авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 | 2 || 4 |

«Либерально-демократическая партия России ЛДПР ТРУБА МОСКВА 2011 г. ЛДПР. Труба. – М.: Издание ...»

-- [ Страница 3 ] --

Трагедия русской истории ХХ века воплотилась в личности двух людей, изменивших присяге: бывшего царского офицера Жукова и уже советского, хотя тоже ставшего бывшим, генерала Власова. О Власове я уже писал в главе «Подлость». Жукова туда записывать не стал. Не такой масштаб отступничества. Хотя формально Жуков тоже нарушил присягу офицера царской ар мии. На военную службу он в царскую армию поступил в начале Первой мировой войны, в 1915 году. Про заслуги Жукова перед советской армией сказано практически все, а может, даже и по больше всего, что нужно было бы сказать. Но про то, что он имел заслуги и перед царской армией, а точнее перед Россией истори ческой, будучи за боевые заслуги на фронтах мировой войны на гражден Георгиевским крестом, нигде ни слова. Может быть по тому, что советская власть, а стало быть, уже и сам Жуков под влиянием этой власти, пристально следили за тем, чтобы внезап но и вынужденно востребованное русское национальное начало всерьез не стало вытеснять трепетно вбивавшееся коммунистиче ским агитпропом в головы русских советских людей советско интернациональное сознание. (Хотя С.М. Буденный, о котором я тоже писал в главе «Подлость», нисколько не скрывал в своих мемуарах того, что в Первую мировую войну за доблесть был удостоен звания полного георгиевского кавалера, т.е. был награ жден четырьмя Георгиевскими крестами. Он рассказывал, что он заработал еще один Георгиевский крест до того, как получил вышеупомянутые четыре, однако был лишен той награды за дис циплинарный поступок – подвахмистр Буденный ударом кулака в челюсть послал в нокаут офицера – своего командира. Буденного могли за это расстрелять, однако члены военно-полевого суда пожалели его и ограничились только лишением награды. Потом, отличившись в последующих боях, подвахмистр Буденный с лихвой вернул упущенное, став полным георгиевским кавалером, чем гордился всю жизнь, даже в советское время. Вот такая бур ная боевая молодость была у будущего командира легендарной Первой Конной!) Характерно, что после дезертирства из царской армии в Красную Жуков никогда больше не надевал заслуженный им в боевых действиях Георгиевский крест. Даже когда хоронили со ветского маршала, то за его гробом несли все полученные им на грады, не исключая самых пустяковых медалек, кроме Георгиев ского креста. Отмечу также недавние пиар-акции по раздаче именно Георгиевских ленточек как символа Победы.

У всех на памяти перезахоронение в 2005 году праха гене рала Деникина и философа Ильина. ЛДПР приняла непосредст венное участие в этом благородном деле. Но, как мы ни бились за то, чтобы объяснить людям, что был за человек Ильин (про Де никина они мало-мальски знали), какие взгляды проповедовал, никто не стал нас слушать. Ни в телепередачах, ни в массовых изданиях, ни даже в перепечатках статей в газетах не назывались действительные истоки его философии. И это – очередное ко щунство по отношению к русскому национальному философу, автору книги «Что сулит миру расчленение России?». Это опять таки слишком отдает конъюнктурой.

Потому с восполнения этого пробела я и хотел бы начать эту главу, то есть с призыва: «ВОЗВРАШАЙТЕСЬ!» Возвращай тесь, те, кто еще жив. Не нужно умирать в Париже, как дочь Де никина в 2005 году! Не нужно жить в одиночестве, на чужбине и вдалеке от Родины, от матери нашей с вами – России! Возвра щайте память о тех, кого уже нет! И об этом давайте позаботимся взаимно. Надо сохранить все, что только можно еще сохранить об ушедших в мир иной, чтоб их дела и помыслы по возможности воплотились бы в наших делах и мыслях.

ИЛЬИН Иван Александрович (28 марта (9 апреля) 1883, Москва — 21 декабря 1954, Цюрих) русский и российский рели гиозный философ, мыслитель, правовед и государствовед, публи цист и литературный критик. Родился в дворянской семье. Его дед построил Большой Кремлевский Дворец (не путать с Крем левским Дворцом Съездов, построенным в 60-е годы по указанию Хрущева и изуродовавшим архитектурный ансамбль Кремля), был смотрителем и комендантом этого царского большого двор ца. Крестным отца Ильина был сам император Александр II (бле стящий государственный деятель, отменивший крепостное право, освободивший Болгарию от турок, расширивший границы Рос сийской Империи в Средней Азии, издавший ряд либеральных законов и после всего этого злодейски убитый революционерами в 1881 году). Дед Ильина по матери врач Ю.Ш. фон Штадион эмигрировал в Россию из Германии в 1830-х годах.

Видите, тогда шла эмиграция совсем в другом направлении.

Ехали к нам с Запада, а не мы к ним на Запад. Стремились в нашу Добрую Российскую Империю. Конкурс был по семь кандидатов на одно место. (Так гордые швейцарцы почитали за счастье рабо тать вышибалами в наших ресторанах. Мы до сих пор вышибал называем швейцарами). Принимали не всяких, а только таких, которые могли принести Доброй Российской Империи ощутимую пользу, а не урвать кусок и смыться потом в неизвестном направ лении, как это сплошь и рядом происходит уже в наши дни с представителями так называемого ближнего зарубежья.

В 1901 году, окончив с золотой медалью 1-ю Московскую классическую гимназию, Ильин в 1901 году поступил на юриди ческий факультет (хотя мечтал о филологическом) Московского университета. С 1909 года Ильин стал приват-доцентом Москов ского университета, а с 1918 года, т.е., несмотря на происшед шую Октябрьскую революцию (значит, пользовался доверием и авторитетом в кругу московской профессуры), – профессором.

В 1911-12 годах он был в научной командировке, находясь на стажировке в ведущих вузах и научных учреждениях Герма нии, Франции и Италии. Обычная тогдашняя практика в высшей научной и образовательной школе Доброй Российской Империи.

Ее проходили все сколько-нибудь заметные фигуры русской нау ки и техники от Ломоносова до Менделеева, Павлова, Тимирязе ва. Эта же школа была заимствована и в советское время. Доста точно называть имена Вавилова, Капицы, Йоффе и прочих. К со жалению, сегодня эти традиции, похоже, похерили навсегда. На шу подрастающую научную смену бросили и плюнули на нее.

Февральскую революцию Ильин воспринял как «временный беспорядок», а Октябрьскую революцию – как катастрофу. По тому сразу же активно включился в борьбу с большевистским режимом. Неоднократно арестовывался, в последний (шестой) раз в сентябре 1922, после чего вместе с большой группой фило софов, ученых и литераторов Ильин был выслан из России в Гер манию на пароходе «Обер-бургомистр Хакен».

С 1922 по 1938 годы Ильин обосновался в эмигрантском Берлине. Многие русские эмигранты выехали именно туда. Более того, Берлин оказывался как бы первым пунктом их остановки.

Потом уже разъезжались, кто куда, – в Париж и Прагу, Белград и Софию. Многие покидали старую Европу ради призрачных на дежд на США, Австралию и столь же мифическую по тем време нам Аргентину. Ильин стал работать в Русском научном институ те в Германии. До 1934 года работал в этом научном подразде лении, созданном на эмигрантские деньги и занимавшемся рус скими проблемами. Именно здесь Ильин обдумывал будущую идею о воссоединении России исторической и советской, кото рую уже разработал и конкретизировал в 40-50-е годы.

Институт был закрыт пришедшими к власти нацистами. Вот вам и немецкий национализм. Казалось бы, должны были прежде других, в частности так называемых демократов веймарского розлива, понимать, в чем проблема национального сознания. А именно этой темой занимался закрытый нацистами Русский ин ститут. Ан нет. Выходит, что разные национализмы! За немецкий не судили, и сегодня мало кто судит. А вот за русский – вон!

Ильин – активный идеолог белого движения за рубежом.

Выступает с многочисленными лекциями в Германии, Франции, Швейцарии, Чехословакии, Югославии, Латвии. Занимается из дательской деятельностью. Его основная тема – духовная сущ ность революционной катастрофы и как выход из нее – духовное возрождение России. Бурную и горячую полемику вызвала его книга «О сопротивлении злу силою» (1925). С 1927-го по 1930-й редактирует и издает «Русский колокол» – журнал русской воле вой идеи.

В 1938 году, после того как нацисты наложили запрет на его печатные труды и публичные выступления, Ильин выехал в Швейцарию. Там смог обосноваться благодаря денежному зало гу, внесенному С.В. Рахманиновым. Этим он, по сути, избавил Ильина от насильственного возвращения в Германию. Тем не ме нее в «свободной» Швейцарии Ильин был лишен права на работу и тем более политическую деятельность. В последующие годы наш герой жил в пригороде Цюриха, Цолликоне. Писал философ ские книги. Все-таки выступал с лекциями и анонимно занимался политической публицистикой.

Обширное творческое наследие Ильина насчитывает книг и брошюр, несколько сот статей, более ста лекций, огромное количество писем, стихотворения, поэмы, воспоминания, доку менты. Его двухтомная диссертация считается одним из лучших комментариев философии Гегеля.

Идеи правового государства были сформулированы Ильи ным в серии брошюр, изданных после Февральской революции под названием «О сущности правосознания». Законченный им в 1919 году фундаментальный труд «Учение о правосознании»

опубликован уже после его смерти в 1956 году в Мюнхене. Отно ся право к духовной среде, Ильин сформулировал три аксиомы правосознания, лежащие в основе правовой жизни любого наро да: закон духовного достоинства, закон автономии (гражданин как внутренне свободный ответственный волевой центр, истин ный субъект права) и закон взаимного признания (взаимное ува жение и доверие между гражданами и государственной властью).

Теории государства и политического устройства посвящены двухтомник «Наши задачи» (1956) и незаконченный труд «О мо нархии и республике» (1978).

Будучи убежденным монархистом, Ильин не стремился что либо предрешать, навязывать силой. В частности, он считал, что навязывать монархию народу, разучившемуся иметь царя, неос мотрительно и вредно. Ильин выступал за необходимость найти разумное сочетание монархических и республиканских начал с аристократическим, ведущим слоем национальной диктатуры.

Истинный патриотизм он определял, как любовь к духу своего народа. Рекомендую прочесть его лекцию «Об истинном патрио тизме» (1914-15). Ее основные идеи вошли в книгу «Путь духов ного обновления» (1937). Ключ к пониманию русской православ ной души он видел в таких «прафеноменах», как молитва, старче ство, праздник Пасхи, почитание Богородицы и святых, а также иконы («Сущность и своеобразие русской культуры», 1942).

Ильин не принадлежал к плеяде последователей Вл. Со ловьева, с которыми обычно связывают русский религиозно философский ренессанс начала ХХ века. О своей книге «Поющее сердце. Книга тихих созерцаний» (закончена в 1947 году и опуб ликована в 1958) Ильин писал: «Она посвящена не богословию, а тихому философскому Богохвалению... Я пытаюсь соткать ткань новой философии, насквозь христианской по духу и стилю, но совершенно свободной от псевдофилософского «богословствова ния» наподобие Бердяева-Булгакова-Карсавина и прочих диле тантствующих ересиархов... Это – философия простая, тихая...

рожденная главным органом Православного Христианства – со зерцающим сердцем».

Государство, если оно претендует на духовную составляю щую, если оно вообще имеет цель существования, должно имена таких людей, как Иван Ильин, чтить, т.е. не просто перезахоро нить, а ввести их творчество в программы школ и вузов, повсеме стно «обэкранить», как писал еще один патриот и националист, хотя и считавшийся богемой, поэт Игорь Северянин. В этом смысле народное достояние должно быть доведено до самого на рода, должно стать выразителем этого самого народного духа.

Таких людей надо воссоединять с народом, а не перезакапывать!

Другой фигурой, во многом ставшей олицетворением рус ской «третьей силы» во время Второй мировой войны, а затем и Великой Отечественной войны, фигурой, в чьей судьбе сфокуси ровались многие, если не все стороны трагедии русской эмигра ции, стал Иван Лукьянович Солоневич. Его труды и само даже имя тотально замалчиваются не только советским, но и нынеш ним псевдодемократическим агитпропом и по сей день.

Державный голос Солоневича донесся до нас совсем недав но. Но поныне, начиная с сороковых годов ХХ века, в далекой Аргентине выходит газета «Наша страна», им основанная. Ее де виз: «Мы проводим столыпинскую линию: ни реакции, ни рево люции». Тираж маленький, но внимательное чтение ее материа лов наводит на мысль, что издание это во много раз более наше, нежели подавляющее большинство выходивших на территории Доброй Российской Империи изданий. Газета, как и одноименное издательство, переживает не лучшие времена. Скорее всего, из-за того, что международное противорусское действо проникло и ту да. Но импульс, данный ее основателем, продолжает действовать.

Уж больно громадна фигура.

Имя Солоневича неизбежно должно было появиться на мглистом горизонте постсоветской России. Вполне закономерно, что появилось оно благодаря усилиям людей, совершенно точно не связанных со Старой площадью и ее хитромудрым агитпро пом, плодящим журнально-издательских и парламентско митинговых марионеток, призванных изображать борьбу между собой. Сведения о его жизни пока что явно отрывочны. Это и не мудрено: слишком долго он относился к числу авторов, чьи про изведения можно было читать только в спецхране без права де лать выписки, да еще в присутствии компетентного «товарища».

Иван Солоневич зарабатывал свой хлеб с 15-летнего возрас та. Экстерном сдал экзамены на аттестат зрелости. Поступил в университет, учился на собственные деньги. Таких студентов, по его словам, было сколько угодно. Известность спортсмена под креплялась известностью репортера – одно время Солоневич со трудничал в суворинском «Новом времени».

Перевороты 1917 года он оценивал однозначно, и оценка эта не изменилась до самой смерти. Она передана в диалоге, при веденном в его капитальном труде «Россия в концлагере»:

– Так же, как и сейчас, я бессилен против человеческого сумасшествия.

– Революцию вы считаете сумасшествием?

– Я не вижу никаких оснований скрывать перед вами этой прискорбной точки зрения.

Он имел моральное право на такое мнение. И не только по тому, что 26-летним встретил «Великий Октябрь» и еще 17 лет жил в «России-концлагере». Но и потому, что имел возможность объездить всю страну и, обладая живым, общительным характе ром, встречался и разговаривал с тысячами людей.

Революция застала Солоневича на юге России, где он стал свидетелем ужасов гражданской войны, в частности одесских расстрелов и знаменитой бойни, устроенной ЧК в Киеве. Иван Лукьянович сотрудничает в белых газетах. Вместе с Врангелем, в войсках которого погиб один из его двоюродных братьев, эва куируется в Турцию. Но вынужденно (по семейным обстоятель ствам) возвращается в Советскую Россию.

Неисправимый оптимист, талантливый спортивный органи затор и журналист – внешне жизнь Солоневича выглядит благо получной. Он сотрудничает с «Известиями». Пишет брошюры пособия по борьбе и гиревому спорту для милиции и даже войск ГПУ (одна из книг была конфискована). Преподает на курсах комсостава милиции. Однако движет им отнюдь не лояльность к строю, который он не перестает считать каннибальским по отно шению к русскому народу, а желание хоть как-то помочь физиче ски выжить русским людям, попавшим в кабалу мировой рево люции. Среди тех, кому помогал Иван Лукьянович, были «рабо чие, надорванные непосильным трудом;

студенты, изъеденные туберкулезом;

служащие, очумелые от вечных перебросок и пе рестроек, — все это недоедающее, истрепанное, охваченное тем, что по официальному термину звалось тогда советской изношен ностью». Владычество коммунистов над Россией обеспечило пер манентное пренебрежение интересами русского народа. Солоне вич пытается профессионально противостоять этой тупости, этой людоедской «расчетливой» политике. Хотя и вполне сознает, что его на это просто может не хватить.

Мысль об исходе из Советской России жила в Солоневиче с того самого момента, когда раздался залп «Авроры«. Как только позволили обстоятельства и техническая подготовка, он попы тался эту мысль реализовать. Первая попытка оказалась неудач ной. Солоневич вместе с братом и сыном Юрой был захвачен с оружием в руках на пути в Финляндию. Целый вагон чекистов, наведенных провокатором, «ломал» троих великанов. Все полу чили по сроку. В зоне воспетого Горьким Беломорканала и про ходит подготовка к новой попытке побега. Этому, собственно, и посвящена книга «Россия в концлагере» своего рода эпический доклад о мотивах и подготовке побега.

Лагерные бараки были отвратительны, но на воле, как писал Солоневич, он видал и похуже, причем значительно хуже. В этом страшном по своей обличительности очерке он не жалуется на судьбу, не хнычет, тем более не клевещет на советскую Россию, как многие последующие лагерные литераторы. Просто он ставит диагноз, потому что для антисоветски настроенного читателя агитация не нужна, а советски настроенный все равно ничему не поверит. Энтузиастов не убавить, а умным была нужна не агита ция, а фотография.

Мотивация побега: «Когда голодаешь этак, по-ленински – долго и всерьез, вопрос о куске хлеба приобретает... унизитель ные высоты». И еще: «Когда у вас под угрозой револьвера тре буют штаны – это еще терпимо. Но когда у вас под угрозой того же револьвера требуют, кроме штанов, еще и энтузиазма, жить становится вовсе невмоготу, захлестывает отвращение». С сыном Юрой Солоневич все-таки бежал из Свирского лагеря в июне 1934 года, вскоре после выхода закона о непременном расстреле без суда за попытку бежать из страны. По карельской тайге и бо лотам 250 верст с тяжеленными рюкзаками за плечами двое Со лоневичей преодолели за 16 суток.

Однажды в лагере ему встретилась девочка, вся иссохшая от голода. Она жадно смотрела на то, как он выносил кастрюлю с замерзшим супом. Затем бросилась отогревать ее своим тщедуш ным тельцем. «Я стоял перед нею как пришибленный, — пишет Солоневич, — полный великого отвращения ко всему в мире, в том числе и к самому себе. Как это мы, взрослые люди России, тридцать миллионов мужчин, могли допустить до этого детей нашей страны? Как это мы не додрались до конца... Что помещи ки? Что капиталисты? Что профессора? Помещики — в Лондоне.

Капиталисты — в наркомторге. Профессора — в академии. Без вилл и автомобилей, но живут. И вот на костях этого маленького скелетика, миллионов таких скелетиков, будет строиться социа листический рай... Вспомнилась фотография Ленина в позе Хри ста, окруженного детьми: «Не мешайте детям приходить ко мне».

Какая подлость!»

Солоневич решает «додраться до конца» против лицемер ной подлости, опутавшей Родину, которую ему больше не дове дется увидеть, и распутать клубок вопросов, связанных с темой «почему не додрались», а главное, в простых и ясных словах вы разить национальный идеал, замутненный упражнениями сотен литераторов и приват-доцентов. Вот, пожалуй, задачи, которые ставит перед собой Иван Солоневич. И решает он их так, что только по прошествии многих лет сумела просочиться информа ция о нем и его работах на нашу многострадальную Родину. Так было сокрыто даже само имя Солоневича. А сколько еще таких заблокированных имен? Например: Башилов, Криворотов, Крас нов, Жевахов, Дикой, Ушкуйник.

«Россия в концлагере» написана в 1938 году. Вышла тремя изданиями подряд. Была переведена на английский, французский, немецкий, шведский, голландский и другие европейские языки. И тем не менее замолчана. Слишком Русью пахло. Слишком неот делим был автор от народа, который в очередной раз хотелось представить рабом, бездарным, слабым, погибшим. И слишком был он ясен, не в пример патентованным литераторам и публици стам, кормившимся, по всей видимости, не только Западом, но и НКВД.

София. Здесь Солоневич начинает издавать «Нашу газету».

Она была настолько наша, что против нее ополчаются как эмиг ранты, так и советские спецслужбы. Три смертных приговора по лучает по почте Солоневич. Три покушения переживает. Первый номер «Нашей газеты» вышел 18 июня 1936 года. Через два года (3 февраля 1938-го) приходит посылка на его имя Ивана Лукья новича. Она попадает в руки его жены, Тамары Владимировны.

Взрыв страшной силы унес жизнь самого дорогого человека. При этом погиб также сотрудник газеты Николай Михайлов. Чудом остались живы сын Юрий и сам Солоневич. Через три дня после похорон жены он пишет статью, в которой говорит о своем со гласии с большевиками. Согласии в их оценке именно газеты Со лоневича как самого опасного врага для оккупантов его родины, выбравших жертвой не Мережковского с Бердяевым, а именно его. Но вполне возможно, что посылку со взрывчаткой прислали по линии эмигрантского центра НТС. Эти ненавидели Солоневи ча, пожалуй, не менее НКВД.

Поначалу, когда Солоневичи делали доклад зарубежью, как прибывшие из стана врага разведчики, они никому не мешали.

Спокойная жизнь за кофе, мемуарами, игрою в вист продолжа лась. Но среди двухмиллионной эмиграции были люди, которые оправдывали самое бытие эмиграции, сохранившие живую душу, неподдельную любовь к России. Это были те, кто не состоял или ушел из организаций, разочаровавших их своим трепом и бездей ствием, «программами» и «платформами» (все так же, как и нын че, когда бесчисленные «патриотические» движения дурят рус скому народу голову). Откликнулась молодежь, почувствовав подлинное. Эти-то люди и образовали так называемое штабс капитанское движение.

Именно средний офицерский состав всегда составлял опору наиболее деятельных активистов. В Португалии, в Греции, в Ис пании. Везде – капитаны, лейтенанты. Они не прикормлены.

Лучше чувствуют действительность, потому что стоят к ней бли же высоких командиров.

Когда рапорт о России был закончен, Солоневич поднял со вершенно естественный и неизбежный вопрос: а что же делала все эти годы эмиграция? Что вы, господа хорошие, сделали за это время, когда мы, подсоветские, ежедневно и ежечасно вели там страшную, звериную борьбу за жизнь? Вот тогда-то на него и об рушилась брань. Обвинения одно другого нелепее, одно другого грубее и грязнее. Вчерашние друзья старались заполнить страни цы своих и чужих любезно предоставленных по этому случаю газет самыми гнусными обвинениями. Но Солоневич и после это го не ушел в частную жизнь, а ведь только что была похоронена его жена. Он говорит откровенно, что вот с такими-то и такими то идеями идти в Россию нельзя, что такие-то и такие-то люди неприемлемы там, что эмиграция обязана проснуться.

Призыв Солоневича, обращенный к среднему слою, на ко торый опирается всякая государственность, к слою, названному им штабс-капитанами, был услышан. «Штабс-капитаны веками строили наше государство, беззаветно и незаметно исполняя свой долг. Они поняли, что Россия ждет от них результатов данной им судьбою двадцатилетней заграничной командировки». Люди на чинают объединяться. В разных странах возникают кружки. Не организованная организация объединяла стремящихся работать для России. Пополняют образование, избавляются от предрассуд ков, стремятся стать политическими эмигрантами, перестают быть просто обывателями.

Солоневич старается их объединить в «Земельный…», «Пе дагогический…» и другие центры штабс-капитанского движения.

Задачу ставит вполне определенную: освобожденная Россия должна получить тысячи исповедующих русскую национальную политическую идею агрономов, педагогов, священников, инже неров, врачей. Идейное обеспечение предназначалось Солоневи чем «Белой библиотеке», создаваемой им и его ближайшими по мощниками. Политическое кредо должна была выразить «Белая империя» – труд, к которому он приступил в конце 1930-х.

Чтобы вполне представить себе тогдашний шок, смодели руем ситуацию на нынешних условиях. Представляете, появляет ся нахал, который говорит, например, следующее:

– Господин такой-то! Вы мое поколение агитировали за коммунизм, а нынче, выйдя из партии, агитируете против. И то гда и, естественно, теперь вы были и остаетесь, надо полагать, взрослым, ответственным за свои слова-дела, психически нор мальным человеком. Не подлец ли вы? Подлец.

– Господин такой-то! Вы возглавили такую-то организацию с названием и программой, привлекательной для честных, хоть и наивных, людей. Кроме трезвона, от вас ничего не исходит уже изрядное для делания дела время. Не провокатор ли вы? Прово катор!

– Господин такой-то! Вас страна знала как честного и пря мого человека. Вы заботитесь о том, чтобы известность ваша не спадала, – и молчите. Не трус ли вы? Трус!

В ответ на вопросы Солоневича одни мычали, другие что-то бормотали, третьи просто пугались. Сильной рукой выуживал Солоневич спрятавшиеся за плакатами фигурки и преподносил их во всей натуральности рядовому эмигранту. И, лишь показав ши, давал свое заключение.

Одновременно с этим Солоневич все более и более обнару живал собственное лицо. Свойство его литературного таланта та ково, что, читая его статьи, вы слышите его голос, видите его улыбку, замечаете, когда он взволнован, когда устал, когда воз мущен, когда доволен. К Солоневичу нельзя относиться просто как к писателю или политику, мыслителю. Его можно было вос принимать только как живого человека. Объединиться с ним лишь на основании пунктиков, параграфов и идеек было невоз можно. Он отбрасывал все это, подходил вплотную к тому, кто эти пунктики предлагал, и ставил в упор вопрос: «А что вы собою представляете, милостивый государь?»

Сам монархист, он обличает монархистов. Сам демократ, он обличает демократов. Его крылатая фраза о том, что генералы бывают разные, как нельзя лучше объясняет смысл его борьбы.

Он вел отбор по признакам внутреннего мира и содержания кон кретного человека. Монархисты для него тоже бывали разными.

Демократы – тоже разные. Прикрыться фразой, лозунгом, про граммой мало. Нужно показать, кто ты такой, в деле, на практике.

Важны не слова о том, как надо сделать, а сам результат, сделан ное, про которое не надо ничего говорить, его и так видно.

После Болгарии была Германия. Предвоенная. Солоневич всеми силами пытался развеять мифы, призванные идеологиче ски подготовить блицкриг против «колосса на глиняных ногах – России». Но немецкие интеллектуалы лишь лукаво покачивали головами – и не верили. Немецкая профессура предпочитала ве рить русской литературе и русской историографии, с тевтонской любовью к документам полагая, что именно в них – правда.

По мнению же Солоневича, русскую психологию характе ризовали не художественные вымыслы писателей, а реальные факты исторической жизни. Не Обломовы, а Дежневы, не Плюш кины, а Минины, не Колупаевы, а Строгановы, не непротивление злу, а Суворов, не анархические наклонности русского народа, а его глубочайший и широчайший во всей истории государствен ный инстинкт. То, что СССР – не Россия, что искусственные кон струкции государственности, направленной в своей основе как раз на развал всякой государственности на территории России в угоду мировой закулисе, по выражению Ивана Ильина, – явление не только нерусское, но, наоборот, противорусское. Все это было убедительно показано и доказано Солоневичем.

Программная книга «Белая империя», начатая до Второй мировой войны в Софии, дописывалась уже после войны в Ар гентине, превратившись в «Народную монархию». В труде дан тот самый взгляд на русскую историю и современность той поры, которого нет и не могло быть ни в официальных писаниях совет ского времени, ни в нынешней части патриотической печати. О явно антирусской и говорить не стоит.

И здесь мы подходим к трагедии Солоневича, да и всех по настоящему правых, начиная с 60-х годов XIX века. Как и следо вало ожидать, «Литературная Россия» в приложении своем «Рус ский рубеж» повторила старое обвинение Солоневича в работе на пользу фашистской Германии. Это одна сторона. В Аргентине же ему устроили травлю солидаристы – вплоть до доносов в органы сыска с обвинением Солоневича в работе на КГБ.

Словом, травили Солоневича беспощадно. Он вынужден был покинуть Аргентину. Но и в Уругвае, где в те годы была сильна иная эмиграция – германская, клише «он — против Гит лера» сработало еще страшнее. Солоневич в возрасте 62-х лет, в расцвете сил и творчества погибает при довольно загадочных об стоятельствах. Случилось это в 1953 году. Смею предположить, что тайные пружины истории соединены в нечто целое, незави симо от внешних этикеток — капитализм, социализм и прочих.

Если русским защищаться запрещено при любом генсеке и на любом континенте, то возможно и такое. Солоневича убрала внешне многоликая, но единая антирусская сила. Убрала как опасного политического деятеля, который не стал бы играть в эти игры и вывел бы на чистую воду антирусскую мразь, под каким бы обличьем она ни пряталась.

Что сказать по этому поводу? ВОЗВРАЩАЙТЕСЬ! Помо гайте, вам же на душе легче, свежее станет!

Да, вас многое коробит и покоробит. Метро «Войковская»

до сих пор носит свое название от Войкова (Вайнера) – одного из цареубийц, а не, например, русского студента Коверды, пристре лившего Войкова в Варшаве, когда тот хвастливо показывал всем перстень, снятый с руки убиенной императрицы Александры Фе доровны (бандит – всегда бандит!). И я понимаю ваш немой во прос: это – по неведению или по злому умыслу?

Посмотрим по России. Что там видим?

Свердлов – президент (председатель ВЦИК) Советской Рос сии и глава правящей большевистской партии (секретарь Оргбю ро), инициатор красного террора, геноцида казачества. Мы все это знаем. Однако до сих пор продолжаем называть Свердлов ской целую область на Урале, улицу в Екатеринбурге, улицу в Тольятти. Это был дегенерат с 4-классным образованием, до ре волюции занимавшийся политическими убийствами. Возглавлял карательную «дружину» уголовников, которые убивали рабочих, отказывавшихся участвовать в политических забастовках. В Ту руханском крае, где Свердлов отбывал наказание за свои мерзкие делишки, он познакомился со Сталиным. После Октябрьского переворота 1917 года был рекомендован Сталиным и Лениным на пост председателя ВЦИК вместо оказавшегося «слабым» Каме нева (Розенфельда), которому Ленин иронически предлагал по менять фамилию на Тюфяков. Вожди революции полагали, что именно такой жестокий и неразборчивый в средствах дегенерат, как Яков Михайлович (Йешуа-Соломон Мовшевич) Свердлов сможет противостоять опасному авантюристу Троцкому. Он и противостоял: организовал убийства двух подручных Троцкого:

главу Петроградского ЧК – Моисея Урицкого и тогдашнего ми нистра печати Володарского, а также покушение на самого Лени на – Дора Каплан (настоящее имя: Фанни Ройдман) приходилась Свердлову племянницей. Затем Свердлов (якобы в ответ на «бе лый террор») объявил красный террор, после чего цвет русской интеллигенции уничтожали не за какие-либо проступки, а просто за то, что они русские. По приказу Свердлова были также унич тожены десятки миллионов рабочих, крестьян, казаков. Так из 4-х миллионов донских казаков по приказу Свердлова было уничто жено 2,5 миллиона. Детей казаков большевики закапывали живь ем в землю, приговаривая: «Мы закапываем нечисть». А до этого именно Свердлов отдал приказ об одновременном уничтожении царской семьи и всех ее родственников.

17-летний Аркадий Гайдар (впоследствии – детский писа тель) отправлял роты на подавление Кронштадского восстания, участвовал в подавлении Тамбовского крестьянского восстания, рубил шашкой крестьян на юге Красноярского края, лично убил в затылок более ста хакасов, выстроенных у края обрыва. Имя Гай дара носят детские учреждения, школы, библиотеки, детские до ма. Это его внук, Егор Гайдар, возглавив Правительство России в 90-х годах, развалил ее экономику и обрек миллионы людей на нищету и голод. Что и говорить, достойный продолжатель дел кровавого деда!

Скромная табличка в Кремлевской стене. Надпись: Розалия Землячка. Урожденная Залкинд Розалия Соломоновна. Палач русских офицеров Белой гвардии, которым обещали амнистию.

За одну неделю в Крыму ею и ее соплеменником, венгерским ин тернационалистом Бела Куном было убито 8 тысяч человек. Все го за 1920-1921 они прикончили не менее 50 тысяч пленных. То пили их в баржах, живыми, связанными колючей проволокой, сбрасывали в море. Известна знаменитая фраза Землячки: «Жал ко на них тратить патроны, топить их в море».

Сейчас польские националисты предъявляют нам счет за расстрелянных работниками НКВД в 1941 году в Катынском лесу польских военнопленных. Но и у нас есть счет к полякам гораздо больший. Это уничтоженные красноармейцы, попавший в плен к польской армии после поражения Тухачевского в 1920 году. Это вырезанная поляками русская интеллигенция в Бресте и других городах Белоруссии и Украины, захваченных Польшей. Это дру гие акты геноцида польских националистов против русского, бе лорусского и украинского населения. Однако если все же поль ские офицеры были убиты работниками НКВД, то произойти это могло только по приказу товарища Землячки, которая в это время была первым заместителем председателя правительства, т.е. са мого Сталина.

Приезжаем в Тамбовскую или Одесскую области – там есть города, которые носят имя Котовск. В честь Григория Ивановича.

Начал карьеру с убийства отца своей возлюбленной – князя Кан такузина, сколотил банду уголовников, убил камнем часового, был приговорен к смертной казни. Спасла революция. Отметился в Тамбове – громил крестьянское восстание.

В Москве, Петербурге, Смоленске, Челябинске, Кемерово, Грозном и других городах есть улицы имени Тухачевского – «доблестного полководца», сдавшего полякам в 1920 году 66 ты сяч красноармейцев, более 330 орудий, тысячу пулеметов, истре бителя населения Кронштадта после подавления мятежа, «борца за счастье трудящихся», химическими снарядами уничтожавшего восставших крестьян Тамбовщины. Тухачевский расстреливал людей даже за отказ назвать имя. Крестьян-заложников, которые две недели закапывали трупы своих близких, тоже расстреливали по приказу Тухачевского и закапывали в общей могиле.

И так везде, куда не глянь по карте России...

Вы думаете, нам это нравится, нас это не коробит? Вы жи вете в чаду ностальгии. Мы живем в чаду революционных миаз мов, но на своей земле. Мы и вы дополняем друг друга. Можем помочь друг другу. В ЛДПР – люди, сумевшие, так или иначе, вырваться из ниш, уготованных Агитпропом. И потому мы имеем моральное право обратиться к вам, здоровые, любящие Россию люди: помогите, ВОЗВРАЩАЙТЕСЬ!

Печально было видеть престарелых дочерей первых белых эмигрантов, которые уже говорят с акцентом. Грустно встречать ся с вроде как русскими людьми, приезжающими из далекой страны, но с видом какой-то проверяющей комиссии, мол, где, как и что у вас тут.

Хотелось бы, чтобы меня услышала русская диаспора.

Потому что самым свободным миром в этом мире, несмотря ни на что, остается Россия!

Я счастлив, что здесь родился и умру.

Я буду счастлив и за вас, если вы меня правильно поняли!

Еще и еще раз всем нам и вам повторяю: пора уже, давно пора – ИЗ ТРУБЫ....

СВЯТОЕ СЕМЕЙСТВО Семья – это всегда, как правило, третий, т.е., помимо мужа и жены, ребенок. Да, иногда можно разочароваться в женщине, матери твоего ребенка, но ребенок-то твой, ты любишь в нем свое продолжение. Хочется, чтобы сын повторил тебя в чем-то, очень хочется помогать ему, видеть, как он растет, на нем про крутить обратно, как в кино, ленту своего детства, юности, по мочь ему во всем.

Отец – мужское начало в семье, глава семьи. Он и корми лец, и воспитатель не только детей, но и жены. Мужчина – воин, защитник Отечества, идеолог, государственный муж, исследова тель, накапливающий новый опыт во всех сферах жизни и дея тельности человека и общества.

Прошу сразу же обратить внимание на словесный ряд: Бог, патриарх, митрополит, священник, монах, настоятель;

вождь, предводитель, президент, министр, губернатор, председатель;

царь, король, князь, граф, маркиз, герцог;

директор, начальник, мастер, конструктор, инженер, техник;

академик, доктор, доцент, лаборант, исследователь, студент;

преподаватель, учитель;

писа тель, поэт, художник, музыкант, врач;

генералиссимус, маршал, генерал, полковник, капитан, сержант.

Все они изначально входили в обиход, как слова мужского рода. Выстроенные в ряд, они ясно очерчивают положение муж чины в обществе, круг его профессиональных, общественных и социальных интересов. Они же указывают на приложение им своих способностей, на его роль в жизни семьи, в развитии рода, положении государства.

Для ребенка отец – это и родитель, и кормилец, и защитник, и воин, и наставник, и руководитель, и объект эмоций.

Я назвал эту главу «СВЯТОЕ СЕМЕЙСТВО», не имея в ви ду никаких аналогий и тем более параллелей. Просто, это очень, чтобы не сказать самый, модный сюжет мировой культуры эпохи Ренессанса, или, если по-русски, то эпохи Возрождения – СВЯТОЕ СЕМЕЙСТВО. Сколько художников посвятили свои полотна этой теме! Словом, писали все. Особенно Богородицу с младенцем Христом на руках. Реже – его приемного отца плот ника Иосифа. Всегда в полумраке. Но на лица и плотнику, и Бо городице с младенцем всегда падают светлые лучи...

Далеко неоднозначная это картина – СВЯТОЕ СЕМЕЙСТВО.

У сюжета о святом семействе не только религиозный смысл. Но есть еще и смысл бытовой, повседневный. Возмож ность совместной жизни мужчины и женщины. Создание семьи.

Как ее построить? И для чего она нужна? Вопросы явно отягоще ны еще и привходящими обстоятельствами – намеренная разница в возрасте между Иосифом и Марией, чужой ребенок у нее на ру ках.

Я уже не первый раз обращаю внимание на методику вос питания читателей Библии. В Святом писании нет беспроблем ных сюжетов. Они все и всегда состоят из многих входящих и исходящих фактов и данных. Однозначно их не истолкуешь. Чи татель писания, если он хочет постичь смысл читаемого, обязан размышлять, сопоставлять факты прочитанного с собственной жизнью, с опытом близких ему людей, т.е. сам искать ответы на вопросы.

Для моего поколения СВЯТОЕ СЕМЕЙСТВО больше из вестно в связи с изучением идейного наследия Маркса и Энгель са. Речь идет об изучении марксистской классики в университете и, в частности, работы «Немецкая идеология». Она была посвя щена критике друзей Маркса и Энгельса по университету, пред ставлявших собой студенческий кружок по изучению философии Гегеля.

В истории философии представителей этого направления стали называть младогегельянцами. Их вожак Отто Бауэр напи сал книгу «Святое семейство». Разумеется, не имеющую ничего общего с евангельским мифом. Под святым семейством он подра зумевал представителей немецкой религиозной философии XIII века. В представлении младогегельянцев эти религиозные фило софы были «реакционной» массой. По аналогии с этим Маркс с Энгельсом объявили в «реакционности» уже самих этих младоге гельянцев.

В телевизионном фильме «Молодой Маркс», показанном много лет назад по первому телеканалу, довольно неплохо пред ставлены сцены работы Маркса и Энгельса над этим произведе нием. Работали они весело и по-молодому задорно. Обычно их работа затягивалась за полночь. Приходившая по утрам горнич ная убирала со стола массу пустых бутылок из-под рейнского винца, вычищала несколько пепельниц – Маркс уже тогда весьма пристрастился к сигарам.

Уже потом, гораздо позже моих студенческих учений, я уз нал и другие подробности о молодых основоположниках мар ксизма, про которые в телефильме прямо ничего не показыва лось, но как бы намекалось для тех, кто знал эти подробности. Я имею в виду интимные отношения, в которых состояли Маркс с Энгельсом. Получалась уже не просто критика «святого семейст ва», а своеобразная «голубая семейка». Разумеется, без тех ее ак сессуаров, что позднее в веке ХХ приобрели такие семьи.

Кстати, содомские отношения были очень даже распростра нены среди революционеров – последователей Маркса и Энгель са. Писатель-эмигрант Григорий Климов вообще считал это от личительной чертой революционеров всех времен и народов.

Первым декретом Советской власти был вовсе не Декрет о мире, как нас учили в школе, а отмена наказания за гомосексуа лизм. Эту статью вновь ввели в Уголовный кодекс в 30-х годах (наказание – от 3-х до 8-ми лет), когда Сталин стал уничтожать пламенных революционеров, многие из которых придерживались именно такой ориентации. Так что повод для арестов «заслужен ных большевиков» был неплохой.

Наказывать за гомосексуализм перестали при Горбачеве, а при Ельцине эту статью вовсе выбросили из Уголовного кодекса.

Это был тоже первый законодательный акт демократической ре волюции 1991 года… Впоследствии Маркс женился на нормальной женщине Женни фон Вестфален, немецкой дворянке. Хотя она и оказалась старше Маркса на несколько лет, у них сложилась весьма нор мальная семья. Жили они, как говорится, долго и счастливо до самой смерти без всяких разводов и размолвок. Нарожали кучу детей, из которых в живых остались три дочери.

Энгельс остался, естественно, неженатым. Он был сыном немецкого фабриканта и довольно состоятельным человеком.

Это, собственно, давало ему возможность фактически содержать на свои деньги и Маркса и все его отнюдь не святое семейство.

Раз уж я вспомнил здесь про семейную жизнь Карла Мар кса, не могу не сказать и про семейства его дочерей. Эвелина вышла замуж за какого-то прощелыгу. Помучавшись с ним энное количество лет и совершенно расстроенная, она покончила жизнь самоубийством. Так же самоубийством закончила и другая дочь Лаура. Она вышла замуж за французского социалиста Поля Ла фарга. Жили они нормально. Но почему-то детей у них не было.

Довольно распространенное явление. По данным Всемирной ор ганизации здравоохранения, на конец ХХ столетия в мире или точнее в странах «золотого миллиарда» примерно от 10 до процентов семей – бездетны. Лаура и Поль, дожив до преклонно го возраста, когда оба уже почувствовали свою физическую не мощь, решили добровольно уйти из жизни. Мотив – раз уже ни чего не можем и не хотим, то зачем жить?

Их поступок вызвал у молодого Ленина громадное уваже ние, чтобы не сказать, восхищение. Он неоднократно ставил чету Лафаргов в пример и Крупской, и другим семьям «пламенных ре волюционеров», которых в 1937 году товарищ Сталин изводил пачками «за революционной ненадобностью», исходя из их же «революционной философии» о так называемой «революционной целесообразности».

У самого Ленина также не получилось «святого семейства».

У них, как и у Лафаргов, не было детей. Крупская была больна базедовой болезнью. Это непорядок с глазами. Вылезают из ор бит при повышении давления. Беременность для женщины могла закончиться весьма и весьма трагично. Видимо, зная эту особен ность, Ленин и Крупская воздерживались. Хотя оба очень люби ли детей. Узнал я и про близость Ленина с Инессой Арманд. Эта связь вождя стала известной Крупской. Она еще в эмиграции предложила Ленину развод. Тот думал три дня, но развод не при нял. Связи с Арманд прекратил, но привязанность к ней сохранил на всю жизнь.

Можно вспомнить семьи и многих других пламенных и не пламенных революционеров. Здесь и Сталин с Аллилуевой, и Хрущев с Ниной Петровной, и Брежнев с Викторией Петровной, и Горбачев с Раисой Максимовной. Словом, ряд – вполне убеди тельный. И весь этот ряд говорит об одном и том же: семьи у на ших революционеров и реформаторов явно не складывались. Это и не удивительно. Политика, как железо ржавчина, разъедает все возможные человеческие отношения, и прежде всего семейные.

Там, где политика, там практически всегда можно, как говорится, не глядя, предугадать, что для семьи – ДЕЛО ТРУБА. Хотя, спра ведливости ради, надо отметить, что за последние десятилетия и в отношении семей других категорий наших граждан приходить ся с сожалением говорить, что и у них тоже – ДЕЛО ТРУБА.

Когда я был в Китае, в Даляне (это бывший русский город Дальний, отданный советским правительством Китаю вместе со знаменитым Порт-Артуром и железной дорогой КВЖД), один русский профессор дал мне почитать книгу. Называется она «Кремлевские дети». Ее автор – Лариса Васильева. Кажется, в со ветское время она писала стихи. Теперь вот, видимо, из-за мизер ной платы за поэзию перешла на прозу. Я эту книгу видел в на шем госдумовском киоске, но не купил. Посчитал ее обычным для нынешних писателей очередным пасквилем. Надоели они до смерти. И на этот раз попытался отказаться. Но профессор угово рил. Я взял книгу посмотреть на сон грядущий. Но полистав на чало, зачитался и заснул под утро, едва не проспав мероприятие, положенное по дневному расписанию. И было от чего.

Вряд ли Васильева опиралась на заслуживающие особого доверия источники. Скорее она использовала слухи, сплетни, рас сказы очевидцев, а возможно, и самих участников описанных ею событий. Но поставленные в ряд друг за другом, они вызывают нужное впечатление. Все, что обозначено ярлыком «кремлев ский», будь то властители, их служки, родичи и даже детки, – в сущности, носители несчастья. Как бы они ни выкручивались, конец один – либо бесславная кончина и тихое забвение, либо громкий скандал и пожизненное поношение.

Дети Сталина. Уже в самом этом словосочетании Васильева едва ли не склонна видеть элемент, сходный со взрывчаткой или, по крайней мере, явление, неподвластное законам природы. Все же не убереглась писательская дама от поветрий псевдодемокра тической погоды на политкалендаре России. И она впала в искус демонизации Сталина и всего и всех, с ним соприкасавшихся.

Напрасно. Ничего демонического в Сталине не было.

Ну, все это – к слову. А по поводу детей Сталина известно почти все. Их было трое. Два мальчика и девочка. От двух мате рей – жен Сталина. От первой, грузинки Сванидзе – старший сын Яков. От второй, по отцу русской (а по матери неизвестно какой) Аллилуевой – средний сын Василий и младшая дочь Светлана.

Яков, старший, оказался самым гонимым из них, но и самым стойким и сильным по характеру юношей, а затем и мужчиной, офицером Красной армии. Поэтому скажу о нем поподробнее.

Вспоминает вторая жена Троцкого Наталья Седова: «Маль чик с очень нежным, смуглым личиком, на котором привлекают внимание черные глаза с золотистым поблескиванием. Тонень кий, скорее миниатюрный, похожий, как я слышала, на свою умершую мать. В манерах очень мягок… отец его тяжело нака зывает, бьет за курение… вчера Яша провел всю ночь в коридоре с часовыми… Сталин выгнал его из квартиры за то, что от него пахло табаком».

А вот мнение о Якове родственницы Сталина Киры Пав ловны: «Я очень любила Яшу, милого, красивого: смуглое лицо, агатовые глаза, чудесная улыбка, чудные вьющиеся волосы.

Очень добрый взгляд, очень дружелюбен. Он подходил к моей маме:

– Жень, дай рубль.

– Может, больше?

– Нет, рубль.

Она все удивлялась: зачем рубль-то нужен? Оказывается, ему папа денег не давал, вот он с рублем и ходил».

Сталин почему-то не очень жаловал Якова ни в юности, ни в зрелости. Я не думаю, что он его не любил. Не верю в много численные истории плохого обращения Сталина со своим стар шим сыном. Все это – рассказы врагов Сталина или тех, кого он по разным причинам отверг от власти, а значит – от кормушки.

Свидетельств сторонников Сталина – очевидцев отношений отца и сына – почему-то в литературе попросту нет. Ответ для меня может быть только один: значит, не считали нужным свидетель ствовать эти очевидцы, полагая, что ничего сверхъестественного в отношениях Сталина с Яковом просто не было. А если же брать одни факты, а они, как говорят, упрямая вещь, то получается та кая картина.

Яков учился в Московском институте инженеров транспор та. Причем, никто в институте его в особый ряд не ставил. Види мо, из-за фамилии Джугашвили. Дошло дело до комизма. Сталин, проверяя сообщение сына о зачислении в вуз, позвонил в прием ную комиссию и спросил, действительно ли принят абитуриент Джугашвили. Ему ответили, что зачислен, даже не подозревая, чей он сын. Так Яков и проучился, как «простой» студент. Это к вопросу о скромности Сталина, а заодно и независимости харак тера Якова.

Даже когда Яков захотел жениться на сокурснице Зое, ни кого, кроме его семьи, это событие не задело. Она была дочерью православного священника. Сталин воспротивился. Он считал, что Якову надо «встать на ноги», получить образование, порабо тать, чтобы самому суметь содержать свою семью. В общем-то, понятное желание. Оно опять-таки говорит о тех материальных условиях, в каких тогда жили «кремлевские». Что и говорить, со всем не в пример ни последующим, ни нынешним. Кстати, если кто-то заподозрит Сталина в предвзятости, замечу, что так же, как и он, считал дядя Якова, брат его покойной матери Александр Сванидзе.

Уязвленный Яков решил застрелиться. В кремлевской квар тире отца, на кухне. Но промахнулся. Говорят, Сталин высмеивал сына, мол, тюфяк, даже застрелиться не сможет, где уж тебе же ниться, а тем более и стать отцом семейства. Кстати, это не един ственный случай неудачного самоубийства среди известных лю дей. Стрелялся и 17-летний Алексей Максимович Пешков, буду щий великий писатель Горький. Попал в ребро и только ранил себе легкое.

Яков все-таки проявил самостоятельность. Женился. Но от отца ушел. Уехал в Ленинград. Родилась дочь, но вскоре умерла.

Брак распался. У Якова родился сын в 1936 году в городе Урю пинске. От 25-летней русской девушки Ольги Голышевой, рабо тавшей вместе с Яковом. Сын родился вне брака. Яков сошелся с еще одной девушкой, на сей раз еврейкой – Юлией Мельцер. На ней он женился, таким образом, во второй раз. Но и ее Сталин отверг, а вместе с ним отвергли и все Яшины родственники. Его родная тетя Мария Сванидзе прямо указала и на причины такого афронта. Мол, Юлия была хорошенькой женщиной, но в возрасте 30 лет. Для Якова – весьма «старая». У них родилась дочь Гали на. Но это рождение не примирило с ней семью и родственников Сталина и Якова. Как сложилась судьба Галины, неизвестно.


Впрочем, никого не заинтересовала и судьба сына Якова и Ольги Голышевой. Так же неизвестна судьба одного (а может, и не од ного) сына Сталина от домохозяйки сельца Курейка, где до фев ральской революции 1917 года будущий вождь отбывал ссылку.

Болтали о том, что якобы Сталин, уже будучи «кремлевским», исправно, т.е. ежемесячно, высылал в Курейку деньги на воспи тание этого сына. Словом, путаницы и темноты в отношении да же великих не занимать.

Хорошо известен финал самого Якова. В 1941 году накану не войны он стал лейтенантом, командиром батареи. 22 июня ушел на фронт. Говорят, отец благословил: «Иди и сражайся!»

(К слову, разве последующие и нынешние руководители по зволили бы своим деткам отправиться на войну? Я что-то не знаю ни одного генштабиста или министра, чьи сыновья участвовали в чеченских войнах. Там лямку тянули дети совсем других родите лей.) Неудачи начала Отечественной войны сказались и на судьбе Якова. Он попал в плен. Отказался сотрудничать с немцами. В плену погиб. Многие историки приводят слова Сталина на прось бу немцев обменять неудачника Сталинградской битвы Паулюса на военнопленного Якова: «Я лейтенантов на генералов не ме няю». Так ли это или нет, говорил так Сталин или ему эти слова приписала советская пропаганда, какая разница? Что это меняет в отношении характеристики его старшего сына?

Факты – упрямая вещь. И при всех интерпретациях они в отношении Якова ясны до прозрачности. Чего не скажешь о сыне другого «кремлевского» – Леониде Хрущеве. Он был старшим сыном Никиты Сергеевича от первого брака. Кроме Леонида, у Хрущева от первой жены была еще и дочь Юлия. Стараниями второй жены Хрущева Нины Петровны и ее с Хрущевым дочери Рады, ни о первой жене Хрущева, ни о его детях от этой жены ничего достоверно неизвестно. Рада вышла замуж за Аджубея, его Никита Сергеевич сделал не просто главным редактором га зеты «Известия», затмившей в то время по значению орган ЦК КПСС, газету «Правда», но и фактически шефом советской про паганды (крупная ошибка Хрущева, потому что отвечавший по должности за пропаганду секретарь ЦК КПСС М. Суслов не про стил ему этого унижения и в октябре 1964 года вместе с Брежне вым ниспровергнул «Хруща»).

По разным версиям, с Леонидом получается такая невеселая история. Любил выпить, погулять. Попал в темную компанию.

Отец спас от суда. Отправил на периферию, как Мао Цзэдун от правлял на перевоспитание своих соратников и их деток. Во вре мя Отечественной войны Леонид сначала был летчиком. Был ра нен. В госпитале в пьяной ссоре застрелил человека. Отец снова «отмазал» Леонида, отправив на фронт в истребительный баталь он. Леонид попал в плен к немцам. И оттуда его вытащил отец.

Обменяли на кого-то в отличие от Якова Джугашвили.

Улавливаешь, читатель, как мельчают кремлевские? Сталин был непреклонен. Хрущев же лебезил и ради сына готов был на все, даже предать свою Родину.

Что он, собственно, и сделал, развенчав культ личности Сталина, а затем, ввергнув страну в перестройку, в которой она едва не задохнулась. Спасли СССР лучшие представители поко ления победителей во главе с фронтовиком Брежневым. Сам Хрущев лишь числился на фронте, а в боевых действиях, как Брежнев, участия не принимал. Наоборот, убегал при слухе о первой же возможной опасности.

(В своих воспоминаниях маршал Жуков рассказал об одном таком эпизоде при отступлении советских войск из-под Харькова в 1942 году. Хрущев отомстил Жукову, отправив его на пенсию.) Возвращаясь к Леониду Хрущеву, можно отметить, что, по рассказам очевидцев, в плену он вел себя омерзительно. За такое поведение даже у своих ему полагался не Гулаг, а расстрел.

Опять же из рассказов кремлевских свидетелей, Хрущев бегал к Сталину с просьбой вызволить Леонида из плена. Тот долго не соглашался. Но Хрущев на коленях уломал вождя. Потом и ему Хрущев отомстил в докладе о культе личности на ХХ съезде КПСС. Такой был этот мерзопакостный человечек.

Дети кремлевских редко становились предметом гордости своих родителей. Несколько лет назад в возрасте 75 лет умерла Галина Леонидовна Брежнева. Сколько хлопот, обид, душевных ран нанесла она отцу и матери, Виктории Петровне! Связи с раз ными жуликами, пьянки (как и у ее младшего брата Юрия), почти уголовные дела. Наконец – замужество за молодым энергичным майором милиции Юрием Чурбановым. Брежнев сделал его гене рал-полковником, правой рукой министра МВД, своего друга мо лодости Щелокова. Но тщетно. После смерти Брежнева его зятя Чурбанова осудили на 10 лет за служебные проступки. Выйдя на свободу, Чурбанов приходил в Госдуму. Он, оказывается, был, чуть ли не другом тогдашнего руководителя думского аппарата, полковника милиции Николая Трошкина. Я видел Чурбанова мельком. Зона никого еще красивее не сделала. Постарел и «зя тек», такой была его кличка в брежневские времена. Что уж гово рить о Галине? То, что показали по ТВ, называется одним сло вом: старая ведьма. Продала все, что можно было продать: квар тиру на Кутузовском проспекте, дачу, драгоценности. Не знаю, уцелели ли звезды Героя и прочие ордена и медали отца.

Не лучше обстоят дела и у кремлевских демократического розлива. Взять хоть Горбачева. Он как-то прислал мне гневное письмо, мол, что ты берешься рассуждать о моих недостатках, о смысле истории и других, неподъемных для тебя материях? Ко роче, в стиле бывшего генсека КПСС отчитал меня, как простого б/п, т.е. беспартийного.

Пускай себе думает про меня все, что угодно! Я же добавлю к тому, что сказал и написал об этом человеке: Горбачев – наибо лее типичный мазохист, как в политике, так и в семье.

Я, например, глубоко убежден в том, что Горбачев испытал если не оргазм, то нечто близкое по ощущениям, когда Ельцин унизил его 21 августа 1991 года, после провала ГКЧП (затеянно го, кстати, не без участия Горбачева). Я имею в виду случай с подписанием Ельциным (на глазах стоявшего на трибуне Горба чева, Верховного Совета и миллионов телезрителей) указа о за прете КПСС и КП РСФСР. Большего унижения и более звонкой пощечины Горбачеву как генсеку и Президенту СССР трудно се бе даже представить.

Ну, а дома его мазохизм всем нам демонстрировала, царство ей небесное, незабвенная супруга Горбачева Раиса Максимовна.

Внешне – вроде бы эдакая смольная институточка, Лика Мизино ва из чеховских повестей. Но на деле – садистка, хотя и без па тента на занятие садистской деятельностью. Секретарь Крымско го обкома КПСС Гуренко рассказывал некоторым депутатам фракции КПРФ в Госдуме об их взаимоотношениях на отдыхе в Крыму в конце 1980-х годов, в том самом злополучном Форосе.

Раиса Максимовна «била по мордасам» не только форосскую че лядь – этих можно, они того заслуживают, – но и своего супруга.

Да и по ТВ даже видно было, как он подобострастничал перед Раисой. В народе его справедливо назвали подкаблучником.

Их дочь оказалась, к счастью (и своему собственному и сво его мужа тоже), не такой, как ее мать. Может быть, один на тыся чу случаев здорового потомства от дегенератов-родителей. Что такое дегенерация, мы еще поговорим. А предварительно – это разрушение личности и как следствие – привязанность к пороку.

Ведь садизм – это порок. Содом и Гоморра – города в Библии, которые Господь Бог поразил, сжег за порочные грехи его жите лей. Слово «садизм» – производное от фамилии французского писателя, маркиза де Сада. Он первым стал воспевать насилие в сексе, унижение партнера и т.д.

Еще одним воплощением кремлевского дегенератизма слу жит Татьяна, младшая дочь Ельцина. Таких, как она, иногда на зывают: Костя-Настя. И действительно, глядя на ельцинскую дочку, ее коротко остриженные волосы, размашистую, отнюдь не девичью походку, большие руки с жесткими ладонями, не сразу сообразишь, что это – девица. Может, у ее очередного мужа, бывшего главы администрации Ельцина, другое, чем у меня, мнение. Но, ей Богу, до сих пор не пойму: Татьяна – «Настя» или все-таки – «Костя»?

Уж очень хотел Ельцин сына. Произошла накладка. Роди лась дочь. Вот она по мере способностей и попыталась заменить Ельцину столь хотевшегося сына. Ну, а природа – великая пута ница. Заменить позволяет, но не на деле, а в воображении, в фан тазии. Что из этого получилось, думаю, объяснять не нужно.

Можно бесконечно рассуждать о детках великих, поменьше и о совсем маленьких хоть кремлевских, хоть околокремлевских отцов и матерей. Яснее и внятнее от этого сама «детская» про блема не станет. Но где-то снова звучит марш Мендельсона. Сно ва кричат: «Горько!». И снова – радость первой беременности. Но потом – разводы и опять – мальчишки без отца.

Приходят ребята устраиваться ко мне на работу, и у девяти из десяти нет отца. И ведь нет войны или концлагерей. Просто ломаются семьи или не создаются. Кого ни спрошу: мол, где отец, отвечают: нет отца! И у меня нет отца.

А может быть, будущее за этим? Может быть, исчерпала себя семья? Может быть, вообще всегда и везде скоро будут оди нокие люди: отдельно – мужчины, отдельно – женщины, отдель но – дети в детских приютах? К чему мы идем?

Может быть, я зря переживаю за мальчишек и девчонок?

Может, все наладится? Они уже сейчас не вступают в брак, а жи вут в гражданском браке, не торопятся. Может быть, у них полу чится? Может быть, появятся миллионы и миллионы семей, где все будет тихо и спокойно, и обязательно будут папа с мамой, все будут работать, и у всех будет жилье, и отдельная комната, и бу дет компьютер для ребенка, будет маленькая машина и дача, ни чего мы не будем уже бояться и никто нас не будет заставлять строить коммунизм или капитализм, бежать на грязный рынок или бежать от инфляции?

Наверное, будет! Обязательно будет хорошо! И подрастут наши дети и внуки. И может быть, вторые семьи у них будут бо лее удачливыми, а внуки вообще с первого захода все сделают правильно? Они же умнее нас. У них уже меньше горя должно быть. Они лучше все понимают. И мы этого хотим.


А пока я вспоминаю и понимаю, как переживают ребята, что нет отца. Наверное, у них и дружба не получается с одно классниками потому, что у них – общая печаль. Все это сковыва ет человека, когда у него неполная семья и некому подсказать: и как профессию выбрать правильно, и как построить отношения.

Все это надо знать юным. А у них и так проблем невпроворот уже с первого класса: споры с учителями, плохие оценки, кон трольные, диктанты… И во всем нужно участие взрослого авто ритетного человека.

Почти в каждой семье есть проблемы. Даже в тех, где вроде бы все живут вместе: папа, мама, их ребенок (может быть, даже не один). И у них тоже все происходит: скандалы, склоки, интри ги, размолвки. Может быть, и не надо стонать и хлюпать, а ко всему относиться спокойно, считать это нормой?

Это, наверное, очень сложное чувство сопричастности: отец и сын. Потому что мы не рожаем, у нас нет кровной связи со сво им ребенком. Мы его не выкармливаем, не выхаживаем, но все таки все отцы испытывают это чувство: хотят быть рядом со сво им ребенком. И очень тяжело переживают, когда им в этом ме шают.

Ведь у многих не складывается работа, карьера. А если еще не складывается личная жизнь и они не имеют возможности строить свои отношения со своим ребенком, то это – двойной удар, который убивает наших мужчин. Это большая социальная проблема, это мировая проблема. Дважды несчастные – мужчины нашей планеты. Нет счастья в личной жизни, нет гармоничных отношений со своими детьми. Нет успеха в работе, в карьере, так что же тогда есть? Ради чего мы живем? Неужели только ради того, чтобы бороться и терпеть поражения? Ведь победы очень редки.

Ну, победила партия. Ее лидер счастлив. Кто-то стал прези дентом, счастлив. Кто-то стал олимпийским чемпионом, кто-то – известным писателем, модельером. Но их – единицы. А миллио ны? Миллионы – в безвестности. Они простые работники или, что еще хуже, безработные. Они по документам являются мужь ями и отцами, но на самом деле не испытывают чувства удовле творения. Может быть, это общий крах семьи? И нам всем тяже ло жить вместе, рядом? Даже в обычной жизни, в нормальных, хороших семьях, вырастая, дети уходят от родителей, создают свои семьи и редко встречаются. И отношения становятся более прохладными.

Но ни в одной стране мира не хотят разрешить регистриро вать второй, третий брак одновременно с первым, еще не рас торгнутым. И почему нельзя, чтобы все дети считались законно рожденными;

чтобы все женщины, которые хотят быть женами, могли бы получить свидетельство о браке;

чтобы все отцы могли нести равномерную нагрузку за всех своих детей и жен, за все свои семьи? Пусть мужчина решает, со сколькими женщинами ему состоять в браке! Нет, говорят, мораль не позволяет! Рожать без брака позволяет, а заключить брак не позволяет.

Разрешаем поломать первый брак, и тогда, пожалуйста, вступай во второй, третий, в десятый, в сотый! Но для этого ты должен поломать предыдущий, сделать несчастными первую се мью, и тогда, может быть, немножко счастья будет во второй се мье. Потом вторую поломать. И что? Теперь в третью? Чушь ка кая-то! Ведь родились дети, они не знают, что кто-то придумал это общественное мнение.

Дети рождаются, исходя из природы человеческой, из ин стинкта размножения. Многие мужчины, может быть, и не хотят стать отцами. И даже женщины, может быть, не хотят быть мате рями. Но это происходит по природе. Потом мы уже наказываем друг друга. Миллионы раз наказываем, всю планету наказываем.

Бедные, богатые – они были всегда. Но пусть будет хоть и бедная, но семья, и в ней будет отец. Зачем же мы мешаем муж чинам чувствовать себя отцами, иметь право быть отцом всех его детей и заботиться обо всех своих женщинах?

Много раз уже мы поднимали этот вопрос, но нас жестоко высмеивали. «Многоженство противоречит православной мора ли, мы не мусульмане, нам это не подходит… Как это так – вто рая жена, третья жена?..» Но не в одном же доме они живут. В конце концов, они сами решают, где и как им жить. Ведь речь идет о праве мужчины зарегистрировать свои отношения с дру гой женщиной, не расторгая первый брак.

Мы же разрешили иметь любое количество квартир, машин, земельных участков, счетов в банках: и в наших, и в иностран ных. Но мы не разрешаем иметь счастье. Счастье у нас еще под запретом. Какая ложь, сколько еще гадости у нас на пути к чело веческому спокойствию!

Пожалуйста, пусть будет теневой оборот в семейных отно шениях, сколько угодно имейте любовниц и внебрачных детей!

Но легализовать? Нет, не имеете права.

Кто сформировал так общественное мнение, что нельзя гармонизировать нашу жизнь, сделать ее более спокойной, более приемлемой, соответствующей времени? Ну разве кто-то хочет иметь детей на стороне, разве женщина хочет остаться матерью одиночкой?

А ведь как раз благодаря ханжеству мы лишаем людей нор мальной жизни. Это должно быть. Мы не должны останавливать жизнь. Будет страшно, если люди станут бояться вступать в по ловые отношения. Мы же погубим сами себя!

Тем более такой подход важен у нас в России, где не хвата ет 10 миллионов мужчин, где самая страшная демографическая яма. Здесь бы уговаривать надо мужиков, чтобы они это делали!

Но общество и государство запрещают. Они сидят в своих боль ших креслах, эти лицемеры, и говорят: «Нет, это невозможно, этого нельзя!»

А много квартир и машин, много платьев и костюмов мож но? Все, что нужно вам можно? Имущество можно разрешить, а люди, по-вашему, так себе, мусор? Нельзя, чтобы было два мусо ра, три мусора, вот один – разрешаем. Чудовищно!

Придет время, все разрешат. Но сколько сейчас загублен ных душ, сколько разбитого счастья, сколько неоформившихся семей?!

Это было испокон веков и будет еще. Я бы поощрял это, за это медаль нужно давать. Отцам нужно давать медали. Женился – медаль, родил ребенка – вторую медаль. От другой женщины у тебя родился ребенок – третью медаль. И так сколько угодно. За это надо благодарить его, что он – отец.

Проституция – пожалуйста. Ее разрешают. Панелью опоя сана вся планета, одной панелью. Миллионы женщин стоят на краю дорог, отдаются за 20 долларов, но родить ребенка от жена того мужчины и жить с ним мы им запрещаем. Мы уничтожаем семью!

Ведь это самое прекрасное – зарождение жизни! И какая разница, как это получилось: состоит кто-то в браке, не состоит, есть ли у них квартира или нет.

Жизнь зародилась, так не мешайте, дайте свидетельство о браке и свидетельство о рождении! Они муж и жена, они родите ли. Они отец и мать. И у этого ребенка есть родители.

Но, к сожалению, этому мешают. Миллионы живут в не полных семьях. Чудовищно! Пройдут века, и будут смеяться: что это были за чудаки в XXI веке? Не хотели разрешить то, что де лает природа.

В результате происходит дикий взлет числа изнасилований.

Будет суд. Будет тюрьма. Будут покалеченные мужские и жен ские судьбы. Каждый день будут, каждый час, каждую минуту. А ведь не насиловали бы, если бы не чернили наши души сплош ными запретами: нельзя, нельзя, нельзя!

Тюрьмы, сумасшедшие дома – пожалуйста, сколько угодно.

Самоубийства – каждый час. Тысячи людей на планете Зем ля убивают себя. Почему? Потому, что запреты. Не хотят люди жить в таком обществе. Только в нашей стране каждый день человек не выдерживают и уходят из жизни. И в основе – отсут ствие счастья.

Нет отца. Где он? Он есть, он живой, он хороший, он хочет быть с вами, мальчики и девочки, но мешает общественное мне ние. Как оно гадко и отвратительно, кем-то сформированное об щественное мнение.

Или религиозная мораль: любить можно только в браке.

А когда вступают в брак? В 25-30 лет. А до 25 лет что де лать?

А когда разведены? А когда не могут вступить в брак?

Таких случаев миллионы. И что люди должны делать? А они делают то, что повелевает им природа. Вступают в самые ес тественные половые отношения между мужчиной и женщиной. И главная цель этих отношений – зарождение новой жизни. Но дальше не мешайте оформить эту новую жизнь. А вы говорите:

«Идите в ЗАГС». А там отвечают: «А вы уже в браке, идите об ратно!» И сколько будет эта лодочка кататься: туда-сюда, обрат но?

Отсюда преступность, отсюда коррупция. Отец ищет день ги, чтобы был дополнительный доход. Чтобы жена не знала, что у него есть лишние деньги, которые он отнесет в другую семью, тайную, нелегальную, скрытую.

И потом этот отец сидит в тюрьме за получение взяток. И несчастны уже две семьи. И их несчастными делаем мы, общест во. Общество мракобесов и негодяев.

Отец. Это слово должно звучать гордо. Может быть, даже сильнее, чем мать, потому что когда будет отец, более счастливой будет эта семья. И нормальным будет детство, и хорошими вы растут дети в этой семье.

А мы порождаем преступность, тиражируем ее. У нас есть деньги на детские колонии, на женские колонии. Миллионы лю дей гоним в тюрьмы ежегодно. А остановить эти преступления можно. Пусть живут, как хотят! Пусть имеют столько жен и му жей, сколько хотят, сколько получится!

Целое министерство должно быть по делам семьи.

Из бюджета выделяем деньги неполным семьям, матерям одиночкам. Отцам не мешайте, мужчинам не мешайте, и не нуж ны будут ваши жалкие пособия! Разве счастливы дети, получая ваши 70, 200, 300 рублей? Позор! Разве можно содержать детей на эти жалкие подачки?

Но вы же мешаете отцам заботиться об их детях! Гоняетесь за отцами с криком: «Плати, гад, алименты!» Сажаете в тюрьму злостных неплательщиков и еще раз ударяете по семье. Дети-то не знают. Они простили бы своих отцов. У многих действительно нет денег, чтобы платить алименты. Но озлобившиеся жены, бывшие жены гоняются за ними с судебными приставами. Не правильно все это!

Надо изменить отношение к браку, к детям, к отцам. Надо заставить всех отцов в первый класс повести в школу своих детей лично, взяв их за руку. Пусть на первой линейке торжественно перед школой стоят отцы. И учителями в школе должны быть мужчины, и судьями должны быть мужчины, и врачами должны быть мужчины. Вот тогда будет здоровое общество.

А сегодня Россия – женская страна. Учителя – одни женщи ны, врачи – одни женщины, судьи – одни женщины. Дома нет мужчины. Папы нет. Деда нет.

Бьем по самому главному: по любви, по семье. Бьем по чув ству ребенка, запрещаем ему думать, что есть папа, тот мужчина, который готов одарить своего ребенка лаской и всеми матери альными благами.

Можно быть холостым, разведенным, вдовцом, но отцом человек остается всегда, даже после смерти. Любящий сын будет приходить на могилу хотя бы раз в год или раз в три года, и вну ки будут вспоминать дедушку, и опять же через своего отца, сына этого дедушки.

ТРУБА ЗОВЕТ! Вперед! К семейному благополучию! Ибо СЕМЬЯ звучит гордо.

СТРОЙКА Сколько себя помню (примерно с трехлетнего возраста), в нашей стране, сперва в СССР, а теперь вот и в Российской Феде рации, ведется СТРОЙКА. Транссиб и БАМ. Магнитка и «Атом маш». Фабрики и заводы. Города и поселки. Площади и скверы.

Улицы и переулки.

Сначала протянули нефтепровод «Дружба», привязавший Восточную Европу к России. Потом пустили нефтепроводы всех размеров и калибров дальше. И как результат, уже вся Европа оказалась в российской энергоТРУБЕ.

При живом СССР все или почти все шло своим ходом. Мы строились, европейцы потребляли наши газ и нефть. С кончиной Советского Союза начались проблемы. Мы строиться не переста ли. И они продолжают потреблять. Но начались трудности с по ставками из-за наших расчудесных украинских, латышских, ли товских, польских и прочих соседей-товарищей.

А до этого, в 1950-е годы шла бурная всесоюзная СТРОЙКА по восстановлению порушенного войной хозяйства.

Справились с этим великим строительством в рекордно короткие сроки. Ведь, по расчетам западных экспертов, СССР должен был отстраиваться не менее полувека.

Правда, восстановились однобоко. Европа сперва отстраи вала быт, а потом все остальное. У нас до быта руки не дошли.

В 1945 году США объявили СССР «холодную» войну. На чалась бешеная гонка вооружений.

Поэтому начали мы и на этот раз, так же как и модерниза цию 1930-х годов, с тяжелой промышленности. В начале 1950-х годов испытали атомную бомбу, затем водородную. В 1957 году запустили первый искусственный спутник Земли. В 1961 году отправили в космос первого человека – Юрия Гагарина.

Строили мы тогда на совесть, быстро и слаженно. До сих пор не возьму в толк, откуда у нас взялось это строительное мас терство? На уровне мировых стандартов строили как заводы с фабриками, так и жилые дома, и целые города.

Например, Норильск в зоне вечной мерзлоты. Красавец город. До сих пор любуюсь его прямыми и ладно скроенными улицами и проспектами. И никаких тебе мигрантов тогда не было и в помине. Откуда бы им взяться было?

Пленные немцы строили дороги, некоторые дома. Но в ос новном и целом СТРОЙКА велась своими рабочими и инженера ми. Самой почетной профессией по тем временам была профес сия инженера. Люди гордились своими дипломами и еще больше гордились знаниями и умением трудиться для блага всей страны.

Хорошее было время и прекрасное настроение у всего народа.

Сталин оказался не только удачливым Верховным главно командующим. Он проявил себя и как незаурядный архитектор всесоюзной СТРОЙКИ. Говорят, что Сталин лично наметил кон туры тех восьми высоток в Москве, которые в корне изменили архитектурный облик нашей столицы и создали тот самый коло рит, который по сей день определяет ее лицо. Та же история – с парой десятков жилых домов по Тверской улице, от Белорусского вокзала к Манежной площади. Их фасады отделаны тем самым гранитом, который по приказу Гитлера свозили к Москве в нояб ре 1941-го. Надеялись заложить из него памятник тем немцам, которые первыми войдут в побежденную Москву. Не получи лось. Как не получилось и многое другое, что замышлялось на шими врагами в 1940-1950-е годы.

Русский народ доказал, что является не только народом воином, народом-победителем, но и народом-строителем, наро дом – творцом новых, мирового значения идей и технологий.

При правлении Хрущева СТРОЙКА продолжалась. И даже с большим размахом. Но успех был меньше, ошибок и просчетов прибавилось.

Чего, например, стоят хрущевские эксперименты в области сельского хозяйства. Я имею в виду переселение так называемых неперспективных деревень в так называемые агрогородки. Эти выселения-переселения нанесли по сельскому хозяйству страны удар гораздо большей силы, чем форсированная коллективизация начала 1930-х годов с ликвидацией кулачества, как класса.

Затем – лишение колхозников приусадебных участков.

От этих экспериментов сельское хозяйство так и не пришло в себя. Уже при Брежневе впервые в многовековой истории Рос сии из страны, экспортирующей зерно, Родина превратилась в страну, импортирующую зерно и другие сельхозпродукты. При мощном военно-промышленном комплексе, космической системе наступил коллапс других отраслей экономики. Скособочилось все народное хозяйство. Группа отраслей «А», т.е. крупная про мышленность, обошла отрасли группы «Б», т.е. легкую промыш ленность, бытовку. Такой перекос наблюдался впервые в мире.

Обычно дело всегда обстояло наоборот. Но и сама группа «А»

стала опираться отнюдь не на новейшие образцы техники. Прит чей во языцех для отечественного хозяйства стала проблема вне дрения научно-технических разработок в производство. Научная мысль работала, а вот реализовать ее не получалось.

До сих пор не могу понять, в чем тут дело? Ведь при так на зываемой мобилизационной экономике (термин председателя Госплана СССР конца 1940-х годов Вознесенского) такого раз рыва между технической мыслью и ее воплощением не было. А при Хрущеве и Брежневе проблема невнедрения приобрела пря мо-таки катастрофический по своей беспомощности характер.

Причем, все необходимое для внедрения было. Но, несмотря на все усилия властей, НИИ были сами по себе, производство – само по себе. Соединения, настоящего работоспособного соединения, так и не произошло.

ВПК и космос как были высшими высотами на экономиче ской карте, так ими и остались. Остальное – болото и пустыня.

Итог – застой. И это при 3-5-процентном ежегодном росте ВВП, т.е. внутреннего валового продукта. В странах Запада нулевой рост или рост в одну-две десятых процента считался прогрессом.

У нас 5 процентов – и никакого толку из-за некондиционной про дукции. Производство давало то, что никто не хотел потреблять.

Особенно в легкой промышленности. Идиотизм чистой воды! В мировой истории это – единственный случай.

Получалась теория и практика экономического абсурда.

Страна работала честно и добросовестно в подавляющем боль шинстве отраслей хозяйства. Но все наработанное фактически уходило в ТРУБУ.

Повторяю, я долго и упорно размышлял на эту тему. Бесе довал со многими академиками и профессорами. Но внятного от вета на все эти вопросы до сих пор так и не получил. Поэтому выстраиваю свое видение этой серьезнейшей проблемы, ставшей, по сути, источником и главной причиной того, что Россия-СССР Россия, по сути, проиграла в ХХ веке в соперничестве за мировые приоритеты. Начав век с трех революций, Россия и закончила столетие революцией: распадом СССР и дезинтеграцией во всех областях жизни общества.

Так вот о причинах. Как мне представляется, современное производство является поточным. Конвейер. Личность нивелиру ется. От конвейерщика требуется одно и то же: завинтить гайку, закрасить носик чайника, прострочить рукав пиджака, пришить пуговицу, причем верхнюю, потому что нижнюю пришивает уже другой, и так далее. Словом, конвейер.

Мой опыт, опыт многих других людей подсказывает, что русский человек генетически непригоден для работы на конвейе ре. Посади его на одну операцию – и через неделю он либо сбе жит с этого места, либо сойдет с ума, либо взорвет этот самый конвейер.

Японцы, китайцы, корейцы, т.е. представители желтой ра сы, будут 8-10-12 часов делать одно и то же. В США белые рабо чие за конвейером не сидят. Там пашут либо иммигранты из Азии, либо так называемые латинос, выходцы из стран Латин ской Америки. Негры и мулаты тоже на конвейере не работают.

Не приспособлены. Не могут.

В Европе, пожалуй, только немцы способны на относитель но монотонный труд. Отчасти французы, итальянцы. Англичане тоже уже не могут. Русский мужчина еще менее предрасположен к конвейеру.

Не случайно на часовых заводах, других точных конвейерах работают исключительно женщины. Русский же мастеровой ра ботать механически, как зомби, не может.

Возьмите рассказ-легенду замечательного русского писате ля Николая Семеновича Лескова «Левша». Подковал блоху, сде ланную английскими мастерами. Ай, какой молодец! Все восхи щаются.

Но почему-то никто не задумывается, а зачем он ее подко вал? Все просто, как все гениальное. Ему было интересно. Сорев нование. Заморский умелец сделал блоху. Ну, а чем я хуже? Мог бы сделать такую же. Да, но это уже будет плагиат, повторение.

Чтобы показать, что я лучший умелец, возьму и подкую эту са мую блоху. И таким способом превзойду англичанина.

Заставьте этого Левшу подковать еще 10-20-30 блох уже не ради мастерства, а за заработок, на поток поставьте изделие, – уверен, что тот не просто откажется заниматься поточным произ водством, а просто обидится на ваш приказ, сочтет его издева тельством над ним, как мастером своего дела.

Были действительно два великих художника из совсем раз ных школ, времен и народов.

Первый – наш русский Андрей Рублев. Его знаменитая «Троица» потрясает до глубины души.



Pages:     | 1 | 2 || 4 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.