авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 | 2 || 4 |

«Н.Н. Щербаков: ученый и педагог Иркутск 2007 1 УДК 94(47) ББК 63.3(253) Научный редактор д.и.н., профессор ...»

-- [ Страница 3 ] --

Историограф по научному профилю и пристрастиям, он мог прокомментировать многие из этих книг, указав на их слабые и сильные стороны, дополнял известной ему информацией, а при необходимости мог порекомендовать другие издания по этой проблеме.

В 1990-е годы сотрудники кафедры активно работали над подготовкой методических указаний. За эти годы для студен тов было подготовлено более десяти персональных методиче ских указаний и три коллективных: в 1987, 1997, 2003 годах. В их названиях отразилась смена содержания преподаваемой ка федрой учебной дисциплины. Это «Семинарские занятия и ме тодические указания по изучению истории КПСС», «История России в контексте мировой цивилизации: Программа учебно го курса» и «Программа курса «Отечественная история». На чалась работа над новой программой курса «Отечественная ис тория»11 для студентов неисторических специальностей, опуб ликованной уже после кончины Щербакова в 2006 году.

Направляя кафедру на решение проблем повышения квали фикации и научного роста, Н.Н. Щербаков действовал в свой ственной ему манере дружеского нажима. Под его руково дством защитил кандидатскую и докторскую диссертацию А.А. Иванов, докторскую – В.Н. Казарин, кандидатскую – Н.Ф.

Васильева. Особое внимание он уделял подготовке работника ми кафедры докторских диссертаций. Кроме уже названных сотрудников, в той или иной форме обучение в докторантуре и творческих отпусках прошли доценты Л.П. Сосновская, Ю.А.

Зуляр, Н.Ф. Васильева, С.А. Рязанцев. В этом направлении ра боты его усилия увенчались полным успехом. Оставив свой пост, он обеспечил стопроцентно остепененную кафедру, имеющую в своем составе двух докторов наук и двух докто рантов.

Процесс подготовки педагогических кадров высшей квали фикации не ограничился удовлетворением потребностей ка федры. Так, работавшие на кафедре В.Н. Казарин и В.В. Чер ных, защитив под его руководством докторские диссертации, возглавляют кафедры истории государства и права в юридиче ском институте ИГУ и социально-гуманитарных дисциплин Восточно-Сибирского института МВД России. А готовивший под его руководством докторскую диссертацию доцент С.А.

Рязанцев руководит кафедрой истории государства и права Иркутского технического университета.

Николай Николаевич проявил себя дальновидным полити ком и руководителем, когда в середине 1990-х годов принял судьбоносное для кафедры решение о преподавании на ее базе новой учебной дисциплины «Политология», вследствие чего она в очередной раз изменила свое название на «кафедру оте чественной истории и политологии».

Решение было принято не на пустом месте. В 1992 г. в экспериментальном режиме по просьбе руководства филологического факультета курс «Поли тология» был прочитан доцентом В.Н. Казариным, затем на постоянной основе он был введен в учебный план факультета и читался доцентом С.А. Рязанцевым. В феврале 1996 г. Н.Н. от правил в Иркутский политехнический институт в семестровую стажировку доцента Ю.А. Зуляра для разработки программы, структуры и базовых принципов новой дисциплины. И уже в 1996/97 учебном году на основе соответствующего распоряже ния Министерства высшего образования кафедра приступила к чтению новой учебной дисциплины. В той непростой ситуации непрерывного сокращения бюджетного финансирования выс шей школы и обусловленного этим сокращения количества штатных преподавателей Щербаков сохранил, по меньшей ме ре, две ставки – отстоял рабочие места для двух человек, от давших университету всю жизнь, и при ином раскладе вынуж денных искать себе место работы вне университета. Логичным итогом этой работы стало переименование 4 ноября 1996 г. ка федры отечественной истории в кафедру отечественной исто рии и политологии.

Николай Николаевич Щербаков, прилагая усилия по сохра нению кафедры как самостоятельного и целостного подразде ления университета, исходил из понимания оригинальности и ценности того коллектива, которым он руководил. И действи тельно, сотрудники кафедры истории КПСС многие годы (с 1956 г.) вели занятия на негуманитарных, а затем и на всех (кроме исторического) факультетах университета. Они освоили и в совершенстве владели методикой преподавания общест венных дисциплин. В эти годы в печати, да и в вузовских сте нах нередко раздавались предложения о полном выводе из учебного процесса обществоведческих дисциплин. Преподава тели кафедры, благодаря эффективной работе, смогли убедить руководство факультетов и доказать студентам важность и по лезность данной учебной дисциплины. Об этом свидетельст вуют рейтинги преподавателей, составлявшиеся тогда на фа культетах университета. Их результаты показали, что боль шинство студентов достаточно высоко оценивали деятельность преподавателей кафедры. Работая с большими потоками сту дентов, зачастую без реальной поддержки деканатов, препода ватели кафедры качественно выполняли возложенные на них обязанности по воспитанию в молодых людях чувства патрио тизма и ответственности за свою Родину. Кроме того, чтение курса «Отечественная история» предусматривает соответст вующее знание фактического материала и понимания сущно сти процессов, охватывающих огромный исторический период – IX-XXI века, то есть более тысячи лет. Преподаватели ка федры всегда были в курсе последних событий политической жизни страны и мира. Они не уходили от обсуждения самых сложных проблем, демонстрируя при этом соответствующий уровень знаний и эрудиции, и эта особенность преподавателей кафедры импонировала студентам.

Щербаков трепетно относился к своим учителям, и тем са мым являл для других, и не только сотрудников кафедры, при мер, достойный подражания. Он всегда интересовался усло виями их жизни и деятельности и спешил придти на помощь, когда они в ней нуждались. Убедительным доказательством этого является свидетельство В.З. Аршинского о том, как Щер баков «…продлил научную и творческую жизнь нашим ува жаемым ученым, докторам наук И.И. Кузнецову и Б.С. Сан жиеву»12, когда их сократили на историческом факультете.

Будучи заведующим кафедрой, он создал и все эти годы поддерживал атмосферу комфорта и доброжелательности, обеспечивающую спокойную и творческую работу ее сотруд ников. Николай Николаевич требовал от преподавателей не ог раничиваться чисто педагогической деятельностью, но соче тать ее с научными исследованиями. Он помогал обращавшим ся своим советом и квалифицированной консультацией. Хоро шо зная круг интересов историков Иркутска и Сибири в целом, он называл несколько имен исследователей, специализировав шихся на заинтересовавшем человека направлении, как бы по ощряя его к дальнейшим исследованиям и углублению знаний о нем.

Щербаков хорошо знал жизнь, понимал людей и их слабо сти и был к ним снисходителен. Для руководителя даже не большого коллектива – это прекрасное качество. Он никогда не ставил перед коллективом непонятные или недостижимые це ли, подкрепляя их ссылками на указания руководства или ка кие-то важные, но никому не известные обстоятельства. Он шел от реальной жизни и с ней сверял свой стиль и методы ру ководства. В те годы, когда зарплата вузовского преподавателя фактически превратилась в мизерное пособие по безработице, а единственным средством выжить стало совместительство и всевозможные подработки, Николай Николаевич не стал лице мерить и принимал занятость сотрудника на стороне как объ ективные обстоятельства, достойные понимания. В 1994 г. он и сам вынужден был подрабатывать на подготовительных курсах в университете, читая абитуриентам, как в дни своей юности, курс отечественной истории13. О том периоде в жизни кафедры профессор В.Н. Казарин пишет: «К совместительству препода вателей Николай Николаевич относился с пониманием;

сам он тоже выезжал с лекциями в Братский государственный универ ситет;

одно время немного преподавал в Иркутском институте инженеров железнодорожного транспорта»14.

Н.Н. Щербаков постоянно и много работал над повышени ем своего научно-педагогического уровня. Считал обязатель ным лично знать выдающихся педагогов и организаторов выс шей школы и учиться у них. Активно участвуя в научных кон ференциях, во время заседаний Диссертационного совета ИГУ он использовал любую возможность для общения с ведущими специалистами АН СССР, профессурой высшей школы. Не преувеличивая значения этих встреч, он использовал такую форму повышения квалификации, как широко практикуемые в те годы стажировки в Москве. Впервые он проходил обучение на факультете повышения квалификации Московского госуни верситета им. М.В. Ломоносова в феврале-мае 1976 г. В силу своих научных пристрастий он прикрепился к кафедре исто риографии и источниковедения, которой руководил в тот пе риод член-корреспондент АН СССР И.Д. Ковальченко15. Иван Дмитриевич являлся мэтром советской исторической науки и законодателем научных подходов в историографии и источни коведении. Организация учебного процесса, формы и методы работы с молодыми учеными многому научили начинающего вузовского педагога. Посещение открытых занятий ведущих преподавателей позволило ему получить представление о высших стандартах российской высшей школы и исторической науки.

И следующую свою стажировку Щербаков проходил в Мо сковском госуниверситете в сентябре 1983 – январе 1984 года.

Теперь его целью было повышение квалификации преподава ния вузовского курса «История СССР». Затем, после неболь шого перерыва, опять же в МГУ, Николай Николаевич в сен тябре-ноябре 1985 г. овладевал премудростями вычислитель ной техники и знакомился с подходами формализации истори ческих исследований. Вернувшись в Иркутск, на заседании ка федры истории КПСС естественных факультетов Щербаков подробно рассказал своим подчиненным о новациях, связан ных с появлением в вузах вычислительной техники. Строились предположения о возможностях ЭВМ (выражаясь языком того времени). Тогда никто и не подозревал, что через 20 лет невоз можно будет представить высшую школу без компьютеров. Но в тот момент это все было в диковинку, и члены кафедры с ин тересом разглядывали выданное ему удостоверение, свиде тельствующее «…о получении подготовки в области овладения вычислительной техникой», подписанное тогда еще мало из вестным ректором МГУ профессором В.А Садовничим16. А вскоре все члены кафедры прошли аналогичное обучение на базе Вычислительного центра ИГУ. Правда, реального прока от этого обучения было немного, скорее, знакомство с ЭВМ, их возможностями и языками программирования.

Последнюю свою переподготовку в столице Н.Н. Щербаков прошел в октябре-декабре 1989 года, вновь в Московском го сударственном университете, теперь уже по профилю своей новой кафедры. Он прошел обучение на кафедре истории КПСС (зав. проф. А.И. Токарев) Института повышения квали фикации преподавателей кафедр общественных наук. Здесь Николай Николаевич занимался в семинаре профессоров И.П.

Прусанова и Б.В. Леванова, где участвовал в обсуждении про екта программы по социально-политической истории ХХ ве ка17. Как он рассказал впоследствии, много времени ушло на рассмотрение возможностей совершенствования читаемого ву зовского курса, ведь в это время началась перестройка высшей школы. Вузовские преподаватели со всего Союза, стажиро вавшиеся в главном университете страны, и не допускали тогда мысли, что скоро будут жить и работать в разных странах.

Находясь на стажировке, Н.Н. Щербаков, кроме работы по совершенствованию общекафедрального учебного курса, мно го времени и сил отдавал модернизации и своего авторского спецкурса «История идейно-политического и организационно го краха буржуазно-помещичьих и мелкобуржуазных партий в России (начало ХХ в. – середина 20-х годов»18.

Постоянная связь с ведущим университетом позволяла Н.Н.

Щербакову быть в курсе учебно-методических новаций, про исходивших в высшей школе, и использовать их в своей дея тельности и работе руководимого им подразделения. Он всегда поддерживал связи со своими знакомыми и друзьями преподавателями разных регионов СССР, и связь эта базирова лась на его неподдельном интересе ко всему происходившему в науке и преподавании. Высокая степень информированности, способность к быстрому и объективному анализу происходив ших процессов и умение передать свои знания окружающим – выводили его из круга провинциальных вузовских руководите лей среднего звена. Он в определенной степени был способен предвидеть события и производил впечатление хорошо ин формированного, владеющего ситуацией и уверенного в себе руководителя, удивить которого чем-либо в науке и препода вании было весьма сложно.

Заметную роль в жизни университета он сыграл, возглавив вновь созданный Совет общеуниверситетских кафедр по гума нитарному образованию. Этот неофициальный орган помогал заведующим кафедрами находить выход из сложных ситуаций и проводить эффективную политику. Предшественником этого органа был совет кафедр общественных наук, возглавлявшийся ректором университета. Создание вместо него в перестроечные годы совета общеуниверситетских кафедр было объективным и правильным решением. В то время как на всех факультетах старейшего в Восточной Сибири вуза шла работа и велась борьба за поиск места в новой системе высшего образования, общеуниверситетские кафедры оказались предоставлены сами себе и нуждались в проведении скоординированной и соответ ствующей переживаемому вузом моменту политике. Когда встал вопрос о руководителе вновь созданной общественной структуры, руководство вуза и коллективы общеуниверситет ских кафедр пришли к согласию, что Н.Н. Щербаков в наи большей степени подходит на должность председателя совета.

Кроме координации деятельности кафедр, на совет была возложена ответственная и деликатная обязанность формиро вания педагогических коллективов общеуниверситетских ка федр. Решение проблем людей, являвшихся высококлассными специалистами, связанными с университетом десятилетиями работы, и молодых исследователей, только мечтающих начать в нем научно-педагогическую деятельность, – все это было за дачей совета. Отличительной чертой деятельности Н.Н. Щер бакова, возглавлявшего совет до своей кончины, была удиви тельная тактичность, поиск компромиссов, готовность пойти навстречу при решении любой кадровой или персональной проблемы.

Будучи много лет руководителем коллектива и структуры, объединяющей шесть общеуниверситетских кафедр, он много времени уделял решению кадровых вопросов. В условиях не обдуманного скоропалительного сокращения числа преподава телей высшей школы, проводимого руководством страны, ему часто приходилось принимать трудные решения. Ежегодно из давались приказы о сокращении численности преподавателей, а ведь за каждым сокращенным рабочим местом стояла судьба человека – его учителя или ученика, друга или уважаемого коллеги, ценного сотрудника.

В этих сложных условиях ярко проявилась сущность Н.Н.

Щербакова как руководителя, педагога и человека. Ощущая и понимая роль и значение свободы, он посвятил свою научную деятельность изучению жизни в условиях максимальной не свободы. Его интересовал человек на изломе, за гранью обы денного, человек, оказавшийся перед страшным выбором: ос таться внутренне свободным в условиях внешней несвободы, победить себя и обстоятельства и стать личностью, или сло маться и превратиться в раба обстоятельств. В истории и жиз ни его, прежде всего, интересовали люди, а не события, кото рые он исследовал через человеческие судьбы. Он знал и по нимал людей, о которых писал, пытался проследить весь их жизненный путь – от рождения и до тризны. Ему импонирова ли люди, не сломленные и не сломавшиеся, боровшиеся до конца, но не побежденные как личности. Он и сам боролся до конца, верил в свою победу, и здесь он, подобно своим люби мым историческим персонажам, ушел непобежденным.

Не все, с кем ему приходилось работать и руководить, вы зывали в нем симпатию, но в большинстве случаев он старался быть объективным и понятным. Он был способен признать личностью любого человека, даже ему не симпатичного. Он ценил людей, имеющих собственное мнение и не боящихся его отстаивать. Свобода личности – это редкое качество, если ее реализовать, а не мечтать о ней. Жизнь устроена так, что у ок ружающих чужая свобода и независимость рождает недоволь ство и страх, которые, в свою очередь, вызывают желание ее ограничить, а свободную личность сделать зависимым челове ком. Бесконечно трудно, имея возможность ограничить свобо ду другого, не сделать этого. Николай Николаевич был спосо бен на это, здесь проявилось его самое сильное качество: без превосходства и пренебрежения относиться к любому человеку и дать понять, что принимает его как равного.

Важнейшим направлением научно-педагогической деятельно сти Николая Николаевича Щербакова, по мнению коллег, явля лось руководство старейшим в Восточной Сибири (образован в 1940 г.) диссертационным советом по историческим наукам при Иркутском государственном университете. В тех непростых ус ловиях благодаря работе совета планомерно и эффективно осу ществлялась подготовка научных кадров для высшей школы, Академии наук и региональных органов управления. Членом со вета Николая Николаевича избрали в 1987 г., еще до подтвержде ния его докторской защиты. Причиной этого феномена был высо кий авторитет Щербакова как ученого, признание его научной добросовестности и выдающихся способностей организатора на учных исследований. К этому времени под его руководством за щитили кандидатские диссертации В.М. Андреев и Л.П. Соснов ская19.

Работа в составе диссертационного совета позволила Нико лаю Николаевичу продемонстрировать такие качества, как ор ганизованность, умение и стремление к поиску компромиссов, тонкий научный анализ и многие другие. В период до 1991 г.

под его руководством были защищены пять кандидатских дис сертаций. Все это выдвинуло его в неформальные лидеры со вета. Благодаря чему его в 1991 г. избрали председателем дис сертационного совета. Это произошло, как пишет профессор В.Н. Казарин: «…После ухода с должности в связи с возрас том… Б.С. Санжиева… человека умного и гибкого по восточному мудрого, великого тактика»20, при котором в г. совет стал докторским.

Управлять советом после такого руководителя было непро сто, но Щербаков не только справился, но и внес в его работу новые оригинальные направления и формы. Вскоре совет стал основным объектом внимания Николая Николаевича, тем бо лее что функционировал он очень активно, иногда его сессии продолжались по три дня. Говоря о значении совета, Щербаков в октябре 2004 г. подчеркивал, что «Диссертационный совет в развитии нашей науки в регионе играет большую роль. Он ко ординирует научную работу по истории в пределах Восточной Сибири. ИГУ – один из центров подготовки докторантов.

Здесь, в докторантуре, в области истории в настоящее время обучается около десяти человек. Это довольно много для учеб ного заведения, тем более для провинциального вуза»21.

География соискателей, защищавших диссертации в совете при его председательстве, была довольно обширна. Это вся Восточная Сибирь, Дальний Восток. Это такие города, как Красноярск, Абакан, Иркутск, Братск, Усть-Илимск, Улан-Удэ, Чита, Благовещенск, Хабаровск, Комсомольск-на Амуре. За щиты производились по двум специальностям: всеобщая исто рия, новая и новейшая история. Но защищались преимущест венно по отечественной истории. За последнее пятилетие ру ководства советом Н.Н. Щербаковым в нем защитилось более ста человек.

Руководя Диссертационным советом, как и в заведовании кафедрой, Н.Н. Щербаков продемонстрировал такое редкое ка чество как свободолюбие. Свобода для творческой личности – а Николай Николаевич, без сомнения, был творческой лично стью, заключается, прежде всего, в свободе думать на любые темы и говорить о том, что ты надумал, а потом поступать со образно своим представлениям. Будучи исследователем поли тических процессов, историком, работающим на грани класси ческой истории и запрещенной тогда политологии, он четко осознавал, что основная вина героев его поисков заключалась, прежде всего, в их стремлении к свободе, к свободе мысли, слова и дела.

Судьба дала Николаю Николаевичу счастливый шанс реа лизовать свои убеждения в жизни. Оказавшись руководителем Диссертационного совета по защите докторских диссертаций по истории, он мог способствовать развитию свободного поис ка исследователей, а мог и ограничивать их в выборе предмета изысканий. Именно на этом посту он сделал все возможное, чтобы термин «свобода и независимость научного поиска»

превратился из мечты в реальность. В период многолетнего руководства Щербаковым Диссертационным советом автору не известно случая, когда чей-нибудь научный интерес не был бы им учтен. Напротив, он постоянно стимулировал исследо вателей на поиск в самых различных направлениях, для него не существовало запретных или заповедных тем.

Вместе с тем, поощряя свободу и право на оригинальность, Николай Николаевич ревностно следил за тем, чтобы реализа ция новых замыслов не происходила на фоне и за счет забве ния предшественников. Он был способен оценить и отдать должное научным предшественникам. Его историографическое виденье и научное пристрастие обязывали следить и хорошо знать движение и состояние отечественной исторической мыс ли, анализировать выходящую литературу и знать выдающихся ученых, популяризируя их достижения. Очень требовательный к себе как к ученому, он зачастую был снисходителен к другим исследователям, понимая, что потребность в честном и ис креннем служении науке и исторической истине обусловлена только внутренними мотивами, и что ее нельзя навязать извне.

Он мягко указывал молодым исследователям на их историо графические и методологические упущения и ошибки, но не считал это препятствием для возможности претендовать на участие в научном историческом сообществе. Своими делами он формировал вокруг себя пространство свободного научного поиска.

Как руководитель Диссертационного совета, обслуживаю щего огромный регион от Красноярска до Владивостока, он являлся неформальным лидером научного исторического со общества этой территории. Практически ежедневно к нему прилетали, приезжали, приходили и звонили исследователи и руководители кафедр. Щепетильно относясь к этой роли, Щер баков с вниманием и пониманием относился ко всем, хотя это отнимало значительную часть не только рабочего, но и сво бодного времени. Он умел слушать и выслушивать до конца и был виртуозом компромиссов. Будучи актором, консолиди рующим и координирующим усилия Восточно-Сибирского на учного сообщества, он являлся официальным и неформальным посредником между ним и Высшей аттестационной комиссией.

Он всегда был в курсе не только проводимой ее руководством политики, но и важнейших тенденции и веяний. Все это позво ляло ему в сложных ситуациях, связанных с защитой и прохо ждением через ВАК кандидатских и докторских диссертаций, принимать правильные и своевременные решения.

Ярким свидетельством общественного признания Н.Н.

Щербакова в качестве руководителя, ученого и педагога стало празднование его 60-летнего юбилея в 1997 году. Поздравить юбиляра пришло множество людей, на его имя приходили те леграммы из многих городов страны и из-за рубежа. В эти дни, окруженный учениками, коллегами и единомышленниками, Николай Николаевич выглядел счастливым и растроганным.

Было видно, что он удивлен и смущен тем вниманием, тем ши роким общественным резонансом, который был вызван собы тием его частной жизни. Естественным образом, понимая сущ ность процессов, но не до конца принимая их, он стал публич ным человеком, знаковой фигурой сибирского исторического сообщества.

Есть какая-то сакральная взаимообусловленность событий в их последовательности. Для историка любые круглые даты имеют особое значение, и историческое сообщество всегда дружно откликается на них. Поэтому, анализируя деятельность Н.Н. Щербакова на должности заведующего кафедрой и пред седателя Диссертационного совета, автор не смог не поддаться соблазну связать совокупность событий в хронологический ряд. Николай Николаевич ушел из жизни после двадцатилетне го периода руководства кафедрой и пятнадцатилетнего – дис сертационным советом. Более того, сердце председателя совета остановилось в ночь накануне его заседания. А скорбную весть о непоправимом огласил на совете его ученик – профессор В.Н. Казарин, руководивший в этот день работой научного фо рума22. И, наконец, девять дней после его кончины совпали с днем рождения. Николай Николаевич, очень любивший соби рать в этот день своих друзей, и в этот раз остался верен своей традиции.

В заключение этой части раздела, посвященной деятельно сти Николая Николаевича Щербакова в качестве руководителя кафедры и совета, автор считает уместным привести слова его друга и однокурсника, старшего преподавателя В.И. Покорско го. Он образно написал, что «В перестроечные годы, как в ка лейдоскопе, изменялись названия общественных кафедр, но Николаю Николаевичу удалось сохранить главное направление научного поиска, несмотря на коренные социально политические изменения, потрясшие нашу страну. Здесь про явились его личные качества как научного руководителя и ор ганизатора. Его умение сплотить коллектив позволило обеспе чить достижение поставленных целей и превратить общеуни верситетскую кафедру в крупный научно-исследовательский центр, кузницу подготовки кадров профессиональных работ ников для Восточной Сибири»23.

Свою дальновидность и объективное понимание процессов, происходивших в политической жизни страны и высшей шко лы, Н.Н. Щербаков продемонстрировал, участвуя в инноваци онных образовательных проектах госуниверситета. Особо сле дует отметить его роль в судьбе проекта профессора Ю.Ф. Аб рамова по созданию заочного факультета политологии и рели гиоведения ИГУ. Проект этот вызвал ожесточенную дискус сию в университете, и следует сказать, что его судьба и пози ция руководства вуза во многом зависела от мнения Николая Николаевича и его согласия возглавить новую образователь ную структуру. Будучи тяжело больным, он смог отрешиться от своих проблем, принять и оценить роль и значение этого проекта для коллектива общеуниверситетских кафедр, универ ситета и региона в целом. Хорошо понимая опасность для ка федры, обусловленную неудачей предпринимаемых новаций, Щербаков, веря в коллектив обществоведческих кафедр, под держал идею и положил весь свой авторитет на чашу весов при принятии ректором, профессором А.И. Смирновым, принципи ального решения о начале подготовительных работ по этому инновационному проекту.

Имея авторитет ученого и руководителя вузовского образо вания, Н.Н. Щербаков возглавлял государственные аттестаци онные комиссии в ряде вузов региона. Его компетентное доб рожелательное присутствие в атмосфере высокого эмоцио нального напряжения государственного экзамена оказывало благотворное влияние на его участников. Проявляемый им жи вой интерес, сочувствие и поддержку запомнили многие выпу скники иркутских, братского, читинского, абаканского вузов.

Трудно найти ответственную вузовскую работу, которую бы Н.Н. Щербаков не исполнял. В далеко не полный перечень его служебных и общественных должностей, которые он зани мал на постоянной и временной основе, входят: заведующий кафедрой и декан, секретарь партбюро факультета и член гор кома партии, председатель диссертационного совета, совета общеуниверситетских кафедр и член Ученого совета государ ственного университета, председатель государственной атте стационной комиссии, приемной и предметной комиссий. В 1991 г. Н.Н. Щербаков был избран в последний в истории со став Иркутского ОК КПСС24. И всюду он был на своем месте, был полезен для дела и людей, у которых он остался в памяти как знающий, ответственный специалист и грамотный добро желательный руководитель.

Работа в приемных комиссиях – сложный и ответственный процесс, здесь, без преувеличения, зачастую решается судьба человека. За долгие годы своей работы в вузе Щербаков неод нократно принимал участие в деятельности приемных комис сий, набиравших студентов многих специальностей. Причем его роль и влияние оказывали воздействие не только на моло дых людей, но и на его коллег. Профессор В.В. Черных образ но характеризует в своих воспоминаниях о Н.Н. Щербакове совместную работу в составе приемной комиссии своего учеб ного заведения. Он, в частности, пишет: «Николай Николаевич имел особые симпатии к людям в погонах. Видимо, это связано с его заметным жизненным отрезком: отец был военным, и на чало его жизненного пути также было связано с армией. По этому, когда я его пригласил в качестве члена комиссии по вступительным экзаменам в Восточно-Сибирский институт МВД России, он согласился сразу и, как мне показалось, с яв ным удовольствием.

Конечно, для остальных членов комиссии, составленной из сотрудников гуманитарных кафедр института, это было замет ным событием. Глубокое знание предмета, которым обладал Николай Николаевич, проявлялось во всем: в вопросах, кото рые он задавал, в комментариях, сопровождавших ответы аби туриентов. Некоторые сентенции Николая Николаевича до сих пор звучат у меня в ушах;

примечательно, что он в восприятии исторического процесса как бы опережал время. Помню, в на чале так называемой перестройки, в 1988 г., на излишне пом пезный ответ абитуриента, выдержанного в стиле великих дос тижений социализма, Николай Николаевич, оживившись, стал рассуждать, что на примере своей страны мы видим, как мечты о свободе, равенстве и братстве, вдохновлявшие многих ини циаторов Октября, обернулись полным попранием этих прин ципов». Несомненно, участие Николая Николаевича в комис сии стало для преподавателей ВСИ МВД РФ хорошей школой педагогического воспитания и доброго отношения к будущим специалистам»25.

Зная объективность, беспристрастность и доброжелатель ность Н.Н. Щербакова, ценя его высокий профессионализм и понимание им взаимообусловленности элементов и событий вузовской жизни, его нередко привлекали к проверкам других вузов. Он работал в составе бригад Минвуза и областных орга нов. Дважды принимал участие Николай Николаевич и в каче стве эксперта по проверке ВСИ МВД РФ. «Его участие в этом непростом мероприятии, подчеркивает В.В. Черных, благодаря опыту и умению располагать к себе людей, привносило обла гораживающий элемент и даже нивелировало эту не очень приятную процедуру. А сила убеждения, которой виртуозно обладал Николай Николаевич, позволяла любого председателя комиссии сделать беспристрастным и непредвзятым»26.

Заведование общеуниверситетской кафедрой, руководство диссертационным Советом и активная научная деятельность позволили Н.Н. Щербакову создать, образно выражаясь, эф фективный инкубатор для выращивания кадров историков исследователей высшей квалификации. Именно в руководство аспирантами и докторантами вложил Николай Николаевич свою душу творческого педагога-исследователя. С приходом Щербакова на кафедре начались активные исследования и из дательская деятельность по истории сибирской ссылки. Это принципиально повысило научную универсальность научно педагогического коллектива. В целом на кафедре научно исследовательская работа осуществлялась по двум направле ниям: «Социально-экономическое и политическое развитие Восточной Сибири в XX-XXI веках» и «История каторги и ссылки Восточной Сибири»27. Николай Николаевич, как разно сторонний специалист, руководил деятельностью исследовате лей, работавших по двум этим направлениям.

Сильной стороной Н.Н. Щербакова являлось знание им ар хивов, как местных, так и центральных. Обсуждая с аспиран тами, докторантами и соискателями возможные направления их научных изысканий, он характеризовал их источниковую обеспеченность, указывал фонды, обращал внимание на осо бенности тех или иных документов. Тем самым, как научный руководитель, он максимально облегчал начинающим исследо вателям прохождение ими первого и самого трудного этапа – поиска источников и литературы по проблеме.

Красноречивым свидетельством эффективности деятельно сти Щербакова в этом направлении являются данные о количе стве подготовленных им докторов и кандидатов наук. По под счетам профессора А.А. Иванова – его ученика, Николай Ни колаевич является научным консультантом 10 успешных соис кателей ученой степени доктора исторических наук и научным руководителем 27 кандидатов наук, а также официальным на учным экспертом 4 докторских и 3 кандидатских диссерта ций28. Будучи председателем Совета, что существенно ограни чивало его возможности выступать официальным оппонентом, Н.Н. Щербаков, тем не менее, является официальным оппонен том 14 кандидатских и одной докторской диссертации.

Эту важную и ответственную деятельность Н.Н. Щербаков вел до последних дней, руководя работой 4 докторантов и аспирантов. О том, что профессор Щербаков находился в са мом расцвете научно-педагогической деятельности, свидетель ствует тот факт, что только в одном 2003 г. под его руково дством были успешно защищены три докторские (А.В. Алепко, С.И. Гольдфарб, Л.В. Кальмина) и одна кандидатская (Т.А. Бо рисова) диссертации29.

Н.Н. Щербаков с большим интересом общался с аспиранта ми, подмечая их сильные и слабые стороны, замечая отличия в подходах к историческому поиску, в сравнении со своим поко лением. О них он говорил, что «Современное поколение более свободно, чем когда-то были мы. Свободно в своих поступках, действиях, в изложении мыслей. На них нет такого идеологи ческого давления, под которым находилось наше поколение, нет ограничений в исследовании ряда проблем»30. В его словах звучало сожаление о временах своей научной молодости, когда свобода поиска и изложения мыслей и выводов были не всегда были свободны от идеологем.

Диапазон научных проблем, в разработке которых Н.Н.

Щербаков доказал свою компетентность и состоятельность (успешностью защит диссертаций своих учеников), весьма ве лик. В него вошли проблемы истории ссылки (А.А. Иванов, В.М. Андреев, С.И. Гольдфарб, Д.И. Дмитриев, И.В. Хегай, Н.Ф. Васильева, И.В. Путилова, Н.Г. Штенмайер, Н.Н. Быкова, С.В. Колосок, Т.А. Борисова, В.Н. Максимова, М.Г. Бодяк, В.В.

Кудряшов);

истории пенитенциарной системы и суда (С.В. Ко лосок, Т.Л. Курас, С.А. Абрамитов);

истории общественно политической жизни региона (Б.В. Базаров);

истории внешне политической деятельности России (В.Ц. Ганжуров, В.Г.

Третьяков, А.В. Алепко);

истории политических партий (В.В.

Третьяков, К.В. Поздняков, Е.Н. Струк);

истории молодежных политических организаций (А.В. Шободоева);

истории русской контрразведки (Н.С. Кирмель);

истории казачества (Л.В. Сам буева);

истории интелегенции (В.Н. Казарин);

истории пожар ного дела (В.В. Черных);

истории спорта (А.Г. Ширшиков);

ис тории еврейского народа (Л.В. Кальмина);

истории купечества, хозяйства, предпринимательства и промышленности (И.Б. Ба туева, В.Н. Целищева, Е.Г. Швец);

истории периодической пе чати (С.И. Гольдфарб, Л.П. Сосновская, Т.С. Аверячкина)31.

Николай Николаевич всегда с благоговением вспоминал своих учителей и старался следовать их советам. К их числу он, прежде всего, относил профессора Сергея Владимировича Шостаковича – своего первого научного руководителя, извест ного востоковеда, знатока Древнего Рима и Греции. С.В. Шос такович имел две научные степени – кандидата юридических и доктора исторических наук. Особенно восхищал Щербакова один драматический эпизод его жизни, когда тот, имея два от рицательных отзыва, блестяще защитил докторскую диссерта цию в совете, которым руководила известный советский исто рик академик М.В. Нечкина.

Своим учителем Н.Н. Щербаков называл и Всеволода Ива новича Дулова – первого иркутского доктора исторических на ук. Он заведовал кафедрой отечественной истории в Иркут ском педагогическом институте, но постоянно вел курс лекций в государственном университете, где с ним и встретился сту дент Щербаков. С особым пиететом относился Н.Н. Щербаков к Федору Александровичу Кудрявцеву, называя его «…корифеем исторической науки в Сибири». Из «молодого»

поколения сибирских историков своим учителем он считал ученика В.И. Дулова – Виктора Григорьевича Тюкавкина – знатока истории сибирского крестьянства, заведовавшего ка федрой в Московском государственном педагогическом уни верситете32.

В своей работе с аспирантами и докторантами Николай Ни колаевич продолжал традиции иркутской исторической школы, творчески развивая их и приспосабливая к изменявшейся по литической ситуации. Научная школа Щербакова, по свиде тельству профессора А.А. Иванова, широко известна в сибир ском регионе, «а его ученики работают сегодня в академиче ских институтах, университетах, государственных и частных учебных учреждениях, продолжая разрабатывать как конкрет но-исторические, так и общие проблемы. Добытая им в архи вах информация с его легкой руки вводилась в научный оборот не только обычным способом – посредством публикаций и вы ступлений, но и, как пишет Иванов, он не только «…великодушно разрешал (своим ученикам) пользоваться кар тотекой и богатейшими архивными выписками, а просто обя зывал их делать это» 33.

Самим естеством его как вузовского преподавателя была работа со студентами, в ходе которой он передавал будущим исследователям и гражданам весь свой огромный научный и творческий потенциал. Во все времена для студентов личность преподавателя зачастую играет решающую роль в восприятии ими учебной дисциплины, факультета, да и вуза в целом. Ни колай Николаевич был прекрасной визитной карточкой, или, как принято сейчас говорить, брендом исторического факуль тета и историков-педагогов в целом. Видный, уверенный в себе эрудированный преподаватель быстро становился кумиром многих студентов. Образ Щербакова убеждал их в правильно сти сделанного жизненного выбора, показывал перспективы творческого роста, заражал жизнелюбием и остроумием. Как вспоминает учившийся у него в студенчестве профессор В.Н.

Казарин: «Лекции Николая Николаевича мне сразу понрави лись. Во-первых, сама манера подачи: чуть громче обычного, хорошо поставленным голосом с различными интонациями;

Николай Николаевич методично излагал материал, соблюдая, условно говоря, один алгоритм. Алгоритм заключался в том, что конкретное изложение материала лекции Николай Нико лаевич всегда предварял небольшим историографическим об зором, давая представление об основных направлениях науч ной мысли по каждой теме. Доской или каким-либо иллюстра тивным материалом он никогда не пользовался, но интонации голоса были разнообразными. Этим он выгодно отличался от некоторых преподавателей, читавших лекции несколько одно образно, что называется, «на одной ноте». Позднее я имел воз можность слышать, как душевно и мелодично поет Н.Н. Щер баков. Может быть, отсюда и тембровое разнообразие его лек ций?»34.

Щербаков очень по-доброму относился к молодежи, и в первую очередь к учащейся. Как уже говорилось выше, он много и охотно работал с абитуриентами, работая на подгото вительных курсах. Естественным образом эта работа продол жалась, когда они приходили поступать на факультет. Н.Н.

Щербаков много лет работал в составе и во главе предметной и приемной комиссии факультета и университета35.

Профессор В.В. Черных так описывает это его подчеркнуто уважительное отношение к будущим студентам: «Мне всегда импонировало то, как он обращался к абитуриентам. Обяза тельно по имени – отчеству и деликатно-архаично, например, «А не соблаговолите ли Вы, любезнейший Виктор Афанасье вич, ответить на следующий вопрос», или «Покорнейше прошу Вас объяснить, что следует понимать под таким выражени ем?»36.

Щербаков принимал активное участие в просветительской и пропагандистской работе за стенами вуза. Его выступления звучали и в вечернем университете обкома партии, и в трудо вых коллективах городов, и в удаленных поселках области.

Николай Николаевич был активным лектором общества «Зна ние», участником агибригад и агитпоездов. Не только среди студентов и своих коллег, но и в рабочей аудитории, среди колхозников, ветеранов войны и труда, он умел находить те слова, которые ждала от него аудитория. Он был убедитель ным и аргументированным, обладал способностью доводить до думающих слушателей свою позицию по любому вопросу, пробуждать в них потребность задумываться над приведенны ми им фактами. Через все его выступления красной нитью проходил призыв не понаслышке знать о том, что происходило и происходит в стране и мире. Это вытекало из его менталите та исследователя и историографа. Культ факта, источника, оче видца был так неразрывно связан с его сущностью, что обра щение к ним, к первоисточнику ощущалось в каждом его вы ступлении и рекомендации.

Многообразие научных, педагогических и общественных проявлений Н.Н. Щербакова получило мировоззренческое обобщение в оценке, данной ему философом, трудившимся многие годы рядом с ним, а последнее пятилетие – в букваль ном смысле через стенку – профессором Н.С. Коноплевым:

«Став классическим выразителем местной университетской учености, Н.Н. Щербаков своей исследовательской програм мой совместил методологию постижения краеведческих цен ностей в их общественно-исторической преломляемости той «толерантной престижностью», без приобщения к которой «род людской» попросту «аннигилирует»37.

На любом месте Н.Н. Щербаков работал с энтузиазмом, до биваясь хороших результатов, поэтому он неоднократно поощ рялся и награждался руководством университета, партийными органами38. Активная и социально значимая научно педагогическая и организаторская деятельность Николая Ни колаевича Щербакова широко известна в Сибири и за ее пре делами. Поэтому закономерно, что в середине 1990-х годов он одним из первых в регионе был избран действительным чле ном Российской академии гуманитарных наук. А 17 июня года указом президента Российской Федерации Б.Н. Ельцина ему было присвоено почетное звание «Заслуженный работник высшей школы»39.

Неординарная масштабная личность ученого и педагога бы ла гармонично вписана в Байкальское научное сообщество об ществоведов, и его уход из жизни не остался незамеченным для очень многих. Все это обусловило внимание общественно сти к его безвременной кончине. Десятки телеграмм и сотни звонков со словами соболезнования пришли в адрес родных и университета из разных мест нашей страны. В целях увекове чения памяти известного сибирского историка, педагога и об щественного деятеля в Государственном архиве Иркутской об ласти создан личный фонд Н.Н. Щербакова. А в зональной на учной библиотеке Иркутского государственного университета имеется соответствующая именная коллекция его книг40.

В одном из своих последних (а может быть, и в последнем) интервью (октябрь 2004 г.) на вопрос журналиста о роли исто рической науки и историка в ней Николай Николаевич Щерба ков ответил: «Объективно, беспристрастно исследовать исто рию не так-то просто. Но это, я считаю, главная обязанность любого ученого-историка»41. И в этой фразе, по глубокому убеждению автора, отразились не только мнение, но и вся его жизнь, превратившаяся в служение исторической науке – в ка ждой ипостаси, на всех должностях и при любых обстоятель ствах.

ГЛАВА III.

ПРОФЕССОР Н.Н. ЩЕРБАКОВ И БУРЯТСКАЯ ИСТОРИЧЕСКАЯ ШКОЛА Географическая и духовная близость иркутских историков и ученых Бурятии. Роль Н.Н. Щербакова в сохранении преем ственности научных связей историков Иркутска и Бурятии.

Опыт сотрудничества историков двух школ. Подготовка кад ров – важнейшая задача укрепления научных школ. Взаимо влияние исторических школ как залог динамичного развития исторической науки в Прибайкальском регионе.

ПРОШЛО ДВА ГОДА, как не стало нашего Учителя и большого Друга – доктора исторических наук, профессора Ни колая Николаевича Щербакова. Однако горечь утраты не про ходит. Она как старая рана – все время напоминает о себе, все время ноет.

С именем Николая Николаевича связаны наши надежды, личные планы, здоровые амбиции, успехи и достижения в нау ке1. С его именем связаны дальнейшее развитие и процветание бурятской школы историков. С его благословления был создан Диссертационный совет по защите докторских диссертаций Института монголоведения, буддологии и тибетологии СО РАН, членом которого он был со дня его основания.

Конечно, глубокие связи между историками Иркутского го сударственного университета и историками Республики Буря тия были заложены значительно раньше – еще патриархом си бирской исторической науки, фактически основателем бурят ской и иркутской (совместно с М. Гудошниковым) историче ских школ, профессором Федором Александровичем Кудряв цевым2, который не только их бережно хранил и лелеял, но и всячески развивал и преумножал. Федор Александрович дол гие годы работал в научных учреждениях Бурят-Монгольской АССР, стал автором классического академического издания по истории бурят-монголов3, не имевшего аналогов в мировой ис ториографии, и в последующем, уже будучи профессором Ир кутского госуниверситета, постоянно возвращался в своем творчестве к Бурятии, поддерживал научные связи с соседями.

Его связывала личная дружба со старейшим историком рес публики, доктором исторических наук Павлом Табинаевичем Хаптаевым, которому в этом году исполняется 100 лет4. Имен но они вошли в состав Главной редколлегии 5-томной «Исто рии Сибири», что еще больше сдружило ученых-историков5.

Важную роль в сплочении иркутских и улан-удэнских исто риков сыграла крупная научная конференция, посвященная 40 летию освобождения Сибири от белогвардейцев и интервентов, состоявшаяся в марте 1960 г. в Томске. В своих воспоминаниях профессор И.И. Кузнецов указывает, что «на конференции присутствовала большая группа историков из Бурятии – П.Т.

Хаптаев, Е.Е. Тармаханов, Г.Л. Санжиев, Ш.Б. Чимитдоржиев, с которыми был установлен деловой контакт»6. Кстати, укреп лению связей иркутских и бурятских историков во многом способствовал Томский государственный университет и созда тели томской исторической школы, доктора исторических на ук, профессора Израиль Менделевич Разгон и Мария Ермола евна Плотникова. Их собственные научные достижения, под вижничество, личные связи с научной общественностью Моск вы, дружба с академиком АН СССР Исааком Израилевичем Минцем, который возглавлял проблемный совет «Великая Ок тябрьская социалистическая революция», позволили им стать бесспорными лидерами по проблемам революционного движе ния, общественно-политической мысли, национально государственного строительства в Сибири в начале ХХ века, истории революции и гражданской войны в крае, историогра фии и методологии политической истории. Н.Н. Щербаков, на ряду с профессорами И.И. Кузнецовым и В.Т. Агалаковым, был непременным участником всех томских научных форумов, где происходили незабываемые встречи, яркие дискуссии и не пременные застолья томских, иркутских и бурятских истори ков. Николай Николаевич способствовал тому, что позднее эти связи стали еще крепче, еще теплее, еще результативнее. С томской стороны это – профессора Б.Г. Могильницкий, В.П.

Зиновьев, Л.Н. Хмылев, А.Т. Топчий, Л.Г. Сухотина, Э.И. Чер няк;

с иркутской – прежде всего сам Николай Николаевич, профессора Л.М. Дамешек, Ю.А. Петрушин;

с бурятской – профессор Л.В. Курас.

Хочется отметить, что Николая Николаевича с Томском связывали не только научные интересы. В Томске живет его младшая сестра – Вера Николаевна, которая всегда пыталась «воспитывать» Николая Николаевича, о чем он после очеред ной поездки в Томск рассказывал, добродушно посмеиваясь. В Томске проживала его мама – Клавдия Васильевна, которую он любил нежно и трепетно. Об отношениях мамы и сына свиде тельствует следующая памятная встреча. Один из авторов на стоящего очерка в апреле 1995 года был в гостях у Клавдии Васильевны, чтобы передать привет и посылку от Николая Ни колаевича. Посередине разговора Клавдия Васильевна вдруг спросила: «Ну, как там мой Коленька? Старенький уже стал».

Естественно, возразил: «Ну, какой же он старенький. Ему всего 58 лет». И зачем-то спросил: «А Вам, мамочка, сколько лет?».

На что услышал потрясающий ответ: «А мне всего 80».

С созданием диссертационного совета при Иркутском госу дарственном университете по защите докторских диссертаций по историческим наукам, который возглавил прекрасный крупный сибирский ученый, один из видных организаторов науки в Сибири, доктор исторических наук, профессор Буянто Сайянцакович Санжиев, эти связи существенно окрепли и при обрели более организованный и постоянный характер. Б.С.

Санжиев в годы Великой Отечественной войны был секрета рем Бурятского обкома ВКП (б) по идеологии и изнутри знал о всех достоинствах, проблемах и кадровом потенциале бурят ской исторической науки7. По его рекомендации в разные годы в состав диссертационного совета при ИГУ входили бурятские историки, доктора исторических наук, профессора Ефрем Его рович Тармаханов, Бато Бадмаевич Батуев, Даши Батуевич Улымжиев, Максим Николаевич Халбаев, что способствовало укреплению организационных, научных, творческих связей и личных контактов между учеными соседних регионов. Именно тогда в творчестве блестящих ученых, докторов исторических наук, профессоров И. И. Кузнецова и В. Т. Агалакова возникли перспективные направления, связанные с историей Бурятии, которые ученые Иркутского госуниверситета реализовывали через своих аспирантов и докторантов из Бурятии. Именно то гда защитил докторскую диссертацию Владимир Батомункуе вич Базаржапов. Именно тогда определились с тематикой и подготовили кандидатские диссертации будущие доктора ис торических наук Борис Ванданович Базаров, Леонид Владими рович Курас, Владимир Цыденович Ганжуров, Владимир Дор жиевич Дугаров, Лариса Будаевна Жабаева, Любовь Алексеев на Зайцева, Чингиз Георгиевич Андреев.

С 1958 года Н.Н.Щербаков навсегда связал свою судьбу с Иркутском, с Сибирью. На вступительном письменном экзаме не по русскому языку и литературе в Иркутском госуниверси тете он тихонько обратился к молодому преподавателю-буряту с просьбой проверить его сочинение. Молодым преподавате лем в ту пору был будущий доктор филологических наук, про фессор, крупнейший специалист в области фонетики Валентин Игнатович Золхоев, который сегодня, несмотря на свой более чем 80-летний возраст, возглавляет проблемную лабораторию в Бурятском государственном университете.

Николай Николаевич связал свою научную, творческую жизнь с историей Сибири, революционным движением, исто рией каторги и ссылки в Сибирь. Однако сама творческая ат мосфера Иркутского государственного университета не позво ляла замыкаться лишь в теме научного поиска. Блестящий ис точниковед и историограф истории России, прекрасный поле мист и знаток российской словесности и поэзии, он знал и лю бил историю Отечества, историю Сибири, чувствовал свою со причастность с теми процессами, которые происходили в стра не.


БУДУЧИ МОЛОДЫМ ИССЛЕДОВАТЕЛЕМ, Н.Н.ЩЕРБАКОВ НАЧАЛ ВСТРЕЧАТЬСЯ С ИСТОРИКАМИ БУРЯТИИ на научно-теоретических конференциях, семинарах, архивохранилищах страны, а его первым оппонентом на защи те кандидатской диссертации в 1967 году по теме «Большевики в восточносибирской ссылке (1907-1917 гг.)» стал крупный специалист по истории Октябрьской революции в националь ных районах Сибири, заведующий отделом истории, этногра фии и археологии Бурятского института общественных наук СО АН СССР, доктор исторических наук П. Т. Хаптаев.

В 1987 году Н.Н. Щербаков успешно защитил диссертацию на соискание ученой степени доктора исторических наук по теме «Влияние ссыльных большевиков на классовую борьбу, общественно-политическую и культурную жизнь в Сибири (1907-1917 гг.)». Из трех оппонентов двое представляли науч ную общественность Бурятии: доктор исторических наук, про фессор Б. Б. Батуев и доктор исторических наук, профессор Г.

Л. Санжиев. Следует отметить, что через 15 лет дочь Б. Б. Ба туева, Ирина Батуева, защитила докторскую диссертацию под руководством Н. Н. Щербакова8.

В 1991 году диссертационный совет при Иркутском госуни верситете возглавил доктор исторических наук, профессор Н.

Н. Щербаков – крупнейший специалист в стране по истории царской каторги и ссылки в Сибирь, истинный Патриот Отече ства, человек энциклопедических знаний, блестящих организа торских способностей, историограф от бога, большого личного обаяния – он существенно поднял планку в системе подготовки профессиональных кадров историков для Бурятии, сфере твор ческих, учебно-педагогических и научных связей между уче ными Бурятии и Иркутска.

В 1995 году Б.В. Базаров и Л.В. Курас на одной, июньской, сессии диссертационного совета защитили докторские диссер тации. О том, как проходили защиты, насколько дипломатич но, грамотно и этично они были выстроены – это, как любил говорить Николай Николаевич, «тема отдельной посиделки».

При этом хочется сказать о «вузах связи». Н.Н.Щербаков под держивал тесные связи с нашим земляком, авторитетным исто риком, профессором В.Г.Тюкавкиным, который с 1974 года возглавлял кафедру истории России Московского педагогиче ского государственного университета, профессором А.А. Да ниловым, зав. кафедрой истории того же вуза. Н.Н. Щербаков лично был знаком со многими авторитетными историками Мо сквы, Ленинграда, Новосибирска, способствовал укреплению их связей с историками Иркутска и Бурятии. Николай Нико лаевич постоянно общался с заведующим кафедрой истории Красноярского государственного университета, доктором ис торических наук, профессором В.В. Гришаевым и заведующим кафедрой истории Братского государственного университета, доктором исторических наук, профессором В.И. Сверчковым, которые были на наших защитах: один как член диссертацион ного совета, руководитель ведущей организации, другой – как официальный оппонент. Это несомненная заслуга Николая Ни колаевича, который и в этой ситуации фактически был свя зующим звеном между научными историческими школами Ир кутска и Бурятии. Практически все ученые-историки Респуб лики Бурятия, которые сегодня являются «законодателями мод» в бурятской исторической науке, подготовлены в Иркут ском диссертационном совете и получили путевку в жизнь из рук Николая Николаевича. Среди них: член-коррепондент РАН, директор ИМБТ СО РАН, председатель диссертационно го совета по защите докторских диссертаций Б. В. Базаров, за меститель председателя диссертационного совета, доктор ис торических наук, профессор, консультант заместителя Предсе дателя Народного Хурала Республики Бурятия Л. В. Курас, за ведующая отделом истории, социологии и этнологии ИМБТ СО РАН доктор исторических наук, профессор М. Н. Балдано, ведущий специалист отдела доктор исторических наук Л. В.

Кальмина, заведующая кафедрой истории Бурятской сельско хозяйственной академии, доктор исторических наук, профес сор Л. А. Зайцева, заведующая кафедрой истории и культуры Бурятии Бурятского госуниверситета, доктор исторических на ук, профессор Т. Е. Санжиева, первый секретарь посольства Российской Федерации в Монголии, доктор исторических наук В. Ц. Ганжуров, заведующая кафедрой истории Восточно Сибирской государственной академии культуры и искусств, доктор исторических наук, профессор И. Б. Батуева, заведую щая кафедрой истории Отечества Бурятского государственного университета М. М. Халбаева, декан исторического факультета Бурятского государственного университета, доктор историче ских наук, профессор К. Б. Митупов, доктор исторических на ук, профессор Г. Д. Басаев, который в течение многих лет воз главлял Бурятский государственный педагогический институт, и другие. Николай Николаевич постоянно был в курсе всех ис торических событий в республике, лично участвовал, причем зачастую и в неформальной обстановке, в обсуждении и реали зации всех научных проектов, способствовал появлению прин ципиально новых направлений исторических исследований, связанных с историографией, источниковедением и культуро логией, востоковедением и биографикой, этнологией и соци альной философией, прямо или косвенно влиял на формирова ние мышления молодых исследователей. А для семьи одного из авторов очерка он стал настоящей путеводной звездой. Под руководством Николая Николаевича защитила диссертацию на соискание ученой степени доктора исторических наук родная сестра Л.В. Кураса Л.В. Кальмина9 и старшая дочь – Т.Л. Ку рас10. Он консультировал и вторую дочь, С. Л. Курас, которая подготовила диссертацию в русле его профессиональных инте ресов11. Как в шутку сказал Николай Николаевич: «Я взял се мейный подряд».

Середина 1990-х годов стала проверкой на прочность во всех сферах жизнедеятельности и особенно в исторической науке, в которой остались люди, действительно одержимые и преданные истории. Среди них Ученый и Педагог – профессор Н.Н. Щербаков, который не обрывал нити, связывающие с прошлым, всегда гордился своей страной, которая дала образо вание и воспитала его патриотом, глубоко почитал и с тепло той вспоминал своих Учителей: профессоров С. В. Шостаковича, В. И. Дулова, Ф. А. Кудрявцева, В. Т. Ага лакова, И. И. Кузнецова и многих других, которые непосредст венно повлияли на его мировоззрение и формирование как профессионального историка.

Соответственно в целом по стране и в Сибири в частности проявился кадровый голод. С одобрения Всероссийской атте стационной комиссии при университетских центрах начали создаваться диссертационные советы по защите кандидатских и докторских диссертаций. Такой же совет по защите канди датских диссертаций под председательством выпускника Ле нинградской школы историков, доктора исторических наук, профессора, большого личного друга Н.Н. Щербакова Ефрема Егоровича Тармаханова был создан при Бурятском государст венном университете, членом которого стал Николай Николае вич. Это позволило за короткий промежуток времени решить проблему кадрового обеспечения государственных вузов Рес публик Бурятия, Хакасия, Тыва и создать задел для расшире ния научной тематики по истории Бурятии. Несмотря на серь езные социально-экономические и политические изменения, буквально потрясшие страну, Николаю Николаевичу удалось сохранить основные направления научного поиска, отстоять название кафедры, сохранить коллектив, укрепить аспиранту ру, открыть докторантуру, сохранить диссертационный совет.

В этом как раз и проявились его личные качества: талант уче ного и организатора, стойкая позиция, несгибаемость, высокая культура, глубокие профессиональные знания, высокий авто ритет, всеобщее уважение. Именно в эти годы он существенно омолодил и укрепил диссертационный совет Иркутского госу дарственного университета, введя в него докторов историче ских наук из Бурятии Б.В. Базарова и В.Ц. Ганжурова, а позд нее Т.Д. Скрынникову. Несмотря на наличие диссертационного совета по защите кандидатских диссертаций в Бурятском госу дарственном университете, многие соискатели и аспиранты из Улан-Удэ, которыми руководили доктора исторических наук Б.В. Базаров и Л.В. Курас, защищали свои диссертации в дис сертационном совете у Н.Н. Щербакова. Среди них министр внутренних дел республики, генерал-майор милиции, ныне за меститель Председателя Народного Хурала Республики Буря тия И.И. Калашников, главный специалист отдела вузов и ссу зов Министерства образования и науки Республики Бурятия О.Д. Базаров, заведующая кафедрой охраны памятников Вос точно-Сибирской государственной академии культуры и ис кусств И.С. Цыремпилова, научные сотрудники ИМБТ СО РАН Л.П. Саганова и В.Ю. Башкуев, директор специальной школы В.К. Тушемилов, проректор по международным связям Бурятского государственного университета А.В. Дамдинов и многие другие. Это, во-первых, способствовало укреплению научных связей между регионами, между академическими и учебными заведениями, а, во-вторых, повышало научную планку перед соискателями, которые получали возможность защищаться в старейшем в Сибири диссертационном совете (существует с 1942 г.) «у самого Н.Н. Щербакова».

Но по-настоящему бурятская историческая наука заявила о себе в 1997 году, когда директором Бурятского института об щественных наук, впоследствие – Института монголоведения, буддологии и тибетологии СО РАН стал доктор исторических наук, профессор, член-коррепондент РАН Б. В. Базаров, под председательством которого был создан диссертационный со вет по защите докторских диссертаций. Членом совета, наряду с деканом исторического факультета Иркутского государст венного университета, доктором исторических наук, профессо ром С. И. Кузнецовым и заведующим кафедрой истории Рос сии Иркутского государственного технического университета, доктором исторических наук, профессором И. В. Наумовым, стал профессор Н.Н. Щербаков. Совет включил в себя редкие специальности: историография, источниковедение и методы исторического исследования;


всеобщая история;

теория и ис тория культуры;

этнография, этнология и антропология. Фак тически Николай Николаевич способствовал тому, что в Буря тии эти направления не только обрели право на жизнь, но и тому, что ИМБТ СО РАН стал флагманом в подготовке кадров этого профиля в Сибири, а востоковедная проблематика полу чила положительный резонанс в мировом востоковедении(12).

При этом Николай Николаевич, оставаясь председателем дис сертационного совета при Иркутском госуниверситете, осуще ствлял кураторство по проблемам историографии и источнико ведения в совете ИМБТ СО РАН. Тесное сотрудничество двух советов, двух председателей, которых, несмотря на более чем 20-летнюю разницу в возрасте, связывала большая личная дружба, дало поистине прекрасные научные результаты. Де сятки диссертаций, монографий, совместных проектов позво ляют с полной объективностью говорить о возникновении бу рятской исторической школы, для создания которой много сил и энергии затратил доктор исторических наук, профессор Н.Н.

Щербаков.

Сегодня диссертационный совет ИМБТ СО РАН осуществ ляет кадровое обеспечение специалистами высшей квалифика ции для вузов Сибири и Монголии. Среди них: ректор универ ситета «Их засаг» (Монголия), доктор исторических наук Ням Осоор, проректор университета «Их засаг» Цэцэгма Жамба лын. Отметим, что заведующий кафедрой современной отече ственной истории Иркутского госуниверситета, доктор исто рических наук, профессор Ю. А. Петрушин, ученый секретарь диссертационного совета ИГУ при Н.Н. Щербакове, а ныне – член диссертационного совета ИМБТ СО РАН, доктор истори ческих наук, профессор кафедры истории Отечества и полито логии ИГУ А. А. Иванов, которых консультировал Н.Н. Щер баков, также защитили свои докторские диссертации в совете ИМБТ СО РАН.

СЕГОДНЯ БУРЯТСКАЯ ИСТОРИЧЕСКАЯ ШКОЛА – ЭТО ОБЪЕКТИВНАЯ РЕАЛЬНОСТЬ. Ее успехи и достижения ни у кого не вызывают сомнений. Особенно это касается деятельно сти Института монголоведения, буддологии и тибетологии СО РАН, который в настоящее время фактически выполняет функ ции полномочного представителя Российской Федерации в Центральной и Юго-Восточной Азии и стал признанным авто ритетом в мировом монголоведении. Но отсутствие Николая Николаевича ощущается постоянно. Конечно, незаменимых людей нет, но неповторимые – есть. И это, прежде всего, наш Друг профессор Щербаков Николай Николаевич, который ос тался для нас как яркая путеводная звезда на небосклоне. Он притягивал нас к себе, и каждая встреча в Иркутске или в Улан-Удэ были как праздник. Он очень любил стихотворение Эдуарда Асадова «Запоминайте нас, пока мы есть!», которое заканчивается совершенно пронзительными строками: «А что бы жить нам светлою судьбою и взмыть под звезды выше во сто раз – возьмите все хорошее от нас, а минусы мы унесем с собою». Оно стало своеобразным завещанием совместной дея тельности сообщества историков Иркутска и Бурятии. В этом направлении коллектив авторов под руководством профессора Л.В. Кураса в течение четырех лет готовил очередную основа тельную работу «История пенитенциарной системы Республи ки Бурятия», которая увидела свет в канун 70-летия со дня ро ждения Николая Николаевича. Научный редактор издания – доктор исторических наук, профессор Н.Н. Щербаков… ЗАКЛЮЧЕНИЕ Жизнь Николая Николаевича Щербакова оборвалась за не сколько дней до его 68-летия. Его жизненный путь отразил ос новные вехи истории нашей страны. Н.Н.Щербаков вышел из поколения, детство которого выпало на военное лихолетье и трудное послевоенное восстановление мирной жизни. В созна нии и душах этих ребят и девчат отложились неизгладимые впечатления о ратных и трудовых делах их отцов и матерей, перенесших огромные тяготы и лишения во имя лучшей жизни будущих своих наследников. Уважение и гордость за повсе дневные дела своих родителей, за Отечество в целом сформи ровали у послевоенной молодежи потребность в осуществле нии романтичных и значимых задач как самореализации лич ности на благо семьи, коллектива, страны.

Трудовая деятельность поколения Н.Н.Щербакова начина лась в раннем детстве, а в 1950-е годы оно вступило в пору сознательного выбора жизненного пути. Пора хрущевской «от тепели» способствовала раскрытию духовного потенциала мо лодежи, нравственного самоутверждения новых жизненных ценностей – свободолюбия, критического отношения к реаль ности и своей истории, веры в лучшую долю нашего народа.

Такая закваска выступала энергетическим источником созида тельной деятельности молодежи 1950-х гг., активно строившей новые заводы и фабрики, перекрывавшей сибирские реки, по корявшей космос, едущей на целину, идущей учиться в вузы на физиков и лириков. С ними был молодой Николай Щербаков, бывший военный, поступивший в Иркутский университет на историко-филологический факультет, мечтавший, наверное, прирастить своими знаниями могущество Сибири.

Творческая жизнь Н.Н.Щербакова в исторической науке продлилась без малого полвека. Здесь он прошел путь от сту дента до доктора исторических наук, профессора русской ис тории, написал несколько книг, издал десятки статей и науч ных сборников. Благодаря его подвижническому труду тема политической ссылки в Сибирь получила свое признание и продолжение в его учениках и последователях, достойно пред ставлена в отечественной историографии. В ней он нашел смысл своей научной деятельности, проявил неподдельный ин терес к судьбам свободолюбивых личностей. Не случайно в редкие минуты откровенности он говорил, что со своими поли тическими ссыльными мысленно прошел путь по этапу из Рос сии до Акатуя. При этом словно увидел глаза и лица гордых, не сломленных судьбой людей, слушал их голоса и песни, страдал их заботами и тяготами. Н.Н.Щербаков – один из первых исто риков, который попытался донести до нас в своих научных ра ботах психологию сопереживания с политическими ссыльны ми. Это он делал через освещение характеров и образов пове дения ссыльных, активно использовал литературные и стихо творные формы выражения личности. В данном случае заметно проявилась яркость и самобытность талантливого историка, его стремление глубже понять внутренний мир своего героя, человека, идейно убежденного, преодолевающего невзгоды и тоску. По существу, это направление психо-истории только на чинает осваиваться отечественной историографией.

Н.Н.Щербаков был интересным оппонентом для соискате лей, поскольку вдумчиво читал их работы, живо и нестандарт но выступал, давал квалифицированную, доброжелательную и объективную оценку результатов научных исследований.

Научное творчество профессора Н.Н.Щербакова неотдели мо от его учебно-педагогической и общественной деятельно сти. Научная историческая школа иркутских историков имеет свои давние педагогические традиции. Н.Н.Щербакову было у кого поучиться лекторскому искусству, обогатить это направ ление своим самобытным талантом и литературным жанром.

Глубокое знание предмета истории, педагогическое мастерство профессора Н.Н.Щербакова, артистизм и импозантность лич ности выдвинули его в ряд ведущих преподавателей-историков Сибири, способствовали широкой популярности среди вузов ской студенческой молодежи, аспирантов и соискателей. Тес ное общение с современным поколением обогащало Н.Н.Щербакова, действовало на него как омолаживающий по веденческий эликсир, рекомендовало его востребованным уче ным и педагогом. Он верил в себя, умел добиваться того, к че му стремился, и в то же время рано научился брать на себя от ветственность за серьезные участки работы, исполнять долж ностные обязанности, достаточно легко, даже с юмором, нести огромные физические и психологические нагрузки.

Нашему взыскательному читателю и будущему исследова телю темы мы хотим также заметить, что работа над этой не большой книгой шла быстро, но совсем не просто. Главный вопрос – выбор методологии нашей работы – был решен в со ответствии с внутренней логикой познания профессора Н.Н.

Щербакова, которая сопрягалась с этапами развития отечест венной историографии. Нами двигало также стремление по нять мотивы исследователя, его психологию и эмоциональный настрой. Осмысление этих факторов позволило, на наш взгляд, преодолеть односторонность познания творчества ученого, представить взвешенные оценки научного и педагогического наследия Н.Н. Щербакова. Очевидно, что будущий исследова тель пойдет дальше в изучении творчества ученого, но непре менно учтет нашу работу. Она свидетельствует об идейно теоретическом уровне иркутской школы историков, передает дух и ментальность нашего исторического сообщества рубежа ХХ и ХХ1 века.

Глубинные черты личности Николая Николаевича Щерба кова, убежденность и сильная воля, сложившиеся в ранние го ды, дали ему возможность занять особое положение среди тех, с кем он учился и работал, дружил и общался. Он был одарен ным человеком, любил жизнь и людей, музыку и литературу.

Н.Н. Щербаков реализовал себя в детях, научном и педагоги ческом творчестве, в дружбе и общении со многими людьми, даже в дачном строительстве. Как истинно талантливый чело век, он оставил о себе неизгладимую память во многих сферах жизни и в людях, с которыми встречался и общался, обладал запомнившимся природным даром притягательности. Рожден ный и выросший в благодатном Краснодарье, Н.Н. Щербаков стал настоящим сибиряком, глубоко изучал и знал нашу исто рию, воспевал наш суровый сибирский край, который отвечал ему взаимностью.

Вот и отпели нашему дорогому Николаю Николаевичу свою весеннюю песню звонкие жаворонки, прилетевшие откуда-то из теплых краев Краснодарья. Отговорила ему свой довери тельный стих вечно зеленая, отдававшая неутомимому и бла годарному собирателю богатые природные дары, вековая си бирская тайга. Отшумел серебряным прибоем седовласый, сту деный Байкал, по чистым водам которого на судах ходил мат росом студент Н. Щербаков. А в апрельских сумерках над Смоленщиной, где-то в бескрайних просторах Вселенной вспыхнула новая звезда. По старинному поверью, она зажига лась в небе в честь памяти доброго, большого земного челове ка, ушедшего с этого света. Пусть всегда горит звезда памяти о Н.Н. Щербакове, ярком и талантливом историке, даровитом педагоге, достойном гражданине и сыне нашего Отечества!

Библиографический список трудов Н.Н. Щербакова.

Хронологический указатель 1. К истории революционной деятельности ссыльных боль шевиков в Сибири (1910-1912 гг.) // Уч. зап. / Иркут. гос. пед.

ин-та ин. языков. 1966. Вып. 2.

С. 103-121.

2. К вопросу о численности политических ссыльных в Ир кутской губернии (1907-1914 гг.) // Сибирь периода капита лизма. – Новосибирск, 1967. – Вып. 3: Общественно политическое движение в Сибири в 1861-1917 гг. – С. 127-136.

3. Большевики в Восточно-Сибирской ссылке (1907— февраль 1917 г.). – Иркутск: «Знание», 1967. – 34 с.

4. Связи ссыльных большевиков Восточной Сибири с пар тийными центрами в России и за границей в годы реакции и нового революционного подъема (1907-1914 гг.) // Тр. Иркут.

гос. ун-та. – Серия историческая. – Т. 43. – Вып. 7. – Иркутск, 1967. – С. 185-210.

5. Большевики в восточносибирской ссылке (1907-1917 гг.) // Автореф. дис. …канд. ист. наук. – Иркутск, 1967. – 24 с.

6. Эти письма адресованы Ленину // Восточно-Сибирская правда. – 1967. – 23 сент.

7. Посланец Ленина в Иркутске // Восточно-Сибирская правда. – 1967. – 11 нояб.

8. Обзор источников по истории политической ссылки в Восточную Сибирь (1907-1917 гг.) // Великий Октябрь и Вос точная Сибирь: Материалы юбил. науч.-теорет. конф. Иркутск, 15-17 июня 1967 г. – Иркутск, 1968. – С. 318-323.

9. О некоторых вопросах деятельности большевиков в вос точносибирской ссылке (1914-1917 гг.) // Партийные организа ции Восточной Сибири в борьбе за победу социализма и ком мунизма. Тр. Иркутского гос. университета. Серия ист. – Т. 51.

Сер. ист. – Вып. 8. – Иркутск, 1968. – С. 3-23.

10. Имя большевика (О ссыльном большевике А.Г. Шлихте ре) // Восточно-Сибирская правда. – 1968. – 27 нояб.

11. Большевики и союзы политических ссыльных Восточ ной Сибири (1907-1914 гг.) // Тр. / Иркут. ун-т. 1970. – Т. 59. – Сер. ист. – Вып. 2. – С. 23-35.

12. Связи В. И. Ленина с колониями политических ссыль ных Сибири (обзорная статья) // Сибирские страницы об Ильи че: Документы, воспоминания, статьи. – Иркутск: Вост.-Сиб.

кн. изд-во, 1970. – С. 126–133.

13. Из жизни большевиков в Верхоленской ссылке (1914 – 1917 гг.) // Учен. зап. / Вост.-Сиб. отд. Геогр. о-ва СССР;

Ир кут. обл. музей краеведения. 1970. -Вып. 4. – Ч. 2: Вопросы ис тории Сибири. – Иркутск, 1970. – С. 13-28.

14. Страница из жизни Е. М. Ярославского // Учен. зап. / Вост.-Сиб. отд. Геогр. о-ва СССР;

Иркут. обл. музей краеведе ния. 1970. – Вып. 4. – Ч. 2: Вопросы истории Сибири. – Ир кутск, 1970. – С. 140-150.

15. В.И. Ленин и политическая ссылка в Сибири (1907- гг.) // Материалы науч. конф. за 1969-1970 гг. / Иркут. ун-т.

Сер. общ. науки. – Вып. 5. – Иркутск, 1971. – С. 5-8.

16. Из истории распространения произведений В.И. Ленина в колониях политических ссыльных Сибири (1907-1914 гг.) // Журналистика в Сибири. – Иркутск, 1972. – С. 86-99.

17. Политическая ссылка в Забайкалье: (1907 – февр. гг.) // Зап. / Забайк. фил. Геогр. о-ва СССР. 1972. – Вып. 68:

Проблемы краеведения. – Вып. 6. – С. 5-8.

18. В. И. Ленин и политическая ссылка в Сибири (конец XIX в. – 1917 год). – Иркутск: Вост.-Сиб. кн. изд-во, 1973. – 176 с. – Соавт. А. П. Мещерский.

19. Численность и состав политических ссыльных Сибири (1907-1917 гг.) // Ссыльные революционеры в Сибири (XIX в. – февр. 1917 г.). – Иркутск: Изд-во ИГУ, 1973. – Вып. 1. – С. 199 242.

20. Рец. на: Революционный подвиг сибиряков: Биографии борцов за власть Советов на земле иркутской. – Иркутск:

Вост.-Сиб. кн. изд-во, 1972. – 364 с. // Восточно-Сибирская правда. – 1973. – 12 мая. – Соавт. Б.С. Санжиев.

21. Режим ссылки и положение политических ссыльных Сибири в начале XX века // Сибирский исторический сборник:

Соц.-экон. и полит. развитие Сибири. – Иркутск, 1974. – Вып.

2. – С. 39-64.

22. Ссыльные большевики и социал-демократическое дви жение в Сибири (1906-1910 гг.) / / Ссыльные революционеры в Сибири (XIX в. – февр. 1917 г.). – Иркутск: Изд-во ИГУ, 1974.

– Вып. 2. – С. 123-174.

23. Из истории суда и высылки в Сибирь руководителей вооруженных восстаний и членов военно-боевых организаций РСДРП // Ссыльные революционеры в Сибири (XIX в. – февр.

1917 г.). – Иркутск: Изд-во ИГУ, 1974. – Вып. 2. – С. 242-276.

24. Из истории суда и высылки в Сибирь членов большеви стской партии (1906 – февр. 1917 гг.) / / Сибирский историче ский сборник: Соц.-экон. и полит. развитие Сибири. – Иркутск, 1975. – Вып. 3. – С. 99-143.

25. Обзор источников по истории политической ссылки в Восточную Сибирь (1907–1917 гг.) // Вопросы истории Сиби ри. – Вып. 9. – Томск, 1976. – С. 318–323.

26. Курсовые работы по истории СССР: Методическое по собие для студентов исторического факультета / Сост. В.Т.

Агалаков, А.В. Дулов, Н.Н. Щербаков и др. – Иркутск: РИО ИГУ, 1977. – 80 с.

27. Письма политических ссыльных в Восточной Сибири:

(Конец XVIII – начало XX в.). – Иркутск: Вост.-Сиб. кн. изд во, 1978. 15,9 п. л. / Соавт.: Ф.А. Кудрявцев (гл. ред.), С.Ф. Ко валь (отв. ред.), В.Г. Артемьев, З.Л. Гусева.

28. Из истории карательной политики царизма в начале XX столетия // Ссыльные революционеры в Сибири (XIX в. – февр.

1917 г.). – Иркутск: Изд-во ИГУ, 1979. – Вып. 3. – С. 69-87.

29. Революционеры-медики в сибирской ссылке (1906- гг.) // Ссыльные революционеры в Сибири (XIX в. – февр. г.). – Иркутск: Изд-во ИГУ, 1979. – Вып. 4. – С. 117-160.

30. Обзор материалов по истории политической ссылки в Краковском воеводском архиве // Ссыльные революционеры в Сибири (ХIХ в. – февр.

1917 г.). – Вып. 5. – Иркутск: Изд-во ИГУ, 1980. – С. 144–178.

31. Об идейных течениях в рабочем движении Сибири на чала XX века: (По материалам газет «Правда» и «Луч») // Ссыльные революционеры в Сибири (XIX в. – февр. 1917 г.). – Иркутск: Изд-во ИГУ, 1981. – Вып. 6. – С. 60-66.

32. Предисловие // Ссыльные революционеры в Сибири (XIX в. – февр.

1917 г.). – Иркутск: Изд-во ИГУ, 1981. – Вып. 6. – С. 3-6.

33. Политические ссыльные как источник пополнения про летариата в Сибири (1907-1917) // Ссыльные революционеры в Сибири (XIX в. – февр.

1917 г.). – Иркутск: Изд-во ИГУ, 1982. – Вып. 7. – С. 112-134.

34. Дореволюционная марксистская историография полити ческой ссылки (1906-1917 гг.) // Россия и социально экономическое развитие Сибири: Тез. докл. зон. науч. конф., посвящ. 60-й годовщине образования СССР и 400-летию при соединения Сибири к России. – Тюмень, 1982. – Ч. 1. – С. 73 74.

35. Ссыльные пролетарские революционеры и стачечное движение рабочих в Сибири: (Итоги и задачи исследования) // За Советскую социалистическую Сибирь. – Иркутск: Изд-во Иркут. ун-та, 1982. – Ч. 1. – С. 50-53.

36. Год Великого перелома: К 70-летию событий на реке Лене // Восточно-Сибирская правда. – 1982. – 17 апр.

37. Влияние ссыльных революционеров на классовую борь бу, общественно-политическую и культурную жизнь в Сибири в 1906–1917 годах. (Советская историография проблемы) // Ссыльные революционеры в Сибири (XIX в. — февр. 1917 г.).

– Вып. 8. – Иркутск: Изд-во ИГУ, 1983. – С. 3–26.

38. Всесоюзное общество бывших политкаторжан и ссыль нопоселенцев и его роль в разработке истории политической ссылки в эпоху империализма // Ссыльные революционеры в Сибири (XIX в. – февр. 1917 г.). – Иркутск: Изд-во ИГУ, 1983.

– Вып. 8. – С. 26–49.

39. Ссыльные большевики и сибирские организации РСДРП после II съезда партии: (Советская историография проблемы) // Второй съезд РСДРП и борьба с оппортунизмом в местных партийных организациях: Тез. докл. науч. конф., посвящ. 80 летию Второго съезда РСДРП. – Омск, 1983. – Вып. 2. – С. 49-51.

40. Ссыльные пролетарские революционеры и научное изу чение Сибири (1907-1917 гг.) // Актуальные проблемы Восточ ной Сибири: Тез. докл. к регион. конф., 15-17 нояб. 1983 г. – Иркутск, 1983. – С. 37-41.

41. Влияние ссыльных пролетарских революционеров на культурную жизнь Сибири (1907-1917 гг.). – Иркутск: Изд-во Иркут. ун-та, 1984. – 244 с.

+ 8 вкл.

42. Всесоюзное общество бывших политкаторжан и ссыль нопоселенцев и его роль в разработке истории политической ссылки в эпоху империализма (1921-1935 гг.) // Вопросы мето дологии истории, историографии и источниковедения. – Томск: Изд-во Томск. ун-та, 1984. – С. 152-153.

43. Рец. на кн.: Владимир Ильич Ленин и революционное подполье в Сибири. — Омск: Кн. изд-во, 1983 // Ссыльные ре волюционеры в Сибири (XIX в. — февр. 1917 г.). – Иркутск:

Изд-во ИГУ, 1985. – Вып. 9. – С. 233–236.

44. Роль политических ссыльных в научном изучении Си бири в начале XX столетия: (Итоги и задачи исследования) // Исторический опыт освоения Сибири: Тез. докл. Всезоюз. на уч. конф. – Новосибирск, 14-16 окт. 1986 г. – Новосибирск, 1986. – Вып. 1. – С. 89-91.

45. 300 лет Иркутску-городу: Географический атлас. – М:



Pages:     | 1 | 2 || 4 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.