авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:   || 2 | 3 | 4 |
-- [ Страница 1 ] --

Министерство образования и науки Российской Федерации

ФГБОУ ВПО «Сочинский государственный университет»

Филиал ФГБОУ ВПО «Сочинский государственный университет »

в

г.Нижний Новгород Нижегородской области

Факультет Менеджмента

Кафедра экономики

Крапивин В.А. Мирошкин П.П.

СТРАТЕГИЧЕСКОЕ ПЛАНИРОВАНИЕ

СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОГО РАЗВИТИЯ

РЕГИОНА

(на примере Нижегородской области) МОНОГРАФИЯ Нижний Новгород, 2012 2 ББК65.050(2Рос-4Ниж) К78 Крапивин В. А. Стратегическое планирование социально экономического развития региона (на примере Нижегородской области):

монография / В. А. Крапивин, П. П. Мирошкин. - Н.Новгород: ООО Издательство Пламя, 2012. – 176 с.

ISBN В монографии рассматриваются понятие и сущность процесса социально-экономического развития региона, а также организационно теоретические основы территориального стратегического планирования.

Уделяется внимание методологии территориального стратегического планирования и систематизации современных подходов к формированию стратегического плана социально-экономического развития территории.

В практической части исследования проанализирована практика реализации территориального стратегического планирования в Нижегородской области, включая: организационные аспекты формирования стратегии развития Нижегородской области до 2020 года;

основные итоги социально-экономического развития Нижегородской области за 2007- гг.;

среднесрочный прогноз социально-экономического развития Нижегородской области на 2011-2013 годы и ее стратегический выбор на период до 2020 года.

Проведенное исследование представляет интерес для государственных и муниципальных служащих, студентов, магистров, аспирантов и преподавателей ВУЗов, а также слушателей курсов повышения квалификации.

Рецензенты: Трифонов Ю.В. – д.э.н., профессор, Новокшонова Л.В. – д.э.н., профессор.

Печатается по рекомендации Научно-методического совета и решению Ученого совета Филиала ФГБОУ ВПО «Сочинский государственный университет» в г.Нижний Новгород Нижегородской области © ООО «Издательство «Пламя», СОДЕРЖАНИЕ Стр.

ВВЕДЕНИЕ ГЛАВА I.

ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ СОЦИАЛЬНО ЭКОНОМИЧЕСКОГО РАЗВИТИЯ РЕГИОНА 1.1. Понятие и сущность социально-экономического развития региона 1.2. Основные проблемы социально-экономического развития регионов России 1.3. Направления государственного регулирования регионального развития в Российской Федерации ГЛАВА II. ТЕРРИТОРИАЛЬНОЕ СТРАТЕГИЧЕСКОЕ ПЛАНИРОВАНИЕ В СИСТЕМЕ РЕГИОНАЛЬНОГО РАЗВИТИЯ 2.1. Понятие и сущность территориального стратегического планирования 2.2. Особенности реализации территориального стратегического планирования в регионах России ГЛАВА III. МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ТЕРРИТОРИАЛЬНОГО СТРАТЕГИЧЕСКОГО ПЛАНИРОВАНИЯ 3.1. Анализ методологических подходов к разработке стратегии развития региона 3.2. Технология разработки стратегического плана социально экономического развития региона 3.3. Вопросы обоснования стратегического выбора региона ГЛАВА IV. ОСОБЕННОСТИ СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОГО РАЗВИТИЯ НИЖЕГОРОДСКОЙ ОБЛАСТИ 4.1 Система управления социально-экономическими процессами на территории Нижегородской области 4.2 Актуальные проблемы социально-экономического развития Нижегородской области 4.3. Итоги социально-экономического развития Нижегородской области за 2007-2008 гг.

4.4. Итоги социально-экономического развития Нижегородской области за 2009-2010 гг.

ГЛАВА V. АНАЛИЗ ПРАКТИКИ РЕАЛИЗАЦИИ ТЕРРИТОРИАЛЬНОГО СТРАТЕГИЧЕСКОГО ПЛАНИРОВАНИЯ В НИЖЕГОРОДСКОЙ ОБЛАСТИ 5.1. Организационные аспекты формирования стратегии развития Нижегородской области до 2020 года 5.2. Среднесрочный прогноз социально-экономического развития Нижегородской области на 2011-2013 годы 5.3. Стратегический выбор Нижегородской области на период до 2020 года 5.4. Направления деятельности Правительства области по реализации стратегического выбора региона ЗАКЛЮЧЕНИЕ СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ ПРИЛОЖЕНИЯ ВВЕДЕНИЕ Сложившаяся система управления территориями не полностью отвечает современным условиям, когда изменения внешней и внутренней среды быстротечны. Стандартными методами управления уже невозможно решать возрастающее количество все более сложных задач, возникающих в процессе социально-экономического развития территорий.

Важно отметить, что социально-экономическое развитие территории – это объективный процесс, который происходит как в самом регионе, так и в стране в целом, под воздействием исторических, географических, ресурсных, демографических и других факторов. Одновременно – это и субъективный процесс, происходящий под воздействием управленческих мер, в первую очередь со стороны региональной администрации, а также администрации федерального уровня. Поэтому в настоящий момент актуальной является проблема не только анализа уже имеющейся социально-экономической ситуации, но и перспективное видение социально-экономических показателей, что позволяет разработать стратегию социально экономического развития региона. В этой связи, отсутствие у некоторых руководителей и специалистов навыков стратегического мышления, стратегического управления является препятствием для повышения эффективности управления социально-экономическими процессами как на территориальном, так и на федеральном уровнях.

Целью монографии является систематизация подходов и проработка механизмов территориального стратегического планирования в современных условиях.

Объект исследования – система стратегического планирования социально-экономического развития в регионах России.

Предмет исследования – организационные и экономические отношения, возникающие в процессе реализации территориального стратегического планирования.

Методологической и теоретической основой исследования послужили труды отечественных и зарубежных авторов, посвящённые решению проблем стратегического планирования социально-экономического развития регионов. Исследование проводились с использованием элементов системного подхода, с применением методов математической статистики, метода систематизации, анализа и экспертных оценок.

Информационную базу исследования составили законодательные, нормативные и программные документы Российской Федерации и Нижегородской области, справочные и нормативные данные по проблемам социально-экономического развития Нижегородской области, отечественные и зарубежные источники, посвященные анализу вопросов управления развитием экономики и социальной сферы территории.

Материалы исследования представляют интерес для государственных и муниципальных служащих, студентов, магистров, аспирантов и преподавателей ВУЗов, а также слушателей курсов повышения квалификации.

ГЛАВА I. ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ СОЦИАЛЬНО ЭКОНОМИЧЕСКОГО РАЗВИТИЯ РЕГИОНА 1.1. Понятие и сущность социально-экономического развития региона Термин «развитие» часто употребляется в следующих сочетаниях:

экономическое развитие, социальное развитие, социально-экономическое развитие, развитие экономики страны, развитие региона, муниципального образования. В каждом случае под развитием обычно подразумевается любое прогрессивное изменение социально-экономической системы. Это изменение может быть количественным, тогда говорят о росте. Оно может быть качественным, и тогда говорят о структурных изменениях, или об изменении содержания развития, или о приобретении системой новых характеристик.

Развитие всегда имеет направленность, определяемую целью или системой целей. Если эта направленность положительна, то говорят о прогрессе, если отрицательна, то о регрессе, или о деградации. Иными словами, природа развития любой территории всегда предполагает определенную цель или несколько целей.

В последнее время наряду с чисто экономическими характеристиками рассматривают социальные параметры развития территории. Более того, социальные характеристики давно уже стали полноправными показателями, оценивающими степень развития любого региона.

Социально-экономическое развитие региона – многомерный и многоаспектный процесс. Социально-экономическое развитие территории обычно рассматривается с точки зрения совокупности различных социальных и экономических целей. Социально-экономическое развитие включает в себя такие блоки, как:

рост производства и доходов;

перемены в институциональной, социальной и административной структурах общества;

перемены в общественном сознании;

перемены в традициях и привычках.

В настоящее время основной целью социально-экономического развития большинства стран мира и их регионов является улучшение качества жизни населения. В этой связи процесс социально-экономического развития включает в себя три важнейшие составляющие:

1. Повышение доходов, улучшение здоровья населения и повышение уровня его образования.

2. Создание условий, способствующих росту самоуважения людей в результате формирования социальной, политической, экономической и институциональной систем, ориентированных на уважение человеческого достоинства.

3. Увеличение степени свободы людей, в том числе их экономической свободы.

Последние две составляющие качества жизни не всегда учитываются при оценках степени социально-экономического развития стран и регионов, однако в последнее время в экономической науке и политической практике они учитываются все в большей мере. Содержание социально-экономического развития регионов может сильно различаться, и это различие обусловлено не только исходным уровнем развития, но и особенностями каждого региона, его производственной структурой, географическим положением, производственной специализацией и др.

В качестве частных целей социально-экономического развития территории используются такие, как увеличение доходов, улучшение образования, питания и здравоохранения, уменьшение нищеты, оздоровление окружающей среды, равенство возможностей, расширение личной свободы, обогащение культурной жизни. Некоторые из этих целей поддерживают друг друга, но в определенных условиях они могут вступить в конфликт. Так, например, ограниченные средства можно направить либо на развитие здравоохранения, либо на охрану окружающей среды. Возникает конфликт Региональная экономика и управление: Учебное пособие. В 2-х частях. Часть 1 (гл. 1-11)/ Под ред. А.И.

Гаврилова. – Нижний Новгород: Изд-во ВВАГС, 2005. С. 108.

между целями развития. В то же время понятно, что чем более чистой будет окружающая среда, тем здоровее будет население и тем в большей степени будет достигнута конечная цель – здоровье людей. Поэтому в данном случае конфликт между целями не имеет абсолютно неразрешимого характера.

Однако в ряде других случаев конфликт целей развития требует особого рассмотрения и специальных методов своего разрешения.

Соответственно целям социально-экономического развития строится система критериев (характеристик развития) и показателей. Несмотря на некоторые различия между территориями в иерархии ценностей и в целях развития, международные организации оценивают степень развития стран и регионов по некоторым универсальным интегральным показателям. Одним из таких показателей является индекс развития человека, разработанный в рамках Программы развития ООН. Данный показатель ранжирует страны по восходящей от 0 до 1. При этом для расчета используется три показателя развития:

ожидаемая продолжительность жизни при рождении;

интеллектуальный потенциал (грамотность взрослого населения и средняя продолжительность обучения);

величина душевого дохода с учетом покупательной способности валюты и снижения предельной полезности дохода.

В межтерриториальном сравнении точно также можно использовать индекс развития человека и другие аналогичные показатели.

Наряду с интегральными показателями, каким является индекс развития человека, можно использовать и отдельные частные показатели развития территории. Среди них:

доход на душу населения;

уровень потребления отдельных материальных благ;

степень дифференциации доходов;

продолжительность жизни;

уровень физического здоровья;

уровень образования;

степень счастья населения.

Целесообразно выделять долгосрочные и краткосрочные цели и соответствующие им критерии социально-экономического развития территории. В качестве долгосрочных целей можно выделить становление и развитие постиндустриального общества, создание рабочих мест высшей квалификации для будущих поколений, повышение уровня жизни всех граждан, включая уровень здравоохранения, образования и культуры. В качестве краткосрочных целей можно рассматривать преодоление кризиса и достижение конкретных величин прироста валового регионального продукта в следующем году, квартале, месяце и пр. Долгосрочные и краткосрочные цели по своему содержанию достаточно сильно различаются, также различаются и меры по их достижению.

Критерии социально-экономического развития не всегда играют роль целей или целевых ориентиров и наоборот. Нередко в качестве тактических целей территориального развития выступают промежуточные задачи, играющие роль необходимых условий успешного развития. Среди таких тактических целей развития региона можно назвать:

привлечение новых видов бизнеса;

расширение существующего бизнеса;

развитие малого и среднего предпринимательства;

развитие промышленности;

развитие сферы услуг;

повышение уровня занятости населения.

Особое значение в определении уровня социально-экономического развития территории имеют традиционные показатели, оценивающие уровень производства и потребления благ и рост этого уровня в расчете на душу населения (валовой региональный продукт (ВРП), номинальный и реальный ВРП на душу населения, темпы роста этих показателей).

Для оценки динамики развития целесообразно использовать показатели, оценивающие темпы социально-экономического роста на данной территории. В первую очередь это темпы роста душевого дохода, производительности труда, а также темпы структурной трансформации производства и общества.

Современное социально-экономическое развитие многих регионов сопровождается изменением структуры общественного производства. Все большая часть занятых работает в нематериальном секторе, все меньшая часть – непосредственно в промышленности и сельском хозяйстве. Так называемые «базовые» отрасли перестают быть таковыми и никогда не станут базовыми опять. Потребление индивидуализируется, тиражность производства падает, происходит так называемая демассификация и диверсификация производства. Углубляется его интеллектуализация, основными факторами производства становятся информационные ресурсы.

Добавленная стоимость создается главным образом в нематериальной сфере, при этом труд приобретает новые черты: в нем начинают преобладать творческие функции, превалирующим типом работника становится творческая личность, приверженная своему делу и стремящаяся привнести в свою работу новые элементы. Стираются различия между низко- и высокотехнологичными отраслями: все отрасли становятся наукоемкими, адсорбируя поток управленческих, финансовых и коммерческих инноваций.

Навыки работников и наличие прогрессивной технологии становятся важнее низких затрат на рабочую силу и других обычных факторов конкурентоспособности. Традиционные преимущества территорий начинают утрачивать свое былое значение. Все названные тенденции проявляются почти во всех регионах, однако в разных регионах все эти тенденции проявляются в большей или меньшей мере.

Сегодня нематериальное производство становится парадигмой социально-экономического развития, что заставляет по-новому оценить степень богатства территорий. Традиционно оно оцениваются с точки зрения богатства лесом, полезными ископаемыми, почвами, климатическими условиями, основными фондами, географическим положением. Новые представления о нематериальном производстве как о сфере, в которой создается большая часть стоимости, меняют критерии оценки богатства. На первое место выдвигаются такие факторы, как богатство людьми и их квалификацией, управленческими технологиями, рыночной инфраструктурой, сетью бизнеса, культурой организаций. Новые представления об источниках и факторах экономического развития позволяют по-новому посмотреть на образование, науку, медицину, навыки менеджмента, как на те сферы общественной жизни, которые оказывают решающее влияние на темпы и направление экономического развития страны в целом.

При управлении отдельной территории сегодня целесообразно выделять все вышеперечисленные относительно самостоятельные цели и задачи развития и осуществлять мониторинг их достижения. В частности, наряду с мониторингом состояния производства и динамики денежных доходов населения целесообразно отслеживать другие важнейшие параметры социально-экономического развития – наличие и уровень качества школ, детских садов, других образовательных учреждений и их доступность, а также уровень образования и квалификации людей. Снабжение продуктами питания, контроль за их качеством, соблюдение прав потребителей на розничном рынке – это также параметры оценки уровня территориального развития. Уровень физического и психического здоровья населения, продолжительность жизни, уровень развития системы здравоохранения и ее доступность, состояние окружающей среды – также важные оценочные критерии социально-экономического развития территории.

Даже если предположить, что большая часть российских регионов выйдет из экономического кризиса в узком смысле этого слова, т.е.

возобладает положительная динамика роста производимой продукции, то вряд ли еще можно будет говорить о позитивных сдвигах в динамике социально-экономического развития в современном понимании, так как экологическая составляющая будет тормозить продвижение регионов вперед. В настоящее время ближайшие пригороды многих городов представляют собой одну большую разрастающуюся свалку. Многие так называемые дачные поселки расположены в месте складирования собственных же отбросов. Многие города характеризуются многократным превышением допустимых норм загрязнения воды и воздуха. Значительные площади плодородных земель ежегодно безвозвратно утрачиваются и навсегда выводятся из сельскохозяйственного оборота. Все негативные экологические тенденции оказывают влияние на общий тренд социально экономического состояния российских территорий.

Необходимо отметить, что сегодня специфика процесса организации управления социально-экономическим развитием той или иной территории складывается под воздействием не только географических и исторических факторов, но и территориальной структуры хозяйства, сформировавшейся в советский период, а также изменений, происшедших в результате перестройки общественных отношений и экономических кризисов последних лет. В этой связи, межрегиональная дифференциация социально экономического развития в России очень высока. Простые сопоставления и более точные методы математической статистики свидетельствуют о том, что по мере продвижения реформ межрегиональная дифференциация производства и потребления не только не снижается, но и несколько возрастает. Глубже становится различие между относительно благополучными и бедствующими территориями.

Структурная перестройка производительных сил, которая могла бы сгладить отрицательные последствия перехода к рыночным методам хозяйствования, сдерживается из-за недостатка финансовых ресурсов, роста цен на строительную продукцию, низкой инвестиционной активности.

Производственные капитальные вложения, направляемые на развитие действующего производства, лишь стимулировали процесс усиления сложившихся территориальных диспропорций.

Характерной тенденцией территориального развития, заслуживающей пристального внимания, стала также нарастающая экономическая обособленность региональных рынков. Об этом свидетельствует высокий территориальный разброс цен и различная товарная насыщенность этих рынков. Свою роль в этом процессе в начале реформ играли административные барьеры, затем межрегиональные связи сдерживались из за неразвитости соответствующих отраслей рыночной инфраструктуры.

Значение последнего фактора еще сказывается до настоящего времени, однако, на первый план стал выступать другой фактор – транспортный. Рост транспортных тарифов привел к увеличению доли транспортных расходов в цене приобретаемых материально-технических ресурсов.

Несмотря на известные признаки начала стабилизации в экономике, ситуация в социальной сфере во многих регионах продолжает оставаться неустойчивой, грозящей в любой момент конфликтами и взрывами.

Значительная часть территорий подвержена влиянию целого ряда негативных факторов, связанных со спадом производства, с опережающим увеличением цен и тарифов на предметы первой необходимости, энергию и коммунальные услуги, с нарушением экономических связей и сокращением поставок продовольствия и топлива, с межнациональными конфликтами и высокой концентрацией на отдельных территориях беженцев и вынужденных мигрантов. Это приводит к возникновению территориальных зон социальной напряженности. При этом, государственные механизмы социальной защиты в современных условиях быстро меняющейся экономической ситуации малоэффективны, а правительственные решения по улучшению материально финансового положения отдельных категорий населения страны зачастую сопровождаются ухудшением положения других.

1.2. Основные проблемы социально-экономического развития регионов России Современные проблемы социально-экономического развития регионов определяются рядом факторов, влияющих на основные параметры процесса территориального развития. Их следует разделить на две группы.

К первой отнесём внутренние особенности нашей страны. Большей частью это относится к географии и природе.

Огромная территория, с одной стороны, является позитивным фактором (обилие ресурсов, разнообразие условий и возможностей), с другой – негативным (низкая плотность населения, трудности взаимодействия территорий, отдаленность от административного и культурного центра и т.д.).

Неравномерное распределение ресурсов по территории России приводит не просто к разбазариванию природных богатств на отдельных территориях, но и к паразитированию региональных и местных властей под благовидным предлогом заботы о населении, живущем на этой территории.

С другой стороны, для социально-экономического развития территорий исключительное значение имеет историческая особенность национально территориального строительства. Огромное разнообразие наций уживается со значительным преобладанием одной из них по численности, жесткий государственный централизм – с традиционной автономией отдаленных окраин, а диспропорции в уровне и характере хозяйственного развития ряда регионов и муниципальных образований России связаны с длительным господством советского строя. Это прослеживается, во-первых, в концентрации хозяйственной жизни в крупнейших мегаполисах и падении плотности населения, хозяйственной активности и т.д. по мере удаления от региональных центров. Сложность территориальной структуры усугубляется фетишизацией крупных и крупнейших предприятий и производств, созданием территориально-производственных комплексов. Результатом этого является монополизм отдельных предприятий, зависимость страны от двух трех центров производства.

Ко второй группе факторов следует отнести ту обстановку, которая сложилась в стране к настоящему времени. Территориальное социально экономическое развитие России в последние годы в значительной степени сохранило черты, приобретенные с начала периода коренных политических и экономических преобразований в стране. Спад промышленного и сельскохозяйственного производства, инвестиционной активности, снижение уровня жизни, нарастание безработицы происходит во всех без исключения регионах страны. Повсеместно наблюдается обострение социальных проблем, ухудшение криминогенной обстановки и экологической ситуации.

Сегодня необходимо признать, что к настоящему времени так и не созданы условия, при которых можно предположить, что происходит накопление потенциала позитивных явлений в хозяйственном механизме, появление класса собственников, укрепление рыночных институтов, приспособление к потребностям мирового рынка. При этом положение на подавляющем большинстве территорий остается тяжелым и неустойчивым, а иногда просто бедственным.

В целом так и не устранены административные преграды на путях перемещения товаров и капиталов между регионами России. Тем самым не созданы необходимые условия для развития хозяйственных связей, упрочения единого экономического пространства и нормализации экономической жизни отдельных территорий.

Складывающаяся в Российской Федерации новая иерархия регионов не всегда обеспечивает рост связанности в стране. Существующие старые региональные границы, поддержанные административно, блокируют процессы социально-экономического развития, регионы-лидеры пока слабо влияют на развитие других территорий. Это выражается, с одной стороны, в значительных потерях, связанных с автономизацией хозяйственных и социальных комплексов отдельных территорий (например, конкуренция портовых комплексов и транспортных проектов на Северо-Западе России). С другой стороны, слабая связанность и непродуктивность взаимодействия регионов в существующей пространственной конфигурации выражается в том, что внутри страны возрастает разрыв в темпах роста экономики между отдельными субъектами Федерации. В конце 1990-х годов, разрыв по объемам валового регионального продукта (ВРП) на душу населения между разными субъектами Российской Федерации составлял 18,9 раз и превышал различия в уровне развития стран так называемого «золотого миллиарда» и беднейших государств мира. Ситуация региональной дифференциации в России в начале 2000-х годов только усугубилась. В 1998 году душевое производство ВРП в десяти наиболее экономически развитых регионах России превышало среднестатистический уровень в 2,5 раза, а в 2000-ом – уже в 3,2 раза. Экономические аутсайдеры увеличили свое отставание от среднероссийских показателей с 3,3 до 3,5 раз. К 2007 году десять двенадцать субъектов Федерации из 89 обеспечивали более 50% ВВП страны. В этих же регионах сосредоточились основные инвестиции и другие ресурсы экономики. Разрыв в социально-экономической ситуации становится основным социальным противоречием, порождающим политические конфликты.

Таблица 1. Доля отдельных субъектов Российской Федерации в суммарном ВРП России, % Доля в 2008 Доля в г., % г., % 1. г. Москва 1.г. Москва 21,1 10, 2. Тюменская область 2. Тюменская область 10,1 6, 3. Московская область 3. Свердловская область 3,9 3, 4. г. Санкт-Петербург 4. Московская область 3,9 3, 5. Республика Татарстан 5. г. Санкт-Петербург 2,8 3, 6. Свердловская область 6. Самарская область 2,6 3, 7. Самарская область 7. Красноярский край 2,5 3, 8. Красноярский край 8. Нижегородская область 2,5 2, 9. Краснодарский край 9. Башкортостан 2,5 2, 10. Республика Башкортостан 10. Челябинская область 2,3 2, Всего 10 субъектов Всего 10 субъектов 54,2 41, Доминирующая в стране внутренняя производственно-территориальная организация большинства регионов не обеспечивает их конкурентоспособность в глобальном рынке. В результате советской политики размещения производительных сил в России не существует практически ни одного конкурентоспособного территориального кластера как динамичной и внутренне конкурентной сети близко локализованных предприятий, производящих одну и ту же или смежную продукции и совместно обеспечивающих хорошие рыночные позиции для страны, отрасли и самих предприятий. Примерно одна четверть всех субъектов Российской Федерации имеет монопрофильную экономику и основным донором их бюджетов выступают не производственные сети, а крупные вертикально интегрированные корпорации. Даже несырьевая и старонаселенная Тверская область, имеющая полиотраслевую структуру хозяйства, на деле зависит от счетного количества предприятий (четыре предприятия лесной, деревообрабатывающей и целлюлозно-бумажной промышленности производят более 60% продукции отрасли;

в машиностроении три предприятия суммарно дают более 44%;

в энергетике два предприятия обеспечивают почти 90% производства). Монофункциональные регионы наиболее уязвимы при изменении экономических условий.

Монофункциональных городов больше всего в старопромышленных регионах Центра, Урала и в регионах нового освоения. В 13 регионах Российской Федерации доля таких городов превышает 60%. Хотя более 74% монофункциональных городов - малые и средние, с населением менее 50 тыс.

человек, концентрация населения в них достаточно высока. Только в Свердловской области в монофункциональных городах проживает 1,5 млн.

человек (42% городского населения), в моногородах республик Хакасия и Коми, Тюменской, Вологодской, Архангельской областей - более половины всего городского населения. На долю монофункциональных городов приходится более 40% городского населения Сибири. Поэтому инвестиции в России пока идут преимущественно в сырье, в крупные корпорации, в большие рынки, но не в конкурентоспособные в мировом масштабе территориально-производственные кластеры.

Таблица 1. Регионы с наибольшей долей монофункциональных городов Доля Количество В том числе монофункциональных городов, всего монофункциональных городов, % Чукотский АО 3 3 Республика Хакасия 5 4 Республика Карелия 13 10 Ивановская область 16 12 Свердловская область 47 33 Кемеровская область 20 14 Нижегородская область 25 17 Сложившаяся региональная организация Российской Федерации пока не в полной мере обеспечивает воспроизводство и капитализацию ключевого актива страны – человеческих ресурсов. В силу этого региональное развитие сталкивается с целым комплексом социальных (демографических, квалификационных, этнокультурных) проблем.

Сложившаяся в результате первичной индустриализации система расселения России не обеспечивает воспроизводства человеческих ресурсов в большинстве регионов. Во-первых, подавляющее большинство крупногородских агломераций с демографической и миграционной точки зрения подвержены долгосрочной стагнации. Из 13 городов-миллионников рост демонстрируют только Москва, Ростов-на-Дону и Волгоград. Пермь покинула «клуб миллионеров», снизив свою численность. Несколько крупнейших городов страны также вплотную подошли к этому символическому барьеру. Во-вторых, численность граждан, проживающих в городах, уменьшилось на 4,3 млн. человек, или на 3,9%. В-третьих, господствующая индустриальная урбанизация привела к так называемому «современному типу воспроизводства населения» или «демографическому переходу» (снижение рождаемости и смертности и постепенный переход к простому воспроизводству). Соотношение рождаемости и смертности в последние десятилетия лет менялось в сторону распространения естественной убыли населения на все большее число регионов России. В ряде регионов за последние полтора десятилетия исчезли 1/3 населенных пунктов. Деревня впервые за всю российскую историю оказалась не способна к самовоспроизводству.

Сохранение нынешнего уровня рождаемости (при неизменной смертности и отсутствии миграционного прироста) может к 2050 году привести к ежегодной убыли населения в размере 1,8% и увеличению доли населения пенсионного возраста с 20,5% по переписи населения 2002 года до 34–35%, при одновременном сокращении доли детей и подростков, населения трудоспособного возраста. Средний возраст живущих в России с 1989 по 2002 гг. вырос с 34,8 до 37,8 лет. При этом средний возраст мужчин вырос с 31,9 до 35,3 лет, а женщин - с 37,2 до 40,0 лет, то есть старение мужской части населения происходило быстрее, чем женского. По данным переписей, старение затронуло население всех регионов, кроме жителей Чечни и Ингушетии, где средний возраст живущих сократился на 2,5 года (данные по этим республикам наименее достоверны). В остальных регионах скорость старения различается весьма существенно - от 6,0 лет в Магаданской области, до 1,1 - в Дагестане. Сильнее всего состарилось быстро уменьшающееся население Дальнего Востока, но процесс старения не обошел и растущее население Ханты-Мансийского автономного округа, средний возраст которого возрос на 5,8 лет. Это связано с резко сократившимся оттоком пожилого населения из регионов нового освоения.

При дальнейшем нарастании негативных тенденций в рождаемости и смертности численность экономически активного населения к 2015г.

сократится на 7 млн. человек. Второе пятилетие будет наиболее неблагоприятным для наращивания трудового потенциала страны. При такой динамике численности экономически активного населения удвоение за десятилетие ВВП представляется весьма проблематичным. Для удвоения нужно чтобы каждые 5 лет ВВП возрастал в 1.416 раза (среднегодовые темпы роста 1.072). Если принять среднегодовые темпы прироста производительности труда в 4% (темпы роста 1.04), то для поддержания темпов роста ВВП на нужном уровне, необходимо не сокращение численности занятого населения, а его рост, как минимум в 1.386 раза.

Очевидно, что в условиях сокращения численности экономически активного населения до 96.7% (2010г. к 2005г.=0.967) объем ВВП может быть увеличен лишь в 1.177 раза (3.3% в среднем за год).

Общее сокращение численности населения Российской Федерации и генеральная тенденция миграции в России опасны с геополитической точки зрения. Они могут привести к образованию «демографического вакуума» в приграничных районах Сибири и Дальнего Востока и создают объективные предпосылки для замещения населения иммигрантами из соседних стран, что не отвечает экономическим и геополитическим интересам страны.

Уменьшение численности молодежи, достигающей возраста совершеннолетия, вызывает опасность обострения проблемы комплектования вооруженных сил, правоохранительных органов и иных силовых структур, что представляет собой угрозу сокращения оборонного потенциала страны, охраны государственных границ и проведению других мер, связанных с национальной безопасностью.

Сокращение численности детей и подростков приведет к возникновению проблем трудовых ресурсов, способных воспроизводить и развивать материальный и интеллектуальный потенциал Российской Федерации. Уменьшение численности населения рабочих возрастов создает угрозу сокращения экономического потенциала страны. В условиях ожидаемого экономического роста, сокращение экономически активного населения вызовет дефицит рабочей силы.

Пространственная мобильность сдерживается совокупностью факторов:

институтом регистрации и неразвитостью рынка жилья, 1) неспособного принять значительные массы населения при их перемещениях по стране. В результате, человек не может жить там, где есть работа, а вынужден работать там, где у него есть жилье;

2) частичным сохранением системы натуральных льгот, расширением бюджетного сектора в ряде регионов как способом удержания населения;

3) большими транспортными издержками на перемещения (как для маятниковой, так и для долгосрочной миграции).

В стране степень подвижности населения — как фактор внутренней миграции — находится на уровне начала эпохи индустриализации.

Низкая пространственная мобильность накладывается на низкую квалификационную мобильность населения. В силу этого складывается ситуация, во-первых, массовой депрофессионализации населения;

во-вторых, утраты выгоды от ранее сделанных образовательных инвестиций;

в-третьих, общего снижения качества профессионального образования, ориентированного на потребности предыдущего этапа развития регионального хозяйства или, в лучшем случае, текущего момента;

в четвертых, временных, но массовых потерь рынка труда, когда большая часть населения тратит время на малоперспективное переобучение.

Практически во всех регионах с высокими темпами экономического роста (Москва, Санкт-Петербург, Тюменская область и т.д.) наблюдается одинаковая картина на рынке труда: не хватает квалифицированных рабочих, существует переизбыток специалистов с высшим образованием (зачастую гуманитарных специальностей) и в то же время недостаток квалифицированных специалистов как технических, так и гуманитарных направлений (но с опытом работы или наличием второго, управленческого, образования). При этом образовательная система в случае отсутствия связей с производственным сектором, скорее всего, не сможет восполнить существующие проблемы на рынке труда.

Стабилизация бюджетной системы страны и экономический рост дал государству необходимые ресурсы для реализации политики выравнивания социально-экономического развития регионов. Сегодня можно констатировать, что административные и институциональные механизмы государственного управления региональным развитием во многом утратили свою эффективность, в контексте использованных инструментов достигнут предел эффективности политики выравнивания.

Для российского государства в сфере региональной политики возник целый ряд новых проблем.

Политика выравнивания социально-экономического развития регионов, характерная для эпохи первичной индустриализации, и рассчитанная на размещение в регионах основных фондов, предназначенных для выпуска типовой массовой продукции, а также предполагающая концентрацию рабочей силы, была заменена на политику выравнивания последствий открытия внутреннего рынка.

Бюджетное выравнивание отстающих в адаптации к рыночным условиям регионов пока не привело к ожидаемым результатам.

Регионы-лидеры стали терять мотивацию к развитию, а среди остальных территорий начали проявляться иждивенческие настроения.

Для управления региональным развитием в целом использовался ограниченный набор инструментов, сводившийся в основном к бюджетным трансфертам и федеральным целевым программам. Современные инструменты в систему государственного управления региональным развитием внедряются чрезвычайно медленно. Во-первых, проведение административной реформы и внедрение бюджетирования, ориентированного на результат, сосредоточилось в основном на федеральном уровне государственной власти. В силу это трудно определить качество регионального управления, выделить показатели развития российских регионов, зафиксировать их связанность с действиями органов государственной власти. Во-вторых, отсутствует признанная типология регионов, позволяющая дифференцировать названные показатели для каждого типа территорий, а на основании этого определить по отношению к ним параметры государственной политики. В-третьих, отсутствуют механизмы согласования и синхронизации стратегий регионального развития субъектов Российской Федерации, стратегий развития муниципальных образований и федеральных отраслевых стратегий. В результате межрегиональная кооперация фактически отсутствует, бюджетные средства используются недостаточно эффективно. Федеральные целевые программы не решают этой задачи. В-четвертых, отсутствует утвержденная Генеральная схема пространственного развития Российской Федерации, в которой были бы обозначены федеральные приоритеты в отношении развития конкретных регионов страны, призванных обеспечить и поддержать решение общенациональных задач удвоения ВВП, сокращения уровня бедности и сохранения целостности страны, в отношении старопромышленных регионов, в отношении сырьевых зон. В-пятых, различные аспекты деятельности территориального планирования «разнесены» по различным ведомствам. Реформы инфраструктур (транспорт, связь, энергетика, ЖКХ) и в целом последствия реализации пакета реформ на территориальном уровне не скоординированы и не синхронизированы. В-шестых, утрачена культура планирования развития территории. Аналитическая модель новой пространственной организации страны не востребована в правоприменительном и бюджетном процессе. Проектно-планировочная документация сохраняется в том виде, в каком она сложилась еще в советскую эпоху, но относительно эффективно может выполнять свою регулирующую функцию.

В результате экономическая и социальная дезинтеграция стала устойчивой тенденцией, а федеральные исполнительные органы не могут эффективно и устойчиво воспрепятствовать этому процессу.

Процесс дезинтеграции неоднозначен. Он отражает исторически присущую России тенденцию к известной автономии региональных рынков.

Стремление к самостоятельности регионов объясняется геополитическими особенностями страны, ликвидацией тоталитарной системы управления и объективной необходимостью расширения полномочий местных властей, переходом к рыночным отношениям. В то же время заметно тяготение к экономическому сепаратизму, стремление получить все новые полномочия явочным порядком.

Сегодня очевидным является тот факт, что укрепление социально экономических позиций отдельных территорий прямо зависит от того, насколько успешно будут формироваться эффективные механизмы управления, развиваться местное самоуправление и строиться вертикальные и горизонтальные структуры управления в сфере функционирования законодательных и исполнительных органов власти.

В условиях нарастания и углубления кризисных явлений в социально экономической сфере территорий действия территориальных органов управления должны приобретать практическое значение. Во-первых, от их взвешенности, справедливости и эффективности зависит социально экономическое поведение регионов и муниципальных образований, развитие взаимовыгодного сотрудничества как внутри территории, так и между территориями. Во-вторых, от их экономической обоснованности зависят полнота и эффективность использования разнообразных природно экономических и социально-исторических условий территорий, что является важнейшим фактором выхода экономики территориальных образований из системного кризиса и осуществления ее радикальной структурной перестройки. В-третьих, эффективная политика территориальных органов управления является необходимым условием повышения уровня и качества жизни населения, создания нормальных жизненных условий для населения, включая и слаборазвитые в экономическом отношении территории.

В соответствии с этим, основной упор территориальных органов власти должен делаться на реализацию мероприятий, способствующих решению проблем социально-экономического развития:

укрепление экономических основ территориальной целостности регионов и муниципальных образований;

содействие развитию и углублению экономической реформы, формированию во всех регионах и муниципальных образованиях многоукладной экономики, становлению территориальных рынков товаров, труда и капитала, институциональной и рыночной инфраструктуры;

сокращение чрезмерно глубоких различий в уровне социально– экономического развития районов и городов внутри регионов, поэтапное создание условий для укрепления в них собственной экономической базы повышения благосостояния населения, рационализация систем расселения;

достижение экономически и социально оправданного уровня комплексности и рационализации структуры хозяйства, повышение ее жизнеспособности в рыночных условиях;

развитие межтерриториальных инфраструктурных систем (транспорта, связи, информатики и др.);

стимулирование развития районов и городов, располагающих крупным научно-техническим потенциалом и способных стать «локомотивами» и «точками роста» экономики субъектов Российской Федерации;

оказание государственной поддержки территориям экологического бедствия, регионам и муниципальным образованиям с высоким уровнем безработицы, демографическими и миграционными проблемами;

разработка и реализация научно обоснованной политики в отношении регионов со сложными условиями хозяйствования, требующими специальных методов регулирования.

Одним из главных условий реализации перечисленных задач является обеспечение эффективности государственного регулирования территориальной экономики, эффективность денежной, налоговой, бюджетно-финансовой систем, скоординированное развитие основных институциональных структур.

Подавляющее большинство проблем социально-экономического развития территорий кроются в том, что:

процесс рыночного реформирования экономики и создания конкурентной среды не завершен;

в подавляющем большинстве регионов и муниципальных образований структурообразующие предприятия находятся в состоянии производственного и финансового кризиса;

формирование самих регионов и муниципальных образований происходит в границах сложившихся административно-территориальных единиц, созданных без учета экономических возможностей их самостоятельного существования;

процесс формирования региональной и муниципальной собственности, в том числе на землю как ресурс территориального развития, также далек от завершения;

не сложилась еще система взаимоотношений и четкого разделения полномочий между субъектами РФ и муниципальными образованиями, входящими в их состав, что увеличивает степень неопределенности, в которой приходится планировать свое будущее большинству административно-территориальных единиц;

до сих пор не разработаны механизмы «социальной ответственности», что затрудняет взаимопонимание власти и бизнеса и их взаимодействие в определении и реализации перспектив социально экономического развития административно-территориальных образований различного ранга;

у большинства субъектов территориального управления нет осознанной потребности в стратегическом планировании своего развития, устойчивой мотивации к проведению соответствующих прогнозно аналитических работ;

нет четко прописанного механизма реализации намеченных стратегий развития;

отмечается неполнота и недостоверность исходных данных, применяемых для прогнозирования ситуации органами государственной власти и местного самоуправления. Существующая практика сбора информации, особенно статистика, не отвечает задачам управления в условиях перехода к рынку. В частности, в статистике:

– вообще не отражаются некоторые жизненно важные стороны обеспечения населения, являющиеся обычно объектом контроля органов власти в передовых странах с рыночной экономикой (например, нематериальные услуги населению, экологическая обстановка, оценки различных социальных сторон жизни населения и т.д.);

– в статистической информации не согласованы между собой форматы и размерности показателей разных разделов, подразделов статистических форм отчетности;

например, одни представлены в абсолютном виде с определенной размерностью, другие в процентах к прошлому (иногда базовому) периоду и т.д.;

– не отражаются или вовсе не учитываются цели и задачи управления.

В результате практически невозможно отследить реакцию объекта управления социально-экономическим развитием на управленческие воздействия или интерпретировать данные статистики в интересах управления.

Дифференциация темпов и глубина социально-экономических реформ, а также институциональных преобразований в существенной мере определяются текущим социально-экономическим положением регионов, масштабами кризисных явлений в экономике, особенностями отраслевой структуры хозяйства, возможностями получения валютных доходов от экспортных операций, а также политической ориентацией территориальных органов управления и местом того или иного региона в системе федеративных отношений. Кроме того, ход социально-экономических реформ территорий затруднен рядом особенностей их развития:

– гиперспециализацией регионов и центров на узком наборе видов хозяйственной деятельности, усугубляемой неразвитой сферой услуг. Из-за этого структурно-отраслевые сдвиги быстро перерастают в новые региональные проблемы, а регионы оказываются в зависимости от поставок извне;

– наличием большого числа предприятий с собственным жилым фондом и объектами социальной инфраструктуры (особенно в восточных районах), ставящих многие города в исключительную зависимость от убыточности или прибыльности предприятия-гиганта, требований руководителей этих заводов;

– обилием искусственных образований в виде «закрытых городов», технополисов, изолированных от окружающих населенных пунктов, с особым сложившимся укладом жизни;

– сильными территориальными контрастами в хозяйственной, социальной и политической сферах.

Обозначенная негативная социально-экономическая ситуация развития регионов России требует формирования и реализации мероприятий государственного регулирования регионального развития.

1.3. Направления государственного регулирования регионального развития в Российской Федерации Функционирование и развитие региональной экономической системы не может осуществляться только на основе рыночного саморегулирования.

Политика государственного невмешательства неизбежно приводит, как свидетельствует мировой опыт, к нарастанию разного рода противоречий, способных разрушить целостность национальной экономики и общества.

Поэтому работа по пространственной организации хозяйства страны является непременной функцией любого государства, безусловным рефлексом его самосохранения.

Важные предпосылки для правового обеспечения региональной экономической политики содержит Конституция Российской Федерации, принятая в конце 1993 г. Она определяет принципы государственного устройства, основы экономических взаимоотношений федерации, субъектов федерации и местного самоуправления, правовые рамки осуществления экономической политики, в том числе в территориальном разрезе. В Конституции с редкостной для такого общего правового документа конкретностью зафиксированы фундаментальные требования, обеспечивающие единство экономического пространства страны:

равноправие субъектов федерации во взаимоотношениях с федеральными органами власти (ст. 5);

гарантируемое единство экономического пространства, свободное перемещение товаров, услуг и финансовых средств, защита конкуренции, свобода экономической деятельности, не запрещенной законом (ст. 8);


недопущение установления внутренних таможенных границ, пошлин, сборов и каких-либо иных препятствий для свободного движения товаров, услуг и финансовых средств (ст. 74);

запрещение введения и эмиссии других денег в России, кроме рубля (ст. 75).

Развитие нормативной правовой базы государственной региональной политики в виде федеральных законов, указов Президента, постановлений Правительства Российской Федерации, других федеральных нормативных актов, договоров и соглашений между Российской Федерацией и ее субъектами, а также законов и различных актов субъектов Российской Федерации осуществляется по двум линиям:

принятие федеральных законов и других нормативных актов, регулирующих важные сферы регионального (территориального) развития;

совершенствование правовых основ экономического федерализма.

Начиная с 1990 г. Россия создает новое правовое поле для региональной политики. Принятые федеральные законы и другие нормативные акты условно можно разделить на четыре группы.

Первая группа — это законы и акты, определяющие рамочные условия для региональной политики. Сюда, помимо цитировавшихся «Основных положений региональной политики» (являющихся подзаконным актом), можно отнести Федеральный закон «О государственном прогнозировании и программах социально-экономического развития Российской Федерации», предусматривающий разработку прогнозов по регионам и народнохозяйственным комплексам в территориальном разрезе.

Вторая группа — законы и акты по направлениям экономической и социальной политики с существенными региональными аспектами. Их перечень весьма длинный. Например, в него входят Бюджетный, Налоговый, Градостроительный кодексы, Закон «О недрах», Положения «О федеральных природных ресурсах», Федеральная миграционная программа. Сюда следует отнести многие законы в области социальной, инвестиционной, ценовой, внешнеторговой политики, затрагивающие основные аспекты территориального и регионального развития. Важным нормативным документом для программ регионального развития является утвержденный Правительством страны «Порядок разработки и реализации федеральных целевых программ и межгосударственных целевых программ, в осуществлении которых участвует Российская Федерация».

Третья группа — законы и акты, регулирующие развитие особых территорий. Это Закон «Об основах государственного регулирования социально-экономического развития Севера Российской Федерации», Закон «Об особой экономической зоне в Калининградской области», Закон «О закрытом административно-территориальном образовании» и др.

Четвертая группа — законы и акты, устанавливающие дифференцированные по регионам социальные нормативы, являющиеся целевыми ориентирами в региональной экономической политике. Такие нормативы необходимы для того, чтобы гарантировать населению компенсацию дискомфортных природно-климатических условий, транспортной недоступности и других негативных региональных факторов посредством дополнительных доходов, расходов на социальные нужды. Так региональные потребительские корзины по основным социально демографическим группам разрабатываются в соответствии с федеральным, законом "О прожиточном минимуме". Важную роль в межбюджетных отношениях играют минимальные стандарты по социальному обслуживанию (образованию, здравоохранению, культурной сфере и т.д.), учитывающие региональные различия стоимости социальных услуг.

В теории государственного регулирования экономического развития регионов существует несколько вариантов ответа на вопрос о необходимости, целях и объектах регулирования. Сторонники теории регионального роста, основываясь на важнейшем выводе неоклассических теорий, который гласит, что со временем уровни экономического развития регионов выравниваются, считали нецелесообразным государственное вмешательство в экономическое развитие регионов. Вместе с тем, они естественно не отрицали необходимости выделения проблемным регионам финансовой помощи на решение социальных вопросов.

Сторонники теорий кумулятивного роста, исходя из увеличения или, по меньшей мере, сохранения диспропорций в уровнях экономического развития регионов, предлагали проводить активную региональную политику.

Им принадлежит формулировка такой цели региональной политики, как уменьшение различий в уровнях экономического развития регионов (или выравнивание уровней экономического развития регионов, причем под выравниванием понимается не достижение равенства, а сглаживание различий). Из этого следует, что государство должно стимулировать экономическое развитие наиболее отсталых регионов.

Изначально теория государственного регулирования экономического развития регионов практически исчерпывалась этими двумя крайними подходами. Однако идеи приверженцев неоклассических теорий на практике не подтверждались: в краткосрочном периоде диспропорций в уровнях экономического развития регионов не исчезали, поэтому в той или иной степени государству приходилось вмешиваться в экономическое развитие регионов.

Г. Камерон выделил три течения, сторонники которых по-разному относились к идее государственного регулирования регионального развития.

«Неинтервенционалисты» в принципе отрицали необходимость 1.

воздействия государства на региональный рост.

«Адаптеры» ратовали за смягчение воздействия стихийных 2.

рыночных сил и незначительное корректирование развития территорий путем ускорения естественных процессов благодаря стимулированию миграций рабочей силы и инвестиций.

«Радикальные преобразователи» выступали за проведение 3.

интенсивного регулирования.

«Пионерами» теории государственного регулирования экономического развития регионов считаются С. Деннисон и А. Лёш. Они заложили два принципиально различных концептуальных подхода к регулированию развития. Деннисона можно причислить к "активным преобразователям", Лёша, к "адаптерам". Деннисон рассматривал регулирование депрессивных районов. Основное внимание он уделял методам воздействия на географию промышленных инвестиций, причем как косвенным, так и прямым, связанным с централизованным контролем над размещением новых капиталовложений в промышленность. Деннисон не сравнивал эффективность тех или иных форм государственного воздействия на локализацию промышленных предприятий, однако отмечал, что полный контроль государства предпочтительнее субсидирования инвестиций, поскольку он позволяет решать широкий круг проблем, не связанных с локальной безработицей, таких, как растущая концентрация в крупнейших городских конурбациях.

А.Лёш рассматривал более широкую область применения государственного регулирования экономического развития регионов, при этом высоко оценивал способность региональной экономики к саморегулированию. В числе конкретных мер он предлагал использовать те, которые облегчают протекание естественных процессов в пространстве. Он выступал за создание льготных условий для переноса производства, поощрение конкуренции, предлагая создать центральное бюро, которое могло бы предоставлять информацию о наиболее желательных и легкодоступных направлениях инвестирования. Все это, по мнению Лёша, могло бы повысить мобильность капитала, что он полагал достаточным условием выравнивания территориальных диспропорций. В отличие от Деннисона Лёш не считал целесообразным стимулирование инвестиций в отсталые районы.

Значительный вклад в развитие теории регулирования экономического развития регионов в конце 1940-х годов внес Э. Гувер. Он причислял к целям государственного регулирования как более совершенное размещение частных предприятий, так и воздействие на экономику проблемных регионов, стимулирующее рост производства и улучшение структуры хозяйства района. Меры регулирования Гувер подразделял на ответные, которые смягчают отрицательные последствия деятельности стихийных рыночных сил, и на предваряющие, которые позволяют улучшать ситуацию с занятостью в долговременной перспективе. Он также отмечал необходимость проведения селективного регулирования по отношению к разным отраслям хозяйства и в зависимости от состояния экономической конъюнктуры.

Однако, указывая на важность регулирования в долгосрочном плане, Гувер связывал региональные мероприятия в первую очередь с краткосрочным, антициклическим регулированием.

Сегодня государственное регулирование регионального развития пусть и в разных формах, но присутствует в каждой стране. Все большее число государств может позволить себе полностью отказаться от прямого вмешательства в деятельность свободных субъектов рынка, ограничиваясь косвенным регулированием (через систему налогов, экологических, антимонопольных и прочих правовых ограничений, и т.д.). Но ни одно государство в мире, как бы оно ни декларировало и ни обеспечивало самостоятельность своих территориальных единиц, не может, а главное, не имеет право уйти от ответственности за территориальную целостность страны, от проблем недопущения экологических, экономических, этнических и иных региональных депрессий, от вопросов развития всех территорий государства как среды жизнеобеспечения народа.

Цели и задачи региональной экономической политики, как следует из анализа мирового опыта, отражают приоритеты государственного регулирования, вытекающие из диагностики региональных проблем, требований стратегии территориального развития, политической и социально-экономической конъюнктуры. При внешнем разнообразии формулировок целей региональной экономической политики в разных странах они всегда представляют некий компромисс между стремлением к большей экономической эффективности и поддержанием социальной справедливости в территориальном развитии. Цели региональной экономической политики нередко формируются также в терминах уменьшения неравенства в уровнях экономического и социального развития регионов страны.

Указанные подходы к определению главных целей региональной экономической политики применимы и для России. Однако специфика России требует принципиально важного дополнения: главными целями региональной экономической политики в Российской Федерации являются:


укрепление экономического единства страны на основе принципов федерализма, местного самоуправления и общероссийского рынка;

повышение уровня и качества жизни населения, обеспечение примерно равных условий социального развития во всех регионах;

всемерное использование региональных факторов и благоприятных предпосылок для формирования в регионах эффективной социально ориентированной экономики.

Перечень задач государственного регулирования регионального развития, содержащийся в нормативных документах, более подробен и менее устойчив, чем перечень целей. Значительная часть задач — «вечные», или традиционные, доставшиеся в наследство от предшествующего периода.

Новые задачи региональной экономической политики определяются экономическими, геополитическими, институциональными и другими изменениями, происходящими в обществе.

Между целями (задачами) региональной экономической политики существуют противоречия, обусловленные, прежде всего ограниченностью средств для их достижения, а также подвижностью представлений об их приоритетности со стороны субъектов региональной экономической политики и общества. Для периода экономического спада, сопровождающегося уменьшением реальной массы финансовых ресурсов государства, наиболее сильное противоречие состоит в том, что значительную часть государственных ресурсов приходится расходовать на социальную поддержку бедствующих регионов, что усугубляет ситуацию с выделением ресурсов для стимулирования возобновления экономического роста и повышения экономической эффективности.

В дальнейшем состав и взаимосвязи целей и задач региональной экономической политики будут адаптироваться к меняющимся ситуациям.

Главное, чтобы каждой цели и задаче соответствовали определенные правовые, организационные, экономические средства их реализации и система контроля "цель—результат". В противном случае даже отточенные формулировки вырождаются в пустые декларации, только подрывающие веру в возможности настоящей региональной политики.

Таким образом, цели и задачи развития регионов, их связи с внешней средой должны быть скоординированы во времени и сбалансированы по ресурсам.

ГЛАВА II. ТЕРРИТОРИАЛЬНОЕ СТРАТЕГИЧЕСКОЕ ПЛАНИРОВАНИЕ В СИСТЕМЕ РЕГИОНАЛЬНОГО РАЗВИТИЯ 2.1. Понятие и сущность территориального стратегического планирования Социально-экономическое развитие региона – процесс управляемый.

При этом, стратегическое планирование – составная часть всей системы управления развитием. Стратегическое планирование – это особая функция управленческой деятельности, которая заключается в разработке стратегических решений, предусматривающих выдвижение таких целей и стратегий поведения объектов управления, реализация которых обеспечивает их эффективное функционирование в долгосрочной перспективе и быструю адаптацию к изменяющимся особенностям внешней среды. Именно возможность адаптироваться в случае изменений и отличает систему стратегического планирования от системы обычного долгосрочного планирования.

Будучи функцией управления, стратегическое планирование является фундаментом, на котором строится вся система управленческих функций, или основой функциональной структуры системы управления.

Стратегическое планирование - это инструмент, с помощью которого формируется система целей развития территории и объединяются усилия по ее достижению.

Стратегическое планирование является одним из компонентов стратегического управления. Последнее иногда рассматривается как синоним термина «стратегическое планирование». Однако это не так. Стратегическое управление, помимо стратегического планирования, содержит механизм реализации решений и включает также реализацию стратегии, оценку и контроль выполнения стратегии.

Сущность стратегического планирования на региональном уровне можно определить как деятельность представительных и исполнительных органов власти региона по реализации централизованного начала управления с целью перспективного обеспечения баланса отраслевых и местных интересов в решении совокупности проблем долгосрочного социально экономического развития. Приоритетное место здесь занимают проблемы, связанные с существенным улучшением качества жизни населения.

Субъектом планового регулирования в регионе являются региональные органы власти. Что касается объекта планирования, то его можно охарактеризовать, как сложный динамический, изменяющийся социально экономический комплекс, подверженный возмущающим воздействиям со стороны внешней и внутренней конъюнктуры.

Развитие многоукладной экономики привело к тому, что работники органов власти всех уровней зачастую уклоняются от решения проблем в условиях, когда их слово не является решающим. Между тем никто не снимал с них ответственности за все, что происходит на подведомственной им территории, хотя, конечно, методы воздействия на те или иные субъекты хозяйствования зависят от форм собственности, ведомственной принадлежности, организационно-правовой формы предприятия. Поэтому объектом планирования являются все отрасли и сферы жизнедеятельности региона, а также протекающие в рамках его территории экономические и социальные процессы.

Из этого следует, что главная задача региональных органов управления в сфере планового регулирования социально-экономического развития территории состоит в создании научно обоснованной системы перспективного планирования.

Разработка действий, направленных на улучшение дел в экономике, социальной сфере, не видя перспективы хотя бы на лет, 10- нецелесообразна. Тезис о приоритетности стратегии над тактикой в полной мере подтверждается мировой практикой. В связи с этим особую актуальность приобретает задача формирования документов стратегического характера, содержащих замысел социально-экономического развития регионов.

Таким образом, организационно-экономическую сущность стратегии развития региона, целесообразно рассматривать в трех плоскостях этого понятия.

Во-первых, «собственно стратегия» понимается как документально представленное выражение о желаемом будущем состоянии экономики и социальной сферы региона и о системе мер и ресурсов, используемых властями для приближения этого будущего.

Во-вторых, «стратегический план развития, трактуемый как комплект документов, включающий собственно стратегию и блок документов по ее реализации набор стратегических программ и конкретный план мероприятий органов власти по реализации стратегии, реализующих концепцию социально-экономической политики.

В-третьих, «стратегия как процесс», понимаемая как система документов по стратегическому управлению в совокупности с организационными структурами и процедурами, задающими определенные, постоянно воспроизводимые схемы разработки стратегии и обеспечивающие реализацию стратегических целей и задач.

Предлагаемые трактовки сущности стратегии небесспорны. Однако все они должны сводиться к научному обоснованию выбора стратегии, разработке технологических подходов и инструментов для реализации выбранной стратегии, обоснованию и поиску путей и необходимых ресурсов, обеспечивающих достижение стратегических целей.

Стратегическое планирование - непрерывный процесс. Реализация стратегического плана позволяет региону:

- развивать и более эффективно использовать имеющийся потенциал;

- повысить инвестиционную привлекательность;

- обеспечить социальную стабильность, общественную безопасность и личную безопасность граждан;

- упрочить положение региона.

Главная цель - повышение уровня благосостояния населения. Высокие стандарты качества жизни могут быть достигнуты при наличии эффективной и сбалансированной экономики, благоприятных условий для жизни, а также эффективной исполнительной власти.

Таким образом, под территориальным стратегическим планированием мы понимаем самостоятельное определение местным сообществом целей и основных направлений устойчивого социально-экономического развития в динамичной конкурентной среде. Можно говорить о территориальном стратегическом планировании на уровне сельского поселения, района, города, региона, страны. Каждый уровень имеет специфику.

Можно выделить два главных признака, определяющих специфичность стратегического плана. Они выражаются двумя ключевыми словами конкурентоспособность и диалог, характеризующими соответственно содержание (предмет) стратегического плана и процесс стратегического планирования.

Стратегический план развития региона должен затрагивать только самое главное для выживания, адаптации и устойчивого развития территории в конкурентной рыночной среде. Он касается лишь тех отраслей и сфер жизни (разных в разных регионах), которые имеют определяющее значение для существования региона, могут дать сильный импульс его развитию.

Предметом стратегического плана является, прежде всего, конку рентоспособность территории:

а) регионы в целом, как места для жизни, хозяйственной деятельности и временного пребывания;

б) отдельных сторон или отраслей регионального хозяйства и социальной сферы. Территориальное стратегическое планирование: первые уроки российской практики /Сборник материалов Первого общероссийского форума городов-лидеров стратегического планирования «Стратегическое планирование в городах России – реальные результаты» (18-19 апреля 2002 г., г Пушкин). СПб, 2002. С. Территориальное стратегическое планирование: первые уроки российской практики /Сборник материалов Первого общероссийского форума городов-лидеров стратегического планирования «Стратегическое планирование в городах России – реальные результаты» (18-19 апреля 2002 г., г Пушкин). СПб, 2002. С. При этом упор должен делаться на правильный выбор целей и ориен тиров, выявление видения желаемого будущего региона. В идеале стратегический план должен включать хорошо продуманную, специфичную миссию, четкие формулировки целей, относительно небольшой набор задач и конкретных стратегических проектов.

Одной из главных задач стратегического планирования является снижение неопределенности будущего, что достигается, в частности, путем артикуляции, обсуждения, прояснения, согласования действий заинтересованных участников регионального развития. Поэтому стратегический план может быть разработан только в многостороннем и конструктивном диалоге бизнеса, власти и общества (гражданских институтов). Попытка отказаться от этого диалога или имитировать его делает бессмысленной всю затею.

С помощью стратегического планирования региональные органы власти могут:

изучать среду, в которой они существуют и работают;

исследовать факторы и тенденции, которые оказывают влияние на их роли и на осуществление деятельности;

добиваться выполнения своих задач и осуществления целей;

обрисовывать стратегические задачи, которые они должны решать;

находить пути решения этих задач путём пересмотра и переработки организационных целей и задач, уровня производства или предоставления услуг и сочетания того и другого, объема расходов и финансирования, управления или организации. Для того чтобы быть эффективным, стратегическое планирование должно ориентироваться на реальные действия и соотноситься с тактическим и оперативным планированием.

Период, охватываемый стратегическим планом, может быть Разработка и реализация стратегического плана: Рабочая тетрадь. Нижний Новгород, 2004. С. различным, от 3-5 до 10-15 лет в зависимости от позиции разработчиков, но при более длительном временном горизонте плана должен быть продуман механизм преемственности обеспечения выбранных в плане целевых ориентиров независимо от сроков выборов власти. На Западе за это отвечает администрация – это исполнительная власть, которая не зависит от изменения политических сил в результате выборов. Реализация стратегии непрерывного взаимодействия власти и институтов гражданского общества в вопросе территориального развития способствует формированию гражданского общества и укреплению его позиций на региональном уровне, формированию благоприятной среды проживания представителей местного сообщества, эффективному развитию всех сфер общественной жизни региона, а также развитию экономики региона и повышению инвестиционной привлекательности как результата реализации плана стратегического развитии территории.

Современный темп изменений в отечественной экономике настолько значителен, что стратегическое планирование представляется чуть ли не единственным способом формального прогнозирования будущих проблем и возможностей. Оно обеспечивает высшему руководству отдельных территорий средства создания плана на длительный срок, дает основу для принятия решений, способствует снижению риска при принятии решений, обеспечивает интеграцию целей и задач всех структурных подразделений и исполнителей региональной администрации.

Стратегический план города как фактор активизации потенциала социально-экономического развития.

СПб, 2002. С. 2.2. Особенности реализации территориального стратегического планирования в регионах России В современной России на начальном этапе реформ политические и идеологические факторы обусловили не перестройку существовавшей системы планирования, а ее полное разрушение. Между тем опыт экономически развитых стран убедительно свидетельствует, что сочетание методов планового регулирования и рыночных механизмов не только возможно, но неизбежно на принципах соблюдения партнерских отношений органов государственного и муниципального управления с различными субъектами управления и хозяйствования, имеющими интересы на территории региона. Новые экономические условия заставили исследователей и практиков искать адекватные формы и методы территориального планирования, в частности – пытаться, по опыту зарубежных стран, применить принципы и технологии стратегического планирования, реализуемые на уровне предприятия, к социально экономическим территориальным системам. Надо отметить, что само понятие стратегического территориального планирования вызывает сегодня определенное непонимание у практических работников. Иногда можно услышать мнение, что "все уже было", что в условиях СССР действовала система планирования. С этим трудно согласиться, ибо здесь происходит подмена понятия стратегического планирования близким, но не тождественным понятием долгосрочного планирования. Ведь собственно "стратегичность" заключается в предвидении изменений внутренней и внешней среды планируемого объекта (региона), адаптации к ним процесса его развития. В условиях преимущественно административной системы управления речь могла идти, конечно, только о долгосрочном, но никак не о стратегическом территориальном планировании. Своевременным и закономерным, на наш взгляд, явилось принятие Федерального закона "О государственном прогнозировании и программах социально–экономического развития Российской Федерации" (июль 1995г.), который поставил во главу всех работ в сфере государственной плановой деятельности разработку системы прогнозов социально–экономического развития в целом по стране, по народно–хозяйственным комплексам и отраслям экономики, по регионам – субъектам РФ. Это способствовало активизации исследований в сфере научного обеспечения прогнозно-аналитических работ и на региональном уровне, разработке концепций и планов стратегического развития ряда регионов страны.

Следует подчеркнуть, что движущей силой стратегического планирования в европейских странах явилось обострение межтерриториальной конкуренции в конце 80-х годов. Именно тогда выявилась необходимость во внутригородских интеграционных процессах, достижении целей развития города на основе творчества, инициативы, предприимчивости. Лидерство завоевывает города, развивающиеся на основе так называемых "предпринимательских стратегий". В их числе можно назвать города – Мюнхен, Бранденбург, Дортмунд, Штуттгард (Германия), Антверпен (Бельгия), Роттердам (Нидерланды), Бирмингем (Англия), Барселона (Испания) и др.

В России пока речь о такой конкуренции еще не идет, и ситуация принципиально иная, характеризуемая следующими особенностями:

процесс рыночного реформирования экономики и создания конкурентной среды не завершен;

в подавляющем большинстве регионов структурообразующие предприятия находятся в состоянии производственной и финансовой стагнации;

формирование самих региональных систем происходит в границах сложившихся административно–территориальных единиц, созданных, в свое время, без учета экономических возможностей их самостоятельного существования;

не сложилась еще система взаимоотношений и четкого разделения полномочий между субъектами РФ и муниципальными образованиями, входящими в их состав, что увеличивает степень неопределенности, в которой приходится планировать свое будущее большинству административно-территориальных единиц страны;

деловая этика в сфере бизнеса еще не включает понятия "социальная ответственность", что затрудняет взаимопонимание власти и бизнеса и их взаимодействие в определении и реализации перспектив развития административно-территориальных образований различного ранга.

Отмеченные обстоятельства трудно характеризовать в качестве благоприятных условий для становления стратегического территориального планирования. Ведь вследствие их влияния у большинства субъектов территориального управления нет осознанной потребности в стратегическом планировании своего развития, устойчивой мотивации к проведению соответствующих прогнозно-аналитических работ. Вместе с тем в российской практике в последние 5-8 лет попытки использовать технологии стратегического планирования на территориальном уровне характерны для наиболее активных субъектов РФ (Санкт-Петербург, Самарская область, Новгородская область, Нижегородская область) и городов (Нижний Новгород, Владимир, Тольятти, Омск, Волгоград, Ярославль, Новгород, Череповец, Дзержинск, Ноябрьск, Октябрьск, Гатчина, Хабаровск, Печоры и др.). При этом некоторые территории прибегают к помощи зарубежных консультантов;

некоторые организуют разработку стратегических документов различными научными организациями на конкурсной, альтернативной основе;

иные привлекают к работам ученых российских научно–исследовательских организаций или вузов в качестве соразработчиков проектов, либо как экспертов.

Анализ уже существующих стратегий социально-экономического развития регионов и муниципальных образований России показал следующее:

стратегические планы значительно отличаются друг от друга, как по структуре, так и по содержанию. При этом авторы вкладывают разный смысл в идентичные или близкие понятия;

документы, характеризующие стратегическое развитие территорий, по существу таковыми не являются, ибо не ориентированы на адаптацию к изменяющимся условиям внешней среды;

большая часть документов рассчитана на такой короткий срок (2– 3 года), что скорее нужно говорить о тактике, нежели о стратегии развития региона или муниципального образования;

предложения по стратегическому развитию территорий не опираются на результаты комплексного анализа внутренних закономерностей, стартовых условий и исходных предпосылок, внешних факторов их перспективного социально-экономического развития;

концепции стратегического развития территорий часто не имеют системы количественно определенных целей их перспективного комплексного социально-экономического развития;

стратегический выбор территорий носит, как правило, волюнтаристский характер, не ориентирован на достижение стратегических целей социально-экономического развития административно территориальных образований, не является результатом сравнения различных альтернативных вариантов на основе системы разработанных критериев, условий и ограничений;

как правило, отсутствует предложение и анализ возможных сценариев, вариантов развития, в зависимости от тех, или иных условий.

Если и намечено 2-3 сценария, то выбор одного из них практически не обосновывается;



Pages:   || 2 | 3 | 4 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.