авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 6 | 7 || 9 | 10 |

«Вестник Брянского государственного университета. №2 (2008): История. Литературоведение. Право. Языкознание. Брянск: РИО БГУ, 2008. 193 с. ...»

-- [ Страница 8 ] --

При включении в действующий УК такого изменения правосудие получило бы серь езный инструмент для уголовно-правовой борьбы с организаторами террористической деятельности и активными ее участниками.

Действенная борьба с преступностью немыслима без точного отражения в уголовном законодательстве реального уровня общественной опасности типично повторяющихся по ступков людей. Современное состояние преступности, те реальные угрозы, которые она соз дает для национальной безопасности страны, требуют обсуждения и решения проблемы по строения научно и криминологически обоснованной, внутренне согласованной системы норм института соучастия в преступлении. Конструкция соучастия в преступлении должна соответствовать назревшим потребностям общества по укреплению правопорядка и дейст венной борьбы с преступностью. Неполнота уголовного закона, различная оценка общест венной опасности однотипных эксцессов, игнорирование ряда опасных видов криминальной активности существенно снижают его эффективность.

The problem of controversial institution of criminal law, namely, complicity is disclosed. There are several opinions on the nature of complicity. There exist two main lines: acceptance of complicity as an independent form of crime;

all accomplices in spite of their different roles are actual doers of the crime, or there is one actual doer of the crime and all other accomplices are just accessories. Under the Russian theory of criminal law the actions of the accomplices should be qualified according to the article which is imputed to the actual doer. Accessory theory requires: all accomplices acted jointly;

the actions of each accomplice were in causal connection with the actions of the actual doer and criminal result;

all participants acted intentionally.

The key words: institution of criminal complicity, accessory theory of complicity, kinds of accomplices, organizer, accessory, abettor, actual doer.

Список литературы 1. Бурчак Ф.Г. Учение о соучастии по советскому уголовному праву. Киев, 1969.

2. Ковалев М.И. Соучастие в преступлении. М.. 1962.

3. Полный сборник кодексов РФ. М, 2007.

4. Есаков Г., Рарог А. Понимание Верховным Судом РФ «группы лиц» соответствует принципу справедливости // Российская юстиция, 2002. -.№1.

5. Галиакбаров Р. Как квалифицировать убийства и изнасилования, совершенные групповым способом // Российская юстиция, 2000, №10.

6. Уголовное законодательство зарубежных стран. М., 2001.

7. Уголовный кодекс Испании. М., 1998.

Право Об авторе И.А. Тарасова – канд. юрид. наук, проф., Брянский государственный университет им. академика И.Г. Петровского, yurfak-upd@yandex.ru УДК 343. ПРИЧИННЫЙ КОМПЛЕКС ПРЕСТУПНОСТИ В РОССИИ ПЕРИОДА РЕФОРМ 90-х ГОДОВ Н.В.Тарасова Изложены причины преступности в России периода реформ 90-х годов. К ним относятся в первую очередь кар динальные изменения в экономической, социальной и политической сферах жизни общества. Главными соци альными детерминантами криминализации Российского общества являются6 либерализация экономики;

сла бость Российского государства, возникшего на месте бывшего СССР;

влияние криминальных структур и видов криминального поведения, унаследованных от СССР;

изменение социальной структуры общества (появление сверхбогатых и возникновение малоимущих, маргинальных и незащищенных социальных слоев и групп, поло жение которых делает их потенциальным резервом преступности;

ценностный вакуум, включая и моральный), который возник после распада СССР. Эти группы криминогенных детерминант сошлись в России в одном ис торическом времени в начале 90-х годов, будучи взаимосвязанными, они объединились в причинный комплекс, который «запустил» процесс криминализации в постсоветском российском обществе и придал ему невиданные ранее масштабы.

Ключевые слова: причины преступности, социальные детерминанты криминализации, либерализация эконо мики, безработица, человеческий потенциал в промышленности и научно-технической сфере, социальная поля ризация.

Выявленные причины преступности помогают познать сущность любого обществен ного и государственного устройства и прежде всего его пороки, обычно маскируемые власть предержащими. Хорошо об этом сказал А.Н. Трайнин: «Преступность не самая значительная сторона в социальной жизни, но преступность обладает иным весьма важным свойством: она отражает и резюмирует все влияние окружающей среды. Оттого преступность неубывающая, а тем более преступность растущая – грозное свидетельство неблагополучия в самих основах современного общества» [1, с.2526].

Провозглашенный в конце 1991 г. курс экономической политики, получивший назва ние «шоковой терапии» и нашедший продолжение в последующие годы в «ваучерной» при ватизации, разрешенной государством вакханалии финансовых «пирамид», новом переделе собственности, распродаже наиболее важных в стратегическом отношении объектов (Но рильского комбината, алюминиевых заводов, нефтяных компаний и т. д.), привел страну к непрерывно обостряющемуся кризису, который носит системный характер, т. е. охватывает все стороны жизни общества. Проявлением указанного кризиса явилась «тотальная крими нализация российского общества» (В. Черномырдин). По оценке Госкомстата РФ, на дина мику и структуру преступности оказывали влияние процессы, обусловленные кардинальны ми изменениями в экономической, социальной и политической сферах общества. Высокую степень криминализации общества в России усиливал кризис в хозяйственно-экономической сфере, социально-политическая нестабильность, этнорегиональные конфликты [2, с.10]. Как видим, корни криминальных процессов Госкомстат усматривает во многих сферах общест венной жизни страны.

Данный подход представляется не только правильным, но и полезным, поскольку встречаются попытки «экономизации» преступности, когда причину ее роста в нынешней России видят исключительно в экономике – в дефектах приватизации, в перераспределении бывшей, общественной собственности, в ошибках экономической политики государства, ко Вестник Брянского госуниверситета. №2 (2008) торая, мол, толкает людей на преступления. Действительно, экономические факторы в ны нешней криминализации российского общества играют огромную роль (поэтому ниже их роль будет рассмотрена особо). Но криминализация явилась результатом действия не какой то одной группы криминогенных детерминант, а их целостной системы, охватывающей практически все сферы общества.

Как представляется, главными социальными детерминантами криминализации можно считать:

1) либерализацию экономики («отпуск» цен, разгосударствление собственности, при ватизацию и проч.), вызвавшую «шок от свободы»;

2) слабость Российского государства, возникшего на месте бывшего СССР;

3) влияние криминальных структур и видов криминального поведения, унаследован ных от СССР;

4) изменение социальной структуры общества (появление сверхбогатых, богатых и возникновение малоимущих, маргинальных и незащищенных социальных слоев и групп, по ложение которых делает их потенциальным резервом преступности);

5) ценностный вакуум (включая и моральный), который возник после распада СССР и отказа от руководящей роли КПСС [3, с.135].

Указанные пять групп криминогенных детерминант «сошлись» в России в одном ис торическом времени в начале 90-х годов. Будучи взаимосвязанными, они объединились в причинный комплекс, который «запустил» процесс криминализации в постсоветском рос сийском обществе и придал ему невиданные ранее масштабы.

Либерализация экономики как фактор криминализации общества. Главную роль в процессе криминализации общества играет экономическая преступность. Более 80% всех ко рыстных преступлений, в том числе таких опасных, как организованная и предприниматель ская преступность, а также коррупция, вызываются экономическими противоречиями. Эко номическая преступность – это сильнейший фактор, влияющий не только на экономику, но и на другие сферы общества.

По оценке Госкомстата РФ, среди всех факторов преступности определяющую роль играют те, что связаны с издержками проводимых реформ, либерализацией экономики.

«Наиболее деструктивным из факторов, влияющих как на состояние общества в целом, так и на криминальную ситуацию в стране, стал неоправданно высокий темп концентрации капи тала и средств производства в руках частных лиц. Это не только углубило социальное нера венство и антагонизм между отдельными группами населения, но и ожесточило борьбу за сферы влияния среди новоявленных бизнесменов, обладающих криминальным опытом или связями с преступном миром. В результате наблюдается активный процесс криминализации экономики с одновременным усилением альянса экономической и общеуголовной преступ ности в наиболее опасных формах. Отсюда – заказные убийства банкиров и крупных ком мерсантов;

серии банкротств и разорений банковских и иных финансовых структур, подкон трольных менее влиятельным криминальным группировкам» [4, с.38].

В результате проведенных реформ современное российское общество раскололось на два класса – бедных и богатых (конечно, такое деление не полностью соответствует, так ска зать, «каноническому" понятию классов), пропасть между которыми стремительно расширя ется и углубляется. По данным академика Г.В. Осипова, предельно критическим значением в мировой практике является соотношение доходов 10% самых богатых и 10% самых бедных групп населения (так называемый децильный коэффициент) как 10:1. В России (данные г.) это соотношение достигло уже 24:1 (в промышленно развитых странах эта пропорция не превышает 6–8-кратного значения). Более 40% россиян живут за чертой бедности, что чрева то социальными антагонизмами, страшными по своей разрушительной силе. Само формиро вание имущего класса сопряжено с целым рядом особо тяжких преступлений, прежде всего, конечно, экономических, но не только. Прямые потери от насильственных преступлений в ходе этого процесса уже составили тысячи убитых и десятки тысяч покалеченных.

Право Склонность состоятельных классов к совершению преступлений была подмечена дав но. Так, К. Маркс писал: «Именно в верхах буржуазного общества нездоровые и порочные вожделения проявлялись в той необузданной – на каждом шагу приходящей в столкновение даже с буржуазными законами – форме, в которой порожденное спекуляцией богатство ищет удовлетворения сообразно своей природе, так что наслаждение становится распутством, а деньги, грязь и кровь сливаются в один поток. Финансовая аристократия как по способу сво его обогащения, так и характеру своих наслаждений есть не что иное, как возрождение люм пен-пролетариата на верхах буржуазного общества» [5, с.11]. К. Марксу зачастую приписы вают и нижеследующее высказывание, хотя оно взято из работы Т. Даннинга «Тред-юнионы и стачки» и приводится им в первом томе «Капитала»: «Обеспечьте 10 процентов, и капитал согласен на всякое применение, при 20 процентах он становится оживленным, при 50 про центах положительно готов сломать себе голову, при 100 процентах он попирает ногами все человеческие законы, при 300 процентах нет такого преступления, на которое он не рискнул бы хотя под страхом виселицы» [6, с.770].

На преступность мощное воздействие оказывают и такие проявления системного кри зиса экономики, как спад производства, массовые неплатежи, нарастание учтенной и скры той безработицы.

Наиболее криминогенные последствия связаны с системой распределения, которая создала условия для стремительного обогащения ограниченной социальной группы и выми рания беднейших слоев населения. Распределительные процессы обусловили возникновение следующих негативных феноменов:

1. Разрушение производства, возникновение безработицы, обнищание населения.

Экономические распределительные механизмы привели к тому, что сфера производства ста ла крайне нерентабельной. При норме прибыли в производстве около 10% размер банковско го кредита для развития-производства нередко достигает сотен процентов. В таких условиях вкладывать деньги в развитие производства становится крайне невыгодно. В стране не толь ко не возникает новых предприятий, но и останавливаются ведущие флагманы мировой про мышленности. Так, Читинский камвольно-суконный комбинат, специализировавшийся на выделке шерстяных тканей из достаточно дешевого сырья, поступающего из Монголии, в 80 х годах начал активно завоевывать мировой рынок, оставляя позади многих европейских производителей. Тогда же этот комбинат был переоснащен современнейшим оборудованием.

На свои средства предприятие построило целый жилой микрорайон для своих работников.

Зарплата была высока, труд престижен, уровень преступности низок. Сегодня в цехах этого комбината запустение, некоторые затоплены водой, оборудование ржавеет, конкурентоспо собная продукция не производится. Китайские арендаторы в одном из цехов наладили про изводство колготок. Рабочие перестали получать зарплату, они и их дети постепенно запол няют криминальные ниши. Что остается простому человеку, если государство лишает его возможности честно трудиться? Этот пример типичен для российской глубинки. Излишне пояснять, в выигрыше или в проигрыше оказались западные конкуренты от затопления Чи тинского комбината водой. Нетрудно понять, под чью диктовку наша правящая элита нажи мает на рычаги в сфере распределения [7, с.121].

2. В современный экономический лексикон вошел термин «диверсионная приватиза ция». Он означает покупку российского конкурентоспособного предприятия зарубежными инвесторами с целью разорения, ликвидации либо перепрофилирования его с выпуска кон курентоспособной продукции на ширпотреб (примерами могут служить Карельский целлю лозно-бумажный комбинат, Ефремовский завод по производству глюкозы и др.).

3. Механизм распределения резко ограничил сферу честной жизни. В ряде случаев люди просто лишены возможности честно заработать на жизнь. И это при том, что СМИ ежеминутно обрабатывают сознание людей, насаждая высокие стандарты потребления. Ло гика жизни диктует: достигнуть рекламируемых высоких жизненных стандартов можно, лишь ступив на криминальную тропу. И подталкивают россиян на эту тропу механизмы рас пределения.

Вестник Брянского госуниверситета. №2 (2008) 4. Распределительный механизм филантропически направил потоки нефти, газа, золо та, алмазов, леса и других ресурсов, а также финансов за рубеж. В то же время социальная сфера, обеспечивающая безопасность общества, находится на голодном пайке. Материальная база армии, службы безопасности, погранслужбы разрушается, зарплата работников этих сфер в десятки раз ниже мировых стандартов [7, с.121-122].

Происходит разрушение человеческого потенциала в промышленности, в научно технической сфере. Рабочие, техники, инженеры, научные сотрудники либо работают в не полную силу из-за отсутствия заказов, средств на новое оборудование и приборы, а подчас и на зарплату, либо вынуждены уходить, становятся безработными, переходят к другим заня тиям. Среди ученых ширится постоянная и временная (по контракту на срок) эмиграция. За 10 лет численность занятых в науке и научном обслуживании сократилось с 3,4 до 1,5 млн.

человек;

большинство перешло в другие отрасли, иные выехали за границу. Производствен ные и научно-технические коллективы ослабевают, распадаются, а многие просто исчезают.

Из-за отсутствия средств на приобретение новой техники и ремонт старой, покупку удобре ний и т. д. сокращается слой механизаторов на селе.

Нормальный процесс воспроизводства этих социальных групп оказывается нарушен ным, поскольку молодежь не стремится в сферу производительного труда, который (за не большими исключениями) низко оплачивается. Система начального профтехобразования по рабочим специальностям разрушается – в отличие от подготовки кадров по профессиям, в которых нуждаются сферы обслуживания и управления. В высшей школе подготовка эконо мистов, юристов, менеджеров ведется в растущих масштабах, причем в значительной части на платной основе. Но в средние и высшие технические заведения конкурс мал или его нет вовсе. Получив диплом, их выпускники «рассеиваются», поскольку сегодня промышленно сти и науке они не нужны. Растет численность подростков, не получивших даже так назы ваемого «основного» образования (9 классов), в то время как в середине 80-х годов более 80% вступающей в жизнь молодежи имело полное среднее и среднее специальное образова ние.

Рост социальной поляризации сопровождается социальной деградацией, которая не избежно приводит основные массы населения к физиологической деградации, что несет уг розу генофонду нации. Физиологическая деградация большинства населения страны находит концентрированное выражение в ухудшении состояния здоровья. Средняя ожидаемая про должительность жизни мужчин опустилась ниже выхода на пенсию (60 лет), а в ряде искон но русских областей – до 55–57 лет. Каждый третий юноша призывного возраста не может быть призван на военную службу по состоянию здоровья;

до 15% призванных имеют дефи цит массы тела. За бедностью и нищетой большинства – вымирание населения России.

Уменьшение числа детей, и, стало быть, через несколько лет школьников, а потом вступаю щих в жизнь работников – наиболее тревожное свидетельство деградации социальной струк туры общества.

Очевидно, что анализ указанных причин преступности позволяет выявить те направ ления деятельности государства, которые являются первоочередными. К ним относятся: уст ранение огромного разрыва между богатыми и бедными;

решение проблемы несбалансиро ванности хозяйственного механизма, пороков и недостатков экономической политики, распределительных отношений, безработицы;

устранение агрессивности, депрессии и высо кого уровня тревожности людей, восстановление нравственности.

Causes of crime in Russia during the reforms of the 90s are formulated. In the first place these are the dramatic changes in economic, social and political spheres of life. The main social determinants of criminalization of the Russian society are liberalization of the economy;

weakness of the Russian authorities which came after the former USSR, influence of the criminal structures and criminal behavior inherited from the USSR;

change of the social structure;

appearance of super-rich and low-income marginal unprotected social groups, whose state makes them potential criminal reserve;

lack of spiritual and moral values after collapse the of the USSR. These groups of criminalization determinants came to gether in Russia at the beginning of the 90s and being interconnected they merged into the causal body which ‘started’ the process of criminalization in the post soviet Russian society and gave it enormous strength.

Право The key words: causes of crime, social determinants of criminalization, liberalization of the economy, unemployment, human potential in industrial, scientific and technical spheres, social polarization.

Список литературы 1. Трайнин А.Н. Уголовное право: Общая часть. М., 1929.

2. Преступность и правонарушения (1991–1995). Статистический сборник. МВД РФ, Минюстиции РФ, Межгоскомстат СНГ. М., 1996.

3. Шиханцов Г.Г.Криминология. Учебник для вузов. М, 2001.

4. Преступность и правонарушения (1991–1995). Статистический сборник.

5. Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 7. М, 1967.

6. Маркс К. Капитал. Т. 1. М., 1967.

7. Иншаков С.М. Криминология. М., 2000.

Об авторе Н.В. Тарасова – канд. юрид. наук, доц., Брянский государственный университет им. академика И.Г. Петровского, yurfak-upd@yandex.ru.

Вестник Брянского госуниверситета. №2 (2008) ЯЗЫКОЗНАНИЕ УДК 415. ЕДИНИЦЫ СИНТАКСИЧЕСКОГО УРОВНЯ КАК РЕПРЕЗЕНТАНТЫ КОНЦЕПТА ЖЕРТВА В СОВРЕМЕННОМ РУССКОМ ЯЗЫКЕ Г.П. Басс На основе понимания концепта как комплексной единицы с полевой структурой охарактеризованы компоненты одного из уровней периферии, синтаксического. Рассмотрены словосочетания и предложения как средства вер бализации концепта Жертва.

Ключевые слова: когнитивистика, концепт Жертва, синтаксические репрезентанты, концептосфера, Пас тернак.

Активное развитие современных направлений языкознания, в частности, когнитивной лингвистики, лингвокультурологии, психолингвистики, привело к появлению и широкому распространению термина концепт. Данный термин, существовавший и прежде в других науках, таких, как философия, логика, психология, в лингвистике стал употребляться в связи с тем, что существует непосредственная связь между возможностями языка и содержанием концепта.

В когнитивной лингвистике существуют различные трактовки концепта (см. работы А. Вежбицкой, Е.С. Кубряковой, Д.С. Лихачева, Ю.С. Степанова и др.). Представляется наи более удобным для последующего анализа определение И.А. Стернина и З.Д. Поповой, кото рые под концептом понимают «дискретное ментальное образование, являющееся базовой единицей мыслительного кода человека, обладающее относительно упорядоченной внутрен ней структурой, представляющее собой результат познавательной (когнитивной) деятельно сти личности и общества и несущее комплексную, энциклопедическую информацию об от ражаемом предмете или явлении, об интерпретации данной информации общественным соз нанием и отношении общественного сознания к данному явлению или предмету» [1, с.46].

Из определения следует, что концепт – это комплексная мыслительная единица, от ражающая индивидуальные и общественные представления и оценки различных явлений.

Все многообразие концептов существует не обособленно: каждый этнос обладает набором концептов, которые характеризуются общими чертами, взаимосвязаны, взаимодействуют и образуют концептосферу. Данная статья представляет фрагмент исследования, посвященно го описанию семантики и структуры концепта Жертва в русском языке в сопоставлении с английским.

Как явление мира идеального, концепт обнаруживает себя, в частности, с помощью языковых элементов, поэтому можно описать концепт, анализируя его языковые реализации, которые структурированы, как и сам концепт. В качестве репрезентантов выступают едини цы различных уровней1.

В исследовании опираемся на предложенную воронежскими лингвистами полевую модель концепта, которая включает ядро (ключевая лексема того или иного контекста), при ядерные (как правило, синонимы и дериваты) и периферийные элементы (грамматические, синтаксические, стилистические и прочие языковые средства) [см.: 2, с.60-64].

Анализируется язык романа Б. Пастернака «Доктор Живаго», как проза, так и поэтический цикл «Стихотворе ния Юрия Живаго» как неотъемлемая часть романа. Все иллюстрации – по изданию Пастернак Б.Л. Доктор Живаго: роман. – М.: «Мартин», 2006. -528 с. (Избранная классика). Цифра в скобках – страница.

Языкознание Единицы синтаксического уровня, словосочетания и предложения, как правило, яв ляются периферийными средствами экспликации концепта, причем периферийность не сви детельствует о меньшей значимости обозначаемого признака, а чаще всего, о многоступен чатости связи с ним. Это касается и концепта Жертва.

В романе «Доктор Живаго» концепт Жертва реализуется словосочетаниями, предло жениями, синтаксическими построениями в составе сложного синтаксического целого (в ча стности, поэтической строфы), «группы предложений, объединенных по смыслу и граммати чески и выражающих более или менее законченную мысль» [3, с.38].

В тексте романа встречается значительное число словосочетаний, глагольных и имен ных, вербализующих семантический компонент концепта Жертва в той или иной степени.

Наиболее полно реализации служат словосочетания, участвующие в представлении одновременно нескольких сем, характеризующих концепт Жертва. Так, в следующих гла гольных словосочетаниях можно выделить три семы: отдать жизнь за кого-л., посвятить себя освобождению, отдать молодость освободительному движению, («действие» + «объ ект»+ «реципиент»: то, на что распространяется действие и цель, то, ради кого/чего оно со вершается);

«Я еще не решил, что с ним сделаю, но если что откроется, вздерну без сожа ления остальным в назидание» (319) («характер действия» + «реципиент» + «цель»). Про анализируем, как реализуется набор сем в последнем примере. Глагол «жертвовать» имеет словарное значение «не щадить кого-, чего-л., подвергать гибельной опасности ради чего-л.»

[4, с.479], что в полной мере отражено в словосочетании: лишить кого-л. жизни через пове шение (добровольно и без жалости) ради определенной цели – послужить уроком другим, чтобы неповадно было.

Если обратиться к этимологии, слово жертва в русском языке восходит к старославян скому жрЪтва, образованному с помощью суффикса –тва от глагола жрЪти – «приносить в жертву» (ср. лат. grti – «благодарить, восхвалять», греч. geras – «почетный дар» и т. п.) [5, с.50]. Поэтому естественно, что среди репрезентантов концепта превалируют глагольные лексемы и сочетания с ними. Однако встречаются и именные словосочетания, например: го товность ради кого-л. на что угодно – содержит семы «добровольного согласия, желания совершить что-л.» (что может оказаться опасным, гибельным, самоотверженным, предпола гать отказ от чего-л.) + «реципиента» + «объекта» – того, что приносится в жертву («что угодно»).

В тексте можно выделить большое количество глагольных словосочетаний, вербали зующих концепт и участвующих в представлении двух сем: потерянной любви добиваться, заслужить/вымолить прощение («действие» + «цель»);

устоять против искушения, пренеб регать соблазном, потратить столько души, заплатить морями крови («действие» + «объ ект»). Во всех приведенных примерах ядерный компонент содержит сему добровольного или вынужденного отказа, отречения, действия, требующего усилий и направленного на дости жение высшей цели или получение чего-либо более ценного, по мнению субъекта. Встреча ются также именные словосочетания, в которых можно вычленить 2 семы: готовность к крупному, отчаянному, небывалому;

мученики идеи («субъект» (тот, кто подвергся мучениям, страданиям) + «объект» (ради которого субъект перенес тяжелые испытания)).

Среди словосочетаний с одной семой преобладают именные: во имя высшей револю ционной справедливости, во имя человека, на благо женщин и детей, в защиту уязвленной гордости («реципиент»);

пропащие, отчаянные головушки («субъект», человек, добровольно или принудительно отказывающийся от чего-л., приносящий себя и свои интересы в жертву чему-л.);

поруганная честь, кровавая цена, мученическая смерть, любой ценой («цена, мера, плата, то, чем жертвуют»);

чудом храбрости («образ действия, характер действия»). Сюда же можно отнести глагольные словосочетания, в которых сам по себе глагол не содержит указа ния на жертвование, а служит вербализации концепта только в контексте или составе фразе осочетаний: против воли пришлось (нарушить), остаться ради кого-л., идти к верной гибе ли.

Вестник Брянского госуниверситета. №2 (2008) Аналогичный семантический набор реализуется словосочетаниями в цикле стихотво рений: а именно, глагольные словосочетания с тремя семами: жизнь свою разбиваю (перед тобою), «в руки грешников себя предаст» («действие» + «объект» + «реципиент»);

глаголь ные словосочетания с двумя семами: «все до нитки роздал», «хоронят Бога», «выкупало пе ней» («объект» + «действие»), «отдан (подонкам) на суд» («реципиент» + «действие»), «от давал в добычу» («действие» – «цель, назначение жертвы»), «(получив) в жертву эту дань»

(«объект» + «цель, назначение жертвы»), «отказался без противоборства» («действие» + «образ действия, характер действия»);

именные словосочетания с 2 семами: «благо гибельно го шага» («поступок, проявление жертвы» – «результат»);

глагольные словосочетания с од ной семой: «получив на муку» («цель, назначение жертвы»);

именные словосочетания с 1 се мой: «во имя страшного ее величья» («цель»), «из жалости ко мне» («причина» или «цель»), «в добровольных муках» (в отношениях предмет – свойство раскрывается «добровольный ха рактер жертвы»), «тайная струя страданья» (в отношениях предмет – свойство раскрывает ся «скрытый характер жертвы»).

В качестве репрезентанта концепта Жертва могут выступать простые предложения.

Это, во-первых, двусоставные предложения: «Слишком многим руки для объятья /Ты раски нешь по концам креста» («Магдалина II»), односоставные безличные: «Надо заслужить прощение» (337) и инфинитивные предложения: «Жизнь прожить – не поле перейти»

(«Гамлет»). Отдельно следует назвать восклицательные и побудительные предложения по цели высказывания: «Эта девчонка, на которую я потратила столько души!» (61). «Мы умираем мучениками идеи на заре мировой революции. Да здравствует революция духа. Да здравствует всемирная анархия» (345);

«Да разве так потерянной любви добиваются?

Камни надо ворочать для этого, горы двигать, землю рыть!» (303). «Останься ради меня, умоляю тебя» (404). «Сломите себя ради Ларисы Федоровны» (431). «Делай, как тебе луч ше, не считайся со мною. Я все переборю» (297). «Еще пышней и бесшабашней /Шумите, осыпайтесь, листья, /И чашу горечи вчерашней /Сегодняшней тоской превысьте»

(«Осень»). Как видим из примеров, в этих предложениях реализуется сема «самоотвержен ности, готовности к самопожертвованию, отказу от чего-л.» или «призыва к совершению жертвенного поступка» характерны для побудительных предложений.

Но самым распространенным компонентном синтаксического уровня являются слож ноподчиненные предложения с придаточными условия и цели.

Например, сложноподчиненные предложения с придаточными условия могут содер жать семы «самоотверженность», «готовность к самопожертвованию», «отказ от чего-л.» или «призыв к совершению жертвы» (поступка, предполагающего значительное усилие, отказ от чего-л. и т.д.). При этом придаточное условное предложение содержит указание на обстоя тельства, необходимые для осуществления действия: «Если нужно, если ты мне прикажешь, я убью его» (404). «Если ты меня любишь и хочешь удержать меня от гибели, не надо от кладывать, давай обвенчаемся скорее» (86).

Придаточные цели в сложноподчиненных предложениях передают цель или то, из-за чего/ ради чего/ во имя чего приносятся жертвы, совершается отказ, отречение от чего-л., что может совершаться добровольно: «Ему надо все эти военные лавры к нашим ногам поло жить, чтобы не с пустыми руками вернуться, а во всей славе, победителем!» (295). «[Те рентий Галузин] решил пойти на все, чтобы освободить ее» (442) или вынужденно: «При шлось ей уехать, чтобы окончательно ее не заклевали» (321). «Чтобы избавить их от бу дущих страданий сократить свои собственные, он в неистовстве тоски сам их прикончил»

(358).

Иногда предложение может содержать целую цепочку придаточных цели, что усили вает напряжение и эмоциональность высказывания: «Я пошел на войну, чтобы после трех лет брака снова завоевать ее, а потом, после войны и возвращения из плена воспользовался тем, что меня считали убитым, и под чужим, вымышленным именем весь ушел в револю цию, чтобы полностью отплатить за все, что она выстрадала, чтобы отмыть начисто Языкознание эти печальные воспоминания, чтобы возврата к прошлому больше не было, чтобы Тверских Ямских больше не существовало» (445) (сема «жертва» - в главном предложении).

Следующие примеры представляют собой сложноподчиненные предложения с прида точными цели в составе сложносочиненных предложений с элементом противопоставления, что подчеркивает глубину и трагизм обстоятельств «жертвоприношения»: «Чтобы избавить Пашу от пятнающей привязанности, вырвать ее с корнем и положить конец мучениям, Ла ра объявила Паше, что наотрез отказывается от него, потому что не любит его, но так рыдала, произнося это отречение, что ей нельзя было поверить» (101-102). «Вот он Юря тин брал, забрасывал нас снарядами, знал, что мы тут, и ни разу не осведомился, живы ли мы, чтобы не нарушить своей тайны» (293).

Простые и сложные предложения, содержащие противопоставление, являются ярким примером репрезентации анализируемого концепта и содержат одновременно две контраст ные семы. Например, «чем жертвуют» и «к каким результатам приводит»: «Перебили на вой не весь цвет мужской, и осталась одна гниль никчемная, никудышная» (302) (Представлен элемент микрополя в составе макрополя Жертва: «тот, кто пострадал или погиб от какого-л.

несчастья, стихийного бедствия и т. п.»). «От своего берега отстали, к чужому не приста ли» (305);

условие и следствие: «Пока он им нужен, его терпят, им по пути. Но по первом миновении надобности его отшвырнут без сожаления прочь и растопчут…» (291);

нежела ние совершить что-л. и вынужденность, необходимость такого шага: «Нам одинаково труд но представить себе наше разъединение, но, может быть, надо пересилить себя и принес ти эту жертву» (431). «Но как ни сковывает ночь Меня кольцом тоскливым, /Сильней на свете тяга прочь / И манит страсть к разрывам» («Объяснение»).

Риторические вопросы в составе сложных предложений служат еще одним средством вербализации концепта Жертва: «Неужели за это неосторожное восхищение он должен расплачиваться тем, чтобы в жизни больше уже никогда ничего не видеть, кроме этих на протяжении долгих лет не меняющихся шалых выкриков и требований, чем дальше, тем бо лее нежизненных, неудобопонятных и неисполнимых? Неужели минутою слишком широкой отзывчивости он навеки закабалил себя?» (368).

Эмоциональную окраску придают параллельные конструкции: «Лучше де скорая смерть, чем долгая от голоду. Лучше врагу в руки, чем лесному зверю в зубы» (349). «Поду майте, шесть лет разлуки, шесть лет немыслимой выдержки» (446). «Мы брать преград не обещали, /Мы будем гибнуть откровенно» («Осень»).

На примерах разных синтаксических уровней можно увидеть свойство эмотивной на сыщенности концепта Жертва, что еще раз подтверждает его значимость для русской куль туры и для творчества писателя в частности и соответствует утверждению Ю.С.Степанова о том, что «концепты не только мыслятся, они переживаются. Они – предмет эмоций, симпа тий и антипатий, а иногда и столкновений» [6, с.43].

В романе «Доктор Живаго» находит отражение индивидуальное восприятие жертвы.

В авторском понимании она неразрывно связана со страданием, мукой, отказом от всего ради высшей цели, иногда неоправданной и ложной, проявлением храбрости, геройства, самоот речения, вплоть до гибели героя. Это – призма, через которую преломляются, вновь пере оцениваются человеческие качества. В поэтическом же цикле романа тема жертвы получает образную, метафорическую интерпретацию: прежде всего – интертекстуальные связи с Евангелие и высшим проявлением жертвы – Христом («Магдалина II», «Гефсиманский сад»);

фольклорный сюжет принесения в жертву чудовищу «пленницы-красы» («Сказка»), также одушевление сил природы (стихотворение «Осень»);

наблюдается пересечение кон цептуальных полей Жертва, Тоска, Страдание.

Как показал анализ, именно отражение в явлениях синтаксического уровня тех же са мых компонентов, которые представлены ядром, доказывает действительное наличие струк туры: периферия связана с ядром и образует поле концепта.

Вестник Брянского госуниверситета. №2 (2008) On the basis of the understanding a concept as a complex unit with a field structure the components of one of the pe ripheral levels, syntactic, are characterized. Word combinations and sentences as means of verbalization of the concept Zhertva are considered.

The key words: cognitive science, concept Zhertva (Sacrifice), syntactic representatives, conceptual sphere, Paster nak.

Список литературы 1. Стернин И.А., Попова З.Д. Семантико-когнитивное направление в российской лин гвистике. Respectus Philologicus № 10(15), 2006. С. 43-51 [Электронный ресурс].

http://www.ceeol.com.

2. Попова З.Д., Стернин И.А. Очерки по когнитивной лингвистике. Воронеж: Истоки, 2001. 12 п.л.

3. Солганик Г.Я. Стилистика текста: Учеб. пособие. М.: Флинта, Наука, 1997. 256 с.

4. Словарь русского языка: В 4-х т./ АН СССР, Ин-т рус.яз.;

Под ред. А.П. Евгеньевой.

М.: Русский язык, 1981. Т.1. А-Й. 1981. 698 с.

5. Фасмер, М. Этимологический словарь русского языка: В 4 т./ М. Фасмер, пер. с нем. и доп. О.Н. Трубачева. М.: Прогресс, 1986. Т.2.: (Е - Муж). 672 с.

6. Степанов Ю.С. Константы: Словарь русской культуры: Изд. 2-е, испр. и доп. М.:

Академический Проспект, 2001. 990 с.

Об авторе Г.П. Басс – аспирант, Брянский государственный технический университет, gali na.bass@gmail.com УДК 378.144/. О СТАНДАРТАХ КАК СОСТАВЛЯЮЩИХ НАУЧНО-ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКОЙ РАБОТЫ СТУДЕНТА ВУЗА: ЗА И ПРОТИВ С.Я. Гехтляр Научно-методологическая статья – фрагмент учебника, подготовленного кафедрой журналистики. Характери зуя основные типы студенческих научных работ, автор ориентирует учителей и студентов выбирать форму ра боты, дает рекомендации по содержанию и структуре.

Ключевая слова: научно-исследовательская работа студента, типы, стандарты Как известно, с элементами научного исследования в процессе обучения будущий студент знакомится еще в школе. Реферативные доклады, конференции и презентации – ви ды деятельности, требующие обобщения, классификации, а главное – требующие от обу чающегося позиции, когда необходимо сделать выбор. К сожалению, практика вузовского обучения обнаруживает у поступивших две, в равной мере негативные, закономерности:

первокурсник не только не умеет подчас сделать выбор и обосновать его (пьеса, кинофильм понравились – а что именно понравилось?), но и не знают основных стандартов, отличаю щих учебную практику от содержащей элементы исследования (многие ли представляют различие задач и, соответственно, ожидаемых результатов: лабораторная работа – практи ческое занятие – семинар?). Опыт показывает, что даже основные требования к реферату неизвестны, а принципы написания курсовой работы, как правило, уясняются на основании Языкознание «консультаций», причем чаще не с преподавателем, а со студентами-предшественниками, всегда ли этот путь оптимален?

Представляется, что не только начинающий студент, но и старшекурсник нуждается в специальных пособиях, помогающих освоить теорию того или иного вида деятельности обу чающегося.

Данная статья - фрагмент, основные положения пособия, подготовленного к печати сотрудниками кафедры журналистики (авторы – С.Я. Гехтляр, Е.А.Чернявская, А.А.Рубан), в котором: 1\ характеризуются основные виды учебной деятельности, содержащие эле менты исследования, в их отличии от чисто учебной работы;

2\ излагаются основные требо вания к содержанию и структуре реферата, курсовой работы, выпускного квалификацион ного сочинения.

Первое, что необходимо освоить первокурснику, - основные признаки того или иного вида работ. Коротко представим их.

Конспект с элементами исследования – когда из прочитанных работ выписываются положения, подтверждающие или опровергающие предварительную установку. На этом этапе преподавателю важно показать, чем такой конспект отличается от изложения содержа ния, показать, что основной признак такого конспекта – концептуальность.

Второй этап на этом пути – реферирование. Оно, как известно, может быть учебным и научно- учебным. Учебное реферирование является в основе своей репродуктивным, т.е.

представляет в обобщенном виде только фактографическую информацию, но включает и иллюстративный материал, в нем обязательно подчеркиваются сведения о полученных авто ром результатах и возможностях их использования.

Используется также жанр реферата- резюме, он – переходный от учебного к имею щему элементы исследования: в нем только основные положения, тесно связанные с темой реферируемого издания.

Реферат-обзор – путь подготовки к будущему исследованию: автор такого реферата с необходимостью охватывает несколько точек зрения, не исключая частных аксиологиче ских моментов.

Специфика научно-учебного реферирования состоит в том, что наряду с изложением содержания той или иной научной работы дается анализ представленной в первоисточниках информации и ее, с позиции автора, оценка в непременной связи с объективными данными о состоянии проблемы.

Структура учебно-научного реферата включает три основных компонента: библио графическое описание источника (полные выходные данные), собственно реферативный текст и справочный аппарат.

Вторая часть, собственно реферативный текст, строится следующим образом:

-характеристика темы и объекта -описание результатов, выводов -характеристика применения результатов.

Учебно-научное реферирование – интеллектуальный творческий процесс, включаю щий осмысление текста, элементы аналитико-синтетического преобразования использован ной информации, следовательно, на выходе мы имеем новый, принадлежащий автору рефе рата, текст.

В языке реферата максимально выражена тенденция преобладания существительных над другими частями речи, большое число глаголов с общим значением типа считать, рас сматривать, описывать.

Синтаксис характеризуется однообразием, материал подается не в развитии, а в ста тике (например: Сообщается…, а не Будет сообщено…). В тексте преобладают констати рующие обобщения и перечисления. Используя элементы оценки, важно быть предельно корректным, т.е. нельзя в репродуктивном реферате ни излишне восхищаться мыслями ав тора, ни, тем более, порицать. Важно помнить, что на стадии реферирования той или иной работы мы не способны увидеть проблему во всей ее полноте.

Вестник Брянского госуниверситета. №2 (2008) Одним из распространенных приемов перечисления является использование парал лельных конструкций и однородных членов предложения. Так как, как правило, в реферате не даются обоснования выдвигаемых положений, в нем мало примеров, совсем не принято приводить сравнения, сноски, ссылки на первоисточники. Точные даты положено заменять указанием периодов, конкретные имена – наименованием школ и направлений.

Особенность реферата как первой стадии научно-исследовательской работы: в нем должно быть показано, насколько глубоко изучен и понят определенный раздел той или иной учебной дисциплины. Рекомендуемый объем –10 –30 страниц А4.

Этапы работы:

- выбор темы (тематика определяется преподавателем, но студент выбирает из нее проблему, имея в виду перспективу своего научного интереса. Идеальный вариант: изучен ная при подготовке реферата научная литература помогает в определении темы курсовой работы – курсовая работа кладется в основу доклада на спецсеминаре – апробация в резуль тате участия в научных студенческих конференциях, конкурсов – подготовка выпускной квалификационной работы);

- Подбор и изучение основных источников (для перспективы научной работы –8- источников);

- Составление библиографии (записи лучше делать на карточках, на их основе – список литературы в конце готовой работы);

- Обработка и систематизация информации;

- Разработка плана;

- Написание реферата.

Курсовая работа - первый по сложности вид исследовательской деятельности, кото рый является прежде всего квалификационной работой. Теоретическая значимость, актуаль ность темы и прикладное значение при этом стоят на втором плане. Хорошо выполненная курсовая работа должна свидетельствовать в первую очередь о том, что:

- в ее основе имеется определенная задача (вопрос), касающиеся данной отрасли знания (выбор определяется предложенной преподавателем тематикой;

роль студента – ото брать из предлагаемой тематики наиболее близкое интересам, при возможности использо вать прежний опыт реферативных и др. работ);

- в ее основе – теоретические положения той или иной научной школы, концепция, которая в определенной мере известна и ясна студенту;

- эти положения рассматриваются применительно к новому материалу ( или в но вом ракурсе), подтверждаются или оспариваются выводами работы;

- содержание курсовой работы должно позволить дать оценку имеющегося на данный период научного представления по данному вопросу, т.е. работа должна содержать конкретные выводы, возможно, предложения, указывать перспективу развития и практиче ские результаты (методического или другого характера).

Композиционная структура курсовой работы:

- титульный лист - оглавление - введение - главы (как правило, две) - к каждой главе – выводы - заключение - библиографический список - приложение (не обязательно;

сюда входят материалы, не являющиеся научно важными для понимания содержания) - вспомогательные указатели.

Основные компоненты введения в курсовой работе: обоснование темы, выбора мате риала, предполагаемые цели и результаты, содержание и формулировка задач.

Языкознание Характеризуется объект и предмет исследования, сообщается об используемых мето дах анализа, о теоретических основаниях и практической значимости наблюдений ( обобще ний). В конце введения обязательно формулируются положения, выносимые на защиту, они, как правило, - есть обобщенные и квалифицированные выводы.

Содержание первой главы – обзор литературы вопроса, изложение важнейших теоре тических оснований того анализа, который представлен второй главой.

Главный смысл и содержание первой главы курсовой работы – представление того состояния вопроса, которое застало начало данного исследования. Главное, на что следует обратить внимание: в обзоре литературы нельзя перечислять все, что известно из прочи танного! Особенно осторожными нужно быть с утверждением, что тебе в данной области принадлежит первое слово!

Вторая глава – квалификация, классификация и выводы в результате исследования материала, в котором проявила себя логика теории-обоснования, формулировка важнейших положений теории, которые могут получить как подтверждение, так и опровержение.

Заключение в такой работе играет роль концовки, обусловленной логикой проведен ного исследования, носит форму синтеза накопленных впечатлений, резюме основной и на учно-обосновательной частей. Этот синтез - последовательное, логичное, стройное изложе ние итогов и указание на их соотношение с общей целью и конкретными задачами, постав ленными и сформулированными во введении. Заключение – это выводное знание, тот собственно результат, который может быть вынесен на обсуждение, оно должно соот носиться с формулировками цели и положений, выносимых на защиту2.

Размеры курсовой работы для гуманитарных специальностей 30 -40 стр., картотека должна насчитывать не менее 400-600 единиц.

Дипломное сочинение (или, как официально называется эта работа: выпускная квали фикационная) в основном выполняется с соблюдением указанных для курсовой работы тре бований.

Отличия: она должна быть больше по размеру (в среднем 75 стр. текста), тема фор мулируется с учетом постановки более серьезной, чем в курсовой работе, проблемы. Наи более удачно (мы уже говорили об этом), когда тема дипломной работы формулируется с учетом осведомленности студента в данной проблематике, с учетом тем его реферативных и курсовых работ по проблемам выпускающей кафедры.

(Примерный перечень типа источников теоретических сведений и материала в связи со специальностью «Журналистика» представлен в подготовленных выпускающей кафедрой методических рекомендациях. Там же – образцы оформления титульного листа и оглавления, формы для документации, представляемой вместе с работой в Государственную аттестаци онную комиссию.) Здесь опишем некоторые характеристики выпускной работы, важные для любой спе циальности, но которые, как показывает опыт, часто остаются за пределами внимания как исполнителя, так и научного руководителя.

Введение необходимо начинать с обоснования темы: чем обусловлен выбор студента, почему выбранная проблема или идея научного направления может служить темой выпуск ной работы. Обоснование должно позволить читающему работу понять, что студент облада ет способностью определить, что в избранной им теме позволяет выявить уровень подготов ки, его соответствие присуждаемой квалификации и потенциал. Главное при формулировании обоснования – показать границу между знанием и незнанием в затронутом вопросе. Важ ным показателем правильности вхождения в проблему является тот факт, если изложение обоснования отвечает на вопрос «что?»

Вслед за обоснованием темы необходимо характеризовать объект и предмет иссле дования. Так как объект – это философская категория, которая выражает то, что противосто ит субъекту в его предметно-практической и познавательной деятельности, то для исследо Более подробное описание основных компонентов структуры см. ниже, при характеристике выпускной ква лификационной работы.

Вестник Брянского госуниверситета. №2 (2008) вания объект – реально существующая, независимо от человека и его сознания действи тельность, точнее, ее определенная часть, выступающая для познающего индивида в фор мах деятельности, языка и знаний, вырабатываемых в ходе истории. Таким образом, для фи лолога в качестве объекта могут выступать определенные тексты, определенным образом фиксированная речь;

для психолога, к примеру, объектом может служить поведение челове ка, для историка – совокупность сведений о событиях того или иного периода в жизни наро да и т.п.

В тесной связи с понятием объекта находятся такие понятия, как предмет исследова ния и материал его.

Предмет, или предметная область, – то содержание внутри избранного объекта, на которое направлена мысль исследователя, множество всех явлений, свойства которых и от ношения между собой подлежат рассмотрению в научной работе. Та же фактура (тексты, словари, архивные сведения, статистические данные, формулы и т.п.), через которые реали зует себя объект исследования, выступает в качестве его материала.


Естественно, что сам исследователь выступает при этом в качестве субъекта.

Разобравшись с понятиями объект, предмет, материал, необходимо сформулировать актуальность темы исследования. Словари определяют актуальность как «значимый для настоящего времени», « имеющий значимость для настоящего времени», отсюда следует, что неверным является часто встречающееся в работах обоснование актуальности как отсутст вие работ подобного плана («тема актуальна, так как до сих пор к ней не обращались иссле дователи»). На самом деле актуальность определяется злободневностью, значимостью темы, ее современностью, а главное – важностью для решения смежных научных проблем.

В качестве своеобразного «оселка», позволяющего проверить, правильно ли сформулирована актуальность, можно использовать вопрос «почему?»

Следовательно, автору необходимо показать, с какими именно вопросами теории связана его тема и что позволит в этой теории выяснить или уточнить рассмотрение избран ного им вопроса.

Как правило, студенческая выпускная работа не решает собственно научной пробле мы, ее специфическая черта – необходимость выхода за пределы достигнутого знания. С опорой на ранее изученное и обоснованное, студент рассматривает собственный объект и материал, имеет возможность подтвердить или опровергнуть достигнутое предшественника ми выводное знание.

Именно поэтому, определяя (что требуется от выпускной работы) теоретическую значимость, студент показывает, какого рода новые сведения или материал введены им в научный оборот, какие аспекты базовой теории позволил уточнить произведенный анализ.

Практическая значимость может определяться возможностью использования ре зультатов исследования в практике дальнейших наблюдений, обучения, при разработке в дальнейшем планов студенческих научных проектов.

Прежде чем перейти к содержательным главам, важно осветить во введении еще не сколько вопросов: определить цели, задачи, связанную с ними структуру исследования, со общить об использованных научных методах, сформулировать положения, выносимые на защиту.

Цель исследования – это всегда ответ на вопрос «зачем?» «Толковый словарь русско го языка» С.И.Ожегова (М., 2000) определяет понятие «цель» как «предмет стремления, то, что надо, желательно осуществить», но мы в данном случае имеем дело с целью как фило софским понятием, поэтому важно, что «Философский словарь» подчеркивает : «цель – иде альное предвосхищение результата, на достижение которого направлены действия… выра жает закономерность познавательной деятельности человека, его зависимость от объектив ных законов… это также непосредственный сознательный мотив, направляющий и регулирующий действие…» (М..1963.с.496). Формулируя цель, исследователь представляет основное содержание своей научной гипотезы.

Языкознание Для достижения цели требуется постановка и решение ряда исследовательских задач.

При выполнении выпускной квалификационной работы это, как правило, изучение специ альной литературы и определение теоретической базы исследования, выборка необходимого материала и составление картотеки, на основании которой материал обоснованно квалифи цируется и\или классифицируется.

Цель и материал определяют, в свою очередь выбор методов исследования.

Как известно, набор исследовательских методов - это, наряду с объектом. предметом исследования и собственным метаязыком тот необходимый минимум, которым должна об ладать каждая самостоятельная наука. В философском смысле метод – путь познания и ис толкования любого явления действительности, «форма практического и теоретического ос воения действительности, исходящего из закономерностей движения изучаемого объекта, система регулятивных принципов преобразующей, регулятивной или познавательной, теоре тической деятельности» (Мостепаненко М.В. Философия научного познания. – Л.,1972,с.19).

В зависимости от того, к какому типу из перечисленных видов исследовательской деятельности обращается субъект, вырабатываются различные специальные методы той или иной науки (тут слово «метод» - в узком смысле), система приемов и процедур, способст вующих целенаправленному изучению объекта с определенной точки зрения.

Наиболее распространенная ошибка дипломных сочинений – расхождение между списком использованных методов и практикой применения, поэтому, для благополучного прохождения работы через «препоны» рецензирования, автор, называя метод, методику, прием, должен коротко и четко указать способ его применения. Например, если автор лин гвистического исследования называет среди методов нормативно-стилистический, он обя зательно должен добавить, что, опираясь на него в процессе анализа текста, исследует язы ковые явления, выходящие за пределы литературно-языковой нормы и дает им функцио нальную характеристику.

Иногда возникают сомнения: обязательно ли формулировать в выпускной работе по ложения, выносимые на защиту?

Представляется, что такие положения нужны, это не пустая формальность, а важная часть исследования, которая позволяет (можно сказать даже – помогает) связать воедино по становку задачи и результаты, это тоже своего рода «оселок» : в правильно и доказательно построенной работе непременно проявляется логический параллелизм между названием, це лью, защищаемыми положениями.

Приведем образец такого соотношения. Если тема работы «Индивидуально авторские словообразования в языке русской поэзии (на примере произведений М.Цветаевой и И.Северянина)», то цель ее – описав неологизмы указанных поэтов, выявить характерные черты, отличающие, прежде всего в области развития словарного состава, поэтический текст определенного периода русского языка. Тогда естественно, если на защиту автор выносит следующие положения: «1.Процесс образования новых слов, присущий языку как постоян ное явление, особенно интересен в языке поэзии. 2. Именно творчество М.Цветаевой и И.Северянина может с наибольшей полнотой характеризовать процессы периода Серебря ного века. 3.Анализ текстов М.Цветаевой и И.Северянина показывает, что несмотря на особенности поэтического почерка, есть в области образования поэтами новых слов общие черты, позволяющие сделать вывод о закономерностях…»( следующие далее специальные характеристики из стремления к экономии места опускаем. – С.Г.).

Наиболее важные доказательства правомерности утверждений, содержащихся в по ложениях, выносимых на защиту, как правило, концентрируются в выводах по главам и за ключении.

Заканчивая разговор о стержневых узлах работы. Несколько слов о библиографии.

Совершенно непреложное требование (на практике далеко не всегда выполняемое): в список использованной литературе имеют право войти только те исследования, на которые были ссылки в тексте.

Вестник Брянского госуниверситета. №2 (2008) Кроме процедуры предзащиты и различных способов апробации результатов иссле дования (доклады на итоговых конференциях, публикации в сборниках студенческих работ и др.) выпускное сочинение, чтобы предстать перед ГАК, как известно, должно быть реко мендовано к защите научным руководителем и получить положительную оценку рецензен та.

Научный руководитель в своем отзыве может только характеризовать студента, его отношение к работе, указать на соотношение поставленной задачи и того, что представлено как результат. Но не должен научный руководитель, не имеет права, высказывать свои со ображения о заслуживаемой оценке, это решает только экзаменационная комиссия.

Точно так же и рецензент дает оценку прежде всего существу рассматриваемой ква лификационной работы, обязательно касаясь в отзыве параметров: обоснованность тема тики, актуальность, доказательность изложения, язык, выполнение требований к оформ лению.

Практика прохождения защит показывает, что здесь нередки нарушения.

Одной из важнейших составляющих правильно проведенной процедуры защиты яв ляется выполнение требования: выставляя оценку, ГАК в первую очередь учитывает уме ние студента ответить на замечания и вопросы рецензента… … Которые в отзыве должны быть обязательно (иначе что же это за защита, если ни кто не нападает?)!

The scientific-methodological article is a fragment of a textbook made by the Chair of Journalism. Presenting a brief description of the basic student scientific work types, the author orients teachers and students to the choice of the re search form and direction, gives recommendations for its content and evaluation.

The key words: students’ research work, types, standards.

Об авторе С.Я. Гехтляр – докт. филол. наук, проф., Брянский государственный университет им. академика И.Г. Петровского, sv_ge@mail.ru.

УДК 51-72: 530. 145+42.2Англ.

МЕТОНИМИЧЕСКИЕ «СОЛИДАРНОСТИ» В ТЕКСТЕ И.Ю. Иевлева Статья посвящена изучению семантики когнитивной модели «признак-предмет» в метонимическом наполнении в условиях художественного текста. Автор выделяет спектр метонимических переменных в позиции «признак»

и создает их классификацию, что дает основание считать рассмотренное метонимическое построение вариан том исходной прототипической модели.

Ключевые слова: дихотомия «язык-речь», метонимия, языковая универсалия, атрибутивная метамодель, контекстуальная модификация семантики, метонимические переменные, изоморфизм.

Дихотомия «язык-речь» констатирует две объективные реальности языка: язык как знание, система в себе и язык как деятельность, направленная на самовыражение и воздейст вие. Эта формула глубоко диалектична: противопоставляя две ипостаси языка, она подразу мевает их равноправное сосуществование, взаимодействие и влияние [1]. Их соположение оправдано и поддержано принципом дополнительности в научной практике, согласно кото рому объект в разной среде бытования и при использовании в его изучении разного (все бо Языкознание лее совершенного) технического инструментария обнаруживает порой противоречивые каче ства, что, тем не менее, не разрушает его целостности.


Из диалектической трактовки дихотомии «язык-речь» вытекает важнейшее теорети ческое следствие: речь есть реализация системных норм, моделей и правил, но каждый раз она видоизменена создающим ее индивидуумом, ибо речь есть индивидуальный продукт языкового творчества.

Опыт изучения метонимии как лексической-языковой, так и функциональной, рас крыл высокую степень ее окказиональности, речевую продуктивность, синтаксическую мо бильность и прагматическую силу [2]. Перед исследователем, который увлечен предраспо ложенностью языка к созданию специфического контекста благодаря своей чуткой вариа тивности, встает вопрос: какие закономерности, обусловленные природой семантики взаимодействующих единиц и правилами их сочетаемости, управляют процессами их ком бинаторики?

Отправной точкой и методологической предпосылкой представляемого исследования стало сакраментальное положение лингвистики о дуализме языкового знака, его диалектиче ской природе, которая выражается в автономной изменчивости обоих планов знака и, следо вательно, отсутствии их однозначного соответствия.

Объектом анализа явилась атрибутивная модель, закрепляющая смысловое отноше ние «признак-предмет». Моделирование погружает в неведомые пласты когнитивных сте реотипов, которые управляют речемыслительными стратегиями и порождают лексикализо ванные произведения. Атрибутивное сочетание – это положение наибольшей близости язы ковых единиц, их безусловной целостности;

это наиболее органичное изображение предмета в его ситуативно заданной признаковой определенности [3, c.103]. Однако в ходе диагности рования семантической природы членов модели и выявления критериев сочетаемости смы слов стало ясным, что термин «предмет» целесообразно заменить на «носитель признака», т.к. в позиции ядерного компонента может появляться имя предмета любой гносеологиче ской природы. Частеречная перекличка обеспечивается словообразовательными транспози циями и трансформациями, что делает возможным, изменяя категориальный облик референ та номинации, представить и использовать в речи действие как субстанцию, признак предме та как субстанцию и т.п. Опредмечивание всего сущего является когнитивной доминантой в словообразовании – и это объясняет открытость позиции «предмет» для слов любого пред метно-понятийного рисунка: действий, состояний, признаков.

В английском языке, как известно, обсуждаемое отношение закреплено за двумя мо делями: Adj N (прилагательное-существительное) и N N (существительное существительное). Это первый сигнал множественного выбора формы выражения некоторо го содержания. С другой стороны, жесткая формализованность синтаксической модели ведет себя двояким образом. На уровне частеречных, лексико-грамматических категорий сущест вительного и прилагательного это устойчивая, монолитная конструкция. Гибкость же номи нативных механизмов языка, в частности полисемии и словообразования – вторичного, опо средованного, преобразованного по ассоциативным законам связи явлений мира способа его именования, делает позицию опорного знака – «носителя признака» доступной как для N – предмета, так и для N – признака предмета. Ранее этот вывод был обоснован более простран но.

Гипотетически все эти факты минимальных расхождений в категориальном наполне нии моделей должны послужить источником их вариативного назначения. Действительно, предписываемая моделью семантическая слитность предмета и его признака (что соответст вует логике отражения мира) создается и поддерживается лишь как общее формальное ука зание. В то время как языковые возможности номинации и творческое воображение говоря щего наполняют эту модель смысловой вариативностью. В равных условиях поверхностной синтаксической связи вызревают аномальные сближения слов (значений, понятий, смыслов, образов).

Вестник Брянского госуниверситета. №2 (2008) В текстовом опыте художественной литературы увековечены поучительные образцы осмысленно допустимых солидарностей метонимического толка. Спектр анализируемой се мантики охвачен четырьмя моделями.

1. «признак-обладатель признака». Это ситуация непосредственной связи, узкой тек стовой локализации, что делает ее наиболее прогнозируемой, мотивированной и психологи чески наименее напряженной: «I pressed half a crown into his ready palm» (W. Queux). В ана логичном русском примере «Она узнавала их по скользящему взгляду и праздным рукам» (Д.

Рубина) сходным денотатам – ладонь и руки – приписаны чуждые им свойства: «готовая принять деньги» и «не знающие, не приученные к труду». Каков же источник этих призна ков, дающий возможность создавать метонимически окрашенные блоки модели АN 1? Для этого нужен инородный признак, противоречащий природе называемого предмета, но соот носимый с ним как входящий в состав сложного объекта. А это может быть только в двух случаях: когда признак служит характеристикой части предмета или всему предмету прила гается качество его части. Заметим, что этот же ассоциативный механизм продуцирует лек сическую метонимию, когда предмет может быть назван его частью: «Приезжали самые громкие имена» или, наоборот, часть предмета обозначается именем целого: «Россия в эмиг рации».

В дополнение к двум первым приведем еще одну иллюстрацию семантического под типа этой модели: «признак целого - часть предмета». Он показателен и для английского синтаксиса, богатого потенциалом структурных трансформаций «… boys and young men … talking loudly in the concrete accents of the N. Y. Streets» (I. Shaw). Это редкий случай сложно го метонимического описания части предмета через вероятностные признаки всего объекта:

манера речи (часть) людей (целый объект), охарактеризованная местом их скопления и мате риалом, из которого вымощены улицы Нью-Йорка (признаки части).

Другой подтип модели АN 1 перемещает признак части на целое как его метонимиче скую метку, сужая и конкретизируя его ситуативное пространство. «Экология культуры:

«северная глава» (название телепередачи) и «Львиная доля» (название телепередачи к 80 летию дрессировщика В. Запашного) – в обоих окказиональных построениях признак част ного факта, составляющей целого сделан броским отличием абстрактного предмета: сведе ния о писателях северных стран и профессия укротителя диких животных.

2. «признак-признак (одного и того же предмета)». Эта модель совмещает разнород ные характеристики предмета, устанавливая между ними ролевую субординацию: один, до минантный, становится опорным элементом высказывания как грамматически выраженный существительным, другой, в подчиненной позиции, выступает его конкретизирующим атри бутом. Информационное поле сообщения расширяется, и ситуация приобретает особое ра курсное освещение со стороны объединения двух разнородных признаков предмета, детер минирующих его участие в происходящем.

В координации двух признаковых понятий заложены разнообразные, но строго логи ческие отношения. Это ассоциативные варианты семантического стержня – инварианта мо дели. Они порождаются предметно-категориальной природой ядерного имени модели. Бла годаря частеречной транспозиции оно может быть как отглагольным и отадъективным, так и первичным, непроизводным словом. И уже их категориальная семантика регулирует отбор совместных признаков, через совокупность которых предмет вводится в ситуацию.

а) отглагольный признак индуцирует отношения, из которых складывается многоас пектная ситуация. Причинно – следственная связь оказывается наиболее яркой и впечат ляющей ассоциацией, склеивающей два признака предмета: «The sweaty march along the sunny beach» (Collins Co-build) (вектор зависимости обратный: следствие – причина). В ос тальных случаях это лексически произвольное сочетание признаков, сосуществующих во времени: a little excited laugh, a fleshy laugh, озабоченная беготня, радостная встреча, предан ное внимание, влюбчивое воображение (Д. Рубина). В этой цепочке авторских окказиона лизмов находит место и название романа W. S. Burroughs «Naked Lunch», где действие опи сывается не внутренним состоянием предмета, а его внешним обликом. Аналогично пред Языкознание метный и процессуальный признаки смыкаются в общем описании предмета у T. Howard:

«He was a thin wiry man with a tobacco-stained smile».

б) отадъективный признак статической, вневременной сути притягивает однородный признак на основе инвариантного отношения модели АN 2: «Mrs. Dave Dyers, a sallow woman with a thin prettiness, devoted to experiments in religious cults …, shook her finger at Carol»

(S. Lewis), a shy, trembling grace, русая красота, утомленная красота (Д. Рубина).

в) отдельную ветвь модели N 2 образует связь признаков, мотивированная их времен ной природой, т.е. способностью существования и развертывания во времени. Импульс ди намичности задается категориальной семантикой ведущего члена фразы, он иррадиирует и «оживляет» имплицитную сему времени в составе лексического значения атрибута, давая выход разнообразию смысловых оттенков в их отношениях: a gloomy silence, an embarrassed silence. «Эти-то перепады – от тихой нежности до звериного оскала – и щекотали Семипало го» (Д. Рубина) (каузация). Признак времени активизирует представление о ситуации и ее составляющих – всего, что сопровождало и из чего складывалась жизнь персонажа: комму нальная юность моя (условия), беженское сиротство (способ), зимнее детство (действия занятия), «Резкий её, неустойчивый характер временами – в теплые минуты неожиданно на катившегося душевного разговора – вдруг смягчался» (Д. Рубина) (внутреннее состояние), «In their younger leaner days they had done each other little services.» (M. Puzo).

3. «признак-предмет» (разные). Эта модель еще более раздвигает контекст за счет притяжения элемента, который является описательным признаком другого предмета, но того, который находится в тесной связи с названным [5]. Несобственная признаковость отчетливо осознается как аномальная, побуждая воображение восстановить подразумеваемый предмет и включить его в рисунок ситуации. «Набрали в грудь побольше потной духоты зала, и !...», «Я сидела за столом с тугой картофельной щекой», «дымчатые ноги» (Д. Рубина);

«the open – windowed, warm spring nights» (T. Capote), «The long, tired, dirty – faced evening rolled down the narrow valley2 (J. Jones), «The only place left was the deck strewn with nervous cigarette butts and sprawled legs» (J. Jones), «Leaving indignant suburbs behind them they finally emerged into Ox ford Street» (A. Christie).

4. «признак-признак» (разных предметов). Это модель наибольшего отступления от прямолинейной конкретности номинации. Она представляет собой вызов узкоодномерному восприятию ситуации. Многомерность охвата доступна лишь отстраненному взгляду сверху, откуда открывается вся масштабность изображаемого: ансамбль участников в их явных и подспудных связях, его пространственные и временные координаты и прочее. «Martini laugh ter emanated from Apartment 2» (T. Capote), «Ее «карнавальная» слава гремела на всю страну»

(из статьи в газете «А и Ф») – в обоих примерах отчетливо осознаются причинно – следст венные отношения между признаками, столь характерные для понятийной связи признако вых величин [4]. О том, что взаимодействие признаков не сводится к каузальной зависимо сти, свидетельствует следующий пример: «He drank his orang-juce in long cold gulps» (I.

Shaw), где сочетаются признаки, лишенные внутренней взаимообусловленности.

Смысл выявленного корпуса моделей состоит в том, что каждая их них, выступая транслятором общей ядерной семантики отношения «признак-предмет», предстает как вари ант этой метамодели. Каждая эксплицирует источник и природу составляющих единиц сло жившегося союза, основанного, тем не менее, на инвариантной связи.

Ценность данного набора моделей проистекает из возможности измерить диапазон и глубину семантического потенциала фразового сегмента текста. С прагматической точки зрения, подобные смысловые сгущения весьма значимы: они создают голографическую пер спективу текста, высвечивая скрытые взаимодействия между элементами ситуации;

они им плицируют контекстуальные смыслы, увеличивая концептуальную глубину повествования;

благодаря своей конфликтной сущности они в целом формируют эстетическую канву для всестороннего восприятия текста.

Наконец, как языковая универсалия ассоциация по смежности распространяется от отдельного слова в качестве инструмента его семантической деривации до словосочетания и Вестник Брянского госуниверситета. №2 (2008) его комбинаторных возможностей. Это приводит к выводу об изоморфизме механизмов лек сической-однословной метонимии и метонимически спроецированного атрибутивного сло восочетания.

The article is devoted to a study of the semantics of the cognitive model “property-substance” in its metonymic repre sentations in a literary text. The author seeks to outline the spectrum of metonymic variables in the attributive function and sum them up in a hierarchical classification of the types of “metonymic solidarities”. The analysis gives ample ground to judge the model to be a semantic variant of the basic prototypical pattern.

The key words: dichotomy “language-speech”, metonymy, language universal, attributive model, contextual modifica tion of semantics, metonymic variables, isomorphism.

Список литературы 1. Савицкий В.М. Концепция лингвистического континуума. Самара, 2004.

2. Никитин М.В. Курс лингвистической семантики. СПБ.,1997.

3. Уфимцева А.А. Лексическое значение. М., 1986.

4. Резанова Н.И. Метонимическое варьирование семантики английских прилагатель ных: дисс. … канд. филол. наук. Ленинград., 1987.

5. Раевская О.В. Прилагательное как фактор семантической многомерности текста // Филологические науки. 2003. № 6.

6. Рубина Д. На солнечной стороне улицы. М., 2006.

Об авторе И.Ю. Иевлева – канд. филол. наук, доц., Брянский государственный университет им. академика И.Г. Петровского, Iyevleva@brgu.ru УДК 415. СРЕДСТВА ГРАММАТИЧЕСКОГО УРОВНЯ АК РЕПРЕЗЕНТАНТЫ КОНЦЕПТА ПАМЯТЬ (на материале стихотворения А. Ахматовой “Я научилась просто, мудро жить…”).

Е.И. Нак Исходя из понимания концепта как своеобразной многокомпонентной организации, имеющей структуру поля, охарактеризованы компоненты одного из уровней периферии, грамматического. Отмечено, что среди репрезен тантов концепта Память, важной является роль грамматических форм глагола. Показано, что формы глагола могут участвовать в представлении значений, способствующих характеристике содержания различных концеп тов, в том числе и концепта Память.

Ключевые слова: когнитивистика, концепт Память, грамматические репрезентанты, семантика глагольных форм, времена глагола.

В анализе будем исходить из распространенной точки зрения, что каждый концепт представляет собой микросистему, элементы которой соединены прямыми и обратными свя зями, и что по формальным признакам концепт как любой элемент концептосферы того или иного языка “имеет многокомпонентную и многослойную организацию, которая может быть выявлена через анализ языковых средств ее репрезентации” [4, с.60]. Представляется необ ходимым описание средств не только лексического, но и грамматического уровня как со ставляющих концепта.

В частности, среди репрезентантов концепта Память в современном русском языке важной является роль грамматических форм глагола.

Языкознание Как компоненты той или иной грамматической категории (времени, модальности, персональности и др.) формы глагола одновременно с собственно категориальной семанти кой способны передавать значения смежных функционально-семантических категорий, мо гут участвовать в представлении значений, способствующих характеристике содержания различных концептов. Для описания участия их в представлении семантики концепта Па мять обратимся к тексту стихотворения:

Я научилась просто, мудро жить, Смотреть на небо и молиться Богу, И долго перед вечером бродить, Чтоб утомить ненужную тревогу.

Когда шуршат в овраге лопухи И никнет гроздь рябины желто-красной, Слагаю я веселые стихи О жизни тленной, тленной и прекрасной.

Я возвращаюсь. Лижет мне ладонь Пушистый кот, мурлыкает умильней, И яркий загорается огонь На башенке озерной лесопильни.

Лишь изредка пронизывает тишь Крик аиста, слетевшего на крышу.

И если в дверь мою ты постучишь Мне кажется, я даже не услышу.

По своему содержанию оно представляет собой некоторое обобщение житейского опыта: описание поэтом своего состояния, относящегося одновременно к определенному моменту жизни в прошлом и к настоящему. Но этот момент жизни предстает состоящим из характеристик более частных моментов, которые по отношению к данному предстают ре зультатом опыта прошлого (Я научилась…) и потому восстанавливаются в памяти.

Памяти как свойству человеческой психики присущи, наряду с другими, следующие две особенности: 1) анализируя свое поведение или состояние в данный момент, человек связывает его с опытом прошлого;

2) становясь прошлым, опыт данного момента в то же время является базой для будущих ситуаций. Как видно из текста приведенного стихотворе ния, именно такое свойство памяти отражено в нем, и передается это благодаря выразитель ным возможностям форм глаголов, причем особую роль приобретают глагольные категории наклонения и времени. Рассмотрим их подробнее.

Начинаясь формой глагола прошедшего времени, стихотворение, тем не менее, пред ставляет состояние, которое относится к определенному моменту в настоящем (научилась – т.е. сегодня, сейчас умею). И далее эта связь с настоящим осознается как сумма более част ных умений. Способствует такому осознанию перфектное значение формы научилась, одно из основных частных значений прошедшего совершенного: «… форма прошедшего совер шенного…выражает состояние как результат предшествующего действия» [3, с.68]. Пред ставляемое в стихотворении действие-состояние, формирование которого происходило в предшествующий отрезок времени, своим результатом связано с более поздним временным планом, в том числе и с настоящим. “Отнесенность действия к предшествующему времен ному плану, - отмечается в исследованиях функционально-грамматического характера, - обо значается морфологически, самой глагольной формой. Это основная временная ориентация, представляющая собой проявление грамматического значения глагольной формы” [2, с.90].

Это характерно и для нашего случая, так же, как и другая характерная для перфектности чер та указанной формы: “примечательной особенностью употребления форм прошедшего со вершенного в перфектном значении является то, что при сочетании ряда таких форм в кон Вестник Брянского госуниверситета. №2 (2008) тексте возникает не “цепь” сменяющих друг друга последовательных действий, как это все гда бывает при сочетании нескольких форм в аористическом значении, а “пучок” одновре менных состояний. Если этому не препятствует смысл контекста, возможно даже изменение порядка следования глаголов без изменения временного соотношения действий-состояний” [2, с.91].

Благодаря называнию частных состояний, обозначенных в первой строфе, истоки ко торых в прошлом (жить”, “смотреть”, “молиться”), вся строфа во временном плане проти вопоставлена трем остальным, в которых речь о других частных состояниях, представленных уже с опорой на настоящее, ср: шуршат (лопухи), никнет, слагаю, возвращаюсь. Семантика перфекта и совершенного вида глагола (научилась) делает все остальные действия, даже на званные формами, представляющими моменты прошлого, относящимися одновременно и к моменту речи, и к настоящему постоянному. Именно такое соотношение форм позволяет из влеченное из памяти соединить с моментом настоящего. Особенно важен при этом, наряду с перфектностью, семантический вариант настоящего времени: это настоящее однократных повторяющихся действий.



Pages:     | 1 |   ...   | 6 | 7 || 9 | 10 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.