авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 6 |

«ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮДЖЕТНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ «ЮГО-ЗАПАДНЫЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ» ...»

-- [ Страница 3 ] --

изобретательских и патентных прав, как и в РФ, отнесены к преступлениям против личности (родовой объект). Видовым объектом данных деяний провозглашены конституционные права и свободы человека и гражданина.

В УК Украины рассматриваемые деяния относятся к преступлениям против избирательных, трудовых и других личных прав и свобод человека и гражданина.

В УК Латвии посягательства на авторские, смежные, изобретательские права отнесены к преступлениям против основных прав и свобод лица.

б) страны, в уголовных законах которых уголовная ответственность за посягательства на авторские, смежные, изобретательские и патентные права предусматривается в одной главе (разделе) с посягательствами на права на товарный знак и иные предметы интеллектуальной собственности (например, сорт растения): Молдова (глава V «Преступления против политических, трудовых и других конституционных прав граждан»).

2) Страны, в уголовных законах которых посягательства на интеллектуальную собственность приравниваются к посягательствам на вещную собственность или к преступлениям в сфере экономики: Албания, Венгрия, Грузия, Испания, Казахстан, Китай, Сан-Марино. Их можно разделить на две подгруппы:

а) страны, в уголовных законах которых посягательства на интеллектуальную собственность не отделены от посягательств на вещную собственность или от преступлений в сфере экономики: Албания, Венгрия, Грузия, Казахстан, Сан-Марино.

В УК Грузии преступления против интеллектуальной собственности относятся к преступлениям против экономики (родовой объект), которые включают в свою структуру преступления против собственности. Нарушение авторских, смежных, изобретательских и патентных прав регулируется нормами главы XXV «Преступления против собственности», а нарушения прав на товарный знак и коммерческую тайну – нормами главы XXVI «Преступления против предпринимательской или иной экономической деятельности».

В УК Сан-Марино посягательства на авторские и изобретательские права отнесены к преступлениям против имущества, а посягательства на коммерческую тайну – к преступлениям против неприкосновенности тайны переписки. Кроме того, и те, и другие деяния расположены в разделе 1 «Преступления против личности». Такое понимание категории «интеллектуальная собственность»

согласуется с мнением о том, что она является более узким понятием по отношению к собственности. При этом последняя рассматривается с личностных позиций.

б) страны, в уголовных законах которых посягательства на интеллектуальную собственность отграничены от остальных посягательств на вещную собственность (или преступлений в сфере экономики), хотя и рассматриваются как их составная часть: Испания, Китай.

В УК Испании соответствующие положения размещены в разных отделах главы XI «О преступлениях, связанных с промышленной собственностью, с рынком и потребителями» раздела XIII «Преступления против собственности и социально-экономического порядка». Авторские и смежные права охраняются в отделе 1 «О преступлениях, связанных с интеллектуальной собственностью»

главы XI. Изобретательские и патентные права, а также права на торговую марку – в отделе 2 «О преступлениях, связанных с промышленной собственностью»

главы XI. Посягательства на коммерческую тайну размещены в отделе 3 «О преступлениях, связанных с рынком и потребителями» той же главы. Таким образом, в уголовном законодательстве Испании существует отграничение интеллектуальной собственности от иных объектов уголовно-правовой охраны, но преступления против интеллектуальной собственности рассматриваются как сегмент посягательств на собственность1.

Испания, также как Италия и Франция, относится к романской правовой группе. Но, несмотря на это, в законодательстве этих стран отражены различные точки зрения на вопрос о расположении норм, направленных на уголовно правовую охрану интеллектуальной собственности. В Испании, в отличие от Уголовный кодекс Испании;

под ред. Н.Ф. Кузнецовой, Ф.М. Решетникова. М.: Зерцало, 1998. С. 142-168.

Италии и Франции права на все предметы интеллектуальной собственности (включая торговую марку и коммерческую тайну) расположены в Уголовном кодексе. Кроме того, из этих трех стран только в Испании предусмотрена уголовная ответственность за плагиат.

В уголовном законе Испании существует указание на цель деяния, которая является критерием, позволяющим отграничить гражданские правонарушения от преступлений. В ст. 270 УК Испании предусмотрена уголовная ответственность для тех, кто совершит «плагиат, распространит или открыто сообщит полностью или частично литературное, художественное или научное произведение, а также его переработку, интерпретацию или художественное исполнение, закрепленное на любом носителе или сообщенное каким либо способом, без разрешения владельцев соответствующих прав интеллектуальной собственности или цессионариев». Но эти деяния должны быть совершены «с целью наживы и во вред третьим лицам». Гражданская ответственность, производная от преступлений, посягающих на авторские и смежные права, наступает по положениям Закона «Об интеллектуальной собственности», которые связаны с прекращением незаконной деятельности и возмещением убытков и вреда (ч. 1 ст.

272 УК Испании)1.

В УК Китая соответствующие положения расположены в § «Преступления против прав интеллектуальной собственности» главы «Преступления против социалистического рыночного экономического порядка».

К преступлениям против интеллектуальной собственности относятся посягательства на авторские, смежные, патентные права;

права на торговую марку, на коммерческую тайну2.

3) Страны, в уголовных законах которых законодатель рассматривает интеллектуальную собственность как особый, отличный от других, объект уголовно-правовой охраны: Болгария, Литва, Эстония.

Уголовный кодекс Испании;

под ред. Н.Ф. Кузнецовой, Ф.М. Решетникова. М.: Зерцало, 1998. С. 142.

Уголовный кодекс Китайской Народной Республики;

под ред. докт. юрид. наук, проф. А.И. Коробеева;

пер. с китайского Д.В. Вичикова. СПб.: Юридический центр Пресс, 2001. С. 182.

В УК Болгарии и Литвы предусмотрены отдельные главы (разделы), устанавливающие охрану интеллектуальной собственности. Например, в УК Болгарии – раздел VII «Преступления против интеллектуальной собственности»

главы третьей «Преступления против прав граждан». В УК Литвы – глава XXIX «Преступления против интеллектуальной и промышленной собственности». В УК Эстонии соответствующие посягательства размещены в главе 15 «Преступления против интеллектуальной собственности». Но охрана прав на товарный знак и коммерческую тайну осуществляется в уголовных законах данных стран в рамках других глав1.

4) Страны, в которых уголовно-правовые нормы, предусматривающие ответственность за посягательства на интеллектуальную собственность охраняются отдельными нормативными актами (одним или несколькими):

Австралия, Великобритания, Германия, Греция, Италия, Канада, США, Франция, Япония.

В анализируемом уголовном законодательстве зарубежных стран помимо тех предметов посягательств, которые указаны в УК РФ, названы следующие:

программа для ЭВМ или база данных – УК Таджикистана (ст. 156);

селекционное достижение или сорт растений – УК Казахстана (ст.

184-1), Молдовы (ст. 185.2), Украины (ст. 177), Эстонии (ст. 284);

топология интегральной микросхемы – УК Казахстана (ст. 184-1), Молдовы (ст. 185.2), Украины (ст. 177), Эстонии (ст.ст. 282, 283);

рационализаторское предложение – УК Азербайджана (ст. 166), Украины (ст. 177);

промышленный дизайн – УК Болгарии (ст. 173), Литвы (ст. 195).

Выборочная охрана прав на предметы интеллектуальной собственности является еще одним подтверждением того факта, что в уголовном Уголовный кодекс Республики Болгария;

науч. ред. А.И. Лукашова;

предисл. И.И. Айдарова;

пер. с болг. Д.В.

Милушева и А.И. Лукашова. СПб.: Юридический центр Пресс, 2001. С. 176;

Уголовный кодекс Литовской республики;

науч. ред. В.Й. Павилониса;

предисл. Н.И. Мацнева;

вступ. ст. В. Павилониса, А. Абрамавичюса, А.

Дракшене;

пер. с лит. В. П. Казанскене. СПб.: Юридический центр Пресс, 2002. С. 167;

Уголовный кодекс Эстонской республики;

науч. ред. и перевод с эст. В.В. Запевалова;

предисл. Я.И. Мацнева. СПб.: Юридический центр Пресс, 2001. С. законодательстве многих иностранных государств отсутствует уголовно-правовая охрана интеллектуальной собственности как особого объекта, отграниченного от других объектов уголовно-правовой охраны. В большинстве государств законодатель рассматривает посягательства на различные объекты интеллектуальной собственности, размещенные в разных главах и разделах уголовных кодексов, как преступления с разными объектами. Товарный знак или коммерческая тайна часто рассматриваются как носители иных интересов, охрана которых представляется законодателю более значимой по сравнению с охраной интеллектуальных прав. Исключением является УК Испании, Китая, в которых все посягательства на интеллектуальную собственность представлены в одной главе и отнесены к числу посягательств на собственность. Но в УК Китая отсутствует уголовно-правовая охрана личных неимущественных прав с помощью формальных составов. Следовательно, уголовно-правовая охрана интеллектуальной собственности как правового блага (и как обособленного объекта уголовно-правовой охраны), существующая в УК Испании, отсутствует в законодательстве других рассмотренных стран.

Выводы по параграфу:

Концепция уголовно-правовой охраны интеллектуальной 1.

собственности в странах романо-германской правовой семьи отличается от подхода, принятого в странах англо-американской правовой системы. Но для получения сведений об уголовно-правовой охране интеллектуальной собственности в конкретной стране не достаточно знать, к какой правовой семье она принадлежит. В законодательстве стран, относящихся к одной правовой системе, имеются существенные различия в механизмах уголовно-правовой охраны интеллектуальных прав. Причины возникновения этих различий могут быть темой отдельного диссертационного исследования.

В некоторых зарубежных странах уголовно-правовой охране 2.

подлежит лишь имущественная составляющая интеллектуальной собственности.

К ним относятся следующие: Азербайджан, Армения, Казахстан, Кыргызстан, Молдова, Туркменистан, Украина, Венгрия, Китай.

Во второй группе страны, в которых уголовно-правовой охране подлежат как имущественные, так и неимущественные права авторов и правообладателей.

Это – Австралия, Албания, Беларусь, Бельгия, Болгария, Великобритания, Германия, Голландия, Греция, Грузия, Испания, Италия, Канада, Латвия, Литва, Норвегия, Сан-Марино, США, Таджикистан, Турция, Узбекистан, Франция, Швеция, Эстония, Япония.

Объем уголовно-правовой охраны интеллектуальной собственности в 3.

разных странах существенно различается. Наиболее типичный подход – уголовно правовая охрана предусмотрена только для имущественных прав (ответственность предусмотрена за контрафакцию и т.п.), нарушение неимущественных прав преследуется в порядке гражданского судопроизводства.

Такой подход позволяет рассматривать посягательства на интеллектуальную собственность в качестве имущественных преступлений.

В законодательстве некоторых стран не предусмотрена уголовная ответственность за плагиат: Австралия, Великобритания, Италия, Китай, Кыргызстан, Польша, Украина, Франция. Среди этих стран есть те, которые относятся к англо-американской правовой семье (Австралия, Великобритания).

Но в некоторых странах Европы (в Германии, Италии и во Франции), в которых провозглашена ориентированность на первостепенную охрану неимущественной составляющей интеллектуальной собственности, также не предусмотрена уголовная ответственность за присвоение авторства.

В законодательстве некоторых стран уголовная ответственность за плагиат связана со стоимостным критерием, т.е. в первую очередь осуществляется охрана имущественных прав автора. К ним относятся следующие: Азербайджан, Армения, Венгрия, Казахстан, Молдова, Туркменистан.

В законодательстве Албании, Беларуси, Болгарии, Голландии, Грузии, Испании, Канады, Латвии, Литвы, Норвегии, Сан-Марино, США, Таджикистана, Узбекистана, Швеции, Эстонии уголовная ответственность за плагиат предусматривается нормами с формальным составом.

В законодательстве некоторых стран устанавливается уголовная 4.

ответственность за принуждение к соавторству и принуждение к отказу от авторства. Это – ряд стран СНГ (Азербайджан, Армения, Беларусь, Венгрия, Казахстан, Молдова, Таджикистан, Узбекистан);

а также Канада, Латвия, Литва.

В уголовных законах некоторых стран (Беларусь, Казахстан, Латвия, Таджикистан, Узбекистан), закрепление таких деяний как плагиат и принуждение к соавторству осуществляется в рамках не только одной статьи, но и одной части статьи, что свидетельствует о признании законодателем одинаковой степени общественной опасности этих посягательств. В УК Грузии и Литвы принуждение к соавторству является квалифицированным составом.

В УК Латвии, Литвы преступлением признается принуждение к отказу от авторских прав. В УК Канады устанавливается уголовная ответственность за принуждение автора сделать изменение в сведениях об авторстве или самом произведении.

В уголовных законах некоторых стран посягательства на 5.

интеллектуальную собственность приравниваются к посягательствам на вещную собственность или к преступлениям в сфере экономики: Албания, Венгрия, Грузия, Испания, Казахстан, Китай, Сан-Марино.

В уголовных кодексах Испании, Грузии и Сан-Марино охраняются не только имущественные права, но и право авторства: предусмотрена уголовно правовая ответственность за плагиат, не связанная с фактом причинения имущественного ущерба (составы преступлений формальные в нашем понимании). Подобный подход имеет право на существование при условии широкого понимания собственности в качестве суммы созданных лицом (или иным образом приобретенных) материальных и нематериальных благ. В техническом плане такой подход представляется оптимальным, поскольку позволяет обобщить нормы о преступлениях против интеллектуальной собственности в главе о преступлениях против собственности.

В ряде стран законодатель рассматривает интеллектуальную 6.

собственность как особый, отличный от других, объект уголовно-правовой охраны: Болгария, Литва, Эстония. Однако перечень объектов интеллектуальной собственности, подлежащих охране в таком статусе, не полный, поэтому нельзя говорить о том, в перечисленных странах существует отграничение интеллектуальной собственности от иных объектов уголовно-правовой охраны.

В большинстве рассмотренных государств законодатель рассматривает посягательства на различные объекты интеллектуальной собственности, размещенные в разных главах и разделах уголовных кодексов, как преступления с разными объектами. Товарный знак или коммерческая тайна часто рассматриваются как носители иных интересов, охрана которых представляется законодателю более значимой по сравнению с охраной интеллектуальных прав. В рассмотренных уголовных кодексах существует избирательная охрана объектов и предметов интеллектуальной собственности (за исключением УК Испании, в котором существует уголовно-правовая охрана интеллектуальной собственности как правового блага и как обособленного объекта уголовно-правовой охраны).

Глава 2. ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНАЯ СОБСТВЕННОСТЬ КАК ОБЪЕКТ УГОЛОВНО-ПРАВОВОЙ ОХРАНЫ § 1. Место интеллектуальной собственности в системе объектов уголовно правовой охраны по УК РФ В современном российском уголовном законе нормы, призванные, по мнению законодателя, охранять интеллектуальную собственность (ст. ст. 146, 147), расположены в главе 19 «Преступления против конституционных прав и свобод человека и гражданина» раздела VII «Преступления против личности». В части 1 ст. 44 Конституции РФ подчеркивается личностная значимость права на творчество (прав на его результаты) как вида интеллектуальной деятельности.

Многие исследователи отмечали, что сущность этого положения проявляется не только в признании свободы самовыражения автора, его возможности распоряжаться продуктами творческой деятельности по своему усмотрению, но и в установлении гарантий охраны интеллектуальных прав1.

Представляется, что смысл, вкладываемый в содержание ч. 1 ст. Конституции РФ искажен в нормах уголовного закона (ст. ст. 146, 147), в положениях которого не уделяется внимание свободе воли авторов и правообладателей. Криминализация посягательств на авторские, смежные, изобретательские и патентные права обусловлена причинением крупного ущерба автору или правообладателю либо совершением деяния в крупном размере, то есть, осуществляется охрана только имущественной составляющей интеллектуальной собственности. Ю.А. Красиков отмечает, что «глава 19 УК РФ содержит нормы, предусматривающие ответственность за посягательства на основные неимущественные права граждан, закрепленные в гл. 2 Конституции Бархатова Е.Ю. Комментарий к Конституции Российской Федерации. М.: Проспект. 2010 // СПС «Гарант»;

Комментарий к Конституции Российской Федерации (под общ.ред. Л.В. Лазарева). М.: ООО «Новая правовая культура». 2009. URL: http://base.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;

base=CMB;

n=16462;

Конституция Российской Федерации: доктринальный комментарий (постатейный);

под ред. Ю.А. Дмитриева. М.: Деловой двор.

2009.URL:http://constitution.garant.ru/science-work/comment/5697462/;

Петров А.В., Симонова А.В. Новое в гражданском законодательстве по вопросам правового регулирования и защиты интеллектуальной собственности:

учебное пособие. Нижний Новгород. 2012. С. 8.

РФ»1. Согласно ст. 17 Конституции РФ, в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией. В соответствии со ст. 6 bis Бернской конвенции по охране литературных и художественных произведений, автор имеет право требовать признания своего авторства на произведение и противодействовать всякому извращению, искажению или иному изменению этого произведения, а также любому другому посягательству на произведение, способному нанести ущерб чести или репутации автора независимо от имущественных прав автора и даже после уступки этих прав2. Содержание положений ст. ст. 146, 147 УК РФ в их настоящей редакции противоречат международным нормативно-правовым актам и ГК РФ (ст. 1227), а также духу главы (19) и раздела (VII), а также, в которых они расположены, где родовым объектом должна являться личность, а видовым – конституционные права и свободы человека и гражданина.

Рассматриваемое противоречие породило споры о необходимости изменения положения статей 146, 147 в структуре уголовного закона. Ситуация осложняется также тем, что среди исследователей нет единой точки зрения по поводу того, какие именно положения УК РФ (кроме положений ст. ст. 146, 147) охраняют интеллектуальные права. Согласно гражданскому законодательству РФ, исключительное право распространяется также на товарный знак (ст. 1477 ГК РФ) и секрет производства, в отношении которого введен режим коммерческой тайны (ст. 1465 ГК РФ). Данные предметы охраняются нормами главы «Преступления в сфере экономической деятельности» раздела VIII УК РФ «Преступления в сфере экономики». Проблема расположения составов, связанных с охраной предметов интеллектуальной собственности, в структуре уголовного закона породила многочисленные дискуссии.

Уголовное право России: Учебник для вузов: В 2 т.;

под ред. д.ю.н., проф. А.Н. Игнатова и д.ю.н., проф. Ю.А.

Красикова. Т. 2: Особенная часть. М.: Норма, 2005. С. 153. (Автор главы А.Ю. Красиков).

Бернская конвенция по охране литературных и художественных произведений от 9 сентября 1886 года (по состоянию на 28 сентября 1979 г.). URL: http://base.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;

base=LAW;

n= В зависимости от понимания соотношения категорий «собственность» и «интеллектуальная собственность», ученые предлагают различные варианты расположения уголовно-правовых норм, призванных охранять интеллектуальную собственность.

Г.О. Глухова и К.Я Люфи предлагают включить в УК РФ отдельную 1.

главу, предусматривающую уголовную ответственность за преступления против интеллектуальной собственности1. П.А. Филиппов предлагает ввести особый раздел «Преступления против прав интеллектуальной собственности», который должен быть расположен между разделом VII УК РФ «Преступления против личности» и разделом VIII УК РФ «Преступления в сфере экономической деятельности» и включать в себя преступления против авторского права, смежных прав и незаконного использования товарного знака2. С.Н. Титов придерживается аналогичного мнения, предлагая включить в новый раздел, помимо перечисленных, посягательства на секреты производства и средства индивидуализации3. М.С. Ласточкина считает необходимым включить в уголовный закон России отдельную главу, содержащую посягательства на интеллектуальную собственность, т.е. деяния, предусмотренные ст. ст.146, 147, 180 УК4. С.М. Трейгер предлагает, помимо названных выше положений уголовного закона, включить в такую главу ст. ст. 272-2745. Объединение соответствующих норм (ст. ст. 146, 147, 180) в отдельную главу или раздел, носящий название «Интеллектуальная собственность», подразумевает отделение интеллектуальных прав от иных объектов уголовно-правовой охраны. Но для Глухова Г.О. Необходима самостоятельная глава в УК РФ о преступлениях против интеллектуальной собственности // Уголовное право. 2003. № 2. С. 20-21;

Люфи К.Я. Влияние гражданско-правовых норм на формирование положений норм уголовного законодательства в сфере регулирования объектов авторского и смежного права // Научный журнал КубГАУ, № 43 (9), 2008. С. 45.

Филиппов П.А. Уголовно-правовая защита интеллектуальной собственности: дис. … канд. юр. наук. М. 2003. С.

9.

Титов С.Н. Уголовно-правовое обеспечение интеллектуальной собственности: монография;

отв. ред. Г.К.

Буранов. Ульяновск: УлГУ. 2012. С. 98.

Ласточкина М.С. Уголовно-правовая защита средств индивидуализации участников гражданского оборота и производимой ими продукции: автореф. дис. … канд. юрид. наук. М., 2002. С. 11-12.

Трейгер С.М. Уголовная ответственность за незаконное использование товарного знака: дис. … канд. юр. наук.

М. 2011. С. 8.

этого в уголовный закон должны быть внесены положения, охраняющие интеллектуальную собственность как правовое благо.

Другая группа исследователей полагает, что преступления против 2.

интеллектуальной собственности, должны быть помещены в раздел VIII УК РФ «Преступления в сфере экономики». Подобного мнения придерживаются В.Л.

Кудрявцев, Е.С. Лапин, Е.В. Никитин, А.Н. Пашнин, К.Г. Перелыгин и другие1.

К.Г. Перелыгин в статье «О месте интеллектуальной собственности в системе уголовного законодательства» предлагает добавить в раздел VIII «Преступления в сфере экономики» главу 21.1 «Преступления против интеллектуальной собственности», поместив в нее такие составы преступлений, как «нарушение авторских и смежных прав», «нарушение изобретательских и патентных прав» и «незаконное использование товарного знака». Он отмечает наличие общего объекта (интеллектуальная собственность) у преступлений, предусмотренных ст. ст. 146, 147, 180 УК РФ. При этом в статье не приводится мнение автора о соотношении понятий «собственность» и «интеллектуальная собственность»2.

М.В. Вощинский и С.А. Юрков придерживаются мнения, что следует декриминализировать плагиат (ч. 1 ст. 146 УК), а остальные посягательства на интеллектуальные права должны быть перенесены в самостоятельную главу раздела VIII УК. С.А. Юрков к числу норм, охраняющих интеллектуальную собственность, относит положения ст. ст. 146, 147, 180, а М.В. Вощинский, помимо перечисленных составов, – также положения ст. 183 УК. Вопрос о Долотов Р.О. Механизм уголовно-правового регулирования в сфере преступных посягательств на объекты интеллектуальной собственности: дис. …канд. юрид. наук. Саратов, 2009. С. 47;

Завидов Б.Д., Попов И.А., Сергеев В.И. Уголовно-правовой анализ преступлений в сфере экономической деятельности. М., С.9;

Кудрявцев В.Л.

Преступления против интеллектуальной собственности: некоторые проблемы объединения и совершенствования // Преступления против интеллектуальной собственности: Материалы Международной научно-практической конференции (19-20 мая 2011г.). Нижний Новгород: факультет права Нижегородского филиала Национального исследовательского университета – Высшей школы экономики. 2011. С. 45-60;

Лапин Е.С. Расследование преступлений, совершённых против интеллектуальной собственности: автореф. дис. …д-ра юрид. наук. М., 2011.

С. 20;

Никитин Е.В., Пашнин А.Н. К вопросу о совершенствовании средств уголовно-правовой защиты интеллектуальной собственности Актуальные проблемы совершенствования законодательства, // правоприменения и правовых теорий в России и за рубежом: Материалы Второй Международной научно практической конференции ( 3 декабря 2009 г.);

под общ. ред. доктора юридических наук, проф. В.Л. Кудрявцева.

С. 263;

Перелыгин, К.Г. О месте интеллектуальной собственности в системе уголовного законодательства. URL:

http://www.zonazakona.ru/law/comments/397/ Перелыгин, К.Г. О месте интеллектуальной собственности в системе уголовного законодательства. URL:

http://www.zonazakona.ru/law/comments/397/ необходимости криминализации плагиата будет рассмотрен во втором параграфе второй главы настоящего исследования. М.В. Вощинский и С.А. Юрков полагают, что перемещение в раздел VIII УК положений, охраняющих авторские и смежные права, обусловлено сущностью объекта соответствующих преступлений. По мнению этих исследователей, преступные посягательства на интеллектуальные права, закрепленные в российском уголовном законе, являются экономическими преступлениями1.

В.Л. Кудрявцев справедливо отмечает, что положения ст. ст. 146, 147 не могут быть размещены в главе 19 УК РФ «Преступления против конституционных прав и свобод человека и гражданина» в разделе VII «Преступления против личности» в силу того, что их основным непосредственным объектом являются не общественные отношения в сфере обеспечения личного неимущественного права автора, а только исключительные права. На основании вышеизложенного он предлагает разместить ст. ст. 146, УК в главе 21.1 раздела VIII «Преступления в сфере экономики», так как экономика является их родовым объектом. Кроме того, по его мнению, там же должны быть расположены ст. 180 и ст. 183 (в части охраны секрета производства)2.

Размещение уже существующих положений УК РФ в главе 21 вытекает из общей природы посягательств на вещную собственность и интеллектуальную собственность. Необходимость отграничения составов, содержащих посягательства на интеллектуальные права, от аналогичных, охраняющих право собственности, отсутствует. Как уже отмечалось, «интеллектуальная собственность» является категорией, включенной в категорию «собственность» (в ее широкой «личностной» трактовке). Думается, что отнесение преступлений против собственности к преступлениям против личности, а не к экономическим Вощинский М.В. Уголовно-правовые меры противодействия нарушению авторского и смежных прав: дис.... канд.

юрид. наук. Москва. 2005. С. 94, 95;

Юрков С.А. Социальная обусловленность уголовно-правовой охраны авторских и смежных прав: автореф. дис.... канд. юрид. наук. Москва. 2013. С. 9-11.

Кудрявцев В.Л. Преступления против интеллектуальной собственности: некоторые проблемы объединения и совершенствования // Преступления против интеллектуальной собственности: Материалы Международной научно-практической конференции (19-20 мая 2011г.). Нижний Новгород: факультет права Нижегородского филиала Национального исследовательского университета – Высшей школы экономики. 2011. С. 54, 56, 57.

преступлениям, потребует радикальных преобразований УК РФ (однако в задачи настоящего исследования не входит рассмотрение всего спектра посягательств на собственность). Нами ранее приводился пример такой структуры уголовного закона. В республике Сан-Марино посягательства на авторские и изобретательские права отнесены к преступлениям против имущества, которые расположены в разделе 1 «Преступления против личности».

3. Некоторые исследователи предлагают охранять имущественную и неимущественную составляющие интеллектуальной собственности в разных разделах УК РФ.

Р.О. Долотов считает, что расположение ст. 146 и ст. 147 УК в главе 19 УК не соответствует действительному родовому объекту этих преступлений (в той части, в которой они охраняют имущественные права автора или правообладателя). Он предлагает перенести указанные составы преступлений в главу 22 УК. Р.О. Долотов полагает, что из всех видов отношений, складывающихся по поводу объектов интеллектуальной собственности, в первоочередной уголовно-правовой охране нуждаются экономические отношения. Он предлагает произвести перемещение ч. ч. 2, 3 ст. 146 и ст. 147 УК РФ в главу 22 УК. При этом Р.О. Долотов предлагает сформулировать ч.1 ст. УК РФ как норму с формальным составом: «Присвоение авторства (плагиат) на объект интеллектуальной собственности, - наказывается...». Он предлагает, оставить это положение в главе 19 УК РФ, не поясняя с помощью каких критериев будет осуществляться отграничение преступлений от гражданских правонарушений1.

А.Г. Морозов, отмечая наличие имущественной и неимущественной составляющей интеллектуальной собственности, предлагает охранять их не только в разных статьях, но и в разных главах УК РФ. Он подчеркивает, что между названием главы 19 УК РФ и объектом уголовно-правовой охраны ст. УК РФ есть противоречия в содержании охраняемых благ. По мнению А.Г.

Долотов Р.О. Механизм уголовно-правового регулирования в сфере преступных посягательств на объекты интеллектуальной собственности: автореф. дис. …канд. юрид. наук. Саратов, 2009. С. 9, 10, 25.

Морозова, для устранения этого противоречия следует оставить в главе 19 УК РФ статью 146 с названием «Присвоение авторства», в ней должна быть предусмотрена охрана неимущественных авторских прав. При этом он предлагает предусматривать уголовную ответственность за плагиат в случае причинения автору крупного ущерба. Положения частей 2 и 3 ст. 146 УК РФ, охраняющие имущественные права (которые реализуются в сфере экономической деятельности), А.Г. Морозов считает необходимым выделить в отдельную статью «Нарушение авторских и смежных прав» и поместить её в главу 22 УК РФ «Преступления в сфере экономической деятельности»1.

Д.Д. Скребец предлагает разместить составы, предусмотренные ст. 147, в трех разных главах двух разделов УК РФ. По его мнению, основным непосредственным объектом преступлений, выражающихся в присвоении авторства или принуждении к соавторству, являются общественные отношения, обеспечивающие соблюдение основных личных неимущественных прав изобретателя. Объектом незаконного использования изобретения, полезной модели или промышленного образца Д.Д. Скребец предлагает признать общественные отношения, обеспечивающие соблюдение имущественных прав патентообладателя. Также он считает, что разглашение без согласия автора или заявителя сущности изобретения, полезной модели или промышленного образца до официальной публикации сведений о них имеет тот же объект. В связи с этим, Д.Д. Скребец предлагает разделить ст. 147 УК на две самостоятельные статьи:

«Нарушение личных неимущественных прав авторов изобретений, полезных моделей, промышленных образцов или селекционных достижений» и «Нарушение имущественных прав патентообладателя». Первую из них нужно оставить в главе 19, изменив ее название на «Преступления против отдельных конституционных прав и свобод человека и гражданина» Раздела VII «Преступления против личности», а вторую – поместить в главу «Преступления против собственности» Раздела VIII «Преступления в сфере Морозов А.Г. Преступления в сфере авторских и смежных прав: общественная опасность и правила квалификации: дис. … канд. юрид. наук. Н. Новгород. 2004. С. 185-186.

экономики». Также Д.Д. Скребец считает, что необходимо выделить из ст. УК часть диспозиции, предусматривающую ответственность за разглашение без согласия автора и заявителя сущности изобретения, полезной модели или промышленного образца до официальной публикации сведений о них. По его мнению, это положение следует поместить в главу 22 «Преступления в сфере экономической деятельности» в качестве третьей части ст. 183 УК РФ «Незаконное получение и разглашение сведений. В связи с этим Д.Д. Скребец предлагает изменить нумерацию, имеющихся в ст. 183 УК частей, а также изменить название статьи на «Незаконное получение и разглашение сведений составляющих коммерческую, налоговую или банковскую тайну, а также незаконное разглашение сущности изобретения, полезной модели, промышленного образца или селекционного достижения». Данный автор предлагает связывать охрану неимущественных прав с признаком «с целью извлечения прибыли»1. Это нивелирует стремление охранять уникальные личностные характеристики, отраженные в результатах творческой деятельности.

Представляется, что статус изобретательских прав как объекта уголовно-правовой охраны не должен ставиться в зависимость от мотива преступника.

Е.А. Лысак и А.В. Шульга предлагают оставить в главе 19 УК РФ составы, предусматривающие ответственность за присвоение авторства и принуждение к соавторству в ст. ст. 146, 147. По мнению этих исследователей, указанные составы, должны остаться материальными. Имущественную составляющую интеллектуальной собственности необходимо охранять в рамках самостоятельной главы «Преступления против интеллектуальной собственности» раздела VIII УК.

Е.А. Лысак, А.В. Шульга, обосновывая свою точку зрения, отмечают общие признаки общественных отношений интеллектуальной собственности и традиционных (материальных) отношений собственности;

общность правового режима материального и нематериального имущества. А.В. Шульга полагает, что основным признаком предмета посягательств против собственности должна быть Скребец Д.Д. Уголовно-правовые аспекты борьбы с преступлениями против изобретательских и патентных прав:

дис. … канд. юрид. наук. Саратов. 2008. С. 8, 9, 11-13.

признана не материальная природа и создание человеческим трудом, а его действительная или потенциальная коммерческая ценность, способность быть товаром, то есть участвовать в легальном экономическом обороте. Он отмечает, что интеллектуальная собственность в настоящее время также превращается в товар. Е.А. Лысак и А.В. Шульга справедливо отмечают, что посягательства на имущественные интеллектуальные права причиняют материальный ущерб, экономический вред. По мнению этих исследователей, в главе «Преступления против интеллектуальной собственности» нужно разместить следующие положения: ч. ч. 2 и 3 ст. 146;

ст. 147 УК РФ (кроме расположенных в главе 19);

ст. 180;

ст. 183 (только незаконное получение и разглашение сведений, составляющих коммерческую тайну);

ст. ст. 272-2741.

Предложения, высказанные Е.А. Лысак, А.Г. Морозовым и А.В. Шульгой по поводу осуществления охраны посягательств на имущественные и неимущественные права разными разделами УК РФ имеют общие черты. Эти исследователи предлагают переместить в раздел VIII УК РФ некоторые составы, охраняющие имущественные интеллектуальные права. Они также считают необходимым оставить в главе 19 российского уголовного закона те нормы, которые, по их мнению, охраняют неимущественную составляющую интеллектуальной собственности, без изменения редакции. Но эти положения не выполняют возложенной на них функции. Поэтому в случае реализации предложений Е.А. Лысак, А.Г. Морозова и А.В. Шульги в главе 19 раздела VII УК РФ по-прежнему останутся незаслуженно размещенные там положения статей 146 и 147 (так как закрепленные в них посягательства имеют другой объект – имущественные права).

Как уже отмечалось, интеллектуальная собственность традиционно не рассматривалась как обособленный объект охраны в уголовном законодательстве России. В настоящее время УК РФ не отражает особую значимость охраны Лысак Е.А. Уголовно-правовая охрана интеллектуальной собственности по зарубежному законодательству:

автореф. дис. …канд. юрид. наук. Краснодар, 2012. С. 7;

Шульга А.В. Объект и предмет преступлений, посягающих на собственность в условиях рыночных отношений и информационного общества: автореф. дис. … д ра юрид. наук. Краснодар, 2009. С. 12-14.

интеллектуальной собственности для нужд отдельных граждан и общества в целом. Поэтому объединение всех объектов интеллектуальной собственности под эгидой гражданского законодательства в 2008 году стало знаковым событием, предвещающим изменения в отраслевом законодательстве.

Объединение статей УК РФ, устанавливающих охрану объектов интеллектуальной собственности в одну главу, обусловлено рядом причин.

Данным объектам присуща общая сфера действия. Они существуют в рамках сходных общественных отношений. Все объекты интеллектуальной собственности имеют имущественную и неимущественную составляющую.

Посягательства на них также имеют общие черты, следовательно, соответствующие положения уголовного закона должны быть унифицированы.

Объекты интеллектуальной собственности нуждаются в более эффективной охране, в том числе при помощи уголовно-правовых механизмов.

Существует четвертая точка зрения на проблему расположения 4.

уголовно-правовых норм, охраняющих интеллектуальную собственность. По мнению некоторых исследователей, такие положения должны быть расположены за пределами уголовного закона. Они предлагают создание Кодекса интеллектуальной собственности аналогичного тому, который существует во Франции1. Так, А.А. Перепеченов предлагает принять Кодекс интеллектуальной собственности как самостоятельный нормативно-правовой акт. Анализируя четвёртую часть Гражданского кодекса РФ, он подчеркивает, что выбрана неудачная модель правового регулирования оборота всех интеллектуальных продуктов и средств индивидуализации результатов их деятельности исключительно с помощью гражданского права2.

Существование единого нормативно-правового акта, регулирующего правоотношения в сфере защиты и охраны интеллектуальной собственности, Близнец И.А. Право интеллектуальной собственности в Российской Федерации: Теоретико-правовое исследование: дис.... д-ра юрид. наук. М., 2003. С. 265-268, 270;

Перепеченов А.А. Правовая охрана интеллектуальной собственности (вопросы теории и практики): автореф. дис. … канд. юрид. наук. Саратов, 2011.

С. 18.

Перепеченов А.А. Правовая охрана интеллектуальной собственности (вопросы теории и практики): автореф. дис.

… канд. юрид. наук. Саратов, 2011. С. 18.

устранит проблему отграничения гражданских и административных правонарушений от преступлений. В этом случае будет достигнут баланс между отраслями права (уголовным, административным, гражданским) в вопросах охраны интеллектуальной собственности1. В результате создания Кодекса интеллектуальной собственности Гражданский кодекс освободится от административных и гражданско-процессуальных норм, что приведет к упорядочиванию соответствующих положений законодательства за счет исключения конкурирующих норм и устранения пробелов. Существование Кодекса интеллектуальной собственности позволит дифференцировать меры ответственности за посягательства на интеллектуальную собственность, избежав применения необоснованно строгих санкций. Но работу по подготовке такого документа, в первую очередь, должны вести ученые-цивилисты, так как гражданское законодательство является приоритетным в вопросах регулирования правоотношения в сфере интеллектуальной собственности.

До тех пор, пока в России не осуществлена масштабная работа, направленная на создание Кодекса интеллектуальной собственности, предлагается охранять интеллектуальную собственность в рамках главы «Преступления против собственности» раздела VIII УК РФ «Преступления в сфере экономики» УК РФ. Как уже отмечалось, интеллектуальная собственность и вещная собственность являются выражением одной сущности – собственности как правового блага (которая наделена не только материальной, но и духовной составляющей). Интеллектуальная собственность, обладающая уникальными характеристиками предмета посягательства, должна быть включена в ту систему общественных отношений, которые уже являются объектом охраны норм УК РФ.

Выводы по параграфу:

Интеллектуальная и вещная собственность являются выражением 1.

одной сущности – собственности как правового блага (которая наделена не только материальной, но и духовной составляющей), поэтому они могут охраняться в рамках главы 21 «Преступления против собственности» раздела VIII УК РФ Там же.

«Преступления в сфере экономики» УК РФ. Необходимость отграничения составов, предусматривающих посягательства на интеллектуальные права, от положений, охраняющих вещную собственность, отсутствует.

§ 2. Уголовно-правовая охрана авторских, смежных, изобретательских и патентных прав По смыслу закона нормы, призванные охранять интеллектуальную собственность, содержатся в ст. 146 «Нарушение авторских и смежных прав» и ст.

147 «Нарушение изобретательских и патентных прав» главы 19 «Преступления против конституционных прав и свобод человека и гражданина» УК РФ. Многие ученые называют основным непосредственным объектом преступлений, предусмотренных ст. 146 УК РФ, общественные отношения, возникающие в связи с реализацией гражданами права на свободу творчества. Дополнительным объектом – честь, деловую репутацию автора, отношения собственности.

Произведения литературы, науки, искусства рассматриваются в качестве предметов этих преступлений (ст. 146)1. В качестве объектов преступлений статьи ст. 147 рассматриваются общественные отношения, охраняющие права автора и правообладателя на изобретения, полезные модели и промышленные образцы2.

Представляется, что объектом преступлений в широком смысле являются общественные отношения, в узком смысле – определенное благо или интерес.

Поэтому нам близка точка зрения И.Э. Звечаровского по поводу объектов преступных посягательств на интеллектуальные права. Объектом преступлений, Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (постатейный) / А.В. Бриллиантов, Г.Д. Долженкова, Я.Е. Иванова [и др.];

под ред. А.В. Бриллиантова. М.: Проспект. 2010. С. 258;

Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / Ю.В. Грачева, Л.Д. Ермакова, Г.А. Есаков [и др.];

отв. ред. А.И. Рарог. 9-е изд., перераб. и доп. М.: Проспект. 2013. С. 333-334;

Лопатин В.Н., Дорошков В.В. Защита интеллектуальной собственности.

Актуальные проблемы теории и практики;

под ред. В.Н. Лопатина. Т. 3.. М.: Юрайт. 2010. С. 193;

Особенная часть Уголовного кодекса Российской Федерации: комментарий, судебная практика, статистика;

под общей ред.

Председателя Верховного Суда РФ, докт. юрид. наук, проф., заслуженного юриста РФ В.М. Лебедева;

отв. ред.

канд. юрид. наук, проф., заслуженный юрист РФ А.В. Галахова. М.: Издательский Дом «Городец». 2009. С. 206.

Особенная часть Уголовного кодекса Российской Федерации: комментарий, судебная практика, статистика;

под общей ред. Председателя Верховного Суда РФ, докт. юрид. наук, проф., заслуженного юриста РФ В.М. Лебедева;

отв. ред. канд. юрид. наук, проф., заслуженный юрист РФ А.В. Галахова. М.: Издательский Дом «Городец». 2009.

С. 210.

предусмотренных ст. 146 УК, являются общественные отношения, интересы, связанные с реализацией конституционного положения об охране интеллектуальной собственности (ст. 44 Конституции РФ). Объектом преступлений, предусмотренных ст. 147 УК РФ, являются изобретательские и патентные права как проявление гарантированной Конституцией РФ свободы научного и технического творчества1.

Представляется, что можно говорить о существовании уголовно-правовой охраны интеллектуальной собственности лишь в том случае, если она направлена на первоочередную охрану неимущественных прав на материальные результаты интеллектуальной деятельности (в совокупности с имущественными правами на них). Рассмотрение имущественных прав на результаты интеллектуальной деятельности в отрыве от неимущественной составляющей разрушает конструкцию охраны интеллектуальной собственности. В соответствии с положениями ГК РФ (ст. 1227), определяющим фактором в гражданско-правовой защите интеллектуальных прав не может являться фактическое обладание, например, напечатанной книгой, так как, приобретая книгу, ее владелец не получает, а автор в свою очередь не теряет интеллектуальных прав на нее.

Поэтому книга в данном случае является предметом интеллектуальной собственности, который отражает характеристики объекта, но не тождественен ему.

По нашему мнению, положения статей 146, 147 УК фактически охраняют не интеллектуальную собственность, а имеют иной объект охраны. Охрана неимущественных личных прав авторов и правообладателей не должна быть обусловлена стоимостным критерием. Неимущественные права – это блага, представляющие ценность вне зависимости от причиненного автору имущественного ущерба и, следовательно, должны охраняться формальными составами. Право авторства признается гражданским законодательством нематериальным благом (ч. 1 ст. 150 ГК РФ). Согласно ч. 2 ст. 150 ГК РФ, Уголовное право России. Особенная часть: учебник;

под ред. И.Э. Звечаровского. М.: Норма: ИНФРА-М, 2010. С.

162, 164.

нематериальные блага защищаются в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения. Следовательно, нарушения личных неимущественных прав авторов и правообладателей имеют последствия неимущественного характера (например, моральный вред). Однако уголовно правовая охрана личных неимущественных прав представляется весьма проблематичной ввиду их неисчислимости. В российском законодательстве еще не выработаны критерии криминализации таких деяний. Необходимость отграничения гражданских правонарушений от преступлений привела к тому, что уголовным законом РФ осуществляется охрана имущественной составляющей интеллектуальной собственности, что приравнивает ее к уголовно-правовой охране вещной собственности в ее традиционном понимании.

В.Л. Кудрявцев справедливо отмечает, что деяния, предусмотренные ч. ст. 146 УК РФ и ч.1 ст. 147 УК РФ главным образом направлены на причинение потерпевшему крупного ущерба, а не на личные неимущественные права.

Основной непосредственный объект посягательства скрыт1.

Таким образом, действующим УК РФ интеллектуальная собственность в своем первоначальном смысле не охраняется, так как отсутствуют адекватные средства ее отражения и закрепления в рамках уголовного закона. В качестве главного последствия посягательства на право авторства должен рассматриваться ущерб чести или репутации автора. Таким образом, интеллектуальная собственность, в которой выражаются нерегулируемые денежным эквивалентом ценности, в том числе отличающие одного человека от другого – сознание, воля, талант, интеллект – защищается лишь положениями гражданского законодательства.

Кудрявцев, В.Л. Преступления против интеллектуальной собственности: некоторые проблемы объединения и совершенствования // Преступления против интеллектуальной собственности: Материалы Международной научно практической конференции (19-20 мая 2011г.). Нижний Новгород: факультет права Нижегородского филиала Национального исследовательского университета – Высшей школы экономики. 2011. С. 48.

Согласно ст. 128 ГК РФ, к объектам гражданских прав относятся вещи, включая деньги и ценные бумаги, иное имущество, в том числе имущественные права;

работы и услуги;

охраняемые результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (интеллектуальная собственность);

нематериальные блага. В этой норме результаты интеллектуальной деятельности и неимущественные права на них поставлены в один ряд. Следовательно, осуществляется защита интеллектуальной собственности не как права на результат интеллектуальной деятельности, а непосредственно этого результата. Что противоречит процитированным выше положениям международных нормативно-правовых актов, в которых под интеллектуальной собственностью понимается совокупность прав личного и имущественного характера на результаты интеллектуальной деятельности (в первую очередь, творческой) и на приравненные к ним объекты.

И.Э. Звечаровский отмечает, что в триаде «личность-общество государство» УК РФ 1996 г. поставил на первое место личность1. Если отступить от традиционной трактовки понятия «собственность» (считая, что ее частью является интеллектуальная собственность) и рассматривать ее через призму личности, то взгляд на элементы правоотношений в этой сфере изменится. Так же, как приоритетным объектом права собственности должно выступать не имущество, а свобода воли собственника;

объектом интеллектуальной собственности является не предмет материального мира (результат творческой деятельности), а права на него (личные неимущественные и исключительные).

Такое понимание сущности объекта преступных посягательств на авторские и смежные права не противоречит смыслу положений постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 апреля 2007 года № 14 «О практике рассмотрения судами уголовных дел о нарушении авторских, смежных, изобретательских и Уголовное право России. Особенная часть: учебник;


под ред. И.Э. Звечаровского. М.: Норма: ИНФРА-М, 2010. С.

144.

патентных прав, а также о незаконном использовании товарного знака» 1.

Согласно п. 2 этого постановления, «в соответствии с гражданским законодательством авторское право реализуется в отношениях, связанных с созданием и использованием произведений науки, литературы и искусства, смежные (с авторскими) права - в отношениях, связанных с созданием и использованием фонограмм, исполнением, организацией передач эфирного вещания и др.». Таким образом, в качестве объектов интеллектуальной собственности должны рассматриваться неимущественные и имущественные права авторов и правообладателей, а предметами следует признать овеществленные результаты интеллектуальной деятельности.

В юридической литературе существуют несколько точек зрения на вопрос, связанный с необходимостью охраны имущественной и неимущественной составляющей интеллектуальной собственности уголовно-правовыми средствами.

Некоторые исследователи придерживаются мнения, что присвоение авторства опасно само по себе и является достаточным основанием для привлечения к уголовной ответственности2. Так, Л.Г. Мачковский утверждает: «Необходимость связывать возможность уголовной ответственности за присвоение авторства с наступлением общественно опасных последствий, по нашему мнению, отсутствует. Эти действия являются посягательством на фундаментальные человеческие ценности и в силу этого обладают повышенной общественной опасностью сами по себе, независимо от тех фактических последствий, которые они за собой повлекли»3.

К.В. Кузнецов предлагает сконструировать положения статей 146 и 147 УК РФ как формальные составы, исключив из них признак «крупный ущерб». Он Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 апреля 2007 года № 14 «О практике рассмотрения судами уголовных дел о нарушении авторских, смежных, изобретательских и патентных прав, а также о незаконном использовании товарного знака» // Российская газета. 2007, 5 мая.

Борисов А.В. Уголовно-правовые и криминологические меры противодействия преступлениям, нарушающим авторские, смежные, изобретательские и патентные права. М., 2008. С. 132;

Истомин А.Ф. Уголовно-правовая защита интеллектуальной собственности // Журнал российского права. 2002. № 8. С. 50;

Кузнецов К.В. Уголовно правовая характеристика посягательств, нарушающих авторские, смежные, изобретательские и патентные права:

дис.... канд. юрид. наук. М., 2007. С. 121;

Молчанов Д.В. Уголовно-правовая охрана интеллектуальной собственности: дис. … канд. юрид. наук. М., 2009. С. 138.

Мачковский Л.Г. Интеллектуальная собственность: уголовно-правовая охрана // Законодательство.2005. № 11. С.

67.

считает, что ч. 1 ст. 146 УК РФ следует изложить в следующей редакции:

«Присвоение авторства (плагиат) на произведение науки, литературы, искусства или на их часть, имеющую самостоятельное значение, а равно присвоение авторства на исполнение или на его часть, имеющую самостоятельное значение…». М.Л. Фирсов также, как и К.В. Кузнецов полагает, что уголовная ответственность за совершение плагиата должна быть предусмотрена положением с формальным составом1. Но простое исключение признака «крупный ущерб» из соответствующих положений УК (ч. 1 ст. 146 и ч. 1 ст. 147) и превращение составов в формальные, приведет к дублированию в уголовном законе гражданско-правовых положений. Остается неясным: каким образом будет происходить отграничение преступлений от иных правонарушений. Невозможно признать одно нарушение права на авторство более опасным для общества, чем другое, так как оно не зависит от уровня художественной, культурной или научной ценности присваиваемого продукта творческой деятельности.

К.В. Кузнецов предлагает, изменить диспозицию ч.1 ст. 147 УК РФ, исключив из нее признак «крупный ущерб» и заменив его признаком «в целях извлечения прибыли»2. Представляется, что уголовно-правовая охрана личного неимущественного права (присвоение авторства), не должна ставиться в зависимость от цели совершения преступления. Для автора, на чьи личные неимущественные права посягают, не имеют значения мотивы и цели преступника. Посягательство на свободу воли автора, совершенное в целях извлечения прибыли не менее опасно, чем аналогичное посягательство, совершенное из желания прославиться. Преступления против интеллектуальной собственности, по нашему мнению, должны быть включены в структуру преступлений против собственности (в ее новой трактовке), поэтому указание на корыстную цель в положениях УК, устанавливающих уголовно-правовую охрану интеллектуальных прав, представляется нецелесообразным.

Фирсов М.Л. Преступления в сфере авторских и смежных прав: автореф. дис. … канд. юрид. наук. М. 2013. С. 12.

Кузнецов. К.В. Уголовно-правовая характеристика посягательств, нарушающих авторские, смежные, изобретательские и патентные права: дис.... канд. юрид. наук. М., 2007.

С. 122, 146.

Признак «крупный ущерб», содержащийся в ч. 1 ст. 146 и ч. 1 ст. 147 УК РФ, вызвал многочисленные дискуссии, касающиеся способов его определения и методики его расчета. Исследователи предлагали отнести к числу критериев крупного ущерба совершенно разные составляющие: степень нарушения конституционных прав гражданина, характер и размер понесенного им материального ущерба, число потерпевших граждан, тяжесть причиненного им морального вреда1.

Сторонники того, что ущерб проявляется лишь в виде морального вреда, указывают на то, что право авторства имеет личный неимущественный характер, и посягательство на него связано только с нематериальными последствиями2.

М.В. Вощинский предлагает определить крупный ущерб через нематериальные признаки, которые были выработаны судебной практикой: степень нарушения конституционных прав, подрыв деловой репутации вследствие неподконтрольного распространения контрафактных экземпляров с другое3.

некачественной записью и К.В. Кузнецов также предлагает отграничивать правонарушения от преступлений на основании ряда субъективных и объективных факторов, определяющих размер ущерба, вызванного присвоением авторства. Например, объем и характер нравственных и физических страданий, подрыв репутации, степень вины нарушителя, степень распространения произведения лжеавтора4.

А.Ф. Истомин предлагает при оценке размера ущерба в случаях нарушения прав интеллектуальной собственности учитывать понесенные автором прямые Комментарий к УК РФ;

под общей редакцией Скуратова Ю.И. и Лебедева В.М. Особенная часть. М., 1996. С. 95;

Трунцевский Ю.В., Морозов А. Уголовно-правовая оценка ущерба при нарушении авторских и смежных прав // ИС. Авторское право и смежные права. 2005. № 7. С. 51.

См. напр.: Глухова Г.О. Уголовная ответственность за нарушение авторских и смежных прав: дис. … канд. юрид.

наук. М., 2004. С. 111;

Коваленко Д. Возможно ли привлечь к уголовной ответственности за нарушение права авторства? // ИС. Авторское право и смежные права. 2004. № 3. С. 37;

Корчагин А.Д., Орлова Н.С.

Законодательство Российской Федерации о противодействии нарушениям в сфере интеллектуальной собственности, связанным с контрафакцией. М.: ИНИЦ Роспатента, 2005. С. 44;

Кузнецов К.В. Некоторые проблемы определения крупного ущерба как признака объективной стороны нарушения авторских и смежных прав // Российская юстиция. 2006. № 9. С. 44;

Молчанов Д.В. Уголовно-правовая охрана интеллектуальной собственности: дис. … канд. юрид. наук. М., 2009. С. 70.

Вощинский М.В. Уголовная ответственность за нарушение авторских и смежных прав по новой редакции статьи 146 УК // Российская юстиция. № 6. 2003.

Кузнецов. К.В. Уголовно-правовая характеристика посягательств, нарушающих авторские, смежные, изобретательские и патентные права: дис.... канд. юрид. наук. М., 2007.

С. 117.

убытки, а также упущенную выгоду, рассчитываемую в пределах финансовой выгоды, которая была бы получена при реализации произведения интеллектуальной собственности, если бы его право не было нарушено. Помимо этого должны учитываться и моральные издержки автора (правообладателя), его материальное положение1.

В соответствии с постановлением Пленума Верховного Суда РФ "О практике рассмотрения судами уголовных дел о нарушении авторских, смежных, изобретательских и патентных прав, а также о незаконном использовании товарного знака"2: так как применительно к части 1 статьи 146 и статьи 147 УК РФ ущерб, который может быть признан судом крупным, в законе не указан, суды при его установлении должны исходить из обстоятельств каждого конкретного дела. Например, из наличия и размера реального ущерба, размера упущенной выгоды, размера доходов, полученных лицом в результате нарушения им прав на результаты интеллектуальной деятельности или на средства индивидуализации.

Таким образом, в понятие «ущерб» (ст. ст. 146, 147 УК) должен включаться только имущественный вред. Об этом свидетельствует содержание п. указанного выше постановления, в котором указывается, что «при квалификации действий виновных по делам о преступлениях, предусмотренных статьями 146, 147 и 180 УК РФ, не должен учитываться причиненный потерпевшему моральный вред, в том числе связанный с подрывом его деловой репутации». При этом требования о компенсации морального вреда могут быть рассмотрены в рамках уголовного дела путем разрешения предъявленного потерпевшим гражданского иска. Для защиты свободы воли автора, которые не охраняются уголовным законом, в тексте Постановления предложено обратиться к гражданско-правовым средствам. Представляется, что происходит негласное признание достаточности защиты неимущественных прав авторов и правообладателей уже существующими Истомин А.Ф. Уголовно-правовая защита интеллектуальной собственности // Журнал российского права. 2002.


№ 8. С. 49.

Постановление Пленума Верховного Суда РФ № 14 от 26 апреля 2007 г. «О практике рассмотрения судами уголовных дел о нарушении авторских, смежных, изобретательских и патентных прав, а также о незаконном использовании товарного знака» // Российская газета. 2007, 5 мая.

и успешно функционирующими механизмами, выработанными в гражданском праве.

Некоторые исследователи, не отрицая необходимость уголовно-правовой охраны интеллектуальной собственности, неоднократно высказывали мнение о плагиата1.

необходимости декриминализации Причины, определяющие необходимость криминализации (или декриминализации) присвоения авторства в отношении предметов охраны ч. 1 ст. 146 и ч. 1 ст. 147 УК совпадают.

Целесообразно либо оставить рассматриваемые составы в этих статьях (146, 147) без изменений, либо исключить их. Для этого необходимо выяснить, являются ли данные посягательства общественно опасными, т.е. существует ли причинение вреда от последствий такого преступления государству, обществу, личности.

Первым аргументом в пользу декриминализации является то, что соответствующие положения (ч.1 ст. 146, ст. 147 УК РФ (присвоение авторства, принуждение к соавторству)) не выполняют возложенных на них функций. Как уже отмечалось, в УК РФ отсутствуют нормы, призванные охранять личные неимущественные права авторов и правообладателей (которые практически невозможно охранять с помощью уголовно-правовых механизмов), так как их уголовно-правовая охрана ставится в зависимость от величины причиненного ущерба. В результате охраняются не провозглашенное Конституцией РФ право на свободное творчество, а имущественные интересы авторов и правообладателей.

Второй причиной является достаточность существующих эффективных и гибких механизмов гражданско-правовой защиты интеллектуальных прав.

Пострадавший автор вправе прибегнуть как к мерам гражданско-правовой защиты, так и мерам гражданско-правовой ответственности. К первым относятся признание права, восстановление положения, существовавшего до нарушения права, пресечение действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, публикация решения суда о допущенном нарушении (ч. 1 ст. 1251 ГК Вощинский М.В. Уголовно-правовые меры противодействия нарушению авторского и смежных прав: дис. … канд. юрид. наук. М. 2006. С. 11;

Матвеев, А.Г. Пять доводов в пользу декриминализации плагиата. URL:

http://territoriaprava.ru/topics/45958;

Юрков С.А. Социальная обусловленность уголовно-правовой охраны авторских и смежных прав: дис. … канд. юрид. наук. М. 2013. С. 11.

РФ). Ко вторым – компенсация морального вреда (ст. 151, ч.1 ст. 1251 ГК РФ), выплата компенсации или возмещение убытков (ст. 1300, 1301 ГК РФ).

Третий довод в пользу декриминализации плагиата – отсутствие уголовно правовой охраны остальных личных неимущественных прав авторов и правообладателей (за исключением права на обнародование). Согласно ч.1 ст. УК РФ, уголовная ответственность предусмотрена за «…разглашение без согласия автора сущности изобретения, полезной модели или промышленного образца до официальной публикации сведений о них…, если эти деяния причинили крупный ущерб». А.В. Шульга отмечает, что это деяние посягает на конституционные права и свободы человека и гражданина, т.е. на личное неимущественное право1. Но В.И. Еременко отмечает, что с точки зрения гражданского законодательства это – нарушение третьего вида интеллектуального права – «иного права» такого как права на получение патента (ч.3 ст. 1345 ГК РФ, ст. 1357 ГК РФ). Это право имеет комплексную природу, включая в себя одновременно элементы личного неимущественного права и имущественного права. Таким образом, приводимый фрагмент ч.1 ст. 147 УК РФ нельзя рассматривать как положение, предусматривающее охрану личного неимущественного права2.

Четвертым аргументом декриминализации присвоения авторства является маленькое количество уголовных дел и небольшое число лиц, привлеченных к уголовной ответственности за преступления предусмотренные ч. 1 ст. 146 и ст.

147 УК РФ. Число зарегистрированных преступлений по ст. 146 УК в 2004- Шульга А.В. Объект и предмет преступлений, посягающих на собственность в условиях рыночных отношений и информационного общества: автореф. дис. … д-ра юрид. наук. Краснодар, 2009. С. 49.

Еременко В.И. Комментарий к ст. 1357 ГК РФ // Гаврилов Э.П., Еременко В.И. Комментарий к части четвёртой Гражданского кодекса Российской Федерации (постатейный). URL:

http://base.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;

base=CMB;

n=16173;

Кудрявцев, В.Л. Преступления против интеллектуальной собственности: некоторые проблемы объединения и совершенствования // Преступления против интеллектуальной собственности: Материалы Международной научно-практической конференции (19-20 мая 2011г.). Нижний Новгород: факультет права Нижегородского филиала Национального исследовательского университета – Высшей школы экономики. 2011. С. 49.

годы варьировалось от 7874 до 1917. Число зарегистрированных преступлений по ст. 147 УК в 2004-2011 годы варьировалось от 24-х до 4-х1.

В.Н. Лопатин отмечает, что при анализе применения норм УК можно условно выделить пять основных групп в зависимости от их эффективности:

неэффективные, малоэффективные, низкоэффективные, среднеэффективные, высокоэффективные. В категории – неэффективные статьи УК, по которым (почти) не регистрировались преступления, упоминается ст. 147;

к низкоэффективным статьям УК, по которым (почти) не осуждались лица, совершившие преступления, отнесена ст. 1462.

Степень общественной опасности присвоения авторства отражает также правоприменительная практика. Число лиц, привлеченных в XXI веке к уголовной ответственности по части 1 и по частям 2 и 3 ст. 146 УК РФ отличается в разные годы в десятки, даже сотни раз. Например, в 2012 г. по ч. 1 ст. 146 было осуждено 4 человека, по ч. 2 ст. 146 – 1209 человек, по ч. 3 ст. 146 – 264 человека.

В период с 2004 по 2012 год число лиц, привлеченных к уголовной ответственности по ч. 1 ст. 146 УК РФ, варьировалось от 14-ти человек (2006 год) до 3-х (2011 год)3. Некоторые исследователи уже отмечали, что практически невозможно найти материалы практического применения по ч. 1 ст. 146 и ч. 1 ст.

147 (присвоение авторства) УК РФ4. Огромное количество преступлений, связанных с интеллектуальным пиратством, нарушают исключительные права авторов и правообладателей. В рассмотренных нами приговорах по уголовным делам за 2010-2012 г. г., вынесенных по ч. 2 и 3 ст. 146 УК РФ (как в совокупности с другими статьями, так и без нее) в разных субъектах РФ, О состоянии правовой охраны, использования и защиты интеллектуальной собственности в Российской Федерации в 2011 году. Аналитический доклад;

под редакцией доктора юридических наук, профессора Лопатина В.Н. М.: Издание Совета Федерации, 2012. С. 320-321.

Лопатин, В.Н., Дорошков В.В. Защита интеллектуальной собственности. Актуальные проблемы теории и практики;

под ред. В.Н. Лопатина. Т. 3. М.: Юрайт, 2010. С. 184.

О состоянии правовой охраны, использования и защиты интеллектуальной собственности в Российской Федерации в 2012 году. Аналитический доклад;

под редакцией доктора юридических наук Лопатина В.Н. М.:

Издание Совета Федерации. 2013. С. 248-249.

Борисов А.В. Уголовно-правовые и криминологические меры противодействия преступлениям, нарушающим авторские, смежные, изобретательские и патентные права. М., 2008. С. 63;

Вощинский М.В. Уголовно-правовые меры противодействия нарушению авторского и смежных прав: дис. … канд. юрид. наук. М. 2006. С. 103-104;

Титов С.Н. Уголовно-правовое обеспечение интеллектуальной собственности: монография;

отв. ред. Г.К. Буранов.

Ульяновск: УлГУ, 2012. С. 98.

предметами преступных посягательств в 64% случаев выступили программы для ЭВМ, в 36% случаев – аудиовизуальные произведения1. Полученные нами данные не противоречат сведениям, содержащимся в других исследованиях. С.А.

Юрков приводит следующее соотношение предметов посягательств, предусмотренных ст. 146 УК РФ, программы для ЭВМ – в 73% случаев, аудиовизуальные произведения – в 25% случаев2.

За 2004-2012 г. г. максимальное число осужденных (11 человек) по ст. УК РФ было зафиксировано в 2005 году. В 2010 году в РФ привлечение к уголовной ответственности по ст. 147 УК РФ не осуществлялось3. В современной России очень редко совершаются как присвоение авторства на изобретения, так и другие деяния, предусмотренные данной статьей (147). Кроме того, в настоящее время функционируют различные средства связи (в том числе Интернет), создаются и успешно функционируют компьютерные программы, направленные на проверку уникальности текста. Ввиду этого, присвоение результата интеллектуальной деятельности (особенно предмета изобретательских прав) является бесперспективным, поскольку совершение этого деяния может получить широкую огласку в короткий срок и сделать присвоение авторства бессмысленным.

Пятым аргументом является то, что уголовное дело о плагиате признается делом частно-публичного обвинения (п. 3 ст. 20 УПК РФ). На это указывает А.Г.

Матвеев4. Преступления, предусмотренные ч. 1 ст. 147 УК РФ, также относятся к делам частно-публичного обвинения. Уголовное наказание в виде лишения свободы, содержащееся в санкции данной нормы, по логике законодателя скорее будет применено в случае совершения иных деяний (посягающих на имущественные права), чем в случае присвоения авторства. Преступления с отмеченными характеристиками находятся у самой границы, разделяющей См.: Приложения 2, 3.

Юрков С.А. Социальная обусловленность уголовно-правовой охраны авторских и смежных прав: дис. … канд.

юрид. наук. М. 2013. С. 23.

О состоянии правовой охраны, использования и защиты интеллектуальной собственности в Российской Федерации в 2012 году. Аналитический доклад / под редакцией доктора юридических наук Лопатина В.Н. М.:

Издание Совета Федерации. 2013. С. 249-250.

Матвеев А.Г. Пять доводов в пользу декриминализации плагиата. URL: http://territoriaprava.ru/topics/ общественно опасные деяния и деяния, характеризующиеся общественной вредностью, ввиду чего общественная опасность присвоения авторства отнюдь не очевидна, что подтверждается отсутствием наказания в виде лишения свободы за это посягательство.

Шестым доводом в пользу декриминализации является существующая в России тенденция к гуманизации уголовного законодательства. В 2002 году в своем Послании Федеральному Собранию Президент Российской Федерации впервые поставил задачу гуманизации уголовного законодательства и системы. В 2003 году Госдума, реализуя Послание Президента, принимает целый пакет «гуманизационных» поправок в Уголовный и Уголовно-процессуальный кодексы РФ. Гуманизированию должны были подвергнуться отдельные виды наказаний, преступления небольшой тяжести декриминализированы, преступления средней тяжести планировалось перенести в Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях. Отказ от наказания в виде лишения свободы должен был быть направлен на то, чтобы достичь исправления некоторых преступников иными, альтернативными видами наказания. Например, через экономические механизмы, в частности, крупные штрафы, исправительные или общественные работы и компенсации потерпевшим1.

Министерство юстиции РФ создало рабочую группу по подготовке предложений по уголовно-судебной политике. В начале июля 2009 г.

разработанные законопроекты, направленные на реформирование Уголовного кодекса РФ и Кодекса РФ об административных правонарушениях, были представлены для размещения в сети Интернет. В законопроекте «О внесении изменений в Уголовный кодекс РФ» предусматривается исключение из УК РФ ряда составов общественно вредных деяний, не представляющих существенной опасности для правопорядка, установив за них административную ответственность, в том числе, нарушение авторских и смежных прав (ч. 1 ст.

146)2.

Сухаренко А.Н. Декриминализация: перезагрузка?! URL: http://www.crime.vl.ru/index.php?p=2289&more=1& Там же.

А.Г. Матвеев отмечает, что исключение присвоения авторства из числа преступлений будет отражать тенденции российской уголовно-правовой политики. Поскольку Федеральным законом от 7 декабря 2011 года № 420-ФЗ «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации», были декриминализованы клевета и оскорбление. Эти деяния являются родственными плагиату, поскольку посягают на честь, достоинство и деловую репутация гражданина, которые, как и право авторства, включаются в группу личных неимущественных прав1.

Седьмым аргументом является отсутствие социальной необходимости существования уголовной ответственности за присвоение авторства. На это указывают Р.О. Долотов, М.В. Вощинский. Так, Р.О. Долотов отмечает, что право авторства в современном российском обществе не является безусловной ценностью. Плагиат, если он не связан с причинением имущественного вреда третьим лицам, не осознается как общественно опасное деяние, максимум такое поведение признается аморальным и то далеко не всеми2. М.В. Вощинский предлагает декриминализировать преступления, предусмотренные ч. 1 ст. 146 УК РФ, и установить административную ответственность за присвоение авторства вне зависимости от цели совершения деяния3.

В Кодексе об административных правонарушениях (ст. 7.12 «Нарушение авторских и смежных прав, изобретательских и патентных прав») предусматривается ответственность за незаконное использование предметов авторских и смежных прав, изобретательских и патентных прав. При этом данная статья помещена в главу 7 «Административные правонарушения в области охраны собственности». Объектом охраны положений ст. 7.12 КоАП выступают имущественные отношения. Понятие «плагиат» в КоАП отсутствует. Таким образом, М.В. Вощинский справедливо предлагает декриминализировать Матвеев А.Г. Пять доводов в пользу декриминализации плагиата. URL: http://territoriaprava.ru/topics/ Долотов Р.О. Крупный ущерб как показатель общественной опасности плагиата (присвоения авторства). URL:

http://sartraccc.ru/print.php?print_file=Pub/dolotov(20-02-09).htm Вощинский М.В. Уголовно-правовые меры противодействия нарушению авторского и смежных прав: дис. … канд. юрид. наук. М. 2006. С. 11.

посягательство, которое фактически не имеет статуса ни преступления, ни административного правонарушения.

В 2009 году в п. 15 Пояснительной записки Министерства юстиции к Федеральному закону «О внесении дополнений и изменений в Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» было предложено декриминализировать ч. 1 ст. 146 УК РФ и в связи с этим дополнить ст. 7. КоАП третьей частью. Однако это предложение не было реализовано1.

На основании всех перечисленных выше доводов, можно сделать вывод о необходимости декриминализации плагиата как правонарушения, не обладающего общественной опасностью и не нуждающегося в установлении уголовных санкций за его совершение. Указанное в ч. 1 ст. 147 УК РФ «присвоение авторства» также должно подлежать декриминализации.

Но, несмотря на очевидную необходимость декриминализации присвоения авторства, некоторые преступления против неимущественных интеллектуальных прав нуждаются в уголовно-правовой охране. В случае рассмотрения интеллектуальной собственности как личностного интереса уголовный закон может и должен гарантировать ответственность за совершение посягательств на свободу воли автора, за которые в силу их явно криминального характера не может возлагаться гражданско-правовая ответственность. Охрана неимущественных прав автора может быть реализована посредством криминализации в статье, предусматривающей охрану авторских и смежных прав, принуждения к соавторству, которое уже содержится в ч. 1 ст. 147 УК РФ.

А.В. Козлов считает, что принуждение к соавторству охватывается понятием «присвоение авторства»2. Представляется, что это различные деяния, так как существует разница в объектах их охраны. Совершение плагиата, в отличие от принуждения к соавторству, не предусматривает посягательств на свободу воли и здоровье человека, следовательно, обладает меньшей общественной опасностью. Согласно п. 14 постановления "О практике Сухаренко А.Н. Декриминализация: перезагрузка?! URL: http://www.crime.vl.ru/index.php?p=2289&more=1& Козлов А.В. Уголовно-правовая охрана авторских и смежных прав: дис. … канд. юрид. наук. Нижний Новгород, 2002. С. 178-179.

рассмотрения судами уголовных дел о нарушении авторских, смежных, изобретательских и патентных прав, а также о незаконном использовании товарного знака", нарушение изобретательских или патентных прав путем принуждения к соавторству, предусмотренного статьей 147 УК РФ, может заключаться в оказании воздействия любым способом (в том числе посредством насилия, угроз наступления неблагоприятных для потерпевшего последствий) с целью получить его согласие на включение других лиц (не внесших личного творческого вклада в создание указанных в этой статье объектов интеллектуальной собственности) в соавторы готовых или разрабатываемых изобретения, полезной модели или промышленного образца, то есть заключить договор, позволяющий этим лицам получить авторские права.

В случаях, когда принуждение к соавторству сопровождается применением насилия, состоящего в совершении деяний, направленных против жизни, здоровья или свободы потерпевшего (ответственность за которые уже предусмотрена статьями Особенной части УК), содеянное следует квалифицировать по совокупности преступлений, предусмотренных частью статьи 147 УК РФ, и в зависимости от обстоятельств дела и наступивших последствий – по соответствующим статьям Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации. Предоставленная авторам изобретений уголовно правовая охрана их творческой свободы и воли должна распространяться и на автора художественного или научного произведения. Также следует криминализировать принуждение к отказу от авторства, которое может выражаться в применении угроз, шантажа, что указывает на явно криминальный характер правонарушения. Непосредственными объектами таких преступлений (принуждение к соавторству, отказу от авторства) выступают свобода воли автора и его здоровье.

Право авторства возникает автоматически с момента создания произведения, и от него, на первый взгляд, невозможно отказаться ввиду того, что личные неимущественные права неотчуждаемы. Следуя этой логике, можно сказать, что совершить присвоение авторства также невозможно. Но, в действительности, принуждение к соавторству и к отказу от авторства представляют собой присвоение авторства, совершенное с применением насилия и (или) с подавлением воли потерпевшего.

Авторам и правообладателям предоставляется надежная гражданско правовая защита от присвоения авторства, совершенного без применения насилия (по сути обмана в авторстве). Но они остаются беззащитными в случае совершения более опасных посягательств – принуждения к соавторству (кроме изобретателей) и принуждения к отказу от авторства. Интеллектуальная собственность как правовое благо должна защищаться гражданским законодательством и охраняться уголовным законодательством в полном объеме.

УК РФ 1996 года, сохранивший состав «принуждение к соавторству» (ч. 1 ст.

147), утратил состав «принуждение к отказу от авторства», который содержался в УК РСФСР 1960 года (ст. 141) и распространялся как на авторов, так и на изобретателей.

Некоторые исследователи предлагают установить уголовную ответственность за принуждение к соавторству и принуждение к отказу от авторства1. М.Л. Фирсов предлагает рассматривать принуждение к соавторству и принуждение к отказу от авторства в качестве квалифицирующих признаков плагиата2.



Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 6 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.