авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 6 |

«L-------уP.l J1БCRVII1 ~ 7'90 поход ЕРМАКА. ...»

-- [ Страница 2 ] --

М. Горького, конечно же, должно участника товаришества передвижных быть место в музее писателя. г. Шадрuнск художественных выставок Несколько г. Свердловек его работ ныне находятся в Государ­ ственном русском музее в Jlенин­ граде.

В Ша.'lРИНСК в гости к уральско­ му краеведу и писателю Владимиру Бирюковv в 1925 году приезжал академик А, Е, Ферсман, А Владимир Павлович был гостем Jlенинграда на праздновании 200-летия Академии '$ РОДИНЕ Апексе" ЧЕЧУЛИН Пределов твоих не знаю, Все сказано до меня.

Так здравствуй, страна родная, Возникшая из огня, Как фен икс...

Познавший ветер Мечтает сыскать причал.

Беднее тебя не встретил.

Но лучше тебя Не встречал.

Белый дом прекрасен на восходе, жизнь МОй..• Привечает душу, ну а та, Уповать на грядущие дни На подножке товарняка, Как бы ни измучилась за годы, В мире, стонущем от недоверья, Громыхсющего РУДОЮ, Снова непорочна и чиста.

Равносильно - МОЛViться на пни, Я летел за Урал-грядою Полагая, что это деревья.

По-над самою Чусовою Задохнувшись от ВОЗДУШНОЙ пены, Мимо темного сосняка. Замираю, будто бы оглох.

ВОТ и полнятся наши грехи.

Хорошо, хоть несколько мгновений Где ты, счастье, чужая забаваl и качались леса, леса... Чувствовать, что ты не так уж плох.

А жрецы к состраданью глухи, И tасалась лица тревога От звезды,- то ли господом богом, Уж такая профессия, пра~о.

То ли стрелочником убогим,­ Ты прав, мой товарищ, ты прав, Вознесенной под небеса. Прошла череда дней веселых. ПРИВЕТ ПИМЕНУ Срываются звезды, стремглав, Когда трещат страницы Это помнится. И никак На темные рощи и долы.

Не заБы!. мне того вагона. в нестерпимом Огне, объявшем гарью рубежи, До сих пор ХОЛОДИТ ладони, Реки замедляется бег.

Берется за перо монашек Пимен.

Если встречу на перегоне Жнивье подступает к дороге.

Пиши, душа, все так, 3апыхавшийся товарняк. Я думал, что лето навек,...

как есть, пиши Вдруг осени близятся сроки.

Возвышен слог, А там уже стынь рождества, торжественные строки, Уходящие ГОДЫ, Подсыпаны тропки ЗОЛОIQ...

Взгляд летописца как со стороны.

не знаю, Последняя синева, Хрипят чужие орды на пороге.

ПР~lветствовать вас мне Простое Всевышний, от беды оборониl.

Или, может быть, плакать, Прощальное бежать запоздало вослед.

Слово.

... Быть может, тем спасаетcs! Россия, Я теперь понимаю IIсех тех, кто придумыалл басню: Что в немощи, преодолев чуму, В последний миг отыскивает силы' Каждый возраст хорош, мол, Не сыскать заповедное слово, Чтоб записать историю саму.

и двадцата, Не сорвать заколдованный цвет.

и сеМloдесят лет.

Все полова, полова, полова, Лети, привет, в тревожные потемки, А зерна драгоценного нет.

В той келье горний отсвет до зари, я и сам не такое Пусть знает Пимен, дальние потомки могу молодым наворочать, Утешаться обманом довольно, Остатние хранят монастыри.

ТолloКО дай мне, судьба, Не красотка под слоем румян.

не сорваться на зависть и крик.

Жизнь моя, признаваться мне больно, Вот и в зрелость вошел, Но у нас неудачный роман.

словно вышел на станции ночью Как Янус, этот мир разнообразен.

И не верю еще, ОстаеТС51 надеяться только, Его прими таким, каков он есть.

что эа станцией этой­ Что у самой печальной черты Не зря из ОДНОГО ВЫХОДИТ РаЗ1Н, Сил достанет, тупик.

А из другого буйно прет Дантес.

чтоб вымолвить горько ••• Распоследнее слово: "Прости... » Вот два обличья у одной медали.

Нет, душе не темно и не пусто Вот величины, им нужны нули.

Посреди остывающих дней.

Невыносимо одному без Даля.

и нас не обойдет худая слава.

Свежий воэдух хрустит, как капуста, Другому невозможно без Дали.

Уже в достатке наломали дров.

Только убранная с полей.

Шарахаясь как влево, так и вправо, Переходили грань, пускали кровь.

и пускай разверзаются хляби, Поворот совершая к зиме.

Неужто впрямь аршином не измерить, Счастлив тем, что я вижу хотя бы Что по плечу, а что не по плечуl Мир без ретуши в свете и тьме.

...

О время, я готов тебе поверить, Но снова обмануться не хочу.

И нас не обойдет худая слава.

Неужели это только снится­ Смотри, слова желтеют, как трава.

Майские череМУХI1 в цвету!

Дано лекарство и дана отрава ОТ дурмана КЛОНЯТСЯ ресницы, Сам выбирай... А жизнь всегда права.

Кланяются каждому кусту.

Николай БЕРЕЗОВСКИй Рис.

Владu;

иира Ганзина - Чего тебе? - спросила женщина Радика, как бы не он то ли мужику, то ли матери Радика, влетая в кабинет замечай нас. директора.

- Батя дома? - Радик мгновенно охрип. Что с вами?! испугалась его вида Ксения Михай­ - - Нет Петра Петровича,- ответила женщина и попы- ловна.

,алась закрыть дверь, но та не подалась - PaдllK сунул в Как мальчишку... Как мальчишку... - чуть не запла­ щель ботинок. кал Исаак.!Jьвович, но сдержаJlCЯ, дернул к себе телефон.

- А когда будет? - спрашивал он, а за его спиной Куда это вы собрались звонить, Исаак Львович?

В милицию! - Исаак Львович не смотрел на дирек­ стояли мы, и мы видели главное, ради "его сюда при­ шли в прихожей на вешалке висела светлая шинель с - тора.

Я уже звонила,- СКЗЗЗJlа Ксения МихаЙловна.- На­ полковничьими погонами.

ших ребят, по ссем примета:'!, они не задерживали. А у Не знаю, когда он будет,- сказала женщина, и Ра­ дик отступил в сторону. Дверь закрылась, щелкнул замок. вас как?

- А шинель-то его висит,- сказал он уже на улице. Пусто...

- Че, у него одна шинель, что ли? - сплюнул Сашка, не Исаака Львовича еше потрясывало от оскорбления, но глядя на Радика, и Радик просветлел. принимать меры он уже раздумаJl, стыдно стало, что по· - Угу, у него и другая есть, серая, ПОJlевая,- сказал ЗВОЛИJl себя вытолкать, не маленький ведь. Да и техникум физкультурный закончил, мог бbl дать сдачи. «Струсил, что он, шмыгнув носом, а мимо, редко еще кто в плаще, шли, JIIЙ» - раздумывал он, отходя, и повторид:

оглядываясь на,::транную rроицу, люди, и не знаю, что грело Сашку, а Радику наверняка было тепло от мысли, Пусто там Ксения Михайловна. И духовно пусто­ что его отец, уходя из дому, надел другую шинель, не водку пьют.

всегда ведь ходить в параДНQЙ. Предупредили хоть.

ПредупреДI'JI,- солгал Исаак Львович и устало оп~.

- Вот был бы он дома,- протянул он, и мы не со­ СТИJlСЯ на СТУJl, вздохнул:

- Не понимаю, Ксения Михаи­ мне вались, что, застань он дома отца, мы бы не стояли ловна, от кого они убежали? Почему? Разве мы звери?

теперь в подворотне и не ушли с пустыми руками.

Он мне раз черновец дал,- сказал Радик.

- - От зверей, насколько мне известно, потомство не О женщине, открывшей дверь, мы не говорили. бегает,- усмеХНУJlась Ксения Михайловна.

После обеда пришел Толик Шелков, и не один, а с - Вам весело! - взорваJlCЯ старший воспитатель.­ А как в гор оно узнают? Или случится с ними что? Первой М-иркой Ишмухамедовой и ГаJlей Павловой. Они принесли котлеты с картофельным пюре, ХJlеб, и паJlЬТО КОJlъке с же моя голова ПОJlетит! рубанул он ребром ладони по Драчуком принесли, и заохали, заглядывая в лаз землянки, заТЫJlКУ.

- Знаете, Исаак Львович,- сказала вдруг Ксения Ми­ крышу которой мы уже засыпали зеМJlей 11 замаскировали хайловна,- я бы на чх месте, наверное, тоже убежала...

кустиками, заахали так им не терпелось туда спустить­ ся. Правда, Галя больше МОJlчаJlа, это Мирка восхищалась - Почему? - ошарашился старший воспитатель.

за двоих, а Радик, и без того молчаливый, совсем затво­ - ЗаПУГЗJlИ мы их очень. Чуть что - исключением гро рился, стушевался перед Павловой. Все знали, что он к зим. Из-за копеечного стекла следствие наводим. Радио­ ней неравнодушен, знала об этом и она, поэтому улыбаJlась нова на педсовете "олонией пугаем, а надо бы с его ма­ смущенно, а Мирка не ос.танаВJlивалась. - вспомните свое детство...

тери начинать. И вообще - Мальчики! Как здесь хорошо, мальчики! - Bocтopra· у меня не было детства,- fJIYxo отозвался Исаак.'!ась она.- ]\i\ожнО, я останусь с вами, маJlЬЧИКИ?! ЛЬВС·ВИ'I.- Я ПРОСlще.• свое детство в пor'ребе, в Барано­ Бант ее пор хал вокруг зеМ.1ЯНКИ, потом СКРblJlСЯ В лазе, вичах. Мою мать, мою сестру СОЖГJШ в КОНЦJlзгере. Когда затем вынырнул на волю, несколько потемневший, и глаза я выполз из погребt, я ()слеll. Мне БыJlo пятнадцать лет, Мирки были широко распахнуты, в них билось СОJlнце, а учился ходить заново.

\J - И ОНИ У нас точно IJ погребе живут,- будто не слы­ почему-то темное.

Даже печка есть! - СОtJбщила она неизвестно кому.­ - шаJlа Ксения МихаЙJlовна.- В светлом ТОJlЬКО, в теПJlОМ;

Это ты ее сделаJl? - вцепилась в меня, а когда я сказаJl, Но IIpoctopa-то нет! Туда не ходи, сюда недьзя, этого не что печь сложил Колька Радик, потускнела. трогай, того не делай... Вы ведь, Исаак Л ы3вич,' сами - А я думаЛ!l... расказывади, что даже вас, в тех неМblСЛИМЫХ условиях, и - Мы вместе сложили печку эту,- буркнул Радик. то иногда ночью выпускали из погреба.• Вы ведь сами Мирка снова просветлела, а Толик Шелков помрачнел. рассказывали - даже на качеJlЯХ качаJlНСЬ, с девочкой В интернате нас, оказывается, вовсю искали. Исаак жеНЩИНbl, которая вас прятала.

Львович ходил к Ра)JИКУ домой, думал, что мы СКРblваемся Качался,- опять же fJJYxo подтвеРДИJl Исаак Львович.

там;

КОJlькина мать послала его подальше, мужик, рас­ А вы говорите, что детства не БЫJlО,- вздохнула Ксе пивающий с ней бутылку, поддал коленом, и старший вос­ ния МихаЙловнз.- У меня его тоже вроде бы не было.

питатель вернужя красный и 3J10Й. СКОJlЬКО себя помню, все чужих детей IIЯ!Jчида, хотя сама _. Даже не 1аметил, что мы чужие пальто несем,- ска· была ребенком. Нянчила - ПОIа на рабфак не опредеJlИЛИ.

зала Галя Павлова. Д вот как старость lIодкралась, ГJlзза закрою и вижу­ завязываю КУКJlам банты, в платьица их обряжаю, с котен­ ком балуюсь. Только осторожно все ТЗI{ делаю, чтобы за­ Исаак Львович и вправду не заметил, что несут девчон­ снувшее дите в зыбке не потревожить. Своих-то игрушек ки, наткнувшись на них в фойе школы, не до них бblЛО - так не было, хозяйскими игра.1а. Поверите.1И, такое ощущение, его оскорБИJlИ впервые в жизни_ «Ну, погоди!» - ПРИГРОЗI(.q что я там так и остаJlась, в детстве, со всем хорошим, что и тогда было, пусть и редко. И девочка, какую я вижу порой, точно понимает это, прижимает паJlЬЧИК к губам:

Окончание. Нuча.10 Е JIi, тише, мол, не мешаn... И пороn точно током ударит осмысле­ будет прежним, зеленеющим I\зртофельной ботвой, и, кажет­ ние: вот сейчас, стоит только очень захотеть, и все вернется... ся, я разгляжу даже взгорок, за каким была выкопанаllаШt!

Все Мь) родом из детства, Исаак Львович, только забываем...

зсrvlлян!(а об этом, к сожалению. А ты, СаШJ'~а?

- - [}озможно,- кивнул Исаак ЛЬВОВИЧ.- Может быть, А? - отрывается Драчук от дум.

и т:ш, Ксения МихаЙ.qовна. Но что же нам теперь-то делать? Ты, спрашиваю, что с нами здесь потерял?

На матери Беликова лица нет. Мать Драчука жалобу гро­ А ну их! - говорит Сашкз.- Надоело. ОТЧИМ ремнем зиться написать. Только Радионова водку хлещет... Они лупцует. А у меня в дневшше опять пара.

ПО'IСМУ же своего детства не помнят, как вы? - Какой отчим? - УДИВJНнось Я. Нас/юлько мне извест­ - Помнят,- сказала Ксения l'i\ихаЙловиа.- И они пом­ но, Сашку и трех его младших братьеs воспитывает одна нят. Только боятся в него вернутся, пусть даже мысленно. мать, така! же высока!! худая, как он.

!J Ведь тогда все придется псреОСМblсливать, потому что из Дядя Сема,- ГОСОРИТ Драчу!с- Он с матерью живет...

детстпа будущее видится ПО-ДРУГQМУ. Как из настоящего, Приходящий? - роняет Ради!{.

сегодняшнего, прошлое. Все ошибlШ, все неверные поступки Он следователь,- точно не СоlЬ!ШИТ Сашка.- Он воров и попороты... А вот что делать сейчас, не знаю пока и я..~овит. И нас поймает,- ДСJ1ает ВЫВОД.

Знаю лишь твердо одно: от себя никому не убежать. Никог­ Следователь с матерью Драчу"а и вправду приходил в да. ТаЕ что будем ждать. иитеРIЫ'f, спрашива,l ребят, не знают ю! они, где мы скрыва­ - ДождеМСI!... - хмуропообещал Исаак Львович.­ смся. Не зиаем, отвеча.1И ему, и тогда следовате,lЬ, усмех­ С гор оно шутки плохи, Ксения Михайловна... А может, оии нувшись, сказал: «Передайте Але!(саидру, если встретите на вокзале ошиваются? - вско'нм вдруг ОН.- ОНИ же на­ случайно: ну и вздрючу я его!»

верняка удрать куда-нибудь задумали!..

Ночью, когда я уже засыпал, сжавшись в комок под Вокзал Радик называл б а н о м. одеялом, принесенным Борькой Фризиным, меня толкнул - Зря только на бан ездили,- сказал он, когда мь) в бок Колька Радик:

вернулись на уже обжитый нами пустырь. Цена билета ог­ Славка, а Славка... Спишь, что ли?

- Ну! - дернулся я недовольно.

лушила и его, да еще чуть на старшеl'О воспитатеJ1Я не на­ рвались, спасибо Сашке, вовремя длинный заметил, а то бы - Ты это, Славка, слушай... Это ведь я стекло-то рас стоять сейчас n директорском кабинете, хлопая ушами, как колотил, слышишь?

выражается Борька Фризин. Слышу...

- А вон Борька тащится,- углядел Фризина Драчук. Не знаю, что сдерживало меня, но Кольке и по сей день не­ Фризин и вправду тащился, едва передвигая ноги: за ведомо, что мы видели с Драчуком, как он бросил камень.

Молчал и Сашка, потому что он редко говорил, ес.~И его плечами его был огромный мешок, оказавшийся вблизи ма­ трасовкоЙ. Борька, сбросив груз у землянки, уселся на него не спрашивали.

Ага, Я,- повторил Радик, помолчав.

верхом. Лоб его влажно блестел.

Зачем?

- Упарился,- сказал он.

А черт его знает! Вblругался Радик.- Тошно вдруг Борька, как всегда, глядел исподлобья, так глубоко были - стало - мать гудит, Маринка сама по себе дома ползает, а посажеНbI глаза, и никто из учителей не мог выдержать его тут еще колонией грозят... К черту, думаю, все! 8эял и взгляда настолько он казался пронзительным и тяжелым.

швырну., кирпич. А там, в классе, это, ну... струсил. Хо­ Но по натуре Борька был добр и безотказен.

чешь,- приподнялся Радик на Jlокте,- я завтра пойду и - 80Т,- ткнул он кулаком в матрасовку,- пока воспи­ скажу, что это не ты, а я?

татели ушами хлопали, мы тут собрали кой-что...

Давай спать,- сказал Я.- При чем здесь стекло...

При том! - озлился Радик.- Ты вроде честный, а Я...

и вообще, чего они на меня все взъелись? - недоуменно -Куда они подевались, те кастрюли и одеяла, подушка и спроси.1 он.- И Исаак, и Надежда... Надежда и смотреть не матрасовка, доставленные Фризиным, я уже не помню. На­ хочет, даже когда я курю. А я ведь нарочно, чтобы виде­ верное, эвакуировал потом кто-то И3 одноклассников обрат­ но в интернат, как-никак, а вещи не бесхозные, за кем-то ла,- признался он тихо и замолчаJJ, потрескива.qи лишь чпслились. НО вот труба, помню точно, была у Сашки за УГОЛЬЯ в печке, да шелестел наверху сетер, и казалось, что так покойно 11 по-хорошему печально будет всегда.

спиной, когда мы возвращались под конвоем туда, откуда убежали. И как мне ни было худо, я все же заметил, что Драчуку не по себе, что он сторонится не только старшего воспитателя, но и нас. Заметил это, вероятно, и Радик, по­ Утром МЫ отправились в парк. Парк,1сжал через доро­ :'У от интерната, обнесенный железной узорной изгородью, тому что спросил, ухмыльнувшись:

Что, отчима трусишь?

- но ворота его всегда были распахнуты. входи кто хочет, Драчук не отозвался, дернулся лишь испуганно, вздох­ ТО,1Ь1Ю в воскресенье проnускали по БИо1етам, тогда ворота нул печально, а Исаак ЛЬВОIIИЧ странно на него посмотрел, сторожили контролеры. Но в субботу, после уроков, нас как бы с презрением. Тогда мы не придали этому значения, отпускали по домам на воскресенье,- тю( что В парк МЫ но теперь я точно спотыкаюсь о сумрачную фигуру и насуп­ ходили в будни и бесплатно.

ленную, с уплывающим взглядом физиономию Сашки. И ЧТО­ Сейчас парк поредел, кустарниковые заросли вырубили, бbl подтвердить сегодняшнюю свою догадку, начинаю про­ березовые массивы преврати.1ИСЬ в колки, и там, где рань­ кручивать предшествующие нашей поимке собblТИЯ, возвра­ ше можно было, укрывшись, развести костер, теперь раз­ щаюсь к тому вечеру, когда я спроси.1 Радика, почему он иообразные аттракционы, Моего сына хлебом не корми­ вдруг тоже решился убежать. ХJlсбу ои предпочитает колесо обозрения, или самолетную - А-а,- отмахнулся ОН,- меня все одно не потеряют. вертушку, или карусель, или хотя бы комнату смеха...

У костра, насупившись, обхватив длинными руками ост­ Многое измеЕII.,ОСЬ в парке моего детства. но котлован рые колени, думает о чем-то Сашка Драчук. Темно. Интер­ оста,1СЯ прежним. обровняли лишь его берега да вычистили дно. и зимой он превращается в каток, а летом здесь откры­ нат уже не ПРО[,lядывается. ТОлько по территории завода шарят лучи прожекторов да слышно, как прогрохотал по вают JlО/lО'iНУЮ стаllЦИЮ, улице Лизы Чайкиной трамвай последний. наверное. Ве­ ~еСIIОИ !{ОТJюван никому и ничему не под'шнен. Живет сам по себе. И еАва солнце затемнит зер!шльную гладь кат­ тер раскачивает лампу под жестяным абажуром, во:шесен­ ную над строительством будущей бодьницы. куда меня JJeT ка, потеплевшая вода поднатужит спину, вспучит панцирь, а ночной свежак разгонит его льдинами, одну вскинув на десять спустя привезут с приступом острого аппендицита.

ребро, другую загнав под еще I{репкие забереги, третью пу­ Я буду лежать после операции в палате на четвертом эта­ же и смотреть в окно, выходящее на пустырь. Пустырь стив вольно по очищенной середине водоема. 1( ЧИСТОЙ воде еще можно добраться просторным шагом, не опасаясь провадиться, но уже потрескивает под ногами, уже видны расподзшиеся по припаю трещины.

И не днем, а опять же ночью рвет припай невидимая сида. Как было бы интересно наблюдать 3:1,1едоломом при свете и, есди это рождение, прнвет­ ств()вать его радостью, а еС,1И смерть печально обнажить голову.

Интерес, как ни странно, вызывает и смерть, быть может, даже больший, чем рождение. С рождением все ясно, роженицу приходят поздрапить лишь бдижние, а на похороны собираются невесть кто, особенно тяготеют к ним старики. 11 часто, юtблюдая за ними, я думаю: что их заботит, что видят они, отдавая ПОСJ!еднее уважение покойному? Свой ли ПОСJ!едний час, свое ли последнее пристанище, обтянутое крепом, илн дни, какие им еще подарит жизнь, или нет на это ответа! свое собственное бессмертие, потому что - старики, как утверждают, те же дети, а кто из нас в детстве верид в свою смерть?

Не вери,л, что умру, и 11, да н никто не верит, страшит JПШJЬ переход, нам неБеДОniЫЙ, из одного состояния в другое, НО и его зачем бояться, если 110 размыслить: разве HaR1 до рождения был,о худо? И если мне удалось вер­ нуться оттуда, куда заглянул ЮШJЬ на мгновение, то сейчас, вспоминая то мгновение, в какое вместиться успело многое, ПРИ3Н;

iЮСЬ, что страха я не ис~ пытад, окатило то.1ЬКО удивление'!!, когда увидед перед собой отца.

Отец стоял передо МНОЙ по-прежнему тридцатилетним, в том же светлом костюме, в каком похоронили, кажется, даже отr дажеllНОМ, ЛИШЬ щек CI'O явно давно не касалась бритва, да шею по окружности глубоко бороздил рваный шрам, он приковаJ! в первую очередь МОЙ ВЗГJ!ЯД.

А, это,- сказал отец странно равнодушно и потер шрам рукой.-.

П.лохо заши,~и,- сказал ОН.- Студенты, видимо, зашивали.- И сделал вы вод:

я бы заШИJ1 лучше.

Тогда он Jlсжал на До1инном и скользком столе, и,1ежать ему было на­ верняка неудобно и ХОЛОДНО, ХОЛОДИJ10 жеJlезо, оцинкованное, да и вообще в анатомической всегда ХОJ!ОДiЮ. Вокруг толпились студенты. Их сиециально сняди с занятий, чтобы наглядно показать отчленение головы, необычное­ на трамвайных рельсах, и потом, после объяснений, патаJ!огоанатом ушел пить 4ай, а будущие врачи, кто скрывая брезгливость и отвращение, а кто с удовольствием, вооружившись кривыми Iнлами, прошили, точно мешкови­ ну, уже успевшую одеревенеть кожу, может, сделаJlИ еще что-то, и тоже за­ тем УШJJИ, а отец остаJ!СИ лежать. Такого неуюта он lJи!шгда не испытывал, и БыJ10 БО,lЬНО, тю{ БОJ!ЬНО, что хоть кричи, 110 мертвым кричать не подо же­ но, и он МОJlчад, вытянувшись на столе, и не шевелился, ПОТОМУ что и шеве­ литься недьзя, не прииято в таком СОСТОЯНИИ, а вот думать думал, скорее мечтал, чтобы за ним поскорее приехали... Его привеЗ.1И домоii уже одетым, в гробу, И шва не было видно, потому что кто-то догадался /JОJ!ОЖИТЬ под подбородок КЛОК ваты, и издали казадось, что отец с бородой, НО он был IJыбрит так чисто, как, возможно, никоrда в ЖИЗНИ. Отиа БРИ,l при мне не­ знакомый старик, опасной бритвой, наверное, РОIJеСlНщей стаРИl(а - настоль­ ко истончилось ее лезвне за годы верной СJlужбы. Старик брил отца как живого, с мыльной пеной, пробуя чистоту бритья перед каждым мазком пальцем. Теперь подбородок тронул отец, поморщился, ощутив жесткость щетины, он всегда бы.~ аккуратист И ЧИСТЮ.'Jя, и спросил, но опять без на­ дежды, а как бы мимоходом:

у тебl1 слу'шйно с собой ле:1lJИЙ нет? У нас тут пдохо с лезвиями.

-- Отец! - чуть не взвыл я.- О чем ты говоришь, отец?!

- О дефицнте,- тускло сказал отец.- В нашем веке не умеют снаря жать в ПОСJ!едний путь, как прежде. Вспомни скифские курганы и пирами­ ДЫ - у их хозяев было все. Да и тесно у нас, IШК ВИДИШЬ,- добавил он, но я ничего не видел, KPOM~ блеклом, с,ловн!) протертой пустоты за его спиной, 11 он не УДИВlмся, когда я сказаJl ему об ЭТОМ.

Многое мы начинаем видеть ТОJlЫ{() на расстоянии, когда наступает пора ОГJ!ЯНУТЬСЯ,- заметнл О!1.-- ВlJрочем,- глянул он мне куда-то под НОГИ,- ты здесь на 3ТОт раз не задержишься.

Где - здесь? - ухваТIJЛСЯ я за слово, пытаясь, наконец, уяснить про­ - во C[ie оно или наявv.

IIсходящее 3десь,- туманно сказаJl ~Teц.- Везде,- !ЮЯСНИл также туманно, на этот раз, кажется, улыбиувшись, 110 "та улыбка обдала меня таким ХО,10 дом, что выдержать ее недоста.iЮ СИ!I, меня точно схваТИJ!!! за шиворот и...

выдеРНУJ!И в огненное теПJ!О, я задохнулся Очухался! донесся голос Сашкн.

- Ага,- согласидся Радик, поднимая меня.- Очухался.- И приказад: _ Теперь беги, а то загнешься. Беги! - и ПОВ.1ек за собой, схватив за руку, и на бегу я никак не мог сообразить, почему с меня течет, почему Х.1Ю[lает в ботинках вода, а об отце вспомни.~ " бреду уже ! следующей - ночи, Ii()гда меня сваJ!ила хвороба...

- Когда льдина HыpHy.~a, МЫ думаЮI, тебе каюк,- расскаЗЫваJl в зем.

,1янке Радик.- Бьш - и ~eTY! Хорошо, Драч JJ.JШIШЫЙ: я его за ноги, значит, лежа, а он, "ежа, к теое выхватил. Да ты и наглотаться-то не успел, сказал он уже пренебрежительно, подбрасывая в печку i(онфет сын не терпел - как настоящий мужчина.

топливо, а Сашка молча дудел в свою трубу, опробывая, А может, просто не привык к ним, потому что, еще не из­ ЧТО ли, потому что труба не играла, а точно сплевывала. ведав их вкуса, уже знаJJ, что от них портятся зубы. Ка­ - Да заТКНl1СЬ ты! - ПРИIРИКНУЛ на него Колька. жется, его мать всегда зна.nа, что такое хорошо и ЧТО - Счас,- сказал Сашка.- Мундштук заСОРIМСП,- такое плохо. Она и на развод подавала в убеждении, что и сплюнул особенно витиеват(). так будет лучше не только мне и ей, но и че,10веку, для - А лепень твой уже высох,- через минуту сооБЩИJl - папа.

которого первым словом было Радик. Так будет лучше нам всем,- сказа.qа она, подог­ Л е п е н е м он называл пиджак. В этот раз за пид­ нав к БЫНIнему CJ а ш е м у дому машину, ЧТ!'бы перевез­ жак сошла ШI{ОJ!blШИ гимнастерка. Сушилиеь, подвешен­ ти мебель и вещи к своей матери. А погрузив их, дnба­ ные к потолку, и другие мои вещи. На палки, воткнутые BJMa, как, думала она, требовал ее долг врача:

- Ты уже в пол, были вдеты ботинки, от них шел особенно густой куришь десятую сигарету. Сколько я тебе раз говорила, что и тяжелый дух, и вообще наша зеМ,lянка иапоминала па­ это вредно! Подумай о своем здоровье...

рильню по-черному - так в ней было мокро. жар"о н Долг бы.)] исполнен, машина уехала, минуло уже три года. Мне тридцать дет. сj,ШУ - шесть, иногда мы видим­ душно.

Как в бане,- сравнил Драчук, перестав прочищать - СЯ. но мельком. и все же я успеваю сунуть ему столбик витаминов, каждый раз пере живая, что сыну трудно бу­ мундштук.

- Угу,- сплюнул КО,1ька и набросил на меня третье дет его спрятать: теперь витамины стали почему-то вы­ одеяло.- Банься дальше,-- пробурчаJJ он и, выхватив из пускать не в стеклянных трубочках, а обернутыми в цел­ топки оБУI'.ленную щепку. прижег окурок. JJофан, который громко шурш.ит, когда его разворачива­ Ему бы счас в "ровать,- сказал Сашка 060 мне.­ - ешь.

И чтобы чай с малиной,- добаВИ,1 он, проявляя заботу, но Беда Ивановна. судя по ее поступкам, не задумыва.

Радику не поиравилась такая разгOlЮРЧИВОСТЬ. лась, что такое хорошо что такое плохо. она не под­ - Заткнись! ск.вал он снова, а я лежал и УДИВЛЯJI­ считыва.~а в интернатском борще калории, а определяла С;

1. как это "олька терпит огонь на губах: окурок уже пробой - вкусен ли он, прежде чем дать добро на обед, успеJI превратиться в уголек. «Но это же и не fOBOpIMB. ставя укол. мол. не бойся. кольнет кома· KOJJbKa!» вдруг ВСПОМНИЛ 11. Может быть, Радик РОДИЛСЯ на свет рик - и все, а предупреждала загодя. что будет больно, I!1паго- или ОПJСГ лотаТСJIСМ, какие бывают в Индии. толь­ и бо,nь не казалась уже такой больной. как представля­ лось. Но Бела Ивановна была всего-навсего фельдшери­ ко ему забыли об этом Сl\азать, поэтому он выступал не цей, быть может, даже медсестрой, а у мамы моего маль­ в ЦИРI{е, а просто так, попусту прог латывая шарики, вы­ бliТые подшипников. Еще уме.n жевать БРИТВСИliЬJе 011 чика врачебный диплом, но я бы не хотел попасть в число 11, ее БО,lЬНЫХ. Странно. что ценность че,10века познается лезвия, тоже затем IIХ пjJоглатьшать, пил на спор кипяток, ничуть при этом не морщась и не обжигаясь. Однажды за лишь со временем, но было бы лучше, будь иначе,- кто г.лотани~м шариков его застала Надежда Дмитриевна,...

знает vжаснулась, всполошилась, потащила к фельдшерице Беле 'Ивановне, но та, уяснив суть, равнодушно и прямолинейно - Знаешь,- сказал Радик на второй день побега,­ успокои.~а, отчего наша Надежда Дмитриевна залилась я это, я, наверное, ШI{ОЛУ вовсе брошу, работать пойztУ.

краской: «I1ро...... »

Маринка растет, ей учиться... д-а,- ие договорил он. и-я не понял тогда. причем здесь Маринка, TO.~bKO много П03 Бела Ивановна первой поставила диагноз и мне, когда же дошло: Радик сознательно убеl-ал от своего БУllуще­ нас под конвоем достаВШJИ в интернат.

го, чтобы облегчить в него дорогу сестре. Мать вряд ли Не умрет жив будет.- С!\азала она и поместила - бы сумела поставить ее на ноги. Из всех нас Колька по­ в изолятор, откуда затем мама увезла меня домой, чтобы взрослел первым. Даже Толик Шелков с его целеустрем­ я никогда уже не вернулся назад.

JlеНIIОСТЬЮ бы.n тогда все-таки ребенком. потому что не Где она сейчас. эта уже тогда пожилая и маленькая ощутил еще ответственности за ближиего. А Радик думал женщина с птичьим морщин истым лицом и с вечно заку­ о сестре, о ее завтра, и действительно помог. Когда я шенной папиросой в уголке рта? Ведать не ведаю. ио вот недавно встретил их мать, та сказала на этот раз жел­ вспомнилась, и что-то светлое и чистое, как ее халат, КОС­ тизна расплывалась под обоими глазами:

нулоtь моей души. А ведь и внимания нам она особого не - А Кольку, с.~ышь, Марка-то заместо отца почита­ уделяла, и освобождениями от занятий не баловала, и ет... Рубель не дашь?

прятались мы от нее кто где, когда наступала пора при­ Не CTa.~ ли мой сын вроде рубля, которым я ОТКУ­ вивок, после которых вздувались под лопатками же.лваки.

ПИJlСЯ от бывшей жены, забыв о ней самой, о том, что я сжигала тело температура и не.~ЬЗЯ было двинуть РУI{ОЙ.

ответственен 11 за нее, как и за нашего сына? Ведь быди Впрочем, не отозвалась ЛИ ее сI{рытяя доброта в нашеii до его рождения и снегопад д.nя нас двоих. и рука в памяти теми ярко-красными витаминными шариками. ка­ руке в душном зале кинотеатра, и шалости. когда забы­ кие она с непонятной щеJ.РОСТЬЮ раздавала на,1ево и на­ валось, '!то мы взрослые... да мало ли что бы.~о, а ПОтОМ право, прямо ЩJИI'ОРШНЯМИ? Мы катали их во рту ЯЗЫКОМ, кануло неведомо куда, обернулось холодом и отчужден­ и таяли глянцевые слаДКИе облатки, а затем так приятно ностью.

сводидо скулы кислотой, в НИХ зак.1юченноЙ, что и сейчас, Вот и живи теперь со своей пиш~щей машинкой,­ когда я пишу эти строки, ощущаю этот вкус детства, свя­ сказада еще жена, уходя.

занный снеприметной фел!,iJ.шерицеЙ Белой Ивановной. Может быть, это был е е побег. Но стоит.ш убегать, которой, возможно, уже нет в живых.

если ясно, что погони не будет?

Быть может, кто знает, вспоминает именно в эти ми­ нуты и меня мои сын, которого я с такой же щедростью За нами ПОГОtJЯ бьша. Нас искали, не подозревая. '1то пичкал белыми таблетками из стеклянных трубочек - ви­ тамином С. Он так его любил, а я помнил свое детство. мы рядом, В двухстах метрах от территории интерната, стоит лишь перелезть через забор, пройти картоФе,lЬНbJМ, Опять! сдвигала брови жена, находя в костюм­ - еще не подернутым ботвой, полем, обогнуть взгорок­ чике сына, или в карманах его шубки, или просто на ПОJJУ и наткнешься на землянку. Правда, нас трудно было за­ пустые стеклянные ГИдJ,ЗЫ из-под витамина С. и читала стать днем. 110 ночи мы ПРОВОДИ,~J1 В своем убежище. и очередную лекцию о вреде бе системного приема лекарств, если кто-то не полени.кя бы ВЫЙТII в ночь, то неПР~~IСННО пусть даже витаминов. И н, переживший и испытавший заинтересовался выбрасываемыми из-под земли снопами на себе эту бессистемность, здоровый, быть может, бла­ искр. Топили мы печку беспрерывно, зеМЛЯН!\а словно годаря именно этой бессистемиости, молчал, чтобы на­ втягива.~а в себя остапш зимнего холода, но нагреВ1лась завтра, забежав с сыном в аптек.у, купить ему очередиую она быстро, и тогда стены сдезились, на полу скаплива порцию.

лись, лужицы, и пришлось застелить его стянутыми на той мальной его школе, где он J'/роучился чуть больше год/!., же больничной стройке поддонами. Радик предложил об­ Школа была бревенчатой и начальной. Стоило пере­ бежать дорогу - и вот ТЫ на ее крыльце, одна И3 '{еты­ шить досками и стены, но предложил лениво, и мы про­ молчали, ка,ЖДЫЙ про себя знал, что мы здесь не задер­ рех комнат за дверью - твой класс. Где он был - напро­ тив печи или справа от нее? - Славка сейчас уже не жимс~, мы уже иачали уставать быть беглецами и пото­ помнил, помнил хорошо лишь девочку Любу с ЛЬНЯНЫМИ му, наверное, вовсю шуровали топку, бессознательно на­ волосами за партой перед собой да рыжего ее соседа деясь, что зарево в ночи привлечет внимание взрослых.

Жар костей не ломит,- говорил Радик, подбра­ - Вовку. с которым и застукали за раскуриванием I1Qаоб­ ранного на тротуаре OI(ypKa. ВОlIка утверждал, что ку­ сывая в печку очередную порцию дров.

- По весенней поре ЛУ'iше жить при жаре,- под­ рит в с ю жизнь, и Славка не хотел быть хуже: nO!lY !\1а, брасывал я другую, а Сашка Драчу к, закрыв глаза, вы­ ешь - курит, я тоже курю, пусть и Любе об ЭТОМ ска дувал из трубы непонятную, но щемящую мелодию. Те­ жет,- и накурился на свою голову. Отец, когда ему до­ перь я предполагаю: прикидываясь музыкальной занято­ несли, выложил на стол пачку папирос:

стью, он думал, как сообщить в интернат, где мы нахо­ Кури, коли такой взрослый.

димся. ~ли я не понял намека старшего воспитателя? Мама бы непременно ВЗЯЛ8СЬ за ремень, но мама Тогда необходимо встретиться с Сашкой. задержалась на работе, а отец и пальцем никогда Славку - Это правда? - спрошу я длинного и иескладногО не трогал, не тронул и теперь, стоял, усмехаясь: ЧТО, мол, праПОРЩИl{а с медной трубой в руках. слабо? и Славка вытянул первую папиросу...

Я не мог поступить иначе,- тотчас поймет он мой - Воспитатель! - услышал он поздним вечером, ко­ вопрос и устало вздохнет.- Если бы ты был на моем ме­ гда в голове прояснилось и прекратилась тошнота.- Так ребенка калекой можно сделать!

сте,- скажет он еще.

И он действительно не мог иначе, его ждала мать, о Клин клином, 3ина, вышибают,- отвечал тихо чем сообщила Галя Павлова. Мать, поступившаяся своим отец.

личным счастьем ра,i!,И сыновьего. И Сашка, осознав это. На тебя его только нет! - ПОвысила голос мама.­ искал лишь веский повод для нашего раскрытия, чтобы, На водку твою!

пусть и тайно, быть чес.тным перед собой и перед нами. - Поздно уже, давай ложиться,- совсем приглуши. Он сразу же понял, едва я про валился под лед,- вот он, го.лос отец, а мама, заплакав, выдавила сквозь слезы:

Уйду я от тебя, В'асилиЙ. Вот те крест, уйду.,.

ЭТОТ повод, и укрепился в правомерности своего следую­ щего поступка, когда меня свалил жар. Рано утром, пос­ Тогда, боюсь, не к кому тебе будет возвращаться, ланный Радиком за дровами. Сашка юркнул на террито­ ЗиtIа,- глухо отозвался отец.- Я и без того запутался­ рию интерната, пробрался, прижимаясь к стене бытового (Ie что дальше, как, :iQчем? Тридцать уже скоро, а ничего корпуса, к окну комнаты, где жил старший воспитатель,­ сделано. Славка разве что с Сашкой...

- Разве этого мало? - перестала всхлипывать мама.­ а тот жил долгое время при интериате, пока не получил долгожданную квартиру,- и затара6анил в стекло ко­ Опять чудишь, Василий?

- Мало,- жестко сказал отец.- ЧТО Славка скажет, стяшками грязного кулака, и стук этот показался ему когда станет взрос.1ЫМ? Что его отец дальше етихоtl в сильнее грома.

районной газете не пошел? Бездарь! И что даже не вра'! Возможно, все было совсем не так.' Но важно ли это, фельдшер. А родить его от тебя мог,и другой. Вся жизнь насмарку!

если, сочиняя исповедь, воскрешаешь не столько прошлое,... Мы не хуже других живем,- робко сказала мама.

сколько сегодняшнее свое представление о нем Славка прис,лушивался, многого не понимая, да и, не -Интернат еще спал, оживала лншь кухня, где повар в словах было дело, его пугал ГО.лос отца - в нем ~BY­ тетя Клава и ее помощницы приступали к раскладке зав­ чал и надрыв и опустошенность. Славка определил состой­ трака, да затеплилась труба кочегарки - это кочегар дядя ние отца по-своему: ему тоже захотелось умереть. когаа Иван. старый солдат, раздувал очищенную от ночного соседка застала его с Вовкой за курением. Но ведь все шлака топку. Давно был на ногах и старший воспитатель. обошлось, умирать раздумалось, почему же отец, такой Последнюю неделю Исааку Львовичу было не до сна, сильный, добрый, курящий открыто, почему он мается, особенно после вызова в гороно. Уже выбритый до сине­ чего боится, зачем хочет их оставнть? «Он хочет, чтобы вы, он варил кофе, помешивая чайной ложечкой в кофе­ его пожалели»,- догадался Славка, а догадавшись, вы­ варке, но выпить его так н не доведось, кофе сбежал, брался из-под одеяла, юркнул в комнату родителей, П\'II­ заполнив маленькую квартирку горьким чадом,- углядев ник к отцу.

через оки о Драчука, он забыл ВЫКJIЮЧИТЬ газ. ВЫ,ключил Папа,- сказал ОН,- меня родить мог только ты.,_ 'его потом, когда Сашка подался обратно, нутро кофевар­ ки обгорело, сода не бра.~а, пришлось скоблить дно и У него жар. Он бредит,- сказал Радик.- Потому...

-стенки ножом, и это было так же неприятно, как и прось- и несет ерунду ба воспитанника, на какую Исаак Львович точно наткнул­ Я слышу Радика, но вижу другое: мама собирает "ещи, идет с чемоданом к двери;

отец, безучастный, сунув руки ся, распахнув дверь:

Только вы никому не говорите, Исаак Львович...

..... в карманы брюк, стоит, прислоtlИВШИСЬ к стене.

Ну! - подавил непрнязнь к нежданному и сейчас - Мама! - кричу Я.- Не уходн!

уже нежеланному гостю старший воспитатель.- Что еще Мама задержнвается у порога, она !I черном плцье, оборачивается, лицо ее мокро от слез.

скажешь?

- Славка заболел,- сказал, не поднимая глаз, Др а­ - Я виноват перед тобой, 3ина,- говорит отец.­ чук.- Мы здесь, рядом, на пустыре. Дым идет... Возомнил себя поэтом, насулил тебе златые горы - и сло­ мал жизнь. Не уходи...

Славке было действите!!ьно худо. Лежала перед иим - Не в этом дело,- устало и обреченно ГОGОРИТ на столе початая пачка "Беломарканала", два обгоревших мама.- Просто так дальше жить нельзя.

- Да, ты права, конеЧНfI,~ соглашается отец.

мундштука уже скрючились в пепельнице, а отец протя­ гивал третью папиросу. Славка выкурил ее, а на четвер­ - Укрой его еще моим пальто, Сашка,- говорит Ра той грудь рванул кашель, кухня неестественно вытяну­ дик голосом отца, а я кричу в пустой проем двери, раз­ лась, сундук вспучился, а его самого стало выворачивать, рываясь между отцом и матерью:

точно варежку или носок. Захлебываясь непонятно чем, он Не надо! Не уходи-и!..

ВСПОМНИЛ, что капля никотина убивает лошадь - такой ':1 ш е л отец, а мама осталась, и крестом ее стал я.

плакат висел в школе.

Теперь Славка тонул в ЭТОй капле, неожиданно сполз­ И неизвестно, когда он был тяжелее - тогда, когда я,бы.~ шей с плаката, висевшего возле печи в той, первой н нор- маленьким, или теперь, когда стал взрослым н сам роди теш•. Спрашивать неловко, да и вряд ли мама ответит: встретила в нем же, когда он пришел в шкоду уже втО­ когда думаешь, заботишься;

переживаешь не за себя, роклаССНIIIОМ. Больше от первой учительницы в памяти собственная жизнь как бы затушевывается и тут уж не его с годами ничего не OCTa_~OCb, но, видно, была она до сравнении и сопоставлений. А может, дети для матери, доброй женщиной, потому что от жакета ее, кажется, и их удачи и неудачи - это и есть ее собственная жизнь? сегодня веет теплом, стоит лишь вспомнить бревенчатую 11.111, напротив, так давшие нам жизнь убегают от самих шкоду с холодной печью в коридоре.

себя, оставшись памятью в своем прошдом, где были дет­ На УJ(ице было ПРОМОЗГ,10 и сыро. Трамваи не ходи­ ство, юность, первая и последняя дюбовь, где казадось, ли, и Сдавка с матерью тащи,~ись пёхом, вдоль домов и что будущее судит безоблачную вечность. домишек деревянных, связанных между собой серыми за­ Отец не увидел во мне своего будущего, а в веч­ борами, потом мимо домов каменных, трехэтажных, за­ (:ость, не подтвержденную при жизни, он не верид. Стран­ тем по девую руку потянулась железная ограда, за ко­ r но, но я сегодня его ровесник. лядишь, скоро догоню торой и простерся парк, куда он позже будет бегать в возрастом 11 деда, а дед погиб в Подьше. будни бесплатно.

- Тоже, видать, не дурак бьш выпить,- сказада как­ - Вот 011, твой интернат,- сказала ~laMa.

т() о нем мама. А дед на единственной сохранившейся у Сквозь голые деревья мокро проглядывлоo кирпичное бабушки фотографии такой: невысокий, крепко сбитый, здание в два этажа, за ним высилось другое, уже четы­ стоит он, широко расставив ноги, подде коновязи, одной рехэтажное, без балконов, с узкими окнами-бойницами и рукой придерживая эфес шашки, а другой подкручивая даже изда"чи новенькое бытовой корпус. Шесть лет вислый ус. И иа [олове его ие фуражка с кокардой, как Славка буде', есть его столовой, спать в его палате, IJ у большинства прииртышских казаков того времени, а не­ смотреть в его комнате отдыха телевизор, тогда еще боль­ весть откуда взявшаяся выгоре\lшая будеиновка. К ией шую редкость, Jj мыться в душе будет, н утюжить форму пришита огромная темная матерчатая звезда. По-над об­ в гладильной комнате... И в этом же здании однажды, в резом снимка надпись: «Красный казак Беликов. Омск, закутке кастелянши Дарьи Анисимовны, получит он на г.»

1922 зависть всем роскошное черное пальто с коричневым во­ Бьшо тогда деду двадцатъ два, а погиб он в сорок ротником - шалевым, как его называли. Оно будет Слав­ ке велико, сидеть мешком, и мама скажет: «Может, пусть четыре года, и ни при чем здесь «луженая глотка», про­ полежит с годик, пока походишь в старом?» Славка не сто вино в подвале замка польского графа оказадось от­ равденным, А кто откажется снять YCTaJlocTb после боя согласится и гордо перейдет в новом пальто из бытового добрым глотком вина? - и похоронили весь взвод деда корпуса в учебный, а в субботу, собравшись домой, не как павший в бою, с троекратным залпом в воздух из найдет замечательной обновы в раздевалке. Останется на JIИЧНОГО оружия, а потом по всей дивизии деда и армии, вешалке, когда Rce разойдутся, пальтецо обшарпанное и кургузое, и когда Славка натянет его, руки обнажатся по освобождавшей Польшу, распространиди приказ-инструк­ цию: питаться ТО.1ЬКО с полевых кухонь, водоемами пол", локоть так коротки окажутся рукава.

Ничего, в понедельник отыщем твое, наверное, хо­ зоваться посде проверки, горячитедьные напитки, кроме наркомовской нормы, побоку... Кто считал, скодько убе­ зянн этого пальто взял,- попытается успокоить Надежда Дмитриевна. но пальто так и не найдется, не объявится рег ли красный казак Беликов и его товарищи жизней от коварной смерти, какая хуже пуди, артнадета и,~и бом­ и владе,lеll оставленного взамен.

бежки... Не случайно и похоронку присла,qи: "Пал смер­ Я так и знала,- скажет мама, узнав о пропаже.­ А сколько продуктов вашей Дарье перетаска,1а! - вздох­ тью храбрых». А подробности сообщил сосдуживец деда, выкарабкавшийся из той передряги. нет она и испуганно прикроет рот ладонью сказала лишнее. Но лишь много позже поймет Славка суть выр­ «Мне по молодости лет,- писал ОН,- мензурку всего плеснуди, а все муж ваш и отец ваших детей, Василий вавшихся у нее слов, и тогда по-другому высветятся те набитые сумки, с какими она, бывадо, приходила наве­ Петрович, век буду помнить: у тебя, сказаJ' мне, молоко щать его в IIHTepHaT, поспешные встречи с той же Дарьей еще на губах не обсохло... »

Письмо это н по сей день хранится у бабушки вме­ Анисимовной, после которых сумки непостижимо худели.

сте с ПОХОРО!fками на деда и трех его сыtlвей:: дейтенан­ Такова, наверное, была цена того злополучного пальто­ та ВЯ';

еслава Бедикова, сержанта Александра Бедикова, единственной ЛЫ'ОТЫ, которую ОН было получил в интер­ РЯ;

J.ового Николая Беликова. А мой отец не подошел для нате. Иначе вряд ли бы Исаак ЛЬВОВИ'I поднял шум из-за ИСКЛЮ'lением...

разбитого стекла н пригрозил войны по возрасту.

- А тоже рвался,- всхдипывает бабушка, перебирая - Да, это твой интернат,- повторила мама.

военные рсликвии.-- БОЙЮIЙ был мадьцом-то, Слава, батя На территорию интерната вела широкая асфальтиро­ твой. Я бы, говорит, их бы шашкой, как тятя бедяков. ванная аллея. Славка так и не успел на нее ступить­ из ворот вышла вдруг стройная колонна, все в черном, и А не там его смертушка дожидалася...

башмаки на шагающих были черные и блестящие, не­ Смерть вроде наука, разметавшего тенета и притаив­ смотря на сырость, и подошвы их так ладно отбивади шсгс.:n в ожидании жертвы,- так представлял ось мне детстве. Теперь она видится печальной девушкой в белом. шаг, что и Славке захотелось пр"соединиться к этому строю, пристроиться кому-нибудь в затылок, а то и пойти и чем я становлюсь старше, тем сильнее густеет печаль в ее глазах. И когда она сдедается невыносимой для мое­ во главе, как возглавляющий отряд, делая отмашку адым го сердца, я уже не услышу биения времени, оно про­ флажком.

- Это чтобы машины остаиавливадись, когда они до­ должит отмерять срок других, а для меня наступит пора, рогу будут переходить,- объяснила мама назначение какая была до рождения и какой я не помню. Значит, фдажка.

можно будет родиться снова.

Отряд, гордо инезависимо, промаршировал мимо, на Сдавку никто и не гляну.1. Он долго смотрел ему вслед, Октябрь вовсю уже мел листву по удицам, желтую, а когда отряд скрылся за поворотом, сказад будто через не JЮМКУЮ, не хрустела она под ногами, потому что t!O месяц выдался мокрым, и даже днем подусумрак окуты­ силу маме:

Ладно, пойду я в твой интернат,- и мама, до это­ вал город. В этом полусумраке, без единого солнечного просвета, и тянула мать упирающегося Славку в неведо­ го поникшая, просветлела, поправила прядь волос, вы мый дом со странным названием и н т е р н а т. Славке в бившуюся из-под черного плат((а. " - Знаешь, Слава, тебе здесь будет хорошо,- пообе­ него совсем не хотелось. Он уже привык к школе напротив дома, рядом с тихой речкой Омью, привык к• своей горба­ щала она.

той парте и к тонкому затылку беловодосои Любы. И к Ночь еще держал ась, но звезды уже уснули - это хо­ учитедьнице, Нине Семеновне, в долгополом, крупной рошо было видно в неприкрытый лаз,- когда HaB~pxy вязке жакете, тоже привык. В этом жакете она проща­ послышались тяжедые шаги. Кто-то шед и явно не мимо,.1ась с первым классом, когда Славка его закончил, и Неделя кончается,- сказа.n я.

уже ступил на крышу ЗСМЛЙНКИ, посыпалась земля, но Радик,и Сашка не шевельнулись, дрыхди, обиявшись, а Смотри-ка,- удивился ApTe~I,- не углядел paHЬ~.

у меня от страха не то что рукой шевельнуть - даже го­ Хорошо хоронитесь. Ладненько даже, замечу. И надолго лос пропал. Онемев, лежал SI иедвижно, вслушиваясь в в кроты записались? Или в ПОДПОJIЬЩИКОВ ба.~уетеi:ь?

происходящее над головой, а там вдруг замерло, прита­ Огонь в печке обессилел, РаДI!К подбросил новую пор­ АЛОСЬ. Должно быть, прислушиваJJСЯ и ночной бродяга, цию срезок, в землянке потемне.~о, потом стало светло, бандит какой"нибудь, думалось мне, кто же еще станет как днем. Лицо Артема БЫ,lU грустным.

- Ладно,- сказал ОН.- потом договорим. Только те­ ночью бродить, и хотелось провадиться под землю, хотя, кажется, и ТaI, был под землей. Есди бы не печь, на нас перь вас к себе пр"глашаю. Заодно обломьев насбира­ вряд ди бы кто нарвадся, но она пылада вовсю, я толь­ - негоже материад пере водить, ем больницу ведь строят.

ко что подбросил срезок, зарево из дымохода, конечно Ладненько?

же, и привлекло CTopOHHero. А может, мне показалось? - Ладненько,- повесе,~ели МЫ.

Артем зачем-то поднял руки, пальцы его не достали И тут же, затемнив небо, ухнуло в,qзз:

- Эй, кто там? Вылазь! краев лаза.

Да, высоковато,- сказал ОН.- С.1езть сюда слез, Голос был опреде.~енно баидитский, требовательный, он разбуднл даже Сашку Драчукз с Радиком. но и ою\ а вот вылезти... Пособите-ка, парни,- попросил он, и тут оказались не храбрее меня - молчали, вжавшись в угол. только мы замсти.1И, что вместо ног у него обрубки, об­ шитые кожей.

- Вылазь, а то завалю вашу хибару! - пригрознл - Зна'!Ит, до вечера? - сказал Артем уже наверху.

невидимыЙ.

Мы молча кивнули. Он смотрел на нас снизу, но не - Сидите,- зашептаJJ Радик, когда я было дернv.лея к выходу.- Если полезем, он нас поодиночке зашибет.-­ казался маденьким. И уходи.~ от tlaC, казаJlОСЬ, таlШМ же просторным шагом, каким бежал, наверное, по минному И сказал громко: Сам залазь, КОли смелый...

Незваный ''ость ждать не заставил, провалилси в лаз,...

ПОJIЮ В атаку точно куль, запахло сразу же водкой это ус.!!ышали мы, Вечером мы не СМОГJJИ навестить Артема его сто­ а разг,~ядеть его ие сумели, потому '/то IIСЧJ, за переГОIJО­ [ _.

рожке ночевали у моей бабушки.

рами зачахла, а может, страх застил !'Щ11а.

Сейчас бабушке восемьдесят четыре года, она живет - Ага,- сказал пришелец,- вот, значит, г;

\е мои ма­ на.левом берегу Иртыша, в одном из новых микрорай­ териалы оприходываются! Но не переп, же обратно,- как бы подумал он вслух, и тут же, ПОС.ле треска раЗJJамывае­ онов однокомнатную квартиру в девятиэтажке ей вы­ делили от военкомата ка\( вдове фронтовика и матери мых срезок, загудедо в трубе, пламя озари.~о нашу схо­ трех сыновей, не вернувшихся с воины. Кажется, она ни­ ронку, высветив незнакомца. ОН был широк в плечах, чуть не изменилась с той поры, когда жила в собственном круглолиц, в шапке-ушанке, сбитой на затылок, по лицу доме, в I{BapTa.~e от ОМII - речка Тихая, как переВОДIIТСЯ добр, а ростом непонятен - сидел на корточках. На бан­ Омь с татарского, протеl{ала сразу за шко.НIЙ, куда я в дита, словом, ничуть не походил, и мы ОЖИЛ!I, расправи­ первый раз пришел в первый класс. Бабушка по-прежне­ JJИСЬ. Дядька БЫ,l ЯВНО свойский.

- Испугались? - СЩJQСИЛ он, но ответа не слушал, му скора в движениях, носит долгие и широкие, по каза­ опять спросил: Вы книжку «Как закалялась сталь» чи­ ческому обычаю, юбки, а на улицу, даже в гололед, вы­ ходит в остроносых кожаных и на высоком каблучке са­ тали?

пожках - тоже как водидось в ПРИИРТЫШСI\оЙ казачьей Читали,- сказал я.

станице Усть-ЗаОСТРОВl{а. где она родилась на пеРСJJоме Вот и лздненько,- сказа.п он,- Меня, значит, как брательника Павки Корчагина кличут - Артемом. Д вас? веков и где шестнадцати лет стала мужней женой. К два­ Так мы познакомились с Артемом, сторожем БО,lЬНИЧ­ дцати годам она родила уже трех сыновей, потом подари" ной стройки. ла мужу еще двух казаков, но и им ие доведось баюкать - И что с вами делать, ума не приложу! - размыш­ ее старость: отец мой сгинул под трамваем, младшего ля., Артем, продолжая сидеть на корточках.- Если бы вы брата его, дядю Гошу, я хоронил уже взрослым.

материал для заработка с моей стройки уводили, тогда - Егория-то, видать, тяти моего болезнь съела, тоже дадненько, все ясно: акт и в МИ.~ицию. А тут, оказывает­ так-то мучидся, токо не реза.nи его,- только и сказала СЯ,- ДJJЯ проживу. Опять же в бегах находитесь - как бабушка, когда дядя Гоша, едва выписавшись из онкол!)­ поступить? А это ты зря,- отвлекся он, когда Радик при­ ГН'Iеской клиники, умер. Ни слезинки не уронила Оllа и иа жег ОКУРОК.- Курить, сам знаешь, граМОТIIЫЙ,- здоровью похоронах, но вот после них стала у нее мелко-мелко вредить. Неладненько! трястись го.l0ва.

- А водку пить - JJaдненько? - огрызнулся Раднк. 1( смерти бабушка относится так же просто, как и к - Ишь ты, учуял,- не обидс"1СЯ Артем.- Тол "ко и р,)ждению, по ней - бог дал, бог взял. И о себе говорит не пью я. А что дух от меня такой, так он от втираний. так: «д Я господа нашего, видать, чем-то прогневал.1, про­ Натерся только перед сном, а тут ненароком и глянул сти господи, !шли зажилась так».


На солнечной стене ее комнаты в ряд шесть увеJJИ­ из сторожки из-под земли ПЛ8,МЯ шибает. Как не пойти? чснных портретов - муж и сыновья. В темном углу­ И не по боялись? - вякнул я.

- икона Богородицы. ПотемиеflШИЙ серебряный окдад ико­ А чего бояться-то,- усмехнулся Артем.- Меня на ны в трех местах про штопан медной проволокой - это фронте не убило, пригладило.nишь малость, значит, жив будущий отец мой, когда его не приняли !;

J КОМСО~iOЛ, про­ буду ие помру. Ладненько!

- шедся по нему топором.

У меня отец тоже военный,- СIШЗilJJ Радик, выб­ ПонеСJJа,- вспоминает бабушка,- поруганье такое школу. Дади тогда ему красную корку...

в ВаСИ,lьеву росив окурок.

Воевал? - 1I0интсресовашя Артем. Икону в доме своего детства я не помню, хранилась, Угу,- сказал Радик. оказывается, до поры в сундуке, обитом железными поло­ А на фронте каком?

- сами.

Не знаю, БУРIШУJl Радик.- Я роди.nся, а он от Сундук стоял в кухне, а кухня была такой огромном, что в ней запросто смогли бы уместиться и три жилых нас уже ушел.

- А я на Сталинградском,- сказал Артем.- Недол­ комиаты дома - две спальни и горница, как называла ба­ го, правда. Как нашу Резервную армию туда бросили, так бушку комнату большую. На ночь сундук покрывался ровнехонько трое суток повоевал. На чеТl!сртые уже на матрасом, и он становился моей кроватью. На сундуке барже очнулся - через Волгу везли. этом сп.~ю я и теперь, если остаюсь ночевать в бабушки­ Мы помолчали.. ной квартирке, и он нисколько не уменьшился, ноги по­ А вы давно в бегах-то? спросил, успокоившись, - - прежнему не достают края. Вообще бабушка тяготеет. ко Лртем. всему обширному, объемному, громоздкому, хотя сама Кто он? не поняла мама.

маленькая, юркая. Она, кажется, нисколько не изменилась Спутник.

с мальчишеской моей цоры. А вот дом...

Недавно я специально ходил посмотреть на него­ И вот Славка сидит на самом верху крыши, придер­ каким стал, вспомнить, приступив вплотную К прошлому, живаясь за печную трубу. Отец взял его с собой напере-.

что-либо, возможно забытое. Дом, конечно, я едва при­ кор маме, и он знает почему.

знал, нашел лишь по неизменившемуся номеру. Дом при­ Я покажу ему космос,- сказал отец.

сел, точно старик, на корточки, и завалинка, будто коле­ На груди отца. висит бинокль. к верхней пуговице ни, наполовину скрыла три его окна, выходящие на улицу.

пиджака прицеПJ!ен фонарик, и отец то и дело вносит в В. нем, ясно, давно живут не знакомые мне люди. Я рс­ лучик его света руку с часами.

...

шился и толкнул калитку - Нет, раио еще,- говорит он почему-то шепотом.

Хозяев было трое, они сидели за столом, должно быть, Вокруг Славки ночь, только в небе неподвижно го­ обедали: на столе дымились железные миски ивысилась рят желтые звезды.

горка крупно нарсзанного хлеба. Бедность особенно бро­ Смотри! - встает вдруг отец, ничуть не боясь сор­ салась в глаза по девочке лет семи в застиранной маль­ ваться с крыши, и показывает рукой вверх и немного чиковой рубахе, коротко инеровно подстриженной, бо­ вправо от трубы.- Смотри: спутник!

лезненного вида. Никакого сундука на кухне не было и в - Где, где? - непонятно волнуется Славка.

помине, да он бы и не влез, доставь его обратно от ба­ Отец не слышит его.

бушки, настолько кухня съежилась.

Смотри! говорит ОИ.- Сметри... Теперь это - - _ Я поздоровался, они ответили, совершенно равиодуш­ космос!

но, лишь у девочки заинтересованно блеснули глазенки и И Славка наконец видит: маленькая ТОЧIЩ плывет над тут же погасли под строгим взглядом родителей.

ним меж подвижных звезд.

- Ну? - сказал хозяин, а я стоял истуканом - ДОМ, - Видишь? - все больше волнуется отец. Он смотрит оказалось, нисколько не был мне нужен, дома быстро от­ в бинокль, едва заметно двигая его за спутником.

решаются от бывших своих владельцев, подстраиваясь пОД Вижу! - отвечает Славка восторженно, и смутное настоящих, сегодняшних, и все же что-то цеш(о меня дер­ беспокойство сжимает маленькое его сердце. Он наЙil.ет жало, не давало уйти.

объяснение этому беспокойству почти три десятка лет. - Ну? - повторил хозяин, и тут меня осенило, зачем спустя, когда люди будут уже поглядывать в небо с опа­ я· вернулся сюда 'Iерез столько лет, ия выложил свою ди­ ской...

кую просьбу.

- Теперь глянь поближе... - говорит отец.

Лезай,- равнодушно разрешил он.

. Славка берет бинок,~ь, но, так и не пОймав им спут И я, боясь, что он передумает, выскочил на ушедшее в землю крыдьцо, отыскал на березовой поленнице лест­ ник, возвращаеI: отцу.

Видел? - спрашивает тот.

ницу, точно искореженную ревматизмом, и забрался на Да,- отвечает Славка.

крышу.

Был полдень, солнце стояло в зените. Я терпеливо Спутник теряется в космосе, Славка, страхуемый ОТ­ цом, спускается с крыши. На крыльце их ждет мама, смотрел ему в лицо, не закрывая с,~езящнхся г,qаз, и оно не выдержало, превратилось в маленькую яркую ТnЧI(У... спрашивает:

Видел, Василий?

СлаВI(а,- сказал отец,- сегодня в половине перво­ - Видел, Зина.

А ты? - спрашивает мама Славку, го ночи ои будет пролетать иад иами.

- нрави.лось, как сейчас его ПОМНЮ. ТЫ послушаИ... - й мать и он.8идел,- отвечает за Славку отец.- Мы ви­ читала на память, ровно, точно прозу:

- Расставаясь, го­ ;

дели Космос помолчав, говорит он.

вори.~и мало. Слов запас при расставаньи мал. Только На крыльце меня ждала девочка. чтоб Оllа lIe забывала. Только чтобы он не забывал. И ког, Ты что смотрел? - спросила она, закинув бледное - да вагонов яркий вал тронулся от южного вокзала, тихо он се ПОll('лова,~. И она его поцеДОIl3.ла, На подножку не­ ЛИ~ИКОi КОСМОС,- ответил я.- Я смотрел К о с м о С.

- хотя вскочив поезда, стучавшего лениво, он махнул ру­ Разве его там смотрят? - сказала девочка, явно - кою, молчалив, и она махнула молчаливо. Так вот и меня щалея.- Его только в телевизоре увидеть можно. расстались навсегда не для обострения сюжета. Просто Я бы тебе показала, только папка давно его в магазин было море, бы,ю лето, им не возвратившие года... Д ведь на юге мы с ним так и не успели побывать,- всхлипну­ снес.

Кого... снес? не поняля.

- - ла мама.

Да те.леВИЗ0Р же, какой непонятливый! тряхнула - - Славка вроде слушал и все слышал, а перед глазами девоч'ка стриженой головкой. стоял отец, он пел, сидя за СТОJlОМ, а напротив сидела - Цыц! появился на крыльце ее отец, и девочку бабушка, подпевая, а между ними стояла бутылка, «суч­ будто ветром сдунуло.- Глянул? - обратился он ко мне. ком» тогда такие называли, уже вторая, и бабушка пила Глянул. и пела вместе с отцом, чтобы составить ему компанию и А очки где? - поинтересова.~ся он как бы походя. отвлечь от горя. Славка знал, что горе случилось вчера, Очки? - прикинулся я придурком. когда ушла мама, забрав с собой младшего его брата, Ну,- сплюнул он мне под ноги.- Чтоб лучше вид- Сашку.

было. - Саньку жалко,- переставая петь и раЗ,1l1вая в - Пошел ты, знаешь... - сказал я тихо, и он тотчас рюмки, вздыхал отец.

сник, а догнал меня уже на улице, обросший и опухший, Ничто, вырастет,- утешала бабушка.- Да и вер­ нется твоя, дай срок, будь оиа неладна! Куда ей напо­ дернул за рукав:

разрешил...

Слышь, дай трояк, а? Глянул ведь, ловину-то не разорваться: СJlавка вон здесь.

А,.,ютом что, бутылку пойдешь сдавать?

- Не вернется, мать,- горева.л Она ведь ска OTel\.,~Ага,-гоготнул он.- Двугривенный на дороге не зала.

валяется. Как раз на булку хлеба. Серую,- уточнил он, и ты сказал,- поджимала губы бабушка,- ТОКО наглея.- И еще,- оглянулся воровато,- может, ты шпи­ г лупости мелешь. Под транвай брошусь! - передразнила ен. На крышу-то зачем лезал? она.- Да кто ж из-за баб с собой кончает?! Вон их вок­ И, уходя, вдруг запел, без слов, но что-то очень зна­ руг скоко, разуй глаза!

комое и совсем не дурашливо. - И брошусь, лягу, к чертовой матери, на рельсы, Ушедшее детство вроде мины замедленного действия - если сегодня, как ей было сказаио, не придет! - гневалсЯ...

иногда оно взрывается отец, пододвигая к себе БУДИJ!ЬНИК.- Вот, уже полдень пробило, еще три часа осталось.

Отец тоже люби,~ петь. Особенно трогала его песня Ну и лягешь,- принималась рассуждать бабушка.­ про то, как кто-то с горочки спустился. Он пе.n ее, рас­ ну и кому '10 докажешь? ИХ 80Т,- ткнула она в Славку считанную на женский го.лос, по-мужски скупо, но с ду­ пальцем,- сиротами ток о оставишь, а она поплачет да шой, прикрыв глаза, подперев подбородOl{.~адоньЮ Н, нового найдет. Послушал бы меня ране, так не ревел бы наверное, предстаВJ1ЯЛ себя в защитной гимнастерке с 30- сейчас, по-иному было. Меня вон как ВаСllЛИЙ, батя твой,.~отыми погонами и с орденом на груди. Ордена у отца, выучил, а ведь токо глянуть на проезжего молодца пос­ правда, не было, но медаль имел ась, золотистая, с профи­ мела. Не рассуждал много-то, как ты,' а взял да и впряг лями Ленина и Сталина и с римской цифрой на лицевой за косы в телегу, да прогна.л под кнутом по всей УСТЬ стороне - ХХХ лет Советской Армии и Флота. 011 полу­ 3аостровке, а она, почитай, три версты. Кости уж его,­ чил ее за три года до рождения Славки, когда еще учил­ прослезилась бабушка,- давно на фронте сгнили, а худого ся в военно-медицинском училище имени Фрунзе - было...

никогда не скажу когда-то такое в Омске. Окончив училище, Oli служил на Давай, мать, споем,- просил отец.

Сахалине военфельдшером. Дга, я счас,- поправляла бабушка платок и на - Там он и прнладился к ней, к проклятой,- пере­ чинала песню:


живала прошлое мать, рассказывая подросшему Славке Вот ктой-то-о с горочки спустился, об отце.- У него огромная бутыль в санчасти стояла, НавеРIЮ, мила-ай мой ядеть...

чистейший спирт, а больных не было, COJlДaTbl всегда здо­ На нем защитна-а- гимнастерка-а,­ ровые, вот 011 и приладился. А может, слава голову ВСКРУ­ подхватыва., отец, прикрыв глаза.

ж!!.~а, у него два стихотворения в окружной газете напе­ она меня-а с ума сведеть....чатали, поэтом себя возомнил, а тут еще дружки-товари­ выводила бабушка.

щи: «Ты, Василий, оказывается, настоящий IIОЭТ, зачем К трем часам, казаJIOСЬ, отец протрезвел.

Все,- отнес он БУДИЛhНИК в горницу.

тебе эту лямку у черта на куличках тянуть, иди в поэты!»

Чо - все? - подхватилась бабушка, взъерошенной И пили вместе с НИМ. Я-то поначалу, г.lупая, думала, что все это пустые разговоры. а потом, гляжу. и ВаСИЛi\Й на­ птицей встав у порога.- Перестань, Василий, дурью ма­ чал поговаривать о демобилизации. Мо.л, и вправду, что яться!

здесь молодость, на Сахалине-то гробить, вернемся в Омск, Да что ты, мать! рассмеялся отец.- Я говорю - дело с моей специальностью и на гражданке найдется, «все», потому 'ПО магазин с перерыва открылся. Сбегаю да и стихи там ЛУ'Iше пойдут, люди другие, СИJIЫ.1итера­ быстренько за «сучком» И вернусь.

Сласка сбегает,- сурово сказала бабушка.

турные. Я, конечно, ни в какую, а тогда он еще пуще стал заг.~ядывать, а тут Саша родился, брат твой, я и побоя­ Ему не дадут, сопливый еще, сама знаешь,- насту лась, что вовсе сопьется, куда мне с двумя, и дала сог­ пал отец.

Тогда Я,- держалась бабушка.

ласие. И армия, как на грех, как раз сокращалась, так что не удерживали. Так вот мы снова в Омск и верну­ Еще чего! - возмутился отец.- Не дури, мать.

лись. НУ" с год отец трезвый ходил, все НОЧII напролет Господи, и за '10 ты казнишь меня, грешную? писаниноii занимаJlCЯ, куда ТОЛЫ(Q ее не НОСIIЛ, и не рас­ заплакала бабушка.

Мама,- ткнулся лицом ей в плечо отец.- Я праВда сылал, а отовсюду одни отказы, да такие, что тут и lIа­ стоящий IIОЭТ в горькую ударится. И пошло все опять по­ вернусь.

Славку хоть тогда с собой возьми,- нашла, пока­ старому, а водка, известно, до добра не доведет. И не залось ей, выход бабушка.

довела... - Мама взДохнула,- Я, конечно, MOn'IY, мало чт;

) - Славку... - отец, кажется, даже вздрогну,q, но тут :1 стихах смыслю, но вот одно мне у твоего отца очень же согласился:

--ХlРОШО,вО3ЬМУ. Пойдем, СЫН,- позвал зад он, а нужно БЫ.10 выложить, как в детстве, все начи­ он, и Славка тотчас соскочил с сундука, и вот они уже стоту, до капельки, без утайки - и о жеНе ушедшей, на улице, в июле, знойном и прозрачном. Всю дорогу отец о сыие, которого 110зво,~яютвидеть раз в 'год, и о том, 'по был молчалив, держа,~ руку на плече сына, а когда пока­ накипело и уже на4а.ло свариваться, как чугун, в груди, зался магазин, спросил неожиданно: не желая ложиться на бумагу,- застынет, потом и отбой­ Ты, Слава, давно в кино не бьш?

- ным молотком не разбить. А ТО,1ИК? Не с того ли все Давно,- загорелся Славка, зная, что так просто - началось, когда они умолчали о главном на пороге зем­ отец вопросов не задает, он всегда был добрым. лянки? Но ведь стоит лишь ступить назад и она по­ Ничего, если я отпущу тебя одного? спросил он, - - явится вновь, землянка, и То.~ик будет медлить с уходом, и что-то неясное, вроде пригашенной надежды, заТ.~ело в ожидая от него, своего друга, единственно верных слов, его глазах. Но Славке едва пошел девятый год, он не на­ ему необходимых: «Толик, останься со мной». И Толик бы учился еще разбираться в человеческих чувствах, поэтому остался, попроси его об этом, он хоте JI. остаться, но подтвердил, что, конечно, и один сходит, здесь «Маяк» не­ не по собственной Иllициативе, мешала гордость, он и далеко, только на горку подняться, а там МИРОвой фильм Мирку-то, как говорят сейчас, в -упор не. видел лишь по­ идет - «Любовь в Симле» называется. тому, что на нее во 'все глаза смотрел он, Славка Бели­ - «Любовь в Симле»,- грустно повторил отец и сунул ков. Равноду.шие Толика было. показное, а, Оllа, девчонка, Славке целое состояние - десятирублевую бумажку, это не понимала этого, да и мы теперь, ВЗРОСЛl~IМ"" мало раз­ рубль по-нынешнему.- ЧТО ж, беги на любовь,- и, не бираемся в таких· играх, у них нет правил. Понимание сказав больше ни слова, не оглядываясь, зашагал в мага­ приходит много позже, и поздно, но соuершенно ли- позд­...

зин, скрьшся за его дверью но, если там, в· детстве, их детстве, и осталось? И он не Потом бутьшку нашли в кармане его пиджака нерас­ сумасшедший, он видит, стоит только захотеть, и. взгорок печатанной, а мать вернулась вечером, опоздав на четыре за территорией ИlIтерната, и землянику, вон дымок вьется, часа. А уже в сумерках в окошко тревожно постучались. Радик, что ли, печку затопил, и труба Драчука слышна­ Славка бросился отпирать калитку, думая, что вернулся призывная! а вечером им предстоит идт.и в гости к Ар­ отец... С тех пор, стоит при крыть глаза, он видит его тему. Еще не поздно, нужно лишь решиться ступить за поющим, а когда эту песню передают по радио или испол­ грань, КЗI{ая не страшнее МИНIIОГО поля;

по которому няют по телевидению, с горочки спускается отец в ладной бегут живые, и все можно будет переиграть иначе...

...

гимнастерке с золотыми погонами Встреча с матерью Шелкова была не столь давней, помнилась до мельчайших подробностей. Вот она уходит, совсем старушка со. спины, волоча IIОГИ, ПО никнув, но не от этого осадок горечи на сердце, а от его бодренького «нормально». Беликов даже зубами скрипнул. Выходило, что 011, такой благополучный, поскольку у него - все нор­ мально, выше Толика, собирающего Iеперь бутылки в под­ воротнях, да еще умертвленного им в одном из последних рассказов. Слава богу, тетя Валя, мать его, кажется, рас­ сказа не читала, но и она заплакала, когда они столкну­ лись случайно на улице, о Толике: «Лучше бы, Слава, он... »

умер -Аты как? - спросила она, немного успокоившись, и тогда-то Беликов пожал плечами:

- Нормально.

- Я рада,- сказала тетя Валя, взДохнув.- Я рада, Слава, что хоть у тебя все нормально. А ОНА как?­ спросила она о Мирке.

Насколько знаю, недавно развелась со вторым му­ жем.

Вот, и ей бог счастья не дал,- опять ВЗДОХllула тетя 8а.ля.- Может, это из-за Толика ее судьба наказы­ вает, ведь любил он ее;

а, Слава? А онз отвернулась...

- Все может быть, тетя Валя,- скаЗЗ,1 Беликов. Ему было странно называть эту женщину, с которой внешне он почти сравнялся возрастом, по-старому, но так уж привык с детства. Другое дело, что он перестал ощущать себя перед ней мальчишкой, не то что с бывшими учителями, с тем же Исааком Львовичем, которого перерос на голову, оставшись, однако, его учеником. Учитедям, наверное, свой­...

ственно оставаться недосягаемыми - Ая Кодю Радионова видела,- сказа.nа, просветлев.

тетя 8аля.- Такой, Зllаешь, весь представительный из себя.

С меда.1ЬЮ. А ведь, помнишь, хулиганом-то каким был!

Да и семейка его... - она покачал а головой, вспоминая, и сделала вывод:

- Вот и верь после этого, что яблоко от яблони иедалеко падает...

Да, тетя Валя, да, да,- отвечад Беликов, по сути ничего не отвечая, и каково было матери Толика, этой славной женщине, невольно тогда сравнивающей их всех, вроде бы определившихся, завоевавших место под солн­ - цем ОДИII даже с медалью! со свонм непутевым сыиом, которым так гордилась! Зачем нужно было ему прикиды­ ватьс.я, маскироваться под благополучного, когда жизнь пошла вразнос, когда нет душе покоя? «Нормально»,- ска «Резцом и кистью» - так иазывалась одиа из вы­ ставок преподавателей художественной школы города Петропавловска, что в Казахстане, той школы, где рабо­ тает отличник народного просвещения художник Васи­ лий Манзя. О его работах можно сказать, что они, кроме того, выполнены еще и душой, а это нечто иное, чем общераспространенное «с душой».

В многочисленных гравюрах, акварелях и монотипиях Василия Петровича запечатлены картины родного края, а родина художника - северный Казахстан. Искусство Манзи светло и лирично, поэтому-то работам художника нашлось место и в музее поэта Сергея Есенина в селе Константиново, знают их в Канаде, они публиковались во многих центральных журналах, и, наконец, по его эскизам выполнены мозаичные панно в далеком монголь­ ском городе Дархан.

Художник в расцвете сил, он много работает, жур­ нал «Уральский следопыт» желает Василию Петровичу и его питОмцам дальнейших успехов в творчестве и учебе.

, ((("' r.I КОСЫ МЕТЕЛИЦЫ в ЗИМНЕМ ЛЕСУ ВЕЧЕР ВЕСНА ИДЕТ ЦВЕТУЩИI't МАI't МАI't._ _ Заветнв" nоnивl П[СflЯ Заветная по Далю значит завещанная, запо­ - ведная, то есть дорогая нашей сыновней памяти.

Напечатанные в нашем журнале мемуарная проза Мих. Осорr'ИНд, уральские рассказы Варлама Шала­ мова вызвали читательский интерес и подвигнули редакцию сделать заветную ПОЛlу книг и рукописей, О flbIrObCKO~\ забытых или насильно отторгнутых от общест­ ва, постоянной на страницах "Уральского следо­ пыта». "Заветная полка" - раздел не только библио­ фильский. Это, как правило, страницы пожелтевшие, но и сегодня тревожащие читательские ум и сердце.

узftUКЕ Читатели «УраJIЬСКОI'О СЛСДОIIыта» IIозпакомились с мемуарной книгой «Времена», принадлежащей перу писа­ теля-зе~НIяка. Следует напомнить, что Осоргин - это ли­ тературный псевдоним. Настоящая фамилия - Ильин. Се­ мейство Ильиных (отец Андрей Федорович, работавший Сергей ИЛЬИН в суде, мать, трое дочерей и два сына, Сергей и Михаил) было хорошо известно в Пер ми, их дом стоял на одной Михаил Никитич Романов, дядя первого царя из из центральных улиц.

дома Романовых - Михаила Федоровича, был заточен Сергей был старше Михаила на десять лет.

В дет­ Борисом Годуновым в ceJIO Ныроб (Нерпа) Чердынского стве будущий писатель обожал своего брата. Сергей Иль­ уезда Пермской губернии. В Ныробе он был посаЖен в ин - действитеJlЬНО незаурядная личность. В осоргинских «Временах» есть такие строки: «Брат был по-настоящему яму в кубическую сажень, Где промучился год и затем скончался. Яма эта сохранилась и до сих пор, равно как музыкален, немного играJ! на рояле и обладал прекрас­ ным баритоном IIрИ абсолютном слухе... » Позднее, окон­ и цепи, в которых был закован боярин-мученик чив университет в Казани, Сергей Андреевич Ильии вер­ Эта песня есть отзвук старинных времен, нулся в город на Каме и стал заметной фигурой в губерн­ Пересказ незатейный былого, ском обществе. Увлечение музыкой не прошло. Он стано­ Пусть напомнит еще раз читателям он вится певцом, хормейстером, бессменным старшиной ме­ Злое дело паря Годунова.

стного музыкального кружка.

Эту песнь донеСJlИ эхо северных скал, Но, пожалуй, еш:е больше Блекли к себе литература Завывание снежных буранов и журналистика. Писать стихи Сергей начал еще в перм:

И преданья суровой страны, где страдал ской гимназии. Печататься стал, когда учился в выпуск­ МихаИJl свет Никитич Романов.

ном классе. В 1912 году пермская общественность отме­ тила 25-летие литературной и газетной деятельности МИХАИЛ НИКИТИЧ НА КУЛАЧНОМ БОЮ С. А. Ильина. Ему было только сорок четыре года. А вско­ ре он умер. Во всяком случае, когда М. А. Осоргин осе­ На Москве на реке снаряжается бой, нью 1916 года навестил родной город (в качестве коррес­ Москвичей удалая забава.

пондента московской газеты «Русские ведомости»), он Там уж взрослые люди теснятся гурьбой, уже не застал брата в живых.

И подростков приспеJIa орава.

Творческое наследие С. А. Ильина краеведами прак, Все густеет толпа. Нетерпеньем горя, тически не.изучено. А между тем оно весьма любопытно:

Ко Кремлю обратились все лица:

ведь Сергей Андреевич был талантливым поэтом и крити­ Дожидают прибытия к бою царя,­ ком. Его стихотворные фельетоны, театральные и музы­ Без иего начинать не годится.

кальные рецензии украшаJIИ страницы пермской периоди· Вот и царь. На привет окружающих он, ки конца начала ХХ в. Можно не сомневаться, XIX П риосанившись, делает легкий поклон что пример старшего брата побудил и Михаила рано И садится, и в то же МПlовенье вступить на писательское поприше.

Знак дает начинать развлеченье.

Нам пока мало известно о взаимоотношениях брать­ И выходят на круг удалые бойцы, ев после того, как Михаил в 1897 году уехал в Москву На подбор крепыши, на подбор - молодцы, поступать в университет. Сергей смолоду подавал БОJlЬ­ Поделили черед меж собою, шие надежды. Не все они оправдались. Может быть, в Приступиди к кулачному бою.

этом отчасти кроется причина того, что во «Временах»

Вдруг тодпа издала дружный, радостный крик, автор почти не уделяет внимания брату.

Встретясь с гостем любезным и милым:

Но есть и факт иного рода. В течение всей скиталь­ То боярин Никита Романов, старик, ческой жизни М. А. Осоргин, как некую реликвию, хра­ Появился с сынком Михаилом.

нил в своем архиве один из первых поэтических опытов Статен был Михаил и могутен, и дюж, Сергея - поэму-балладу «Песня о ныробском узнике», Нрав веселый имел, откровенный, на которой стояла весьма одобрительная пометка кзкого­ Был и добр он, и щедр, и умен, а к тому ж то гимназического преподавателя.

И лицом был красавец отменный.

Публикация «ПеСIIИ О ныробском узнике» (Оllа печа­ И лишь только вступил он с улыбкою в круг тается с незначите.JlЬНЫМИ сокращениями) станет сво­ И привеТIIО окрест огляделся, его рода памятником во славу забытого деятеля IIрОВИН­ Красных девиц сердечки забили: тук, тук, циальной КУЛЬТУРЫ. Текст «Песни» предоставлен редак­ И на щечках пожар загорелся...

ции проживающей в Париже вдовой М. А. Осоргина­ Он не знал себе ровней в кулачном бою, Татьяной Алексеевной Осоргиной, историком, филологом Он с веселою шуткой, со смехом И библиографом.

Проявлял богатырскую силу свою, Олег ЛАСУНСКИй Но не думал кичиться успехом.

Печатается в сокращении «Уральский следопыт» ~2 7 Ранним утром, плывя по реке, погляди Всех Романовых чтили за их доброту, На ИЗВИ,1ИНЫ верхнего плеса:

За правдивость. за ум, за речей прямоту.

Облака там ночуют на МОЩИОй груди, И издавна их род бдагородный Награждался любог.ью народной. На груди ведикана-утеса.

Вот одио, отде,1ИВШИСЬ, по небу плывет, Словно чайка в лазоревом море, БОЯРСКИй ПИР В ХОРОМЕ БОРИСА И как будто прощанье посдеднее шлет, Во дворцовой палате за общим столом Исчезая в небесном просторе.

Царь Борис Годунов со бояры;

В темных дебрях тайги много зверя живет:

Виночерпии сладким заморским вином Волки, белки, медведи, куницы;

Наподняют бокалы и чары.

Много водится дичи различных пород;

По желанью царя Государев Совет, Есть задетные певчие птицы.

Завершивши дневные заIlЯТЬЯ, Перед зимней порой на вершине скалы, Приглашен БыJI в хоромы царя на обед;

На условденном ранее месте, В том числе и Романовы-братья, С гор соседних слетев, собира.JiИСЬ орлы, За трапезой вначале БыJla тишина, Чтобы выслушать ворона вести.

Но потом, как кончатьс!! обеду, Черный ворон сказал, что летал прошлый день Царь Борис и бояре, испивши вина, Он туда, где издох коеводни 2 одень, Повели ОЖИВ,Jенно беседу.

Думал тушу оленью проведать, Говорили они о волненьях в Литве, Чтобы падалью той пообедать.

О старинных врагах своих - шведах, И, когда продетал он лесную тропу, О количестве хдебиых запасов в Москве, Что от чердынских весей ведет на Нерпу', О сибирских бескровных победах 1.

То по ней подвигалися дюди Кто про что говорил - и понять мудрено, Не с родни ни вогулам, ни чуди.

Разговоры велись бестолково, Незнакомые люди! На конях верхом, Но не слышалось в этом пиру ни одно По тропе, и ддя пешего трудной, Михаида Никитича слово.

Пробирались они шаг за шагом, гуськом, Погружен в золотые мечты, он молчал, Провожая возок многопудный.

Допивал полегоньку свой кубок Тот тяжедый возок чуть не шесть лошадей И, казалось, еще на губах ощущал Волокли по болотному илу;

Поцелуй нежных девичьих губок.

Утомленье сковало и их и людей, Вспоминалась ему многозвездная ночь, И плелися они через силу.

Сад боярский, большой и. тенистый, И начальник отряда и слуги его И красавица Таня, боярс':,ая дочь, " Все в московское, слышь ты, одеты ШИТDО;

С пышной грудью, с КОСОИ золотистои.

Не в оленьи тюни, не в лузаны, Вспоминадись слова беззаветной любви, А в пимы из шерсти, да в кафтаны.

Милых губок пленитедьный лепет, Нашим ныробцам также они не сродни:

От которых огонь зажигался в крови Их оружье - пищаль и секира, И все тело охватывал трепет. Словом, все указует на то, что они Вспоминалось ему, как вчера в том саду, Пришлецы из далекого мира.

На условном свидания месте, Старый ворои добавил. окончив рассказ, Целовал он ее, говорил, как в бреду, Что решил он с сынками своими Речи сладкие милой невесте.

Не спускать с этих пришдых людей своих г лаз Порешил он тогда же, что счастье свое И сдедить потае~!Ио за ними.

От людей ему нечего прятать, Что пора в дом Танюши идти и ее ЗАТОЧЕНИЕ БОЯРИНА В ЯМУ Поскорее открыто засватать...

Ныробчане, узнавши в пришедших стрельцов, Вдруг царев на себе он почувствовал ВЗ1'ЛЯД­ Поспешили в домах затвориться, Будет помнить он взгляд тот до гроба Но начальник отряда послал к ним гонцов В этом взгляде в смешении страином горят С приказаньем немедля явиться.

Зависть, ненависть, робость и злоба!

Ныробчане, страшась отказаться. пришли.

И вздрогнул Михаи.ч, но тотчас же Борис, - Здесь,- сказад им начальник отряда, Увидав, что Романов очнулся, Указуя на рыхдый участок земди, На мгновенье потупнд глаза свои вниз Вырыть яму глубокую надо.

И скорей от него отвернулся.

Не осдушались робкие юоди и тут, Для сынка своего царь опасным нашел Каждый вынес из собственной хаты, Михаила - любимuа народа:

Что имед он: железный брусок или прут.

«Вдруг да сядет, по смерти моей, на престол Заостренные кодья, лопаты.

Сей юнец из Романовых рода!.. »

Заработали. Каждый до нитки про мок, Подневодьным трудом утомленный, ССЫЛКА МИХАИЛА НИКИТИЧА В С. НЫРОБ И на близко стоящий секретный возок ПобежаJJ ветерок по вершинам десным, Робко взгляд устремлял изумденныЙ.

И гулливо они зашумели, Вот уж яма готова. размером в сажень...

Сон тайги потревожили шу'llОМ своим Солнце спряталось. Стало морозно.

Кедры, сосны да пихты и ели. По земле пробежала вечерняя тень, Над серебряной лентою Кол вы-реки Небеса принахмурились грозно.

Возвышаются камни-громады, Молча ныробцы ждут: что-то будет теперь...

С них сбегают стремительно вниз ручейки. Вдруг, по знаку старшого, стредьцами И ревут, и бурлят водопады. у возка отворилась дубовая дверь, Каждый камень-гигант, словно замок какой, Запертая двойными замками.

Обнаженной стеною отвеса Все дышать перестади: ОСIIЛИЛ их страх, Возвышается властно над горной рекой, Превратил в неподвижных чурбанов;

А вверху словно шапка из леса.

2 На днях - - 3 Нерпа Нырпа Ныроб так же. как Парма­ Например. основание города Томска и других городов.

I Перма Пермь (3десь и далее примечания С. А. ИJ1ьина.- Ред.) Дни идут. Вот уж год Мhновал чередой, ИЗ IIOOIШ же ВЫХОДИТ, закован·в цепях, Как Сюярин находится в яме:

Михаил свет Никитич Романов!

Не удалый боец, богатырь молодой, Взор отвагой торит;

на младое чело А старик изможденный пред нами!

Роковою печатью раздумье легло;

На губах обозначилась складкой Уж не слышно иад ямою детских речей, Горечь думы о жизни несладкой. Не глядит в нее детское око:

Подсмотрели стрельцы подаянья детей Оглядевшись вокруг, он на яму взглянул И ребят наказали жестоко.



Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 6 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.