авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 12 | 13 || 15 | 16 |

«6 Реформа правоохранительный органов: преодоление произвола Предисловие Мы рады представить вашему вниманию сборник материалов, подготовлен ...»

-- [ Страница 14 ] --

– Если вина подтверждается документами, например, по нашим делам, чем тут адвокат поможет, я даже не знаю. Договорной работает, наверное, лучше, чем бесплатный. Мы в основном с этим не сталкиваемся, с ним больше работают сле дователи.

– Такие нарушения, как недозволенные методы ведения следствия, насколько часто встречаются, что можете пояснить по этому поводу?

– Практически ничего. Мы таких способов не используем, да нам и незачем, мы же больше с документами работаем. В ОУР, наверное, бывает. Я за все время работы один раз явку с повинной отбирал. И то в этом нужды не было. Решил он сам написать, я просто оформил должным образом, как полагается, на специаль ном бланке.

–Для Вас признательные показания – это не основное доказательство?

– Практически нет. Если решит рассказать все сам и помочь нам быстрее найти документы, то хорошо, но таких случаев в моей практике не было. Все равно эти документы нужно искать, изымать, проводить ревизионную экспертизу. Смыс ла нет в этих показаниях. А если он признает, а документов подтверждающих нет, то дело все равно на отказ пойдет.

– Какие современные технологии сбора доказательств Вы используете?

– Я же говорил, мы даже компьютер за свой счет покупаем. Документы вруч ную перебираем. У нас стажер есть, недавно изъяли документы финансовой от четности, два мешка, вот он сидит целый день и разбирает в две стопки, которые имеют отношение к интересующим нас операциям, а которые нет. Потом я их изучать буду.

– Какова роль суда в правоохранительной деятельности? Необходим ли судеб ный контроль за оперативными действиями?

– Нет, утечка информации очень большая. У судей нет доступа к секретной информации, а разрешения на некоторые ОРМ [оперативно розыскные мероп риятия] они рассматривают. Сразу заметно. По делу, например, знают информа цию даже из нашего отделения только двое, а в суд материалы отнесли, все в курсе.

На изъятие пришли, документов у фирмы уже нет. Да, и в МВД то же самое. Один опер у нас разрабатывал материал два года, сходил к двум начальникам, все, ин формация ушла.

358 Реформа правоохранительный органов: преодоление произвола – Как можно улучшить взаимодействие правоохранительных органов и судов?

– Лезть поменьше в оперативные дела. Когда направит следователь дело в суд, вот тогда пусть и рассматривает доказательства.

– Что, по Вашему мнению, нужно делать, чтобы исключить случаи произвола в милиции, что необходимо для эффективной борьбы с преступностью?

– Я же говорил, что зарплата низкая, надо увеличить обеспеченность, исклю чить ненужные указания руководства из личной выгоды или для отчетности. Вот эти проблемы нужно решать. Может, в законы изменения внести. Вот по эконо мическим делам проверка проводится месяц, но и этого не всегда достаточно.

Материал, о котором я говорил, уже несколько месяцев занимаемся им, а это нарушение. По административной и уголовной ответственности изменения вно сить нужно.

– Почему Вы согласились только на анонимный опрос, есть основания бояться чего либо?

– Пока то я работаю, хоть и собираюсь уходить. Проблемы могут быть потом на работе, с руководством. Так то в отделении ребята знают, зачем Вы пришли, от них секретов нет.

5. Нижний Новгород Интервью с судьей – Каковы основные проблемы и претензии к правоохранителям?

– Я не согласна с тем, что в правоохранительных органах царит произвол.

Мне кажется, что это действительно какой то перебор. Я считаю, что есть отдель ные недостатки в работе и даже, может быть, этих недостатков много. Но чтобы эту совокупность недостатков назвать произволом, мне кажется, просто нет таких оснований. А недостатков в работе, я думаю, действительно, много. Много разных работников, и все они по разному делают работу. Есть люди, которые профессио нально и грамотно делают свою работу, есть, которые менее грамотно. С этими недостатками мы сталкиваемся каждый день. Причем это касается и администра тивных, и уголовных дел, т.е. практически всех дел, которые поступают в суд. На чиная с того, например, что работники ГИБДД не умеют грамотно составить про токол, и, кончая тем, что следователь, не имеющий достаточного опыта работы, допускает ошибки в уголовном деле. И то, и другое может быть.

Конечно, определенные роды недостатков мы расцениваем как недостатки в работе, но они для людей могут иметь принципиальное значение. И, конечно, если встать на точку зрения потерпевшего, он эти недостатки может оценивать как произвол. Предположим, работник ГИБДД, выехав на место происшествия, неправильно составил схему. Мы, оценивая это, можем сказать, что этот работник не имеет достаточного опыта работы, он эту схему неправильно составил. Или, как мне кто то рассказывал, составили схему, а потом ее потеряли. Кто то может сказать, ну подумаешь, потеряли. А для потерпевших потерянная схема или не правильная схема – это отсутствие возможности доказать отсутствие своей вины, Раздел 4. Материалы исследования или отсутствие возможности доказать вину водителя. Конечно, когда потерпев ший сталкивается с такой ситуацией, он скажет: «Боже мой, это произвол, что они творят».

Поэтому, видимо, люди, которые заинтересованы в этом, как, например, по терпевшие в делах, или люди, которые вообще попали в орбиту действия правоох ранительных органов, оценивают их работу не на том эмоциональном уровне, на котором оцениваем мы профессионально. Мы, оценивая этот же недостаток, ду маем, надо же какой он бестолковый, не указал что то или не привязал эту схему к чему то, и мы не можем теперь с достоверностью установить тот или иной факт.

Но это же не наши личные права, мы же за эти права не переживаем так, как потерпевший. Поэтому эмоционально я понимаю, что у людей, втянутых в эту орбиту, может быть оценка деятельности правоохранительных органов как произ вол. Но я думаю, что если оценивать в масштабах общества, например, сказать о том, что там произвол, нельзя. А недостатки есть. Особенно, например, по уго ловным делам в работе следственных органов. Их, конечно, масса. Но я считаю, что это, в основном, связано с тем, что люди недостаточно профессиональны.

– Не считаете ли Вы, что нарушения могут быть связаны с защитой каких то корпоративных интересов или чтобы выполнить план, в частности, по админист ративным делам?

– Я, во первых, не знаю, дается ли им план или не дается. Может быть, он им и дается. Но я думаю, что даже и при наличии плана, можно научить людей делать все правильно. Если сотруднику милиции, например, дали план составить три протокола, и если у него реально есть три нарушителя, в отношении которых можно составить эти протоколы, то, Бога ради, пусть он их и составит. Но пусть составит их безупречно. Пока не было мировых судей, у нас было много дел по нарушению двухсотой статьи УК. Это нарушение прав потребителей в сфере тор говли – продажа некачественного товара. И несколько лет назад мы действитель но сталкивались с тем, что нам жаловались продавцы на то, что это были сплани рованные акции. Контролеры ходили целенаправленно, проверяли киоск за ки оском, находили просроченные товары и их оформляли. Действительно шла под тасовка. Но мы людям, которые занимались оформлением таких протоколов, ска зали, чтобы они нам не присылали такие материалы, потому что видно, что они подтасованы. Они не стали подтасовывать факты, они стали выявлять реальные факты продажи просроченных товаров.

С одной стороны, мы понимаем, что да, это план, это возможность улучшить, предположим, раскрываемость, улучшить показатели в работе милиции, это по нятно. Но с другой стороны, материал оформлен безупречно, товар изъят, тот факт, что он с просроченным сроком реализации, налицо, т.е. нарушение прав потребителей налицо. Куда деваться, мы такие уголовные дела рассматривали, другое дело, чем они заканчивались. Но уже нельзя было предъявлять претензии милиции, что они делают что то неправильно. Поэтому при любом плане все равно можно безупречно выполнять свою работу, можно правильно оформлять и формально это не будет нарушением.

А, может быть, и нет никакого плана. Они же не выдумывают из головы нару шения. Думаю, что даже, если им и говорят, например, составь три протокола, они просто четче фиксируют правонарушения, не проходят мимо. Есть же и другие ситуации, когда нет никакого плана, а есть реальное нарушение, предположим, 360 Реформа правоохранительный органов: преодоление произвола правил дорожного движения. Но они неправильно его оформляют, и не потому, что им план спустили или план не спустили, а потому что у них отсутствуют навы ки составления этих протоколов. Отчего такое происходит? Я считаю, что в низо вом звене недостаточен общий уровень развития и образования людей, которые там работают, в том же ППС, в том же ГИБДД. Потому что, если они приносят рапорта с десятками грамматических ошибок, точно так же они и составляют про токолы.

Со мной был забавный пример. Они написали неправильно фамилию лица, привлекаемого к административной ответственности. Все – протокола нет. При влекаемый говорит, что это вообще не я. И попробуй, докажи, что это он.

Если взять звено сотрудников повыше, следователей, например, то, как пра вило, туда приходят сразу же после института, не имеющие никакого опыта ра боты. И вот они начинают работать, и на них наваливается этот вал дел. А потом происходит то, что самые способные и умные уходят куда то в другие места, а самые, может быть, неспособные остаются. И если Вы сходите в милицию и спросите, то Вам скажут, что там безумная текучесть кадров. Раньше я просила у начальника следственного отделения, например, представить мне список сле дователей с указанием телефонов. Но сейчас уже перестала, я не могу запомнить следователей, которые работают, например, в Нижегородском РУВД. У меня на памяти, может быть, три пять фамилий, а их там, наверное, человек пятьдесят.

Там идет такая текучесть кадров, что они не успеют одних научить, как эти одни уже уходят куда то, то ли на повышение, то ли в другие структуры. Они начина ют брать других, там происходит совершенно безумная заменяемость следовате лей.

– А как Вы думаете, с чем это связано?

– Я думаю, что это связано с большой нагрузкой и очень маленькой зарпла той. Спросите в милиции, это интересно. Но я думаю, что они по той нагрузке, с которой они работают, получают просто гроши и никто, конечно, за такую зарп лату не будет работать 30 лет следователем в милиции. Они получает какие то навыки и, как мне кажется, уходят куда то на более высокооплачиваемую работу.

– Как Вы думаете, не является ли причиной текучести излишняя формализа ция деятельности следователей?

– Не знаю. Мы то ведь требуем то, что указано в законе.

– Если оценивать законные требования, оправданы ли они? Например, новый УПК РФ.

– Увеличились требования только в том, что мы стали санкционировать аре сты. Конечно, это прибавило им работы, потому что раньше они шли к прокурору за санкцией просто с одним готовым постановлением, прокурор задавал ему не сколько вопросов и ставил печать. А для того, чтобы суд рассмотрел и вынес поста новление об аресте, нужно представить ксерокопию целого ряда документов.

Но я не считаю, что эти требования излишние, поскольку дело то мы не бе рем, а у нас в материалах должны все же оставаться доказательства обоснованности или необоснованности ареста. Потом есть кассационная инстанция, которая про веряет нас, т.е. я не считаю, что это лишнее. Но вначале, когда мы начинали эту работу, следователи возмущались, что это какая то дополнительная работа, до полнительная нагрузка. Сейчас, я думаю, что эта проблема уже решена, они уже с этим свыклись.

Раздел 4. Материалы исследования Но опять же, чтобы они все это делали с наименьшей потерей времени и сил, надо обеспечить их множительной техникой, надо, чтобы в каждом кабинете был ксерокс. У них же этого нет ничего. Я не знаю, сколько у них ксероксов на одно следственное управление, но мне кажется, что у них всего этого мало. Во всяком случае, если бы Вам показать те материалы, которые приходят из милиции, отпе чатанные на машинке с нечитаемым машинописным текстом, у них даже лент нет. В милиции так и не решается эта проблема.

У нас в судах уже немножко сдвинулась. У нас появились компьютеры, ксе роксы, даже сканеры в некоторых судах. Надо облегчать чисто техническую сторо ну работу следователей. Надо, чтобы человек мог меньше времени тратить на тех ническую сторону работы, а больше, например, думать головой. Но с другой сто роны, наличие компьютеров порождает другие ошибки. Следователь, например, забудет что то стереть с предыдущего документа, который взял за шаблон, а потом этот документ всплывает в уголовном деле с другой фамилией. Например, в начале документа привлекали к уголовной ответственности Иванова, а в конце привлек ли Сидорова. Если бы они писали это рукой, то, наверное, этой ошибки бы не было.

Поэтому я считаю, что все таки основная проблема – это работа каждого кон кретного человека. Если бы каждый добросовестно работал, то, наверное, не было вообще разговора о произволе. Но поскольку в массе мы допускаем много оши бок, то, может, такое мнение и бытует.

– Скажите, пожалуйста, по судебной практике, какие административные дела преобладают, с какими правонарушениями?

– Теперь мне уже сложно ответить на этот вопрос. С тех пор, как у нас появи лись мировые судьи, а это уже почти год, основная масса административных дел ушла к ним, они рассматривают процентов 90 административных материалов. У нас остались только административные материалы по миграционной службе, ког да наказание связано с выдворением за пределы РФ, и административные матери алы, по которым было проведено административное расследование, т.е., если орган, расследующий это административное правонарушение, вынес постановление об административном расследовании, то он отправляет материалы в районный суд.

Теперь материалов стало в десятки раз меньше, чем за прошлый год.

– Мог ли за год сильно измениться качественный состав административных дел?

– Нет, изменений нет, но поскольку я сейчас административные дела не рас сматриваю, я не могу сказать. Мне кажется, что в основном у нас остались налого вые правонарушения с административным расследованием. Налоговые органы, конечно, лучше оформляют материалы, чем, например, ППС.

– Скажете несколько слов о прокуратуре, как органе, надзирающем за законно стью, в т.ч. за законностью и правопорядком в деятельности милиции.

– Я думаю, что прокуратура, безусловно, выполняет свою функцию надзора.

Но, например, из анализа того, что поступает к нам в суд, я хотела бы, чтобы она еще лучше выполняла эту функцию. Чтобы она более тщательно отслеживала ошиб ки, например, в тех же уголовных делах. Но все же еще раз подчеркну положитель ную роль прокуратуры.

Были времена, а я работаю в судебной системе уже 20 лет, когда подсудимые почти по каждому уголовному делу отказывались от своих показаний на предвари тельном следствии. Говорили, что их били, что к ним применялись какие то не 362 Реформа правоохранительный органов: преодоление произвола правомерные методы при допросе. Очень много. Мы, действительно, запрашива ли результаты прокурорских проверок по таким заявлениям. Сейчас таких случаев практически не стало. Я уже даже не помню дела, в котором, отказываясь от своих первоначальных показаний, подсудимый ссылался бы на то, что его били. Мне кажется, что это показатель того, что бить там перестали.

И второе, что мне видится со своего места, что не стало сфальсифицирован ных дел. За последнее время я не помню ни одного дела, которое бы просто разва ливалось, как сфальсифицированное, чтобы создавались незаконные доказатель ства, такого нет. Бывает, что дела, можно так сказать, разваливаются из за недо статков следствия, многие доказательства исключаются, потому что были допу щены нарушения при собирании доказательств. Но раньше в практике были 100% сфальсифицированные дела, их было видно, что они сфальсифицированы. За пос леднее время я даже не слышала, чтобы были такие дела. Это положительная тен денция. Это говорит о том, что и прокуратура надзирает, и о том, что органы следствия это, видимо, искоренили. Потому что я не думаю, что если бы людей били, то они бы в суде об этом не сказали. Они же отказываются от своих первона чальных показаний. Сейчас ввели норму, что, если он был допрошен без адвоката, а потом отказался от своих показаний, то это доказательство является не допусти мым. Мы пришли к тому, что сейчас, практически, все допросы ведут при адвока те. Я не думаю, что при нем будут бить.

– Не было ли жалоб от подсудимых, что какое то следственное мероприятие проводилось без адвоката, а потом появилась подпись, что, якобы, он при этом присутствовал?

– Я по своим делам не знаю, у меня таких не было. Мне хочется отметить, что и подсудимые сейчас стали другие. Они более решительно отстаивают свои права, по сравнению с тем, что было несколько лет назад.

– Они стали более грамотными в правовом плане?

– Да, подсудимые стали гораздо более грамотными. Во первых, им идет разъяснение прав более полно. Раньше писали, например, фразу «права обвиняе мому разъяснены», и он ставил свою подпись. А теперь в каждом деле есть две страницы машинописного или компьютерного текста, где написано, мне, тако му то, разъяснено, что я имею право на … и далее перечисление из 40 пунктов, на что он имеет право, и дальше только «права мне понятны» и подпись. Т.е., во первых, им лучше разъясняются права, а во вторых, наверное, больше информа ции идет о правах. Многие ведь пишут жалобы на следствие в порядке ст. УПК РФ, и в ней они пишут, что, например, обыск проведен без адвоката. Это уже повод для того, чтобы пожаловаться. Или еще какие то там права их нарушаются.

Если они считают, что их права в ходе следствия нарушаются, они пользуются еще и таким правом, как обжалование действий следователя в суд путем подачи от дельной жалобы. Я считаю, что они больше стоят на страже своих прав.

– А есть такие жалобы в Вашем суде?

Да, есть. В нашем районе много. Я думаю, что в других районах гораздо мень ше, но у нас за год рассмотрено порядка 200 жалоб. Жалобы самые разные. На пример, пишет, что его незаконно перевели в следственный изолятор ФСБ в Са ранск, т.е. этим его права нарушаются. Всякие разные жалобы: жалобы при произ водстве каких то следственных действий, жалобы на постановление об отказе в возбуждение уголовного дела или, наоборот, о возбуждении дела, о приостановле Раздел 4. Материалы исследования ние дела и т.д. Этим способом защиты участники процесса тоже пользуются. Это еще раз говорит, что они стали более грамотными, и больше вариантов, т.е. меха низмов защиты, у них появилось.

– Если оценить совокупность дел с точки зрения вынесенных судебных реше ний, какое соотношение между удовлетворенными жалобами и отказанными?

– Мы так не обобщали. Но, я думаю, нигде нет такого результата, что на 100% признаются жалобы необоснованными или обоснованными. Наверное, где то половину на половину. Каждая жалоба рассматривается с участием этого жалоб щика, вызывается следователь, предположим, материалы дела, все это изучается.

– Были ли случаи, когда жалоба на отказ в возбуждении уголовного дела призна валась судом обоснованной в первый раз, а потом, после очередного витка проверки, в суд снова поступала аналогичная жалоба?

– Нет, что то не помню. Я помню, например, когда у нас один обвиняемый написал несколько десятков жалоб, но они, по моему, были все по разным основа ниям. Хотя, чтобы мои слова были обоснованными, надо обобщать такие жалобы.

Вот мы по результатам года, наверное, запланируем такое обобщение.

– Как Вы оцениваете в целом уровень защиты в судебном процессе, кроме повы шения общей правовой грамотности подсудимых и их активности по написанию жалоб?

– Мне кажется однозначно, что защита стала более активной, более наступа тельной, более жестко выставлять свои требования, свои аргументы. За последние годы такая тенденция есть. Защита использует больше способов, чтобы отстаи вать интересы своего клиента. И это, начиная с предварительных слушаний, с ходатайств об исключении доказательств, с ходатайств о прекращении дела, и кончая тем, какую позицию они занимают в суде. Мне кажется, раньше 5 10 лет назад, защита была более пассивной, более формальной, а сейчас более активно защищают.

– Если сравнивать защиту по назначению и защиту по договору, за деньги, что Вы можете сказать?

– Я думаю, что, в основном, все зависит от личности адвоката. Есть адвока ты, которые и в порядке назначения будут работать так же активно, как и по договору. Есть, конечно, и такие, которые будут активно защищать по договору и ничего не делать в порядке назначения, только лишь формально присутство вать. Это нельзя однозначно сказать. Мне всегда очень симпатичны те люди, которые независимо от того, платят им деньги или нет, делают все, что от них зависит и что положено. И еще – не совсем же бесплатно они работают, им же платят за это какие то деньги.

– Это мизерные суммы, да и те платятся несвоевременно.

– Я опять же повторяю, что любая работа должна оплачиваться. Если работа не оплачивается, нельзя требовать, чтобы она была добросовестной. Потому что дальше это просто идет на совесть человека: если человек добросовестный, он делает работу добросовестно. А когда работа оплачивается, это другой уровень требований к этой работе. И нельзя требовать с работника, которому платят ми зерную зарплату, чтобы он работал так же, как, например, тот, который получает 500 долларов. Это все касается и правоохранительной системы.

– Подводя итог нашей беседы, что в целом деятельность правоохранительных органов нельзя охарактеризовать, как произвол, но при этом есть достаточно мно 364 Реформа правоохранительный органов: преодоление произвола го нарушений законности и правопорядка со стороны сотрудников милиции, как Вы думаете, с чем связаны основные причины такого положения и что необходимо сде лать в первую очередь, чтобы изменить положение?

– Я считаю, что основной причиной всяких недостатков, которые в целом, может быть, и может кто то охарактеризовать как произвол, это, в первую очередь, недостаточный профессионализм работников. Я думаю, для того, чтобы это иско ренить, нужно повышать престиж этой работы. Для этого нужно, конечно, прежде всего, платить. Нужно, чтобы туда шли не абы все, кто нигде не может пристроить ся, а чтобы на работу в милицию был какой то очень строгий отбор, чтобы это были квалификационные экзамены, чтобы была надлежащая подготовка, чтобы была соответствующая оплата труда, чтобы люди дорожили своей работой, чтобы они не могли говорить, что за эти деньги я найти другую, гораздо более лучшую работу. Вот когда повысится престиж этой деятельности, тогда и результаты изме нятся.

Сейчас работа в милиции и не престижна, и мало оплачиваемая, и очень трудоемкая. Во всяком случае, я вот вижу следователей, которые работают и день, и ночь, и субботы воскресенья, это бывают и молодые девушки, у которых должна еще быть и какая то личная жизнь. Как они работают и что при этом зарабатыва ют, конечно же, это не нормальная ситуация.

Мне кажется, что общество должно изменить свое отношение к правоохра нительным органам. Прежде, чем с них спрашивать, я считаю, что им нужно со здать нормальные условия для того, чтобы они работали.

– Каким образом можно изменить мнение общества о милиции, что нужно сделать?

– Мне кажется, что у нас общество вспоминает о милиции только в день милиции, когда показывают концерты, когда поздравляют и т.д. А текущая рабо та? Она ведь должна нормально финансироваться. Нужно, чтобы у людей на рабо чем месте было все: компьютеры, ксероксы, бумага, машины. Чтобы они для того, чтобы привести задержанного в суд на арест, не искали машину по всему отделу и не стояли в очереди за ней. У меня такое впечатление складывается, что им всего не хватает.

– Но причем тут общество? Наверное, государство, в лице органов власти в первую очередь, должно повернуться к ним лицом.

– Может быть, я неправильно сказала. Да, я согласна, это государство должно в первую очередь обеспечить нормальные условия для работы милиции путем материально технического обеспечения, повышения заработной платы, предос тавления помещений, чтобы они не сидели, например, 6 следователей в одном кабинете, и все допрашивали. Когда будет иной престиж в работе в милиции, когда у них будут иные условия работы, тогда спрос будет другой. Тогда люди, может быть, будут дорожить работой, и в милицию пойдут более профессиональ ные люди, и тогда они не будут уходить так легко. Сейчас ведь очень легко уходят, поработали два три года, ушли, нашли какую то другую работу.

Мне кажется, это касается любой сферы жизнедеятельности в нашей стра не. Для того, чтобы спрашивать, например, с учителей, надо сначала создать им условия для работы, надо оплачивать достойно их работу, надо сделать так, чтобы учитель был уважаемым человеком, чтобы он сам себя уважал и чтобы его уважали ученики и их родители. А у нас, мне кажется, государство стремится, Раздел 4. Материалы исследования прежде всего, спрашивать и только в последнюю очередь давать, еще и недо статочно.

То, что в милиции не хватает технических средств, по теперешней ситуа ции, это просто смешно. Вот я в Америке была, в полицейском департаменте.

То, что там везде компьютеры, это ладно. Но везде в коридорах, в любых пере ходах стоят ксероксы, они все включены. Около ксероксов лежат залежи бума ги, причем бумага различных форматов, даже рулонная. Я смотрела прямо с вожделением и думала, господи, как здорово. Человек не должен думать о том, где взять бумагу, где отксерокопировать документы, чем сшить дело. Я думаю, что вот это вал проблем. И это всего касается, точно так же, как и мало оплачи ваемые врачи бегают по трем поликлиникам, тут подрабатывают, там подраба тывают, а в результате нигде хорошо не работают. Также и милиционеры. Мне кажется, что у нас в правоохранительной системе работают, в основном, люди, которые начали за идею работать, и они дорабатывают свой век. А вот моло дежь, во всяком случае, в милиции, они очень быстро меняются, очень быстро.

К фамилиям не успеваешь привыкать.

6. Пермская область Интервью с рядовым сотрудником милиции (оперуполномоченный уголовного розыска) – Расскажите о себе, почему Вы пошли работать в правоохранительные орга ны, сколько лет у Вас рабочий стаж?

– Общий стаж работы в правоохранительных органах – два года. До уголовно го розыска я работала в комиссии по делам несовершеннолетних (ПДН). У меня была такая мечта с детства. В школе я писала сочинение о том, кем бы я хотела быть, и написала, что хочу быть милиционером. Отец моей подруги был милици онером. Возможно, романтика какая то была у меня, и это повлияло. С каждым днем мое желание стать милиционером усиливалось, но пять лет я не могла осу ществить свою мечту. Сначала не было мест в ОВД, затем я вышла замуж, и муж не одобрял мой выбор профессии, я пошла учиться в педагогический колледж, по окончании которого решила попробовать устроиться в ОВД еще раз. Пришла к начальнику и сказала, что я не уйду, пока меня не возьмете, хотя бы попробовать.

Я сказала, что, если у меня не получится, я уйду сама. Меня взяли. Чем больше я работала, тем больше мне нравилась моя работа. Я работала полтора месяца без возмездно, просто для себя.

– Почему Вы стали работать с несовершеннолетними правонарушителями?

– Это связано с тем, что дети мне были ближе, поскольку у меня педагоги ческое образование, а также я просто начала сталкиваться с детьми, у которых много проблем. Хотелось чем то помочь детям из неблагополучных семей. Сей час несколько изменились взгляды, и мне больше нравится работать в уголов ном розыске.

– Почему?

366 Реформа правоохранительный органов: преодоление произвола – Наверно, из за секретности, загадочности, которые присутствуют в нем.

Уголовный розыск – он более привилегированный.

– Много тех, с кем ранее встречались в ПДН?

– Есть, но немного. Есть те, кто уже отбывали наказание в местах лишения.

Есть и те, которые при встрече благодарят за работу и оказанную помощь.

– Проводилось ли с Вами обучение при поступлении на работу в правоохрани тельные органы?

– Кое что я читала сама. Кроме того, у меня был хороший наставник (женщи на) – старший инспектор ПДН. Она давала литературу. Всегда говорила: «Если что то непонятно – скажи». Сейчас в уголовном розыске у меня тоже хороший наставник – заместитель начальника отделения. У него большой опыт – 10 лет работы в уголовном розыске. С первых же дней работы в уголовном розыске он стал брать меня на самые сложные дела с тем, чтобы развеять мой романтический образ работы в уголовном розыске.

– Можете ли Вы дать оценку уровню преступности в вашем населенном пунк те? Сколько человек проживает на территории, которую Вы обслуживаете?

– Живет у нас в поселке 15 000 человек. Когда я была маленькой, по моему, было спокойнее, я живу в поселке с рождения, 30 лет. Сейчас люди спиваются.

Поножовщина в порядке вещей. Может, раньше сдерживали более добрые отно шения между людьми, были другие моральные устои, были дружинники. Это, мне кажется, очень помогало держать людей в каких то рамках. Сейчас уровень пре ступности в поселке очень высок, и в основном совершаются тяжкие преступле ния.

– Сейчас в учебном центре Вы проходите курс повышения квалификации или это обучение связано с аттестацией?

– Я являюсь аттестованной, но получилось так, что я не имела начальной подготовки, поэтому меня направили на учебу. По окончании учебы здесь у нас будет практика. Я буду ее проходить в областном ГУВД. Я этому рада.

– У нас в области два учебных центра МВД: в Перми и Березниках. У Вас был выбор поехать учиться в Пермь или в Березники?

– Отдел кадров направил, но я при этом говорила о своем желании поехать учиться в Пермь.

– Скажите, пожалуйста, с какими трудностями Вы сталкиваетесь по работе?

– Первая трудность – это неуважение граждан к милиции, боязнь. Раньше милиции боялись. Нет, вернее, старались помочь ей. Сейчас о помощи речи не идет, редко люди помогают нам в нашей деятельности. Отказываются люди помо гать милиции. Милиционера могут, говоря по русски, послать. Когда сталкива ешься с непониманием, очень тяжело. К примеру, совершено тяжкое преступле ние, и ты просишь соседей помочь, а они отвечают отказом, не задумываясь о том, что с ними может произойти то же самое. Тут начинаешь тратить свое время на объяснения, мольбы о помощи.

Вторая трудность – недостаточное финансирование милиции. Нет транспор та, проблемы с обмундированием, финансовым обеспечением кадров. Не каждый пойдет рисковать жизнью за три тысячи.

– А что, были случаи нападения на сотрудников милиции? Или такие случаи, когда освободился человек, да и отомстил сотруднику милиции за проведенное в местах лишения свободы время?

Раздел 4. Материалы исследования – Нет, таких случаев не было. Поселок маленький. Все друг друга знают, на верно, это сдерживает. Я не боюсь, что на меня нападут.

– Почему, несмотря на то, что милицию не любят и не уважают, преступле ния в отношении сотрудников не совершаются? Они более защищены?

– Наверное, это связано с тем, что ответственность за такое преступление выше. Те, кто уже отсидел – уже «умные» и знают об этом.

– Что больше всего нравится в работе, что Вас привлекает в ней?

– В первую очередь, мне нравится коллектив. Мы очень сплоченные. В обиду у нас никто никого не даст, начиная от начальника и до подчиненного. В беде человека никогда не оставят, поддержат, помогут. И на работе, и по бытовым, личным проблемам. Чувствуешь себя защищенным. Бывают конфликтные ситуа ции, но это по текущей работе.

– Сколько у Вас в отделении работает человек?

– 45 человек.

– С тех пор, как Вы начали работать в правоохранительных органах, что то изменилось в Вашей жизни?

– Да, и очень многое. Когда я пришла в ПДН, мой муж не одобрял мой выбор, и жизнь из за этого у нас не сложилась. Теперь у меня второй муж – милиционер.

Мы лучше понимаем друг друга. Изменилась личная жизнь, интереснее стало работать.

– Что имеет приоритет лично для Вас: охранять общественный порядок или борьба с преступностью?

– Все зависит от ситуации. Бывает, что действуешь только на охрану обще ственного порядка. Когда я работала в ПДН, мы проводили профилактику право нарушений, охраняли права детей. А в уголовном розыске идет от обратного. Слу чилось что то, и начинаешь работать. Возможно, это неправильно. Профилакти ка тоже должна быть. Здесь, в уголовном розыске приоритет отдается борьбе. Ох рана тоже присутствует, мы выходим в рейды, но в первую очередь наша работа – это борьба с преступностью.

– Я хочу Вам рассказать о деле против сотрудника правоохранительных орга нов Ульмана. Постарайтесь, пожалуйста, ответить на вопрос: оправданным ли является привлечение к уголовной ответственности Ульмана, а не лиц, отдавших соответствующий приказ? (рассказ про дело Ульмана) – Я считаю, что понести наказание должен и Ульман, и тот, кто отдал приказ.

То, что вы описали, очень жестоко. Можно было бы оправдать произошедшее, если бы они ограничились только выстрелами, а тут…. Я не знаю, о чем думал командир, чем он руководствовался, но в любом случае он должен был помнить о том, что в машине люди. Я считаю неправильным то, что их оправдали.

– Ульман выполнил приказ. Скажите, а что будет у Вас, если кто то из со трудников не подчинится распоряжению вышестоящего должностного лица?

– Невыполнение приказа грозит увольнением. Лично я сама уйду, чем сделаю плохо кому то.

– Я хотела бы перейти к более практичным вещам, административной и уго ловной ответственности. Как Вы считаете, какое взыскание является эффек тивным способом воздействия на правонарушителей?

– Я думаю, что все зависит от конкретного человека, конкретной ситуации, правонарушения. Для кого то будет достаточно штрафа, для кого то – просто пре 368 Реформа правоохранительный органов: преодоление произвола дупреждения. Кто то переживает уже из за того, что информация может дойти до рабочего места. Для кого то необходим административный арест, потому что есть категория правонарушителей, для которых штраф – это просто как погрозить паль чиком. Например, есть пьяницы, дебоширы, которых нужно изолировать хоть на время, семья, в свою очередь, отдохнет.

– С какими правонарушениями Вы больше сталкиваетесь на практике: адми нистративными или уголовными?

– Больше уголовно наказуемых деяний.

– Одинаково ли себя ведут те, кто совершает административные или уголов ные правонарушения?

– Ведут себя, по моему, одинаково. Просто некоторые не дошли до той точ ки, чтобы совершить уголовные преступления.

– Правильно ли я поняла, что административный правонарушитель – это по тенциальный уголовный правонарушитель?

– Нет, не всегда. Но часто те, кто совершает уголовные преступления, ранее состояли на учете по административным делам или уже совершали уголовные преступления. Есть и те, кто совершают преступление впервые. Они надеются, что это в первый и последний раз.

– Есть ли, на Ваш взгляд, такие административные правонарушения, за кото рые необходимо ввести уголовную ответственность?

– Я считаю, что у нас уже сложилась такая ситуация, при которой за системати ческое злоупотребление спиртными напитками, дебоширство и мелкое хулиганство пора уже вводить уголовную ответственность. Такая раскрепощенность, которая сей час есть, распитие спиртных напитков в общественных местах ни к чему хорошему не приведет. Уже начали с этим бороться, надо жестче быть в этом вопросе.

– А как начали бороться?

– Не стали продавать спиртных напитков вблизи школ, других детских уч реждений.

– Существуют ли в милиции так называемые «планы» по количеству админи стративных правонарушений, которые должны быть зафиксированы за день, за неделю и т.д.? Может быть, они существовали раньше? Насколько эти «планы», если они есть или были, оправдывают себя?

– Я непосредственно не работаю в данном направлении. Могу лишь сказать, что у участковых и в ПДН таких «планов» нет. Может быть, есть просто статистика, сколько в одном месяце, а сколько в другом. Это учет, но никак не план.

– Перейдем к уголовной тематике. Как Вы думаете, почему закон требует разъяснять права задержанных, подозреваемых в совершении уголовных преступле ний? Нужно ли это?

– Нужно. Не все граждане знают свои права, не знают, как вести себя в данной ситуации и начинают вести себя агрессивно, не зная, что за это может быть какая то ответственность. Просто нужно объяснить все человеку.

– Можно ли сказать, что кто то является более просвещенным в правовом плане и кто это?

– Свои права, как ни странно, знают те, кто уже отсидел свой срок, состоящие на учете в милиции. Такие граждане знают, как себя вести, знают о праве не свиде тельствовать против себя, праве на адвоката. Может быть, следовало бы читать какие то лекции на предприятиях по разъяснению прав.

Раздел 4. Материалы исследования – В связи с этим вопрос, а что делается у Вас в отделении?

– Когда я работала в ПДН, мы ходили по школам и читали лекции.

– На каких именно правах задержанного заостряют внимание сотрудники, когда разъясняют права?

– В первую очередь, на праве не свидетельствовать против себя самого. Пыта ются предупредить неадекватное поведение, объясняя, чем это может обернуться.

– Прибегают ли задержанные к праву обжаловать Ваши действия? Есть ли практика обращения в суды по обжалованию неправомерных действий сотрудников милиции?

– На моей практике таких случаев не было. Это, наверное, хорошо.

– Возможно ли такое, что жалобы просто не уходят за пределы отделения?

– Я такого не помню. Я повторюсь, но у нас все друг друга знают. Меня пре красно все знают, я живу рядом, я не могу сделать что то плохое. Я просто объяс няю человеку, что, если ты совершил преступление, то должен понести наказание.

Конкретных примеров я не помню, и о таких случаях не слышала, возможно, это происходит в больших городах.

– В связи с тем, что у Вас достаточно маленький населенный пункт, нет ли у Вас недостатка в адвокатах, их услугах? Прибегают ли задержанные к помощи адвокатов?

– Нет, у нас нет с этим проблем. Мы с ними часто работаем. Сталкиваемся по работе. Граждане, которые понимают, что они не виноваты и им нужен адвокат, спрашивают у нас: «Где я могу взять адвоката?» Некоторые сразу заявляют, что не будут разговаривать без адвоката. Некоторые несовершеннолетние знают, что им должны предоставить адвоката. Мы не отказываем. Звоним и говорим, что тако му то человеку нужен адвокат.

– Правильно ли я Вас поняла, что адвокаты приходят те, которых вы предос тавляете?

– Нет, если у человека есть какой то адвокат, и он просит конкретного адвока та, то возможность пригласить именно его у него есть.

– Есть ли различие в работе частного и государственного адвоката? Зависит ли качество работы адвоката от того, платит ему человек или государство?

– Играет роль то, какой адвокат в деле. Если у людей есть деньги, то, есте ственно, частный адвокат сделает все возможное, чтобы попытаться смягчить от ветственность. Деньги решают все. Хотя я не могу сказать, что во всех случаях частные адвокаты работают более качественно. Есть случаи, когда адвокат был нечастный, но дело было выиграно.

– Случаи оправдательных приговоров были?

– Да. Недавно пять из шести подростков были оправданы по делу о жестоком убийстве. Адвокаты у подростков были государственные.

– Вопрос об использовании незаконных методов ведения следствия, неправо мерных действиях и ограничении прав граждан. Как Вы считаете, от чего зависит выбор, действовать сотруднику в рамках закона или нарушить его?

– Я думаю, все зависит от конкретного сотрудника. Некоторые недопонима ют, что они делают. Есть, наверно, безграмотность сотрудников.

– У Вас были случаи применения насилия в отделении или, может быть, Вы о них слышали?

– Нет, я о таких случаях не слышала.

370 Реформа правоохранительный органов: преодоление произвола – Есть ли сейчас зависимость между уровнем раскрываемости преступлений конкретным сотрудником и его заработком?

– Есть. Каждому хочется зарабатывать больше.

– А сколько средний заработок у вас в отделении?

– 4–4,5 тысячи рублей.

– А сколько зарабатывают те, кто недавно пришел в отделение?

– 2–2,5 тысячи рублей. Я считаю, что изменения нужно начинать с повыше ния уровня заработной платы сотрудников, потому что, имея нормальный зара боток, люди будут стремиться хорошо работать, получать удовольствие от того, что раскрываются преступления.

– Что бывает сотрудникам за так называемые дела «глухари»?

– В первую очередь, бывает предупреждение и выговор. Можно получить стро гий выговор, если дело можно было сразу раскрыть (по горячим следам), а не получилось.

– Есть ли в описанном случае (рассказ о деле Э ва) проблема превышения полно мочий сотрудником милиции или нет?

– Я считаю, что сотрудник милиции поступил неправильно, превысил свои полномочия. Ну и что, что он находился в гражданской одежде, у него была рези новая палка. Это атрибут сотрудника органов внутренних дел. Каждый сотрудник должен знать случаи применения специальных средств и отвечать за это, если потребуется. Тем более, находясь в состоянии алкогольного опьянения.

– Какими методами вы пользуетесь в своей работе?

– Первый метод – метод убеждения. Спокойный тон в разговоре. Пытаешься найти контакт с человеком. Да, иногда хочется поговорить на повышенных тонах, но стараешься себя контролировать. Есть люди, с которыми надо разговаривать жестко, но негрубо. О физическом насилии не может быть и речи.

– Как Вы считаете, помогает ли в раскрытии преступлений такая мера пре сечения, как арест?

– Не всегда.

– Помогает ли суд решать вопросы, связанные с охраной правопорядка, обще ственной безопасностью и борьбой с преступностью?

– Да, помогает. Люди боятся суда.

– Как Вы считаете, каковы положительные и отрицательные последствия судебного контроля над действиями сотрудников правоохранительных органов: вы дача санкций на арест, проведение обыска, психиатрической экспертизы и пр.?

– Я думаю, что здесь присутствуют только положительные моменты, к при меру, если есть санкция суда на обыск и арест, то люди открывают двери, а так сотруднику милиции они и дверь могут не открыть.

– Когда, по Вашему мнению, судебный контроль необходим, когда – вреден, ме шает работе?

– Он необходим всегда. Это, может быть, мое субъективное мнение.

– С чем, по Вашему мнению, связано встречающееся поверхностное отношение судей при рассмотрении дел, которое приводит к тому, что обстоятельства дел оста ются фактически не изучены, некоторые доказательства не принимаются в расчет?

– Я не берусь говорить за все суды, но у нас суд рассматривает все дела тща тельно. Вплоть до того, что отказные материалы и не очень громкие дела тщатель но изучаются. Бывает, мы обращаемся в прокуратуру и в суд, чтобы посоветовать Раздел 4. Материалы исследования ся, как выйти из той или иной сложившейся ситуации. Я уверена, что у нас в суде все дела изучаются внимательно.

– Какие проблемы, с Вашей точки зрения, являются наиболее актуальными для правоохранительных органов?

– Я думаю, что это финансирование, низкая заработная плата, плохое ин формирование сотрудников об их обязанностях, высокая текучесть кадров, пло хое материально техническое оснащение отделов.

7. Свердловская область 1. Интервью с сотрудником Управления службы безопасности – Расскажите, пожалуйста, несколько слов о себе и своем опыте работы в правоохранительных органах. Какое образование получили, как долго проработали в органах, на каких должностях, какую работу выполняли?

– Я закончил Свердловский юридический институт, затем несколько лет про работал в отделе кадров машиностроительного завода. В начале 90 х пришел в милицию, с 1997 г. работаю в подразделении, обеспечивающем внутреннюю безо пасность в ГУВД Свердловской области.

– Увеличился ли у Вас за последнее время объем работы?

– Да, причем существенно.

– Как Вы считаете, с чем это связано?

– Здесь можно назвать несколько причин. Это реорганизация органов внут ренних дел, усиление борьбы с коррупцией как приоритетная задача, возросшая текучесть кадров, сращивание криминала и милиции.

– Насколько, на Ваш взгляд, эффективно взаимодействие прокуратуры с дру гими правоохранительными органами, верно ли оно организовано?

– Мне кажется, оно было бы гораздо эффективней, если бы руководство про куратуры не занимало столь однозначную позицию «обособленности», избран ности прокурорских работников. На сегодняшний момент такое взаимодействие очень плохо организовано.

– Какие нарушения в работе милиции встречаются чаще всего?

– Учитывая специфику нашего подразделения, чаще всего приходится стал киваться со взяточничеством, с хищениями, вымогательством, превышением слу жебных полномочий.

– Что необходимо сделать, чтобы улучшить ситуацию?

– Во многих случаях проблему можно решить на этапе подбора сотрудников и учета их мотивации при поступлении на службу. Далее необходимо решить эле ментарные проблемы материального обеспечения милиционеров. Ну и, наконец, предание гласности результатов нашей работы могло бы предостеречь сотрудни ков от совершения ошибок.

– Каковы основные претензии к милиции?

– У меня лично? Я считаю, что грамотные, опытные и думающие сотрудни ки – это то, в чем остро нуждаются органы внутренних дел.

372 Реформа правоохранительный органов: преодоление произвола – Как Вы считаете, все ли то, что по закону квалифицируется как нарушение, им и является?

– Не всегда. Например, часто приходится сталкиваться со случаями, когда сотрудники делают подарок своему руководителю по случаю юбилея, а закон трак тует это как взятку.

– Как Вы считаете, можно ли эффективно бороться с современной преступ ностью в России, не нарушая правовых норм? Бывает ли так, что действующее законодательство и нормативные документы не соответствуют конкретным си туациям и условиям, в которых приходится действовать милиционерам?

– Я думаю, что бороться с преступностью не только можно, но и нужно толь ко правовыми способами. Конечно, реальность часто противоречит закону, одна ко на то он и закон, чтобы корректировать эту реальность.

– Как часто сотрудник правоохранительных органов оказывается перед выбо ром: соблюсти требования закона или во что бы то ни стало пресечь действия правонарушителя, задержать его и привлечь к ответственности?

– С этим достаточно часто сталкиваются молодые, неопытные сотрудники.

Проявляя излишнее служебное рвение или не зная закон, они сами совершают проступки.

– Насколько серьезна проблема превышения полномочий сотрудниками мили ции? Какие предпринимаются меры?

– Любая проблема совершения правонарушения сотрудником милиции для нас серьезна. Мы не делим их на более или менее значимые. Если говорить конк ретно о превышении полномочий, то процент преступлений здесь такой же, как и по другим направлениям нашей деятельности – Какая существует система защиты сотрудников, отказавшихся от испол нения незаконного приказа?

– От чего или от кого их защищать? Заведомо незаконный приказ можно и нужно не исполнять. А любые преследования со стороны кого бы то ни было, мы будем пресекать как незаконные.

– Помогает ли суд решать вопросы, связанные с охраной правопорядка, общественной безопасностью и борьбой с преступностью? Как Вы оцениваете роль суда в цепочке уголовного преследования и при рассмотрении администра тивных дел?

– Он не просто помогает, он их и решает. Ведь для оступившегося милицио нера не так страшно общение с нами, коллегами, как с судьей. Это играет своего рода воспитательную роль. Вообще же суд завершает ту работу, которую мы начи наем, и чаще всего завершает качественно.

– Как Вы считаете, каковы положительные последствия судебного контроля над действиями сотрудников правоохранительных органов – выдача санкций на арест, проведение обыска, психиатрической экспертизы и пр.? Облегчает или ус ложняет это каждодневную работу?

– Несомненно, работа теперь усложнилась. Однако, на мой взгляд, от этого все только выиграли: сотрудники теперь понимают, что каждый их значимый шаг оценивает суд, стараются допускать меньше ошибок, суд тоже может изначально контролировать законность этих действий и реагировать на нарушения.

– Когда, по Вашему мнению, судебный контроль необходим, когда – вреден, ме шает работе?

Раздел 4. Материалы исследования – Не думаю, что контроль суда может быть вреден. Хотя в оперативной работе вмешательство суда часто нежелательно.

– Чем можно объяснить не очень качественную работу отдельных судей, кото рое приводит к тому, что обстоятельства дел остаются фактически не изучены, доказательства не принимаются в расчет и пр.?

– Я думаю теми же причинами, что и преступность среди сотрудников мили ции: давление со стороны участников процесса, материальные проблемы, личные симпатии и антипатии к личности, неграмотность или недостаток опыта отдель ных судей.


– На чем, как правило, основывается суд, вынося свои решения? Какими моти вами может руководствоваться суд, помимо чисто правовых? Влияют ли на реше ние «внутренние убеждения» судей?

– Я думаю, что мотивы возникают в связи с теми проблемами, о которых я уже говорил. Поэтому любые проявления непрофессионализма, склонность к той или иной стороне в споре, излишний консерватизм, страх мести могут послужить при чиной вынесения неправосудного решения.

– Как, по Вашему мнению, можно было бы улучшить взаимодействие милиции, прокуратуры и судов в борьбе с преступностью?

– Я считаю, здесь нужно две вещи. Во первых, осознание правоохранителя ми того, что они делают общее дело и что только результат совместных усилий сможет повлиять на преступность, терроризм, коррупцию. Во вторых, необходи мо на уровне закона, а не ведомственных инструкций и советских традиций, сфор мировать единый аппарат для охраны безопасности.

– Что, по Вашему мнению, нужно делать, чтобы исключить случаи произвола в милиции?

– Сделать так, чтобы для произвола не было места – дать необходимое обра зование, привить навыки, выработать закон, стимулировать сотрудников к недо пущению произвола.

– Что нужно делать в первую очередь для эффективной борьбы с преступнос тью?

– Искоренить преступность в рядах тех, кто с ней борется.

2. Интервью с начальником РОВД – Скажите, пожалуйста, несколько слов о себе и своем опыте работы в право охранительных органах. Какое образование Вы получили, как долго проработали в органах, на каких должностях, какую работу выполняли?

– Горно металлургический техникум, повышение квалификации в Чебоксар ской школе милиции, Уральский юридический институт, Московская Академия МВД РФ, первый факультет закончил с отличием, после чего три года был соиска телем при Академии МВД.

20 лет работы в отделах внутренних дел. Оперуполномоченный уголовного ро зыска, начальник отдела уголовного розыска, замначальника ОВД по оперативной работе – начальник криминальной милиции. 10 лет – начальник ГОВД, 3 месяца – начальник отдела в Грозном, в Старопромысловском ОВД, 1 год – начальник РОВД.

– Как Вы считаете, каковы приоритеты в деятельности органов внутренних дел? Насколько Вы с ними согласны?

374 Реформа правоохранительный органов: преодоление произвола – Все направления важны.

– Какие сейчас основные направления деятельности? С чем это связано?

– Профилактика преступлений, которой занимается милиция обществен ной безопасности, раскрытие преступлений криминальной милицией, расследо вание преступлений, прямой ответ на заявление граждан… Чтобы всем направле ниям деятельности уделялось серьезное внимание, надо чтобы каждое подразде ление занималось своим делом.

– В какую сторону изменилась ситуация в последние три года?

– Резкого всплеска не наблюдается. Работают превентивные статьи. Те, что находятся в компетенции милиции общественной безопасности: хулиганство, мелкие кражи и т.п.

– Кто ставит приоритетные задачи? От кого или от чего зависит выбор этих приоритетов?

– Мы планируем работу, учитывая характер преступлений, совершенных за год. Увеличиваем работу по тем видам преступления, где требуется больше внима ния. Проводим операции по приказу Министра внутренних дел, к примеру, «Вихрь антитеррор», в связи с терактами.

– Существует ли должное обеспечение для реализации приоритетных задач?

Чего Вам не хватает в первую очередь?

– С обеспечение всегда очень сложно. Ни в одном ОВД должного нет. Не хватает транспорта, ГСМ, связи… Считаю, что минимум для работы у нас все же есть, а максимум… Упростило бы работу, если бы милиция финансировалась из одного уровня бюджета, а не из трех. Главное, что государство должно сделать для лучшей работы милиции – достойную зарплату. Благодаря чему к нам пойдут кадры более высокого уровня и по образованию, и по интеллекту. На сегодняш ний день зарплата очень низкая.

– Как на практике реализуется такая задача милиции, как «борьба с преступ ностью», какие задачи приходится решать?

– Каждое подразделение выполняем свои прямые обязанности.

– Какая существует система защиты сотрудников, отказавшихся от испол нения незаконного приказа, если такой будет отдан?

– Если вести речь о незаконном приказе начальника РОВД, его можно обжа ловать в инспекцию по личному составу ГУВД, в управление кадров ГУВД, нако нец, в суде. Если заместитель начальника издал такой приказ – его может отме нить начальник, что порой и делается. Кроме того, в райотделе есть юрист, кото рый в том числе отстаивает и права сотрудников.

– Существует ли коррупция в работе правоохранительных органов? В чем она проявляется, на каких уровнях, в каких подразделениях? Насколько она мешает или мешала Вам в вашей работе?

– Существует. Не во всех подразделениях. Это зависит от личностных качеств.

Одни приходят в милицию работать, другие – зарабатывать. Но не могу сказать, чтобы это было массовым явлением. При приеме на работу кандидат должен прой ти медицинскую комиссию. В том числе, систему тестового характера. После такого тестирования иногда бывают категорические оценки: в милиции работать нельзя.

Такой кандидат, даже физически здоровый, медицинскую комиссию не проходит.

– Как бы Вы сформулировали главные проблемы правоохранительных органов?

Насколько успешно они решаются?

Раздел 4. Материалы исследования – Финансирование. Слишком интенсивный труд, перегруженность. Систе ма отчетности. В какой то степени коррупция внутри правоохранительной систе мы, но она мизерна. Текучесть кадров – стабильная. И много желающих приходит на работу. Некомплект в отделе 6,6%, ниже среднеобластного. Год назад был 16,5%.

Невыполнение гарантий, отмена льгот в том числе. Низкая заработная плата.

Плохое материально техническое оснащение отделов – Какие проблемы замалчиваются?

– Затрудняюсь ответить.

– Если бы от Вас зависело принятие решений, то что бы Вы сделали в первую очередь?

– Уже сказал. И в своем РОВД буду этого добиваться для личного состава:

жилья, транспорта, достойной зарплаты.

– Нужна ли реформа правоохранительной системы?

– Зачем лишний раз заниматься реформированием, если, в конечном счете, придем к тому же?

– Какие проблемы с финансированием? Насколько верно распределяется фи нансирование для обеспечения нормальной работы?

– С ним не проблемы. Его просто недостаточно. Основные статьи, конеч но, закрываем. Зарплату, продпаек, санаторно курортное лечение, командиро вочные, материальную помощь, премии. Остальное? Можно сказать так: какой тыловик, такое и обеспечение. Если вовремя в смету заложит, документы подго товит и сдаст, будут и на ремонт деньги выделены, и на другие статьи. В ограни ченном, конечно, объеме. Как говорится, ручку шариковую выдали, на вторую не смотри.

– Как Вы считаете, возможно ли эффективно бороться с современной пре ступностью в России, опираясь на действующее законодательство?

– Конечно, законодательство несовершенно. А если разрешим гражданам по 5 граммов героина в кармане носить, посадим на иглу полгосударства! И разреше ние принимать от населения лом цветного и черного металлов, также не способ ствует эффективной борьбе с кражами. А с точки зрения профилактики, нужно бы и принудительное лечение от алкоголизма, и государственную монополию на тор говлю табаком и алкогольной продукцией.

– Какие документы, правовые акты Вы считаете основными, которые ис пользуются каждый день?

– Ведомственные приказы, административное законодательство, уголовный кодекс, УПК.

– Каких правовых актов не хватает?

– Всего хватает.

– Как Вы считаете, возможно ли организовать работу на основе инструктив ных документов? Их слишком много или слишком мало?

– Их много, но на них одних работу не построишь. Инструктивные докумен ты лишь разъясняют законы.

– Часто ли случается, что инструкции противоречат федеральному законода тельству? Приводит ли это к каким либо негативным последствиям?

– Такого не бывает.

– Когда инструкция лучше, чем закон, и менять скорее нужно закон, чем инст рукцию?

376 Реформа правоохранительный органов: преодоление произвола – Инструкция лишь расшифровывает закон, она не может ему противо речить.

– Среди исследователей существует мнение, что ведомственное правотворче ство извращает смысл законов и это приводит к произволу в деятельности правоох ранителей? Интересно услышать Ваше мнение по этому поводу?

– Нет, не согласен.

– Как Вы считаете, насколько серьезно и обоснованно можно говорить о про блеме произвола правоохранительных органов?

– При существующей сегодня системе контроля, при ежедневном надзоре про курора произвол невозможен. Такие факты просто сразу пресекаются. А с людьми, которых замечают в этом, отделы сразу расстаются. В нашем райотделе прокуратура в 10 метрах от милиции. И сам этот факт тоже дисциплинирует сотрудников.

– Какие причины произвола, превышения должностных полномочий и пр. Вы бы назвали основными?

– Возможно, срыв сотрудника. Скажем, на задержании. Когда он применил неоправданно физическую силу.

– Возникают ли ситуации, когда произвол становится единственным спосо бом достичь необходимой цели, когда цель такова, что «все средства хороши»?

– Нет, это ушло в прошлое. Тем более это бессмысленно, так как на суде не будут расцениваться любые доказательства, добытые нелегитимным путем.

– Есть ли какие либо группы, категории граждан, с которыми «не церемонятся»?

– Нет.

– Существует проблема использования правоохранительных органов как инст румента для решения политических, коммерческих, криминальных и пр. задач? Не является ли это использование объективным, неизбежным следствием происшед ших и происходящих в стране перемен?


– Нет. Мы деполитизированы. Начальник РОВД не подчиняется местной власти. У нас только ведомственное подчинение. Если к нам обратится любой руководитель, мы отнесемся к его заявлению на общих основаниях.

– Насколько серьезна проблема превышения полномочий со стороны сотрудни ков милиции?

– Она надуманна.

– Как Вы думаете, почему закон требует разъяснять права задержанным?

Это просто «дань либерально правовой традиции» или способ, который в конечном итоге позволяет и задержанному, и правоохранителю не совершить правонаруше ния в ходе дознания, следствия и разбирательств по делу?

– Нет, это не традиция. Это необходимость. Порой задержанные совсем не знают своих прав. Мы обязаны им их разъяснить. И разъясняем. И это помогает грамотнее провести следственные действия.

– Насколько требование о разъяснении прав задержанному укоренилось в прак тике работы правоохранительных органов?

– Укоренилось.

– Многие бывшие задержанные жаловались на то, что протокол о задержании оформляется с опозданием, задним числом и часто указанные в нем сведения не соответствуют действительности. Что может быть причиной такого рода про цедурных нарушений? Насколько игнорирование правил документирования ослож няет работу?

Раздел 4. Материалы исследования – Возможно, эти жалобы устарели. Во всяком случае, мы этих норм не нару шаем. Хотя, возможно, в больших РОВД это и встречается. Или в связи с тем, что пошел большой вал. Конечно, от вала и от нагрузки на работников дежурной части и следственно оперативной группы такое может зависеть. Есть предвари тельно задержанные, по которым не принято решение, как того требует закон, в связи с алкогольным опьянением. Такого человека оставляют до вытрезвления, затем оформляют и отпускают.

– Какие Вы бы назвали основные препятствия, ограничивающие или нарушаю щие доступ задержанных и подозреваемых к правовой защите?

– Не нарушается это право. Если подозреваемый не дает согласия беседовать без адвоката, следователь не будет этого делать. Это опять же не будет иметь смыс ла в суде.

– В целом, что может быть причиной неряшливого исполнения процедурных правил и игнорирования предписаний – Только личной дисциплиной сотрудников.

– В связи с важными и сложными обязанностями правоохранительных органов не может ли быть так, что требования милиции не могут быть незаконными, что в каждом случае у милиции есть основания предъявлять требования гражданам?

Например, часто в протоколах об административных задержаниях можно прочи тать, что человек был задержан и привлечен к ответственности «за неповинове ние законным требованиям сотрудников милиции».

– Если человека за что то задержали, тому должны быть причины. Сотрудни ки должны руководствоваться какими то законодательными требованиями.

– Известно ли Вам о случаях, когда правоохранители предпочитают нарушить закон, но оградить человека от несправедливого наказания? Может ли считать это произволом?

– Не рядовому сотруднику решать, справедлив ли закон. Милиция – испол нитель воли законодателя.

– Насколько влияет уровень обучения молодых сотрудников на их участие в актах произвола? Насколько влияет уровень их правовых знаний, в частности?

– Конечно, чем выше образовательный уровень сотрудников, тем менее веро ятно их участие в актах произвола.

– Чего не хватает в образовательных программах?

– Они перенасыщены.

– Насколько хорошо организовано послевузовское обучение (или после школы милиции и пр.)? Какие сейчас действуют программы повышения квалификации, профориентации?

– Для некоторых она и не нужна. По ведомственному приказу переподго товка проходит постоянно. Она обязательна при переходе в другую службу, повышении по должности. Даже если человек учится в то же время в юридичес ком вузе.

– Какова ситуация с обучением современным технологиям и методам сбора доказательств?

– Хорошая. Его проходят все службы при главном управлении.

– В милицию приходит новый сотрудник. В какую среду он попадает?

– Он попадает в коллектив, а не в среду. И во многом то, как он в коллектив впишется, зависит от его личностных качеств.

378 Реформа правоохранительный органов: преодоление произвола – Какие Вы бы назвали основные принципы и нормы корпоративной этики?

Что необходимо новому сотруднику усвоить, чтобы вписаться в коллектив?

– Знать армейский принцип. Подчиняться старшему по званию, по должно сти, учитывать возраст, учиться у опытных практиков хорошему.

– А какие существуют табу, чего не надо делать ни при каких обстоятельствах?

– Нельзя нарушать закон. Сор из избы выносить? Если это сор, с которым можно в избе разобраться. В любом случае, если он видит нарушение закона с чьей бы то ни было стороны, он должен об этом говорить правду. Если же речь идет уже о мусоре – о том, что пресекается уже не увольнением, а возбуждением уголов ного дела – лучше обратиться с этим в прокуратуру.

– Из исследований, проводимых МВД, известно, что около 60% осужденных сотрудников милиции считают, что то преступление, которое они совершили, яв ляется весьма распространенным, т.е. фактически нормой в деятельности. Как так получается, что кого то осуждают, а кого то нет? За что «сдают»?

– Это неправильное мнение. Или просто оправдание своих поступков.

– Существует ли проблема профессиональной деформации молодых сотрудни ков, их морально психологическая неподготовленность к службе? Как необходимо решать эти проблемы?

– И не только молодых сотрудников. Все таки мы работаем не с лучшей полови ной человечества. И эта деформация с годами происходит со многими. Профессио нальная деформация происходит не только в милиции. Конечно, имеет смысл и лучше относиться к подбору кадров, и к соблюдению правовых норм внутри отделений.

– Как Вы считаете, каковы положительные и негативные последствия судеб ного контроля за правомерностью действий сотрудников правоохранительных орга нов: выдача санкций на арест, проведение обыска, психиатрической экспертизы и пр.? Облегчает или усложняет это каждодневную работу?

– Мы научились с этим законом работать. И со стороны судей нет препят ствий ни с арестами, ни с обысками. И благодаря этому контролю вырос уровень подготовки дел в суд.

– С чем связано поверхностное отношение судей при рассмотрении дел, кото рое приводит к тому, что обстоятельства дел остаются фактически не изучены, некоторые доказательства не принимаются в расчет и пр.?

– Не бывает.

– На чем, как правило, основывается суд, вынося свои решения?

– На законе.

– Получение признания от подозреваемого – это насущное требование для до ведения дел до суда и залог обвинительного приговора?

– Это совсем необязательно.

– Каким критериям должна отвечать доказательственная база для успешно го рассмотрения дела в суде?

– Показания свидетелей, заключения экспертов, сбор всех материалов в про изводстве уголовного дела.

– Какие существуют возможности для легализации результатов оперативной работы? Достаточно ли этих возможностей?

– Законодатель должен предусмотреть что то по наркотикам! Сегодняшних возможностей недостаточно. Сложно в суде проходят такие доказательства, как аудио и видеозапись, фотосъемка. А это серьезное подспорье для нас.

Раздел 4. Материалы исследования – Как, по Вашему мнению, можно было бы улучшить взаимодействие милиции и судов в борьбе с преступностью?

– Взаимодействия между нами достаточно.

– Как сами милиционеры воспринимают свою роль и свои задачи в обществе?

– Как охранники правопорядка.

– Известно, что сейчас население отказывается сотрудничать с милицией, помогать ей в работе. С чем это связано?

– Во первых, боятся мести преступников. У нас проблема сберечь свидете лей. Незащищенность населения. Нет материальной обеспеченности закона по вопросам охраны свидетелей. Во вторых: если бы свидетелю достаточно было дать показания один раз… А приходится, в связи с процессуальными действиями, не сколько раз. Всякий раз приходится отрываться от своей работы. В третьих, игра ет роль неверие в то, что дело будет доведено до суда, что принятое по делу реше ние, с его точки зрения, будет справедливым и т.д.

– Бывают ли ситуации, когда общество готово терпеть нарушения законнос ти со стороны правоохранительных органов? Где та граница, за которую не стоит переходить правоохранителям в своей работе?

– Да, когда нарушитель задел их права. И потерпевшие порой обращаются с жалобами на то, что милиционеры слишком мягко обошлись с нарушителями.

– (Рассказ о деле Ульмана). Не получилось ли так, что Ульмана сделали край ним, а судить нужно того, кто отдал приказ?

– Вообще судить о военных действиях сложно. Если шла военная операция, то, что делать там мирным жителям? Могут попасть под огонь с обеих сторон.

Если нет военных действий, то с чего расстреливать мирное население? Приказ был письменный или устный? А был ли он?!

– Сейчас мало кто из людей знает своего участкового по району. И зачастую не хочет знать. В чем причины того, что в глазах значительной части граждан мили ция перестала быть властью, от которой зависит их безопасность?

– Хотят знать участковых. И на всех территориях люди приглашают милици онеров. В деревнях бабушки идут на прием к участковому даже не столько из за того, что у нее колоду из бани украли, сколько для того, чтобы выговориться.

– Что нужно сделать власти, СМИ для того, чтобы доверие граждан к мили ции повысилось?

– Повысить статут милиции. Власти – материально, СМИ – морально.

8. Тверская область Интервью с сотрудником патрульно постовой службы (ППС) – Скажите несколько слов о себе и своем опыте работы в правоохранительных органах. Какое образование Вы получили, как долго проработали в органах?

– В органах я с 2001 г. Образование среднее. Служу в патрульно постовой роте.

380 Реформа правоохранительный органов: преодоление произвола – Вы сразу стали работать в ППС?

– Нет, я полгода работал во вневедомственной охране, а потом попросил пе ревести в патрульно постовую. Там ребята были знакомые, все как то лучше, когда люди знакомые… – Где Вы получили первоначальные знания по специальности?

– Где получил? Все навыки получил в армии, я во внутренних войсках служил.

– Были ли сложности с поступлением в это учреждение?

– Куда, в милицию? А какие могли быть сложности, если у меня была соответ ствующая подготовка, я спортом занимался, сейчас, правда, только гири таскаю, а раньше, в соревнованиях по боксу участвовал.

–Достаточно ли Вам знаний в работе? Чего не хватает?

– Для моей работы, я считаю, знаний у меня достаточно. Чего не хватает? Не хватает зарплаты.

– Когда последний раз проводилась проверка служебного соответствия?

– Я точно не помню когда, но была аттестация. А зачем это? У меня на работе все нормально. Претензий ко мне по службе нет.

– От участия в каких обучающих программах Вы бы не отказались (семинары, практика, повышение квалификации, переподготовка)?

– Повышения квалификации? Я каждое дежурство повышаю квалифика цию. Вот, может, буду поступать в школу милиции… Раньше думал, что не задер жусь в органах…Ну, а теперь подумываю поступать в школу милиции. И коман дир советует, надо, мол, учиться, ты уже три года проработал, уже знаешь специ фику работы и все такое… Все же надо разбираться в законах. Это и для самого себя полезно.

– Как в целом Вы оцениваете систему обучения сотрудников правоохранитель ных органов.

– Да как оцениваю? Нормально оцениваю. Хочешь учиться – учись. Мне вот некогда было учиться, родители болели, брат в неприятную историю попал, пара зит… Своя семья появилась. Все требует времени. А на службе вечные переработ ки… Людей не хватает: кто в отпуске, кто заболел, кто уволился, кто еще чего.

– Были ли у Вас сложности, связанные с адаптационным периодом? Долго ли Вы осваивались на новом месте?

– Да нормально. Для меня мало что поменялось.

– Что Вам нравится в вашей работе?

– Я, когда дежурю, отдыхаю. Сутки пролетают незаметно. Когда дома нахо жусь, то все что то не то, скучно как то. А на дежурстве, как на охоте. Выходишь на работу, как в разведку. Некоторым не нравится, что надо все делать в темпе, быст ро, потому что обстановка меняется, а мне это как раз и нравится.

– Как бы Вы охарактеризовали среду, в которой оказались, тех людей, с кото рыми Вы служите?

– Люди, как и везде, разные. Работа тяжелая, и не все приспосабливаются. Но уходят в основном из за зарплаты. Потом требования высокие. А за высокую зар плату терпели бы, работали… А так, говорят, что жилы рвать? То, что сотрудники часто меняется, это мне не нравится.

– Какие неписаные правила поведения существуют у Вас на работе?

– Как вы сказали, неписаные? Ну… за спину товарища не прятаться, делить ся, в смысле, стоять друг за друга. Ведь всякие ситуации бывают… Вот, команди Раздел 4. Материалы исследования ровки бывают в Чечню. Я несколько раз в таких командировках бывал. Там, да и здесь, нужны надежные мужики. И не крысятничать – это тоже важно!

– Каким образом Вам стало известно об этих правилах? Как долго Вам при шлось их усваивать?

– А что там усваивать? Подежурил месяц и все понял.

– Какие могут быть последствия, если человек перестает соблюдать эти пра вила?

– Грубо говоря, что делают с теми, кто хочет выехать на чужом горбу? Вот, знаете, кого не берут в разведку? Так и в милиции нужны надежные, не б…, я имел в виду, не трусливые люди. А если все наоборот, то на кой он нужен, такой сотруд ник в «органах»?

– Что является «запретным», чего не надо делать ни при каких обстоятель ствах?

– Не прессовать, т.е. я хотел сказать, не бить теток и малолеток.

– Произошли ли какие либо изменения в Вашей жизни после устройства на работу? Заметили ли изменения в себе?

– Что то, наверное, изменилось. Я теперь вижу человека, как на рентгене. Я сразу вижу, кого остановить можно, а кого не стоит. И всегда в точку попадаю. Со мной пацаны любят дежурить. У меня память так натренирована, что если один раз внимательно посмотрю, то запоминаю человека хоть в жизни, хоть на фото графии. Вот посмотрю фоторобот, описание примет, закрываю и могу это опи сать до последней мелочи. Раньше за собой этого не замечал, а здесь натрениро вался… – Заметили ли изменения в себе? И изменились ли Ваши отношения с людьми?

– Конечно. Если имеешь каждый день дело с трупами, это давит на психику.

На первом, наверное, дежурстве выехали на труп. Жильцы одного дома в Заволж ском районе нашли парня, позвонили и говорят, что в сквере парень лежит, не двигается… Подъехали, лежит совсем молодой пацан, весь белый. Я его стал по щекам бить: может еще живой, а у него глаза как будто приоткрылись – оба на! А мне старшой говорит: кончай, этот уже несколько часов как откинулся! Потом оказалось, что парень наркоманом был. Он мне долго потом перед глазами стоял, лежит такой. Короче, привык уже. И из петли вынимал, и из канализации доста вал, из такого дерьма, что… – Наверное, изнанка жизни все таки влияет?

– Ну, может и влияет. Мне теперь после работы стопарь обязательно надо выпить.

– Что может послужить причиной увольнения со службы?

– Увольнения? Если человек раз другой подвел кого то, по пьянке что то не то сделал. Или командира не понимает. Такие у нас не задерживаются. Если что то нарушил, то могут уволить.

– Как Вы считаете, каковы приоритеты в деятельности органов внутренних дел? Насколько Вы с ними согласны?

– Вот взялись за терроризм. Это, говорят, самый главный приоритет в нашей работе. Это правильно, но этим должна заниматься служба безопасности, т.е. ФСБ.

Чем они занимаются, если теракты продолжаются? А милиция, прежде всего, дол жна навести порядок на улице, чтоб шапки не срывали, не вырывали сумочки, чтобы пьяные и наркоманы не шатались по улицам. А то, кто то не дорабатывает, 382 Реформа правоохранительный органов: преодоление произвола а с нас, с милиции, спрашивают. Это неправильно. Каждый должен заниматься своим делом, своими прямыми обязанностями.

– Как на практике реализуется такая задача милиции, как «борьба с преступ ностью», какие задачи приходится решать?

– Как она может реализоваться, если не хватает одного, другого, третьего.

Мы, бывает, в наглую подъезжаем к заправке и просим заправить патрульную ма шину. Мы же это делаем не для себя. Бывает, начальство договорится с хозяином насчет бензина. А мы это делаем не для себя лично. Но это же не дело! Нам, может, его придется арестовывать, и как это будет выглядеть?

– Существует ли система защиты сотрудников, отказавшихся от исполне ния незаконного приказа, если такой будет отдан?

– Меня уже приучили приказы командира не обсуждать. А с другой стороны, не было у меня такого, чтобы я выполнил какое то указание старшего по званию, а потом возникли какие то вопросы – А что Вы думаете о деле Ульмана? Не получилось ли так, что Ульмана сдела ли крайним, а судить нужно того, кто отдал приказ?

– Что тут думать? В Чечне – это сплошь и рядом, а этому Ульману одному отдуваться. А что у него за фамилия? Он что нерусский? Немец? Значит, знает, как мочить этих «черных». Мне отец рассказывал, как немцы в 68 году в Чехословакии шороху наводили. Вот в Чечне идет спецоперация, правильно? Когда проводятся спецоперации, то все понимают, что это военная операция. Кто знает, что в следу ющую минуту сделает женщина чеченка? Мало нам этих шахидок? Значит, было там что то такое, что надо уничтожить эту машину и тех пассажиров. Это они на первый взгляд мирные. Там так бывает, какая то тетка так посмотрит на тебя, сразу ненависть видна. А пацаны? Да это же волчата! Это же смена боевиков растет.

А насчет крайнего я скажу так: начальство какие то моменты не осуждает, а попало про какой то случай в газету, то – все! Надо реагировать!

– Существует ли коррупция в работе правоохранительных органов? В чем она проявляется, на каких уровнях, в каких подразделениях? Насколько она мешает Вам в вашей работе?

– А где коррупции нет? Такие случаи сплошь и рядом. У нас же никто ничего без денег не делает. Вот медицина у нас считается бесплатная, а что на самом деле?

Даже если тебе что то бесплатно положено, то все равно за это надо заплатить.

Каждый жить хочет. Вы посмотрите, какие магазины понастроили, какие у людей машины, что они честным трудом это добыли? Да не поверю. Все на взятках! Есть это и в милиции, но не больше, чем в других местах.

– В каких ситуациях административные правонарушения происходят чаще всего? Чем это можно объяснить?

– Да в каких ситуациях, в случаях правонарушения и происходит. Чаще это бывает вечером, народ борзеет к ночи… выпивка, то да се. Нарушать закон стара ются в темноте, правильно?

– Является ли административное задержание эффективным способом воздей ствия на правонарушителей?

– Само собой является, а как же пресекать нарушения?

– Какие административные правонарушения Вы бы перевели в разряд уголов ных? Почему?

– Так сразу и не скажешь. Я не задумывался об этом.

Раздел 4. Материалы исследования – Бывают ли случаи необоснованных административных задержаний? С чем это связано по Вашему мнению?

– Возможно, что и бывают. Вот получили мы вызов – муж дебоширит. Приез жаем, забираем мужика, а в дежурке он рассказывает, что застал жену с мужиком.

Смотрим, он и правда не пьяный даже, в галстуке и билет показывает, только с поезда. Мужик просит, деньги сует, мол, отвезите домой, а то второй час ночи уже.



Pages:     | 1 |   ...   | 12 | 13 || 15 | 16 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.