авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 11 | 12 || 14 | 15 |   ...   | 21 |

«Маршев В.И. История управленческой мысли: Учебник.- М.:Инфйра-М, 2005.- 731с. ОГЛАВЛЕНИЕ ПРЕДИСЛОВИЕ................................................................................. ...»

-- [ Страница 13 ] --

Таким образом, В.В. Ивановский существенно расширил представление об элементах внутреннего управления, свел их в определенную систему, уточнил предмет, цели и задачи науки о внутреннем управлении, сформулировал множество методов и функций управления и раскрыл их содержание, уточнил формулировки и реально использовал ряд методов научного исследования объектов внутреннего управления.

«Организация производства» Д.И. Пихно. Остановимся еще на одном представителе высшей школы, разработчике проблем управления производством — это профессор Киевского университета Д.И. Пихно (1853—1913). Д.И. Пихно пытался разобраться в тенденциях развития экономики России;

признавая капиталистическое направление, он публиковал в «Киевлянине» и отдельно статьи с призывами об объединении «хозяйственных усилий» помещиков, о перестройке помещичьих хозяйств на коммерческую ногу и необходимости приспособления их к условиям рыночной конкуренции, о рациональной организации «капиталистического помещичьего хозяйства», о государственном вмешательстве в управление отраслями хозяйства, в процесс создания монополий. Многие статьи получили научное обобщение в его крупных работах и в двух выпусках учебного курса «Основания политической экономии» (1890 и 1899). Для ИУМ он интересен тем, что был автором одного из первых учений «Организация производства», методологически построенного на своих представлениях о политической экономии (о ее предмете, методах исследования, основаниях и составных частях) и составляющего часть его большого учебного курса по политической экономии.

Д.И. Пихно родился 1 января 1853 г. в многодетной семье. Отец его происходил из крестьян-хуторян (был даже такой в свое время Пихнов хутор в Киевской губернии). Вслед за старшим братом и по его прошению Д. Пихно был принят в Киевскую гимназию (в 1862). По бедности он был освобожден от платы, а с 5-го класса (1866) стал давать уроки. Гимназию окончил в 16 лет, но по возрасту не был принят в университет. Этот год он преподавал детям К.Д. Ушинского, который несомненно оказал влияние на молодого Пихно. В 1870 г. Пихно поступил на юридический факультет Киевского университета, где стал специализироваться по гражданскому праву. Университет закончил в 1874 г., защитив с золотой Медалью выпускное научное сочинение «Исторический очерк мер гражданских взысканий по русскому праву». Это была его первая публикация.

Но уже в последние годы учебы в университете под влиянием профессора Н.Х. Бунге (в 1881 — 1886 — министр финансов) он увлекся проблемами политэкономии и полицейского права. Перу Н.Х. Бунге принадлежат многие курсы по обоим предметам.

Увлечение было настолько сильным, что к магистерскому экзамену Д.И. Пихно стал готовиться именно по этим двум предметам. В 1876 г. он защитил свою первую диссертацию на тему «Коммерческие операции Государственного банка» на звание магистра полицейского права. С января 1877 г. Д.И. Пихно, приват-доцент Киевского университета, начал читать лекции по политической экономии и статистике. С этого же года он публикуется в газете «Киевлянин», а после смерти ее основателя В.Я. Шульгина с 1878 г становится редактором газеты.

Д.И. Пихно занимался и практическими экономическими проблемами. В 1879-1880 гг. он является членом Киевской под комиссии по исследованию железнодорожного дела в России. С 1885 по 1888 гг. по приглашению и распоряжению министра финансов Н.Х. Бунге назначен вначале чиновником особых поручений по Министерству финансов, а затем членом от этого министерства в Совете министра путей сообщения. В эти годы под его руководством были осуществлены операции по выкупу и передаче в казну ряда частных дорог, злоупотреблявших полученными от правительства гарантиями. Когда Бунге был сменен Вышне-градским, разногласия с последним заставили Пихно покинуть Петербург. Некоторое время он занимался сбором материалов (в стране и за рубежом) для докторской диссертации на тему «Железнодорожные тарифы», а после ее защиты 1888 г. он вернулся на кафедру политэкономии Киевского университета и опять возглавил газету «Киевлянин». Практически в каждом номере газеты он публиковал статьи на экономические темы (в виде передовиц или в разделе «часть неофициальная»). В 1890 г. был издан первый, а в 1899 г. — второй выпуск его лекций по политической экономии, в которых и содержится большой раздел «Организация производства». Последние годы своей жизни Д.И. Пихно активно занимался государственной деятельностью. С 1907 г. — он член Государственного совета России.

Чтобы оценить место и роль его учения об управлении производством в общем курсе, изложим логику и приведем структуру, а также основные определения и категории, введенные в общем курсе политэкономии. Д.И. Пихно рассматривает общественное воспроизводство как процесс, состоящий из 4 стадий — производство, распределение, обмен и потребление, осуществляемых для удовлетворения человеческих потребностей (физических и духовных). После того как сформулировано понятие потребности, выявлены источники потребностей в их историческом развитии, дана классификация потребностей и их «хозяйственное значение», Д.И. Пихно приступает к исследованию собственно производства. Именно в этой части, в отличие от многих известных курсов политической экономии дореформенной России XIX в., после характеристики производительных сил, факторов производства, он подробно рассматривает вопросы организации производства: причины возникновения совместного труда, процессы разделения труда и организации разделенного труда, размеры и формы пред приятий, функции предпринимателей и др. Далее Д.И. Пихно анализирует процесс распределения, разрабатывает «систему распределения» и дает характеристику элементов этой системы (рассматриваются понятия: «ценность», «рынок», «формы и орудия обмена», «средства сообщения», «торговля» и др.).

Приведем основные определения из общего учебного курса Д.И. Пихно. Под политической экономией, или наукой о народ ном хозяйстве, Пихно понимает науку, которая «изучает хозяйственные явления в народной жизни и внутренние законы, которым подчинены эти явления». В свою очередь хозяйство — это «деятельность людей, имеющая целью удовлетворение потребностей материальными средствами». Эта деятельность состоит из следующих средств и процессов: во-первых, собственно хозяйственная деятельность (совокупность процессов, посредством которых человек достигает различных хозяйственных целей);

во-вторых, организация этой деятельности («разнообразные сочетания участвующих в хозяйственной деятельности факторов»);

и, в-третьих, совокупность материальных средств (и как факторы, и как результаты хозяйственной деятельности). Введенные им категории — «цель», «потребности», «средства-факторы», «результаты» — потребовали своего содержательного упорядочения. И в этом упорядочении Пихно придерживается, на наш взгляд, вполне разумного подхода с точки зрения постановки экономических задач, выделяя категорию «средство». Он пишет: «Отличительным признаком хозяйственной деятельности является не столько ее цель — удовлетворение потребностей», поскольку всякая деятельность (и научная, и художественная, и др.) имеет ту же природу, и «не род потребностей», так как физическая и духовная потребности удовлетворяются несколькими видами деятельности, а «те средства, которыми хозяйственная деятельность достигает указанной цели», а именно материальные средства. Поэтому «задача хозяйственной деятельности состоит в доставлении материальных средств для удовлетворения всех потребностей». В чем же заключаются материальные средства (т. е. полезности, если они природные, или «ценности, как превращенные полезности в результате затрат определенного рода усилий»)? Они заключаются, по Пихно: «1) в вещах, 2) полезных силах природы, 3) действиях человека или услугах и 4) отношениях человека к другим людям, вещам и силам».

Поскольку все члены общества (и занятые в производстве, и не занятые) удовлетворяют свои потребности, значит, с «хозяй ственной деятельностью имеют соприкосновение все члены и классы общества, все общественные союзы и учреждения, словом, весь народ;

хозяйственные отношения проникают всю народную жизнь, составляя особую весьма важную и обширную область этой жизни — хозяйственную, или экономическую».

Как видим, введя ключевую категорию «материальные средства», Пихно пытается выйти на самый высокий уровень обобщения. Тот же принцип движения от частного к общему он применяет для обобщений другого рода. Через «хозяйственную деятельность» он вводит несколько новых понятий. Так, если хозяйственная деятельность осуществляется отдельным человеком (т. е. ради удовлетворения «целей личного благосостояния, или, говоря иначе, частных интересов»), то это есть частное хозяйство. Возможны обобщения в рамках частного хозяйства за счет субъекта: субъект частного хозяйства — это либо одно лицо, либо семья и род (кровные союзы), либо «частно-хозяйственные союзы многих лиц (промышленные и торговые общества и товарищества)». Все это — субъекты частного хозяйства.

Одновременно человек является членом разных общественных союзов (или общественных учреждений), осуществляющих деятельность по удовлетворению общественных интересов. Они создаются для решения задач, невыполнимых или трудно выполнимых (на высоком уровне качества) отдельной личностью. Эти союзы (и учреждения) обладают материальными средствами и осуществляют хозяйственную деятельность, т. е. имеют так называемое общественное хозяйство, которое служит общественному союзу ради общественной цели для удовлетворения общественных интересов. Сколько существует общественных союзов, столько же есть и общественных хозяйств — это, например, государственное хозяйство, земское хозяйство, городское хозяйство, хозяйство сельской общины, хозяйство ученых обществ, благотворительных обществ, хозяйство учебных заведений, больниц и т. д.

Пихно завершает раздел о видах хозяйства рассуждениями о взаимосвязи частных и общественных хозяйств, об их взаимо обусловленности, об их, как он говорит, органической связи при сохранении индивидуальных черт. Так, частное хозяйство есть орган более обширных хозяйственных сфер;

общественные хозяйства, в свою очередь, служат частным хозяйствам (в деле обеспечения безопасности, организации отраслей непроизводственной сферы). «Совокупность таких органически связанных частных и общественных хозяйств целого народа составляет народное хозяйство", — пишет Пихно.

Следующий шаг обобщения осуществляется в связи с наличием большого количества государств. Это обстоятельство порождает международные хозяйственные отношения, с этой точки зрения отдельные народные хозяйства представляются звеньями мировой хозяйственной цепи, а совокупность находящихся между собой в постоянных отношениях народных хозяйств, по мнению Пихно, скорее абстрактная организация, чем реальная. Тем не менее отдельные примеры мировых коопераций (например, несколько почтовых и телеграфных союзов) позволяют надеяться на расширение реалистичности этого хозяйства. Другими словами, понятие «мировое хозяйство» не есть чистая абстракция, так как служит, во-первых, для различения отдельных национальных хозяйств, а во-вторых, «для ясного понимания многих хозяйственных явлений, зависящих от движения и соотношения хозяйственных сил не в одной какой-либо стране, а в целом цивилизованном мире (направление производства, установление цен и прочее под влиянием международного соперничества). Значение понимаемого в этом смысле мирового хозяйства возрастает вместе с развитием международных хозяйственных сношений и вообще культурного международного общения».

Проследим далее развитие мыслей Пихно о политэкономических основах учения «Организация производства». Пихно предлагает осуществлять содержательное изучение хозяйственной деятельности с трех сторон (в трех аспектах):

«технической, экономической и общественной».

Технический подход обусловлен наличием и необходимостью использовать во всякой хозяйственной деятельности различного рода естественные силы — механические, химические, физиологические и др. Изучение действия этих сил, их сочетаний, а также поиск комбинаций сил для достижения некоей цели «составляют предмет техники в обширном смысле слова». На основе многочисленных опытов, теорий и результатов прикладного искусства 419(он называет, например, строительное искусство, ткацкое искусство, агрономию) техника учит «как удобрять и пахать землю, производить посев, ткать холст или сукно и т. д.». Пихно считает, что техника исследует хозяйственные процессы, как проявления естественных сил и безотносительно к человеческим потребностям и усилиям: «техника решает вопрос о средствах, но не оценивает ни цели данного хозяйственного процесса, ни соотношения между усилиями человека и полученным результатом».

Экономический подход связан с двумя проявлениями человеческого фактора в хозяйственной деятельности — это затраты человеческих сил и достижение полезных результатов. В «соображении и оценке отношений» между ними и состоит «экономическая сторона, или экономика хозяйственной деятельности». Причем оценка опирается на «экономический принцип, требующий достижения возможно большей суммы благ посредством возможно меньшего количества затрат».

Пихно этот принцип выражает так: «Пользоваться всеми доступными производительными силами и извлекать из них все благо, которое они могут дать, и в то же время тратить эти силы в наименьших количествах (наиболее бережливо) при осуществлении каждой отдельной хозяйственной задачи».

И наконец, общественная природа хозяйственной деятельности связана с взаимосвязанностью и взаимообусловленностью общественных и частных процессов: «Будучи сама общественным явлением, хозяйственная деятельность, с одной стороны, подвергается воздействию других областей общественной жизни (влияние государственного строя, частного и публичного права, морали, образования и пр.), а с другой — оказывает на все области общественного быта огромное влияние».

Раскрыв суть трех граней хозяйственной деятельности, Пихно уточняет предмет политэкономии, раскрывает две необходимые характеристики экономического закона (логическую и историческую), характеризует место экономической науки (здесь присутствуют только метод единичных и конкретных наблюдений, статистический метод, исторический метод и дедукция).

Следующий шаг научного исследования Пихно — это искусственное, но осознанное разделение экономической науки (в широком смысле слова) на три части: политическая экономия (общая или теоретическая часть, излагающая общие принципы);

«экономическая политика и наука государственного благоустройства, которая заключает в себе более подробный анализ различных отраслей хозяйственной деятельности с указанием государственных мер, содействующих народному благосостоянию»;

государственные финансы (т. е. наука о хозяйстве собственно государства и его органов).

Второй элемент системы ближе всего к науке государственного управления в современном понимании. Однако Пихно считает, что вся «практическая хозяйственная деятельность частных лиц и различных союзов и учреждений, а также меры воздействия государства на эту деятельность, носящие название государственной экономической политики, составляют область хозяйственного искусства».

Причем «искусство, как умение ставить те или иные практические задачи, находить сочетания условий для их осуществления и выполнять эти задачи наиболее пригодными средствами» ОН отличает от «науки, исследующей содержание и законы тех или иных явлений». В определении искусства коротко раскрыты по существу все этапы процесса принятия и реализации решения. Однако то, что Пихно видит во втором элементе своей системы только искусство и не видит ничего закономерного, собственно научного, сильно обедняет его учение. Похоже, что Пихно было необходимо размежеваться с теми учеными, которые утверждали, что «цель политической экономии чисто практическая и состоит в изыскании такой организации хозяйства и таких законов и учреждений, которые наиболее способствуют увеличению народного бл а го состояния».

Он прав, когда говорит, что нельзя превращать политэкономию в «сборник рецептов, не имеющих солидной основы и ценности», но, отвергнув без объяснений известные ему (судя по списку предлагаемой литературы) учения об управлении Л.

Штейна, Ж.Г. Курсель-Сенеля и других западных ученых, он существенно обеднил их разработки, увидев и соответственно оставив только область хозяйственного искусства в «науке государственного благоустройства». Из дальнейшего текста видно, что Пихно тем не менее сохраняет за политэкономией право аккумулировать в себе всю науку о народном хозяйстве.

Он пишет: «Имея в виду теоретические цели — изучение хозяйственных явлений — политическая экономия оказывает хозяйственной практике многостороннее содействие, которое выражается, во-первых, в том, что политическая экономия дает систематические знания о народном хозяйстве, т. е. твердую научную почву для практических комбинаций;

во-вторых, она может на основании научных данных оценивать вероятное влияние практических мероприятий в области частного и общественного хозяйства, например, влияние той или иной организации производства, распределение и потребление, влияние законодательства и административных мероприятий правительства и др.». Как видим, Пихно был близок к тому, чтобы выделить самостоятельный предмет новой науки (ставший впоследствии предметом науки управления), но пока сохранял это право за политэкономией.

В терминах современной науки управления учение об организации производства Пихно — это попытка разработать теорети ческие вопросы, связанные с объектной функцией управления — «управление собственно производством». Для простоты анализа он разделяет проблему на два составляющих вопроса:

1) сотрудничество и его виды;

2) предприятия и его формы.

Сотрудничество — объективно необходимую стадию в непрерывно развивающемся хозяйственном мире — Пихно условно делит на два вида (по форме «конкретного проявления», как он пишет, хотя при анализе текста видно, что он пытался содержательно обосновать выделение этих видов). Итак, первый вид — это соединение труда (или простое сотрудничество), т. е. такая организация труда, когда люди оказывают друг другу помощь, занимаясь одной и той же работой. Формы проявления: а) простое соединение однородных механических сил нескольких людей для взаимной помощи, например, при передвижении тяжестей, тяги, давлении и т. п.;

б) соединение однородной деятельности нескольких лиц (или групп) различной силы и (или) направлений. В этом случае важно, что установление соразмерности, а также организация и регулирование общей деятельности принадлежат одному управляющему органу. Примеры: деятельность военного отряда, охотнических и рыболовецких отрядов, пожарных команд, сельскохозяйственных бригад, бригад каменщиков, плотников, горняков и т.д. Он не отрицает, что в этом случае почти всегда присутствует и разделение труда. Преимущества этой формы организации труда — возможность выполнения работ, превышающих силы одного человека;

повышение производительности труда, превышающее сумму отдельных результатов в силу проявления особого качества «суммы»;

возможность противодействовать разрушительным силам природы (например, при строительстве дорог, очистке рек, полей, лесов, осушении болот и т. д.);

возможность выполнения оперативных сезонных работ;

экономия ресурсов (опять же в силу качества «суммы»). Особенно интересны три последних преимущества: простое сотрудничество возбуждает соревнование, что повышает интенсивность труда;

позволяет употреблять приемы, недоступные для одного человека (живая цепь из рабочих, передающих предметы) и «более важное значение для улучшения технических приемов и достижения экономии в труде имеет то обстоятельство, что соединение многих работников для общей работы дает возможность организовать более совершенную администрацию, т. е. управление и контроль».

Поскольку Пихно задается целью измерять и оценивать результаты хозяйственной деятельности, то для простого сотрудничества это возможно в случае, «если работа доступна не только совокупности работников, но и каждому из них порознь».

Второй вид — это сложное сотрудничество, или разделение труда в процессе частного и общественного хозяйствования.

Суть его, по Пихно, в том, что «отдельные лица занимаются не всеми разнообразными работами, требующимися для удовлетворения их потребностей, а избирают одну какую-нибудь отрасль деятельности или даже одну или несколько операций в известной отрасли хозяйства. Таким образом возникает специализация труда... Сложное сотрудничество охватывает не только группы населения, живущие по соседству и знающие друг друга, но сплошь и рядом в нем участвуют производители, принадлежащие к различным народностям, говорящие на разных языках, живущие в разных государствах, и разных частях света».

Последующие рассуждения Пихно имеют также констатирующий характер. Предприятие он определяет как «соединение производительных сил ради той или иной хозяйственной цели, представляющее общественную хозяйственную единицу»;

предпринимателя — как лицо (соединение лиц, юридическое лицо), которое организует предприятие, руководит им, пользуется его результатами и несет ответственность. Далее он констатирует: «Право собственности на весь капитал предприятия или на известную часть его составляет обыкновенное, но не безусловно необходимое условие предпринимательской деятельности».

В заключении курса Пихно приводит несколько классификаций предприятий:

• простые («осуществляющие лишь один какой-либо простейший вид хозяйственной деятельности») и сложные («обнимающие несколько отраслей хозяйства» и состоящие из нескольких простых);

• частные и общественные (по субъекту «предпринимателя»);

• мелкие, средние и крупные (по капиталу, по соотношению управленческих и производственных функций, выполняемых предпринимателем). Например, "в крупных предприятиях предприниматель не может даже исполнять всех функций надзора и руководства, ему принадлежат лишь общие важнейшие распоряжения, приводимые в исполнение административным персоналом его помощников»);

« предприятия «домашней», кустарной, ремесленной, мануфактурной и фабричной промышленности («по техническим спо собам производства»);

• единоличные и коллективные (товарищества) (по числу предпринимателей).

Каждый класс он коротко охарактеризовал. В целом, учение Д.И. Пихно «Организация производства» как раздел науки управления интересно прежде всего тем, что впервые в отечественной ИУМ была поставлена такого рода научная задача.

Хотя постановка, а главное, решение этой проблемы звучат несколько противоречиво для идеолога дворянства. Пихно по своим взглядам относился скорее к либеральному дворянству, проповедовал капиталистический путь развития в сельском хозяйстве и соглашался с таковым в развитии экономики России. Кроме того, не надо забывать, что учебный курс был написан в конце 80-х годов, т. е. после его практической работы в правительственных хозяйственных органах и изучения реальных процессов и изменений, происходящих в структуре экономики страны. Пихно и в учебном курсе, и в отдельной монографии «Торгово-промышленные стачки» стал к тому же доказывать экономическую устойчивость крупных предприятий (по сравнению со средними и мелкими), уделял много внимания процессу создания капиталистических монополий и влиянию растущего монополистического капитализма на экономическую политику страны.

5.6. ВКЛАД ГОСУДАРСТВЕННЫХ ДЕЯТЕЛЕЙ РОССИИ В РАЗВИТИЕ ИДЕЙ УПРАВЛЕНИЯ Проект И.А. Вышнеградского по подготовке управленческих кадров. С точки зрения ИУМ интересно проследить, как отреагировало «реальное управление», официальные правительственные органы на кадровые проблемы, поднятые на двух съездах 1882 г. и нашедшие затем отражение в периодике, в материалах комиссии по техническому образованию «Русского технического общества». После долгих ожиданий русская педагогическая и научная интеллигенция добилась создания специального отделения ученого комитета по техническому и профессиональному образованию Министерства народного просвещения. 13 января 1884 г. на это отделение была возложена задача подготовить проект реформы по техническому и профессиональному образованию. Эта попытка была не первая. Так, 21 февраля 1878 г. подготовка такой реформы высочайшим повелением была поручена Министерству финансов, которому до 1881 г. принадлежала большая часть технических вузов. Но с 1881 г. «все заботы об организации промышленного образования» в России были возложены на Министерство народного просвещения.

Осенью 1884 г. проект реформ был подготовлен и передан на рассмотрение министерствам и ведомствам, а в 1886 г исправленный с учетом замечаний передан на рассмотрение в Государственный совет. Он назывался «Проект общего нормального плана промышленного образования». Хотя автор его не указан, многие русские историки образования в России считали, что им был И.А. Вышнеградский. Еще в 1870 г. докладом о совершенствовании высшего технического образования в России он открыл заседание 6-го отделения I торгово-промышленного съезда. Как писал историк И.Н. Максин в работе «Очерк развития промышленного образования в России» (1909), «главная и исключительная заслуга в проведении настоящей системы образования, составившей эпоху в истории народного просвещения в России, принадлежит... Ивану Алексеевичу Вышнеградскому, автору «Общего нормального плана промышленного образования». Возможно, работа в правительственных кругах была причиной такой скромности. Опыт практической реализации многих предложений, изложенных в «Проекте», у И.А. Вышнеградского был. Он был известен не только как ученый, автор многих научных результатов по математике и механике, как педагог-профессор Артиллерийской академии и Петербургского практического технологического института (1862-1875), но и как организатор высшего образования. С 1875 г., когда он был назначен директором технологического института (кстати, впервые директором института стал представитель учебного персонала), в институте по его инициативе произошли многие изменения: на первых двух курсах введены еженедельные консультации (репетиции) по главным предметам, изменены учебные планы и программы с учетом накопившегося опыта, анализа работы выпускников и новых потребностей в кадрах, увеличены в 1,5 раза стипендии (до 360 рублей), начали издаваться «Известия технологического института» и т.д.

В 1884 г. Вышнеградский он был назначен членом Совета министра народного просвещения, принимал участие в разработке нового университетского устава. В 1886 г. он стал членом Государственного совета (по департаменту государственной экономии), а с 1 января 1887 г. — министром финансов.

«Проект» Вышнеградского представляет собой своего рода всплеск в ИУМ (по крайней мере, в разработке кадровых про блем), поэтому заслуживает особого внимания. Поражают прежде всего системность и комплексность содержания этого документа.

В начале «Проекта» формулируются требования к разрабатываемому плану. Во-первых, он должен быть надлежащим образом согласован с нуждами промышленности. «Промышленное образование должно подготовлять к промышленной деятельности лиц, действительно для нее пригодных, вооруженных необходимыми знаниями и умениями в такой степени, чтобы они без особых затруднений, после не чрезмерно продолжительных практических занятий по выходу из школы, могли становиться полезными деятелями в соответственных родах и на соответственных ступенях промышленного поприща». План должен быть уникальным в каждой из своих 5 частей в соответствии с 5 иерархическими уровнями структуры управленческих и производственных кадров (о них речь ниже). Как план специального образования, он должен быть согласован с «системой соответствующих степеней общего образования», продолжая и завершая соответствующее общее образование. Он должен готовить специалиста только к практической деятельности определенной ступени и не рассматриваться на каждом из 5 этапов как ступень перехода «в школу, служащую для приготовления деятелей высшего разряда. Опыт показывает, что школы, преследующие две эти цели, не достигают ни одной». И наконец, «план промышленного образования должен по возможности заключать в себе, или, по крайней мере, не исключать из себя, довольно многочисленные существующие уже технические и ремесленные учебные заведения», устраняя в них обнаруженные недостатки.

Далее в плане приведены 5 категорий («степеней») управленческих и промышленных кадров, в которых нуждается промыш ленность и для которых подготовлен этот план.

1. Инженеры, обладающие опытом, «научным и техническим образованием, способные совершенствовать производство на основе новейших отечественных и зарубежных научных достижений, готовые вести успешную борьбу между различными промышленными учреждениями как в смысле повышения достижения изделий, так и в направлении удешевления их производства». Вышнеградский считал, что если таких инженеров в стране не будет, «то страна будет осуждена или на застой и постепенное падение своей промышленности или же на постоянную зависимость от иностранцев».

2. «Коммерчески образованные руководители промышленного дела, которые, понимая его техническую сущность, могли бы вести самостоятельно собственно торговую сторону промышленного предприятия, действующего даже в самых обширных размерах, и которые имели бы достаточные технические познания», чтобы обсуждать с инженерами технические совершенствования.

3. Техники, ближайшие помощники инженеров, которые должны обладать сведениями, «необходимыми как для основательного и правильного ведения производства», так и для исполнения проектно-изыскательских работ.

4. Мастера, которые «отлично знают техническую сторону отрасли производства, могут руководить рабочими и владеют не обходимыми сведениями для того, чтобы с успехом направить деятельность своей мастерской к достижению наилучшего промышленного результата».

5. Рабочие, которые под руководством мастера «с надлежащей точностью и аккуратностью исполняют поручаемые им работы. Очень важно в рабочих общее развитие, нравственный уровень, сознательное отношение к работе».

В плане уточняются требования к каждой группе кадров;

оценивается существующая организация подготовки;

указываются недостатки каждой из 5 групп;

подробно излагаются содержание обучения, учебных планов программ обучения, формы и сроки обучения;

приводятся расчеты затрат на организацию обучения по каждой группе кадров, перечень необходимых новых институтов, реальных и ремесленных училищ, школ-мастерских и их территориальное распределение по России.

Автор «Проекта» при изложении новых предложений сравнивает их с существующим положением в обсуждаемом вопросе, пытаясь найти максимальные возможности безболезненного перехода от старой к новой организации. В расчетах затрат автор приводит подробные статьи расходов — от оборудования заведения до зарплаты учебно-преподавательского и вспомогательного персонала.

«Проект» был утвержден Государственным советом лишь в марте 1888 г. в виде «Положения о промышленных училищах»

со многими поправками, дополнениями, а главное — с существенными изменениями, нарушившими его стройность, цельность, системность и комплексность. В «Положении» речь шла только о 3 последних категориях кадров, предполагалось открытие существенно меньшего числа учебных заведений даже для этих категорий кадров. Затем многие заведения создавались совместно и в основном в московском и петербургском учебных округах, учебные программы и планы были сильно изменены. В итоге «Проект» так и остался проектом.

Развитие взглядов С.Ю. Витте на государственное вмешательство в управление хозяйством страны. Как-то профессор Гарвардского университета М. Портер сказал: «Роль государства должна заключаться в том, чтобы «подталкивать" отечественную промышленность и побуждать ее к развитию, а не предлагать «помощь», позволяющую промышленности не развиваться». Этот призыв был популярен во многих странах во все времена. В частности, в России конца XIX — начала XX в., когда решался главный стратегический вопрос — следует ли России оставаться земледельческой, аграрной или она должна стать промышленно развитой страной, тут же вставал вопрос об участии государства в этом переходном процессе, о сферах, средствах и формах вмешательства в управление промышленной страной, о поддержке промышленного пред принимательства в стране и т. д. Следует сразу отметить, что в эти годы русское правительство удачно совмещало прямые и косвенные методы управления хозяйством, развивая государственный промышленный сектор и оказывая постоянную помощь и поддержку промышленному предпринимательству в решении правовых, финансовых, организационных и других вопросов. Активное начало этому процессу было положено реформами 60-х и 80-х годов XIX в., эффективной деятельностью многих реформаторских комиссий, реализацией идей государственного вмешательства в управление хозяйством страны видных государственных деятелей, практиков и ученых той эпохи — П.А. Валуева, М.Х. Рейтерна, Н.Х. Бунге, А.И.

Чупрова, И.А. Вышнеградского, И.И. Янжула, Д.И. Менделеева, И.В. Вернадского, М.М. Ковалевского и др.

Наиболее яркой фигурой, стоявшей во главе процесса становления системы государственного управления хозяйством страны и в первую очередь бурного развития производительных сил и промышленного сословия в России, был СЮ. Витте. После смерти СЮ. Витте в журнале «Исторический вестник» {1915. Т. 140, № 7) вышла статья Б.Б. Глинского, в которой автор писал: «Эпоха столь богатая мероприятиями, что, просматривая перечень их, удивляешься, как могло хватить инициативы и нервной силы одного руководящего человека для их осуществления. Как бы ни оценивать значение С. Витте для судеб нашей страны, необходимо отметить, что те годы, когда он стоял во главе русских финансов и направлял экономическую политику России, были временем необыкновенно напряженного творчества... русские государственные финансы пришли в небывало блестящее состояние. Хронические дефициты 80-х годов сменились огромным превышением доходов над расходами», а Россия совершила невиданный ни до Витте, ни после него прогрессивный скачок в своем экономическом, особенно в промышленном переустройстве и развитии.

Начало формирования политики активного государственного вмешательства в управление хозяйством страны было положено еще предшественниками СЮ. Витте на посту министра финансов — М.Х. Рейтерном и особенно Н.Х. Бунге.

Объективными причинами чаще всего были политическая ситуация в стране, финансово-экономические обстоятельства, трудности, с которыми сталкивалось частное предпринимательство и которые приводили страну к серьезным проблемам (кризисы, неурожаи, голод, войны и т. п.) М. Рейтерн уже в 70-е годы XIX в. под влиянием разразившегося биржевого краха предложил в качестве стратегии правительственной политики «искусственное сдерживание конкуренции», а в качестве конкретных мер — широкое использование государственных средств регулирования курса рубля и ценных бумаг с целью борьбы с биржевой спекуляцией. В итоге стало формироваться отношение правительства к проблемам частного предпринимательства, наметился поворот в политике властей к строгому протекционизму, возникла практика поддержки правительством крупных («солидных») предприятий и банков, в том числе за счет выдачи из государственного банка неуставных ссуд.

Профессор Н.Х. Бунге придерживался либерально-буржуазных взглядов, опираясь на опыт передовых западных европейских стран и США. Он признавал, что ведущими факторами в экономической жизни и лучшими способами достижения экономического благосостояния народа являются хозяйственная свобода, конкуренция, спрос и предложение. В качестве регулятора эффективного взаимодействия государства и предпринимательства и поддержки последнего он предлагал «издание законов, примененных к современному развитию хозяйства».

В январе 1887 г. Министерство финансов возглавил И.А. Выш-неградский, а ему на смену (в связи с болезнью) в августе 1892 г. в качестве управляющего Министерством финансов пришел СЮ. Витте. Они оба отошли от либеральных «предпринимательских» идей Н.Х. Бунге и постарались максимально приспособить экономическую политику к общеполитической доктрине царствования Александра III, что выразилось в отстаивании и реализации консервативных начал в аграрной политике (80-90-е), в усилении государственного вмешательства в хозяйственную жизнь страны. В целом экономическая политика СЮ. Витте базировалась на двух основах: запретительный протекционизм и привлечение ино странных капиталов. Наиболее известной реализацией политики протекционизма были тарифная политика и тарифное законодательство, разработанные И.А. Вышнеградским и осуществленные СЮ. Витте. Вначале была внедрена система государственного регулирования хлебных тарифов (1889), а затем — таможенный тариф (1891). В 1893-1897 гг. резко усилилась роль государства в регулировании хлебной торговли.

Если протекционизм не был оригинальным средством, а по существу представлял собой продолжение идей И.А.

Вышнеградского, то вторая основа потребовала от Витте резких изменений его взглядов, чему способствовало успешное проведение разработанной им денежной реформы. Если еще в конце 1893 г. Витте весьма осторожно отзывается о привлечении в страну иностранных капиталов, высказывая опасение, что «русская предприимчивость», несмотря на «таможенное ограждение», «оказывается иногда не в силах одолеть у себя соперничества иностранной предприимчивости», то уже к концу 90-х гг. он выступает за неограниченное привлечение иностранных капиталов.

В марте 1899 г. на совещании министров под председательством царя обсуждался доклад СЮ. Витте «О необходимости установить и затем неуклонно придерживаться определенной программы торгово-промышленной политики империи», содержавший его взгляды на перспективы экономического развития России. В докладе утверждалось, что упомянутая политика должна проводиться «по определенному плану, со строгой последовательностью и систематичностью», ибо именно в результате твердой торгово-промышленной политики может быть решена «коренная не только экономическая, но и политическая задача» — создание собственной национальной промышленности. В «образовании вполне независимой национальной промышленности» Витте остроумно связал оба начала этой политики. Не отрицая наличия огромных финансовых трудностей у населения страны, возникших в связи с введением таможенного тарифа 1891 г., одновременно подчеркивая низкое качество отечественной продукции, особенно в отраслях промышленности, и общую слабую развитость национальной промышленности, Витте видел решение всех проблем в «капиталах, знаниях и предприимчивости», прежде всего в капиталах, ибо без них «нет и знаний, и нет предприимчивости». Россия бедна капиталами — значит, надо искать их за границей.

В связи с этим Витте доложил царю о торгово-промышленной политике правительства за 1891 — 1899 гг., которая представляла собой «последовательно продуманную систему, все части коей неразрывно связаны одна с другой».

Витте настаивал на сохранении таможенного тарифа 1891 г., а также на том, чтобы «по крайней мере до 1904 г.» не произво дилось никаких «стеснений притоку иностранных капиталов ни путем издания новых законов или распространительного толкования существующих, ни особенно путем административных распоряжений» [«Кризис самодержавия в России». С. 36 37].

В докладе 1899 г. СЮ. Витте критично оценивал достижения России, признавая ее сравнительно земледельческой страной. В связи с этим он писал: «При сложившемся ныне строе политических и экономических международных отношений земледельческая страна, не имеющая своей собственной промышленности, достаточно развитой, чтобы удовлетворить главным потребностям населения продуктами отечественного труда, не может почитать свою мощь непоколебимой;

без своей собственной промышленности она не может достигнуть настоящей экономической независимости, а опыт всех народов наглядно показывает, что только хозяйственно самостоятельные народы оказываются в силе проявлять в полной мере и свое политическое могущество. Англия, Германия, Соединенные Штаты, прежде чем стать влиятельными державами в международной политике, напряженными усилиями и всесторонней системой мероприятий насаждали и развивали у себя промышленность».

К началу XX в. политика Витте приняла достаточно конкретный и целенаправленный характер: в течение примерно 10 лет догнать более развитые в промышленном отношении страны Европы, занять прочные позиции на рынках стран Ближнего, Среднего и Дальнего Востока. Средства предлагались те же: таможенная защита русской промышленности и поощрение русского вывоза;

привлечение иностранных капиталов;

накопление внутренних ресурсов с помощью косвенного налогообложения, казенной винной монополии и казенных железных дорог.

В контексте развития государственного регулирования хозяйством страны отметим заслуги СЮ. Витте в создании государ ственной системы коммерческого и технического образования.

Как писал Б. Глинский, «среди средств, двигающих промышленность и торговлю, Сергей Юльевич особо высоко ставил техническое, промышленно-художественное и коммерческое образование. Это первостепенной государственной важности дело он сумел поставить на прочный фундамент, отстранив от него всякие следы «духовно-консерваторской опеки» и открыв в этом деле широкий простор для частной инициативы». Под эгидой департамента торговли Министерства финансов он открыл большое количество учебных заведений. Вначале он провел через Госсовет «Положение о коммерческом образовании», с целью инициирования активности российских промышленников и предпринимателей в учреждении и управлении коммерческими училищами. Благодаря этому они довольно охотно начали «давать средства на устройство и поддержание своих коммерческих училищ», и в итоге за 4—5 лет практически без затрат государственных средств были открыты 73 коммерческих училища, реорганизовано Строгановское училище технического рисования и учреждено несколько промышленно-художественных училищ. В заслугу СЮ, Витте следует поставить и закон 1897 г. о сельских ремесленных учебных мастерских — «деревенских технологических институтах», как он их называл.

Развив сеть среднего коммерческого образования, Витте начал кампанию по учреждению первых в России коммерческих и технических высших учебных заведений, «которые содержали бы в себе различные отделения человеческих знаний, но имели бы организацию не технических школ, а университетов». Под его руководством был разработан и принят Госсоветом Устав Санкт-Петербургского политехнического института, а затем был открыт этот и еще два политехнических института (в Киеве и Варшаве) с экономическим и техническим отделениями.

Таковы основные направления развития управленческой мысли в России XIX в.

КОНТРОЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ 1. Какие идеи управления содержались в проектах и реформах М.М. Сперанского?

2. Что послужило причиной открытия первых университетских программ подготовки предпринимателей и управленцев в России е XIX в.?

3. Какие управленческие проблемы решала дворянская управленческая мысль?

4. В чем главные идеи управления, содержащиеся в трудах русских народников?

5. Какие вопросы управления общественным производством рассматривались в работах русских социал-демократов?

6. Что волновало российскую буржуазию в области управления {по материалам торгово-промышленных и отраслевых съездов)?

7. Дайте характеристику основных учебных курсов по управлению преподавателей российских университетов конца XIX в.

8. Каковы главные идеи системы подготовки кадров управления согласно проекту И.А. Вышнеградского?

9. Дайте характеристику управленческих идей российских предпринимателей XIX в.

10. В чем заслуга СЮ. Витте в развитии отечественной управленческой мысли?

11. Какова взаимосвязь во взглядах представителей различных классов и сословий в России XIX в.?

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ 1. Маршев В.И. История управленческой мысли. — М.: МГИАИ, 1987.

2. Труды международных конференций по истории управленческой мысли (1996, 1998, 2000-2003 гг.). — М.: МГУ-ТЕИС, 1998-2003.

3. История предпринимательства в России. В 2 кн. — М.: РОССПЭН, 2000.

4. Сметанин СИ. История предпринимательства в России. — М.: Папеотип, 2002.

5. Барышников М.Н. Деловой мир России. — СПб.: Искусство—СПб., 1998.

6. Блауг М. Экономическая мысль в ретроспективе. — М., 1996.

7. Щеглов Н.П. О пользе соединения с земледелием мануфактурной и заводской промышленности. — СПб., 1829.

8. Тиме И.А. Основы машиностроения. Организация машиностроительных фабрик в техническом и экономическом отношениях и производство механических работ: В 2 т. — М., 1883-1885.

9. Труды торгово-промышленного съезда, созванного «Обществом Для содействия русской промышленности и торговле" в Москве, в июле 1882 г. - СПб., 1883.

10. Труды Комиссии для осмотра фабрик и заводов. Изд. «Общества Для содействия русской промышленности и торговли».

— СПб., 1872.

11. «Промышленность». Журнал мануфактур и торговли. — СПб., ]86| и последующие годы.

12. Журнал «Техническое и коммерческое образование». — СПб., (892 и далее.

13. Ленин В.И. Полн. собр. соч. 5-е изд. — М.: Политиздат, 1975—1983.

14. Чернышевский Н.Г. Полн. собр. соч. — М.: Правда, 1974.

15. Чернышевский И.Г. Избранные экономические произведения. Т. III. Ч. 2. - М., 1949.

16. Лавров П.Л. Государственный элемент в будущем обществе. — Лондон, 1876.

17. Симоненко Г.Ф. Общество, государство и право с точки зрения законов народного хозяйства. Магистерская диссертация:

В 2 т. — М, 1870-1872.

18. Гольцев В.А. Учение об управлении (задачи и методы) // Юридический вестник. — СПб., 1880. № 6. С. 270.

Часть III НОВАЯ И НОВЕЙШАЯ ИСТОРИЯ УПРАВЛЕНЧЕСКОЙ МЫСЛИ Глава6. ЗАПАДНЫЕ ШКОЛЫ УПРАВЛЕНИЯ XX в.

6.1. Школа научного менеджмента Ф. Тейлора.

6.2. Организация и принципы эффективности X. Эмерсона.

6.3. Административная школа А. Файоля.

6.4. Школа человеческих отношений.

6.5. Эмпирическая школа, или Наука управления.

6.6. Школа социальных систем.

6.7. Новая школа науки управления.

6.8. Ситуационный подход в управлении.

Период в ИУМ, охватывающий весь XX в. и первые годы XXI в., назовем новой и новейшей историей управленческой мысли.

Этот период характерен тем, что на протяжении большей его части в мире научных и прикладных разработок в области управления существовало два крупнейших центра. Один находился (и до сих пор размещается) в США и обслуживал капиталистическое хозяйство, разрабатывая модели эффективного управления организациями в рыночный системе, тем самым создавая так называемую западную управленческую мысль. Второй центр — центр восточной управленческой мысли — был создан чуть позже американского, находился до конца 90-х годов в СССР и обслуживал управление социалистическим хозяйством.

За последний столетний период управленческая мысль породила такое количество концепций, теорий, научных школ, какое не было создано всей мировой научной мыслью за весь предыдущий период существования человечества. Возможно, что прорыв был сделан именно потому, что мировая управленческая мысль к началу XX в. накопила колоссальное наследство, которое ожидало удачного и нового сочетания накопившихся достижений в управлении, в других науках и уже имевшихся средств научного исследования с проявлением инициативы исследователей для решения новых задач управления. В конце концов, и появлению новых научных направлений в области управления (историко-управленческие исследования) мы обязаны именно этому состоянию и уровню зрелости управления, как науки и практики.

Поскольку идеология науки, ее цели и предназначение, а также методология исследований в двух мировых центрах исследований по управлению существенно различались, материал по новой истории западной и восточной мысли XX в.

будет изложен раздельно. Это не означает, что развитие западной и восточной управленческой мысли шло независимо друг от друга, что не было общения между учеными и обмена мнениями исследователей и практиков управления, не было взаимовлияния и эффективного «изучения и использования передового зарубежного опыта» (что теперь в научной литературе называют одним словом «бенчмаркинг»). Все это, конечно, было, начиная от крупных совместных научных исследовательских программ и кончая «критикой зарубежного опыта» и взаимным «фырканьем» на конференциях и в научной литературе. Однако все же различий было больше, что и предопределило структуру изложения материала.

Следует отметить одну общую черту в методологии обоих направлений исследований — это организация и проведение целенаправленных крупномасштабных экспериментов в области управления производством (частным или общественным), которые по сути были социальными, а потому содержали в своей предметной области трудноизмеримые элементы. В целом весь XX в. похож на многоликое поле социальных экспериментов, одни из которых были чисто научными (с тщательной подготовкой и в масштабах «заводских лабораторий»), другие — сугубо прикладными (без особой подготовки, но зато в масштабах целых стран). И в первом, и во втором направлениях накоплен большой опыт, который предстоит еще долго изучать общими усилиями ученых всего мира. Во всяком случае, хочется надеяться, что новейшая история, в том числе новейшая история управленческой мысли, формирует Условия для более плодотворного сближения возникших за про шедший век региональных центров научно-прикладных исследований мировой управленческой мысли.


В новой истории западной управленческой мысли появилось много различных теоретических школ управления со своими основателями, лидерами, единомышленниками, публикациями и оппонентами. Датами их появления обычно считают публикации основателей школ. В 1903 г. первой появилась школа научного менеджмента (Scientific Management), представители которой проводили специальные эксперименты в области управления производством и организации труда.

Затем в 1916 г. — административная школа управления, которая разработала принципы и функции административного управления. В совокупности обе школы принято называть классической школой управления. В 1933 г. были опубликованы результаты уникального социально-управленческого эксперимента, длившегося с 1926 г., которые свидетельствовали о возникновении совершенно новой концепции управления и ее разработчиков — школы человеческих отношений. Далее появление школ происходило в таком порядке. В 1950 г. появилась школа с тройным названием — эмпирическая школа, менеджеризм или наука управления (Management Science). Судя по англоязычному названию и заявлениям основателей этой школы, она претендовала не на замену школы научного менеджмента, а на оригинальную позицию в качестве всеобщей науки управления или, по крайней мере, на научный синтез предыдущих школ, опираясь на методологию и результаты эмпирических исследований. Эмпириков дополнила новыми научными идеями школа социальных систем, в основе которой были общая теория систем и системный подход в научных исследованиях. Эта школа рассматривала также проблемы принятия человеком рациональных и иррациональных решений. Достижения в области кибернетики, электронно-вычис лительной техники и экономико-математического моделирования, а также оставшиеся с военных лет идеология и инструментарий «исследования операций» привели к возникновению новой школы управления.

Рано или поздно большое количество научных школ управления, часто напоминавших «джунгли в науке управления», должно было привести к качественному скачку. Формально это произошло в 1971 г., когда появилась статья Р. Моклера «Ситуационная теория управления», призывающая ученых не столько к отказу от абстрактного мышления и формализованного инструментария в исследованиях, сколько к усилению внимания исследователей к внешней среде организации, к анализу конкретной управленческой деятельности (контекста) и на этой основе — к разработке полезных для практики управления результатов. Призыв к учету специфики конкретных ситуаций звучал и раньше, но авторство термина «ситуационный подход в управлении» закрепилось за Моклером.

Основными источниками литературы, в которых представлены названные школы и подходы, послужили оригинальные работы авторов, исследования историка американской управленческой мысли У.Д. Дункана и известного советского ученого Д.М. Гвишиани, работы которого по этой тематике начали публиковаться уже в 70-х годах XX в.

Рассмотрим основные характеристики школ научного управления.

6.1. ШКОЛА НАУЧНОГО МЕНЕДЖМЕНТА Ф.ТЕЙЛОРА Пора познакомиться с человеком, о котором мы уже несколько раз упоминали. Речь идет о Ф. Тейлоре, имя которого всегда ассоциируется с понятием «научный менеджмент», хотя в главе 3 и говорилось о первых попытках организации и проведения специальных научных экспериментов для решения проблем управления. Заслуга Тейлора и его команды в лице Г.Л. Гантта, супругов Ф. и Л. Гилбретов, М. Кука, У. Кларка и многих других в том, что они не только рассуждали о пользе науки в управлении, но фактически осуществляли научный подход, проводя управленческие эксперименты и систематизируя методы и результаты этих экспериментов. Начиная с Тейлора, тема значимости научных методов уже не сходила со сцены управленческой практики.

Ф. Тейлор родился в Филадельфии в 1856 г. Он родился в относительно зажиточной семье адвоката и имел достаточно досуга для размышлений о заводах, расположенных вокруг. Тейлор учился во Франции и Германии, в 1874 г. поступил на юридический факультет Гарвардского университета, но из-за ухудшения зрения не смог продолжить учебу. Он устроился рабочим пресса в мастерские гидравлического завода в Филадельфии, а затем дорос до машиниста. В 1878 г. Тейлор перешел на работу в Мидвэльскую сталелитейную компанию сначала разнорабочим, затем стал лекальщиком и механиком, а с по 1883 г. — начальником механических мастерских. Он проявил невероятную творческую активность в изучении механики, занимаясь на вечерних курсах и дома, в 1883 г. получил высшее техническое образование и диплом инженера машиностроителя в Технологическом институте Стивенса. В 1884 г. Тейлор стал главным инженером компании и в тот же год впервые использовал в компании систему дифференциальной оплаты труда.

С 1890 по 1893 г. он занимал пост главного управляющего Мануфактурной инвестиционной компании в Филадельфии, стал владельцем бумажных прессов в Мэне и Висконсине, организовал собственное дело по управленческому консультированию, возможно, первое в истории менеджмента.

С 1895 г. Тейлор приступил к проведению регулярных экспериментов по научной организации труда. За эти годы он оформил около 100 патентов на различные изобретения.

В 1906 г. он стал президентом Американского общества инженеров-механиков, а в 1911 г. учредил «Общество содействия научному менеджменту», которое после его смерти в 1915 г. получило название «Общество Тейлора».

Для оценки значения науки в системе Тейлора необходимо рассмотреть основополагающие моменты его позиции. Во первых, Тейлор считал, что легитимность менеджмента основывается на его способности максимизировать благосостояние как работода-телей, так и персонала. Это, полагал он, необходимо для успеха, так как личная заинтересованность обеих групп имеет взаимости-мулирующее воздействие. В длительной перспективе нельзя иметь одно, не имея другого. Если от работников ожидается максимальная продуктивность, то они должны выполнять работу по возможности наилучшим образом, а для этого необходимо, чтобы менеджеры подвергли трудовой процесс научному исследованию и обучили работников оптимальным приемам выполнения задания.

Хотя Тейлор и утверждал, что интересы работников и работодателей взаимосвязаны, он все же оставался реалистом. Он знал, что выполняя в течение многих лет работы одним и тем же старым способом, человек довольно трудно идет на перемены.

Работники часто считают, что в их интересах увиливать от работы, т. е. работать в далеко не оптимальном темпе, и существующие в то время системы менеджмента фактически действовали в интересах таких работников. Методы, применявшиеся для выполнения большей части рабочих операций, основывались скорее на неэффективных эмпирических, чем на научно обоснованных правилах. Наиболее эффективными системами управления времен Тейлора, или «самым совершенным типом нормального менеджмента», были те, которые предусматривали вознаграждение за наивысшие показатели в работе. Тейлор называл это менеджментом инициативы и поощрения.

Проблема таких систем заключалась в том, что ответственность за выработку возлагалась исключительно на работника.

Тейлор считал, что и менеджеры должны разделять эту ответственность. Менеджеры должны были собирать, объединять в таблицы и классифицировать информацию, пользуясь научными методами, сводить ее в принципы, правила, законы и формулы, которые обобщали бы весь накопленный рабочими опыт и могли быть использованы в качестве руководства для достижения более высоких результатов при выполнении каждодневных заданий. Практические нормы и правила, выведенные в результате применения менеджмента, можно было бы преподавать рабочим. Кроме того, следовало бы принять определенные меры, которые гарантировали бы соблюдение соответствующих принципов. В системе Тейлора от менеджеров требовалось выполнение новых, жизненно важных и в высшей степени необходимых задач. В их обязанности входила научная проработка всех элементов человеческого труда и замена устаревших правил эмпирического характера. Они должны были, применяя научные подходы, отбирать, учить работников и повышать их квалификацию с целью максимального раскрытия их потенциала. Решающим элементом такого процесса развития стала подготовка соответствующим образом каждого рабочего для выполнения самых разных заданий.

Тейлор выступал за научный подход решения проблемы производительности, так как высоко оценивал его влияние на эф фективность промышленности. Однако он осознавал опасность механического применения науки. Он особо подчеркивал, что «механизмы» научного менеджмента ни в коем случае не должны вытеснять его философию. Философия заключалась в научной позиции, которая в качестве обязательного условия предполагала сбор данных, их обработку и применение научного знания к решению проблем индустриального общества. Под механизмом подразумевалась совокупность технических приемов, таких, как хронометраж, бригадный метод, карты рабочих операций, дифференцирование сдельных ставок оплаты труда и системы учета издержек. Это были не более чем механические приемы. Вместе с тем научный менеджмент был своего рода «интеллектуальной революцией», которая пропагандировала новые методы управления трудовыми процессами.

В одной из первых книг Тейлора «Менеджмент на предприятии» (1903) речь шла именно о технических приемах, или механизмах. Целью написания книги «Принципы научного менеджмента» (1914) было изложение основных положений менеджмента, в которых нуждалась «интеллектуальная революция». В ней были поставлены следующие задачи:

1. На простых примерах показать потери, которые допускаются в стране из-за неэффективности.

2. Убедить читателя в том, что средство, позволяющее избежать этих потерь, заключается в системном менеджменте, а не в бесполезном поиске каких-то рабочих особого склада.

3. Доказать, что лучший менеджмент — это подлинная наука, основанная на определенных законах, правилах и принципах.

Убедить также, что принципы научного менеджмента применимы ко всем видам человеческой деятельности и, если их использовать правильно, они дадут поразительные результаты.


Не вызывает сомнений тот факт, что Тейлор рассматривал применение научных методов как важнейшее условие развития менеджмента. Без фактических данных, без теории, принципов и закономерностей вряд ли кто-либо воспринимал бы менеджмент всерьез. Тем не менее подлинная наука, т. е. та, которая указывает путь к полноценной профессиональной практике, — это больше, чем технические приемы, формулы и законы. Это скорее новое видение мира и новый способ разрешения проблем. Тейлор знал, что для широкого практического распространения его системы необходимы доказательства ее успешного применения, и приводил убедительные данные в поддержку своей системы. Как отмечалось в его отчетах, на предприятиях крупной сталелитейной компании благодаря его исследованиям процессов загрузки чугунных чушек производительность труда увеличилась почти на 400%, а заработная плата возросла на 60%. В 1910 г. он выступил в качестве свидетеля в судебном разбирательстве о восточных тарифах, где рассматривались работа железных дорог и их. эффективность. Тейлор хотел показать, как благодаря применению научных принципов управления транспортными операциями можно снизить фрахтовые ставки и затраты на рабочую силу, в то время как заработная плата работников может быть увеличена.

Тейлор был не единственным, кто выступал за приложение науки к проблемам менеджмента. Одним из его приверженцев был Г.Л. Гантт, который родился в 1861 г. Семья Ганттов владела плантацией в штате Мэриленд, но потеряла свое состояние в результате гражданской войны. И хотя позднее он смог поступить в колледж Джона Гопкинса, его детство было довольно суровым. После окончания Технологического института Стивенса с дипломом инженера-механика он стал помощником главного инженера Ф. Тейлора в Мидвэльской сталелитейной компании. Гантт и Тейлор успешно сотрудничали в молодые годы и совместно получили 6 патентов. Гантт следовал за Тейлором в те же компании, в которые он переходил. Как и Тейлор, Гантт открыл собственную консалтинговую контору, реализовал несколько проектов, что принесло ему широкую известность.

В книге «Труд, заработная плата и прибыль» (1910) первая глава была посвящена важной роли науки для менеджмента.

Согласно Гантту, чтобы достичь высокого уровня производственной эффективности, менеджеры должны каждую деталь трудового процесса подвергнуть такому же тщательному анализу, как это делают химики и биологи. По его мнению, точный научный анализ управленческих проблем всегда безошибочно покажет такие возможности совершенствования в методах труда, о которых раньше и не подозревали. Гантт считал, что нет иного пути для выработки общих законов, кроме как через научный анализ, и существует достаточно свидетельств применимости подобного анализа труда деятельности и рабочей силы.

Как утверждал Гантт, для оптимизации менеджмента надо устранить все риски и случайности. Преуспевание в менеджменте — это успешное достижение поставленных целей с применением знания, полученного в результате научного анализа. Он утверждал, что легитимность менеджмента в немалой мере основана на получении высоких результатов с помощью научных методов. Для этого нужны прикладные исследования проблем производства, что возводит практическую исследовательскую деятельность в ранг «чистых» форм научной аргументации.

Гантт положительно воспринял идею анализа и синтеза, которую предложила Л. Гилбрет. Он поддерживал идею изучения комплексных операций, разбивая их на простые компоненты и изучая каждый из них (анализ). После завершения анализа всех элементов комплекс вновь восстанавливается путем последовательного суммирования простых компонентов (синтез) до тех пор, пока не будет найдена и применена наиболее эффективная форма сложной операции.

Гантт утверждал, что стремление к замещению интуитивного мнения научным знанием было истинным смыслом, или духом, научного менеджмента. По его мнению, более приемлемо выражение «научный метод, приложенный к менеджменту».

Система Тейлора была построена на применении науки к проблемам производства, и Гантт соглашался почти со всеми идеями Тейлора, за исключением его системы вознаграждения за труд.

Он разработал собственную систему заданий и премий, при которой рабочие получали премию в дополнение к своей регулярной дневной оплате в том случае, если они следовали инструкциям и выполнили свое задание в рамках установленного времени. Мастера также получали премиальные вместе со своими рабочими, кроме того, предусматривалось вознаграждение за рационализаторские предложения, ведущие к повышению производительности труда. В этой системе заданий и премий проявилась большая забота о рабочих, чем предусматривалось системой Тейлора, а его статья «Обучение рабочих в условиях индустрии и кооперирования» нашла положительный отзыв у многих специалистов за своеобразное проникновение в гуманистические аспекты управления и труда.

Вообще говоря, Гантту была свойственна определенная уникальность, которая в известной мере выходит за рамки идей его наставника. Особенно это проявлялось в высказываниях об ответственности бизнеса, которую, по мнению Гантта, менеджеры берут на себя по отношению к рабочим и обществу в целом. Иными словами, Гантт проявил себя значительно более просвещенным по сравнению с Тейлором в вопросах индивидуального и общественного благосостояния. Одна из причин такого направления его мировоззрения — его личный опыт. Дело в том, что, как мы отмечали, Гантт жил в суровых условиях. Гражданская война сказалась на судьбе семьи Ганттов: процветание сменилось материальными лишениями. В этих обстоятельствах Гантт пришел к пониманию такого аспекта труда, который, как представляется, не был оценен Тейлором, — перспективы для рабочих. Создается впечатление, что Гантт лучше понимал рабочего, выполняющего свою работу, и по этой причине он больше значения придавал таким вещам, как мотивация, лидерство и обучение.

Гантт уважал демократию как в правительстве, так и на рабочем месте. К большому удивлению многих его американских коллег, на него оказали влияние цели, которые поставило перед собой правительство Советской России. Многие его работы публиковались во время революции 1917 г., и, естественно, он был хорошо знаком с экономической и социальной философией, которая привела к свержению российского императора. Его симпатии к социализму не внушали уважения к нему в деловых кругах США и других стран, но именно это и позволило ему работать несколько иначе, чем Тейлор.

Как бы ни были важны взгляды Гантта на рабочих, еще большее значение имели его идеи в отношении социальной ответст венности бизнеса и менеджмента. Со временем Гантт все чаще приходит к убеждению, что менеджменту следует сосредоточить внимание на своих «широких обязательствах» перед обществом. В последней книге «Организация труда»

(1915) он писал о «расхождении путей», которое, как он опасался, может случиться, если система американского свободного предпринимательства не найдет каких-либо способов для примирения поиска прибыли с благосостоянием общества. Гантт ясно представлял себе промышленные компании в виде институтов, существующих для блага общества. Если однажды общество посчитает, что издержки корпораций чрезмерно велики по сравнению с получаемой прибылью, возможно и даже вероятно, оно применит соответствующие санкции. Он считал, что все индустриальные общества должны распределять свой доход между совокупными факторами производства, при этом особое внимание следует обращать на фактор труда. Капитал имеет право только на прибыль, которую он заслуживает. Все, что больше этого, относится к сверхприбыли. Он был крайне озабочен очевидным стремлением со стороны бизнеса поставить прибыль над интересами общества. Если бизнес не осознает свою социальную ответственность и не посвящает себя службе обществу, то, в конечном счете, полагал Гантт, общество попытается взять эти функции на себя, чтобы действовать в собственных интересах.

В этом смысле особые опасения высказывал Гантт в отношении большого бизнеса. Он был убежден в том, что малые предприятия в силу своего положения на конкурентном рынке должны концентрировать усилия на обслуживании клиентов и общества, если они хотят выжить. В его понимании, по мере того как эти предприятия укрупняются и начинают контролировать все большие доли рынка, приобретая монопольную власть, они в меньшей степени реагируют на запросы клиентов и стремятся к сверхприбылям путем повышения цен. Здесь и требуется вмешательство государства для регулирования отношений в обществе.

Другим распространителем идей Тейлора был инженер Ф. Гил-брет. Хотя он никогда напрямую не сотрудничал с Тейлором, но с энтузиазмом воспринял научный подход Тейлора и перенес его на изучение трудовых действий. Тейлор сосредоточил свое внимание в первую очередь на хронометраже и на вычислении количества труда, на которое способен «первоклассный»

рабочий в течение определенного периода. Гилбрет поддержал идею хронометража, но только в том случае, если число движений в процессе труда определено уже достаточно точно и найден «единственно верный способ» выполнения конкретного вида работ.

Сходство между Тейлором и Гилбретом было значительно большим, чем между Тейлором и Ганттом. Тейлор имел возможность учиться в Гарвардском университете, но предпочел стать механиком. Гилбрет готовился поступить в Массачусетский технологический институт, но решил стать каменщиком, так как люди этой профессии считались «королями механики». В возрасте 36 лет он женился на Лилиан Моллер, которая защитила докторскую диссертацию по психологии и стала ближайшим помощником Фрэнка в занятиях научным менеджментом до конца его жизни. У Гилб-ретов научный менеджмент базировался на измерении. Его задачей было устранение производственных потерь и уменьшение усталости, которую рабочий испытывает при выполнении задания. Как писали супруги Гилбреты в своей работе «Прикладные исследования рабочих движений» (1917), «для того чтобы получить общественное признание как искусство или наука, менеджмент должен был подходить к решению проблем, применяя научную методику, т. е. разделяя проблему на ее составные элементы и подвергая каждый элемент детальному изучению». Благодаря тщательному анализу трудовых движений, выполняемых при кладке кирпича, Ф. Гилбрет сумел добиться увеличения количества кирпичей, укладываемых одним каменщиком, со 175 до 350 шт. в час, повысив таким образом производительность на 100%.

В большинстве трудов Гилбретов изучаемые проблемы приобретали ясность благодаря их четкой научной формулировке.

Они проанализировали многие виды работ в виде зависимых переменных величин, при этом измеряли влияние на них независимых переменных, которые оказывают влияние на состояние рабочих (мускульная сила, опыт, усталость и т. д.), состояние окружающей среды, оборудования и инструментов (одежда, освещенность, профсоюзные правила и т. д.), а также на скорость трудовых движений.

Все известные системы менеджмента Ф. Гилбрет в своей работе «Исследование рабочих движений» (1912) разбил на классы в зависимости от тех научных основ, которые использовались в каждой системе при решении конкретных проблем управления. Традиционным менеджментом обозначались системы управления, основанные на эмпирической практике и передаваемые от одного поколения рабочих к другому и от мастера к рабочему. Понятие переходный менеджмент использовалось для обозначения таких систем, которые стремились к реализации ряда усовершенствований, выдвинутых «интеллектуальной революцией» Тейлора. Научный менеджмент, или «предельная система менеджмента», представлял собой тип управления, который был рекомендован Тейлором.

Л. Гилбрет пользовалась такой же классификационной системой. В своей работе «Психология менеджмента» (1914) она дала более конкретное определение предельной системы как типа менеджмента, который является «наукой и был выработан путем исследований и экспериментирования». По ее мнению, любое исследование менеджмента, если оно претендует на научность, должно проводиться на основе анализа и синтеза. Посредством анализа выделяется один из аспектов менеджмента, например труд, который разбивается на основные элементы. В процессе синтеза элементы вновь воссоединяются, но в этот комплекс входят уже лишь те элементы, которые необходимы для выполнения данного задания.

Подобный подход создает достаточную логическую основу для изучения трудовых движений. Правильно понятый научный менеджмент способствует росту благосостояния рабочих за счет повышения зарплаты, уменьшения усталости и общего улучшения условий труда.

Есть еще одна важная проблема управления, которой коснулась школа научного менеджмента. Речь идет о рассмотрении триады «цель — задание — результат» в качестве основной движущей силы организации и важнейшего компонента систем, которые были сконструированы Тейлором, Гилбретами и др.

Ф. Тейлор утверждал, что «самым важным простым элементом в современном научном менеджменте является идея задания». Эта идея включала по возможности полное планирование труда каждого работника, по меньшей мере на один день вперед, и выдачу письменных инструкций, подробно описывающих задание, а также средств, необходимых для выполнения этого задания. Между прочим, задание использовалось в качестве стандарта при определении премиальной надбавки, которую можно было получить в случае надлежащего выполнения работы. Некоторые современные исследователи школы научного менеджмента, считают, что идея Тейлора о задании в значительной мере содержала практическое обоснование широкого использования определенных технических приемов, в том числе целевого управления. Можно, конечно, спорить об аутентичности целевого управления и управления по заданию, но никто не станет оспаривать тот факт, что уже первые дискуссии в эпоху Тейлора на тему «задание» обозначили чрезвычайно большое значение, которое придавалось постановке целей.

Идею Тейлора в отношении задания поддержала и дополнила Л. Гилбрет. В то время как Тейлор указывал на важность задания, она подробно описала сущность этого понятия как профессиональный психолог и проповедник системы Тейлора.

Трудно сказать, знанием психологии объясняется интерес Л. Гилбрет к проблеме «цели — задание» или тем обстоятельством, что она была матерью 12 детей. Для тех, кто прочитал ее книгу «Дешевле для дюжины», становятся понятными такие вещи, как постановка целей, организация и контроль ради эффективного управления столь большим домашним хозяйством.

Задание, считала Гилбрет, есть не что иное, как цель, а цель не может определяться чисто случайно и теоретически. Цель есть прямое следствие хорошо продуманного процесса измерения и синтеза, а в контексте научного менеджмента задание определяется в результате сложного процесса анализа и синтеза. По мнению Гилбрет, результатом синтеза, которому предшествует анализ, должно быть соединение различных составных элементов труда в одно задание. Но если рассматривать задание в этом аспекте, то стандарт для выполнения задания — это не какая-нибудь абстрактная мечта, которая определена чисто теоретическим образом, а скорее стандарт для конкретного вида деятельности, выработанный на базе того, что «практически уже было сделано и что предположительно будет воспроизведено». Задание представляет собой не какой-либо воображаемый идеал или неосуществимую мечту, которую мы надеемся увидеть воплощенной, а скорее «сумму наблюдаемых и выполняемых во времени операций плюс определенный и достаточный процент... на преодоление усталости».

Л. Гилбрет не могла понять сопротивления менеджеров и рабочих самой идее задания. Она считала, что в первую очередь это сопротивление было вызвано непониманием сущности термина «задание». Хотя Гилбрет и не любила этот термин из-за его неоднозначности, которая, по сути, делает возражения справедливыми, но не могла придумать лучшего названия. И все же она ясно сознавала, что выполнение целей предполагает соотношение «средство — цель», когда утверждала, что каждый член организации должен иметь определенное задание, подобные задания должны быть разработаны и для организации в целом.

Индивидуальные и организационные задания должны быть соотнесены таким образом, чтобы выполнение первого приводило к достижению целей последнего. Это было передовое и научно обоснованное осознание комплексного процесса, особенно на ранних этапах научного менеджмента. Такое представление образует, например, базу для теории взаимного подкрепления и управленческой логики, на которой строится целевое управление.

Идея задания, которая разрабатывалась еще в начальный период истории менеджмента, подчеркивает важность предварительной разработки целей. Мы должны осознать, что задание — это цель в самом прямом смысле этого слова. И все же этот смысл сильно отличается от современного понятия «цель». В дискуссиях нашего времени цель понимается как стремление или дело, которое мы можем совершить, если сконцентрируем наши усилия и будем работать с максимальной отдачей в течение следующего года. В представлении Тейлора, Гилбретов, а также Гантта, задание — доказуемая эмпирическая реальность. Это означает, что задание, или эффективная цель данного рабочего места, отдела или организации, есть достижение возможного результата, если 1) нормированы инструменты и условия труда;

2) предписан метод, по которому работа должна выполняться;

3) научно обосновано время, необходимое для выполнения работы;

4) принята во вни мание усталость;

5) сформулированы качественные показатели результатов.

Научный менеджмент появился в ответ на призыв применять научные методы при решении проблем фабричной системы. С самого начала наука была признана в качестве единственно реального подхода для достижения легитимности и профессиона лизма. Авторы работ по научному менеджменту, в первую очередь Ф.Тейлор, Г. Гантт и супруги Гилбреты, сделали много для того, чтобы менеджмент и научный подход получили всеобщее признание.

6.2. ОРГАНИЗАЦИЯ И ПРИНЦИПЫ ЭФФЕКТИВНОСТИ X. ЭМЕРСОНА Обладая великим наследием А. Смита и Ч. Бэббиджа в области идей повышения эффективности производства, управленческая мысль XX в. породила своего героя. Им стал X. Эмерсон, который, как и предшественники, всю научную жизнь посвятил поиску ответов на вопросы: в чем причины низкой эффективности трудовой и организационной деятельности, и как ее повысить? Он многого достиг в решении этого вопроса, существенно обогатив управленческую науку результатами своих исследований и экспериментов.

X. Эмерсон родился в 1853 г. в Трентоне (штат Нью-Йорк). Его отец был профессором английской литературы и пресвитери анским миссионером. Эмерсон учился в Германии, Англии, Франции, Италии и Греции, говорил на 19 языках, и неудивительно, что он возглавил факультет иностранных языков в университете Небраски в возрасте всего 23 лет. Однако не прошло и 5 лет, как он отказался от университетской карьеры и занялся бизнесом. В течение последующих 20 лет он занимался экономическими и инженерно-техническими исследованиями для компании Burlington Railroad и одновременно консультировал фирмы во всем мире. В качестве инженера-консультанта он реорганизовал компании Archison и Topekau Santa Fe Railroad, на которых внедрил системы калькуляции затрат, ведения бухгалтерского учета и премиальной заработной платы. Именно в связи с этими успехами он получил известность как первый «инженер по эффективности».

В 1908 г. Эмерсон написал книгу «Эффективность как основа производственной деятельности и заработной платы». В этой работе он сравнивал неэффективность действий человека и эффективность методов, которыми пользуется окружающая человека природа, и сделал вывод о том, что только человеческая неэффективность является причиной бедности человечества. Он считал, что проблему неэффективности труда можно решить двумя способами:



Pages:     | 1 |   ...   | 11 | 12 || 14 | 15 |   ...   | 21 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.