авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 5 | 6 || 8 | 9 |

«ИНСТИТУЦИОНАЛЬНАЯ ЭКОНОМИКА ББК 65.02 Р24 Р е ц е н з е н т ы: д-р экон. наук, проф. С. В. Лукин (Белорус. гос. ун-т), д-р экон. наук, доц. М. А. ...»

-- [ Страница 7 ] --

адам Смит, размышляя о  том, нужны ли государственные рас ходы на религиозное воспитание, описал само явление возникнове ния небольших общин и  переход в  них простых людей: «В любом цивилизованном обществе, в любом обществе, где уже вполне уста новилось разделение на классы, всегда существовали одновременно две схемы или системы нравственности, из которых одну можно на звать строгой или суровой, а другую — свободной или, если хотите, распущенной… только став членом небольшой религиозной секты, он (простой человек.  — Д. Р.) фактически выходит из  своей неиз вестности, а его поведение делается предметом большого внимания общества почтенных людей. С этого момента он приобретает неко Глава III. СтаРооБРяДчЕСтВо И ЭВолюцИя ЭКоНомИчЕСКИх ИНСтИтУтоВ торую репутацию и вес, какими до сих пор никогда не обладал. Все его братья — члены секты — в интересах репутации секты заинте ресованы в наблюдении за его поведением … В соответствии с этим в  небольших религиозных сектах нравственность простонародья отличалась почти всегда замечательной устойчивостью и чистотой, обычно оставляя далеко позади себя нравственность членов офици ально признанной церкви»456. Для Смита важно показать: экономи ческое обеспечение таких небольших общин –– их собственное дело и, следовательно, напрямую зависит от стиля жизни, от проповеди ее наставников. Конкуренция между многими сектами и церквями, согласно Смиту, может при определенных дополнительных услови ях приводить к большей терпимости.

В конечном счете мы видим, что частые деления заставляют со гласия конкурировать между собой прежде всего в степени следова ния заветам предков, а также в суровости. Деления приводят к более интенсивной внутренней жизни, к возможности взаимного контро ля со стороны членов общины, к большей однородности.

Успех общины в  мирских делах не в  последнюю очередь будет определяться и такими внешними факторами, как развитость кон трактного права и  безличных отношений. Вовлеченность общин и ее членов в экономические сделки более востребована при отсут ствии развитой системы права и анонимного рынка.

Репутация, анонимность экономики и безличность рынка лишь в  эпоху развития капиталистических, или рыночных, от ношений экономика перестает быть включена в  сложную систему социальных, иерархических связей. «Персонализированные» рынки анонимны в том смысле, что не обладают отдельным именем, наи менованием. Напротив, с развитием безличного обмена, связанного с  выделением экономики в  отдельную сферу, экономика перестает быть «безымянной». Этот переход блестяще показал Карл Поланьи.

Современное общество строится на контракте, а не на статусе: «Эта Смит А. Исследование о природе и причинах богатства народов. т. II. м.;

л., 1935. С. 314–315.

ПРаВо И НЕфоРмальНыЕ ИНСтИтУты система (рыночная экономика. — Д. Р.) руководствуется своими за конами, так называемыми законами спроса и предложения, и при водится в движение страхом перед голодом и надеждой на прибыль.

Не кровные узы, не правовое принуждение, не религиозные обяза тельства, не верность вассала вассалу, не магия, а  специфические экономические институты, такие как система частного предприни мательства и наемного труда, заставляют отдельного человека уча ствовать в  экономической жизни»457. Вебер пытался показать, что в этом переходе от прежней системы к новой системе рациональной организации торговли, промышленности и всего общества большую роль сыграла протестантская этика. ф. тённис принципиально раз делял общество и  общность. общество связано формальным кон трактом, рыночным взаимодействием, общность  — общей тканью жизни, родством, статусом458.

В контексте нарастания безличности рыночных отношений  — появления корпораций и разделения собственности и управления, укрупнения финансовых институтов  — важно осмыслить эконо мическую роль предпринимательских групп, объединенных одной верой. Выскажем ряд предположений. Первое очевидное предполо жение состоит в том, что в процессе перехода к новой безличной ры ночной системе предпринимательские группы, обладающие репута цией и  авторитетом, при прочих равных условиях начнут утрачи вать свои былые позиции, поскольку в анонимных структурах будет теряться их различение. К тому же, если в общности, организован ной по типу организма (если воспользоваться терминологией Р. то уни в отношении средневековья), религиозные меньшинства могут обладать экономическими преимуществами в  силу своей внеполо женности существующей иерархии, обладать, в терминах ш. Эйзен штадта, «трансформационным потенциалом», то в  обществе, по строенном по рыночным принципам, сравнительные преимущества могут утрачиваться ввиду тотальной конкуренции со всеми други ми группами и, более того, в связи с ростом анонимности, а значит, Поланьи К. аристотель открывает экономику // Избранные работы. ИД «территория будущего». м., 2010. С. 121–122.

Тённис Ф. общность и общество. СПб.: «Вл. Даль», 2002.

Глава III. СтаРооБРяДчЕСтВо И ЭВолюцИя ЭКоНомИчЕСКИх ИНСтИтУтоВ снижением пространства различения репутации, статуса, личного доверия.

Эпоха меркантилизма как преимущественно торгового капита лизма полна историй успешных предпринимательских меньшинств.

Как правило, это были группы, объединенные одной религией или этническим происхождением, заслужившие репутацию и  доверие в бизнесе и предпринимательстве: квакеры в англии, евреи, армяне, греки с ионических островов и хиоса в Европе459, джайнисты в Ин дии, меннониты и мормоны в Сша. В России к таким предпринима тельским группам относятся староверы и иностранцы.

Экономисты-историки Д. Норт, и а. Грейф полагают, что переход к безличному обмену является центральным в экономической исто рии и  понимании эволюции экономических институтов. Институ ты, основанные на репутации, сменяются институтами, основан ными на формальном законе. Грейф показывает, что частично этот переход наметился уже в позднем средневековье в таких коммунах Северной Италии, как Генуя460. Для самой группы этот переход опре деляют внешние обстоятельства. Институты, опирающиеся на ре путацию, связаны с небольшими издержками поддержания и боль шими предельными издержками вовлечения новых членов, тогда как институты, основанные на безличном обмене, характеризуются большими первоначальными издержками запуска и  относительно низкими дополнительными издержками для каждого нового члена, не имеют территориальных и других ограничений. Немаловажный вопрос касается ответственности. В современном мире она в основ ном носит индивидуальный характер. Как показывает Грейф, для позднего средневековья была характерна коллективная (коммуналь ная) форма ответственности, что говорит о множестве исторических промежуточных вариантов институтов, построенных на репутации и на безличных правовых гарантиях461. Более того, степень развито сти безличных отношений, по мысли Д. Норта, различает два основ Harlaftis G. A History of Greek-Owned Shipping: The Making of an Interna tional Tramp Fleet, 1830 to the Present Day. London;

Routledge, 1996.

Greif A. Institutions and the Path to The Modern Economy. Cambridge Uni versity Press, 2006.

Greif A. Op. Cit. P. 309–349.

ПРаВо И НЕфоРмальНыЕ ИНСтИтУты ных вида экономико-политического устройства: «естественное го сударство» и открытый доступ к ресурсам. Концепция гражданина, свободного землевладельца, получающего право голоса на выборах, уже приближает к  пониманию безличности. В  идеале наибольшей эффективностью, по мысли Д. Норта, Б. Вайнгаста и  Дж. Уоллиса, будет отличаться общество, в котором действуют анонимное право, безличные элиты и публичные корпорации462. тем не менее в отсут ствие системы безличного права, корпораций и формальной бюро кратии группы предпринимателей оказываются важной частью эко номики, прежде всего в торговле и обмене.

У. Рубинштейн, разбивший предпринимательские меньшинства на два типа — группы «избранных» и диаспоры, пишет: «В общем и  целом, оба типа предпринимательских меньшинств с  большей вероятностью могут быть обнаружены в торговом, чем в промыш ленном капитализме. Действительно, капитализм “посредников” часто непосредственно ассоциировался с  расширенным родством и  международными сетями… »463. одним словом, в  период, когда дела развиваются преимущественно благодаря личным качествам купца и  промышленника, благодаря личным контактам, большее значение приобретают социальные нормы группового поведения.

Именно в такие периоды развития преимущественно торгового ка питализма относительно бльшую роль в  экономике приобретают предпринимательские меньшинства. По мере развития и роста эко номики, нарастания «обезличенного» космоса капиталистических отношений, значение групп предпринимателей, объединенных од ной религиозной этикой, падает. Правовое регулирование вытесня ет этическое. Возможны также переходные формы, когда подобного рода регулирование осуществляется территориальной коммуной.

Предпринимательские меньшинства имеют значение в экономи ке, в которой, с одной стороны, не все регулирование осуществляет ся автоматически «невидимой рукой рынка», с другой — контракт North D., Wallis J., Weingast B. Violence and Social Orders: A Conceptual Framework for Interpreting Recorded Human History. Cambridge University Press, 2009. P. 150–151.

Rubinstein W. Enterpreneurial Minorities: A Typology // Casson M., Godley A.

Cultural Factors in Economic Growth. Springer, 2000. P. 120.

Глава III. СтаРооБРяДчЕСтВо И ЭВолюцИя ЭКоНомИчЕСКИх ИНСтИтУтоВ ное право не столь сильно, а роль государства не является домини рующей. чем выше степень распространения безличного обмена и  чем больше автономность экономики, тем скромнее жизненное пространство подобных предпринимательских групп. Развитая экономика перестает быть анонимной, т. е. лишенной собственных имен. С  появлением маркетинга, менеджмента, ипотеки, лизинга, овердрафта и других поименованных экономических реалий эконо мика становится менее «встроенной» в социум и культуру, со всеми вытекающими отсюда последствиями.

На этом этапе институциональное изучение неформальных ин ститутов предпринимательских меньшинств позволяет выделить следующие параметры, влияющие на их эффективность: размер группы и количество альтернативных групп, издержки осуждения, остракизма или «отлучения», степень однородности. Для экономи ки в целом неформальные институты имеют тем большее значение, чем ниже степень распространения государственного регулирова ния, контрактного права, анонимных корпораций и  систем управ ления. Стоит подробнее разобраться в  экономическом понимании феномена общины.

Община как экономический институт Немаловажное значение для понимания любой исторической динамики имеет сопоставление различных институциональных механизмов. В  последнее время произошло переосмысление роли общины не только в истории, но и в современной экономике. Если раньше община воспринималась как атавизм, который должен усту пить место более эффективным институтам управления  — рынку и  государству, то теперь пришло понимание сравнительных преи муществ общинного управления. Его эффективность была признана в системе открытых полей сельского хозяйства англии XVIII в., для кредитных контрактов в банковском деле Германии XIX в. общин ный принцип уже показал новые возможности в создании и распро странении интеллектуальных продуктов  — ресурсов с  открытым доступом в  программном обеспечении. Сохраняются кооперати ПРаВо И НЕфоРмальНыЕ ИНСтИтУты вы рыбаков;

для многих небольших предприятий Италии участие в кооперативном движении — единственная возможность выжить.

К общинной форме собственности относится коллективное исполь зование высокогорных альпийских лугов, которое позволило сохра нить их продуктивность по сей день464. Коснемся вкратце того, как вписать общину в сравнительный институциональный анализ.

общины решают задачи, которые трудно осуществить в рамках чисто рыночной экономики, внутрифирменного управления или государственного планирования. В  чем отличие общинной орга низации? определенная группа людей обладает исключительными правами на ресурс. Доступ к этой собственности и видам деятель ности ограничен. В рамках общинного управления более доступно наблюдение и регулирование деятельности, контроль и мониторинг ответственности. общинное управление держится на рассеянной частной информации, недоступной государствам и фирмам. общи ны используют при этом неэкономические стимулы: доверие, соли дарность, взаимность, репутацию, уважение.

С точки зрения экономической теории общинное управление об ладает следующими уникальными свойствами в сравнении с фирма ми и рынками465.

Во-первых, это традиционный характер решения вопросов и принятия решений, что отражается в стабильном поведении и за интересованности в  общем деле. такой тип отношений и  характер сделок ориентирован на долгосрочное взаимодействие. Во-вторых, частота взаимодействия между членами общины дает возмож ность лучше знать личные качества и возможности каждого из них.

В данном случае издержки выяснения низкие, а выигрыш от знания каждого  — выше. типы сделок, в  которых важны личные отноше ния, в  рамках общинного управления могут быть совершены луч ше. Упрощается эта ситуация и  благодаря большей однородности членов одной общины. В-третьих, в  общине, как правило, удается снизить значимость «проблемы безбилетника», которая возникает Ostrom E. Governing the Commons: the Evolution of Institutions for Collec tive Action. Cambridge, 1990.

См. Боулз С. микроэкономика: поведение, институты и  эволюция. м.:

«Дело», 2011.

Глава III. СтаРооБРяДчЕСтВо И ЭВолюцИя ЭКоНомИчЕСКИх ИНСтИтУтоВ в любом коллективе. здесь вклад каждого более виден, мониторинг и контроль оказываются более эффективными. Сформулированные свойства общин дают им сравнительные преимущества на тех рын ках, где контракты не могут быть полными, — на трудовом и кредит ном рынках.

Эти аргументы будут действовать для разного типа мотиваций, в том числе для стандартной в экономической теории эгоистической мотивации. Еще большее значение приобретает община с точки зре ния формирования и  поддержания таких мотивов поведения, как альтруизм, привязанность, взаимность, следование определенным нормам. община в состоянии поддерживать отличную от общества в целом хозяйственную этику, основанную на религиозных нормах.

однако экономическая деятельность общины в  условиях капи тализма сталкивается с целым рядом специфических проблем. так, община может расти лишь до определенного предела, поскольку поддержание персональных и долговременных контактов возможно лишь в относительно небольших группах. Другим ограничением яв ляется то, что принцип небольшой группы, объединенной в общи ну, построен на однородности ее членов. С расширением деятельно сти однородность не позволяет получить выгоды от разнообразия.

С  этим уже лучше справляются фирмы и  рынки. Дополнительные ограничения связаны с тем, что отношения общины с внешним ми ром нередко строятся по принципу «свой-чужой», что резко умень шает ее возможности. Экономический успех общины не в  послед нюю очередь зависит и от того, в какой степени действуют рыноч ные принципы и власть закона. чем они тотальнее и унивесальнее, тем меньше возможности у общины реализовать свои сравнитель ные преимущества.

Немаловажное влияние на жизнеспособность общины оказыва ют и  внутренние факторы. Например, если доход от деятельности принадлежит общине и распределяется централизованно, то падает индивидуальная мотивация, поскольку вкладом одного пользуются все. И, наконец, община держится до тех пор, пока ее члены рассма тривают правила участия в ней как справедливые.

ПРИмЕРы оБЩИН ПРимеРы Общин Преображенская община федосеевцев ярким примером успешной общинной организации следует счи тать Преображенскую общину в москве. федосеевская община была первой известной беспоповской общиной городского типа. В 1696 г.

община переместилась из России в литву, где обосновалась в Неве ле. Ее основателем был дьячок Крестецкого яма феодосий Васильев.

Это был особый мир людей, которые считали себя избранными Бо гом для спасения и решительно отмежевывались от греховного че ловечества. Этика федосеевцев в некоторых своих аспектах прибли жалась к пуританской.

С самого основания такие элементы мировоззрения, как чувство исключительности в мире, личная ответственность человека за свое спасение верой, ощущение греховности внешнего мира, стремление к общности имущества, казалось бы, не способствовали развитию хозяйственной деятельности. однако федосеевский девиз «празд ность — училище злых» скоро помог экономическому процветанию этой общины, и уже с конца XVIII в. из числа федосеевцев выходит немало замечательных русских предпринимателей.

основание московской общины было положено в  1771  г., в  то время, когда свирепствовала чума. По испрошению купцов федора зенкова, державшего суконную фабрику, и Ильи Ковылина, имевше го кирпичные заводы, на выезде из москвы была учреждена застава для осмотра покидающих город. Давался приют голодным, бездо мным и больным. Разумеется, что доступно это было лишь для тех, кто переходил в старую веру. Постепенно центр, все более разраста ясь, стал привлекать купцов, которые, будучи зачастую выходцами из народной среды, тянулись к народной церкви. Уже на раннем эта пе истории Преображенского кладбища во главе его встают видные и деятельные предприниматели того времени.

Наибольшего внимания заслуживает личность купца и  завод чика Ильи алексеевича Ковылина, о  котором упоминалось ранее.

Павел любопытный, составивший биографии многих староверов, отмечал его «разительное красноречие», «ясный и  приятный тон Глава III. СтаРооБРяДчЕСтВо И ЭВолюцИя ЭКоНомИчЕСКИх ИНСтИтУтоВ в убеждении истин»466. Ковылин собирал предметы древности, ще дро жертвовал свое состояние, в церкви был «патриархом (не освя щенным)», а в мире — «владыко» его.

К вступлению на престол александра  I общине насчитывалось уже почти тридцать лет, купеческие фамилии зажиточных федосе евцев были известны всей москве: зенков, Ковылин, шелапутин, Грачев, Соколов, Большов467. 15 мая 1809 года александр I утвердил план учреждения Преображенского Богаделенного дома. Считалось, что в то время в общине жили более полутора тысяч человек, а чис ло прихожан превышало десять тысяч. Новой благотворительной организации предоставлялось право самоуправления, осуществля емое через выбор попечителей и экономов, право безотчетно распо ряжаться и управлять своими капиталами, в том числе давать креди ты и развивать торговую коммерцию468.

Для понимания роли Преображенского кладбища уместно при вести сказанные позже слова министра финансов Ивана алексее вича Вышнеградского: «Наши христолюбивые старообрядцы-пре ображенцы в  российском торгово-фабричном деле великая сила, они основали и довели нашу отечественную заводскую промышлен ность до ее полнейшего совершенства и  цветущего состояния»469.

Действительно, к  1830-м  годам, по сведениям П. Г. Рындзюнского, с общиной были связаны 32 крупные и 120 мелких фабрик по произ водству шерстяных, суконных, шелковых и бумажных изделий, хол стинки, драдодемов;

только во втором квартале лефортово зафик сировано 79 домовладельцев-беспоповцев470. так, ф. а. Гучков владел самой крупной фабрикой г. москвы того времени. В 1843 г. на этой Любопытный П. О. Исторический словарь и каталог или библиотека ста роверческой церкви. м., 1866. С. 132–133.

Кельсиев В. Сборник правительственных сведений о  раскольниках.

Вып. 1. лондон, 1860. С. 22.

См. указ александра I в цГИа в Санкт-Петербурге, фонд 673, опись 2, Дело 2, лист 5, 10.

Розанов О. И. 333 года Староверию // Календарь Древлеправославной По морской церкви на 1999 год. м., 1999. С. 8.

Рындзюнский П. Г. Старообрядческая организация в условиях промыш ленного капитализма// Вопросы истории религии и атеизма. 1950. № 1. С. 204, 206–207.

ПРИмЕРы оБЩИН фабрике, на которой вырабатывались высококачественные изделия из легких шерстяных и шелковых тканей, было занято 960 рабочих, «сумма производства» составляла 516 тыс. руб., а к 1853 г. количество рабочих почти удвоилось (1850), до 700 тыс. руб. в год возросла сум марная стоимость произведенной продукции471. фабрике Гучковых, как уже отмечалось, принадлежало заслуженное первенство в  ис пользовании последних новшеств, они первыми внедрили прядение «гребне-кардной» пряжи по новейшим методам, принятым в Эльза се, ими были «усвоены лучшие, известные за границею, способы для отличной выделки, набивки и механического совершенства приго товляемых на оной разнообразных товаров», отличающихся «изящ ным вкусом, яркостью красок и новизною рисунков»472.

Развитие предпринимательства у  федосеевцев представляет со бой яркий пример «новаторства в  рамках традиции». В  лефортово на базе Преображенской общины развивается промышленное про изводство, однако при всех новшествах Преображенский Богаделен ный дом сохраняет типичную для беспоповцев жесткую регламента цию. Во внутреннем уставе от федосеевцев требовалось соблюдение строгих предписаний. Вот как живописует необычные порядки пре ображенских беспоповцев Кельсиев: «Съестные припасы, купленные на рынке, окуривали ладаном, все потребные вещи шили сами, на го ловах выстригали маковицы, на руках носили лестовицы (кожаные четки. — Д. Р.)… употребление вина воспрещалось… мужчины, за меченные в нетрезвости, подвергались поклонам, а на женщин наде валась волосяная рубаха и подвязывалась железной цепью»473. Если к этому добавить, что наряду с трезвостью и закрытостью от внеш него мира федосеевцы не молились за царя и отстаивали безбрачие, то становится понятным: для них так же, как для выговцев, была ха рактерна строгая келейная этика, сплоченность и дисциплинирован ность. таким образом, у федосеевцев мы видим ту же мирскую аскезу и взаимопомощь, которые способствовали активности и успешности там же С. 212.

Тарасов С. Статистическое обозрение промышленности московской гу бернии. м., 1856. С. 15.

Кельсиев В. И. Сборник правительственных сведений о  раскольниках.

лондон, 1860. С. 5, 9.

Глава III. СтаРооБРяДчЕСтВо И ЭВолюцИя ЭКоНомИчЕСКИх ИНСтИтУтоВ хозяйственной деятельности, но в то же время такие нормы, как без брачие, предопределяют границы экономической экспансии.

Говоря о  развитии общины в  1840-х  годах, хотелось бы особо остановиться на одном любопытном источнике, своеобразно от разившем внутреннюю жизнь, взаимоотношения и экономическую активность преображенцев. Речь идет об опубликованных а. а. ти товым «Дневных записях Правительственного дозора о московских раскольниках» (1844–1848)474. Сведения собирались в  интересах полиции, источниками информации в  основном являлись расска зы и слухи, передаваемые, видимо, подкупленными помощниками.

однако, несмотря на неполноту, тенденциозность и возможные ис кажения, записи представляют большой интерес для исследователей старообрядческого предпринимательства.

остановимся подробнее на устройстве Преображенского кладби ща, на его экономическом и религиозном влиянии на другие регио ны страны, попытаемся установить источники поступления средств в  кассу федосеевской конторы, направление их использования, и, наконец, обратим внимание на эволюцию культурных и социальных норм удачливых предпринимателей из лефортово. В самой москве в 1840-е годы. Преображенская община насчитывала 20 000 прихо жан. Кроме кладбища у  богатых купцов были устроены молельни, куда приходили и  фабриканты, и  рабочие. Из  120 упоминавшихся молелен (для сравнения приводим данные о  других беспоповских толках: 17 у поморцев и 39 у поженившихся) наиболее старая молель ня принадлежала пивовару, почетному гражданину Василию федо ровичу Панфилову, ей было уже более пятидесяти лет. моленную, вмещавшую более 200 человек, содержал ф. а. Гучков. Все моленные были украшены иконостасами, стоимость которых оценивалась от тысячи до двадцати тысяч рублей (11.01.1848)475. Делами общины ве дал Совет кладбища, состоявший из 7 купцов и 4 мещан, 5 основных См. «чтения в Императорском обществе истории и древностей россий ских» (далее чоИДР). м., 1885. Кн. 2. С. 1–40, Кн. 3. С. 41–80, Кн. 4. С. 81–120, 1886. Кн. 1. С. 123–192 (с оглавлением на С. 180–192 с 11.11. 1844 по 15.07.1846), 1892. Кн. 1. С. 1–98. Кн. 2. С. 99–251 (с оглавлением на С. 225–251).

В дальнейшем ссылки на «Дозорные записи о московских раскольниках»

будут приводиться в скобках с указанием точной даты.

ПРИмЕРы оБЩИН попечителей и  11  сословных попечителей. Все 26  человек входили в Совещание, которое собиралось по утрам в пятницу (20.01.1847).

фактически делами общины управляли в  основном попечители, и в особенности федор Гучков, капитал которого достигал нескольких миллионов рублей. Попечителями были купец 2-й гильдии алексей Никифоров, имевший фабрику миткальных изделий и  капитал до 700  тыс. руб., купец матвей Григорьев, владевший также фабрику миткальных изделий и капитал до 1 млн руб., купец Дмитрий тимо феев, располагавший капиталом до 400 тыс. руб. и купец 1-й гиль дии Иван любушкин, владелец гончарного завода, обладавший ка питалом в 500 тыс. руб.

Из записей видно, что попечители играли значительную роль в управлении делами общины. от них шла не только пассивная по мощь деньгами, но  они сами жили главным образом интересами общины. отцы-основатели текстильных фабрик лефортово ото ждествляли себя и общину, индивидуализм приходил лишь со сле дующими поколениями. однобокое объяснение участия крупных предпринимателей в делах общины лишь их интересами по исполь зованию религии в  качестве эффективного средства для эксплу атации рабочих вряд ли адекватно отражает реальность тех дней, когда вера в Бога была не чем-то подчиненным, но самодовлеющей ценностью как для рабочих, так и  для предпринимателей. фигура предпринимателя была важной и  знаковой. он защищал общину от нападок со стороны правительства, обустраивал экономический быт прихожан, был во всех смыслах своим: носил ту же одежду, не брил бороды, всерьез задумывался над новыми знаками прихода в мир антихриста. При этом своими подвигами на ниве предприни мательства спасал собратьев по вере от разорения и укреплял в них сознание избранности.

Большой интерес представляет географический размах деятель ности Преображенского кладбища на территории страны. записи подтверждают разветвленность связей со многими регионами Рос сии. Приводятся в  основном сведения о  духовной подчиненности местных общин московскому центру федосеевцев, однако указы вается и на финансовую поддержку регионов, на торговлю предме тами культа, произведенными в  москве. Преображенцы помогали Глава III. СтаРооБРяДчЕСтВо И ЭВолюцИя ЭКоНомИчЕСКИх ИНСтИтУтоВ деньгами, книгами, наставниками беспоповцам Дона, твери, тюме ни, Костромы, Саратова, астрахани, ярославля, Владимира, Риги, Сибири, Белоруссии (10.05.1845). Удивляет предприимчивость Се мена Козьмина, который в  качестве настоятеля общины объездил всю страну. Сорок тысяч рублей, пожертвованные купцом тимо феем Ефремовым Соколовым, он разделил между общинами Усть Сысольска, Великих лук, Крестцов, Судиславля, Галича, Костромы, Коломны, тулы, Саратова, Ростова (21.11.1845). Устойчивыми и по стоянными были связи с Санкт-Петербургом, где доверенными ли цами были В. м. Солодовников, торговавший цветами, и  С. И. Сту качев, владелец фабрики шляпных материй (07.06.1847). Наличие разветвленных неформальных связей помогало формировать пред принимательскую сеть по сбыту готовой продукции в  регионы, по подбору кадров в  условиях, когда мобильность населения была очень низкой и еще существовало крепостное право. Преимущества разветвленной торговой, информационной и кадровой сетей федо сеевцев были налицо.

Капитал Преображенского кладбища пополнялся главным обра зом за счет пожертвований и завещаний. Считалось, что к середине 1840-х годов он превышал 6 млн руб. Круглый год овощами снабжа ли единоверцев купцы Носковы, осетриной и белужиной –купчиха а. И. малышева, коровьим маслом — купец П. Кучумин;

пшеничную и  крупчатую муку доставляли купцы Дворянчиков и  михайлов, алексей Никифоров поставлял дрова для отопления и белый мит каль на рубашки, купец Прохоров всех живущих в  приютах обе спечивал платками (05.08.1847). хозяйство того времени не было денежным, существенную роль играл натуральный товарообмен.

Пополнялся капитал и благодаря свечному доходу. торговля кни гами велась в собственных домах афанасьева, Стрелкова, в лавках филиппова, Власова, на макарьевской, Ростовской, Рыбинской яр марках, а также специальными разносчиками (10.06.1845).

Как же расходовались и  распределялись капиталы Преобра женского кладбища? аккумулировали средства попечители и  на стоятель общины. В суровые годы новых гонений со стороны вла стей основной долей капиталов распоряжался федор Гучков. Есть основания полагать, что одна часть средств шла на поддержание ПРИмЕРы оБЩИН региональных центров федосеевской секты, другая  — на развитие промышленных предприятий попечителей, а  третья  — на помощь нуждающимся членам общины. Существовал в общине и институт беспроцентных ссуд, которые выдавала контора Преображенского кладбища. Согласно донесениям от 06.08.1847 овдовевшая купчиха Носова, владевшая фабрикой суконных изделий в лефортово, с че тырьмя сыновьями перешла в федосеевское согласие, после чего на стоятель Семен Козьмин «вверил им 500 тыс. руб. на три года, а по том с платежом 4%».

Без указания условий упоминается повторная выдача креди та купчихе Носовой в  размере 100  тыс. руб., а  также Е. ф. Гучко ву  — 100  тыс. руб. на покупку земли и  строений, купцу К. Егоро ву — 150 тыс. руб. для покупки товаров в таганроге, купцу алексею Никифорову — 100 тыс. руб. на приобретение рощи для отопления дровами приютов (до этого говорилось, что дров он поставлял на сумму 3429 руб. в год) (03.05.1848).

таким образом, из капиталов Преображенского кладбища выда вались солидные кредиты для начала дела, развития производства, покупки как коммерческой партии товаров, так и  недвижимости.

фактически, в организации Преображенского кладбища был зало жен гибкий механизм по решению бытовых и экономических про блем его прихожан. Крестьяне могли укрыться от преследований и  получить ссуду на выкуп у  помещика, а  затем устроиться на ра боту к одному из попечителей общины, поселившись в каком-либо из многочисленных домов, выстороенных для работников предпри ятий. Предприниматели уже в условиях крепостного права, порож давшего дефицит свободной рабочей силы, получали возможность быстро и своевременно нанимать надежных рабочих, получать не обходимые кредиты из  кассы кладбища. При этом главным связу ющим и цементирующим ядром социально-экономических взаимо отношений оставалась старая вера, которая объединяла и рабочих, и  крупнейших предпринимателей, создавая прочную основу для взаимовыгодного сотрудничества.

Вплоть до конца 1840-х годов социальные различия хозяев и ра ботников были минимальными. Владельцы и  рабочие заводов хо дили в одной и той же одежде, думали об одних и тех же проблемах Глава III. СтаРооБРяДчЕСтВо И ЭВолюцИя ЭКоНомИчЕСКИх ИНСтИтУтоВ и хорошо помнили то время, когда были крестьянами. Никакого раз деления на две культуры, исторического псевдоморфоза (в терминах о. шпенглера), не существовало, что помогало более органично раз вивать в том числе и текстильные предприятия.

Например, наиболее влиятельный попечитель Преображенско го кладбища, самый состоятельный федосеевец начала 1840-х годов ф. а. Гучков еще мальчиком пришел из крепостной деревни Калуж ской губернии, поступил рабочим на текстильное предприятие, по том завел собственную мастерскую и постепенно, присоединяя стан за станом, превратил ее в  крупную мануфактуру. Долгое время он сам работал за станом, сначала по необходимости, потом из-за при вычки и из-за развившегося в нем скопидомства. Уже будучи круп ным московским промышленником, Гучков удивлял посторонних людей своим видом: он «жил в самом тесном и грязном помещении … мел сам двор, собирал старые гвозди и расправлял их, носил ру бище и кучерскую шляпу, до того засаленную, что на нее страшно было взглянуть»476.

однако, если обратиться к  гармонии религиозных воззрений и экономического преуспеяния, то можно еще раз констатировать, что внутренние противоречия между суровыми идеалами федосе евцев и меняющейся реальностью обострялись. Наиболее сложным вопросом оставалось обязательное требование безбрачия. многие состоятельные купцы, вынужденные решать этот вопрос, перехо дили в  православие, единоверие и  более всего в  другие согласия.

так, попечителями монинской церкви поморского согласия, где разрешались браки, стали купец 1-й гильдии, кирпичный заводчик Никон матвеевич Гусарев, купец 2-ой гильдии, фабрикант Елисей Саввин морозов, купец 2-й гильдии, фабрикант максим федорович зенков, купец 2-й гильдии, пивовар Василий федорович Панфилов (15.11.1844).

Идеалы христианской жизни были все более недостижимы для богатых федосеевцев. Скажем, проповедь Ивана и  Савелия из  по шехонских лесов, убеждавших братию в  том, что «не надо иметь История москвы в 6 томах. т. 3. Период разложения крепостного строя.

м., 1954. С. 317.

ПРИмЕРы оБЩИН паспортов, а  пальми паче  — домов, а  надо иметь житие птичье!»

(02.12.1846), уже не могла найти поддержки в  среде более обеспе ченных староверов. частная жизнь разбогатевших старообрядцев характеризовалась отступлением от строгих правил. Наставникам приходилось с  душевным прискорбием отмечать прегрешения ду ховных чад, не устоявших перед соблазнами мира. так, например, про И. ф. Гучкова с супругой в записях от 22.01.1848 говорилось, что «грешне предаются театральным зрелищам и Иродиадиной пляске, порочат свой взор конскими ристалищами». Невестка Петра Давы дова Бавыкина, фабриканта и  старого прихожанина Преображен ского кладбища, уличалась «в верховой езде… на лошади боком, с сигарой, в мужском платье с сатанинским хвостом». П. Н. Рогожин был повинен в участии «в сонмищах антихристовых», называемых «клубами», в игре в карты, в курении сигар.

трудно сказать, как бы складывалось дальнейшее развитие Пре ображенского кладбища, если бы не методичные преследования вла стей во времена Николая I. Далеко не все выдержали эти гонения.

В  1853  г. братья Гучковы и  упомянутый купец Рогожин перешли в  единоверие, а  «упорствующие в  расколе» попечитель ф. Гучкова и наставник С. Козьмина были сосланы в ссылку. При этом Преоб раженская богадельня была подчинена совету «Императорского че ловеколюбивого общества».

В заключение обзора организационных норм Преображенского кладбища, позволивших создать широкую предпринимательскую сеть в  торговле и  текстильной промышленности, заострим внима ние на двух важных итогах этого рассмотрения. Во-первых, старая вера, консервативная по своим основным установкам, никак не пре пятствовала умелому введению инноваций на предприятиях, при надлежавших федосеевцам. Напротив, вера придавала этим ново введениям устойчивость при том условии, что они не затрагивали содержания вероучения. Сочетание традиций и  новаций в  быту тонко подметил путешествовавший по России барон фон Гакстга узен, имя которого м. И. туган-Барановский связывал с  началом романтического направления в  русской экономической науке. Эта черта особенно поразила Гакстгаузена, когда после богослужения по старому обряду старейшины Преображенского кладбища пригласи Глава III. СтаРооБРяДчЕСтВо И ЭВолюцИя ЭКоНомИчЕСКИх ИНСтИтУтоВ ли его в порядочно меблированную комнату и угощали шампанским и апельсинами477.

Во-вторых, предпринимательская сеть федосеевцев представля ла собой редкий в  русской истории пример самоорганизации. Без участия официальных властей, без помощи чиновников и иностран цев прихожане общины смогли собственными силами создать ор ганизацию, превосходящую по силе и богатству подобные частные заведения страны. Это был путь органичной модернизации эконо мики России.

Рогожская община поповцев Не уступал Преображенскому по экономическому могуществу и  разветвленности Рогожский торгово-промышленный союз, ут вердившийся в  те же времена в  москве. хорошо известно, что энергичные, предприимчивые и  трудолюбивые поповцы с  Рогожи значительно усовершенствовали русскую промышленность, создав «русские манчестеры»: орехово-зуево, Гуслицы (текстиль), Ивано во-Воскресенск, Богородск-Глухово. Крупнейшие российские пред приниматели — морозовы, осиповы, Расторгуевы, Рахмановы, Ря бушинские, Солдатенковы — вышли именно оттуда478.

Более объемное представление о предпринимательской сети Ро гожского кладбища дает список 1838 г. «замечательнейших» москов ских старообрядцев-поповцев, представленный в Прил. 4479. В него включены не только текстильные фабриканты, но  и  торговцы ма нуфактурными товарами, хлебом и другими товарами. 138 из числа прихожан Рогожского кладбища были приписаны к  купцам 1–2-й гильдии, что, учитывая осторожность старообрядцев, немало480.

Связи рогожских капиталистов были во многом основаны на узах Гакстгаузен А. Исследования внутренних отношений народной жизни и в особенности сельских учреждений России. м., 1870. С. 248.

См.: Быковский И. К. История старообрядчества. м., 1906.

См. История москвы в 6-ти томах. т. 3. Период разложения крепостного строя. м., 1954. С. 294–296.

Мельников П. И. (андрей Печерский) Полное собрание сочинений. т. 13.

1898. С. 325.

ПРИмЕРы оБЩИН секты и  поддерживались на обширных территориях России. такое положение московского центра поповщины даже вошло в народную пословицу: «Как положат на Рогоже, так быть в Городце;

а как в Го родце, так и на всем крещенском миру». Со всех концов страны сюда стекалась информация о том, как растет хлеб, какие на него цены, отовсюду преданные единоверцы доставляли сведения о  государ ственных заказах, о фрахтах перевозок, о торговле мясом, о рыбном улове, что давало возможность во многих случаях извлекать доход из ассиметричности распространения информации о ценах и о раз личных косвенных обстоятельствах, уменьшающих неопределен ность будущего. торгово-промышленный союз Рогожского кладби ща, по наблюдениям мельникова-Печерского, имел скорые и  вер ные сведения от одноверцев из плодородных тульской, орловской, Воронежской, тамбовской, Пензенской, Симбирской, Саратовской губерний «не только о  ценах на хлеб, но  и  о  том, как растет хлеб, каковы надежды поселян на урожай, каковы запасы помещиков»481.

Поповцы подвергались меньшим преследованиям со стороны правительства и, видимо, это было главной причиной их относи тельно большей успешности в торговых и промышленных предпри ятиях москвы. течение было менее радикальным и позволяло более органично сочетать деловые будни, жизнь в миру с праведным сле дованием старой вере. терпимость как со стороны государства, так и  внутри церкви позволяла поповцам избежать того упадка, кото рый пережили беспоповцы.

В целом старообрядцы лучше других смогли воспользоваться из менением конъюнктуры в текстильной промышленности и торгов ле. Этому, безусловно, способствовали традиционные старообряд ческие культурные и социальные нормы: трудолюбие и аскетизм, а в  особенности единство, взаимовыручка, корпоративные и  семей ные связи. Старообрядческие общины — Преображенская и Рогож ская — превратились в особые институты, которые, кроме того, что позволяли знакомиться и  осуществлять совместную деятельность купцам, а  простому люду получать работу на фабриках или в  ка честве приказщиков, сами являлись прямыми участниками рынка.

там же. C. 334–335.

Глава III. СтаРооБРяДчЕСтВо И ЭВолюцИя ЭКоНомИчЕСКИх ИНСтИтУтоВ общины страховали торговые операции, выдавали беспроцентные ссуды, давали рекомендации и  т. д. они превращались в  мощные организации предпринимателей, которые зачастую функциониро вали, как современные фонды. Их внутреннее устройство еще раз подтверждает высокий потенциал русского старообрядчества в от ношении экономического обновления России при сохранении креп ких духовных основ общества, т. е. его богатые возможности для ор ганичной модернизации хозяйства страны.

Из двух этих обзоров видно, что община была незаменимым эле ментом экономического процесса. Важнейшей же частью жизни об щин являлся старообрядческий род. Как подчеркивает московский историк а. В. Стадников «он обладал необыкновенной внутренней корпоративностью и  был тесно связан с  другими родами общины (Рогожской. — Д. Р.) генеалогическими, торговыми и религиозными связями»482. К  примеру, известный на Рогожском род Рахмановых, различные ветви которого контролировали торговлю хлебом, зер ном, мясом, были в родстве с торговцами хлебом овсянниковыми, торговцами Дубровиными. Жизнь общины формировалась родами, многие из которых находились в родственных связях.

Исследователь московской буржуазии ю. а. Петров считает ха рактерной чертой центрального промышленного региона распро странение независимой от государства и  иностранных инвести ций текстильной промышленности и «семейный характер бизнеса, предопределивший появление особых форм ассоциации капитала (“товарищества на паях”) и финансирования производства (система самофинансирования)»483. С  семейной формой развития предпри ятий был связан особый тип организационного устройства и  ха Стадников А. В. московский купеческий род Рахмановых // московский архив. Историко-краеведческий альманах. Вып. 2. м., 2000. С. 404.

Петров Ю. А. Этноконфессиональный фактор в  контексте московского предпринимательства, вторая половина XIX  — начало XX  в //  Старообрядче ство в России (XVII–XX века). Вып. 4 / отв. ред. Е. м. юхименко. м., 2010. С. 691;

см. также: Петров Ю. А. московская буржуазия в начале XX века: предприни мательство и политика. м., 2002;

Шепелёв Л. Е. акционерные компании в России (XIX — начало XX века). СПб.: Изд. дом СПбГУ, 2006.

РаСПРЕДЕлЕНИЕ (БлаГотВоРИтЕльНоСть) рактер инвестирования. Высокий уровень прибыли в  текстильной промышленности позволял не прибегать к  внешним заимствова ниям и не брать в кредит у банков. Возможность финансирования развития за счет собственных средств предопределила особый тип акционирования  — товарищество на паях, состав акционеров ко торого с  самого начала ограничивался и  мог принадлежать одной семье. Как свидетельствует Петров, «процесс акционирования тек стильной отрасли прошел в 1870–1880-х годах в основном без при влечения капиталов со стороны, за счет накопленных ранее прибы лей» 484. В 1900-х годах, когда из 129 крупнейших хлопчатобумажных предприятий 105 были акционированы, 5  из  них стали акционер ными обществами, 7 — торговыми домами, 93 — товариществами на паях485. Увеличение акционерного капитала часто происходило за счет перевода с других статей (запасной капитал, амортизационные средства), без расширения числа акционеров.

РасПРеделение (благОтвОРительнОсть) Благотворительность — особый институт, который был характе рен для богатых старообрядцев. они сознавали, что богатство ни чем не поможет для спасения души, и  проявляли высокую актив ность в делах благотворительности. ограничимся лишь нескольки ми малоизвестными иллюстрациями486.

любопытные сведения о  благотворительности и  характере взаимодействия властей и  купцов-старообрядцев дает документ «о постройке моста и пожертвованиях в г. Петрозаводске»487. Этот же документ показывает степень социальной ответственности куп Петров Ю. А. московская буржуазия… С. 110.

Иванова Н. А. Промышленный центр России, 1907–1914 гг. Статистико экономическое исследование. м., 1995. С. 158.

Более подробные сведения см.: Боханов А. Н. Коллекционеры и меценаты России. м., 1989;

Ульянова Г. Н. Благотворительность московских предпринима телей, 1860–1914 гг. м.: мосгорархив, 1999.

РГИа. ф. 1286. оп. 9. Д. 859.

Глава III. СтаРооБРяДчЕСтВо И ЭВолюцИя ЭКоНомИчЕСКИх ИНСтИтУтоВ цов, а также их желание быть полезным обществу и получить одо брение и благоволение властей. Благотворительность являлась спо собом своеобразной страховки от возможных потерь ввиду немило сти чиновников.

В 1843 г. некий инженер обнаружил необходимость замены мо ста через р. Кему в Вытегорском уезде архангельского тракта (мост разрушился по нему после прохождения тяжелых артиллерийских снарядов для корабля «Ингерманланд»). затраты на восстанов ление оценили в  4809 руб. серебром, которых в  местном бюджете не нашлось. Когда стало известно, что великий князь Константин Николаевич намерен совершить путешествие в архангельск, мест ные власти оказались в весьма затруднительном положении. И тут появляется федул Громов  — он предлагает восстановить мост за собственный счет, и к  маю 1844  г. прочный мост из  лучшего леса к проезду князя был готов. Кроме того, Громов жертвует 1000 руб.

ассигнациями на благоустройство набережной онежского озера в  Петрозаводске. за такую помощь олонецкий губернатор просит у  императора «высочайшего благоволения». 12  января 1846  года «монаршее благоволение» было объявлено. В этом эпизоде прояви лась тесная связь верхушки старообрядческой общины с  местной властью, благодаря которой у крупных дельцов, одним из каковых без сомнения был Громов, появлялась информация. Купец помогает своими средствами решать насущные общественные вопросы, про являет социальную ответственность. В этой модели инициатива ис ходит от самих предпринимателей. Взамен они ищут особых знаков благоволения — медалей, наград, признания заслуг. Это, в свою оче редь, укрепляет их репутацию в обществе, страхует от возможных потерь и конфискаций. В подобном случае затруднительно говорить о подлинно христианской благотворительности, поскольку в таких эпизодах прочитывается и вполне очевидный элемент сделки.

Столь тесные связи с властью приводили и к постепенному отхо ду от старообрядчества, по крайней мере, в следующем поколении, представители которого нередко получали светское образование.

Более того, некоторые из  них, например сыновья Громова, переш ли в  официальное православие. Согласно духовному завещанию Действительного статского советника и коммерции советника Ильи ИНСтИтУцИоНальНыЕ ИзмЕНЕНИя федуловича Громова от 28 января 1882 года основные его средства были пожертвованы на строительство каменной церкви во имя про рока Ильи в Новодевичьем монастыре Петербурга.

Другой пример. Купец и  промышленник Николай александро вич Варенцов в своих воспоминаниях отмечал, что нередко фами лии крупных предпринимателей становились нарицательными.

Поговаривали: «”отчего не купишь себе дачу или дом?”  — “я еще не сделался шелапутиным!”. Или: “ты угостишь меня по шелапутин скому счету?”»488. Благотворительная деятельность Павла Григорье вича шелапутина489 имела огромный размах: считается, что он по жертвовал более 3 млн руб. на три ремесленных училища, мужскую гимназию с  пансионом, реальное училище, педагогический инсти тут, женскую учительскую семинарию, выстроил здание для Инсти тута усовершенствования гинекологов московского университета, дом дешевых квартир в  москве, основал Рогожское отделение мо сковского общества трезвости с двумя чайными, библиотекой, чи тальней и книжным магазином, пожертвовал средства на создание музея изящных искусств. Это лишь один из  десятков известных примеров проявлений благотворительности купцов из среды старо обрядчества.

инститУциОнальные изменения Для институциональной теории представляет большой интерес интерпретация усиления и замедления темпов роста старообрядче ского предпринимательства в XIX в. одним из значимых параметров при исследовании такого сложного явления, как конфессиональное предпринимательство, являются социальные и культурные нормы, Варенцов Н. А. Слышанное. Виденное. Передуманное. Пережитое. м.:

Нло, 1999. С. 377.

Необходимо заметить, что П. Г. шелапутин происходил из старообрядче ского рода, был правнуком родоначальника купеческого рода Дмитрия Про кофьевича шелапутина, прихожанина Рогожского кладбища, который торговал железом на макарьевской ярмарке. В 1906 г. шелапутины входят в число выбор щиков Рогожского кладбища, но среди них нет П. Г. шелапутина.

Глава III. СтаРооБРяДчЕСтВо И ЭВолюцИя ЭКоНомИчЕСКИх ИНСтИтУтоВ которые были подробно исследованы в Главе II. В ходе экономиче ского развития нормы служат источником для институциональных нововведений в организации, технологии и системе взаимоотноше ний. особенно отчетливо эта роль норм проявляется при возник новении сильных внешних изменений (в политике, в  технологиях, в размере рынка). Нормы, которые составляют неподверженное из менению ядро, на определенном этапе развития способствуют пред принимательской активности и могут выдвинуть группу, являющу юся носителем этих норм, в авангард институционально-экономи ческих преобразований. тем не менее на другом историческом этапе те же самые нормы могут стать препятствием для принятия эффек тивных решений. очевидно, что в этом рассуждении мы выносим за скобки изменение самих норм, которое также происходит, но не так быстро, как изменяется внешний контекст.

Норма, которая востребована практически всегда в рамках капи талистического типа отношений, заключена в известной фразе «По стоянно лишь изменение». В первой половине XIX в. старообрядцы создали разветвленную торговую и информационную сеть, домини ровали на ярмарках, им удалось организовать крупные предприятия с наемными работниками из числа единоверцев, а накопленные ка питалы общин вложить в выгодное текстильное производство.

Во второй половине XIX в. религиозные нормы староверов ско рее препятствовали, чем способствовали активному участию в ак ционерных обществах, банковской деятельности, концессиях с ино странцами, в государственных предприятиях. характер этих инсти туциональных изменений требует пояснений.

Появление новых институтов Для понимания институциональных изменений необходимо знание стабильных характеристик институтов, источников и  ха рактера перемен, субъектов и направления этих изменений. Иными словами, надо понимать, что представляют собой сами институты, знать, откуда происходят воздействия или влияния, провоцирую щие перемены. Наконец, представляет интерес и  направление из менений.


ИНСтИтУцИоНальНыЕ ИзмЕНЕНИя Неформальные институты, выраженные в  традициях, привыч ках, культуре помогают людям не задумываясь участвовать в эконо мической жизни. такие традиционные институты могут действовать на уровне государства, а  могут  — на уровне группы. Источником институциональных изменений, как правило, являются отклонения в относительных ценах, прогресс в знаниях и умениях, а также новая «картина мира», идеология, которая может быть сформирована как на основе внутренней эволюции и прозрений, так и под воздействи ем заимствований, в результате революций и войн.

В последнее время за институциональными изменениями усма тривают эволюцию ментальных моделей490. Ведутся активные пои ски ответов на вопросы, пересекающиеся с областью исследования когнитивных наук: откуда происходят институты, которые структу рируют поведение? Как мозг человека понимает и  интерпретирует окружающий мир, что делает этот мир осмысленным? особое вни мание обращается на осмысленную деятельность человека.

обратимся к  эволюционной модели упрочения новых институ тов, предложенной японским экономистом и  социологом юджиро хайями491. В  рамках данной модели развитие рассматривается как процесс, в котором при изменении внешнего контекста различные неформальные институты становятся основой для появления ин ституциональных инноваций. Внешние шоки, связанные со сменой технологий, ростом рынка, удешевлением или удорожанием сырья и  конечных продуктов, политическими и  международными изме нениями, создают потребность в  новых институтах. Культурные нормы (распространенные верования, социальные нормы как стан дарты поведения) играют существенную роль в адаптации к новой ситуации и  появлении из  «кладезя» традиций соответствующей Норт Д. Понимание процесса экономических изменений. м.: Изд. дом ГУ-ВшЭ, 2010.

Hayami Y. Norms and Rationality in the Evolution of Economic Systems: A View from Asian Villages // Japanese Economic Review. March 1998. Vol. 49. P. 36–53.

Более ранняя статья — Ruttan V. W., Hayami Y. Towards a Theory of Induced Insti tutional Innovation // Journal of Development Studies. 1984. Vol. 20. P. 203–223. — прокомментирована В. л. тамбовцевым: Тамбовцев В. Л. Экономическая теория институциональных изменений. м.: теис, 2005. С. 96–100.

Глава III. СтаРооБРяДчЕСтВо И ЭВолюцИя ЭКоНомИчЕСКИх ИНСтИтУтоВ нормы, поддерживающей новое устройство. Схематично процесс этот представлен на следующем рисунке:

Внешние изменения (технологии, ресурсы, размер рынка, политика) Культурные и социальные Отбор Рациональный выбор нормы («кладезь традиций») Новые экономические институты Рисунок 1. Появление новых институтов В. л. тамбовцев отмечает: «… теория индуцированных инсти туциональных инноваций… пытается в  равной мере учесть как экзогенные изменения, порождающие спрос на новые институты, так и политические и культурные ограничения на предложение “от ветных” институциональных изменений… Эта теория не только подчеркивает культурную ограниченность предлагаемых институ циональных изменений, но  и  выдвигает на передний план в  объ яснении последних фактор частного дохода институционального новатора»492. Конечно, у  этой модели, как и у  любой другой, есть свои ограничения. Упрочение новых институтов изучается как чи сто экономический процесс, в котором существенную роль играют внешние «возмущения», делающие невозможным прежнюю равно весную ситуацию.

Какую роль в этой интерпретации играет рациональный выбор?

Из возможных вариантов, равно соответствующих культурным и социальным нормам, на основе рациональности, т. е. экономиче ских соображений по типу «выгодно  — не выгодно», происходит См. Тамбовцев В. Л. Институциональные изменения в российской эконо мике: 1990-е годы // Экономическая теория в XXI веке. 3 (10). Проблемы поре форменной экономики. м.: Экономистъ, 2005. С. 29–30.

ИНСтИтУцИоНальНыЕ ИзмЕНЕНИя отбор нового институционального устройства. В качестве примера хайями приводит институциональные изменения в  организации оплаты труда при сборе риса в провинциях филиппин, которые про изошли из-за роста урожая риса493. Другой пример касается восста новления института императорской власти в японии, который смог объединить страну во второй половине XIX в. перед лицом внешних военно-политических опасностей. В целом данный подход дает воз можность исследовать экономическую историю, включая в рассмо трение культурные и социальные параметры.

Расцвет старообрядческого предпринимательства:

институциональные факторы Как было показано в  Главе II, старообрядцы сумели основать и успешно развивать ведущие предприятия в текстильной промыш ленности. Наиболее характерно это стало для того периода, когда Поясним модель появления новых институтов с  помощью примера об эволюции контрактов по сбору риса. В отличие от японии и Китая на филип пинах значительно выше процент использования наемной рабочей силы: более 70% риса убирают наемные работники. Это связано с общинными принципами и  особыми условиями выращивания риса. Наиболее распространенный кон тракт именовался «хунусан», что означает коллективное, совместное использо вание. Согласно утвердившейся общинной практике «хунусан» заключался на один день и предполагал, что в конце рабочего дня наемный работник получал 1/6 собранного урожая. В 1960-е годы совершенствуется сельскохозяйственное производство: появляются новые сорта растений, расширяется ирригация, на чинают активно применяться химикаты, появляется новая техника. Это стало тем внешним обстоятельством, которое подняло урожайность риса. традици онная система однодневных контрактов «хунусан» уже не могла отвечать запро сам времени. Началось экспериментирование с новыми правилами контрактов.

одной из  форм могла стать рыночная, однако она радикально отличалась от предшествующей системы и нарушала принцип общинной солидарности и пер сональный характер отношений между хозяином и наемным работником. Как показывает хайями, из «кладезя» традиционных норм был извлечен еще один контракт — это гама, что означает «прополка». Новый контракт «гама» отли чался от «хунусан» тем, что право на уборку риса надо было заслужить бесплат ным участием в прополке. тем самым, сохранялась старая система вознаграж дения, согласно которой 1/6 урожая шла работнику. Примерная оплата этого труда выровнялась с общими рыночными условиями.

Глава III. СтаРооБРяДчЕСтВо И ЭВолюцИя ЭКоНомИчЕСКИх ИНСтИтУтоВ бльшая часть населения еще находилась в  личной зависимости и предложение свободных рук для вновь нарождавшейся промыш ленности имело весьма ограниченный характер. Кроме того, в пер вой половине XIX  в. был недостаточно развит кредитный рынок, который необходим для получения первоначального капитала. Не маловажным было и  то, что государство в  этот период напрямую не участвовало в  наиболее передовых отраслях промышленности.

В условиях ограниченности на рынке трудовых ресурсов и кредитов особую роль смогли сыграть старообрядческие общины, которые именно тогда стали превращаться в экономические общности. Кре дит, иногда даже беспроцентный, получают наиболее талантливые из числа староверов, на управление предприятиями община, ее со вет как бы «назначает» лучших, обеспечивая ресурсами, связями, возможностью найма дополнительной рабочей силы. Это происхо дило с конца XVIII в. и достигло своего апогея в 1850–1860-е годы.

Как ни парадоксально, но гонения времен Николая I уже не смогли оказать на этот процесс заметного влияния. одним из  косвенных последствий таких гонений стало сплочение общин, отбор наиболее сильных и волевых людей. В то же время именно тогда обозначилась внутренняя проблема управления, связанная с тем, что община и ее духовные лидеры уже с меньшим успехом могли оказывать воздей ствие на хозяйственную жизнь. община, объявленная вне закона, со временем утратила способность противостоять новой тенденции перехода капиталов в личное, индивидуальное владение. личные ка питалы были законны, общинные — вне закона. По мере нарастания дифференциации доходов внутри общин эта тенденция набирает силу. тем не менее надо признать, что относительные преимущества на рынке труда и рынке кредитов дали возможность староверам раз вивать наиболее доходные отрасли хозяйства, неподконтрольные государству.

Первоначально капиталы накапливались в  основном в  торгов ле. Вплоть до прихода к власти большевиков староверы сохраняли прочные, доминирующие позиции в торговле хлебом, железом, ко жей, продуктами питания. торговлю вели индивиды, но они пред ставляли, как правило, корпорации, которые несли коллективную ответственность и  служили дополнительными гарантами по сдел ИНСтИтУцИоНальНыЕ ИзмЕНЕНИя кам. трудолюбие, осторожность и аскетизм староверов всегда спо собствовали накоплению капиталов, дополнительному доверию.

определенные аналогии могут проводиться с описанием духа капи тализма через представления Б. франклина. Кредитоспособность — да, трудолюбие — да, экономность, близкая к скупости — да. анало гия для первой половины XIX в. далеко не исчерпывающая, посколь ку не было еще индивидуального предпринимательства в  полном смысле этого слова. Пример со снабжением хлебом Петербурга поморцами, поддерживаемыми киновиархами Выговской пусты ни, показывает, что внешние изменения воздействовали на выбор наиболее эффективных институтов, которые в  то же время соот ветствовали «картине мира». В условиях, когда стало очень выгодно скупать мелким оптом зерно в  низовых городах Волги, староверы смогли создать разветвленную торговую сеть, охватывающую боль шие территории, благодаря вовлечению своих единоверцев. общин ная организация торговли, которая велась в условиях конспирации, оказалась ответом на внешние условия и отвечала внутренним по требностям развития общины.


Поистине небывалых размеров достигло участие старообрядцев в  развитии экономики центрального промышленного района. Их успехи в  текстильной промышленности России имеют институци ональное объяснение. Упрочение новых институтов в организации производства, найме работников, внедрении технологических инно ваций не случайно в большей степени были характерны для пред принимателей из среды старообрядчества. Изменяющиеся внешние условия предоставляли для всех возможность проявить себя в соз дании и дальнейшем расширении текстильных фабрик, но культур ные и социальные нормы староверов позволили именно им исполь зовать эти благоприятные обстоятельства для собственного пре успеяния и экономического благоустройства России.

хлопчатобумажная промышленность не зависела от спроса со стороны государства, а ориентировалась на широкий потребитель ский рынок. Первоначально она развивалась на основе традицион ных крестьянских промыслов по изготовлению тканей. Скупщики холстов раздавали суровые хлопчатобумажные материи для нанесе Глава III. СтаРооБРяДчЕСтВо И ЭВолюцИя ЭКоНомИчЕСКИх ИНСтИтУтоВ ния расцветки («набивки»). Первым налаживается ситцепечатание, следующим шагом становится изготовление тканей из ввозной пря жи  — бумажное ткачество, значительно позже получает развитие бумагопрядение494. Наряду с введением тарифа 1822 г., установивше го высокие пошлины на ввоз готовых тканей и низкие — на пряжу, были и  другие серьезные причины, связанные с  развитием новых технологий на каждой стадии хлопчатобумажного производства.

«основная причина развития хлопчатобумажной промышленности в XIX веке не только в России, но и во всех других цивилизованных странах, — пишет блестящий знаток развития фабрик в дореволю ционной России м. И. туган-Барановский, — заключалась в том, что благодаря применению машин к  пряденью и  ткачеству хлопка бу мажные ткани сделались самым дешевым предметом одежды. чем беднее в  стране масса населения, тем бльшим распространением в ней должны пользоваться бумажные материи»495. Ежегодный ввоз в Россию хлопка-сырца увеличился с 5 тыс. пудов в 1812–1815 гг. до 262 тыс. пудов в 1856–1862 гг., ввоз бумажной пряжи сохранялся на том же уровне, а продажная цена пуда английской бумажной пряжи с 1822 по 1845 г. сократилась почти вдвое496.

что из сказанного наиболее важно для настоящего исследования?

Первое. текстильное производство сосредотачивалось в рамках от дельных семейных артелей, которые пряли, ткали, окрашивали.

С  расширением производства к  нему привлекались родственники, знакомые497. Семья в  русской хлопчатобумажной промышленно сти продолжала играть известную роль на протяжении всего XIX в.

Достаточно вспомнить династии старообрядцев морозовых, Рябу шинских, хлудовых, шелапутиных. Эта отрасль промышленности быстро развивалась естественным образом благодаря предприим чивости, свойственной русскому крестьянству. Второе. техниче См. Предпринимательство и предприниматели России. от истоков до на чала XX века. м., 1997. С. 30–32;

Туган-Барановский  М. И. Избранное. Русская фабрика в прошлом и настоящем. м.: Наука, 1997. С. 121–125, 152–155.

Туган-Барановский М. И. Указ. соч. С. 125.

там же. С. 123, 125.

Шульце-Геверниц Г. Крупное производство в России (московско-Влади мирская хлопчатобумажная промышленность). м., 1899. С. 22–23.

ИНСтИтУцИоНальНыЕ ИзмЕНЕНИя ский прогресс, толчком к которому послужило изобретение в 1794 г.

машины для очистки хлопка от семян, стал причиной удешевления привозного сырья для шелковых и  хлопковых тканей и, как след ствие,  — смены сырьевой базы в  текстильной промышленности с льна и пеньки на хлопок и шелк (анализ этой смены см. ниже)498.

В подобных внешних условиях старообрядцам сослужили службу их традиционные культурные и социальные нормы. Имеется в виду интенсивный труд по 10–12  часов, бережливость в  расходовании средств и преимущественное финансирование расширения дела, до верие со стороны односельчан, которые давали им деньги под незна чительные проценты, что открывало возможность аккумулировать ресурсы для модернизации текстильного производства. Достаточно вспомнить уже приведенный пример стремительного роста хлопча тобумажного дела в руках Саввы морозова, который из крепостно го крестьянина стал крупнейшим фабрикантом России.

Становится предельно ясно, что купцы из среды старообрядче ства далеко не случайно оказались ведущими промышленниками в  относительно новой хлопчатобумажной индустрии, которая во многом стала локомотивом всей промышленности России. Для пол ноты картины остается ответить еще на один вопрос о соотношении различных отраслей текстильного производства: насколько в целом для экономики России было выгодно в то время развивать хлопча тобумажное производство, требующее импорта сырья, когда в  са мой стране было необходимое сырье для льняного производства?

Для разъяснения этого вопроса целесообразно представить в виде таблицы ценообразование на конечную продукцию (уже на битый миткаль) в России 1840-х годов499:

Пуд иностранного хлопка 22 руб. асс.

обработанный в бумажную пряжу 65 руб. асс.

На миткаль (ткачество) 100 руб. асс.

Данилевский В. очерки истории техники XVII–XIX вв. м.;

л., 1934. С. 44;

Сыромятников  Б. И. очерк истории русской текстильной промышленности, Иваново-Вознесенск, 1925. С. 70.

обозрение главнейших отраслей мануфактурной промышленности в России. СПб., 1845.

Глава III. СтаРооБРяДчЕСтВо И ЭВолюцИя ЭКоНомИчЕСКИх ИНСтИтУтоВ Выкрашенный миткаль 140 руб. асс.

Набитый миткаль 240 руб. асс.

Видно, что себестоимость сырья, закупаемого за рубежом, со ставляет менее 10% от стоимости конечной продукции. Даже если учесть расходы на краски, которые требовали дополнительно 18 руб.

асс., прядение, ткачество, набивка и покраска хлопка в 6 раз увели чивали стоимость завозимого сырья. С экономической точки зрения хлопчатобумажная промышленность приносила экономике Рос сии существенную пользу. оговоримся, что развитие хлопчатобу мажной промышленности было выгодным в конкретных условиях, когда существовала протекционистская политика и производители были ограждены от внешней конкуренции. автор статистического обозрения считал, что успехи эти искусственны и приносят только вред потребителям, которые покупают более дорогие и менее каче ственные товары, а огромные капиталы сосредотачиваются в руках немногих500.

таким образом, изменявшиеся внешние условия (тарифная по литика, технологические изобретения, растущие потребности на селения) предоставляли новые возможности для предприниматель ства всем торговцам и промышленникам, но именно особые черты старообрядческого миропонимания, которое проявлялось в серьез ном отношении к  делу, бережливости, трудолюбии и  корпоратив ности, позволили его приверженцам использовать благоприятные внешние обстоятельства для создания и  расширения собственных текстильных предприятий. таковы выводы, которые касаются глав ным образом 1820–1867 гг.

К концу XIX  в. наиболее яркие представители старообрядче ского предпринимательства лишь усиливают свои позиции. Раз ветвленная промышленная и  финансовая деятельность династий морозовых и Рябушинских достигает к этому времени небывалых размеров. Достаточно упомянуть, что четыре ветви потомков ос нователя промышленного дела  — Саввы Васильевича морозова См.: де Ливрон В. Статистическое обозрение Российской Империи. СПб., 1875. С. 119–120.

ИНСтИтУцИоНальНыЕ ИзмЕНЕНИя (1770–1862) — контролировали деятельность четырех крупнейших хлопчатобумажных фабрик конца XIX в. Никольская мануфактура Саввы морозова-сына и  Ко., оборудование для которой поставила контора л. И. Кнопа, Бумагопрядильня Викулы морозова, Богород ско-Глуховская мануфактура «захаровичей» и тверская мануфакту ра «абрамовичей» к 1890-м годам стали самыми значительными по оснащению, качеству продукции и валовому обороту. В 1890 г. Ни кольская мануфактура была вторым по стоимости выработки пред приятием страны и уступала лишь одесскому сахарорафинадному заводу. Все четыре фабрики вошли в число двадцати самых мощных предприятий, их суммарный выпуск оценивался в 35 млн руб. с лиш ним, что составляло почти 7% от всего выпуска хлопчатобумажной промышленности страны501. Успехи Рябушинских также очень часто оказываются в  центре внимания экономистов-историков. Кроме крупного объединения хлопчатобумажных фабрик, Рябушинские основывают московский банк, учреждают общество «Русский Се вер», деятельность которого направлена на промышленное осво ение Севера, строят в  москве автомобильный завод, вкладывают капиталы в металлургию Урала и добычу нефти Кавказа502.

Внутренние противоречия старообрядческого предпринимательства Не менее любопытным является вопрос о причинах относитель ного снижения деловой активности старообрядцев на фоне более быстрых темпов развития экономики страны к концу XIX в. Напом Будагов С. Г., Орлов П. А. Указатель фабрик и  заводов Европейской Рос сии. материалы для фабрично-заводской статистики. 3-е изд. СПб., 1894. С. IV, IX. Кто из семьи морозовых к какому согласию принадлежал см. в познаватель ной статье: Филаткиной Н. А. Конфессиональная ориентация рода морозовых // Старообрядчество: история, культура, современность. Сборник тезисов III на учно-практической конференции, проходившей 15–17 мая 1997 г. в москве. м., 1997. С. 84–88. о династии морозовых, см.: Бурышкин П. А. москва купеческая.

м., 1991;

Иоксимович Ч. М. мануфактурная промышленность в прошлом и на стоящем. т. 1. м., 1915. Морозова Т. П., Поткина И. В. Савва морозов. м., 1998.

Сметанин С. И. Второй этап индустриализации России //  Экономиче ская история России XIX–XX вв.: современный взгляд. м., 2000. С. 280–281. См.:

Петров Ю. А. Династия Рябушинских. м., 1997.

Глава III. СтаРооБРяДчЕСтВо И ЭВолюцИя ЭКоНомИчЕСКИх ИНСтИтУтоВ ним, что институциональная модель упрочения новых институтов демонстрирует, каким образом происходит поиск и отбор экономи ческих институтов. Изменения во внешней по отношению к устояв шемуся хозяйственному укладу среде приводят к  новой ситуации, когда востребованными оказываются уже иные культурные и соци альные нормы. тот факт, что нормы не успевают приспосабливаться к внешним изменениям, позволяет предположить, что они, форми руясь вокруг четко очерченного консервативного «ядра», характери зуются низкой степенью адаптивной эффективности. «Новаторство в рамках традиций» в этом смысле имеет очевидные ограничения, поскольку сохраняет базовые ценности неизменными.

характер внешних изменений определяет качественные пара метры мировоззрения и  стандартов поведения, которые наиболее адекватны новым экономическим условиям, и в то же время осла бляет экономический эффект от традиционного поведения, которое было востребовано на предыдущем этапе исторического развития.

Это особенно справедливо для традиционного общества, где наибо лее распространено поведение, которое в  типологии Вебера полу чило название ценностно-рационального. Экономика в таких обще ствах не могла быть целью в себе, гораздо большее значение играли ценности, этические представления, которые составлявляли не под лежавшее изменениям и приспособлениям устойчивое «ядро».

Концепция «ядра» оказывается важной для понимания норм старообрядчества как цельной системы мировоззрения. Среди куль турных и социальных норм далеко не все могут подлежать измене нию. мировоззренческое ядро закрепляется за зримыми знаками истины. Для сохранения системы, находящейся в неустойчивом со стоянии, необходимо наличие незыблемого элемента, вокруг кото рого происходит консолидация всей системы. В противном случае она погибает или превращается в другую503.

ядро убеждений, которое разделяли староверы, было сформиро вано задолго до XIX в. активное включение в процесс модернизации О. Аполлинарий (Дубинин). Культура сохранения канонического и обря дового наследия дореформенного чина в литургическом круге // Древлеправос лавный вестник. 1999. № 2. С. 60.

ИНСтИтУцИоНальНыЕ ИзмЕНЕНИя размывало ядро староверия, а следовательно, приводило к тому, что купцы переходили в единоверие и православие либо к номинально му староверию. Более того, есть основания предполагать, что имен но традиционное мировоззрение и сформировавшиеся культурные нормы не позволили староверам активно включиться в новый ви ток модернизации России на рубеже XIX–XX вв., поскольку требо валось тесно взаимодействовать с  государством и  иностранцами, отходить от семейных и общинных форм ведения дела, участвовать в светской жизни.

отсутствие социальной однородности и  усилившееся имуще ственное расслоение внутри старообрядчества стало одной из при чин относительного уменьшения роли староверов в  экономике России конца XIX в. Приходится признать, что нередко социально групповые интересы брали верх над идеей религиозного единства.

Степень религиозного неприятия мира часто была непосредствен но связана с социальным положением. Например, третье поколение купцов-старообрядцев уже охотно принимало нормы, свойствен ные своему социальному слою: фрак сменял кафтан;

такие светские развлечения, как театр, скачки, постепенно входили в  обиход. Не редки были случаи получения образования за границей. Светская культура вытесняла религиозную. В этом состоит одно из противо речий взаимодействия религиозной и экономической жизни.

Благодаря капиталам купцов общинам в прямом смысле удается выжить, перенести преследования. фигура купца зачастую находит ся в центре не только материальной и организационной, но и духов ной жизни общин. однако все равно на определенном этапе возни кает необходимость выбора между светской экономикой и религи ей, а компромисс в таких вопросах оборачивается, с одной стороны, «оскудением веры», с другой — потерями в эффективности. Поэто му одни лишь формально сохраняют приверженность староверию;

другие отказываются от выгодных предприятий, сохраняя тради ционный и  размеренный уклад жизни, частью которого является предпринимательская деятельность. оба процесса вместе приводят к ослаблению старообрядческого предпринимательства.

Глава III. СтаРооБРяДчЕСтВо И ЭВолюцИя ЭКоНомИчЕСКИх ИНСтИтУтоВ Внешние изменения в последней трети XIX в.

В усилении противоречий между нормами, задаваемыми религи ей, и хозяйственной практикой огромную роль сыграли изменивши еся условия ведения бизнеса. В чем состояло изменение внешних ус ловий развития старообрядческого предпринимательства? К концу XIX в. в экономике страны гораздо большее значение, чем в предше ствовавший период, приобретает государство. По сути, в развитии железнодорожного строительства и  связанных с  ним горнодобы вающей и  машиностроительной промышленности оно становится если не главным предпринимателем, то, во всяком случае, непре менным участником в распределении заказов, в выдаче разрешений и лицензий. Старообрядцы же в массе своей привыкли действовать автономно и не подчиняться чиновникам. текстильная промышлен ность в  этом отношении представляла собой редкое исключение, поскольку развивалась естественно и  органично, без прямого уча стия власти.

Кроме более активного участия государства, для этого периода характерно увеличение влияния иностранного капитала. Интен сивно развивается банковская деятельность, растет акционерный капитал, деловой центр постепенно перемещается из центрального промышленного района, где традиционно были сильны старове ры, на Север, к Санкт-Петербургу, и на юг, к новым добывающим и перерабатывающим металлургическим комплексам. Доля Санкт Петербургских банков в основных активах всех кредитных институ тов России в 1893 г. составляла 20,8%, а в 1914 г. — уже 43,7%504.

Бурный рост кредитно-финансовой сферы, ориентированной на государственные заказы и  спекуляции, развитие горнозаводской и  металлургической промышленности, железнодорожное строи тельство происходили главным образом без участия староверов.

тип осторожных и  медлительных деловых людей, которые живут в согласии с совестью и «решения принимают не сразу, а выжидая, но раз оно принято, гнут линию упорно и тягуче, несмотря на неуда Crisp O. Russia 1860–1914 // Cameron R. Banking in the Early Stages of Indus trialization. A study of Comparative Economic History. N. Y., 1967. P. 192–195.

ИНСтИтУцИоНальНыЕ ИзмЕНЕНИя чи», по образному выражению Вл. Рябушинского, «умирал» в  гни лой и  заплесневелой атмосфере Петербурга505. Этот тип «русского мужика», который чувствовал себя в москве первым человеком, те рялся в столичных банковских и чиновничьих кругах и вытеснялся «иноверцами» и «инородцами».

К началу XX в. деловую элиту России составляли предпринима тели с иными, чем у староверов, религиозным мировоззрением и эт ническим происхождением. значительное число крупнейших дель цов являлись иностранцами либо представителями других конфес сиональных меньшинств. Петербургский деловой стиль был чужд старообрядцам. Столичные дела обычно велись сверху вниз, старо обрядцы же были более способны к самоорганизации, к движению снизу, которого так не хватало рыночной экономике России.

Двойственная роль норм Внешние условия хозяйствования в начале и в конце XIX в. ко ренным образом различались. Как показало более детальное рас смотрение экономической истории, общая неразвитость рыночных отношений в начале XIX в. — отсутствие рынка рабочей силы, слабое развитие торговых связей, покрывающих всю страну, недоступность кредита, дефицит капитала — позволили староверам задействовать традиционные социальные нормы для первоначального накопления и  создания разветвленных торговых сетей506, ремесленных и  про мышленных предприятий. В  текстильной промышленности этому также благоприятствовало дешевое сырье, усовершенствование тех нологического процесса и охранительный тариф на импорт готовых изделий из хлопка и шерсти. В этих условиях востребованы оказа лись самоорганизация, накопление, основанное на труде, общинное аккумулирование капиталов. трудолюбие и бережливость открыва ли возможности для накоплений, доверие к «бородачам» позволяло Рябушинский В. Старообрядчество и  русское религиозное чувство. м., 1994. С. 136.

См. подробнее раздел: «торговля и хозяйственная этика раннего старо обрядчества: из истории Выговской поморской пустыни» (с. 147–162).

Глава III. СтаРооБРяДчЕСтВо И ЭВолюцИя ЭКоНомИчЕСКИх ИНСтИтУтоВ налаживать хозяйственное и информационное взаимодействие, на нимать рабочую силу и активно развивать семейно-общинный тип капиталистического хозяйства507.

В последней трети XIX в. активную промышленную политику на чинает проводить государство, с которым у староверов всегда были сложные отношения (постоянная угроза новых гонений и использо вание коррупции среди чиновников), на российском рынке все бо лее значимую роль начинают играть иностранные предприниматели и иностранный капитал, все шире развиваются формальное право, акционерные формы собственности и банковский сектор. В этих ус ловиях ресурсы и  относительные преимущества социальных норм староверов уже не могли быть задействованы в наиболее стремитель но развивающихся отраслях хозяйства. Конечно, староверы сохраня ют свои позиции, но развитие происходит более низкими темпами по сравнению с самыми динамичными отраслями, такими как добыча полезных ископаемых, железнодорожное строительство, химическая промышленность, кредитный сектор. Как показано в Табл. 14, одни и те же характерные черты старообрядцев могли даже препятство вать новому витку секулярного развития экономики.



Pages:     | 1 |   ...   | 5 | 6 || 8 | 9 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.