авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 11 |

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Российский научно-исследовательский институт экономики, политики и права в научно-технической ...»

-- [ Страница 4 ] --

сложившаяся среди зарубежных авторов практика не ссылаться даже на заинтересовавшие их публикации российских ученых, переведенные на иностранные языки3. (Особенно сложное и по многим причинам далеко не объектив ное дело – цитирование. Но это касается не только российских ученых и не только философов. А потому «критерий цитирования» если и при нимается, то с серьезными сомнениями и оговорками. Проблему именно цитирования и соответствующих индексов, проблему сугубо специаль ную, я здесь разбирать не буду.) Совокупность указанных обстоятельств привела к тому, что отече ственным ученым даже в новую историческую эпоху мало что помога ет – при прочих равных достоинствах их работ – получить известность и признание в зарубежных странах. Поэтому существенные для россиян потери на этом пути почти неизбежны: если иностранные коллеги «за мечают», цитируют публикации наших физиков, математиков, биологов и т. д. (тоже, как я догадываюсь, не в той мере, в какой они этого объ ективно заслуживают), то пока остается лишь надеяться на адекватную, справедливую оценку за рубежом вклада наших ученых социогумани тарного профиля. Эту долговременную тенденцию по-своему фиксиру ет зарубежная, а за ней и отечественная наукометрия. Однако нынешний наш разговор будет о другом – о произошедших в последние десятилетия изменениях, об общей ситуации, когда нас все же стали замечать, когда мы уже достаточно солидно представлены в международном дискурсе, и это по идее должно быть зафиксировано и по достоинству оценено, но в действительности замалчивается или даже существенно искажается из-за целой системы кривых зеркал и бездоказательных выводов.

Например, применительно к отечественной философии весьма цен ным было то, что даже в исключительно сложных внутренних и внеш них условиях второй половины 80-х и в 90-х гг. XX в. отечественная философия, освободившаяся от идеологической ограниченности и про чих социальных препятствий, вопреки всем неблагоприятным предпо сылкам начала завоевывать международное признание. Добросовест ные отечественные специалисты по наукометрии на основе тщательного анализа уже тогда отметили этот факт: «В философии Россия – писала И. Маршакова-Шайкевич, – занимает достойное место, ее исследова тельская активность на мировом уровне превышает аналогичные по казатели таких развитых западных стран, как Франция и Италия» [9а, с. 149].

В последнее же десятилетие отечественная философия развивалась так, что с точки зрения ее международного «присутствия» и признания К слову, даже применительно к советскому времени, не говоря уже о пост советском периоде, это была и есть досадная асимметрия. Ибо наши философы, подобно другим специалистам в области социогуманитарных наук, несравненно лучше, чем их иностранные коллеги, знают и учитывают зарубежный исследова тельский опыт.

Мотрошилова Н.В.

совершила довольно быстрое и качественное продвижение вперед (под робные доказательства будут приведены ниже). А вот в зарубежных, от части и в российских, науко- и библиометрических показателях и оцен ках это продвижение не только не получило адекватного отражения, но было количественно и качественно искажено. Количественно докумен тируемый прорыв, с такими трудностями, но объективно осуществлен ный сообществом отечественных философов, подтверждаемый и при знанный непредвзятыми авторитетными зарубежными коллегами, тем самым оказывается скрытым за очередным «железным занавесом», на этот раз созданным не в политике, идеологии, а внутри самой «науки о науке»! (Кстати, становится ясно, что пресловутый «железный занавес»

творился не только в СССР: к его созданию сильно причастны и те, кто находился и сейчас находится с другой его стороны. Одно хорошо: этот занавес отнюдь не был монолитным;

в нем имелось немало дыр и бре шей…) Думаю, сказанное относится и к другим социогуманитарным дис циплинам. Постараюсь далее показать, с помощью каких средств такое искажение регулярно осуществляется в отношении современной отече ственной философии.

Система кривых зеркал Понятно, что вся система подсчетов в наукометрии, как и в других дисциплинах, зависит от источников, на которые опираются в данной области. Авторы, пишущие об этом, согласно констатируют: «Анализ числа журнальных публикаций и уровня их цитируемости чаще всего проводится на материалах базы данных Web of Science (WoS), принад лежащей ныне компании Thomson Reuters Corporation» [8, c. 3]4.

В самом деле, отсылки именно к базам данных WoS повсеместны не только в наукометрии, но и вообще в литературе о науке. Следует, одна ко, учитывать, что WoS работает преимущественно с журнальными пу бликациями, а это применительно к социогуманитарным дисциплинам изначально определяет ограниченную значимость получаемых данных и выводов. Правда, охват используемых базой WoS журналов солидный – 8000 единиц (в настоящее время). Но поскольку эта база включает очень большое количество научных дисциплин, постольку даже на каждую группу наук приходится ограниченное число «референтных» зарубеж ных, как правило, интернациональных журналов, из которых именно Thomson Corporation осуществляет свой отбор. Итак, главный исходный для наукометрии факт состоит в том, что пирамида заключений и выво Сообщается также, что эта информационная система является старейшей в мире, ее основал и в течение многих лет возглавлял Юджин Гарфильд, авторитет ный специалист в данной области. О Ю. Гарфильде и истории его деятельности рассказывается в работах М. Петрова, С. Хайтуна, Е. Мирской, Э. Мирского, а так же в моем большом исследовании, посвященном социологии науки, в частности, школе Р. Мертона (в печати).

Кривые зеркала, отражающиеся друг в друге дов покоится главным образом на деятельности Thomson Corporation с ее системой Web of Science.

Здесь мы получаем зеркало № 1. Я попытаюсь последовательно до казать, что применительно к философии (не только отечественной), а также, видимо, и к другим социогуманитарным дисциплинам это зер кало все-таки искажает реальную картину публикационной активности специалистов тех наук и тех стран, относительно которых осуществля ются якобы точные, количественные подсчеты. Какие есть основания для подобного утверждения? Перечислю главные.

• Специалисты объективно фиксируют тот факт, что Thomson Reuters Corporation (далее Th.R.) долгие годы была и остается моно полистом в науко- и библиометрии. Конкурирующие системы (напри мер, база данных группы Scopus) чаще всего только упоминаются, ибо всегда находятся доводы, чтобы взять за основу базы данных WoS. Что вроде бы неудивительно (другой такой же мощной, профессионально добротной системы пока не возникло), но в конечном счете связано с существенными издержками – если не для всех наук, то для каких-то их групп, для отдельных дисциплин и особенно для ряда стран, даже целых континентов.

• Ряд авторов (8), говоря о монопольном господстве Th.R. и WoS, отмечают, что это означает упрочение господствующего, если не моно польного положения американских исследований в различных областях научной деятельности. Возможно, для физико-математических, есте ственных наук это в целом соответствует реальной картине, но для со циогуманитарных дисциплин здесь изначально заключена исходная предпосылка серьезных искажений. Многие методические ограниче ния, способы отбора публикаций, определяемые Th.R. и закладываемые в WoS, объективно «американизированы».

Далее будут приведены более конкретные примеры, относящиеся к философии. Речь пойдет о том, что я называю искажающим зеркалом № 2 и что характеризует изначальный отбор – прежде всего стран, жур налы которых становятся, так сказать, точками отсчета. Для всех дис циплин социогуманитарного комплекса таковыми, (например, согласно данным И. Савельевой и А. Полетаева), de facto оказываются журналы «большой тройки» – США, Великобритании и… Нидерландов. (Прове денная мною проверка применительно к философии подтвердила этот факт.) Какая-то форма «американизации» действительно имеет место.

Таким изначальным и заведомым отбором американское доминирова ние как бы институционально закрепляется и преподносится другим странам в качестве некой данности, с которой уже ничего не поделаешь.

Этот факт якобы отражает «доминирующие позиции США как в эконо мике, так и в науке, в том числе в социально-гуманитарных дисципли нах» [8, c. 7].

В дальнейшем я приведу доводы в пользу того, что в мировой фи лософии содержательного доминирования чисто англо-американских философских тенденций, методов, подходов в действительности нет, да и быть не может. Что на самом деле отражается в искажающем зеркале Мотрошилова Н.В.

№ 2, так это кривое зеркало № 1. То есть, во-первых, отражается упомя нутый долговременный монополизм мощных американских наукометри ческих корпораций;

во-вторых, тот исторически обусловленный факт, что большинство авторитетных, престижных журналов, национальных и интернациональных, к настоящему времени издается в трех перечис ленных странах, прежде всего в США. А значит, в зеркале отражается и заведомое неравенство возможностей для ученых других стран, носите лей других языков публиковаться в этих журналах.

Представляется оправданным утверждать: наукометрическая систе ма и сфера – частный случай более масштабных процессов, у которых общим знаменателем объективно (вне зависимости от намерений самих специалистов) является утверждение и в духовной сфере модели однопо лярного, а не многополярного мира. В особой области, которой является наукометрия (не забудем, что это тоже сфера частного, в основном аме риканского бизнеса), зеркала не таковы, чтобы отразить реальное поло жение дел в мировой науке: их задача – утвердить и закрепить интересы США (вместе с Великобританией) в важнейшей для современного мира сфере – научных исследованиях. Неслучайно «результаты» дискримина ционны в отношении других языков и науки целого ряда стран.

Кривое зеркало № 3 – это отбор конкретных журналов (националь ных и международных) в качестве исходных, учитываемых и обсчиты ваемых, информационных единиц. Вполне понятно, что выбор из моря журналов надо осуществлять, поскольку учесть даже основную их массу нереально. Но сама по себе необходимость не должна заслонять от нас то, насколько «избирательно» в систему включаются или не включают ся прежде всего социогуманитарные журналы тех или иных стран. Что касается России, то учитываемое базой WoS их количество «стремится к нулю» (к 2009 г.: по экономическим наукам – 0, по социологии – 1, по истории – 2, по философии – 1, а именно «Вопросы философии»).

На этом фоне господство «выбора» в пользу американских, вообще ан глоязычных, журналов как бы молчаливо принимается в качестве некой «объективной» и нерушимой предпосылки.

Теперь я обращусь к вопросу о том, какие именно философские жур налы были отобраны для обработки в базе данных WoS5. Результаты не однозначны, но нередко они производят негативное впечатление.

С одной стороны, список WoS (Journal List), охватывающий 156 фило софских журналов, в целом можно признать достаточно представитель ным и добротным. В него включено немало журналов, широко извест ных в мировом философском сообществе, в ряде отношений неплохо документирующих и реальное состояние современной философии как разветвленной совокупности различных дисциплин (теории познания, логики, истории философии, этики, философии религии и т. п.), и их сложившуюся «локализацию» в тех или иных странах, регионах, в рам ках специфических культурно-цивилизационных образований. Правда, Я провела анализ списка журналов (The Master Journal List) по электронному ис точнику: http://scientific. thomson reuters.com/cgi-bin/jrnlist/jrnresults.cgi.

Кривые зеркала, отражающиеся друг в друге в перечень включены также и некоторые национальные журналы, ко торые вряд ли когда-либо держат в руках специалисты из других стран.

(Скажем, я сомневаюсь, что четыре включенных в список хорватских журнала могут служить «референтными» изданиями для иностранных философов.) Но само присутствие стран в мировом перечне – дело в целом информационно нужное и справедливое. С другой стороны, ана лизируемый список подтверждает сугубо неравномерную представлен ность в базе данных WoS различных стран и континентов. Более того, он закрепляет факт упомянутого ранее количественного доминирования «большой тройки» – США, Англия, Нидерланды. В него попали: 55 жур налов, издаваемых в США, 19 – в Англии и 17 – в Нидерландах6. Иными словами, на долю этих стран приходится 91 учитываемая единица, или почти две трети всех отобранных и обрабатываемых Th.R. философских журналов. Приведу данные по другим странам: Германия – 9 журналов, Испания – 7, Франция – 6, Италия – 6, Бельгия – 6, Канада – 5, Хор ватия – 4, Бразилия – 2, Словакия – 2, Литва – 2, Румыния – 2. Одним журналом в списке Th.R. представлены Мексика, Словения, Колумбия, Филиппины, Чехия, Южная Африка, Тайвань и Россия.

Для правильной оценки такого, прежде всего количественного, аме риканского и английского доминирования в журнальной сфере надо принимать в расчет, что немало периодических изданий, выходящих в США, Англии, Нидерландах – как, кстати, и в Германии, Франции, Ис пании, Бельгии, – являются международными (их названия нередко на чинаются со слов «International Journal...»). Получается, что американцы и англичане больше других работают в интересах всего мира и что вы борки Th.R. лишь фиксируют это обстоятельство. Одно, во всяком слу чае, верно: по ряду исторических причин США, Англия и Нидерланды куда раньше и масштабнее, чем другие страны, вложились в перспектив ное, как оказалось, дело создания целой сети добротных, хорошо финан сируемых национальных и интернациональных журналов, в том числе философских. На деле же в данном случае сплелось влияние немалого числа предпосылок и факторов, делающих это, казалось бы, лишь ко личественное и как будто объективное лидирование противоречивым явлением, не только заведомо неблагоприятным для ряда стран, но и в итоге дискриминационным для целых регионов и цивилизаций.

Я попытаюсь конкретно показать, почему рассмотренная, на первый взгляд добротная, выборка журналов, осуществленная Th.R., если она становится главным, а тем более единственным информационным ис точником, способна превратиться в кривое во многих отношениях зер кало.

Скажу сначала о простых практических причинах возможных и, увы, часто превращающихся в действительность информационных искаже Включение в эту тройку Нидерландов (страны, участие которой в философ ских исследованиях более чем скромное) объясняется просто: здесь издаются в основном международные журналы, что обусловлено концентрацией в этой стране мощных издательских корпораций.

Мотрошилова Н.В.

ний, в результате которых мировой философии «ненавязчиво» навязыва ются американизированные образцы. Философы североамериканского континента, как и Англии, естественно, используют все преимущества от локализации философских журналов (в том числе интернациональ ных по замыслу, но американизированных по проблематике, методам, содержанию) на родной американской или английской почве. Кроме того, ученые, для которых английский – родной язык, обладают и языко выми преимуществами (несмотря на интернационализацию английско го языка). В результате философам неанглоязычных стран Европы, тем более Азии и Африки, получить доступ в американские или английские журналы чрезвычайно трудно, а для подавляющего большинства и вовсе невозможно.

Есть и внутринаучные обстоятельства, объясняющие нерелевант ность использования только или главным образом базы данных Th.R.

для оценки результативности исследовательской активности ученых.

Речь пойдет об объективном факте дробной, весьма разветвленной спе циализации современных философских исследований, которая предпо лагает наличие для каждого из таких специализированных ответвлений своих профессиональных журналов, альманахов, ежегодников. Поэто му отсутствие публикаций в журналах ограниченной выборки WoS мо жет ничего не говорить о количестве и тем более качестве зарубежных публикаций ученых, как и вообще об их представленности в интерна циональном дискурсе. Как ни парадоксально, зависимость здесь может быть как раз обратной.

В подтверждение сказанного приведу конкретный пример. Для очень сильной, международно признанной (а в мировом сообществе, возможно, уникальной) группы отечественных философов-востоковедов перечень WoS исключительно неблагоприятен. Правда, в этом перечне фигурирует ряд востоковедческих философских журналов (“Asian philosophy”, “Ar abic Science and Philosophy”, “Journal of Chinese Рhilosophy”, “Philosophy East and West” и др.), но это, как правило, журналы, издаваемые в США.

Между тем российские философы-востоковеды, блестяще владеющие восточными языками, имеют обыкновение публиковать свои работы в книгах и журналах (и на языках) арабских стран, Китая, Индии, Японии, Кореи и других азиатских культур. Это нельзя не признать их огромным профессиональным преимуществом и основой для их широкой признан ности в тех странах, философией которых они, собственно, занимаются.

Но это преимущество вдруг оборачивается слабостью! Ибо журналы и альманахи этих восточных стран отсутствуют в перечне WoS.

Можно назвать много других национальных и интернациональных журналов, имеющих достаточно высокую профессиональную репута цию, но не вошедших в выборки Th.R. Упрекать эту корпорацию не при ходится: выборку так или иначе делать надо. Но следует понимать (осо бенно в случае претензий на качественные выводы), что для ряда стран и специализаций база данных WoS создает своего рода «слепые зоны», ибо исключает из рассмотрения как раз те журналы, в которых филосо фы этих стран и специализаций традиционно публикуются. В дополне Кривые зеркала, отражающиеся друг в друге ние к тому, что сказано о поистине грустной ситуации с публикациями российских философов-востоковедов, назову некоторые авторитетные зарубежные журналы и альманахи, в которых регулярно появляются статьи философов России, но которые не учитываются системой WoS.

Это, например, “Cahiers critiques de philosophie” (Франция), “Hume Stud ies” (Англия), “Studi Slavistici” (Италия), “Studia Spinozana”, «Символ»

(Париж–Лион–Москва), “Foundations of Society” (США), “International Journal of Technology” (Германия), “Zagadnienia Filosoficzne w Nauce” (Польша) и немало других. Итак, несмотря на все усилия и, хотелось бы верить, лучшие намерения, зеркало WoS оказывается кривым: оно неравномерно, порой несправедливо, отражает зарубежную публикаци онную активность ученых немалого числа стран.

Кривое зеркало № 4 тоже связано с принципиально неудовлетвори тельной системой подсчета, принятой Th.R. и базами данных WoS. Речь идет преимущественно об учете журнальных публикаций (ибо из книг выборочно учитываются только Proceeding, – т. е. материалы конферен ций). Возможно, это несущественно для математиков, естественников, специалистов в области технических наук, но исключительно неблаго приятно для представителей социогуманитарных дисциплин, особенно из таких стран, как, скажем, Франция, Германия, Россия, в которых ис следователи, публикуя статьи, все же традиционно отдают предпочтение солидным, фундаментальным книгам. Скажем, каким абсурдом было бы при оценке вклада в мировую философию таких гениев, как Кант или Ге гель, принимать в расчет не три кантовские «Критики» или гегелевскую «Науку логики», а только статьи, Kleinschriften, как говорят немцы.

Заведомое отбрасывание базами данных WoS именно книг приводит к аберрации, особенно серьезной в случае чьих бы то ни было попы ток делать далеко идущие качественно-содержательные выводы. Ибо в реальной, не искаженной кривыми зеркалами международной научной практике публикация индивидуальных или коллективных монографий наших авторов за рубежом по праву ценится очень высоко, особенно если речь идет о престижных издательствах и сериях. Например, выда ющийся современный питерский философ А. Г. Черняков (к несчастью безвременно ушедший из жизни этим летом) издал в весьма престижной книжной серии «Phaenomenologica» прекрасную монографию, которую сам написал по-английски. Каждому понятно, что такая монография стит десятка статей (причем ее главы, по существу, могут засчитывать ся как статьи). Но в том-то и дело, что в системах WoS и в опирающихся на них выкладках подобные факты заведомо, «по определению» при равнены к нулю!

Поскольку явочным порядком утвердилась описанная выше система кривых зеркал, постольку отечественные авторы, пишущие о наукоме трии или работающие в ней, должны бы сами остерегаться и остерегать других от того, чтобы делать на ее основе обобщающие качественно содержательные выводы и оценки. Отечественные науковеды могли бы сыграть свою роль также и в том, чтобы обоснованно, документирован но корректировать – применительно к отечественной науке – данные Мотрошилова Н.В.

и выводы зарубежных фирм, которые по тем или иным причинам спо собствуют грубому искажению реальной картины. Некоторые из наших специалистов так и поступают [9–13]. Но есть и совсем иные «образцы».

В таких случаях делаются не количественные, а качественные выводы о мере «присутствия», «представленности» ученых тех или иных стран и дисциплин в соответствующем международном дискурсе. Вот почему приходится говорить еще и об искажающем зеркале № 5, имея в виду вторичные выводы и оценки именно отечественных авторов. Для меня одним из таких примеров, к немалому удивлению и огорчению, стал пре принт И. Савельевой и А. Полетаева, на который я раньше неоднократ но ссылалась. Несмотря на все отмеченные ранее резонные оговорки и предостережения этих авторов относительно монополизма и объективно возникших изъянов системы WoS, они положили именно ее и только ее данные в основу ряда своих выводов качественно-меритократического характера, в том числе касающихся отечественной философии. Эти авторы в разделе с красноречиво-хлестким названием «Нищета фило софии» делают общий вывод: «Даже со всеми этими оговорками пред ставительство российских авторов в мировом философском дискурсе выглядит мизерабельно» [8, c. 27, 28].

На каких основаниях сделан этот вывод? Прежде всего, как уже сказано, с опорой исключительно на расчеты WoS, по которым участие российских философов в зарубежных журнальных публикациях за об ширный и непосредственно интересующий нас период 1993–2008 гг.

ограничивается 3–4 статьями ежегодно (кстати, социологам «повезло»

еще меньше: они якобы публикуют в год за рубежом 2–3 статьи!). Про веденная мною проверка показала: в базе данных WoS действительно приводится список из 62 публикаций российских философов в ино странных журналах в 1993–2008 гг. Поскольку трудно сомневаться в том, что перечень, составленный Th.R., точен с точки зрения ее систем подсчета, нам следует самокритично признать: через воздвигнутый историческими обстоятельствами «железный занавес», до сих пор пре пятствующий публикации работ российских философов в учитывае мых WoS американских и английских журналах, мы пока не пробились.

Если учесть, что список WoS включает в себя также и журналы неко торых других стран, а также международные периодические издания, то, действительно, слабую представленность в них нельзя не счесть су щественным недостатком деятельности российского философского сообщества.

Так, может быть, замечание А. Полетаева и И. Савельевой в адрес наших философов справедливо? Нет, считаю, что они неправы. (Мне приходится оспаривать их выводы, даже и зная о прискорбном факте – безвременной смерти А. Полетаева). Исключительная (и некритическая, как оказывается) опора на данные и выкладки Th.R. – это, по сути, ис пользование подсчетов, которые на целые порядки цифр расходятся с реальными количественными данными, но особенно – с совокупно стью качественных показателей, характеризующих участие современ ных российских философов в международном дискурсе. И. Савельева Кривые зеркала, отражающиеся друг в друге и А. Полетаев, к сожалению, забыли о собственных предостережениях относительно системы WoS, не проявили желания хоть как-то скоррек тировать данные этой базы, учитывая реальное положение дел в отече ственной философии. А ведь необходимость такого корректирующего подхода давно отстаивают ведущие специалисты наукометрии, также и отечественные. Например, И. В. Маршакова-Шайкевич справедливо отмечала уже в своей работе 1988 года (9б, с. 104): «…Для некоторых областей знания… необходимо разрабатывать систему поправочных ко эффициентов на те публикации и тех авторов, которые по ряду причин, и прежде всего из-за языковых барьеров, недостаточно цитируются за рубежом». Нам без сопоставления с действительным положением вещей никак не обойтись.

Представленность современных отечественных философов в Международном философском дискурсе Строго говоря, сводки WoS не обязаны давать сколько-нибудь полные сведения о количестве зарубежных публикаций ученых тех или иных стран. Данные, конечно же, приводятся выборочные. Однако отклоне ния на целые порядки цифр, которые приходится фиксировать примени тельно к целостной реальной картине, ставят под сомнение если не саму ценность расчетов WoS, то, во всяком случае, правомерность основан ных на них содержательных обобщающих выводов.

Некоторые известные мне документированные подсчеты, наблюде ния, факты не позволяют взять данные WoS, относящиеся к отечествен ной философии, даже за основу. Так, в Институте философии РАН в последние годы регулярно издаются научные отчеты за истекший год.

(Любая объективная проверка может подтвердить их достоверность.) Из них следует, что сотрудниками института ежегодно публикуется 130–150 книг и более 1–1.5 тыс. статей, за рубежом – от 40 до 80 ста тей, причем в престижных журналах, альманахах, книгах, издаваемых в США, Великобритании, ФРГ, Франции, Италии, Китае, Индии и других странах. И это только цифры по ИФРАН. Никак нельзя не учитывать продуктивное участие в международном дискурсе философов крупней ших университетов России – МГУ, СПб ГУ, РГГУ, Высшей школы эко номики, университетов Новосибирска, Томска, Перми, Ростова-на-Дону.

Учесть и их публикации за рубежом при желании совсем нетрудно: уни верситеты сообщают о таких публикациях на своих сайтах.

Если произвести даже не полные, пусть выборочные, но добросо вестные подсчеты, полагаю, станет ясно: речь идет о сотнях ежегодных зарубежных публикаций отечественных философов в весьма авторитет ных зарубежных изданиях, что и отдаленно не сходится с зафиксиро ванным WoS показателем – 3–4 статьи. Это – количественная сторона вопроса.

Говоря о качественной стороне, необходимо учитывать совокупность объективных факторов разного рода. Скажу о некоторых из них (при Мотрошилова Н.В.

менительно к отечественной философии, хотя рассматриваемые далее факторы, уверена, имеют значение не только для нее).

При оценке присутствия в международном дискурсе обязательно надо принимать в расчет представительство отечественных философов в редколлегиях престижных международных журналов и книжных се рий. Во всем мире это считается важным показателем признания ученых той или иной страны. Естественно, он не может быть очень высоким, особенно среди философов России. Тем более важно, что десятки наших ученых, представляющих эту область, включены в международные ред коллегии влиятельных журналов и книжных серий. Но немалого числа этих авторитетных журналов, не говоря уже о книжных сериях, как бы вообще не существует, если судить по выборкам WoS.

Сосредоточенность баз данных WoS на ограниченном количестве за ранее отобранных журналов, как уже отмечалось, вообще-то понятна, ибо и в этом случае работа проводится огромная. Но если основываться только на этом, остаются вне всякого учета и рассмотрения такие весо мые для интернационального дискурса факторы, как участие россий ских ученых в международных проектах, из которых долговременные и крупные особенно престижны и показательны. То же можно сказать и об участии в международных философских съездах, конференциях, коллоквиумах, об организации подобных мероприятий в России, о со лидных российских или международных публикациях по их итогам, а также о стипендиях и премиях, которых отечественные философы были удостоены всемирно известными зарубежными научными фондами, о присуждении им зарубежными университетами докторских степеней honoris causa. Кроме того, наши философы удостаивались государствен ных наград зарубежных государств (кстати, при полном пренебрежении со стороны собственного государства, щедро раздающего ордена, ска жем, звездам шоу-бизнеса).

Правда, система WoS (и другие сходные системы) по определению не учитывают подобных качественных факторов. Но если те или иные авторы переходят к качественным оценкам международного представи тельства, не принимать во внимание совокупность упомянутых состав ляющих научной деятельности более чем недобросовестно с професси ональной точки зрения.

Качественный показатель представленности в международном дис курсе – то, в какой мере философы, признанные в своей стране, получи ли известность и признание за рубежом (в том числе в странах, фило софской мысли которых они посвятили свои исследования). Российских философов, полностью удовлетворяющих этим критериям, сегодня не только достаточно много – их число, думаю, сопоставимо со средней численностью ныне живущих интернационально значимых их коллег из других стран с богатой философской традицией. Это исследователи, представляющие разные философские дисциплины и разные поколе ния: Н. Автономова, М. Степанянц, В. Степин, А. Круглов, П. Гайденко, Т. Ойзерман, Д. Разеев, В. Молчанов, П. Резвых, Е. Борисов, Е. Князева, В. Лысенко, С. Хоружий, А. Огурцов, В. Горохов, В. Садовский, Б. Юдин, Кривые зеркала, отражающиеся друг в друге Э. Соловьев, А. Смирнов, А. Карпенко, А. Козырев, В. Миронов, В. Ва сильев, А. Гусейнов, А. Доброхотов, Д. Дубровский, В. Лекторский, И. Блауберг, А. Руткевич, А. Лебедев, Т. Артемьева, Н. Лапин, В. Быч ков, Ю. Синеокая, И. Болдырев, А. Назарчук, Г. Майоров, Р. Апресян, В. Федотова, Н. Юлина, В. Подорога, М. Рыклин, Е. Афонасин, Е. Пе тровская, В. Порус, В. Малахов, В. Брюшинкин, В. Визгин, И. Вдовина, П. Тищенко, М. Громов, Б. Капустин, А. Кара-Мурза, В. Кантор, Л. Ка релова, В. Шохин, И. Касавин, М. Киселева, В. Толстых, Н. Ефремова, А. Кобзев, И. Лисеев, Л. Маркова, С. Неретина, А. Фокин, В. Петров и многие другие. Их работы, что легко проверить, регулярно публикуются (нередко и цитируются) за рубежом.

В приведенном списке курсивом выделены те фамилии, которые включены в упомянутый ранее список WoS (62 публикации). В дан ном списке публикаций есть и другие имена: О. Седакова, Л. Науменко, С. Мареев, А. Майданский, Б. Вазюлин, С. Серебряный, С. Анисимов, А. Титаренко, В. Кувакин, Е. Дубко, В. Соколов, В. Губман (учтены жур нальные публикации начиная с 1992 г. по списку WoS). Это, в частности, позволяет на конкретном материале доказать, что в «зеркале» WoS отра жается картина, существенно отклоняющаяся от действительного поло жения дел. Во-первых, приведенный мною далеко не полный перечень публикующихся за границей философов более чем наполовину превы шает их число, попавшее в сети WoS. Во-вторых, применительно чуть ли не ко всем, кто был этими сетями уловлен, имеются значительные отклонения от совокупного количества их зарубежных публикаций.

Для философии (и не только) устоявшаяся практика исключения из подсчетов зарубежных публикаций именно книг, тем более таких, где коллеги из разных стран уполномочивают наших ученых быть редакто рами, соредакторами и авторами, тоже ведет к существенному искаже нию целостной картины, характеризующей международный авторитет российских специалистов.

Приведу красноречивый и достаточно типичный пример. Видный отечественный философ-востоковед, создатель целого направления и уникального Центра российских исследований восточных философий М. Степанянц только с 2003 по 2007 г. подготовила (в качестве ответ ственного редактора, соредактора и одного из авторов) четыре солид ных международных труда, опубликованных в США, Индии, Италии, Франции. Две ее индивидуальные монографии опубликованы в США и Вьетнаме, а статьи М. Степанянц в зарубежных журналах исчисляют ся десятками. Ее работы постоянно цитируются, включаются в библио графии многими зарубежными авторами, она первый вице-президент Международной федерации философских обществ, заведует одной из философских кафедр ЮНЕСКО. Но поскольку база WoS не учитывает не только книги, но и некоторые из тех журналов, в которых регулярно появляются публикации М. Степанянц, то ее – на деле масштабное – участие в международном философском дискурсе вопреки фактам су щественно приуменьшается. Подобные примеры показывают, какую скрупулезную корректирующую работу еще предстоит провести нашим Мотрошилова Н.В.

науковедам, если они претендуют на убедительные качественные оцен ки и воссоздание реальной сравнительной картины развития социогума нитарных наук.

Упомяну еще об одной области работы отечественных авторов, кото рая одновременно является ареной международного сотрудничества: это наши завоевавшие признание в мире специальные периодические изда ния – ежегодники, альманахи (такие как «Логические исследования», «Историко-философский ежегодник», «Системные исследования» и др.).

Например, недавно вышло в свет новое издание – «Ишрак. Ежегодник исламской философии» (2010. № 1). Судя по всему, это уникальное из дание. Достаточно обратить внимание на внушительную редакционную коллегию, объединяющую виднейших востоковедов (прежде всего фи лософов) современного мира. Кто-то может сказать, что редколлегии по большей части носят декоративный характер. Но тогда взгляните на пу бликации первого номера: в нем представлены известные специалисты из США, Японии, Канады, Ирака, Турции, Египта, Испании, Латвии, не говоря уже о России. Не уверена, что подобным документированным признанием и именно международным сотрудничеством могут похва статься многие страны.

Вот почему вызывают удивление претендующие на универсальность выводы и о зарубежных публикациях, и о цитируемости наших авто ров, основанные лишь на данных WoS. Приведу слова И. Савельевой и А. Полетаева о цитируемости: «Строго говоря (?!), за 15 лет лишь одна публикация российского автора привлекла хоть какое-то внимание за падных философов – речь идет об опубликованной в 1994 г. статье Алек сея Нестерука, в настоящее время работающего в Великобритании. Оче видно (?!), что у философов даже “региональный фактор” не работает.

Если в предшествующих случаях мы наблюдали повышенное внимание к российской экономике, социологии и истории, то к «русскому духу»

интереса явно нет. Больше нам сказать, увы, нечего» [8, c. 40].

Необходимо упомянуть еще об одном факте. Иногда в наукометри ческих публикациях (8) с пренебрежением относятся к таким событи ям, как предоставление российским авторам целых номеров в между народных журналах, в частности, в тех, которые изначально посвящены российской философии и культуре. Получается, что философы ИФРАН должны чуть ли не стыдиться того, что солидный, издаваемый на не скольких языках международный журнал «Диоген» в 2009 г. – в честь 80-летия института – целый номер отвел российским авторам, или что этой дате посвящен ряд номеров обновленного (учитываемого в списке WoS) журнала «Russian Studies in Philosophy», ответственным редакто ром которого недавно стала в прошлом российский философ, а ныне профессор Университета Северной Каролины (США) Марина Быкова.

Этот журнал (несмотря на солидную стоимость ежегодной подписки) хорошо расходится в США и других странах.

Приведенные примеры свидетельствуют, что отчасти в силу моно польного положения фирм, подобных Th.R., но еще больше вследствие «качественных» искажений картины рядом авторов, работающих в об Кривые зеркала, отражающиеся друг в друге ласти наукометрии, сложилось парадоксальное, абсурдное положение:

именно наиболее известные российские ученые, имеющие междуна родное признание, и как раз в периоды их наиболее активного «присут ствия» на международной арене не попадают в наукометрические сетки, которые вроде бы должны давать адекватное отображение ситуации.

Кто-то может заметить, что базы Th.R. искажают международное зна чение публикационной деятельности даже немцев, итальянцев, францу зов, не говоря уже о представителях признанных философских держав азиатского или латиноамериканского континентов. Что, конечно, верно, но не может быть каким бы то ни было оправданием. Задержимся на этом моменте, касающемся не только России. Защитники практикуемых Th.R. методов, то есть преимущественного, если не исключительного, использования базы данных WoS, подчас делают вид, что «объекты»

их обследований (ученые, дисциплины, страны) находятся в равном положении. На деле их «равенство» перед американоцентристской на укометрией мнимое, причем и в формальном, и в содержательном от ношениях, поскольку мерилом и критерием становятся американские подходы и тенденции. Мы дожили до того, что европоцентризм, некогда господствовавший в философии, все больше уступает место американо центризму, объективно дискриминирующему, например, интересную и уже интернационально замеченную философскую мысль стран Южной Америки. Очевидная несправедливость проявляется и относительно не которых стран Европы. При том что в перечень WoS включены, как от мечалось, четыре хорватских журнала, два журнала из Словакии, там почему-то не оказалось журналов из Польши, философское сообщество которой всегда было достаточно сильным. Нет в (проанализированном мною) списке и журналов Норвегии, Дании, Швеции, Финляндии. Что же касается философии азиатских стран, то ситуация выглядит поисти не удручающей: в перечне нет ни одного (!) философского журнала (из даваемого на родном языке) из Китая, Японии, Индии, то есть стран с богатой философской традицией, игнорирование которых – величайший абсурд и явная дискриминация.

*** Итак, система кривых зеркал приводит к следующему общему иска жению: англо-американская философия, являясь вполне определенной, специфической, весьма интересной и значимой формой развития совре менной философии, вовсе не стала и по принципиальным основаниям вряд ли когда-либо станет непререкаемым (как получилось в базе WoS) образцом для исследователей всех стран и народов. Хотя философия, будучи наукой, в целом и главном является единой, интернациональной, ее специфические формы, тенденции, традиции, тематические и про блемные акценты в разных странах и на разных континентах не еди нообразны, плюралистичны. Так, есть исторические и содержательные особенности развития того, что называют «континентальной философи Мотрошилова Н.В.

ей» или «восточными философиями». Никто прямо не говорит об утрате значимости этими цивилизационно, культурно устойчивыми разновид ностями философии по сравнению с философией США. Неравноправие и искажение складываются как бы сами собой.

На деле именно имена виднейших философов Европы конца XX – начала XXI вв. – это одновременно и первые имена мировой философ ской мысли: Ю. Хабермас, П. Рикёр, Ж. Деррида и другие. Конечно, нельзя забывать и видных американских философов, скажем, Р. Рорти или Х. Патнема. Крупные европейские мыслители изучили, освоили, ис пользовали лучшее из современной англо-американской философии, но не пожертвовали традициями, преимуществами «континентальной», в частности, немецкой и французской философии.

Обобщая, можно сказать, что англо-американская философия в совре менном мире и качественно, и даже количественно отнюдь не лидирует.

(Исторически обусловленный факт доминирования американских и ан глийских журналов и их преимущественный учет в системе данных Th.R., конечно же, не тождествен мировому лидерству в философской науке.) В мировом дискурсе философов, скорее, имеет место вполне здоровая кон куренция и конвергенция идей, подходов, методов. Но в подсчетах, осно ванных только или преимущественно на базах данных WoS, все выглядит иначе. Эти данные через обрисованную систему кривых зеркал снова и снова ставят на пьедестал философию США и Англии, а на задворках – вопреки фактам – оказываются такие признанные «философские» стра ны, как Германия, Франция, Италия, Китай, Индия и уж тем более Россия.

(В последнее время, правда, фиксируются некоторые сдвиги в пользу «но вых игроков», стран с повысившейся философской активностью.) Что касается сказанного выше в защиту философии России, то хочу быть правильно понятой. Близкую к реальности картину присутствия современной отечественной философии в мировом философском дис курсе я стремилась восстановить совсем не потому, что считаю ее ра дужной. Картина эта по-прежнему обрисовывает объективные трудно сти и противоречия, наши собственные упущения на пути вхождения в интернациональное сообщество. В этой статье, скорее, представлялось необходимым продемонстрировать, сколь неразумно и несправедливо, если не сказать резче, ничтоже сумняшеся перечеркивать результаты, достигнутые в последние десятилетия благодаря огромным усилиям.

Отечественная философия к настоящему времени, по крайней мере в некоторых исследовательских областях и звеньях (философия и методо логия науки, логика, гносеология, история философии, этика), уже до стигла или почти достигла уровня, сопоставимого с мировым, а отчасти и стала конкурентоспособной. И это в определенной, совсем немалой, мере признано за рубежом.

Приведу несколько оценок и суждений зарубежных коллег (в дан ном случае только касательно международной роли ИФРАНа). Вот сло ва Р. Аре (Harr), заслуженного профессора Джорджтаунского универ ситета, директора Центра философии естественных и социальных наук Лондонской школы экономики: «Я знаю по личному опыту, что Инсти Кривые зеркала, отражающиеся друг в друге тут философии всегда играл важную роль в налаживании контактов между российскими учеными и учеными Великобритании. Кроме того, институт является значительным центром интенсивной интеллектуаль ной деятельности, которая включает в себя ряд важных и знаменитых на весь мир издательских проектов». По мнению К. Э. Аппиа (Appiah), профессора философии Рокфеллеровского университета и Центра гу манитарных ценностей Принстонского университета, председателя Ис полкома американской философской ассоциации, «этот центр философ ских исследований (ИФРАН. – Н. М.) играет важнейшую роль не только в интеллектуальной жизни России, но и в философском диалоге всего человечества». Польский философ Я. Рыбак: «Деятельность ИФРАНа охватывает весь спектр областей философских исследований, он полу чил как национальное, так и международное признание» [14, c. 100, 101, 104]. Учет целостного контекста деятельности философского сообще ства России подкрепляет и усиливает значимость этих оценок уважае мых зарубежных коллег.

Кроме того: хотелось подать знак тем отечественным специалистам других научных дисциплин, которым небезразлично, что их работу от ражают и оценивают через кривые зеркала якобы точных, а на деле тен денциозных наукометрических данных.

Литература 1. Хайтун С. Д. Наукометрия: состояние и перспективы. М., 1986.

2. Хайтун С. Д. Количественные методы в западной социологии на уки.

3. Маршакова И. В. Библиометрические исследования и социология науки.

4. Игнатьев А. А. Полевые наблюдения исследовательского труда: эво люция проблем и методов // Современная западная социология нау ки. Критический анализ. М.: Наука, 1988.

5. Маршакова-Шайкевич И. В. Россия в мировой науке. Библиографи ческий анализ. М.: ИФРАН, 2008. С. 17.

6. Павлова Л. П., Курбангалеева И. В., Дубровенко В. А. Научный по тенциал Новосибирска: состояние и тенденции развития за послед ние 10 лет // Науковедческие исследования. 2009.

7. Тютюнник В. М. Лауреаты Нобелевских премий: наукометрические исследования // Науковедческие исследования. 2009. С. 145–175.

8. Савельева И. М., Полетаев А. А. Публикации российских авторов в зарубежных журналах по общественным дисциплинам в 1993– 2008 гг.: количественные показатели и качественные характеристи ки. (Препринт WP6 / 2009 / 02).

9а. Маршакова-Шайкевич И. В. Анализ вклада России в развитие соци альных и гуманитарных наук // Вопросы философии. № 10. 2000.

9б. Маршакова-Шайкевич И. В. Система цитирования научной литера туры как средство слежения за развитием науки. М.: Наука, 1988.

Мотрошилова Н.В.

10. Научные организации в условиях реформирования государственно го сектора исследований и разработок: результаты социологического исследования. М., 2007 // Электронный доступ: [www.csrs.ru/INET PUBLIC/03r].

11. Арапов П. Г. Наука и информация // Отечественные записки. № 7.

2002. С. 167–180.

12. Маркусова В. А. Цитируемость российских публикаций в мировой научной литературе // Вестник РАН. № 4. 2003. С. 291–298.

13. Маркусова В. А. Индустриально развитые страны и Китай в борьбе за лидерство в развитии нанотехнологии: обзор научной литературы по библиографическому анализу публикаций в сети Web of Science и Scopus, 1993–2007 гг. // Науковедческие исследования. 2009. С. 40– 64.

14. Волхонка 14. М.: ИФРАН, 2010.

Гусев Александр Борисович Ширяев Алексей Алексеевич кандидат экономических наук, старший научный сотрудник зам. директора РИЭПП, отдела проблем инновационной зав. отделом проблем политики и развития НИС.

инновационной политики и Тел. (495) 917-03-51, развития НИС. info@riep.ru Тел. (495) 917-03-51, info@riep.ru Корнилов Алексей Михайлович научный сотрудник отдела проблем инновационной политики и развития НИС.

Тел. (495) 917-03-51, info@riep.ru ИСПОЛЬЗОВАНИЕ КОЛИЧЕСТВЕННЫХ МЕТОДОВ ОЦЕНКИ КВАЛИФИКАЦИИ ИССЛЕДОВАТЕЛЕЙ (на примере государственных программ и проектов развития сотрудничества с учеными-соотечественниками) Постановка задачи. Ключевым фактором производства в услови ях инновационного развития является интеллектуальный ресурс. И по скольку основную роль в его накоплении играют ученые, то оценка их профессиональных качеств – одна из «вечных» проблем наукометрии – приобретает дополнительное, сугубо прикладное, в том числе коммер ческое значение. Как следствие, исследователей, желающих принять участие в любом сколько-нибудь амбициозном научном проекте про пускают через фильтры все более формализованных конкурсных про цедур. Тем не менее, одним из основных методов определения уровня компетентности конкретного ученого по-прежнему остается рецензиро вание – экспертное заключение его коллег, признанных специалистов в соответствующей области научного знания.

Однако, учитывая еще одну характерную особенность постиндустри альной цивилизации – возрастающую специализацию науки – найти уче ного, который, с одной стороны, был бы достаточно компетентен, чтобы оценивать профессиональные качества рецензируемого, а, с другой, – не являлся его прямым конкурентом, на практике оказывается достаточно проблематично. Более того, в последнее время в специальной литерату ре все чаще высказывается мнение, что экспертная оценка качества на учных работ в принципе контрпродуктивна, поскольку с вероятностью порядка 50 % определяется интересами эксперта. В частности, матема тическая модель, разработанная учеными Корнельского университета, демонстрирует, что даже если всего 33 % от общего пула рецензентов составляют специалисты, так или иначе предвзятые либо недостаточ Гусев А.Б. и др.

но компетентные, адекватность выносимых ими суждений приобретает случайных характер1. Дополнительные трудности в оценке профессио нальных качеств исследователей создает фактор «кросс-культурности» – ситуация, когда рецензент и рецензируемый формировались как ученые в разных системах образования, принадлежат к разным национальным научным школам и т. д.

В связи с указанными недостатками традиционной экспертизы ком петенции исследователя альтернативным подходом становится количе ственная оценка. В частности, для государственных научных органи заций в России количественная методика оценки результативности их деятельности официально закреплена в Постановлении Правительства Российской Федерации от 8 апреля 2009 г. № 312, а также Приказом Минобрнауки России от 14 октября 2009 г. № 406. Тем не менее, в отно шении ученых – физических лиц «цифровой» способ оценки их квали фикации также сопряжен с некоторыми сложностями, однако позволяет избежать субъективизма и предвзятости экспертных оценок.

Новый импульс решению вопроса об оценке профессионализма ис следователей был обеспечен масштабным по сравнению с предыдущи ми годами привлечением в отечественную науку иностранных ученых, в том числе так называемых представителей российской научной диа споры за рубежом в рамках мероприятия 1.5 Федеральной целевой про граммы «Научные и научно-педагогические кадры инновационной Рос сии» на 2009–2013 гг. (далее – мероприятие 1.5), а также Постановления Правительства Российской Федерации от 9 апреля 2010 г. № 220 «О ме рах по привлечению ведущих ученых в российские образовательные учреждения высшего профессионального образования» (далее – поста новление № 220). Указанные направления государственной политики по развитию преимущественно вузовского сектора науки направлены на привлечение к решению задач модернизации отечественной эконо мики ресурсов «научной диаспоры» – пула ученых – выходцев из быв шего СССР и постсоветского пространства, в свое время уехавших за рубеж.

В настоящей статье рассматривается комплексная методика оценки квалификации приглашенных исследователей, основанная как на имею щихся официальных подходах, так и с учетом наработанной практики в данной области.

Обзор существующих критериев и технологий оценки квали фикации исследователей. Учитывая a priori субъективный характер рецензирования, его результаты традиционно стремились дополнить и корректировать посредством различных сравнительно менее подвер женных влиянию человеческого фактора методик. В настоящее время наибольшее распространение среди «цифровых» критериев научной продуктивности широкое признание получили, наряду с простым под счетом количества статей, опубликованных в ведущих рецензируемых Dacey J. Peer review highly sensitive to poor refereeing, claim researchers // Электрон ный доступ: [http://physicsworld.com/cws/article/news/43691].


Количественные методы оценки квалификации исследователей журналах, так называемый индекс цитирования, индекс Хирша, а также число полученных исследователем патентов, написанных монографий и учебников, разработанных учебных курсов.

В России в последние годы был введен в действие национальный индекс научного цитирования – РИНЦ, учитывающий публикации рос сийских авторов. Он позволяет составить представление как о количе стве статей исследователя, так и об их цитировании2. Впрочем, данный индекс учитывает только публикационную активность автора.

Вместе с тем, предлагаются и комплексные методы оценки профес сиональной состоятельности того или иного ученого, которые учиты вают не только его публикационную активность. В качестве примера можно привести показатель российской научной деятельности (ПРНД)3.

Он представляет собой коэффициент, интегрирующий: «публикации в журналах, монографии и учебники, доклады на конференциях, научно образовательные курсы, патенты, научное руководство»4.

Экспертная методика оценки квалификации приглашенных ученых, используемая в ходе реализации постановления № 220 и мероприятия 1.5, носит мультикритериальный характер и основывается на соответствую щих перечнях показателей научной результативности (табл. 1).

Таблица 1. Общие и специальные критерии оценки к валификации приглашенных ученых, применяемые в государственных программах и проектах Критерии оценки квалификации исследователей, применяемые:

в рамках мероприятия 1.5 в рамках постановления № 220 в обоих случаях 1. Образование;

1. Опыт работы в зарубежных 1. Ученая степень 2. Перечень публикаций за университетах;

2. Ученое звание последние 5 лет;

2. Индекс цитирования;

3. Наличие патентов 3. Перечень 10-ти наиболее 3. Наличие публикаций в журналах значимых с точки зрения с импакт-фактором;

оцениваемого публикаций;

4. Наличие изданных учебников и 4. Опыт руководства научным монографий;

коллективом 5. Наличие подготовленных кандидатов и докторов наук;

6. Наличие опыта взаимодействия с коллективом приглашающей организации См.: Российский индекс научного цитирования // Электронный доступ: [http:// www.chitgu.ru/info/publication/vestnik/rinc].

Более подробно см.: Силина А. Ю. Оценка научной деятельности исследо вателей для информационной поддержки принятия управленческих решений.

Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата технических наук. Специальность 05.13.10. С. 9 // Электронный доступ: [www.aspu.ru/images/ File/autorefs/2010/Silina.doc].

Еременко Г. О. ПРНД или особенности оценки национальной науки // Электрон ный доступ: [http://www.ebiblioteka.lt/resursai/Science%20online/06_2/prnd.pdf].

Гусев А.Б. и др.

Необходимо отметить, что математический аппарат превращения экспертных оценок в рейтинговые баллы, количество которых стано вится основанием для принятия конкурсными комиссиями решений о заявках-победителях, носит латентный характер, и, таким образом, про блема корректной оценки квалификации даже при самых правильных критериях по существу остается не решенной.

Среди апробированных на сегодняшний день методик оценки ис следовательского потенциала, отдельного упоминания заслуживает под готовленный в 2008 г. журналом Русский Newsweek5 рейтинг ученых соотечественников, работающих за рубежом, представляющий собой попытку интеграции экспертного и «цифрового» подходов.

Итоговый рейтинг ученых рассчитывался на основе двух показа телей. Первый показатель – индекс цитируемости, то есть количество ссылок на статьи ученого в публикациях других авторов. Второй пока затель – результат опроса экспертов, в рамках которого каждый эксперт называет несколько самых талантливых ученых-эмигрантов, работаю щих в его области знаний. Всего было охвачено пять научных направ лений: биология, физика, математика, химия и геология. В качестве экс пертов выступили 227 крупных российских ученых (и эмигрировавших, и живущих в России). Посредством комплекса математических действий значения по объективному и субъективному критерию агрегируются в единую рейтинговую оценку.

Из иностранных подходов к оценке компетенции исследователя мож но выделить опыт Индии. Так, типичным примером зарубежных мето дик комплексной оценки квалификации научных кадров – по крайней мере, с точки зрения формы, – может служить та, которой руководству ется индийский Совет по найму ученых в сфере сельского хозяйства (Agricultural scientists recruitment board)6. Она предполагает оценку ком петентности кандидатов по следующим направлениям:

• Исследователь (более 75 % времени ученый тратит на исследова ния);

• Ученый, занимающийся в равной степени исследованиями и пре подаванием (и/или участиями в специализированных выставках;

демон страциях).

При оценке исследовательской составляющей учитываются 6 кри териев, значения которых позволяют в сумме набрать 100 баллов (табл. 2).

Максимов Н. Возвращаться – плохая зарплата // «Русский Newsweek». № 45.

2008 // Электронный доступ: [http://www.vechnayamolodost.ru/pages/zdorovyjskepsis/ vozvplozar.html].

Agricultural scientists recruitment board // Электронный доступ: [http://www.spic es.res.in/asrb_website/downloads/scorecard_s_to_ss.pdf]. Ср. аналогичные требования, предъявляемые Департаментом сельского хозяйства США;

электронный доступ:

http://www.nsf.gov/awards/managing/fed_dem_part.jsp.

Количественные методы оценки квалификации исследователей Таблица 2. Критерии оценки квалификации исследователя (индийский опыт) № Максимальное Критерий п/п количество баллов 1 Количество проектов, которые были проведены ученым 2 Обучение/услуги, оказанные организациям 3 Созданные технологии, модели, методологии, вакцины: максимальное количество баллов 4 Частные оценки (варьируются для имеющих ученую степень Ph.D и M.Sc.) 5 Публикации в специализированных журналах 6 Публикации в других журналах Применительно к преподавателям также учитываются прочитанные учебные курсы;

помощь в подготовке различных обучающих программ;

участие в выставках и конференциях.

Что касается собственного задела РИЭПП в части оценки квалифика ции приглашаемых ученых, то, в ходе выполнения в 2008–2009 гг. НИР по теме «Проведение исследования внешней интеллектуальной мигра ции 1990–2007 гг. и создание предпосылок для развития взаимодействия российской научно-технической сферы с учеными, работающими в за рубежных научных центрах в области критических технологий», была разработана несколько иная система критериев и соответствующих им балльных оценок (табл. 3).

Таблица 3. Критерии оценки квалификации исследователя № Значимость Критерий п/п критерия, % 1 Должность 0, 2 Ученая степень, звание 0, 3 Срок работы за рубежом 0, 4 Опыт научного руководства 0, 5 Научные контакты 0, 6 Основные публикации за 3 года (статьи, монографии, учебники) 0, 7 Наличие патентов 0, 8 Наличие гражданства РФ 0, 9 Уровень мотивации на сотрудничество: 0, Необходимо отметить, что в целом методический подход к инте гральной оценке квалификации исследователя изменений не претерпел.

Однако рассмотрение сразу 9 критериев автоматически «размывает» их отдельную значимость и «узким местом» становится обоснование зна чимости критериев по отношению друг к другу. Кроме того, представ ленный подход учитывает только исследовательскую составляющую без должного внимания преподавательской квалификации и опыту управле ния в научной сфере.

Гусев А.Б. и др.

Методика оценки квалификации ученых-соотечественников:

профессиональные профили Опираясь на принципы приведенных выше методик, Отдел проблем инновационной политики и развития НИС РИЭПП разработал свою, бо лее узко ориентированную на проблему квалификации профессиональ ных качеств выбывших на ПМЖ заграницу ученых-соотечественников.

Ее практическую основу составляют следующие основные направления привлечения российской научной диаспоры к реализации приоритетных направлений развития науки, технологий и техники:

1) использование исследовательского потенциала представителей российской научной диаспоры в целях реализации исследовательских проектов по приоритетным направлениям, а также проведения экспер тизы проектов, документов;

2) использование преподавательского потенциала представителей российской научной диаспоры для повышения качества высшего про фессионального образования;

3) привлечение представителей российской научной диаспоры к управлению научными организациями в России.

Выделяются три ключевые компетенции ученых-соотечественников:

исследователь, университетский преподаватель, менеджер в научно технической сфере (рис. 1).

Рис. 1. Схема предлагаемой оценки квалификации ученых-соотечественников, проживающих за рубежом Количественные методы оценки квалификации исследователей Необходимо отметить, что, как правило, указанные компетенции имеют малую область пересечения. Высококвалифицированный препо даватель редко является профессиональным исследователем и наоборот.

Вместе с тем, для профессионального менеджера в научно-технической сфере карьера исследователя либо университетского преподавателя не является критерием успеха.

Тем не менее, представленные три роли представителей российской научной диаспоры за рубежом могут быть в разной степени востребова ны для реализации научных проектов по приоритетным направлениям развития науки в России.


К числу формальных признаков, выполнение которых необходимо на начальной стадии (иначе кандидатура сразу же отклоняется), были от несены:

1) наличие ученой степени (при этом российские ученые степени кандидата и доктора наук считаются эквивалентными зарубежной – док тора философии (PhD) и ее аналогам).

2) проживание рассматриваемого лица зарубежом (определяется на основе открытых источников информации).

3) наличие зарубежной организации-работодателя (университет, научно-исследовательская организация и др.).

Вопрос гражданства представителя российской научной диаспоры за рубежом в рамках экспертной оценки профессиональной компетент ности не является актуальным, но приобретает большое значение при вы боре конкретных форм взаимодействия с ученым-соотечественником – например, возможно или нет привлечь его к проектам, сопряженным с государственной тайной и т. д.

В соответствие с обозначенной выше схемой разделения компетен ций представителей российской научной диаспоры, критерии исследо вательской, преподавательской и менеджерской квалификации могут быть детализированы в виде таблиц.

Критерии исследовательской квалификации ученых-соотечест венников, в целом, носят формальный характер, будучи доступны через верифицируемые глобальные информационные ресурсы: Web of Science, Web of Knowledge, www.patents.com и др.

Перечень критериев успешности, востребованности, конкуренто способности исследователя включает патентную и публикационную ак тивность, стаж работы, членство в профессиональных ассоциациях (см.

табл. 4).

Перечень критериев исследовательской квалификации может быть дополнен импакт-фактором публикаций в Web of Science, определяемое как произведение числа публикаций в журнале, зарегистрированном в Web of Science и импакт-фактора данного журнала в соответствующем году. На данном этапе вопрос учета данного критерия требует дополни тельной проработки.

Еще одним критерием оценки исследовательского потенциала мог бы стать рейтинг организаций, в которых работают ученые-соотече ственники. К сожалению, на сегодняшний день он пока не составлен, Гусев А.Б. и др.

Таблица 4. Критерии квалификации исследователя Весовой Источник Критерий Экспертные оценки коэффициент информации критерия Количество патентов, зарегистрированных за последние 5 лет в США либо Евросоюзе Web of 2 патента и более: 10 баллов и соответствующих Knowledge, 1 патент: 5 баллов 0, приоритетным направлениям www.patents.com 0 патентов: 0 баллов развития науки, технологий и техники в Российской Федерации, ед.

Количество публикаций в зарубежных журналах, изданных за рубежом 21 ед. и более: 10 баллов монографий за последние 16–20 ед.: 6 баллов EBSCO;

3 года, и соответствующих 11–15 ед.: 4 баллов 0, Web of science приоритетным направлениям 6–10 ед.: 2 балла развития науки, технологий 0–5 ед.: 0 баллов и техники в Российской Федерации, ед.

21 и более: 10 баллов Web of Science, 16–20: 6 баллов Science Citation Индекс цитирования 11–15: 4 баллов 0, Index, Индекс 6–10: 2 балла Хирша (H-index) 0–5: 0 баллов 10 лет и более: 10 баллов Резюме Общий стаж 7–9 лет: 6 баллов исследователя, исследовательской работы за 5–6 лет: 4 баллов 0, открытая рубежом, лет 3–4 лет: 2 балла информация до 2 лет: 0 баллов Членство в профессиональных ассоциациях, профиль Членство имеется:

Информация которых соответствует 0,5 балла;

профессиональных – приоритетным направлениям Членство отсутствует:

ассоциаций развития науки, технологий 0 баллов и техники в Российской Федерации и его разработка далеко выходит за рамки настоящего исследования.

В какой-то мере данное обстоятельство компенсируется возможностью учесть научный потенциал стран, которые представляют исследователи из диаспоры: при прочих равных выходцы из США, Японии, Германии, других стран Старой Европы будут более привлекательны, чем ученые, постоянно работающие в Алжире или на островах Фиджи.

В табл. 5 и 6 представлены критерии соответственно преподаватель ской и управленческой квалификации представителя российской науч ной диаспоры.

Количественные методы оценки квалификации исследователей Таблица 5. Критерии преподавательской квалификации Критерий Экспертные оценки Место университета-работодателя в 1–30 место: 10 баллов международном рейтинге (по данным 31–60 место: 6 баллов Academic Ranking of World Universities, 61–100 место: 4 балла www.arwu.org) 101–500 место: 2 балла Не входящие в рейтинг: 0 баллов Текущая преподавательская должность Full Professor (или эквивалент): 10 баллов Assistant Professor (или эквивалент): 6 баллов Associate Professor (или эквивалент): 4 балла Другое: 0 баллов Количество преподаваемых дисциплин, 3 дисциплины – 10 баллов соответствующих преподаваемых дисциплин 2 дисциплины – 6 баллов приоритетным направлениям развития 1 дисциплина – 4 балла науки, технологий и техники в Российской 0 дисциплин – 0 баллов Федерации, ед.

Общий стаж преподавательской работы за 10 лет и более: 10 баллов рубежом, лет 7–9 лет: 6 баллов 5–6 лет: 4 баллов 3–4 лет: 2 балла до 2 лет: 0 баллов Членство в профессиональных ассоциациях, Членство имеется – 1 балл;

профиль которых соответствует приоритетным Членство отсутствует – 0 баллов.

направлениям развития науки, технологий и техники Российской Федерации В случае если ученый числится более, чем в одном вузе, или читает лек ции в нескольких университетах, имеет смысл использовать в оценке его ква лификации ту структуру, которая обеспечивает ученому наибольший балл.

Таблица 6. Критерии управленческой квалификации Критерий Экспертные оценки Организация-работодатель и соответствие Крупная профильная организация: 10 баллов;

профиля ее деятельности приоритетным Крупная непрофильная организация: 6 баллов;

направлениям развития науки, технологий Некрупная профильная организация: 4 балла;

и техники в Российской Федерации Некрупная непрофильная организация: 0 баллов Текущая управленческая должность Директор (зам.директора) организации: 10 баллов;

Руководитель департамента (направления): 6 баллов;

Начальник отдела: 4 балла;

Неуправленческая должность: 0 баллов Стаж работы на управленческих более 5 лет: 10 баллов должностях в научно-технической сфере 3–5 лет: 6 баллов за рубежом, лет 1–3 года: 4 балла до 1 года: 0 баллов Если точный стаж работы на управленческих должностях за рубежом установить не удается, то он принимается эквивалентным стажу по последнему месту работы Членство в профессиональных Членство имеется – 1 балл;

ассоциациях, профиль которых Членство отсутствует – 0 баллов соответствует приоритетным направлениям развития науки, технологий и техники Российской Федерации Гусев А.Б. и др.

Используя доступную информацию, апробируем предложенную методику оценки исследовательской квалификации ученых-соотече ственников. Для этого используем критерии табл. 4 и согласно получен ным баллам, высчитываем показатель исследовательской квалификации по формуле (1):

ИК = 0,35П + 0,25С + 0,25H + 0,15Y + A (1), где ИК – показатель исследовательской квалификации ученого;

П – ко личество баллов, полученных ученым за имеющиеся у него патенты;

С – количество баллов, полученных ученым за имеющиеся у него пу бликации в иностранных журналах;

H – количество баллов, получен ных ученым по индексу цитирования Хирша;

Y – количество баллов, полученных ученым за стаж работы за рубежом;

А – количество бал лов, полученных ученым за членство в ассоциации, обществе, академии (А = 0,5, если ученый является членом профильной ассоциации, либо А = 0, когда членства не имеется).

Полученные интегральные оценки позволяют ранжировать всех уче ных. Чтобы выделить среди них наиболее перспективных, целесообраз но использовать одновременно два подхода: экспертное установление порогового значения исследовательской квалификации;

использование среднего значения по всем ученым в качестве порогового значения.

Поскольку максимально возможный балл, который могут получить исследователи, равен 10, то в качестве экспертно установленной гра ницы принимается 6 как наименьшее целое значение выше среднего.

Таким образом, ученые, квалификация которых будет ниже порогового значения, определенного одним из двух подходов, не являются привле кательными для сотрудничества в качестве исследователей из-за низ ких показателей научной результативности и исследовательской актив ности. Тем не менее, их можно привлечь к сотрудничеству в качестве преподавателей, поскольку такой способ взаимодействия не требует от ученого исследовательской работы и соответствующих показателей ре зультативности.

Для апробации методики из рейтинга [5] были выбраны семь ученых соотечественников, занимающих верхние строчки в этом рейтинге: Ру стем Исмагилов, Никита Некрасов, Борис Альтшулер, Николай Шапиро, Юрий Подладчиков, Яков Синай, Леонид Кругляк. В табл. 7 и 8 приво дятся основные показатели их научной деятельности, а также рассчи танные на их основе по формуле (1) рейтинги исследовательской ква лификации. По понятным причинам в табл. 8 не указаны имена ученых.

Разумеется, авторы понимают различную дисциплинарную принадлеж ность исследователей и в некоторой степени несопоставимость получа емых интегральных оценок квалификации. Вместе с тем, это позволяет на реальных данных апробировать предложенную методику и оценить работоспособность подхода.

Таблица 7. Основные показатели исследовательской квалификации ученых-соотечественников, проживающие за рубежом Страна Наличие Стаж работы Член Область статей в журналах Индекс Имя исследователя за границей, профессиональной знаний пребывания на патентов, К-во 2005–2009 гг., ед.

за Хирша данный момент ед. лет ассоциации Рустем Исмагилов Химия США 0 50 39 12 Неизвестно Никита Некрасов Математика Франция 0 12 19 16 Неизвестно Борис Альтшулер Физика США 0 2 12 21 Да Николай Шапиро Геология Франция 0 29 17 18 Да Да Юрий Подладчиков Геология Норвегия 1 4 12 Да Яков Синай Математика США 0 9 10 Да Леонид Кругляк Биология США 0 40 56 Неизвестно Источники: составлено по данным Web of Science, www.patents.com, резюме исследователей в открытом доступе Таблица 8. Оценка исследовательской квалификации ученых-соотечественников Количество баллов по критериям Членство в Исследователь Наличие К-во статей в журналах Интегральный Индекс Хирша Стаж работы за профессиональной патентов за 2005–2009 гг. границей показатель ассоциации X1 0 10 10 10 0 6, X2 0 10 6 10 0,5 X3 0 10 10 0 0,5 5, X4 5 0 4 10 0,5 4, X5 0 4 6 10 0 Количественные методы оценки квалификации исследователей X6 0 0 4 10 0,5 X7 0 2 2 10 0,5 Гусев А.Б. и др.

Как видно из табл. 8, при задаваемом минимальном уровне инте гральной оценки квалификации в 6 баллов только два исследователя могут считаться привлекательными для сотрудничества. Если исполь зовать среднее значение исследовательской квалификации (равное 4,68), то в этом случае для сотрудничества интерес представляют 4 исследователя7.

Подчеркнем, что экспертная оценка достаточности уровня исследо вательской квалификации для привлечения ученого к сотрудничеству используется преимущественно в конкурсных процедурах на право реа лизации проектов, финансируемых за счет бюджетных средств. В то же время при выстраивании взаимоотношений университетами, научными организациями с приглашенными исследователями стороны, конечно, могут руководствоваться другими факторами и рассматривать ученых соотечественников на преподавательские, административные позиции, где может быть реализован накопленный за границей опыт работы.

В заключении хотелось бы отметить, что, несмотря на безусловные преимущества формального подхода к оценке квалификации учено го, к которым относятся четкость, простота схемы и высокая степень объективности, он может и должен дополняться некоторыми эксперт ными методами. Например, во взаимодействии с конкретным ученым соотечественником нередко решающую роль играет его субъективная готовность к сотрудничеству, определяемая в том числе возрастом, со хранением российского гражданства, наличием опыта участия в про ектах, реализуемых в рамках постановления № 220 и мероприятия 1. ФЦП «Научные и научно-педагогические кадры инновационной Рос сии» и наконец, психологическим фактором. Готовность (мотивация), как фактор в высокой волатильности, пока что может быть оценен толь ко в результате непосредственного общения с кандидатом. Прочие, бо лее устойчивые элементы, влияющие на степень готовности конкретных представителей научной диаспоры к участию в российских проектах, могут оцениваться посредством анализа соответствующих резюме.

Последняя процедура представляется весьма перспективной, даже не смотря на то, что «свободный поиск» автобиографий ученых в сети Интернет не всегда приносит удовлетворительные результаты. Работа в специализированных социальных сетях – таких, как www.linkedin.

com – привлечение других специальных поисковых систем и методов позволяют формировать достаточно репрезентативные базы данных по представителям российской научной диаспоры, составлять подробные профили отдельных исследователей и устанавливать между последними системные связи.

Дополнительно повысить качество комплексной оценки квалифика ции исследователя возможно также за счет рецензий представителями близких – смежных и даже частично перекрывающихся, но не тожде Апробация методики оценки преподавательской и управленческой квалифика ции может быть проведена аналогичным образом с предварительной установкой соответствующим критериям коэффициентов значимости.

Количественные методы оценки квалификации исследователей ственных – компетенций. Подобный подход особенно ценен при фор мировании комплексных, междисциплинарных «мегапроектов». Его преимущества состоят в минимизации фактора личной заинтересован ности, порождаемой пересечением карьерных траекторий рецензента и рецензируемого, при том, что сама экспертиза сохраняет достаточную степень актуальности.

Таким образом, учитывая, что конечное решение о привлечении к сотрудничеству ученого-соотечественника принимает заказчик – го сударство либо привлекающая организация – немаловажным преиму ществом методики оценки квалификации, предложенной в настоящей статье, выступает то, что она может легко интегрировать целый ряд до полнительных формализованных критериев оценки, адаптируясь к кон кретным потребностям заказчика и позволяя ему гибко реагировать на изменения в мировой науке и отечественном научно-технологическом комплексе.

Список использованных источников 1. Бедный Б., Миронос А., Серова Т. Продуктивность исследователь ской работы аспирантов (наукометрические оценки) // Электронный доступ: [сибагс.рф/Science/asp/BB.doc].

2. Dacey J. Peer review highly sensitive to poor refereeing, claim research ers // Электронный доступ: [http://physicsworld.com/cws/article/ news/43691].

3. Онищенко Е. ФЦП «Кадры»: «Числом поболе, ценой подешевле» // Электронный доступ: [www.scientific.ru/journal/news/2010/0910/ fcpk0910.html].

4. Онищенко Е. ФЦП «Кадры»: От плохого к худшему // Электронный доступ: [www.scientific.ru/journal/news/2010/0910/fcpk0910.html].

5. Максимов Н. Возвращаться – плохая зарплата // «Русский Newsweek»

№ 45, 2008 // Электронный доступ: [http://www.vechnayamolodost.ru/ pages/zdorovyjskepsis/vozvplozar.html].

6. База данных патентов // Электронный доступ: [www.patents.com].

7. База данных Web of science // Электронный доступ: [http:// thomsonreuters.com/].

8. База данных Web of Knowledge // Электронный доступ: [thomsonreu ters.com/products_services/science/science_products/a-z/web_of_sci ence].

9. Еременко Г. О. ПРНД или особенности оценки национальной нау ки // Электронный доступ: [www.ebiblioteka.lt/resursai/Science% online/06_2/prnd.pdf].

10. Продуктивность исследовательской работы аспирантов (наукоме трические оценки) // Электронный доступ: [www.unn.ru/pages/issues/ publisher_db/files/50/10.pdf].

11. Российский индекс научного цитирования // Электронный доступ:

[www.chitgu.ru/info/publication/vestnik/rinc].

Гусев А.Б. и др.

12. Силина А. Ю. Оценка научной деятельности исследователей для информационной поддержки принятия управленческих решений.

Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата технических наук. Специальность 05.13.10 // Электронный доступ:

[www.aspu.ru/images/File/autorefs/2010/Silina.doc].

13. Academic Ranking of World Universities // Электронный доступ:

[www.arwu.org].

14. Agricultural scientists recruitment board // Электронный доступ: [www.

spices.res.in/asrb_website/downloads/scorecard_s_to_ss.pdf].

II. Инновационная политика и проблемы развития национальной инновационной системы Изосимов Владимир Юрьевич Напреенко Владислав Георгиевич зам. директора РИЭПП, кандидат технических наук, зав. отделом мониторинга и ведущий научный сотрудник сектора оценки организаций мониторинга состояния в сфере науки и инноваций. и тенденций развития организаций Тел. (495) 917-86-66, сферы науки и инноваций РИЭПП.

info@riep.ru Тел. (495) 917-86-66, info@riep.ru СПОСОБЫ КОМПЛЕКСНОЙ ОЦЕНКИ ОБЪЕКТОВ НАУЧНОЙ И ИННОВАЦИОННОЙ ИНФРАСТРУКТУРЫ В ЦЕЛЯХ ОКАЗАНИЯ ГОСУДАРСТВЕННОЙ ПОДДЕРЖКИ Изменение сложившейся структуры российской экономики в поль зу высокотехнологических секторов и экономики знаний предполага ет наличие адекватной научной и инновационной инфраструктуры.

Инфраструктура является одним из базовых элементов национальной исследовательской и инновационной системы, выполняющим роль материального ресурса, обеспечивающего конкурентоспособноcть исследований и разработок, в том числе, на мировом уровне, а так же способствующего трансферу полученных результатов в реаль ную экономику. При этом создание и развитие научной и инно вационной инфраструктуры сегодня невозможны без участия го сударства. При целевой поддержке государства создаются, как правило, такие объекты научной и инновационной инфраструктуры, как: технологические парки, инновационно-технологические центры, инновационно-промышленные комплексы, центры коллективного пользования (образующие так называемую технологическую состав ляющую инфраструктуры)2. Подобная практика характерна практиче ски для всех развитых стран. В России основные инфраструктурные Работа выполнена при поддержке РГНФ (проект № 10-02-00652а).

Приведены основные виды организаций инфраструктуры по типу предостав ляемых услуг. Иногда, дополнительно, выделяются такие инфраструктурные объ екты, как: бизнес-инкубаторы, инжиниринговые центры, технико-внедренческие центры, технологические кластеры [1, 2], центры сертификации, центры трансфе ра технологий, центры научно-технической информации, центры инновационного консалтинга [3]. Однако группировка инфраструктурных объектов никоим обра зом не меняет существа вопроса и находится вне контекста данной статьи.

Изосимов В.Ю., Напреенко В.Г.

объекты также были созданы (или создаются) и развиваются при госу дарственной финансовой поддержке.

Необходимость такой поддержки со стороны государства не вызы вает сомнений, вместе с тем, очевидна необходимость оценки эффек тивности мер государственной поддержки (прежде всего, финансовой) развития научной и инновационной инфраструктуры. Эффектив ность господдержки определяется, в том числе, способом оценки дея тельности таких инфраструктурных объектов. Причем, в условиях ограниченности бюджетных ресурсов и невозможности оказания одно временной поддержки всем объектам – необходимы методы оценки, дающие возможность сравнения (с целью выбора для оказания финан совой поддержки) объектов научной и инновационной инфраструк туры.



Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 11 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.