управлении Губерний изображенным»

[4. С. 8].

Более того, история Оренбургской прокуратуры знает и весьма во пиющий случай — уголовное дело по обвинению Оренбургского генерал губернатора Г. С. Волконского и губернского прокурора Богинского в при теснении надворного советника Устинова. Это дело занимает особое место, и, прежде всего, тем исключительно высоким положением, которое зани мали указанные лица. Данное дело и переписка по нему с большим числом писем и прошений в вышестоящие инстанции длилось довольно долго.

В итоге дело закончилось тем, что надворный советник был разорен и ли шен всех преимуществ, а губернатор и прокурор были полностью оправданы.

Рассмотренные выше и другие подобные случаи проявления корруп ции в органах прокуратуры показывают нам, насколько данное негативное социальное явление крепко вросло своими корнями в основы государст венных органов, призванных в первую очередь как раз таки и бороться с этими преступлениями. История современной России еще раз доказывает, что борьба с коррупцией в правоохранительных органах остается актуаль ной темой и должна вестись всем обществом в целом.

Список рекомендуемой литературы 1. Алекторов А. А. История Оренбургской губернии. 2-е изд. — Оренбург, 1883.

2. Звягинцев А. Г., Орлов Ю. Г. Око государево. Российские прокуроры XVIII век. — М., 1994.

3. Памятники русского права. Вып. 8. — М., 1961.

4. Оренбургский государственный архив. Ф. 6. Оп. 5. Д. 10844.

А. В. Магда, Институт международных отношений Киевского национального университета им. Тараса Шевченко Киев, Украина ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ ОБРАЩЕНИЯ С ОТРАБОТАННЫМ ЯДЕРНЫМ ТОПЛИВОМ И РАДИОАКТИВНЫМИ ОТХОДАМИ ВО ФРАНЦИИ, США И РОССИИ This article is devoted to the one of the most urgent problems of modern nuclear and environmental law. The author studies approaches to the regulation of spent nuclear fuel and radioactive wastes management in three states.

France, USA and Russia are considered to be leaders in the field of nuclear energy. The author tries to compare approaches in these countries and outline common and different aspects, advantages and disadvantages of each approach.

В разных регионах мира начинается процесс возрождения атомной энергетики. Ученые считают, что к 2050 г. общая мощность АЭС в мире может увеличиться в 34 раза [7. С. 16]. Проблемы, связанные c радиоак тивными отходами и отработанным ядерным топливом, возникли еще в на чале атомной эры. Секретность, плотной завесой закрывавшая все, связан ное с атомными проблемами, препятствовала обычному для научных работ обмену информацией. На развитие технологий обращения с РАО и ОЯТ повлияли и природные особенности и традиции разных стран. Поэтому се годня существуют различные подходы к обращению с этими веществами.

Франция — одна из ведущих стран мира, обеспечивающая свои по требности в электроэнергии за счет АЭС. После нефтяного кризиса 70-х гг.

ХХ в. страна, не располагавшая существенными запасами органического топлива, сумела не только создать всесторонне развитую инфраструктуру ядерной энергетики и предприятий топливного цикла, но и занять одно из первых мест в мире в этом секторе энергетики [8. С. 39].

На начальном этапе развития ядерной энергетики во Франции была принята концепция переработки отработанного ядерного топлива и создана первая в мире установка по витрификации высокоактивных отходов. 30 де кабря 1991 г. был принят закон о программе исследований по окончатель ному удалению высокоактивных отходов. По ее результатам должны были определиться способы обращения с РАО и стратегия переработки ОЯТ. Со гласно этому закону, Национальное агентство по обращению с радиоактив ными отходами (ANDRA) стало самостоятельной промышленно коммерческой организацией [4. С. 36]. Основными функциями Агентства являются: осуществление публичного надзора за соблюдением стандартов безопасности, управление хранилищами для высокоактивных отходов, проектирование и строительство новых хранилищ, проведение исследова ний, подготовка специалистов [3. С. 232233].

В 1998 г. правительство Франции подчеркнуло необходимость изме нения подхода к обращению с радиоактивными отходами. Предполагалось, что программа по хранению РАО должна стать более гибкой и состоять из нескольких взаимосвязанных частей — модулей. Это означало, что храни лище радиоактивных отходов должно разделяться на несколько частей, ка ждой из которых посвящается модуль. Гибкость программы означала управление каждым модулем независимо от другого и введение поэтапного подхода к обращению с РАО [9. С. 40].

В декабре 2005 г. ANDRA представила правительству Франции доклад «Dossier-2005» об исследовательских работах, которые велись на протяже нии последних 15 лет. После публичного обсуждения 28 июня 2006 г. пар ламент Франции принял новый закон о длительном обращении с радиоак тивными веществами и отходами. Этот нормативно-правовой акт содержит положения о национальной программе обращения с радиоактивными отхо дами. Кроме того, закон определяет три основных принципа обращения с РАО: уменьшение количества и токсичности, временное хранилище радио активных отходов, хранение РАО в глубоких геологических формациях.

Согласно этому нормативному документу, хранение иностранного облу ченного топлива и радиоактивных отходов на французской территории запрещено. Закон определяет объем финансирования для исследований, дополнительные налоги для ядерных установок. В нем подчеркивается прин цип открытости обращения с радиоактивными отходами [10. С. 84].

В вопросе обращения с отработанным ядерным топливом Франция выбрала закрытый ядерно-топливный цикл. Его стратегия позволяет уда лить из облученного топлива материалы, пригодные для переработки. Тех нологии репроцессинга осуществляются во Франции на коммерческой ос нове как для внутреннего рынка, так и для экспорта.

Следует отметить, что главной целью внедрения такой политики об ращения с РАО и ОЯТ было достижение значительного уровня энергетиче ской независимости страны.

В США система нормативных актов и правительственных программ постоянно изменялась со времен освоения атомной энергии. Для начально го периода характерным является достаточно упрощенный подход к реше нию проблемы обращения с радиоактивными отходами и отработанным ядерным топливом. С принятием Закона об атомной энергии от 1954 г. была создана правовая основа для привлечения частного предпринимательства ко всем этапам ядерно-топливного цикла. Согласно этому нормативному документу, было запрещено хранение отходов военной промышленности вместе с отходами промышленных установок. Было также введен специ альный режим лицензирования и надзора над сферой частного предприни мательства в атомном секторе энергетики.

В 1982 г. Конгресс США принял Закон № 97-425 о политике в сфере ядерных отходов. Закон устанавливает ответственность федерального пра вительства за постоянное удаление РАО высокой активности и ОЯТ. Пре дусматривается также реализация программ промежуточного хранения облученного топлива. Согласно этому нормативно-правовому акту, феде ральным ведомством, ответственным за проектирование, строительство и эксплуатацию будущих хранилищ высокоактивных ядерных отходов в спе циальных горных массивах, назначалось Министерство энергетики [3.

С. 219220].

В 1987 г. Конгресс США принял Свод поправок к Закону о политике в сфере ядерных отходов, согласно которому территория Юкка Маунтин в штате Невада стала единственным местом в Америке, где продолжалась подготовка к строительству хранилища высокоактивных ядерных отходов.

В 2002 г. Конгресс принял, а президент США подписал Закон о развитии объекта Юкка Маунтин, который фактически завершил процесс выбора и определения места для строительства хранилища [1. С. 123].

В США целый ряд федеральных ведомств осуществляет производст венные, регулятивные и контролирующие функции в сфере управления РАО: Министерство энергетики ответственно за разработку и осуществле ние программ, а Комиссия ядерного регулирования — за регулирование и контроль, а также устанавливает условия лицензирования деятельности, связанной с радиоактивными отходами. Согласно статье 274 Закона об атомной энергии 1954 г., Комиссия ядерного регулирования может с помо щью формального соглашения с любым штатом передать к его компетен ции некоторые из своих регулирующих полномочий [2. С. 123].

В вопросе обращения с ОЯТ Министерство энергетики США приняло концепцию хранения отработанных топливных элементов в металлических контейнерах в глубоких геологических формациях [10. С. 93].

В Российской Федерации планируется масштабное развитие атомной энергетики. Поэтому вопрос обращения с радиоактивными отходами обре тает особое значение. РАО образуются при эксплуатации объектов ЯТЦ, АЭС, судов гражданского и кораблей Военно-морского флотов с ядерными энергетическими установками, но основное количество отходов накопи лось в процессе создания ядерного оружия [6. С. 3]. Такое разнообразие источников радиоактивных отходов усложняет формирование единого под хода к обращению с ними. Кроме того, существует тесная связь между мирным и военным атомом, система управления не эффективна, ядерные ма териалы и установки находятся в федеральной собственности. Но с 2006 г.

наблюдаются некие изменения: разделение военной и мирной составля ющих, отказ от исключительной федеральной собственности на ядерные материалы и установки [5. С. 16].

В России основная идея концепции обращения с ОЯТ и РАО — это обеспечение переработки большей части облученного топлива. Правовая основа этого процесса — Конституция Российской Федерации, федераль ные законы РФ («Об использовании атомной энергии» 1995 г., «О радиаци онной безопасности населения» 1996 г. и другие). Кроме того, активно раз вивается подзаконное законодательство, детально урегулированы вопросы лицензирования, экспортного контроля, физической защиты объектов, трансграничное перемещение РАО. Совершенствуется система контроля и надзора в сфере обращения с радиоактивными отходами. Создана Феде ральная служба по экологическому, технологическому и атомному надзору.

Таким образом, сегодня существуют различные технологические и правовые подходы к решению проблемы обращения с ОЯТ и РАО. В рас смотренных выше государствах планируется развитие атомной энергетики, а в России — еще и совершенствование правовой базы. Страны возлагают основную ответственность в обращении с радиоактивными отходами и от работанным ядерным топливом на правительство и разветвленную систему государственных органов и ведомств. Правительства осуществляют надзор и контроль. К тому же в США существует 2 уровня государственных орга нов, вовлеченных в регулирование вопросов ОЯТ и РАО, — федеральный уровень и уровень штатов. Для этого государства характерно также вовле чение частного сектора в этот сектор энергетики, что пока еще не свойст венно Российской Федерации.

Россия и Франция выбрали концепцию переработки отработанного ядерного топлива и стремятся создать замкнутый ядерно-топливный цикл.

Правительство США полагает, что репроцессинг является экономически невыгодным и придерживается концепции длительного хранения ОЯТ.

Список рекомендуемой литературы 1. Гирусов Ф. Э. Эколого-правовое регулирование обращения с радиоактивными отходами: Дис. канд. … юрид. наук. — М., 2005. 213 с.

2. Иойрыш А. И. и др. Государственный надзор за обеспечением безопасности атомной энергии (правовые проблемы) / А. И. Иойрыш, О. А. Супатаева, Р. Ю. Парик. — М.: Наука, 1991. 328 с.

3. Иойрыш А. И., Чопорняк А. Б. Атомное законодательство капиталистических стран (сравнительно-правовой анализ). — М.: Наука, 1990. 319 с.

4. Колесникова Н. М. Программа обращения с радиоактивными отходами во Франции // Атомная техника за рубежом. 1993. № 7. С. 36.

5. Корепанов В. Международная интеграция в переработке ядерного топлива:

проблемы и возможности // Атомная стратегия. 2007. 20 октября. С. 16.

6. Кузнецов В. Россия может превратиться в Чернобыль: (Захоронение РАО) // Вестник Чернобыля. 1994. № 46. С. 3.

7. Проектное видение облика международного центра по обращению с ОЯТ и РАО // Атомная стратегия. 2007. № 29. С. 16.

8. Румянцев В. В. Развитие технологии переработки и хранения радиоактивных отходов // Атомная стратегия за рубежом. 1993. № 5. С. 39.

9. Geological disposal of radioactive waste: technological implications for retrievabi lity. — V.: IAEA. 2009. 74 р.

10. Spent fuel reprocessing options. — V.: IAEA. 2008. 151 р.

И. А. Макарова, РГПУ им. А. И. Герцена,Санкт-Петербург, Россия ВОЗМЕЩЕНИЕ ВРЕДА ЛИЦАМ, НЕЗАКОННО ИЛИ НЕОБОСНОВАННО ПОДВЕРГНУТЫМ УГОЛОВНОМУ ПРЕСЛЕДОВАНИЮ ИЛИ ОСУЖДЕНИЮ:

ОБЩИЕ ПОЛОЖЕНИЯ Право личности на возмещение государством вреда, причиненного не законными действиями (или бездействием) органов государственной вла сти или их должностных лиц, закреплено в ст. 53 Конституции РФ. Указан ное конституционное право граждан было разработано с учетом общепри знанных принципов и норм международного права и международных дого воров Российской Федерации. Так, в соответствии с ч. 5 ст. 5 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод (1950), ратифициро ванной Государственной Думой РФ 20 февраля 1998 г., «Каждый, кто стал жертвой ареста или задержания, произведенных в нарушение положений данной статьи, имеет право на компенсацию, обладающую исковой силой».

Гражданин имеет право на возмещение вреда, причиненного личности в уголовном процессе незаконными действиями и решениями органов до знания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, которое по своей природе не является чисто гражданским правоотношением. Оно содержит в себе элементы публичности: вред, причиненный гражданину, возмещает ся государством независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда.

Интересен вопрос о соотношении понятий «реабилитация» и «возме щение вреда лицам, незаконно или необоснованно подвергнутым уголов ному преследованию или осуждению». Термин «реабилитация» происхо дит от позднелатинского слова «rehabilitatio», в котором приставка «re»

обозначает возобновление, а «habilitas» — пригодность, способность [3.

С. 516]. Понятие «реабилитация» означает устранение последствий, вос становление прежней хорошей репутации и прежних прав [5. С. 670]. По своей сути реабилитация — это особый процесс, призванный вернуть че ловека в его первоначальное состояние, в такое, в котором он находился до того, как претерпел негативное воздействие. Думается, что сущность реа билитации должна заключаться в признании отсутствия оснований для привлечения лица к уголовной ответственности и полной ликвидации всех последствий незаконного или необоснованного уголовного преследования или осуждения.



Pages:     | 1 |   ...   | 5 | 6 || 8 | 9 |   ...   | 10 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.