авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |
-- [ Страница 1 ] --

Книга посвящена вопросам, по которым в современной ис-

торической литературе отсутствует единое мнение: выяснению

причин возникновения сибирского областничества как течения

общественной

мысли, вскрытию его классовой сущности и

эволюции, определению места и роли сибирского областниче-

ства в общественном движении России 2-й половины XIX в.

В книге исследуется главное направление областничества,

прослеживается процесс становления и эволюции обществен-

но-политических взглядов его идеологов — Г. Н. Потанина я Н. М. Ядринцева, анализируется их общественная и публици стическая деятельность на протяжении 60-х — начала 90-х го дов XIX в.

Состоит книга из введения, трех глав (Возникновение си бирского областничества, Областники в Сибири в 1863 — —1868 гг., Эволюция сибирского областничества в 70-х — начале 90-х годов XIX в.) и заключения.

Книга рассчитана на научных работников, преподавателей вузов и школ, на студентов гуманитарных вузов, а также на широкий круг читателей, интересующихся историей Сибири, вопросами общественного движения в ней.

Ответственный редактор — доктор исторических наук, профессор И. М. Разгон ПРЕДИСЛОВИЕ Монография М. Г. Сесюниной «Г. Н. Потанин и Н. *М. Яд ринцев -как идеологи сибирского областничества, (к вопросу о характере сибирского областничества 2-й половины XIX в.)»

посвящена одному из интереснейших вопросов истории и куль туры Сибири.

Сибирское областничество как одно из общественных тече ний в истории Сибири не может не явиться предметов особого интереса в наши дни. Ставшее накануне Великой Октябрь ской социалистической революции, в дня установления Совет ской власти, в годы гражданской войны не только реакцион нейшей идеологией, но и контрреволюционной практикой, си бирское областничество не могло не привлечь внимание исто риков Сибири.

Если сибирское областничество последнего периода "своего существования стало явлением не только реакционным, но и ярко контрреволюционным, о чем сейчас нет и споров, так как вождь, идеолог областничества Г. Н. Потанин и его едино мышленники боролись против установления Советской власти в Сибири, связали себя с контрреволюционным Временным сибирским правительством и правительством Колчака, то си бирское областничество более раннего периода и деятель ность Г. Н. Потанина и Н. М. Ядринцева этого периода оцени ваются в советской.исторической литературе по-разному.

Некоторая часть историков и литературоведов склонны рассматривать деятельность Потанина и Ядринцева в период зарождения идей областничества и на протяжении всей вто рой половины XIX века как явление прогрессивное, т. е., по существу, отвечавшее интересам Сибири, а следовательно, и всей страны.

Оценка самого областничества и общественной деятельно сти Потанина и Ядринцева, данная в некоторых работах, не только сближает идеи областничества,и его идеологов с рево люционными демократами, но идеологи этого движения рас сматриваются как революционеры-демократы, ученики и по следователи В. Г. Белинского, Н. Г. Чернышевского, Н. А. Добролюбова, а само областничество — как одно и* проявлений революционно-демократического движения.

В широкой дискуссии, развернувшейся по этим вопросам,, принимал "участие и автор данной монографии. В ней эти проблемы разработаны наиболее полно. Читатель может глу боко разобраться в существе самого вопроса и дать оценку областничеству и его идеологам на основе крупного серьезно го труда.

М. Г. Сесюнина провела большую работу в центральных государственных и местных сибирских архивах. К таким круп ным источникам, какими являются работы Потанина и Ядрин цева, а также других, близких им литераторов, публицистов и историков, посвящавших' свои работы вопросам областни чества, она добавила коллекцию неопубликованных архивных документов, давших ей возможность в совокупности с други ми материалами и опубликованными источниками осветить картину общественной жизни Сибири второй половины XIX века и провести анализ работ и взглядов идеологов областни чества в сравнении с революционно-демократическими идеями России этого периода, с высказываниями самих революционе ров-демократов по-вопросам, связанным с проблемой област ничества.

М. Г. Сесюнина наказала, что само областничество, ни в коем случае не могло яв.иться и не являлось прогрессивной идеей, не могло и не являлось выражением народничествд на сибирской почве.

Автор монографии на основе большого количества мате риалов показывает реакционную сущность идеи сибирского областничества в самый 'момент зарождения, когда, оно было прямо связано с идеей полного отрыва Сибири от Россия, с идеей превращения Сибири в самостоятельное государство типа Соединенных Штатов Америки.

В монографии очень обстоятельно показано, что Сибирь, исторически являясь частью страны, была связана с судьба ми всей страны и только вместе со всей страной могла изме нить свое положение.

Автор монографии показывает эволюцию областнических идей и деятельность Г. Н. Потанина и Н. М. Ядринцева как идеологов областничества с момента его зарождения до пред дверия первой русской революции. Само сибирское областни чество ничего общего не имело с идеями революционных де мократов, и идеологи областничества, Г. *Н. Потанин и Н. М. Ядринцев, никогда не были и не могли быть революци онными демократами.

Анализируя их идеологию и деятельность, автор приходит к правильному выводу, что с самого зарождения областниче ства его идея была реакционной и идеологи, областничества были не чем иным, как типичными, буржуазными либералами.

Она правильно указывает в своей работе, что в отличие от российских либералов, выступавших против революционного демократизма и революционных демократов, буржуазный'ли берализм Потанина и Ядринцева был еще более реакцион ным, так как к либерализму примешивалась еще реакционная идея отрыва Сибири от России.

Сибирское областничество в конечном счете уже в 70-х годах, т. е. в пору расцвета революционного движения в Рос сии периода «Земли и Воли» и «Народной воли», выродилось в типичный реформизм. Полный отказ от революционных дей ствий стал основой его идеологии и практики.

Областничество и его идеологи были врагами революцион ного движения не только в годы первой и второй русских ре волюций, не только врагами социалистической революции, они были врагами всего революционного движения и всех рус ских революционеров, начиная с появления самой идеи сибир ского областничества. Это хорошо показано в исследовании М. Г. Сесюниной.

Читатель книги убедится, насколько животрепещущи).;

до сих пор является вопрос об оценке сибирского областничест. ва в первые десятилетия его существования. Антиисториче ские попытки гальванизировать исторический труп областни чества, найти хотя бы в раннем областничестве.какие-то про грессивные идеи в свете общей революционной истории стра ны представляются нам несостоятельными.

Работа М. Г. Сесюниной проливает свет и на некоторые стороны- весьма туманных биографий основоположников си бирского областничества. М. Г. Сесюнина, безусловно, права, утверждая, что как Ядринцев, так и Потанин подавали лич ные прошения на имя царя об их помиловании. До сих пор в литературе господствует утверждение, что^освобождение из ссылки Потанина было связано лишь с ходатайством извест ного географа П. П. Семенова. Известно, как русские револю ционеры-разночинцы и последующие поколения ' революцио неров относились к «подаванцам-», т. е. к тем политическим, осужденным царским судом, кто подавал прошения на цар-" • с»ое имя с нижайшей просьбой о помиловании. Они с презре нием выбрасывались из среды революционеров. Но в данном случае и этого не нужно было делать. Никогда ни Н. Г. Пота нин, ни Н. М. Ядринцев не были революционерами. Совершен «но четко в работе показаны уход Потанина от активной обще ственной деятельности и трагедия Яяринцава, разуверивше гося в конце своей жизни в возможности осуществления идеи областничества.

Из работы видно, что идеологи областничества не могли не заметить, что реальное, положение в Сибири и обществен ное, движение в ней идут в сторону, совершенно противопо ложную идеям областничества. Автор прав, что ни одна соци альная сила в Сибири не поддерживала областничества. Об этом неоднократно на протяжении всей истории областниче ства признавались Потанин и Ядринцев.

В работе проанализировано отношение областников к воп росам экономического развития в Сибири, к земству в Сиби ри, к политической ссылке, IK вопросам колонизации Сибири и отношение к местным коренным народам. М. Г. Сесюнина обоснованно показывает,.это к этим вопросам областники от носились и разрешали не с точки зрения революционного под хода, не исходя из интересов всей страны и интересов револю ционного движения в стране против царизма, а наоборот, ис ходя из своих узкоместнических областнических взглядов.

Они рассматривали все эти вопросы только лишь с позиции интересов сохранения несуществовавшей «самобытности»

Сибири и противопоставления Сибири всей стране. Это и явилось причиной провала всех надуманных областниками особых путей развития истории Сибири.

Во введении к, работе автор дает вполне достаточный ис ториографический и источниковедческий обзор. Читатель познакомится с основными работами, посвященными в 'той или иной степени данной теме, а также с основными архивны ми документами, хранящимися в центральных и местных ар хивах. Большое количество этих документов автором впервые введено в научный оборот.

Не всегда автор является последовательным. М. Г. Сесю нина пытается в некоторых случаях найти какую-то середин ную позицию между теми, кто считает на раннем этапе раз вития идеи областничества прогрессивными, а самих идеоло гов4 его, Потанина и Ядринцева, — представителями револю циомно-демськратического течения, и собой, которая правиль но.рассматривает идеологию областничества с самого начала как идеологию реакционную" и идеологов- областничества не как революционеров-демократов, а как типичных либералов.

Эта сторона работы, которая дает себя знать в некоторых оценках как исторических событий, так и действий самих об ластников, не является убедительной. Следовало бы показать отношение Потанина и Ядринцева к начавшемуся студенче скому движению в Сибири, которое, как известно, ничего об щего' с идеями сибирского областничества не имело, а было частью единого общероссийского движения.

Автор.говорит об отношении идеологов областничества к марксизму, но к сожалению в работе отсутствует показ отно шения областников к зародившемуся социал-демократическо му движению самой Сибири.

Нет сомнения, что исследование М-. Г. Сесюниной будет встречено исторической общественностью с большим интере сом. Оно поможет выяснению многих вопросов, связанных с идеологией сибирского областничества и общественно-полити ческой деятельностью его основоположников — Г. Н. Потани на и Н. М. Ядринцева — во второй половине XIX века.

Доктор исторических наук, профессор И. М. Разгон.

ВВЕДЕНИЕ История Сибири является составной частью истории на шей Родины. За последние годы советские историки продела ли большую работу, создав пятитомную Историю Сибири, но целый ряд проблем продолжает оставаться недостаточно ис следованным. К их числу относится сибирское областниче ство. В советской исторической литературе нет единого мне ния по поводу его классовой сущности, места и роли в обще ственном движении страны 1 ).

В постановлении ЦК КПСС об основных направлениях на учно-исследовательской работы Института истории СССР Академии наук СССР ставится вопрос о необходимости сосредоточить внимание на разработке вопррсов развития в дореволюционной России общественной мысли и культуры русского и других народов2). Без всестороннего изучения си бирского" областничества 2-й половины XIX в. невозможно дать не только полную и достоверную картину общественного движения" Сибири указанного периода, но и решить целый ряд вопросов, связанных с ее пореформенным развитием;

нельзя понять расстановку классовых сил, общественные и партийные группировки в Сибири накануне и в годы первой русской революции. Изучение истории сибирского областни чества, анализ работ его идеологов — Г. Н. Потанина и Н. М. Ядринцева вскрывают закономерность эволюции сибир ского областничества от либерализма к реакционности и в дальнейшем — к прямой контрреволюции втоды борьбы за власть Советов и гражданской войны в нашей стране.

Первая пойытка дать марксистско-ленинский анализ и оценку программы и деятельности сибирских областников бы-.

ла предпринята в 1912—1916 гг. представителями сибирских ') См. История Сибири. Т. 3, Л., 1968, стр. 8—9, 15.

) «Вопросы истории КПСС», 1969, № 4, стр. 3—4.

большевистских организаций М. К. Ветошкиным, В. "А. Вати ньщ (Быстрянским), Н. Ф. Чужаком (Насимовичем) 3 ). Они верно вскрыли несостоятельность основы сибирского област ничества — утверждения о наличии в сибирской жизни осо бых интересов, отличных от общероссийских, показали реак ционность противопоставления Сибири всей России. Не отри цай заслуг Г. Н. Потанина и других областников в области культурной и просветительной работы в Сибири, в изучении целого ряда вопросов ее истории, авторы отмечали присущую областникам на всем протяжении их деятельности местную ограниченность, отрицательное отношение к революционному движению европейской части России, упорное нежелание при знать необходимость коренной революционной ломки сущест вующего общественно-политического строя. В, А. Ватин и Н. Ф. Чужак первыми определили либерально-буржуазную сущность раннего областничества.

Все* эти верные оценки сибирского областничества XIX в.

и деятельности его представителей не были подкреплены до статочными аргументами из истарии самого областничества.

В тех условиях это было весьма затруднительно и не являлось для авторов непосредственной задачей, так как работы их имели цель: исходя из задач развития классовой борьбы, по казать контрреволюционный, реакционный характер "чювре менного им областничества, представлявшего к тому времени значительную опасность для освободительного движения* После Великой Октябрьской 'социалистической революции в 20—40-х годах вопросы, относящиеся непосредственно к ис тории сибирского областничества и деятельности /его предста вителей, разрабатывались В. Д. Вегманом, Г. В. Круссером, Н. Ф. Чужаком, В. И. Николаевым, М. А. Гудошниковым, А. Терентьевым, Н. Степановым 4 ). Каждая из работ перечис -3) М. К. В е т о ш к и н. Местные нужды и сибирская парламентская группа. «Современный мвр», 19:12, № 7;

Сибирское областничество. Там же, 1913, № 3;

В. А. В а т и н. Юбилей Потанина и Молодая Сибирь. «Си бирский архив», 1915, № 7, 8 и 9;

К юбилею областничества. Там же, № 12;

Метаморфозы. «Багульник», 1916, № 2;

Н. Ч у ж а к. О сибирской и инсг-сибирской интеллигенции. «Сибирский архив», 1913, № 5;

Старое и новое. (Открытое письмо Е. Е. Колосову). «Багульник», 1916, № 2;

К под лввно.чу лицу областничества. «Забайкальское обозрение», 14 марта года, № 10—1,1 и др. Бол'ее подробный анализ этих работ см. М. Г. С е с ю И'и.н.а. Сибирское областничество 2-й половины XIX в. в досоветской исто риографии. Доклады 1-й межвузовской научной конференции по историо графии Сибири, Кемерово, 1970'.

*} В. Д. В е г м а н. Областнические иллюзии, рассеянные революцией.

«Сибирские огни», 1923, № 3;

Г. В. К р у с с ер. Сибирское областничество ленных авторов, имея определенные положительные стороны,, облегчала работу последующих исследователей, но ими не были привлечены важные архивные материалы, что затрудня ло всестороннее изучение проблемы и не позволяло осветить рассматриваемые в работах вопросы СчДостаточной полнотой.

и доказательностью, приводило подчас к ошибочным утверж дениям и противоречивым выводам.

Так, Г. В. Круссер отрывал процесс формирования миро воззрения сибирских областников от общероссийской обста новки того времени, считая идеи областников лишь «резуль татом тех общественных и.хозяйственных условий, IB которых жила Сибирь»;

он-ошибочно утверждал о неизменности об ластничества на всем протяжении его существования. В то же время он верно указывал, что областничество выражало интересы сибирской буржуазии. А. Терентьев относил Пота вина к либераяьно-буржуазшжу ирылу областничества и хо тя отмечал, что Ядринцев «не стал социалистом», а «по мето дам разрешения больших социально-экономических проблем выступал,как типичный реформист», считал возможным гово рить о'сходстве его с революционными просветителями-демо кратами России.

Правильными представляются имеющиеся в работах, по ложения о том, что областничество XIX в. выражало интересы нарождающейся сибирской буржуазии и буржуазной интел лигенции (В. Вешан, Г. Kipyccep, В. Николаев), а его деятели в 60-х годах были объективно идеологами буржуазного капи талистического развития (Н. Степанов). Ценными являются выводы Чужака о явно либералистских подходах деяте лей областничества к разрешению социально-политических проблем, о приверженности областничества на всем протяже нии его существования к буржуазному либерализму. Соответ ствуют действительному положению вещей выводы о том, что революционные стремления областников «были заглушены в зерне» (М. Гудошников), а их деятельность разбивалась в по данным следственной комиссии 1865 г. Известия Западно-Сибирского от дела Русского географического общества. Омск, т. IV, 1924—d925 гг. и т. V, 1925—1926 гг.;

Сибирские областники. Новосибирск, 1931;

Н. Ф. Ч у ж а к.

Ссылка и областничество. «Сибирская ссылка», М., 1927;

В. И. Н и к о л а е в. Сибирская периодическая печать и политическая ссылка. «Катор га и ссылка», 192Й, № 4, 6;

Н. С т е п а н о в. П. А. Словцов (У истоков сибирского областничества), Л., 1935;

А. Т е р е н т ь е в. Н. М. Ядринцев.

«Сибирские огни», 1934, № 6;

М. Г у д о ш н я к о в. Классовая природа областничества. «Будущая Сибирь», Иркутск, 1931, № 1. Е г о же. Кан дидатская диссертация— «Общественно-политические взгляды Н. М Яд ринцева». Иркутск, 1941.

русле легальной культурнической деятельности (М. Гудошни ков, Н. Чужак), в которой отмечаются заслуги областников (В. Николаев,'Н. Чужак, Н. Степанов). Авторы верно отмеча ли реакционные: стороны областничества XIX в.: противопо ставление Сибир и России, стремление выделить интересы Си бири из общероссийских, изолировать ее от центра (М. Гу дошников, В. Николаев, Н. Чужак), обращали внимание на ведущее значение в идеологии областников сепаратизма (Н. Степанов, Г. Круссер). Но нельзя согласиться с М. Гу дошншшвым в оценке.классовой сущности областничества 60—90-х годов, он сводит ее к выражению интересов мелкого производителя, а превращение сибирского областничества в разновидность либерализма относит лишь к периоду после 1905 г. Ошибочным представляется отнесение Н. Степановым областников 60—70-х годов к социалистам-утопистам народ нического толка.

В конце 1940-х — начале 1950-х годов М. К. Ветошкин, говоря о сибирском областничестве периода первой русской революции, подчеркнул, что оно стало не тем, каким было в 60—70-х годах. Соглашаясь с подобной постановкой вопроса, нельзя согласиться с автором в определении Ядринцева. как «революционного сибирского демократа», революционного народника. М. К. Ветошкин не приводит никаких веских дово дов в подтверждение своего мнения, лишь противопоставляет Ядринцеву «эпигонов областничества», отрицавших наличие классовой борьбы в сибирской деревне, доказывавших соци альную однородность сибирского крестьянства ). Но признание Ядринцевым наличия земледельческой кабалы и классового расслоения в сибирской деревне отнюдь не дает еще основа ния причислять его к революционным демократам.

В 1950—60-х годах целый ряд исследователей, не ставив ших изучение областничества XIX в. своей непосредственной задачей, обращаясь к вопросам истории и литературы Сиби ри, не могли оставить вне поля зрения ни областничества, ни трудов его идеологов ). Расширяется круг источников, привле ) М. В е т о ш к и н. Очерки по истории большевистских организаций и революционного движения в Сибири (1898—1907 гг.). М., 1953, стр. 9.

) Рукописи канд. диссертаций А. П. Бсфодавкина (Публицист С. С. Шашков и его исторические взгляды. Томск, 1950) и Н. В. Бли нова (Возникновение социал-демократических организаций в Сибири.

Томск, 1962);

Я. Р. К о ш е л е в. Русская фольклористика Сибири (XIX— начала XX вв.). Томск, 1962;

Г. Р а п п о п о р т. Страницы литературного прошлого. Барнаул, 1958;

Б. П. К. о з ь м и н. Из истории революционной мысли в России, М., 1961;

И. М.. Р а з г о н, М. Е. П л о т н и к о в а.

Г. Н. -Потаили в годы социалистической- революции я гражданской войны каются новые архивные материалы, что способствует более глубокому подходу к определению классовой сущности обла стничества и характера деятельности его представителей. ;

В работах правильно ставится вопрос о воздействии на.

формирование мировоззрения областников общественного подъема 60-х годов XIX в. как его революционно-демократи ческого течения (Я. Р. Кошелев, Ю. С. Постнов), так и либе рального (И. М. Разгон);

говорится о том, что объективно идеи областничества соответствовали.интересам сибирской буржуазии (Б. П. Кузьмин, Н. В. Блинов, Г. Ф. Кунгуров, Н. А. Атамановская);

указывается на либерально-буржуаз ную суцщоеть сибирского областничества XIX в. (А П. Боро дайкин, Н. В. Блинов, Б. П. Козьмин, И. М. Разгон). Авторы обращают внимание.на наличие политического сепаратизма в областничестве в период его становления (А. П. Бородав кин, Я. Р. Кошелев, И. М. Разгон, Ю. С. Постною), на огра ниченность местными сибирскими интересами и нуждами (Б. П. Козьмин, Г. Ф. Кунгуров, Ю. С. Постнов). Г. Раппопорт высказывает суждение, что Ядриицев «не был ни социалис том, ни революционером». Я- Р. Кошелев, делая верный вы вод, что областники даже в раннюю пору своей деятельности «не поднимались до признания необходимости коренного пе реустройства общества на социалистических началах», в то же время высказал предположение d подготовке областника ми революционного подполья в Сибири после возвращения их в начале 60-х годов в Сибирь.

В работах 50—60-х годов справедливо отмечается привер женность областников к буржуазному реформизму, отрицание ими необходимости коренного переустройства общества рево люционным путем, подчеркивается большой вред лежавшего в основе областничества противопоставления интересов Сиби ри интересам России в экономической, общественно-политиче ской и культурной жизни, реакционность упорных попыток об ластников изолировать Сибирь (Н. А. Атамановская, Н. В. Бли нов, А. П. Бородавкин, Б. П. Козьмин, Г. Ф. Кунгуров). На ряду с этим авторы отмечают заслуги областников в культур но-просветительной работе, их положительный вклад во многие области научных изысканий.

в Сибири. Сб. «Вопросы истории Сибири», вып. 2, Томск, 1965;

Г. Ф. К у н г у р о в. Сибирь и литература. Иркутск, 1965;

Ю. С. П о с т н о в. Литера тура Сибири 70-х годов XIX в. в оценке Г. Н. Потанина. Известия СО АН СССР (Обществ, науки), № 5, вып. 2, Новосибирск, 1966;

Н. А. А т а м а н о в с к а я. О фельетонах Н. М. Ядриицева. Ученые записки Барнауль ского ifoc. лед. ин-та, т. VI, вып. 1,-Барнаул, 1968.

• В течение последнего десятилетия опубликованы работы, специально посвященные вопросам сибирского областничест ва XIX в. или освещающие его в связи с восстанием польских ссыльных на Кругобайкальском тракте в 1866 г. 7 ), а также касающиеся областничества XIX в. при сосредоточении глав ного внимания на различных аспектах областничества XX в.8).

В работах С. Ф. Коваля и Н. А. Лапина сибирское област ничество 60-х годов XIX в. выдается за безусловно револю ционно-демократическое направление в общественном движе нии Сибири, его деятели представляются учениками и после дователями Н. Г. Чернышевского, сибирскими революционе рами, создавшими якобы сибирскую революционную партию, активно подготавливавшую восстание против самодержавия с целью распространения его на всю Россию и имевшую тес ные связи как с революционными организациями России, так и с польскими в. Сибири. Не давая должной оценки безуслов но реакционной областнической идее отделения Сибири от России, авторы рядом оговорок оправдывают ее, видят в ней лишь «средство для воспитания местного патриотизма»;

С. Ф. Ков-аль считает ее тактическим средством, соответству ющим революционным планам российских революционеров.

Несколько сдержаннее, но примерно в том же плане,, как С. Ф. Коваль и Н. А. Лапин, освещает деятельность обл-аст ) С. Ф. К о в а л ь. Революционная деятельность польских поли ских ссыльных в Сибири в 60-е годы XIX в. Сб. «Экономическое и обще ственно-политическое развитие Сибири в 1861 —1917 гг.», Новосибирск, 1965;

За правду и волю. Иркутск, 1966;

Характер общественного движения 60-х годов XIX в. в Сибири. Сб. «Общественно-политическое движение ч Сибири в 1861—1917 гг.», Новосибирск, 1967;

История Сибири,- т. 3-,'Л., 1968, стр. 130—150, 159—170;

Н. А. Л а п и и. Гражданская казнь в Омске 15 мая 1865 г. «Вопросы истории», 1966, № 9;

Революционио-демократиче г кое движение 60-х годов XIX в. в Западной Сибири. Свердловск, 1967;

Н. П. М и т и н а. Русско-польские революционные связи в Сибири и Коуго байкальское восстание. Автореферат канд. диссерт. М., 1965;

«Во глубине сибирских руд». М., 1966;

В. Г. М и р з о е в. Историография Сибири. М., 1970;

В. К о р ж а в и н, В. М и р з о ' е в, Н. Я н о в с к и й. К характеристике сибирского областничества. «Сибирские огни», 1971, № 12;

М. Г. С е с ю н и н а. К вопросу о возникновении сибирского областничества. «Вопросы истории Сибири», вып. 2, Томск, 1965;

К вопросу об эволюции сибирского областничества (70-е — начало 90-х годов XIX а.). Там же, вып. 3, 1967;

Сибирские областники на следствии и суде в 1865—1868 гг. Там же.

вып. 5, 1970.

) М. Б. Ш е и н ф е л ь д. Сибирское областничество и борьба с ним марксистов в периодической печати в годы первой мировой войны. «Из ис тории Сибири», вып. 1, Красноярск, 1969;

Проблема истории Сибири в об ластничестве в начале XX в. Там же, вып. 3, Красноярск, 1970.

киков во главе с Потаниным и Ядринцевым в 60-х годах XIX в. Н. П. Митина. Идеология главных деятелей областни чества, как и программа его в 70-х годах, объявляется С. Ф. Ковалем народнической (имеется в виду его революци онное направление), только в программе 80—90-х годов он видит зародыш тех иллюзий, «которые впоследствии облек лись в догмы либерально-буржуазного толка», эту программу он считает безусловно прогрессивной.

Ко многому обязывающие категорические выводы С. Ф.

Коваля, Н. А. Лапина и Н П. Митиной в отношении сибир ского областничества XIX в. (и особенно 60—70-х годов) не могут считаться достаточно и достоверно обоснованными и полностью соответствующими действительному положению вещей. Из источников, использованных авторами, не вытека ют выводы, которые они на их основе делают. При исследо saiijiH сибирского областничества XIX в. С. Ф. Коваль, Н. А. Лапин и Н. П. Митина допускают методологические ошибки, которые обусловливают их неверные заключения.

Они рассматривают сибирское областничество не в свете ле нинских положений о наличии в общественном движении России двух исторических тенденций (революциоино-демо йратичеакой и либерально-реформистской), а только с пози ций.выяснения точек соприкосновения его с революционно демократическим направлением, отходят от необходимого анализа соответствия идей и программы областников всему комплексу идей и программ.как революционно-демократиче ского лагеря России, так и русских либералов. Авторы не учитывают-ленинских указаний о необходимости четко раз граничивать борьбу революционную, нелегальную и вообще борьбу «за политический и общественный прогресс»9). Абсо лютизируя наличие призыва к восстанию в сибирских про кламациях, они возводят в ранг революционной борьбы мир ную (Культурно-просветительную деятельность областников, окрашенную весьма умеренной критикой либерального свой ства некоторых сторон существующего правопорядка. Кроме того, ими отождествляются понятия прогрессивность и рево люционность, что приводит к подмене первого вторым при оценке некоторых пунктов программы областников и отдель ных сторон их деятельности.

В. Коржавин, В. Мирзоев и Н. Яновский, соглашаясь в це лом с освещением проблем областничества в третьем томе «Истории Сибири», несколько смягчают даваемую С. Ф. Ко s ). В. И. Л е н и м. Поли. собр. соч., т. 5, стр. 58.

валем общую характеристику областничества, 60—90-е годы в его развитии они определяют расплывчато — как период демократический. Авторы признают наличие в областничест ве противопоставления интересов Сибири Европейской Рос сии. Но если в работе В. Мнрзоева правильно вскрывается экономический корень противопоставления — проявление интересов сибирской буржуазии, выдававшей свои интересы за общенародные, то в статье, написанной им совместно с дру гими авторами, это положение отсутствует и хотя в ней обла стническая теория противопоставления признается несостоя тельной, она фактически оправдывается социально-экономи ческой и политической отсталостью Сибири. Признавая, что для областников главным был антагонизм между Европей ской Россией и Сибирью, а не начавшаяся классовая борьба, что.им была безразлична форма власти в метрополии, говоря о стремлении их примирить под своими лозунгами людей са мого различного социального положения и мировоззрения, о вере Ядринцева улучшить положение трудящихся масс в условиях царской России, авторы считают возможным оце шть областничество 60—90-х годов односторонне. Они дела ют вывод о большой, исторически прогрессивной роли его, считают, что объективно-исторически деятельность областни ков_, несмотря на их сепаратизм, принесла неизмеримую поль зу Сибири, в том числе широким массам трудящихся 1 6 ).

М. Б. Шейнфельд в своих обстоятельных и глубоко аргу люнтирован.ных работая присоединяется -к мнению тех иссле дователей, которые утверждают о наличии либеральных ос нов,в сибирском областничестве с самого начала -его форми рования. Не соглашаясь с Н.' А. Лапиным, «в сущности.сняв шем вопрос.о либеральной эволюции сибирского областниче ства», он рассматривает его эволюцию в последней трети XIX в как все большее выявление либеральной сущности этого идейного течения. Автор справедливо считает, что в тре тьем томе «Истории Сибири» преувеличены революционно демократические черты областничества 60—80-х годов и недо оцениваются его либеральные основы, он говорит о ведущем значении в идеологии областников сепаратизма, который про тиворечил историческому развитию Сибири» 11 ).

Противоречивость суждений о сибирском областничестве, которое не было единым, монолитным течением, свидетельст ) См. указ, книгу В. Г. Мирзоева, стр. 296, 299—301 и указ, статью в «Сибирских огнях», 1971, № 12, стр. 138, 141, 143, 148.

и ^ ) См. указ, работы М. Б. Шейнфельаа. Из истории Сибири, вьга. Г, стр. 4, 7, вып. 3, стр. 56, 59, 73, 96.

• вует о сложности проблемы, о необходимости на основе все стороннего тщательного исследования его при критическом осмыслении имеющихся точек зрения создать обобщаю щую работу по истории сибирского областничества 2-й поло вины XIX в. Но создание ее невозможно без выяснения основ ных ч^ерт, характеризующих его главное направление. Оно бы ло представлено Г. Н. Потаниным и Н. М. Ядршщевым. Не которые различия во взглядах по ряду вопросов областниче ской программы, которые имели место в среде сибирских об ластников', не могут внести существенного изменения в опре деление классовой природы областничества 2-й половины XIX в. Поэтому целью настоящей работы является: показать ироцеос формирования общественно-политичесмих взлядов идеологов сибирского областничества — Г. Н Потанина (1835—1920) и Н. М. Ядринцева (1842—1894), проследить эволюцию их взглядов на протяжении 60-х — середины 90-х годов XIX в., дать анализ и оценку их общественной деятель ности этого периода и на этой основе подойти к выяснению классовой сущности сибирского областничества XIX в. Рабо та не затрагивает их деятельности в области географии, этно-" графин, фольклора, археологии, где они имели определенные заслуги, отмеченные советскими исследователями12).

Хронологические рамки работы (рубеж 50—60-х — сере дина 90-х годов XIX в.) обусловливаются тем, что с середины 90-х годов начинается качественно -новый период в истории Сибири как части России, в которой капитализм перерос в высшую стадию — в.империализм. Строительство Сибир ской железной дороги открывало для Сибири возможности более быстрого включения ее в русло общероссийского раз вития капитализма со всеми вытекающими отсюда последст виями социально-экономического порядка. Сибирское обла стничество, продолжавшее свою эволюцию в новых историче ских условиях, требует отдельного самостоятельного иссле дования.

При написании работы автором использованы материалы, находящиеся в фондах Центрального государственного архм ) Л. П. П о т а п о в. Очерки по истории алтайцев. М. — Л., 1953;

Изучение алтайцев русскими учеными в дореволюционный период. «Ученые залиски Горноалтайского научно-исследовательского ин-та истории, языка и литературы», вып. 2, 1958;

С. А. Т о к а р е в. Николай Михайлович Яд ринцев. В кн.: «Отечественные экономико-географы XVIII—XX вв.» М., 1955;

А. Г. Г р у м м-Г р ж и м а и л о. Г. Н. Потанин как путешественник и геграф. Известия Всесоюзного географ, об-ва, т. 93. вып. 2, Ц)61;

Я. Р. К о ш е л е в. Русская фольклористика Сибири (XIX — начала XX вв ), Томск, 1962 и др.

ва Октябрьской революции (ЦГАОР), Центрального госу дарственного архива литературы и искусства в Москве (ЦГАЛИ), в Ленинграде •— Центрального государственного исторического архива (ЦГИАЛ), Института русской литера туры АН СССР - - (ИРЛИ) и архива Академии Наук СССР (А АН СССР), документы Государственных архивов Омской, Иркутской и Томской областей (ГАОО, ГАИО, ГАТО), Крас ноярского кряя (ГАКК), фонда Г. Н. Потанина в Томском областном краеведческом музее (ТОКМ), архива Г. Н. Пота нина, хранящегося в научной библиотеке Томского государ ственного университета (А НБ ТГУ), а также книги и публи цистические статьи идеологов областничества - - Г. Н. Пота нина и Н. М. Ядринцев-а, периодическая печать, мемуарная.литература.

В ЦГАОР и ЦГИАЛ большую ценность для характерис тики раннего областничества представляют.материалы по студенческому движению 1861 г. и материалы следствия по «делу сибирского сепаратизма». В ЦГАОР они находятся в ф. 109, эксп., в ЦГИАЛ — в фондах 1280, 1151 и 1405. Осо бую важность и значение имеют бумаги, отобранные у арее тоиамных IB 1865 году областников: переписка, черновики ру кописей, неопубликованные статьи. Они хранятся в ГАОО (ф.З).

Для выяснения процесса,становления системы обществен но-политических взглядов Потанина и Ядринцева в 60—70-х годах, для прослеживания их эволюции и для характеристи ки деятельности областников, их отношения.к событиям сов ременности в 80—90-е годы интересные и очень ценные мате риалы находятся в ГАКК (ф. 217), в ТОКМ (ф. Г. Н. Пота нина), в ГАИО (ф. 295 Н. М. Ядринцева), в ЦГАЛИ (ф. Г. Н. Потанина, ф. 580 Н. М. Ядринцева, ф. 1135 М. Я. Писа рева и др.), -в ИРЛИ (ф. 13 Н. Я. Агафонова), в Архиве АН СССР (ф. 270 М. К. Сидорова), в научной библиотеке ТГУ (ф. Г. Н. Потанина). Эти фонды содержат обширную переписку -Потанина,и Ядринцева с широким кругом лиц (с 70-iX XIX —до начала XX вв.), их неопубликованные рабо ты, мемуарную литературу и др.

Центральная и местная периодическая печать, в которой помещались очерки и статьи Потанина и Ядринцева, а также (фельетоны, стихи, рассказы, рецензии последнего, дает бога |гый материал для выявления взглядов идеологов областниче ктва на многие^водрот жизни и развития Сибири, для ана лиза их прогр1м»йтг*;

.предполагаемых методов воплощения Ре в действительность.- Особенно это относится к «Камско Волжской газете», бывшей трибуной пропаганды областни ческих идей в начале 70-х годов, к журналам и газетам обла стнического направления («Сибирь», «Сибирская газета», «Сибирский сборник» и др.) и к 'непосредственно редактиру. емому Ядр'ин'цевым в течение длительного периода печатно му органу областников -- «Восточному обозрению». В таком же плане важны книги областников, особенно «Сибирь как колония», в которой Ядринцев подвел итог своей 20-летней публицистической деятельности.

Теоретической и методологической основой написания дайной работы явились произведения В И. Ленина, раскры вающие сущность общественного движения России второй половины XIX века, дающие характеристику основных на правлений освободительного движения в ней, ленинские ра боты по вопросам государственной федерации и автономии, пореформенной истории России вообще. Эти работы дают путеводную нить для научного подхода при анализе програм мы сибирского областничества и общественно-политической деятельности его идеологов,' при определении, классового ли ца областничества, они помогают выявить закономерности!

его эволюции.

ГЛАВА I ВОЗНИКНОВЕНИЕ СИБИРСКОГО ОБЛАСТНИЧЕСТВА Временем становления сибирского областничества как течения общественной мысли является рубеж 50—60-х годов XIX в., период, когда Россия переживала революционную си туацию.

Как известно, к середине XIX в. кризис феодально-крепо стнической системы в России достиг наибольшей остроты. Не соответствие между достигнутым уровнем производительных сил и господствующими феодальными производственными от ношениями приняло форму все более обостряющегося кон фликта. Крымская война, вскрыв гнилость царизма и техни ко-экономическую отсталость России, до предела обострила социальные противоречия.

Обострение нужды и бедствий угнетенных масс народа, повышение их активности, начавшийся «кризис верхов» опре делили намечавшийся социально-политический перелом, яви лись основой общественного подъема в стране. Непрерывно растущее антифеодальное крестьянское движение, несмотря на ето стихийность и разрозненность, оказывало все большее влияние на ход общественной жизни. Оно находило сочувст вие и идеологическую поддержку среди складывающегося революционно-демократического лагеря России, вождями ко торого были Н. Г. Чернышевский и Н. А. Добролюбов.

Кризис феодально-крепостнической системы и подъем ре волюционно-демократического движения оживил либераль ную оппозицию, включавшую в себя буржуазию и буржуазно настроенных представителей дворянства. Это оживление вы лилось в открытые выступления с критикой отсталости стра ны, засилья и злоупотреблений чиновников, казнокрадства и взяточничества. Либералы, не посягая на устои самодержа вия, на помещечье землевладение, выдвинули программу уме ренных реформ, считая необходимым и возможным для ца ризма пойти на некоторые уступки для предотвращения кре.'стьянокой революции.

В России сложились два течения общественной мысли:

революционно-демократическое, выражавшее интересы и чая ния крестьянства, и либерально-реформистское, объективно отражающее ;

взгляды и интересы буржуазии.

«Либералы 1860-х годов и Чернышевский суть предста вители двух исторических тенденций, двух 'исторических сил, которые с тех пор и вплоть до нашего времени определяют исход борьбы за новую Россию», — писал В. И. Ленин в году. «Либералы были и остаются идеологами буржуазии, которая не может мириться с крепостничеством, но которая боится революции, боится движения масс, способного сверг нуть монархию и уничтожить власть помещиков. Либералы ограничиваются поэтому «'борьбой за реформы», «борьбой за права...» 1 ). Но либералы всегда стремятся выдать себя вы разителями интересов народа, поэтому в эпоху 60-х годов «полились либеральные фразы о прогрессе, науке, добре, борьбе с неправдой, о народных интересах, народной совес ти, народных силах и т. д.»2).

Революционеры-демократы во главе с Н. Г. Чернышев ским и Н. А. Добролюбовым выдвигали требование уничто жения помещичьего землевладения и самодержавия, стояли за безвозмездную передачу земли крестьянам, за ликвидацию национального гнета и неравноправия. Средством воплощения в жизнь этих задач-признавалась массовая революционная борьба. Вопрос о ней имел различные оттенки: от использо вания недовольства всех общественных слоев до крестьян ской «кровавой революции» по инициативе разночинной ин теллигенции.

Мировоззрение будущих областников, в частности его идеологов Г. Н. Потанина и Н. М. Ядринцева ), формирова ' лось непосредственно под влиянием этих двух течений обще ственной мысли. Русская действительность, общественный подъем, вызванный кризисом феодально-крепостнического строя в России, сыграли большую роль в становлении обще ственно-политических взглядов основоположников областни чества. Об этом неоднократно говорили и писали впоследст вии они сами: «Три года, проверенные мною и.Ядринцевым в !) В. И. Л е н и н. Поли. собр. соч., т. 20, стр. 174—175.

) В. И. Л е н и н. Поли. собр. соч., т. 1, стр. 294.

) Г. Н. Потанин приехал из Сибири в Петербург в 1859 г., Н. М. Яд ринцев, Ф. Н. Усов и некоторые другие будущие областники — в 1860— 1861 гг.

/ Петербурге, были, может быть, самые важные в нашей жиз ни, это были годы нашего политического воспитания... В эти годы определилась наша индивидуальность, 4 было указано особое место в общественной деятельности...» ). «Акт нашего местного самосознания совпал с великим акто,м пробужде ния русской жизни»... «Это была эпоха обновления русской жизни, под которою мы жили тогда и распускались» 5 ),— вспоминали Ядринцев и Потанин.

Но нельзя сбрасывать со счета влияние также и условий сибирской жизни.конца 50-х и н а ч а л а 60-х годов XIX в. Их имели в виду Потанин и Ядринцев,.когда говорили об «инди видуальности», «особом М'есте в общественной деятельности», о «местном самосознании».

Экономика Сибири отличалась низким уровнем, она только становилась на путь капиталистического развития;

как и в европейской части России, феодальный строй тормозил в ней рост производительных сил. Царское правительство, покро вительствуя промышленникам и помещикам европейской час ти России, тормозило развитие производительных сил Сиби ри, препятствовало свободному заселению этого огромного края, являвшегося экономической колонией царской России.

«Для царского правительства и эксплуататорских классов Сибирь была источником выколачивания золота, пушнины, сырья, продуктов сельского хозяйства, рынком для выгодно иого.сбыта промышленных изделий по повышенным6 ценам, колонизационным резервом, местом каторги и ссылки» ).

Самодурство приезжей администрации Сибири вызывало протест со стороны, главным образом, городского населения.

Все это, вместе взятое, создавало благоприятную почву для оппозиции царизму со стороны передовых слоев сибирского общества, вызывало недовольство определенной части фор мирующейся сибирской буржуазии.

Для будущих областников общественный подъем в Рос сии, связанный с революционной ситуацией, явился решаю щим фактором для раздумий о положении и судьбе Сибири.

«Когда все жило общественными вопросами русской жизни, русского народа, когда так мечталось, так верилось и мысль высоко парила в грядущем, могли ли мы не подумать о сво ) Г. Н. П о т а н и н. Воспоминания. «Сибирская жизнь», № 109, 1913.

) Н. М. Я д р и н ц е в. Сибирские литературные воспоминания. Крас ноярск, 1919, стр. 3, 8. (Напечатаны в «Восточном обозрении», №№ 26, •I 34, 1884).

) «История Сибири». Том 3, Л., 1968, стр. 21.

ем забытом крае? 7 ) - - писал в своих воспоминаниях, посвя щенных 30-летию сибирского землячества, Н. М. Ядрияцев.

Об этом также, писал Потанин: «Эпоха «великих реформ»»

решившая ряд вопросов русской общественной жизни, заста вила и сибирскую интеллигенцию обратить внимание на не достатки общественной жизни в Сибири, на ее отсталость в просвещении, на приниженное положение в ряду других об ластей империи» 8 ).

В Омском кадетском корпусе Потанин, сын казачьего офицера, столкнулся с неравноправным положением пехо тинцев-армейцев и казаков. Первые имели преимущества в условиях несения военной службы, IB материальном отноше нии. Такое неравенство вызывало протест;

стремление найти оправдание этому протесту, что способствовало выработке сначала «местного, казачьего» патриотизма, затам вылиаше гося-в сугубо сибирский патриотизм. В 1865 г. Потанин при знавался на следствии: «От поисков в старине оправданий своему сословию (казачьему. — М. С.) во мне образовался местный казачий патриотизм... Сибирский патриотизм во мне появился почти одновременно с казачьим» 9 ).

Потанин упорно ищет подтверждение и пищу для заро дившегося в нем сибирского патриотизма. Первым сибирским;

патриотом, будившим в сибиряках стремление знать и лю бить свою родину, Потанин считал историка П. А. Словцова, написавшего проникнутое любовью к ней «Историческое обозрение Сибири». Прочитав его, он утвердился в мнении,, что Сибирь как страна — золотое дно, а как часть государ ства — безгласная область. Не мог Потанин оставить без внимания рассуждения Словцова о больших возможностях Сибири, которые не воплощаются в жизнь из-за отсутствия.капитала и предприимчивых людей, о недостатках просве щения в Сибири 1 0 ).

В 1858 гаду Потанин прочел в «Отечественных записках»

статью Березина о колониях. В ней говорилось об историче ском законе, в силу которого колонии (делался упор на зем ледельческие колонии) должны в конце концов отделиться ) ТОКМ (Томский областной краеведческий музей), ф. Г. Н. Пота нина, д. 54, л. 21.

) Г. П о т а н и н. Областническая тенденция в Сибири. Томск, 1907, стр. ) ЦГАОР, ф. 109, 1 эксп., 1865 г., д. 196, лл. 148—151. Это же он пи сал g своих «Воспоминаниях», опубликованных в «Сибирской жизни» а.

1913—1915 гг.

) См. П. А. С л о в ц о в. Письма из Сибири. М., 1828, стр. 95—96.

от своей.метрополии. Об этом законе Потанин знал раньше, но, по его признанию, «не подозревал, что Сибирь коло ния...». А так как в статье сказано было, что Сибирь земле дельческая колония, то Потанин сделал.вывод, «что и эта колония разделит судьбу других ей подобных» 1 1 ). Так в его сознании зародились семена сепаратизма. Прочитав вскоре в «Современнике» статью Пейзына о ссылке, Потанин сделал вывод, что Сибирь, кроме того, является еще и штрафной ко лонией. Впоследствии он писал: «Они (статьи. — М. С.) взволновали мои местные инстинкты» 12 ).

Казачий патриотизм Потанина находил отклик в среде некоторых казаков в Омске (Ф. Усов, Чукреев и др.). В Том ске он нашел людей «с сибирскими инстинктами»: препода вателя гимназии Андреева и Филимонова, сына золотопро мышленника 1 3. Это наталкивало Потанина на мысль, что в Сибири есть люди, готовые поддержать его патриотические планы, помочь родному краю преодолеть существующую от сталость. Для этого, считал Потанин, надо получить образо вание. Освободившись под предлогом болезни от ставшей, ему ненавистной военной службы, осенью 1859 года Потанин прибыл уже «сибирским патриотом» в Петербург. Добрать ся до Петербурга ему помог М. А. Бакунин, с которым Пота нин познакомился в Томске. О своем недолгом знакомстве с~ Бакуниным Потанин вспоминает очень мало. Они не откро венничали, так как Бакунин, по мнению Потанина, «может быть, считал неосторожным давать какие-нибудь указания молодому человеку, стойкость которого еще не испытана, или, может быть, сибирские вопросы не могли заинтересовать его по своей тогдашней бесформенности» ).

Потанин поступает на естественное отделение физико математического факультета Петербургского университета.

Он заводит знакомства в студенческой среде, сближается с си биряком Н. С. Щукиным, который вращался в кругах студен чества, имеющих связи с русской печатью в Лондоне. Он уго ворил Потанина написать для «Колокола» статью о Сибири.

Она была помещена уже после отъезда Щукина в Сибирь под названием «К характеристике Сибири» в № 72, от 1 июля ") ЦГАОР, ф. 109, 1.ЭКСП., 1865 г., д. 196,"лл. 151—152.

) Г. Н. П о т а н и н. Воспоминания. «Сибирская жиань», 1913, № 62.

) Г. Н. П о т а н и н. Воспоминания. «Сибирская жизнь», 1913, № 68, ) Там же. Это признание Потанина подтверждает, что он сознатель но выделял «сибирские вопросы» из общероссийских.

I860 г.15). Потанин сам впоследствии правильно ее определил, когда писал, что в нем «говорил больше сибирский патриот, протестующий против ссылки, чем русский гражданин, возму щенный полицейским режимом» 16 ). Об этом «полицейском ре жиме» Потанин получил представление лишь незадолго до приезда в столицу. Он писал, что во время пребывания в Ом ском кадетском корпусе (он окончил его в 1852 году) «с дей ствительными отрицательны мл сторонами русской жизни мы были не ознакомлены», не знали даже истинного.значе ния слов «крепостное право», в Николае I они «воплощали зсю силу, все могущество России», видели «поборника прогрес са и европейских идей о политической свободе»17).

Лишь после нескольких лет службы в глухих казачьих станицах, когда Потанин вновь попал в Омск (1857— —1858 гг.), под влиянием чтения прогрессивных русских жур налов и новых знакомств (с сосланным петрашевцем С. Ф. Дуровым, бывшим ^другом Н. Г. Чернышевского В. П. Лободовеким) его взгляды меняются. Известия о жесто ких расправах царизма над восставшими крепостными кре стьянами потрясли его, а беседа с Дуровым привела к пере мене взглядов на монархию.

Хотя Потанин писал, что в результате беседы с Дуровым монархия как система управления была развенчана в его глазах, это не означает, что он дошел до признания необхо димости уничтожения самодержавия. Находясь в Сибирки, он разделял точку зрения русских либералов о возможности решить злободневные вопросы путем реформ правительства, в этом он признавался сам, когда, подводя итоги этой бесе ды, писал, что превратился «в либерала и сторонника ре* форм» ). Он признавался, что «как только пал Севастополь ) «Колокол» — газета А. И. Герцена и Н. П. Огарева. Факсимильное издание. Вып. Э, М., 1962, стр. 604—606.

) Г. Н. П о т а н и н. Воспоминания. «Сибирская жизнь», 1913, № 93.

В статье затрагиваются вопросы, вошедшие затем в областническую про грамму: главный упор делается на вред штрафной колонизации для Сиби ри, правительство обвиняется в том, что оно не способствует свободной ко лонизации, отмечаются стеснения, причиняемые правительством экономи ческому развитию края (недоступность лесов и.минеральных богатств для частной промышленности, запрещение Кабинетом устройства в Краснояр ске золотоплавильной печи и др.). Потанин возмущался взяточничеством, казнокрадством и прочими злоупотреблениями, отсутствием гласности в рамках Сибири. Все это совершенно не связывалось с общерусской обста новкой того времени.


) Г. П о т а н и н. Встреча с С. Ф. Дуровым. Сб. «На славном посту»

СПб., 1906, стр. 258—259.

) Там же и в «Воспоминаниях» «Сибирская жизнь», 1913. № 62.

и начались толки в реформе, мы оказались восприимчивы к реформаторской правительственной программе того време, ни» 1 9 )..

, Ядринцев узнал о существовании крепостного права о г своей матери, бывшей крепостной. Ее рассказы заронили L;

душу впечатлительного мальчика ненависть к нему, и в че тыриадцатилетнем возрасте он пытался писать повесть об ужасах крепостного права. Не могло не отразиться на нем знакомство их семьи с сосланными декабристами (Анненко вым, Штейнгелем и др.)- «Отец мой со многими из них (декаб ристов. — М. С.) был весьма хорош. Барон Штейнгель был с ним в переписке» 20 ) - - вспоминал Ядринцев. В. И. Штейнге лю была обязана семья Ядринцевых любовью к литературе и просвещению, ненавистью к произволу.

В Томской гимназии Ядринцев познакомился с произве дениями В. Г. Белинского, с товарищами (одним из них был Н. И. Наумов), «читали до дыр» приносимый Ядринцевым «Современник», увлекались Пушкиным, „Лермонтовым, Гого лем, Некрасовым 2 1 ).

В 1860 г. в Томок из Петербурга пр-иехал не окончивший полного курса педагогического института Н. С. Щукин 2 2 ).

«Появление этого нового типа... с запасом петербургских но востей и потребностью распространять их, с повествованием о «новой эре» имело громадное значение для окружающей среды, погруженной в сон», — так оценил его приезд Н. М. Ядринцев 23 ). Пребывание Щукина в Томске повлияло на молодежь, она потянулась в университеты ). Решает ехать учиться в столицу и Ядринцев.

Бросив гимназию с 6 класса, Ядринцев после смерти отца приехал в Петербург в,августе I860 г. Он становится вольно ) Г. П о т а и и н И. Ф. Костылецкий. Литературный сборник, Томск, 1905, стр. 234.

) Т. Ф а р а ф о я т о в а. Из бумаг сибирского патриота. «Восточное обозрение», 1904, № 103. Отец Ядринцева был крестьянином, но ко времени рождения сына уже числился в купеческом сословии и служил по откупам, ) Н. М. Я д р я н ц е в. Сибирские литературные воспоминания. Крас ноярск, 1919, стр. 14—15.

) Н. А. Лапин ошибочно пишет, что. Н. С. Щуиии уехал в Сибирь только на каникулы, я хотя последний вплоть до ареста его в 1865 г. жил в Сибири, автор включает его в члены Петербургского землячества в 186123г (указ, работа, стр. 58, 70, 71).

) Н. М. Я д р и н ц е в. Сибирские литературные воспоминания. Крас ноярск, 1919, стр. 5, 6, 7.

) Государственный архив Омской области (ГАОО). ф. 3, оп. 15.

Д. 18747, л. 7 об.

слушателем университета, через письмо Н. Щукина знако мится с-Потаниным. Последний поделился с ним мыслью об организаций землячества из студентов-сибиряков (такая форма объединения тогда была широко распространена), ••небольшой кружок их существовал еще до приезда Потани на. Ядринцев сразу же попадает под влияние Потанина, ко торый становится для него наставником, определившим его дальнейшее призвание как областника 25 ). Они развивают бур ную деятельность по группировке в земляческий кружок всех обучающихся в Петербурге сибиряков, им удается объеди нить около 20 человек. В основу сближения они задаются целью положить идею сознательного служения Сибири.

На оформление первоначальной программы областниче ства оказали влияние две исторические тенденции общест венной мысли —.революционно-демократическая и либераль ная. Вопрос о роли, их в формировании взглядов будущих областников на решение коренных вопросов современной им жизни второй половины XIX века' является принципиально важным. Приехавшие в Петербург молодые сибиряки сразу очутились в одном из центров, где бурлила общественная жизнь — в университете. Большая часть студенчества была в курсе общественных вопросов, чутко реагировала на мне ния и споры, возникавшие вокруг подготовки к проведению крестьянской реформы. Ядринцев писал Щукину в августе 1860 года о том, что в обществе «ожидают с нетерпением сентября, разрешения крестьянского вопроса», в октябре он сообщал о слухах, что царь хочет этот вопрос закончить к новому году, а в Сенате будто бы сочиняют Конституцию 26 ).

Потанин и Ядринцев читают «Современник», «Полярную звезду», «Колокол». Впоследствии у ряда бывших студентов сибиряков, привлеченных в 1865 году по «делу сибирского сепаратизма», была обнаружена запрещенная литература:

выписки из «Полярной звезды»;

«Колокола», статьи Гер.цена, воззвание,к «Молодому поколению», номера «Великорусса»

и др. ). Переписка их подтверждает интерес к нелегальным изданиям 2 8 ). Но из этого факта не следует еще непреложного ) Об этом Ядринцев писал в 1884 г. (Сибирские литературные воспо минания, Красноярск, 1919, стр. 9). Потанин не отрицал своего влияния на Ядринцева. (Воспоминания. «Сибирская жизнь», 1913, № 109). Это также подтверждается письмом Ядринцева Щукину от 6 сентября I860 г. (ГАОО, ф. 3,26оп. 15, д. 18747, л. 18 об.).

) ГАОО, ф. 3, оп. 15, д. 18747, лл. 18, 46—47.

) ЦГАОР, ф. 109, 1 эксп., 1865 г., д. 196, лл. 5, 14, 32, 33, 214, 215 и др.

) ГАОО, ф. 3, оп. 15, д. 18753, лл. 22, 32, 33. (Письма Потанину от Ф. Усова, Шайтанова и Миротворцева), д. 18758, л. 12. (Письмо Ф. Усову. вывода о разделении сибиряками революционно-демократи ческих идей. Известно, что весьма значительный интерес к нелегальным изданиям был присущ тогда подавляющему большинству русских либералов.

Внимание всего студенчества, включая,и сибиряков, осо бенно притягивал 'Н. Г. Чернышевский. Потанин интересо вался им еще в Омске, об этом известно из его личных вос поминаний: «В Омске молодым казачьим офицером я позна комился с Лободовским, другом Николая Гавриловича, кото рый мне много хорошего рассказывал о Чернышевском и об рисовал его гуманную личность. Я уже топда имел некоторое понятие о его ж у р н а л ь н о й деятельности (-Потанина интере совала полемика по поводу русской земельной общины. М. С.)... Из всего, что я слышал о Чернышевском, у меня ете в Омске составилось о нем представление, как о лично сти необычайно притягательной» 29 ).

По словам Потанина, в Петербурге он отправился к Чер нышевскому, по тот им вовсе не заинтересовался, Потанин ушел от него растерянный и их знакомство на этом свидании оборвалось. «Я жил в студенческой среде, в которой его бо готворили, -- вспоминал. Потанин, — встречался с молодыми людьми, бывшими на его многочисленных журфиксах и пере дававших рассказы об этих собраниях...» 30 ). Преклойение пе от Шайтанова), д. 18760, л. 28—28 об. (Письмо Потанина Шайтанову) и №• ) Центральный государственный архив литературы и искусства в Москве (ЦГАЛИ), ф. 1, оп. 1, д. 616, л. 1—2, 3. Нельзя преувеличивать возможность воздействия революционно-демократических идей на Потани на через В. П. Лободовского (как это делает Н. А. Лапин в указ, работе на стр. 52:—53). Ставший в 1857 г. преподавателем русского языка в ли тературы Омского кадетского корпуса Лободовский был уже далеко не таким по своим взглядам, каким знал его Чернышевский ранее. В апреле 1860 г. Ф. Усов сообщал Потанину, что Лободовский разругал Чернышев ского за одну из статей в «Современнике», вообще грозил написать «статью в журнал, разругав его в ней в такой степени, что его выгонят непремен но из всех журналов, где он сотрудничает». ГАОО, ф. 3, оп. 15, д. 18753, л. 49 об. 50.

) ЦГАЛИ, ф. 1, оп. 1, д. 616, л. 4—6. В этих воспоминаниях многое представляется надуманным, подчиненным задачам времени их написания.

Написанные Потаниным специально для возможного опубликования в пе риод пбсле 1914 г. (в них столица называется Петроградом), во время уси ленного развенчания и критики областничества и Потанина как обществен ного деятеля * членами большевистской партии воспоминания, на наш взгляд, преследовали цель создать ореол хотя бы некоторой духовной бли зости Потанина к Чернышевскому. Этому должны были, в частности, по мочь слова Потанина об имевшейся якобы у него -надежде на установление с Чернышевским отношений «пламенно преданного ученика к учителю», по добно тем, какие были с Бакуниным. Но Потанин сам признавался ранее, ред личностью Чернышевского не означало, что его почита тели хорошо разбирались в сущности направления, возглав ляемого им. Об этом откровенно писал Л. Ф. Пантелеев: «До ареста Чернышевского читали, он возбуждал умы (разговор идет о студенчестве. • М. С.), в нем, наконец, стали видеть — лидера передового движения;

но не особенно задумывались не только и ад генезисом его идей, но даже и над самой сущ ностью их» 3 1 ).

Непонимание революционной сущности идей Чернышев ского, направленных против всего социально-экономического строя в России, и представление о его деятельности как о ле гальной борьбе лишь против кучки людей, плохо руководя щих государством', видны из строк Потанина: «Конечно, мы понимали, что журнальная деятельность Чернышевского бы ла ожесточенной атакой против шайки людей, командующей государством, но эта кампания велась им в открытой борьбе, без связи с подпольем. Он представлялся нам мучеником, а поступок правительства коварным вероломством» 3 2 ). Об этом свидетельствует и то, что Потанин не видел существенной разницы между Чернышевскими Михайловским, ставил их в один ряд как вождей русской оппозиции 3 3 ). Несмотря на ав торитет Чернышевского, Потанин и Ядринцев больше при слушивались к голосу Герцена. Потанин характеризовал вес ну 1860 года как время надежд, вызываемых перспективой реформ: «И общество было уверено, что это не обман. Даже голос оппозиции в лице Герцена звучал доверием и оптимиз мом» ). Либеральные иллюзии Герцена в отношении реше ния вопросов русской жизни были им близки, н а к а н у н е от мены крепостного права областники стояли за их разрешение путем реформ «сверху», разделяя надежды и. стремления русских либералов. В этом немалую роль сыграло влияние одного из лидеров русских либеральных кругов, профессора К. Д. Кавелина, который взял на себя заботу об устройстве приехавшего в Петербург Потанина 35 ). Потанин становится участником 'устраиваемых профессором студенческих собра ний, где обсуждались злободневные вопросы русской жизни, что последний с ним не открбвеяничал и не давал никаких указаний. (Вос поминания. «Сибирская жизнь», 1913,. № 68).


) Л П а н т е л е е в. Памяти Чернышевского. «Голос минувшего», 1915, № 1, стр. 201.

) ЦГАЛИ, ф. 1, оп. 1, д. 616, л. 8.

) Г. П о т а н и н. Перед выступлением Ядринцева. «Сибирские запис ки», 1919, № 2, стр. 25—26.

) Г. Н. П о т а н и н. Воспоминания. «Сибирская жизнь». 1913, № 114.

) ЦГАЛИ, ф. 1, оп. 1, д. 616, л. 5. (Воспоминания Г. Н. Потанина).

Многие факты свидетельствуют о близости Потанина с Ка велиным, о большом, авторитете последнего как для Потани,на, так и ЯД'ринцвва, не только накануне реформы, когда во взглядах Кавелина исторически прогрессивным моментом было осуждение крепостного права, но и позже, когда он ли-, берально-верноподданнически проповедовал терпение, дой дя до-оправдания царских репрессий против Чернышевского и других революционеров.

В июле 1860 года Щукин спрашивал Потанина: «Как ваш... Кавелин?». К Кавелину попало письмо от Бакунина для передачи Потанину 36 ). Находясь в Петропавловской кре пости, Потанин пишет письмо Кавелину 37 ), его же он просит обратиться в комитет для помощи нуждающимся литерато рам,'чтоб Потанину оказали материальную поддержку в пе риод его пребывания в Омской крепости после ареста по «де лу сепаратистов» 38 ). Находясь уже в ссылке, Потанин в году посылает Ядринцеву письмо для Кавелина, весьма лестно характеризуя последнего. По просьбе Потани на Кавел.ин пишет письма П. П. Семенову, убеждая его хо датайствовать об освобождении Потанина 39 ). Зная резко от рицательное отношение Кавелина к революционерам, всту пившим на путь борьбы с самодержавием, такое участие в судьбе Потанина и заступничество за'него можно рассмат ривать как проявление уверенности щюфессюра лишь в весь ма умеренных, но отнюдь не революционных взглядах и на мерениях идеолога областничества. О том, что для Потанина были весьма авторитетны и весомы мнения и взгляды Каве лина (а его В. И. Ленин справедливо характеризовал' как «либерального мудреца», одного из типов либерального хам ства) 4 0 ), говорит желание Потанина выяснить в 1875 году, как смотрит Кавелин на сибирские дела, ему одному из первых отдается вышедший в 1876 году сборник областнического на правления «Первый шаг» ). Об этом же свидетельствуют за писи 1880 года в дневнике В. И. Вагина, хорошо знавшего Потанина ).

Зб ) ГАОО, ф. 3, оп. 15, д. 18753, л. 14;

д. 18747, л. 44.

)ЦГИАЛ, ф. 1280, оп. 1, 1861 г., д. 237, л. 226. О письме, которое в деле отсутствует, известно из безымянной записки, содержащей просьбу: _ «Сказать Потанину, что присланное им вчера письмо к профессору Кавели ну исполнено и уже затем отправлено по адресу...»

) ЦГАЛИ, ф. 591, оп. 4, д. 2, л. 4.

) ТОКМ, ф. Г. Н. Потанина, д. 5, лл. 9—10;

д. 14, л. 5.

*°) С.ч В. И. Л е н и н Поли. собр. соч., т. 5, стр. 32, т. 21, стр. 259.

) TQKM, ф. Потанина, д. 7, л. 6;

ИР ЛИ, ф. 13, № 302, л. 14 об.

) ГАИО, ф. 162, оп. 1, д. 116, л. 45 об.

В некрологе о К. Д. Кавелине («Восточное обозре«ие», 1885, № 19) Ядринцев причисляет себя к его ученикам, ис кавшим у него «и объяснения событий, и исторического уте шения». Он называет Кавелина великим борцом за гряду щее,.поддерживавшим веру,в народ. О том, что Герцен был близок Ядринцеву именно своими либеральными колебания ми и он не понимал разницы во взглядах Герцена и Кавели на, говорит письмо В. И. Семидалову. В нем Ядринцев под впечатлением чтения писем Герцену от Кавелина (в них тот проповедовал терпение «во имя того, что правда и благо есть в совершенном отсутствии насилия» 4 3 ) отождествляет того и другого по- их отношению «к вопросам жизни» и противопо ставляет обоих новому поколению, придерживающемуся марксизма 4 4 ). Вера Потанина в возможность получить под держку Кавелина, причисление Ядринцевым себя к учени К&У! его, весьма высокая оценка профессора тем и другим могут служить серьезным основанием для утверждения о разделении ими многих взглядов Кавелина.

«Духовным дедом Ядринцева» Потанин называл барона Штейнгеля, последний оказывал влияние на • Ядринцева, по сещавшего барона в Петербурге 45 ). В. Г. Мирзоев показал, что, хотя Штейнгель выступал в своем литературно-истори ческом творчестве против произвола, насилия, злоупотребле ний и беззакония, он выдвигал типично буржуазно-либераль ные требования,, относился к тем декабристам, которые «занимали' умеренную позицию в политике и были либераль но настроены ).

Либеральная закваска,, полученная идеологами област ничества в дореформенное время, по нашему мнению, была ) Письма К. Д. Кавелина и И. С. Тургенева к А. И. Герцену. Жене ва, 1892, стр. 79.

) ТОКМ, ф. Потанина, д. 23, л. 29. (Письмо от 14 апреля 1894 г.).

Вопрос о влиянии либеральных идей на Потанина и Ядринцева в современ нрй исторической литературе фактически не затрагивается. С. Ф. Коваль, Н. П. Митина и Н. А. Л алия, касаясь процесса формирования обществен но-политических взглядов областников, не берут во внимание даже воз можность'воздействия на них идей либерального лагеря. (С. Ф. К о в а л ь.

Указ, том Истории Сибири, стр. 136, 137, 139;

Н. А. Л а п и н. Указ, работа, стр. 45 72, 98 и др.;

Н. П. Ми т и на. Указ, книга, стр. 35, 36).

49, ). Г. П о т а н и н. Воспоминания. «Сибирская жизнь», 1913, № 98;

«Восточное обозрение», 1904, № 103. (Из бумаг сибирского патриота).

) В. Г. М и р з о е в. Историография Сибири (XVII — первая полови на X I X вв.). Автореферат на соискание ученой степени доктора историче ских наук. М., 1964, стр. 32, Историография Сибири. 1-я половина XIX в.

Кемерово, 1965, стр. 204—205, 206.

настолько -сильна и действенна, что она стала прочной осно вой -их общественно-политических взглядов47). Но события, последовавшие за «Положением 19 февраля 1861 г.», нака ленная обстановка, вызвавшая рост оппозиционных и рево люционных настроений,в обществе, внесли некоторые вре мененные изменения в них. Л.'Пантелеев, свидетель и участ ник событий того времени, вполне объективно дал характе ристику обстановки после - отмены крепостиого права: «И сразу настроение русских передовых кругов и молодежи из менилось. Вместо прежних оживленных разговоров стали раздаваться совсем другие речи:•-- Довольно хороших слов, пора перейти к делу. — А под делом понималась подготовка общества к революционным выступлениям» 48 ).

Герцен порвал с либералами, вместе с Чернышевским он стал призывать крестьян и демократическую молодежь к ак тияным действиям. Под воздействием всего этого революци онное настроение охватывает и участников сибирского зем лячества. Это выразилось в том, что некоторые из них стано вятся временными попутчиками революционно-демократиче ского движения. Это влияние привело сибиряков к участию в студенческом движении в 1861 г., явилось причиной связи их во время пребывания в Петербурге с «Землей и волей», от разилась IB' содержании сибирских прокламаций, задуман,ных,и составленных.в своей основе в столице.

Участие в волнении студентов, отказавшихся подчинять ся новым правилам, утвержденным 31 мая 1861 года, приве ло в казематы Петропавловской крепости Потанина и неко торых членов сибирского землячества — А. Лосева, М. Бере зовского, а в Кронштадтскую -- Кузнецова и Шаца. Потанин (тогда вольнослушатель 3-го курса университета) был сна чала помещен в отдельный каземат, так как ему предъяви ли обвинение в крайней дерзости против полиции, в возбуж дении толпы к неповиновению и в подстрекательстве к бес порядкам» )., Но Потанин ни в чем себя виновным не признавал 5 0 ).

Хладнокровие, настойчивость в отказе от обвинения помогли ) Следует отметить, что, говоря об областниках в этот период, С. Ф. Коваль правильно считает, что «надежды на реформы сверху еще владели умами молодежи» (Указ, том Истории Сибири, стр. 138), йо не связывает это с влиянием либерализма.

) Л. П а н т е л е е в. Памяти Н. Г. Чернышевского. «Голос минув шего», 1915, № 1, стр. 198.

4S ) ЦГАОР, ф. 109, 1 эксп., оп. 5, д. 277-Б, 1861 г., лл. 3—4, д. 277, ч 1, 1861 г., л. 224.

) Там же, д. 277-Б, 1861 г., лл. 4—6.

ему снять с себя первоначально предъявленную ему вину, он был зачислен лишь в число «задержанных в сборище ред университетом, но участие коих в беспорядках или в стрекательстве к оным не обнаружено». К этой же категорий был причислен Лосев, Березовского зачислили в число сту- дентов, «в действиях коих не обнаружено предумышленного намерения сопротивляться распоряжениям правительства» 51 ).;

Потанин пробыл в крепости со 2 октября по 7 декабря 1861 года. Конечно, не случайно • (как он объяснял в комис- сии) оказался Потанин у университета, он сам признается в, участии в студенческих беспорядках в письме к Щукину: «Вы, я думаю, уже читали о беспорядках, которые мы наделали R Петербурге, за это нас, 80 шалунов, посадили в Петропавлов скую крепость, а 240 — в Кронштадтскую»52).

Нельзя не учитывать имеющихся сведений о причастное сти Потанина к организации «Земля и 53воля». Об этом писал член этой организации Л. Ф. Пантелеев ). Он характеризовал Потанина того времени как человека, впитавшего идеи, го рячо волновавшие тогдашнюю молодежь. Его рекомендовал Пантелеев А. Слепцову, члену Центрального комитета «Зем ли и воли», когда тот просил найти проверенного человека для посылки в казачий Уральский край с целью создания там отдела организации, и летом 1862 года Потанин, при его посредстве, осуществил эту поездку» 54 ).

) ЦГАОР, ф. 109 1 экон., оп. 5, д. 277, ч. 2, л. 35;

ЦГИАЛ, ф. 1280, 1861 г., оп. 1, д. 237, лл. 304, 307, 311—312.

) ГАОО, ф. 3, оп. 15, д. 18747, л. 60. Весьма интересно, что это:

письмо было написано 28 ноября 1861 г. и послано прямо из Петропавлов ской крепости. Кроме Потанина, его писали Лосев я Березовский (лл. 61—61 об.). Оно весьма откровенное и явно не рассчитано на цензуру, которую и уиалось избежать. Это видно из письма Щукина из Иркутска от 9 февраля 1862 г., где он пишет, что письмо Потанина с приписками Лосева и Березовского «получено и даже нераспечатанное. Каким обра зом Вы умеете переписываться с своими друзьями даже из-за твердынь Петроп'оля и его цитадели?» (Там же, д. 18753, л. 37). Вопрос этот оста- j ется пока без ответа. Возможно, оно было передано Кавелину.

) Л. Ф. П а н т е л е е в. Из воспоминаний прошлого. 'СПб., 1905, стр. 262;

Воспоминания, М., 1958, стр. 296;

«Биржевые ведомости», 21 сен- !

тября. 1915 г., № 15101 (статья Пантелеева, посвященная 80-летию Пота нина).

") Вопрос о результатах поездки не выяснен. Н. А. Лапин допус кает ошибку, относя поездку Потанина к 1861 году и выдвигая этот факт как одно из подтверждений возникновения «Земли и Воли» в сер. 1861 г., (Указ, работа, стр. 68—69, 129). Смещая дату поездки, он без] обоснования не считается с данными Пантелеева и пренебрегает письмами Потанина Щукину от 3 сентября и 20 декабря 1861 г. Из них ясно, что По-i танин был летом 1861 г. в Калуге (ГАОО, ф. 3, оп. 15, д. 18747, лл. 27 об. и 39), В какой мере участвовали в делах «Земли и воли» другие члены землячества установить точно пока не представляется возможным. Можно только со слов И. Худякова предпола гать, что могли иметь какие-то связи с организацией Н. И- Наумов и Ядринцев. Худяков зимой 1862—1863 гг.

жил на одной квартире с Потаниным, Ядринцевым, Наумо вым, Ф. Усовым и Куклиным. Худяков писал суб аресте На умова и Ядринцева после отъезда Потанина и Ф. Усова в Сибирь. Арест был сделан на основании доноса какого-то шпиона, отказавшегося впоследствии от своих слов. После обыска их повезли в комиссию по делу «Земли и воли». «А так как,цр.и обмене ничего не было найдено, то не acTaiBa лось никакого обвинения», — повествует автор, ничем не оп ровергая и не подтверждая соответствия доноса действитель ности55).

По всей вероятности, через Худякова некоторые, сибиря ки могли быть связаны с ишутинцами, которые надеялись использовать помощь их при организации побега Н. Г. Чер нышевского. Но обращает внимание тот факт, что Худяков, давая в "феврале 1865 г. Страндену, отправившемуся с этой целью в Сибирь, письма к сибирякам и их адреса, не вклю чил в их число ни Потанина, ни Ядринцева. Фигурируют лишь имена иркутского купца Н. Пестерева, С. С. Ш аписов а и Н. И. Наумова ).

Что областники, находясь в Петербурге, поддались не сколько влиянию революционно-демократического лагеря, подтверждают их прокламации. Вопрос об авторе (или ав торах) сибирских прокламаций нельзя считать решенным57).

) И. Х у д я к о в. Записки каракозовца. М.—Л., 1930, стр. 74—75, 190.

т ) ЦГАОР, ф. 95, он. 1, д. 302, ч. 1, л. 1;

д. 302, ч. 4, лл. 95—96;

«Крас, ный архив», 1926, т. 17, стр. ПО. Принадлежность Шашкова к революцион но-демократическому лагерю достаточно обоснована в указ. канд. диссер тации А. П. Бородавкина, где одновременно показаны его коренные рас хождения с областниками.

S ) Автора сибирских прокламаций не удалось найти при следствии «по делу сибирского сепаратизма», упорно умалчивали об этом и привле ченные к «делу». Только в 1908 г. Потанин впервые написал о появившемся впоследствии предании, согласно которому одну яз прокламаций написал иркутский купец Степан Попов. (Нужды Сибири. Сб. «Сибирь, ее современ ное состояние и ее нужды». СПб., 1908, стр. 271). Отсюда это утверждение перешло в объяснительную записку Т. Фарафонтовой, ее она намерена бы ла предпослать в 1924 г. к статье о Ядринцеве (ЦГАЛИ, ф. 580, оп. 1, д. 31, л - 5), в био-библиографический словарь (т. 1, М., 1928, стр. 330). Малове роятно, чтоб, автором был С. Попов. Хотя он и посещал сходки сибирского землячества в Петербурге (подтверждением служат показания Н. Песте рева. ЦГАОР, ф. 95, оп. 1, д. 302, ч. 4, лл. 205, 212), но имеются докумен.

Для нас важно то, что в них проводились взгляды Потанину и его сторонников, в чем и признавался он сам, говоря, чта в них «немного такого, что не было бы мне обязано своим.

происхождением» 58 ). А Ядринцев признавался в конце своей!

жизни, что в Петербурге редактировал прокламацию «Пат риотам Сибири» 59 ). О том, что они написаны были еще до( отъезда Потанина в Сибирь свидетельствуют - показания Н. Нестерова, который не скрывал, что знал манифест пота-] ниицев, находясь в Петербурге (уехал он из Петербурга а Иркутск в мае 1863 г.)60).

Образцами для сибирских прокламаций послужили 'ноле!

тальные прокламации 60-х годов XIX в. Сравнение их с про!

кламациями «Молодая Россия» П. Г. Зайчневского и «К мо лодому поколению» Н. В. Щелгунова проводится в указа™ ных выше кандидатских диссертациях М. А. Гудошникоаа и А. П. Бородавкина. Они прослеживают общие положения и даже почти' совпадающие выражения при оценке крестьин-j ской реформы, характеристике произвола самодержавия.

То, что составители прокламаций знали о существова'нщ «Земли и воли», можно видеть из содержания одной из них, («Сибирским патриотам») 6 1 ). В ней говорится о наличии «Русского центрального Народного комитета, поставившего своей целью всеобщее восстание для освобождения всей ftaf шей Русской империи» от самодержавного правительства.

Влияние лозунгов революционной демократии нашло от] ражение в сибирских прокламациях в оценке реформ, подго тавливаемых вслед за крестьянской (обман народа, нополи_ зуе'мый правительством для удер;

жания власти), в указанш на неизбежность восстания, в сочувствии восстанию в ПольГ ше. Но наше признание влияния идей революционно-дема кратического лагеря после крестьянской реформы на облает!

ты, свидетельствующие, что С. Попов был секретным агентом III отдела ния (ЦГАОР, ф. 109, оп. 3, д. 619, лл. 1—3). Нельзя считать доказанный существующее в литературе мнение об авторстве Ядринцева. Оно нашл| отражение в статьях С. Ж-ского (Н. М. Я д р и н ц е в. «Сибирский рас свет», 1919, № 9, стр. 70) и Т. Г. Снытко. (Студенческое движение в pyq ских университетах в начале 60-х годов и восстание 1863 г..Сб. «Во ста ние 1863 г. и русско-польские революционные связи 60-х годов». М., стр. 299). М. А. Гудошников лишь предполагал возможность авторств Ядринцева. (Указ. дисс. стр. 40, 42).

б ) ЦГАОР, ф. 109, 1 зксп., 1865 г., д. 196, л. 156.

) Н. М. Я д р и н ц е в. К моей автобиографии. «Русская мысли 1904, 60 6.

№ ) ЦГАОР, ф. 95, оп. 1, д. 302, ч. 4, лл. 216—217.

в ) Там же. ф. 109, 1 эксп.,.1865 г., д. 196, лл. 104—111.

ников, в частности Потанина и Ядринцева, нельзя понимать как признание полного и сознательного разделения ими всех его положений, политических' и социальных. Приведенные выше взгляды революционеров-демократов (на реформы и на вос стание) были восприняты ими на весьма непродолжительное время, не перешли в убеждение (что подтверждает их после дующая деятельность), не изменили либеральной сущности их мировоззрения. О последнем говорят те же прокламации, их сравнение с прокламациями, вышедшими из среды рево люционной демократии.

Либеральная основа мировоззрения будущих областни ков ясно выявляется в отношении их к социальным вопросам^ в выхолащивании этих вопросов из прокламаций 60-х годов, послуживших образцами для сибирских прокламаций.. Во всех прокламациях 60-х годов, в обращении комитета «Зем ли и воли», в его листках «Свобода» в той или иной форме и степени, кроме утверждения о необходимости свержения са модержавия, выражена программа социально-экономическнх преобразований. Главные из них: передача земли крестья нам, каждому члену общины, т. е. ликвидация помещичьего землевладения, а также — ликвидация имущественных и со словных привилегий.

В сибирских прокламациях отсутствуют совершенно по ложения о социальных преобразованиях, ничего не говорит ся об установлении после революции социалистического строя на основе юре'стьянских общин. В них имеется лишь по ложение о необходимости свержения самодержавия и уста новлении демократической республики, но ничего не говорит ся о земельной собственности, о путях развития экономики Сибири, все заменено расплывчатым обещанием «лучшего, 'Славного будущего». Это не случайно. Если даже рассмат ривать отсутствие вопроса о помещичьем землевладении как отражение специфичности Сибири, то туманность и неопре деленность в отношении будущих социальных преобразова ний не может не на'вести на мысль, что составители прокла маций не разделяли социалистических идеалов революцион ной демократии.



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.