авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |

«ИСТОРИЯ № 2(16) И СОВРЕМЕННОСТЬ ...»

-- [ Страница 4 ] --

В. И. Пантин. Историческая роль России: между Западом и Востоком Завершая данную работу, следует признать, что на протяжении последних ста лет и власть, и большая часть интеллигенции в Рос сии довольно плохо и непоследовательно выполняли свою истори ческую задачу гармонизации отношений между восточными и за падными культурами, свою функцию дополнения и обогащения односторонних начал Запада и Востока. В то же время отдельные представители российской интеллигенции (например, Федор Дос тоевский, Владимир Соловьев, Николай Рерих) сделали в этом на правлении удивительно много, а их творчество настолько ценно и плодотворно, что искупает многие грехи России и оправдывает смысл ее существования. Российская власть и большинство рос сийской интеллигенции часто идут за односторонними идеология ми, которыми их щедро одаривают западные интеллектуалы, будь то коммунизм, неолиберализм, национал-социализм, неоконсерва тизм, постмодернизм или какой-нибудь другой «изм». В результате неизбежно возникают и воспроизводятся глубокие расколы в обще стве, проявляющиеся в метаниях из крайности в крайность, в рас качивании «маятника» российских смут и революций. Между тем выход для России не в них, а в осознании своего сложного, проме жуточного между Востоком и Западом положения и в выполнении своей трудной исторической роли.

Литература Ахиезер, А., Клямкин, И., Яковенко, И. 2008. История России: ко нец или новое начало? М.: Новое издательство.

Бродель, Ф. 1992. Время мира. Материальная цивилизация, экономи ка и капитализм. XV–XVIII вв. Т. 3. М.: Прогресс.

Дройзен, И. 1995. История эллинизма: в 3 т. Т. 3. Ростов н/Д.: Фе никс.

Дубин, Б. 2004. К вопросу о выборе пути: Элиты, масса, институты в России и Восточной Европе 1990-х годов. Вестник общественного мне ния. Данные. Анализ. Дискуссии 6: 21–28.

Кульпин, Э. С.

1995. Путь России. М.: Московский лицей.

1996. Бифуркация Запад – Восток. Введение в социоестественную историю. М.: Московский лицей.

2001. Русь между Западом и Востоком. М.: Институт востоковеде ния РАН.

112 История и современность 2/ Кульпин, Э. С., Пантин, В. И. 1993. Генезис кризисов природы и об щества в России. Вып. 1. Решающий опыт. М.: Институт востоковеде ния РАН.

Кульпин, Э. С., Клименко, В. В., Пантин, В. И., Смирнов, Л. М.

2005. Эволюция российской ментальности. М.: ИАЦ «Энергия».

Левада-Центр 2007. URL: http://www.levada.ru/press/2007072302.html 2011. URL: http://old.levada.ru/ press/2011062304.html Липкин, А. И. 2007. Российская самодержавная система правления.

Полис 3: 39–52.

Мень, А. 2004. Отец Александр Мень отвечает на вопросы слуша телей. М.: Фонд им. Александра Меня.

Общественное мнение – 2002 (по материалам исследований). М.:

ВЦИОМ.

Панарин, А. С. 1995. Россия в цивилизационном процессе (между атлантизмом и евразийством). М.: Институт философии РАН.

Тойнби, А. Дж. 1996. Цивилизация перед судом истории. М.: Изда тельская группа «Прогресс»;

«Культура».

Флоровский, Г. 1991. Евразийский соблазн. Новый мир 1: 195–211.

Фонд «Общественное мнение»

1999. Интернет-ресурс. URL: http://www.fom.ru/reports/frames/of 0501.html 2005. Интернет-ресурс. URL: http://bd.fom.ru/report/cat/frontier/interna tional_relations/truck_West/russ_europe/d Чаадаев, П. Я. 1989. Сочинения. М.: Правда.

А. М. ХАЗАНОВ ВОСТОЧНЫЙ ТИМОР: ДОЛГИЙ ПУТЬ К НЕЗАВИСИМОСТИ В статье показано, что важную роль в попытке изменить судьбу Восточного Тимора сыграли внерегиональные державы. Колониальный период в его истории был обусловлен этой попыткой. В 1974 г. Португа лия реализовала право Восточного Тимора на самоопределение. Характер этого самоопределения был обусловлен гражданской войной. 7 декабря 1975 г. индонезийские войска высадились в Восточном Тиморе, а в июле 1976 г. он был формально интегрирован в качестве провинции в Индоне зию. Индонезийская акция в Восточном Тиморе была классифицирована как проявление агрессии и геноцида. Португалия пожаловалась в Cовет Безопасности ООН. Проблема Восточного Тимора породила серьезные трудности в международных отношениях в Юго-Восточной Азии.

Ключевые слова: Португалия, Индонезия, Восточный Тимор, граж данская война, геноцид, агрессия, ООН, независимость, ФРЕТИЛИН.

С завоеванием Малакки в 1511 г. португальцы получили иде альную базу, с которой они могли развернуть борьбу за господство над южными морями и над торговлей специями (Sena 2001: 95).

Португальцы появились на Тиморе позже, чем на других остро вах Индонезии. Чтобы его достичь, они должны были проделать долгий путь (от Малакки до Тимора 300 лиг). Это расстояние и не хватка средств задержали «открытие» португальцами Тимора, о чьей славе производителя сандала высшего качества они давно бы ли наслышаны.

Если можно сомневаться, что Антониу де Абреу во время сво его путешествия, приведшего к открытию Молуккских островов, видел какие-либо острова архипелага Солор, то не подлежит со мнению, что Тимор появился на первых картах Индонезии, состав ленных Франсишку Родригешем около 1512 г. (Dicionario… 1994:

1034).

История и современность, № 2, сентябрь 2012 113– 114 История и современность 2/ Прибытие португальцев на Тимор датируется 1514 г. Начиная с этой даты португальские суда регулярно посещали данный остров и привозили туда из Малакки ткани из хлопка и металлические из делия (ножи, шпаги, мачете), которые обменивали на сандал, мед и воск (Thomaz 1998: 594).

Подробное описание кругосветного плавания Фернана Магел лана и Себастьяна дель Кано, которые оставил нам Пифагетта, со держит упоминание о том, что португальцы уже побывали на Ти море с торговыми целями («Мы достигли большого острова в 5 ли гах от Малуа» [Пифагетта 2000: 117]) до того, как в 1522 г. остров посетили испанцы. Торговцев из Малакки привлекала на Солоре и Тиморе прибыльная торговля сандалом, главным потребителем которого был Китай. Португальцы последовали примеру китайцев и мусульман (яванцев и малайцев), которые, по крайней мере, с XV в.

посещали эти места (Dicionario… 1994: 1034). Есть свидетельства, что во второй половине XVI в. регулярные ежегодные рейсы пор тугальских судов обеспечивали бесперебойную связь между пор тами на юге Тимора, Малаккой и Макао, откуда сандал поступал в Китай, однако вплоть до 1575 г. на Тиморе не существовало како го-либо постоянного поселения португальцев. Установление посто янного португальского присутствия на этом острове связано не с торговцами, а с миссионерами. Первым португальцем на Тиморе, о котором существует определенное свидетельство, был монах францисканец Антониу Тавейра, который в 1556 г. обратил в хри стианство многочисленных туземцев (Thomaz 1998: 594). В 1561 г.

первый епископ Малакки доминиканец Жоржи де Лузиа послал в этот район четырех монахов своего ордена, которые обосновались на острове Солор и оттуда систематически проводили миссионер скую работу на соседних островах Адунара, Флорес, Саву и Тимор.

Чтобы защитить построенный ими маленький монастырь на Солоре от атак «мавров» (с Явы и Макасара), доминиканцы построили форт. Вначале выбиравшийся доминиканцами комендант форта в конце XVI в. стал назначаться вице-королем Индии или самим ко ролем Португалии.

Будучи в 1575 г. изгнанными «маврами» из Солора, домини канцы основали миссии на островах Тимор, Адунара, Флорес (Ла рантука) и Саву, заботясь также о создании политико-военных А. М. Хазанов. Восточный Тимор: долгий путь к независимости структур, способных обеспечить продолжительность их присутст вия. На всех этих довольно густонаселенных островах португальцы вместе с другими торговцами архипелага вели небольшую и нере гулярную торговлю. Появление на сцене голландцев в 1595 г. резко осложнило ситуацию. Их атаки на Тимор, начавшиеся в 1613 г., вынудили португальцев в 1652 г. эвакуироваться на Флорес. Меж ду тем на Тиморе благодаря усилиям доминиканцев были обраще ны в христианство местные вожди, согласившиеся стать вассалами короля Португалии. Таким образом, остров мало-помалу вошел в португальскую сферу влияния и был административно подчинен коменданту Флореса.

Население подверглось беспощадному истреблению. Все побе режье острова было захвачено португальцами, но некоторые пле мена, оттесненные в глубинные районы, продолжали оказывать со противление. Полная картина того, как португальцы истребляли и эксплуатировали тиморцев, никогда не будет восстановлена, так как тиморские архивы были уничтожены японцами во время Вто рой мировой войны.

В 1646 г. португальцы построили форт в Купанге (остров Ти мор). Хотя Тимор административно зависел от Ларантука (Флорес), назначение комендантов Тимора с резиденцией в Купанге сделало последний центром португальского присутствия на этом острове.

Но в 1652 г. голландцы, захватив Купанг, вынудили португальцев эвакуироваться в Лифау, в нынешний анклав Окусси. С тех пор Купанг служил базой, откуда голландцы проводили операции, имевшие целью подстрекательство тиморцев к антипортугальским восстаниям (Dicionario… 1994: 1036).

В последней четверти XVII в. два авантюриста из Ларантука – Антониу Орнай и Домингуш да Кошта, узурпировав власть комен дантов, обращались с Тимором как со своим феодальным владени ем, но в то же время успешно сопротивлялись натиску голландцев.

Эта ситуация предопределила назначение первых губернаторов Солора и Тимора. Однако первый губернатор был вскоре изгнан неким узурпатором. Второй даже не сумел высадиться на берег.

Только в 1702 г. третий губернатор Антонио Коэлью Геррейро су мел занять свой пост и развернул бурную деятельность. Он пытался договориться с голландцами и занялся гражданской, военной 116 История и современность 2/ и юридической организацией Тимора, а также интеграцией вождей в колониальную административную структуру через выдачу им официальных патентов (Thomaz 1998: 505).

Один из них был назначен командовать войсками, предостав ленными местными вождями. Другие стали комендантами Серви анга и Белуша (то есть западной и восточной половин Тимора). Все вожди стали платить королевский налог («финта»), который позже был заменен подушным налогом (Ibid.).

Заключив соглашения с некоторыми вождями племен, голланд цы стали строить на острове постоянные поселения. К концу XVIII в. остров оказался поделенным: Голландии досталась запад ная часть, получившая название Сервианг (по названию местного княжества), а Португалии – восточная часть, названная португаль цами Белуш (от туземного слова, означающего «друг») (Хазанов 1967: 124).

Окончательному разделу острова между колонизаторами пред шествовали многочисленные походы португальцев против тимор цев, а также многолетняя португальско-голландская борьба за мо нопольное обладание островом.

Население Тимора оказывало колонизаторам длительное и упорное сопротивление.

Из всех португальских колоний Тимор был окончательно «за мирен» последним. Еще в 1912 г. португальские власти на Тиморе не могли чувствовать себя уверенно, так как им пришлось бы иметь дело с крупным восстанием тиморцев в районе Амбену. Португаль ский историк Базилиу де Са писал, что вплоть до этой даты история Тимора – это длинная история жестоких кампаний, постоянных вол нений, бдительности, сохранявшейся для установления, укрепления и защиты португальского господства на острове (de Sa 1949: 9).

Тиморцы постоянно восставали и при этом проявляли в борьбе с завоевателями столько мужества и героизма, что это не могли не признавать даже португальские историки. Базилиу де Са писал:

«Лифау, Мена, Кова, Ан-Тутум, Лаку-Марас, Кайлаку, Манатуту и другие пункты стали аренами мужества туземцев, которые упор но стремились искоренить и затопить в крови само имя португаль цев» (Ibid.).

А. М. Хазанов. Восточный Тимор: долгий путь к независимости По признанию другого португальского историка Афонсу де Каштру, «восстания на Тиморе были непрерывными, так что можно было сказать, что восстание там – нормальное состояние, а спокой ствие – исключение» (de Castro 1867: 101) Особенно крупные восстания тиморцев потрясли остров в 1719–1769 гг. В октябре 1726 г. португальцы осадили крепость Кайлаку, в которой укрывались повстанцы. Несмотря на нехватку воды и продовольствия, повстанцы несколько месяцев героически обороняли крепость. Португальцы убеждали осажденных сдаться, но те (в том числе и женщины с детьми) предпочли смерть рабству и сбросились со скалы на глазах у пораженных врагов. Столь же отчаянно сражались тиморцы и в других районах острова. Некото рыми крепостями португальцам удалось овладеть только при по мощи артиллерии. В 60-х гг. XVIII в. повстанческое движение на Тиморе приняло такой размах, что португальский губернатор Ме незиш вынужден был в 1769 г. бежать из столицы колонии Лифау в Дили, чем воспользовались голландцы, захватившие Лифау. Не смотря на нездоровый климат, Дили имел ряд преимуществ, в ча стности располагал превосходным портом. Поэтому он стал новой столицей «португальского» Тимора (Thomaz 1998: 596).

К середине XVIII в. голландцы, продвигавшиеся из Купанга, ок купировали или привлекли на свою сторону все княжества Сервиан га, за исключением Окусси и Амбено, которые превратились в ма ленький португальский анклав в середине вражеской территории.

Продвижение голландцев было остановлено только в Атапупо, который они оккупировали лишь в 1818 г.

Границы владений Голландии и Португалии на Тиморе были определены по договорам 1859, 1893 и 1904 гг. (последний был ра тифицирован в 1908 г.) (Хазанов 1967: 125).

В результате долголетних кровавых экспедиций португальцев и португальско-голландских столкновений население Тимора сокра тилось, а экономическое и культурное развитие территории было парализовано на долгие годы.

Единственное, что интересовало и привлекало португальских колонизаторов на Тиморе, был сандал, торговля которым приноси ла огромные прибыли. «Именно сандал, – признает португальский 118 История и современность 2/ историк Фелгаш, – был причиной многих войн, которые вели пор тугальцы с голландцами и туземцами» (Revista… 1962: 797).

Однако упадок торговли сандалом в начале XIX в. заставил ис кать новую базу экономической жизни территории в сельском хо зяйстве.

Губернатор Алкофораду-и-Соуза (1815–1819 гг.) ввел культуру кофе и пытался также выращивать сахарный тростник и хлопок (Thomaz 1998: 596).

Жозе Мариа Маркиш, которого король назначил губернатором в 1834 г., начал урбанизацию Дили и реорганизацию администра ции. В 1844 г. Макао и Тимор были выведены из-под юрисдикции вице-короля Индии. Тимор стал дистриктом Макао, эта ситуация сохранялась до 1894 г., когда Тимор был окончательно отделен от Макао.

В 1896 г. Тимор был объявлен независимой административной единицей (Хазанов 1967: 125). Губернатором был назначен Жозе Селестину да Силва – самый выдающийся из всех губернаторов Тимора. Его губернаторство (1894–1908 гг.) было отмечено кампа ниями «замирения», продолжавшимися 12 лет, и административ ными и экономическими преобразованиями.

Он ввел на Тиморе систему прямого управления через учреж дение военных постов. До этого был, по существу, режим протек тората: португальское присутствие ограничивалось портами, а во внутренних районах неограниченными правителями были мест ные вожди.

Провозглашение республики в Португалии (1910 г.) вызвало на Тиморе беспорядки, которыми тотчас же воспользовались голланд цы, аннексировавшие анклав Лакумарас и спровоцировавшие по следнее крупное восстание в истории Тимора – восстание Мануфа хи (1911–1913 гг.), подавленное губернатором Филомену да Кама ра при поддержке «лояльных» местных жителей.

Когда в 1941 г. японцы вступили во Вторую мировую войну, австралийцы и голландцы, рассматривая Тимор в качестве передне го края обороны против продвигавшейся на юг японской армии, нарушив нейтралитет Португалии, в превентивном порядке окку пировали Восточный Тимор (Урляпов И. В, Урляпов В. Ф. 2005:

38). Это дало японцам предлог для вторжения на Тимор, который А. М. Хазанов. Восточный Тимор: долгий путь к независимости они оккупировали более трех лет (с февраля 1942 по сентябрь 1945 г.) Японское вторжение превратило эту территорию в руины. Тысячи тиморцев были убиты. Португальцы и голландцы были интерниро ваны в концлагерь на Ликиса. Когда японцы сложили оружие, пор тугальцы быстро восстановили свою администрацию на острове.

Посланная из Мозамбика экспедиция обнаружила ее уже функцио нирующей и смогла спокойно вернуться через несколько месяцев (Thomaz 1998: 597).

В 1970-е гг. Восточный Тимор вошел в состав Португалии в ка честве заморской провинции (всего в период с 1514 по 1975 г. ад министративный статус острова менялся 19 раз). Он был представ лен в Национальном собрании Португалии и имел собственные ор ганы управления: губернатора, законодательный и исполнительный советы (Агеев 2001: 172).

Промышленность Тимора находилась в зачаточном состоянии.

Почти вся торговля на острове, как внутренняя, так и внешняя, на ходилась в руках китайцев. На экспорт шли кофе, копра, воск. Про винция импортировала практически все, что потребляла. В 1970 г.

объем экспорта составил 113 000 конто, импорта – 207 000 конто (Там же).

Таким образом, провинция существовала за счет метрополии, перечислявшей в фонд Восточного Тимора ежегодно примерно 100 000 конто (бюджет провинции в 1970 г. составлял 150 000 кон то, а ВВП – 489 000 конто, что в пересчете на душу населения со ставило 822 эскудо) (Там же).

Португальская революция 25 апреля 1974 г. ознаменовала на чало нового этапа в истории Тимора. Широкое общественное дви жение в поддержку демократических реформ в Португалии заста вило президента Португалии Спинолу 27 июля 1974 г. признать право народов колоний на независимость. Эти события резко акти визировали политическую жизнь Восточного Тимора.

Образовались три политические партии, выражавшие интересы различных социальных слоев провинции. Демократический союз Тимора (УДТ) отстаивал интересы интеллигенции, чиновничества, католического духовенства и вождей, интегрированных в порту гальскую администрацию. УДТ выступал за автономию Тимора в составе Португалии. Социально-демократическая ассоциация Ти 120 История и современность 2/ мора (АСДТ) под влиянием студентов-марксистов, вернувшихся из Португалии, позже трансформировалась в Революционный фронт за независимый Тимор, выражавший интересы большинства насе ления Восточного Тимора. Народно-демократическая ассоциация Тимора (АПОДЕТИ) – проиндонезийская организация, выступав шая за присоединение Восточного Тимора к Индонезии (Thomaz 1998: 604–605).

В октябре 1974 г. Восточный Тимор с официальным визитом посетил министр координации Португалии Алмейда Сантуш, а 11 июля 1975 г. был издан закон, определивший сроки действия португальской администрации на территории Восточного Тимора, а также способы осуществления тиморцами своего права на само определение: согласно статье 2 этого закона португальское госу дарство передавало Народному собранию, представлявшему насе ление острова, правомочия определить будущее нации (A questao… 1985: 16).

Однако этот план деколонизации не удалось осуществить.

События на Восточном Тиморе неожиданно приобрели бурный характер.

11 августа 1975 г. УДТ, подстрекаемый Индонезией и при тай ной поддержке некоторых других стран АСЕАН, попытался со вершить государственный переворот. Захватив склады оружия и окружив дворец правительства, члены УДТ потребовали изгнания из ФРЕТИЛИН наиболее радикальных элементов и поддерживав ших его чиновников и немедленного формирования переходного правительства, включающего представителей УДТ и умеренных элементов ФРЕТИЛИН.

ФРЕТИЛИН предпринял ответные действия. Его члены захва тили генштаб и организовали эвакуацию португальских военных и их семей в Австралию. Губернатор бежал на остров Атауро, оста вив на Тиморе вакуум власти. На острове началась гражданская война, особенно ожесточенная в Дили. За три дня боев было убито до 3000 человек. Быстро разгромленные ФРЕТИЛИНом отряды УДТ в сентябре 1975 г. отступили к индонезийской границе, кото рую они смогли пересечь только после того, как лидеры УДТ со гласились на аннексию Восточного Тимора Индонезией (Thomaz 1998: 608).

А. М. Хазанов. Восточный Тимор: долгий путь к независимости К концу августа 1975 г. ФРЕТИЛИН контролировал практиче ски всю территорию Восточного Тимора. Лидеры УДТ были аре стованы или бежали (A questao… 1985: 17).

Руководители УДТ, АПОДЕТИ и мелких партий, превратив шись в марионеток, манипулируемых Джакартой, в октябре 1975 г.

объявили о том, что они объединяют свои партии в Антикоммуни стическое движение (МАК), борющееся за интеграцию с Индоне зией (Thomaz 1998).

28 ноября 1975 г. ФРЕТИЛИН в одностороннем порядке про возгласил независимость Восточного Тимора. Была образована Де мократическая республика Восточный Тимор, обладающая Консти туцией, органами управления в лице правительства и президента, по литической программой и вооруженными силами (A questao… 1985:

17). Президентом ДРВТ стал Шавьер де Амарал. Новая республика была признана лишь несколькими (в основном португалоязычны ми) африканскими государствами.

Коалиция партий, возглавляемая АПОДЕТИ, обратилась к Ин донезии с просьбой о присоединении к ней Восточного Тимора.

В июне 1975 г. португальское правительство организовало в Макао (Аомынь) переговоры о будущем Восточного Тимора, на которые были приглашены представители всех политических сил острова. Лиссабон предложил создать к 1976 г. местную законода тельную ассамблею, задачей которой явилась бы разработка кон ституции и создание временного правительства для проведения плебисцита по поводу самоопределения, который планировался на 1978 г. ФРЕТИЛИН бойкотировал встречу в Макао из-за принци пиального несогласия с предлагавшейся метрополией отсрочкой независимости и развернул вооруженную войну. Уже в ноябре Ин донезия направила в Восточный Тимор свои войска, которые пода вили гражданскую войну самым жестоким образом.

При этом индонезийская армия, вооруженная современным американским и британским оружием, опустошила страну и унич тожила около половины ее жителей. Многие из оставшихся в жи вых были брошены в концлагеря. Президент и вице-президент ФРЕТИЛИН были казнены в 1979 г.

7 декабря 1975 г. Джакарта аннексировала Восточный Тимор и превратила его в свою 27-ю провинцию (Government… 1975: 15).

122 История и современность 2/ Многие страны, в первую очередь Португалия, отказались признать аннексию, ссылаясь на отсутствие волеизъявления коренного насе ления. Португалия разорвала дипломатические отношения с Индо незией.

ООН никогда официально не признавала Восточный Тимор ча стью Индонезии. Несколько резолюций ООН обращали внимание на тяжелое положение Восточного Тимора и требовали вывода от туда иностранных войск для того, чтобы обеспечить самоуправле ние территории под контролем ООН. Однако существовал разрыв между теорией и практикой. 12 декабря 1975 г. резолюция Гене ральной Ассамблеи ООН осудила вторжение Индонезии и призвала к немедленному выводу ее войск. США, Великобритания, Австра лия, ФРГ и Франция воздержались, а Япония голосовала против этой резолюции. К тому времени, когда вопрос обсуждался СБ ООН, западные державы узнали о масштабах нарушения прав че ловека в Восточном Тиморе и поэтому решили поддержать резо люцию, призвавшую «все государства уважать территориальную целостность Восточного Тимора». Однако Международный Суд (юридический орган ООН) отверг иск Португалии, требовавшей признать незаконной оккупацию Индонезией Восточного Тимора.

Стоит особо остановиться на позиции США. Американское правительство, по существу, одобрило незаконную индонезийскую оккупацию Восточного Тимора. Оно смотрело сквозь пальцы на нарушения там прав человека. Более того, оно продало оружия Ин донезии более чем на миллиард долларов уже после оккупации ею Восточного Тимора. Президент США Дж. Форд и госсекретарь Г. Киссинджер побывали в Джакарте 5 декабря 1975 г., то есть за два дня до начала индонезийской атаки на Восточный Тимор. Этот визит означал зеленый свет для атаки. По мнению экспертов, если бы у Джакарты не было западного оружия, ФРЕТИЛИН мог бы разгромить вторгшиеся индонезийские войска. Поставки американ ского оружия Индонезии с 1974 по 1975 г. увеличились более чем в четыре раза (с 12 млн до 57 млн долларов).

Под влиянием «вьетнамского синдрома» Вашингтон в тех ус ловиях стремился поддерживать дружественные отношения с анти коммунистическим правительством Индонезии. В военном плане США были заинтересованы в сохранении доступа для прохода сво А. М. Хазанов. Восточный Тимор: долгий путь к независимости их атомных подводных лодок вдоль берегов Тимора через глубоко водные проливы, соединяющие Тихий и Индийский океаны.

ФРЕТИЛИН эвакуировала свой генштаб в лесистую зону Фату Беси, где в течение трех месяцев функционировала радиостанция, которая вела передачи на тетум, португальском, английском и ма лайском языках. Из-за ожесточенного сопротивления отрядов ФРЕ ТИЛИН продвижение индонезийских войск вглубь территории шло очень медленно. Районный центр Айнаро был оккупирован только 21 февраля 1976 г., а Эсмера – 9 апреля 1976 г. Оккупация админи стративных постов завершилась лишь в 1979 г. (Thomaz 1998: 609).

Джакарта продвигалась к полной юридической интеграции тер ритории с помощью политики «малых шагов». Сначала, заявляя о признании португальского суверенитета над Тимором, она учреди ла в Дили марионеточное правительство во главе с лидером АПО ДЕТИ, коллаборационистом в период японской оккупации Арнал ду душ Реиш Араужу. Затем в присутствии специально пригла шенных для этого иностранных делегаций она созвала в Дили «На родную Ассамблею», якобы избранную, а де-факто назначенную оккупационными властями. Эта Ассамблея единодушно попросила об интеграции Тимора в Индонезию 31 мая 1976 г. После того как на оккупированную территорию была послана миссия, чтобы «удо стовериться в искренности этой просьбы», и после внесения изме нений в Конституцию Индонезии, не разрешавшую интеграцию иностранных территорий, правительство Сухарто объявило 17 ав густа 1976 г. Восточный Тимор 27-й провинцией Индонезии (Ibid.).

Последовали повсеместное насаждение индонезийской культу ры, языка, запрет на использование языков тетум и португальского, принудительная отправка детей на обучение в Джакарту, а также массированная индонезийская пропаганда, направленная против ФРЕТИЛИН (Агеев 2001: 176).

Дили была разграблена, в Джакарту были перевезены радио станция, операционный блок больницы, автомобили, обстановка домов и т. д. На набережной в Дили были расстреляны, «чтобы по казать, что станет с теми, кто будет сопротивляться интеграции», 27 мужчин и 32 женщины, произвольно выбранные из толпы (Thomaz 1998: 610).

124 История и современность 2/ Во многих селениях взрослые были расстреляны, остались только дети. Лица, не симпатизировавшие идее интеграции, вытас кивались из домов и сбрасывались в море с вертолетов. Помощь, поступавшая от Красного Креста, благотворительных организаций и от Джакарты, часто распределялась среди оккупационных войск или продавалась по очень дорогой цене тем, кто был в состоянии ее купить.

Война, голод и неспособность индонезийского правительства организовать снабжение населения товарами первой необходимо сти привели к катастрофической ситуации. В октябре 1978 г. окку пационные власти официально сообщили, что из 670 270 жителей Тимора, зарегистрированных в результате переписи 1970 г., оста лось только 329 271 (Thomaz 1998: 611).

Все эти годы отряды сопротивления ФРЕТИЛИН, укрывшиеся в недоступной горной местности, вели борьбу с регулярными ин донезийскими войсками и полицией (Pour, Moerdani 1993: 332).

C обеих сторон погибло несколько тысяч человек (Far Eastern… 1981: 16). Лидер освободительного движения Восточного Тимора Шанана Гужмау был схвачен индонезийской полицией в пригороде Дили 20 ноября 1992 г. и приговорен вначале к пожизненному за ключению, а затем к 20 годам тюрьмы, где подвергался пыткам (Timor… 1997: 10).

В начале 1998 г. президент Португалии Жоржи Сампайу при нял в Лиссабоне лидеров движения сопротивления Восточного Ти мора – лауреата Нобелевской премии 1996 г. Рамуша Орта, Ж. Кар раскалана и Ж. Л. Гуттериша (Diario… 1998). Вскоре после этого на острове был организован национальный конвент Восточного Тимора, на котором избрали переходное (теневое) правительство, уполномоченное готовить территорию к независимости. Конвент утвердил конституционную хартию, провозглашавшую права ти морцев (Ibid.).

Сторонники независимости Восточного Тимора особенно акти визировались после вынужденной отставки президента Сухарто в мае 1998 г. Наконец, 5 мая того же года при посредничестве ООН Джакарта и Лиссабон подписали соглашение о проведении рефе рендума, позволяющего населению Восточного Тимора сделать свободный выбор.

А. М. Хазанов. Восточный Тимор: долгий путь к независимости После двадцати трех лет аннексии Восточного Тимора Джакар той его коренное население наконец получило право решить: оста нется ли территория в составе Индонезии в качестве особой авто номной области или же станет независимым государством.

30 августа 1999 г. под наблюдением специальной миссии ООН – УНАМЕТ (UNAMET) на Тиморе прошел референдум. Под усиленной охраной полицейских сил ООН и Индонезии, а также под пристальным наблюдением международных обозревателей здесь открылись 200 избирательных участков. Накануне референ дума практически на всем Тиморе проходили кровавые стычки ме жду сторонниками статус-кво и желающими полной независимости этой небольшой территории общей площадью 14 615 кв. км.

В бюллетени для голосования было внесено два вопроса: при нимаете ли вы особую автономию для Восточного Тимора в рамках унитарного государства Республики Индонезии? Отвергаете ли вы предложенную особую автономию для Восточного Тимора, что приведет к выходу из состава Индонезии (JJAS 2000: 21)?

Вопреки опасениям референдум 30 августа прошел без серьез ных инцидентов. По заявлению представителей миссии ООН, в ре ферендуме приняли участие более 90 % избирателей, 78,5 % изби рателей высказались за независимость от Джакарты (Ibid.).

Когда УНАМЕТ объявила результаты референдума, ясно пока завшие нежелание жителей Восточного Тимора оставаться под вла стью Индонезии, пресса Джакарты обрушилась на них с градом уп реков. Она возмущалась неблагодарностью населения Восточного Тимора, для которого Индонезия якобы сделала много добра. Кро ме того, под вопрос была поставлена достоверность итогов рефе рендума. УНАМЕТ была обвинена не только в пристрастности, но и в мошенничестве. Встав в позу ревностных защитников демокра тии, индонезийские власти обвинили Миссию ООН в том, что она слишком поспешно объявила результаты референдума, не подверг нув их тщательной проверке, а проверявших итоги референдума – в том, что они были необъективны, поскольку все являлись сторон никами независимости (Kompas 1999).

Сразу же после референдума Индонезия ввела на территорию Восточного Тимора 15 000 своих солдат, которые учинили там 126 История и современность 2/ страшную кровавую резню и погромы. Они убили тысячи людей, сжигали дома, грабили все, что попадалось им под руку.

Президент Индонезии Юсуф Хабиби выступил с неуклюжими объяснениями: он утверждал, что кровавые эксцессы, которые име ли место после референдума, якобы были «гражданской войной»

между самими тиморцами и что их дома сжигали не индонезийские солдаты, а сами тиморцы перед тем, как бежать из Дили в Запад ный Тимор. Отвечая на вопросы индонезийской Комиссии по на рушению прав человека, генерал Виранто отрицал какое-либо уча стие индонезийской армии в насилии: «Морально мы хотели, что бы победили сторонники интеграции, но мы ничего не предприни мали, чтобы помочь им победить. Конечно, милиция естественно зависела от армии. В некоторых случаях мы вооружили ее. Но она существовала задолго до референдума» (Asiaweek). Индонезийские власти отрицали массовые убийства. Армейская верхушка призна ла, что число убитых исчислялось сотнями, в то время как епископ Бело заявил, что в ходе сентябрьской резни было убито 10 000 че ловек. Точную оценку числа жертв этой резни сделать трудно, в частности, и потому, что приблизительно 200 000 восточных ти морцев бежали или были депортированы в Западный Тимор. Нет ничего удивительного в том, что официальные лица Джакарты от вергали термин «депортация» для характеристики массовой мигра ции тиморцев. Они называли ее «эвакуацией беженцев» с помощью военных. Индонезийская пропаганда уверяла, что люди спонтанно бегут либо в Западный Тимор, либо в горы к югу от Дили, спасаясь от ФРЕТИЛИН.

Джакарта отвергала обвинения в геноциде и цифру в 200 000 бе женцев, постоянно называемую ФРЕТИЛИН и португальскими источниками. Реальная цифра, утверждала Джакарта, менее 100 000 беженцев, и она связана не с жестокостями индонезийской армии, а с различными обстоятельствами и прежде всего с граж данской войной в Восточном Тиморе до индонезийского наступле ния в декабре 1975 г., а также с массовым голодом, вызванным не урожаем 1978 г., когда умерли десятки тысяч людей.

«Нас оклеветали, Индонезия терпит крах», – эти слова часто можно было услышать в Джакарте во время восточнотиморского кризиса в сентябре 1999 г. Общественное мнение в Индонезии от А. М. Хазанов. Восточный Тимор: долгий путь к независимости крыто выражало свое глубокое разочарование, крушение надежд и бессильный гнев в связи с тем фактом, что население Восточного Тимора отвергло на референдуме 30 августа идею интеграции с Индонезией. Еще большее возмущение в Индонезии вызвало вме шательство миротворческих сил ООН.

Несколько десятков тысяч беженцев оказались в Западном Ти море, где активно выражали свое недовольство бездействием ООН (Итоги 1999: 28). Мировая общественность пыталась оказать дав ление на Джакарту, с тем чтобы в Тимор были допущены миро творческие силы ООН. Однако индонезийские власти категориче ски отказывались от международного вмешательства в любом виде.

Между тем представители многих государств обвинили президента Индонезии Юсуфа Хабиби в невыполнении соглашения от 5 мая 1999 г., подписанного ООН, Португалией и Индонезией, согласно которому последняя обязалась обеспечивать мир и безопасность в Восточном Тиморе.

За исключением Австралии и Новой Зеландии, все лидеры го ворили о необходимости соответствующего решения СБ ООН и со гласия Джакарты на отправку миротворцев. Очевидно, что на Ин донезию оказывалось сильное давление: в то время как делегат Джакарты в СБ ООН говорил о том, что приход миротворцев «только ухудшит» ситуацию, а Россия и Китай ясно дали понять в Нью-Йорке, что наложат вето на резолюцию об отправке войск без согласия Индонезии. Экономическое положение Индонезии было не таким, чтобы долго сопротивляться. И Юсуфу Хабиби пришлось дать согласие на отправку миротворцев в Восточный Тимор. В середине сентября 1999 г. Б. Клинтон заявил, что Пента гон мог бы предоставить 600 военнослужащих, но для второсте пенных функций – осуществления разведки, связи и т. д.

Тогда же СБ ООН единогласно проголосовал за резолюцию по отправке межнациональных сил в Восточный Тимор (Коммер сантъ-Власть 1999). Поспешность объяснялась во многом тем, что ООН стремилась восстановить свою репутацию и в целом между народный правопорядок после катастрофы в Косово, когда роль Совбеза самочинно присвоила НАТО, что привело к ужасающим последствиям.

128 История и современность 2/ 21 сентября 1999 г. началась миротворческая операция ООН – 7500 миротворцев высадились в Восточном Тиморе (Asiaweek 1999: 26). Она оценивалась в мире как решающая попытка ООН доказать мировому сообществу, что эта организация способна до биться успеха в такого рода начинаниях. Миротворчество не с лучшей стороны показало себя в Руанде в 1994 г., а также в Боснии и Камбодже. И это притом что последние две операции готовились долго, в то время как в Восточном Тиморе была потребность в бы строй, практически мгновенной высадке. ООН обвиняли в том, что ситуация, сложившаяся на острове после референдумa о независи мости, не была просчитана в Нью-Йорке заранее, хотя Джакарта и предупреждала Кофи Аннана, что референдум, независимо от его исхода, приведет к гражданской войне.

Уже в начале октября 1999 г. Шанана Гужмау, лидер сторон ников независимости Восточного Тимора, прибыл в Лиссабон (Diario… 1999). Накануне визита он имел продолжительную встре чу с Кофи Аннаном, а также с министрами иностранных дел Пор тугалии и Индонезии.

В октябре 1999 г. Народный консультативный конгресс на вне очередной сессии единогласно одобрил итоги референдума в Вос точном Тиморе, а в конце того же месяца последний индонезий ский представитель покинул бывшую 27-ю провинцию. Тогда же СБ ООН принял резолюцию о создании Временной администрации ООН в Восточном Тиморе. В качестве переходного правительства под председательством уполномоченного Генсека ООН была обра зована Национальная консультативная комиссия. 30 августа 2001 г.

состоялись выборы в Конституционную Ассамблею. Убедитель ную победу одержал ФРЕТИЛИН, завоевавший 55 из 88 депутат ских мест (Урляпов И. В., Урляпов В. Ф. 2005: 149).

На основе волеизъявления народа было сформировано прави тельство Восточного Тимора, в котором ФРЕТИЛИН получил 9 министерских портфелей.

20 мая 2002 г. была провозглашена Демократическая Республи ка Восточный Тимор – Лешти (Восточный Тимор). Первым прези дентом Восточного Тимора был избран Шанана Гужмау. В конце сентября 2002 г. республика была принята в качестве 191-го члена в ООН.

А. М. Хазанов. Восточный Тимор: долгий путь к независимости Литература Агеев, Ю. Е. 2001. Национально-освободительное движение на Вос точном Тиморе – «Мир Лузофонии». СПб.

Итоги. 1999. 14 сентября.

Коммерсантъ-Власть. 1999. № 36. 14 сентября.

Пифагетта, А. 2000. Путешествие Магеллана. М.: Мысль.

Урляпов, И. П., Урляпов, В. Ф. 2005. Восточный Тимор: терни стый путь к независимости. М.: Гуманитарий.

Хазанов, А. М. 1967. Политика Португалии в Африке и Азии. М.:

Наука.

A questao de Timor Leste. Luanda, 1985.

Asiaweek. 1999. October 1. P. 26.

De Castro, A. 1867. As Possessoes portuguezas na Oceania. Cap. VIII.

Lisboa: Imprensa Nacional.

De Sa, B. 1949. Aplanta de Cailoco. Lisboa.

Diario de noticias (Lisboa). 1998. 30.01.

Diario de noticias (Lisboa). 1999. 9.10.

Dicionario de historia dos descobrimentos portugueses. Vol. II. Lisboa, 1994.

Far Eastern Economic Review. 1981. February 6.

Government Statement on East Timor. Question. Jakarta, 1975.

JJAS Newsletter. 2000. No 21. February.

Kompas. 1999. September 4.

Pour, J., Moerdani, B. 1993. Profile of a Soldier Statesman. Jakarta.

Revista militar. No 11. Lisboa, 1962.

Sena, T. 2001. Connections between Malacca, Macau and Siam: An ap proach towards a comparative study. Portuguese Studies Review 9(1–2). Dur ham, New Hampshire.

Thomaz, L. F. 1998. De Ceuta a Timor. Lisboa.

Timor Asia Circular. Faculdade de Letras. 1997. 25.06.

ПРИРОДА И ОБЩЕСТВО В. В. КЛИМЕНКО, В. В. МАЦКОВСКИЙ, Л. Ю. ПАХОМОВА КОЛЕБАНИЯ КЛИМАТА ВЫСОКИХ ШИРОТ И ОСВОЕНИЕ СЕВЕРО-ВОСТОЧНОЙ ЕВРОПЫ В СРЕДНИЕ ВЕКА* В работе предпринята попытка построения новой сравнительной хронологии климатических и исторических событий в Северо-Восточной Европе (VIII–XVII вв.). В первой части построена климатическая хроно логия, основанная на использовании косвенных данных о климате – денд рохронологической, палинологической и исторической информации. Она отражает климатическую историю указанного региона за последние два тысячелетия и использована для построения сравнительной хронологии климатических и исторических событий, которая представлена во вто рой части настоящей работы. Приведены несколько вариантов клима тической реконструкции, из которых в результате серии верификацион ных процедур выбран один. Сравнение реконструкции декадных значений среднегодовой температуры в Северо-Восточной Европе с региональны ми и полушарными реконструкциями показывает, что крупные климати ческие события в той или иной мере проявлялись как в масштабах всего Северного полушария, так и в его отдельных регионах. При этом менее значительные климатические изменения на региональном уровне могут существенно отличаться от общей климатической картины в полуша рии. Построенная хронология обладает заметно большей амплитудой изменчивости по сравнению с другими реконструкциями, что объясняет ся, во-первых, эффектом арктической амплификации, а во-вторых, от носительно небольшими размерами региона исследования, где климати * Работа была выполнена в Рейнском университете (Бонн, Германия) при подержке фонда Александра фон Гумбольдта.

История и современность, № 2, сентябрь 2012 130– В. В. Клименко и др. Колебания климата в Средние века ческие изменения в основном синхронны на всей его территории, а зна чит, не сглаживают друг друга при осреднении.

Ключевые слова: климат, Северо-Восточная Европа, социоестест венная история.

КЛИМАТИЧЕСКАЯ ХРОНОЛОГИЯ Связь климатических и социальных изменений особенно силь на в маргинальных областях обитания человека, таких как аридные области (степи, пустыни и полупустыни) и высокоширотные ре гионы, к числу которых относится Северо-Восточная Европа. Су ществует обширный корпус литературы на эту тему, восходящий к античному времени, в том числе к трудам Аристотеля, Теофраста и Гиппарха. В последние десятилетия исследования по этой тема тике в связи с осуществлением грандиозного прорыва в области наук о Земле, в частности сведений о климате прошлого, приобре ли новый импульс, что выразилось в многочисленных работах об истории кочевников Евразии (Гумилев 1967), о судьбах государ ства майя (Hodell et al. 1995;

Aimers, Hodell 2011) и ближнево сточных цивилизаций (Weiss 1982), взаимоотношениях Китая с северными кочевыми народами (Fang, Liu 1992), поворотах ис тории Западной Европы (Buntgen et al. 2011). Изучение возмож ного влияния колебаний климата на исторический процесс в Се веро-Восточной Европе делает свои первые шаги. В настоящей работе предпринята попытка прямого сопоставления климатиче ских и исторических событий в этом регионе в течение последних полутора тысячелетий.

Цели, задачи, регион исследования Освоение и заселение Северо-Восточной Европы славянски ми племенами началось в эпоху Великого переселения народов в V–VI вв. и, по крайней мере, до начала XI в. происходило ис ключительно в умеренной и субарктической климатических зо нах. Только сильное потепление климата на рубеже тысячелетий сделало возможным постепенное проникновение новгородцев в более высокие широты – на Кольский полуостров, в низовья Печоры, в предгорья Северного Урала. Поскольку характер ко лебаний климата в умеренной и арктической зонах Северо Восточной Европы значительно различается, для построения 132 История и современность 2/ сравнительной хронологии в настоящей работе используются два различных архива климатической информации:

– архив среднесезонных и среднегодовых температур, а также количества осадков в центральной части европейской территории России (до 1100 г.) (Клименко, Слепцов 2003);

– реконструкция среднегодовых температур в Северо-Восточной Европе (после 1100 г.). Построение этой реконструкции является предметом исследования в первой части настоящей работы.

Рис. 1. Карта региона исследования с указанием местоположений, для которых имеются косвенные климатические данные. Квадратами обозна чены палинологические данные, треугольниками – дендрохронологиче ские, кружками – важнейшие исторические свидетельства Регион исследования представляет собой территорию, ограни ченную восточным побережьем Кольского полуострова на западе (40° в. д.), мысом Челюскин (полуостров Таймыр) на востоке (104° в. д.) и 60-й параллелью на юге (рис. 1). Южная граница ре гиона (60-я параллель) выбрана таким образом, потому что, во первых, это совпадает с наиболее распространенным определением границ Арктики (Chylek et al. 2009;

Kuzmina et al. 2008;

Overland et al. 2004;

Przybylak 2000), а во-вторых, для более южных терри торий за указанный период имеется подробная климатическая ре конструкция (Клименко, Слепцов 2003). Для построения сравни В. В. Клименко и др. Колебания климата в Средние века тельной хронологии ранее XII в. в настоящей работе используется именно реконструкция Клименко – Слепцова, так как в этот исто рический период интенсивного заселения северных территорий не происходило. Западная граница исследуемого региона определяет ся территорией, освоение которой новгородцами относится к нача лу XII в., – именно тогда они впервые обосновались на правом бере гу Северной Двины, что и означало, по сути, начало колонизации се веро-восточных территорий. Восточная граница определяется основ ным историческим театром действий в период с конца XI и до конца XVII столетия. Именно полуостров Таймыр оказался той естествен ной границей, которую за все это время так и не удалось преодолеть.

Единственный вплоть до конца XVII в. достоверно известный факт продвижения за мыс Челюскин состоялся около 1618 г. и был под робно описан А. П. Окладниковым (1957).

Первой задачей данного исследования является построение климатической реконструкции для указанного региона за послед ние 2000 лет на основе всех доступных косвенных данных о клима те. Так как большинство использованных косвенных данных (па линологические и исторические) описывает среднегодовую темпе ратуру воздуха, то реконструировалась именно среднегодовая тем пература. Кроме того, в силу пока непреодолимого дефицита климатической информации мы сочли целесообразным сосредото читься на реконструкции среднедекадных значений температуры, что, кстати, вполне соответствует целям построения сравнительной хронологии климатических и исторических событий, поскольку общество реагирует, как правило, не на отдельные, пусть и значи тельные, межгодовые колебания климата, а на устойчивые его из менения с характерными временами, сопоставимыми с продолжи тельностью жизни поколения (20–22 года).

Описание используемых данных В настоящее время научная общественность сходится во мне нии, что для построения качественной реконструкции климата необходимо использовать не только данные высокого разреше ния, дающие возможность реконструировать такие точечные со бытия, как изменение температуры воздуха из-за сильных вулка нических извержений, но и данные низкого разрешения, позво ляющие корректно реконструировать амплитуду значительных 134 История и современность 2/ климатических колебаний (Moberg et al. 2005;

Mann et al. 2008;

Jones et al. 2009).

С учетом сказанного в настоящей работе были использованы следующие данные: 1) древесно-кольцевые данные по ширине и плотности годичных колец деревьев – для подробной реконструкции точечных климатических событий;

2) палинологические (спорово пыльцевые) данные – для восстановления долгопериодного сигнала и уточнения его амплитуды;

3) исторические данные – позволяющие, по-видимому, наиболее точно восстановить климатические события прошлого, но покрывающие немногим более 500 лет.

Описание всех использованных данных приведено в таблице 1, а их графическая интерпретация дана на рис. 2.

Таблица Косвенные данные о климате, использованные для построения реконструкции температур в Северо-Восточной Европе Реконст Место- Год Год руируе- Дол- Ши Тип поло- на- окон- Источник мый гота рота жение чала чания параметр 1 2 3 4 5 6 7 Пыльце- Надым Тг 72 64 545 1555 Velichko вые et al. Пыльце- Мели- Тг 38 57 370 1555 Климанов и др.

вые хово Пыльце- Сале- Тг 66 67 0 1555 Velichko вые хард et al. Пыльце- Архан- Тг 43 64 0 1555 Ibid.

вые гельск Пыльце- Хайпу- Тг 60 68 0 1555 Andreev, вые дыр- Klimanov 2000;

ская Velichko губа et al. Ширина Ямал Тл 70 67 0 1995 Hantemirov, годичных Shiyatov колец де- (декадные зна ревьев чения из: Kauf man et al. 2009) В. В. Клименко и др. Колебания климата в Средние века Окончание табл. 1 2 3 4 5 6 7 1995 Naurzbaev et al.

Ширина Тай- Тл 102 72 2002 (декадные годичных мыр значения из:

колец Kaufman et al.

деревьев 2009) Истори- Рекон- Тг 50–80 65–80 1495 1995 Klimenko струк ческие ция для Северо Вос точной Европы 1. Аномалии среднегодовых температур 0. -0. - 1 2 3 -1. 0 200 400 600 800 1000 1200 1400 1600 1800 Годы Рис. 2. Осредненные косвенные климатические данные: палинологи ческие (1), дендрохронологические (2, 3), исторические (4). Температур ные аномалии представлены в отклонениях от среднего за период 1951– 1980 гг.

Для калибровки реконструкции и верификации ее современной части использовались осредненные данные с 12 длиннорядных ме теостанций, расположенных в регионе исследования и непосредст венной близости от него (рис. 3). Наблюдения на этих метеостан 136 История и современность 2/ циях начались в следующие годы (в хронологическом порядке):

Архангельск – 1813, Петрозаводск – 1816, Сыктывкар – 1817, Вар дё – 1829, Тобольск – 1832, Томск – 1837, Хапаранда – 1860, Кемь – 1862, Енисейск – 1871, Туруханск – 1881, Салехард и Ма лые Кармакулы – 1886 г. (по данным Глобальной сети историче ской климатологии GHCN;

Peterson, Vose 1997).

Рис. 3. Расположение длиннорядных метеостанций в регионе иссле дования: (1) Хапаранда;

(2) Вардё;

(3) Архангельск;

(4) Кемь;

(5) Петроза водск;

(6) Малые Кармакулы;

(7) Салехард;

(8) Тобольск;

(9) Сыктывкар;

(10) Туруханск;

(11) Томск;

(12) Енисейск Описание итогового осреднения и калибровки Для итоговой реконструкции описанные косвенные источники климатической информации были объединены следующим обра В. В. Клименко и др. Колебания климата в Средние века зом. Дендрохронологические данные, покрывающие весь иссле дуемый период (2000 лет), осреднялись с палинологическими (0–1555 гг.) и историческими (1495–1995 гг.) данными. Веса при осреднении выбирались либо равными, либо варьировались в диа пазоне от 0,5 до 1,0 в зависимости от точности и детальности дан ных, а также степени доверия к ним. Далее процедура реконструк ции включала коррекцию на основе палеоклиматической информа ции за последние 3 миллиона лет (Miller et al. 2010), а также дан ных ранних инструментальных наблюдений.


Кроме того, мы использовали стандартную калибровку по дан ным современных инструментальных наблюдений. Процедура по следней заключалась в расчете коэффициентов линейной регрессии реконструированных данных на инструментальные с последующей корректировкой реконструированных значений. Также мы исполь зовали альтернативный метод калибровки, когда для реконструи рованных данных на периоде, соответствующем инструменталь ным данным, устанавливаются такие же дисперсия и среднее, как у инструментальных данных. На рис. 4 приведены все три варианта реконструкции с различными калибровками.

На графике видно (рис. 4), что применение различных вариан тов калибровки реконструируемых значений температуры, а также различных вариантов использования палинологических данных не слишком сильно отражается на масштабе колебаний и вовсе не ме няет характер чередования теплых и холодных эпизодов в течение всего периода исследования. Тем не менее, исходя из полного ком плекса представлений об изменениях арктического климата, в том числе изложенных в настоящей работе, мы склонны рекомендовать для построения сравнительной хронологии климатических и исто рических событий вариант реконструкции, основанный на калиб ровке с учетом эффекта арктической амплификации и минималь ных значениях, определенных по ранним инструментальным дан ным (кривая 1 на рис. 4).

138 История и современность 2/ 1. Аномалии среднегодовых температур 0. 0. 0. 0. -0. -0. -0. -0. - -1. 1 2 3 -1. -1. 0 200 400 600 800 1000 1200 1400 1600 1800 Годы Рис. 4. Варианты реконструкции с различной калибровкой: основан ная на эффекте арктической амплификации и минимальных значениях по ранним инструментальным данным (1);

калибровка на инструментальном периоде с линейной регрессией (2);

калибровка на инструментальном пе риоде с такими же средним и дисперсией (3). Жирной линией показаны инструментальные данные, использованные для калибровки (4) Сравнение с другими реконструкциями Интересно сравнить полученную хронологию среднегодовых температур с другими реконструкциями. Для этой цели были ис пользованы как недавняя региональная реконструкция для всей Арктики (Kaufman et al. 2009), так и реконструкции для Северного полушария (Esper et al. 2002;

Moberg et al. 2005;

Клименко 2009;

Mann et al. 2008), а также для его внетропических широт (30–90° с. ш.) (рис. 5, 6) (Ljungqvist 2010).

Сразу обращает на себя внимание заметно большая изменчи вость температур в нашей хронологии по сравнению с другими (рис. 5). Это находится в полном соответствии с известным эффек том арктической амплификации (увеличения амплитуды колебаний температур в высоких широтах по сравнению с Северным полуша рием), который, согласно последним исследованиям, заключен в диапазоне 1,7–3,4 (Bekryaev et al. 2010;

Miller et al. 2010).

В. В. Клименко и др. Колебания климата в Средние века 1. 1 2 3 Аномалии среднегодовых температур 0. -0. - -1. 0 200 400 600 800 1000 1200 1400 1600 1800 Годы Рис. 5. Сравнение новой хронологии для Северо-Восточной Евро пы (1) с полушарными реконструкциями Моберга и др. (2), Клименко (3), Эспера и др. (4). Все реконструкции приведены к отклонениям от клима тической нормы 1951–1980 гг. и среднедекадным значениям 1. Аномалии среднегодовыхтемператур 0. -0. -1 1 2 -1. 0 200 400 600 800 1000 1200 1400 1600 1800 Годы Рис. 6. Сравнение новой хронологии для Северо-Восточной Евро пы (1) с реконструкцией Люнквиста для нетропических широт 30–90° с. ш. (2) и Кауфмана и др. для Арктики (3). Все реконструкции приведены к от клонениям от климатической нормы 1951–1980 гг.

140 История и современность 2/ Что же касается панарктической реконструкции Кауфмана (рис. 6), то неудивительно, что здесь колебания температур тоже вы глядят весьма умеренными, так как в Восточной и Западной Арктике эти колебания подчас сильно различаются и, более того, могут быть разнонаправленными (Hurrell 1995;

Wanner et al. 2011). Так как наша реконструкция относится к сравнительно небольшому региону, то климатические колебания здесь должны быть более выраженными, что и показывает ее большая вариабельность по сравнению с осталь ными.

В целом все реконструкции отражают основные крупные кли матические события последних двух тысячелетий: так называемый Римский оптимум (II–III вв. н. э.), холодную эпоху Великого пере селения народов (V–VI вв.), Средневековый климатический опти мум (X–XII вв.), Малый ледниковый период (XIV–XIX вв.) и, нако нец, современное потепление (XX в.). Часто реконструкции совпа дают и в деталях – так, все реконструкции показывают сильное поте пление во второй половине X в., похолодания 1450-х и 1810-х гг., связанные с крупнейшими за тысячелетие извержениями вулканов Кувае (1453 г.) и Тамбора (1816 г.), потепления в конце XIV и XVIII вв. и т. д.

В отличие от всех других наша хронология фиксирует чрезвы чайно быструю смену холодных и теплых эпизодов, в целом харак терную для высоких широт. Гораздо более значительная по сравне нию со средними широтами амплитуда температурных колебаний приводит к тому, что даже во время продолжительных холодных эпох, подобных Малому ледниковому периоду, имели место отно сительно кратковременные, длиной в 2–4 десятилетия, потепления (например, 1350–1370, 1400–1440, 1470–1510, 1610–1620, 1770– 1810 гг.), когда температура приближалась к современному уровню или даже превосходила его. Эти короткие эпизоды представляют особый интерес, поскольку именно они связаны с важными им пульсами в освоении и колонизации северо-восточных окраин Ев ропы (см. ниже).

При сравнении нашей реконструкции с аналогичной (рис. 6) для внетропических широт также наблюдается хорошее соответст В. В. Клименко и др. Колебания климата в Средние века вие долгопериодной составляющей климатических изменений, впрочем, для абсолютных минимумов такого соответствия не на блюдается. У Люнквиста абсолютный минимум значений прихо дится на рубеж XVII–XVIII вв., а в нашей реконструкции – на се редину VI в. и начало XIX в. Отчасти это может быть связано с различием использованных косвенных данных, но вполне вероят но, что и с различием регионов. Известно, например, что клима тический эффект вулканических извержений гораздо сильнее за метен в высоких широтах, а в умеренных может наблюдаться об ратный эффект (потепление), особенно заметный зимой (Bradley 1988;

Groisman 1992;

Shindell et al. 2004). Именно этим обстоя тельством может быть объяснено то, что абсолютный минимум в нашей реконструкции зафиксирован в 1810-е гг., во время самого мощного за последнее тысячелетие извержения (Тамбора, 1815 г.).

Другие значительные похолодания также совпадают по времени с мощными извержениями (Таупо, 177 г.;

Рабаул, 540 г.;

неиденти фицированное тропическое извержение 639 г.;

Ксудач, 900 г.;

Ку вае, 1453 г.;

Билли Митчелл, 1580 г.;

Уайнапутина, 1600 г.;

Аву, 1641 г.;

Тарумаи, 1739 г.;

Косегуина, 1835 г.;

Кракатау, 1883 г.;

Катмай, 1912 г.).

Менее значительные климатические события на региональном уровне могут заметно отличаться. Это тоже находит свое подтвер ждение в данных современной климатологии (Wanner et al. 2008).

Также известно, что для междекадных и вековых изменений гло бального климата решающее значение имеют радиационные фак торы, в то время как для Арктики часто имеют преимущество цир куляционные факторы (Yamanouchi 2011).

Сравнение реконструкции для Северо-Восточной Европы с данными по Центральной России (Клименко, Слепцов 2003) также обнаруживает сходную трактовку крупных климатических собы тий, таких как Средневековая теплая эпоха, Малый ледниковый пе риод и современное потепление (рис. 7). Вместе с тем хронология для Северо-Восточной Европы показывает существенно большую дисперсию и, кроме того, довольно заметные временные отличия в декадном масштабе времени – например, сильные потепления 142 История и современность 2/ в конце IX и на рубеже XIV–XV вв. во время прохладных эпизодов в Центральной России. В том, что эти особенности не являются де фектом одной из реконструкций, а отражают действительное раз нообразие климатических колебаний в этих соседствующих регио нах, убеждают данные инструментальных наблюдений последних двух столетий, в течение которых такие эффекты в самом деле имели место – резкое потепление Арктики 1860–1870-х гг. и 1920– 1940-х гг. на фоне стабильного или даже холодного климата Цен тральной России.

1. 1 Аномалии среднегодовых температур 0. -0. - -1. 0 200 400 600 800 1000 1200 1400 1600 1800 Годы Рис. 7. Сравнение новой реконструкции для Северо-Восточной Евро пы (1) с реконструкцией для центра Русской равнины (2) (см.: Клименко, Слепцов 2003) Таким образом, построенная в настоящей работе климатическая хронология для Северо-Восточной Европы, основанная на ком плексном использовании косвенных данных о климате – дендро хронологической, палинологической и исторической информации, по-видимому, корректно отражает климатическую историю ука занного региона за последние два тысячелетия и может быть ис пользована для построения сравнительной хронологии климатиче ских и исторических событий.


В. В. Клименко и др. Колебания климата в Средние века ИСТОРИЧЕСКАЯ ХРОНОЛОГИЯ В свое время С. М. Соловьев отмечал, что важнейшими усло виями оптимального развития являются «благоприятный климат, плодоносие почвы, многочисленное народонаселение в обширной и разнообразной стране, что делает возможным разделение заня тий, … процветание больших городов». Однако именно отсутст вие этих условий было решающим фактором, повлиявшим на ха рактер российской государственности: «Когда части народонаселе ния, разбросанные на огромных пространствах, живут особенною жизнью, не связаны разделением занятий, когда нет больших горо дов … когда сообщения затруднительны, сознания общих инте ресов нет: то раздробленные таким образом часто приводятся в связь, стягиваются правительственной централизацией, которая тем сильнее, чем слабее внутренняя связь. Централизация… разу меется, благодетельна и необходима, ибо без нее все бы распалось и разбрелось» (цит. по: Милов 1998).

В недавнем прошлом фундаментальный труд, рассматриваю щий влияние природно-географических условий на историю Рос сии, написал академик Л. В. Милов (Там же). В этой работе убеди тельно показан «конкретно-исторический и экономический меха низм воздействия природно-климатического фактора на жизнь основного производителя – крестьянина, и в конечном счете – на общество и государство». Проанализировав данные об урожае разных лет и сравнив их с данными стран Западной и Северной Европы, Л. В. Милов утверждал: «Наш климат и наши почвы сыграли далеко не позитивную роль. История народов России, населяющих Русскую равнину, – это многовековая борьба за вы живание» (Там же).

Теперь, когда мы располагаем вполне корректной хронологией колебаний климата в течение последних двух тысячелетий (см.

выше), у нас появляется возможность более пристально рассмот реть влияние климатических изменений на проникновение и освое ние славянами северных европейских областей.

Резкое похолодание климата с конца IV в. стало одной из при чин Великого переселения народов в Европе, в том числе и славян.

В это время славянские племена разными миграционными волнами направились на северо-восток и восток и заселили территории бу 144 История и современность 2/ дущего Древнерусского государства (Седов 1995;

1999). В частно сти, славяне, переселившиеся в конце IV–V вв. из Среднего Повис ленья в бассейн озер Псковского и Ильмень, в результате контактов с аборигенным прибалтийско-финским населением создали новую культуру псковских длинных курганов. С VIII в., когда наступает потепление, приведшее к уменьшению увлажненности, это населе ние активизируется и заселяет наиболее плодородные местности Ильменского края. Здесь сформировалась культура сопок, отождест вляемая с летописными словенами ильменскими или новгородскими.

В то же время в работе Н. А. Макарова (1997) подчеркивается резкий контраст в заселенности и освоенности территорий по разные сторо ны вятско-судско-моложской культурной границы и отмечается, что «не было каких-либо крупных группировок иноэтничного населения, которые могли бы сдерживать поток колонистов с юго-запада или выступать как серьезный военный противник».

Период средневекового оптимума Во второй половине X в. с приближением первого пика опти мума (см. рис. 4) наступает период становления древнерусских го родов и интенсивного освоения севера Восточной Европы. В «По вести временных лет» в тех фрагментах, где описываются события IX–X вв., уже упоминаются Ладога и Белоозеро. Так, в эпизоде о призвании варягов летописец пишет: «Поставили город Ладогу.

И сел старший, Рюрик, в Ладоге, а другой – Синеус, – на Белом озере, а третий, Трувор, – в Изборске. И от тех варягов прозвалась Русская земля» (Повесть… 1951). Как установили многие совре менные историки, X–XI вв. были временем и быстрого роста на селения на ростово-суздальских и новгородских территориях (Макаров 1997).

В. Л. Янин указывает, что «именно с середины X в., то есть с момента освоения податями значительных и густонаселенных территорий по Мсте и по Луге, Новгород преобразуется из рыхлой догородской структуры в город с уличной планировкой, мощением улиц, усадебной застройкой». Предпринятое княгиней Ольгой рас ширение государственной территории отражено в Лаврентьевской летописи под датой 947 г.: «Иде Вольга Новугороду, и оустави по Мьсте повосты и дани по Лузе броки и дани;

(и) ловища ея суть по В. В. Клименко и др. Колебания климата в Средние века всеи земли знамяныя и места и повосты, и сани ее стоять въ Пле скове и до сеге дне» (Янин 2001).

Несомненно, в процессе освоения северных земель главную роль играли новгородцы. В IX–XI вв. развивается движение уш куйников, важной части колонизационной кампании, носившей вначале откровенно грабительский характер и прикрывавшейся ло зунгом крещения «дикой лопи» и «корельских детей». Не стоит также забывать и о значении ладожского населения в движении на север. Как правильно отметил В. Н. Булатов, историки придержи ваются различных мнений о путях миграции древних ладожан и новгородцев на север, но «бесспорно одно: каждый из путей был привязан к воде: рекам, озерам, ручьям» (Булатов 1997).

Ко второй половине XI столетия относятся первые упоминания «Заволочья». Так, в Новгородской первой летописи, датирован ной 1078 г., есть запись: «Убиша за Волоком князя Глеба, месяца мая 30» (Новгородская… 1951). Этот же период считают перелом ным в истории расширения новгородских земель: «Власть Новго рода переходит на Ладогу и Псков с их территориями. Вслед за Ла догой в состав территории будущей Новгородской “области” вхо дит приладожская Корела, Карельский перешеек и Ижорская земля, что облегчило установление власти Новгорода над землею води»

(Насонов 2002).

М. И. Белов вслед за А. Х. Лербергом предполагает, что в XI в.

«плаванием новгородского посадника на Двине Улеба к Железным воротам» было положено начало походам на восток от устья Се верной Двины, а под «Железными воротами» автор подразумевает пролив Карские Ворота (Белов 1956). В исторической литературе нет единого мнения, что именно называют «Железными воротами», однако температурные реконструкции (Рис. 4) дают основу для теоретического предположения, что плавания по Северному Ледо витому океану в это время были возможны.

На самом деле остается совершенно непонятным, как такие дальние плавания (от устья Северной Двины до Карских Ворот почти 1200 км) в опасных и неизведанных арктических водах мог ли осуществляться при полном отсутствии береговых баз (они поя вились, вероятно, только в середине XIV в.), не говоря уже об опы те строительства и эксплуатации морских судов, о котором также 146 История и современность 2/ нет никаких сведений вплоть до начала XV в. Осуществление столь масштабной экспедиции в XI в. кажется тем более невероятным, поскольку исторические свидетельства о многочисленных походах норвежцев в Белое море (а они предпринимались регулярно в 875, 920, 965, 1026, 1090 и последующих годах) а также каких-либо контактах с новгородцами не упоминают. Не встречали эти похо ды, носившие почти исключительно грабительский характер, и ре шительного отпора, что выглядит совершенно невероятным в слу чае, если бы береговые базы новгородцев в это время действитель но существовали. Первые сообщения о стычках новгородцев с нор вежцами появляются только в начале XIII в.

Вообще походу Улеба за последние 200 лет посвящена обшир ная литература, ключевым вопросом которой, конечно, является местоположение «Железных ворот». В качестве возможных вари антов рассматриваются и один из горных перевалов на Полярном Урале, и устье Северной Двины, и излучина реки Сысоли у села Вотча в Коми Республике, и даже знаменитый Дербентский проход у Каспийского моря (последний, кстати, единственный из перечис ленных действительно носил это название в течение столетий). По разительным же является то, что в современной научной литерату ре наибольшее распространение получил самый фантастический и, на наш взгляд, совершенно нереальный вариант, отождествляющий «Железные ворота» с проливом Карские Ворота, отделяющим ост ров Вайгач от южного острова Новой Земли. Причина этого до ба нальности проста и заключается в откровенном стремлении утвер дить национальные приоритеты в открытии даже в тех областях, где здравый смысл и строгое научное знание не позволяют этого сделать.

К концу XI столетия относится рассказ о поездке отроков Гю ряты Роговича на Печору к Югре: «Югра же людье есть язык нем и седят с самоядью на полунощных странах. Югра же рекоша отроку моему: “Дивно мы находихом чюдо, его же не есмы слышали преж сих лет. Се же третье лет поча быти суть горы заидуче [в] луку мо ря, им же высота, ако до небесе, и в горах тех клич велик и говор, и секут гору, хотяще высечися, и в горе той просечено оконце ма ло, и туде молвят, и есть не разумети языку их, но кажют на железо и помавают рукою, просяще железа, и, аще кто даст им нож ли, ли В. В. Клименко и др. Колебания климата в Средние века секиру, [и они] дают скорою противу. Есть же путь до гор тех не проходим пропастьми, снегом и лесом, тем же не доходим их все гда, есть же и подаль на полунощии”» (Полное… 1997). Вот как Б. А. Рыбаков интерпретирует его: «Если мы взглянем на карту по бережья Ледовитого океана, то без труда определим места, о кото рых летописец беседовал с Гюрятой – высокие горы подступают к “луке моря” только в одном месте, у пролива Югорский Шар, и поблизости – у мыса Русский Заворот, где отрог Урала – хребет Пай-Хой подходит к берегу залива. Земля, расположенная прямо на “полунощи” от этого русско-югорского комплекса географических названий, – это Новая Земля» (Рыбаков 1984).

Другое свидетельство о походе за «югру» и «самоядь» «мужей старых» написано в летописи 1114 г. (Гадзяцкий 1941). Вероятно, нужно согласиться с мнением А. Н. Насонова, что сбор дани новго родцами с жителей Пермского края не означал в то время сущест вования погостов, как и колонизации (Насонов 2002).

Первыми несомненными материальными доказательствами про никновений в «югру» и «самоядь» являются предметы христианско го культа, найденные на святилищах острова Вайгач. Л. П. Хло быстин датировал их XI–XII вв. и рассматривал в качестве показате ля первых попыток миссионерской деятельности русского духовен ства, сопровождавшего экспедиции. Однако данные находки отнюдь не свидетельствуют о плаваниях на этот остров – скорее всего, их перевезли с материка ненцы (Хлобыстин 1992).

К первой половине XII в. новгородцы раскинули сеть погостов по Северной Двине и Пинеге. В Уставной грамоте Святослава Оль говича 1137 г. указывается о порядке сборов церковной десятины с этих погостов (Древнерусские… 1976). Как пишет Н. А. Макаров, согласно «Слову о погибели Русской земли», памятника, созданно го вскоре после нашествия Батыя (1237–1240 гг.), пределы Руси простирались в это время до Устюга, «где тамо бяху тоймици пога ни и за Дышачим морем…» – то есть «до Белого моря или Ледови того океана» (Макаров 1997).

Убедительные доказательства связи между потеплением клима та и освоением северных областей получены сотрудниками Инсти тута археологии РАН. После изучения развития северорусской де ревни в X–XIII вв. они пришли к выводу, что причинами демогра 148 История и современность 2/ фического и экономического подъема сельских областей Северной Руси в этот период были несколько факторов, в том числе клима тический. Именно условия оптимума дали возможность продвиже ния «земледелия на Север и развития землепашества как продук тивной и устойчивой отрасли хозяйства» (Он же 2009).

Обобщая итоги работы по изучению северорусской деревни, Н. А. Макаров утверждает, что уникальность исторической ситуа ции второй половины X – XI в. на Верхней Волге, в белозерских и кубенских землях заключалась в том, что «два наиболее весомых фактора, способствовавших колонизации, вступили в действие од новременно: пушные ресурсы этих территорий оказались востре бованы в системе международного обмена в тот период, когда ус ловия для земледельческого освоения южнотаежной подзоны были наиболее благоприятными». На новых территориях в равной мере находили себе применение земледельческие навыки восточносла вянского населения, постепенно продвигавшегося на север, и опыт организации торговли и пушного промысла, выработанный в IX – первой половине X в. разноэтничными группами в отдельных рай онах Поволховья, Приильменья, Ярославского Поволжья, Верхнего Поднепровья (Макаров 2009).

Значительное увеличение числа постоянных поселений и появ ление могильников вблизи северных волоков во второй половине XII – XIII вв. отражают качественные сдвиги в использовании во локовых путей. Необходимо подчеркнуть, что такая интенсифика ция проходила на фоне резкого потепления климата севера Восточ ной Европы – второго этапа оптимума (рис. 4).

По-видимому, в завершающей фазе второго этапа средневеко вого оптимума (конец XII – начало XIII в.) произошло и проникно вение новгородцев на Кольский полуостров. Под 1216 г. летописец занес рассказ о гибели в Липецкой битве новгородцев, среди кото рых был сборщик дани на Терском берегу «Семьюн Петриловац Тьрьский даньник» (Гадзяцкий 1941;

Белов 1956). М. И. Белов при вел сведения, что проникновение в этот район началось раньше.

Автор ссылается на «Гулатингскую правду» 1200 г., которая ука зывала на участившиеся плавания русских в самые северные гра ницы Норвегии (Халогаланда) (Белов 1956).

В. В. Клименко и др. Колебания климата в Средние века XIII – середина XIV в.

Множество сведений о пребывании русских на Кольском полу острове относится к XIII в. В это время устанавливаются русско норвежские отношения, классифицированные в «Разграничитель ной грамоте» между Великим Новгородом и Норвегией, составлен ной в 1251 г. Согласно этому документу, как и сегодня, «граница проходила от фиордов в норвежском Финмаркене к Монгену, Ульфсу и до реки Ивгей, а дальше по горному хребту, который южнее отделяет Норвегию от Швеции» (Белов 1956). Подвласт ность Кольского полуострова Новгороду в XIII в. подтверждена одной из древнейших договорных грамот с князьями 1265 г.: среди «волостей» новгородских названа и Тре (Терский берег). В после дующих грамотах значилась уже и Кола (Гадзяцкий 1941).

Вплоть до конца XIII в. зависимость корел, саамов и еми выра жалась в уплате дани, носившей, однако, нерегулярный характер.

Но уже в 1270 г. Карелия вошла в состав Новгородской феодальной республики в качестве самостоятельной административной едини цы («Карельская земля») (Данилова 1955). В последующие 1271, 1279, 1302, 1303, 1316 и 1323 гг. Новгород в союзе с корелами предпринял ряд далеких походов для защиты своей северо-запад ной границы (Белов 1956).

Эти походы завершились заключением в 1326 г. второго новго родско-норвежского договора. Он был составлен от имени норвеж ского короля Магнуса, с одной стороны, и новгородского епископа Моисея, посадника Варфоломея, тысяцкого Астафия и всех новго родцев – с другой. Общий характер договора определялся ссылкой на старые условия, положенные в его основу: закреплялась свобода передвижения русским и норвежским купцам от устья Северной Двины в Норвегию и обратно. В отношении территории было вос становлено прежде существовавшее разграничение, с тем чтобы новгородцы и норвежцы взаимно возвратили земли, захваченные ими в чужих владениях (Гадзяцкий 1941;

Белов 1956).

К середине XIV в. на фоне последнего за 600 лет значитель ного арктического потепления (рис. 4) относится начало притока древнерусского населения в Обонежье и Подвинье (Данилова 150 История и современность 2/ 1955) и возникновение многих постоянных поселений по берегу Белого моря (Кошечкин 1988;

Новожилов 1990). Это Орлец, Уна, Луда, Ненокса – на Летнем берегу Двинского залива;

Куя, Корец, Инцы, Мегры, Мойда, Койда, Кеды и др. – на Зимнем (Новожи лов 1990).

На восточном направлении уже в начале XIV в. московские ве ликие князья стали поддерживать мореплавание на участке от устья Северной Двины до Новой Земли, что связывается с переходом Пе чоры под власть Москвы. «В относящейся к этому времени новго родской грамоте, выданной двинскому воеводе, накрепко запреща лось чинить какие-либо препятствия морским промыслам в Печор ском крае, принадлежащим московскому князю Ивану Даниловичу Калите. Из этого документа видно, что Калита ежегодно посылал с Двины на Печору по морю промышленную ватагу, состоящую из 20 человек» (Белов 1956).

Однако нам неизвестны документы, в которых бы прямо ука зывалось, что эти походы действительно проходили «по морю», как предполагал М. И. Белов. Напротив, хорошо известно, что новго родцы, а за ними и устюжане предпочитали другой, хорошо знако мый им путь – по Сухоне и Вычегде с последующим несложным волоком в бассейн Печоры. То, что именно этот, а не морской ход был предпочтителен в течение столетий, подтверждает тот факт, что на Печоре и даже на Югре за Уралом новгородцы появились даже раньше, чем на Белом море (Визе 1934).

XV–XVII вв.

Вероятно, относительно ровная среднегодовая температура в XV в., хотя и с резким похолоданием в середине столетия, способ ствовала созданию предпосылок расцвета поморского мореплава ния. В. Ф. Старков, изучающий освоение Арктики российским го сударством, обращает внимание на то, что «частые колебания кли мата, характерные для малого ледникового периода, оказывали су щественное влияние на многие природные факторы, которые способствовали или, напротив, препятствовали развитию арктиче ского мореплавания». Естественно, главные из них – это ледови тость морей и режим течений и ветров. Автор (Старков 2001) ут В. В. Клименко и др. Колебания климата в Средние века верждает, что XV–XVI вв. были относительно благоприятными для арктических походов – по нашим же данным, весьма благоприят ные условия действительно преобладали в этом секторе Арктики между 1400 и 1520 гг. и в 1560-е гг. с перерывом в 1440–1470 гг.

(рис. 4). Именно в XV в. происходило формирование всех необхо димых аспектов полярного судовождения: «конструирование су дов, освоение бассейна Белого моря и выход за его пределы, отра ботка основ навигации, формирование корпуса профессиональных моряков, которые в последующее столетие проявили себя непре взойденными «морскими знатцами» (Старков 2001). Несомненно, однако, что резкое похолодание середины XV в. самым серьезным образом отразилось на истории полярного мореплавания – действи тельно, после 1411 г., когда заволочане во главе с двинским посадни ком Яковом Степановичем совершили плавание на запад от Север ной Двины, до конца XV в. нет никаких сведений о значительных морских походах. Похолодание прекратилось около 1480 г. (рис. 4), и уже через несколько лет поморами, вероятно, было осуществлено выдающееся географическое открытие – острова Груланда (Шпиц берген).

Подтверждением сказанного и одним из свидетельств подвига поморов является письмо нюрнбергского географа Иеронима Мюнцера королю Португалии Жуану II от 14 июля 1493 г.: «Тебя уже восхваляют, как великого государя… и те, которые живут под суровой звездой арктического полюса, так как и великого герцога Московии, ибо несколько лет тому назад под суровостью сказанной звезды открыт большой остров Груланда… на котором находится величайшее поселение людей под сказанным господством сказан ного сеньора герцога». «Великим герцогом Московии» был Иван III, который в 1478 г. присоединил к Московскому государст ву Великий Новгород, в том числе и его северные владения, при своив себе титул «все северные страны повелитель». Эти сведения дают основание предположить, что, вероятно, «уже во второй по ловине XV в. Грумант (Шпицберген) рассматривался в качестве владения великого московского князя Ивана III» (Одинцов, Стар ков 1985).



Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.