авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 5 | 6 || 8 | 9 |   ...   | 11 |

«МОСКОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ им. М.В. ЛОМОНОСОВА ГЕОГРАФИЧЕСКИЙ ФАКУЛЬТЕТ ЛАНДШАФТНОЕ ПЛАНИРОВАНИЕ: ОБЩИЕ ОСНОВАНИЯ. МЕТОДОЛОГИЯ, ...»

-- [ Страница 7 ] --

Арефьев Н.В., Васильев Ю.С. Вопросы безопасного управления энерговодохозяйственного комплекса гидроэлектростанций с использованием геоинформационных технологий/ Гидравлические и гидрологические аспекты надежности и безопасности гидротехнических сооружений: СПб, 2002.

Биоресурсный потенциал географических ландшафтов северо-запада таежной зоны России (на примере Республики Карелия) / Ред. А.Д. Волков, А.Н. Громцев. Петрозаводск:

КарНЦ РАН, 2005. 150 с.

Винокуров Ю.И., Ротанова И.Н., Хлебович И.А., Шибких А.А. Информационное обеспечение регионального медико-экологического картографирования// ГИС для устойчивого развития территорий. Материалы Международной конференции. Апатиты, Россия, 22-24 августа 2000 г.- Апатиты: Изд-во Кольского научного центра РАН, 2000.

Т.1. - С. 84-96.

Двинских С.А., Максимович Н.Г., Закоптелов В.Е. Методический подход к разработке основ региональных экологических экспертиз // Человеческое измерение региональных проблем: Биробиджан, 1992.-Ч.2.-С.131-133.

Истомина Е.А., Китов А.Д., Наумов П.П., Черкашин А.К. Реализация функции оценки охотничье-промысловых животных при разработке проектов освоения территории // Охрана и рациональное использование животных и растительных ресурсов. - Иркутск:

ИГСА.- 2000.- Ч. II.- С. 116-124.

Истомина Е.А. ГИС-технологии при создании крупномасштабных ландшафтных карт//География: новые методы и перспективы развития. Материалы XV конференции молодых географов Сибири и Дальнего Востока (Иркутск, 16-19 апреля 2003 г.) - Изд-во ИГ СО РАН, 2003. - с. 180-181.

Калашников Е. Н. Комплексное картографирование лесных ландшафтов: Диссертация д-р биол. наук: Изд-во ИЛ СО РАН, 2002. - 368 с.

Кузьменко Е.И. Картографирование лесных экосистем на ландшафтной основе с использованием ГИС MAGIS32/ География и природные ресурсы, №3, 2005. –с. 105-109.

Ландшафтно-интерпретационное картографирование/ Т.И. Коновалова, Е.П.

Бессолицына, И.Н. Владимиров, Е.А. Истомина и др. - Новосибирск.: Наука, 2005. – 424 с.

Линник В.Г. Построение геоинформационных систем в физической географии: Учеб.

Пособие.- М.: Изд-во Моск. ун-та, 1990. – 80 с.

Петин А.Н., Яницкий Е.Б. Геоинформационное обеспечение мониторинга экогеосистем горнодобывающих предприятий/ Регiон-2006: Стратегiя отимального розвитку. - Харькiв, 2006. http://gis.belgorod.ru/ctati.files/st_26.htm.

Снытко В.А., Батуев А.Р., Китов А.Д., Коновалова Т.И., Кузнецова Т.И., Шеховцов А.И. Использование опыта системного картографирования в разработке региональных ГИС// Материалы VII научной конференции по тематической картографии:

«Картографическое и Геоинформационное обеспечение управления региональным развитием». – Иркутск: Изд-во Института географии СО РАН, 2002. – С. 57-60.

Сочава В.Б. Введение в учение о геосистемах. Новосибирск: Наука, 1978. 319 с.

Сочава В.Б. Практический смысл географических исследований и концепция прикладной географии. // Доклады Ин–та геогр. Сибири и Д. Востока.- 1965. – Вып.9.–С. – 12.

Трофимов А.М., Панасюк М.В. Геоинформационные системы и проблемы управления окружающей средой.- Казань: Изд-во Казанского ун-та, 1984. – 143 с.

Шибких А.А. Ландшафтное картографирование Алтайского края с применением ГИС технологий для решения экологических задач// Интеркарто 8: ГИС для устойчивого развития территорий: Материалы международной конференции. – СПб, ЗАО "Карта", 2002. – С. 205-207.

Экологически ориентированное планирование землепользования в Байкальском регионе. Район дельты р. Селенги/ А.К. Черкашин, Л.М. Корытный, Т.И. Коновалова и др.

– Иркутск: Институт географии СО РАН, 2002. – 149 с.

ИСПОЛЬЗОВАНИЕ МЕТОДОВ ГЕОИНФОРМАЦИОННОГО МОДЕЛИРОВАНИЯ В ОРГАНИЗАЦИИ УПРАВЛЕНИЯ ГОРОДСКИМИ ТЕРРИТОРИЯМИ НА ОСНОВЕ ЛАНДШАФТНО-ЭКОЛОГИЧЕСКОГО ПОДХОДА Карандеев А.Ю.

Липецкий государственный педагогический университет Одно из направлений эволюции общества – развитие организации управления, как собственно управления процессами, происходящими в общественной жизни, так и процессами освоения и использования природных ресурсов. Несмотря на древность подхода к окружающему миру, как к единому целому, взаимосвязанной системе, только в прошлом веке начал формироваться подход к управлению, как комплексному процессу взаимодействия с окружающей средой. Необходимость и возможность такого подхода обусловлены с одной стороны требованиями, возникающими в результате изменений в окружающей среде, а с другой стороны – развитием ландшафтоведения.

Идеализированный объект – познавательная мысленная конструкция, образуемая путем идеализации эмпирических представлений и/или теоретического анализа объектов или явлений [1]. В определенной мере можно вести речь об идеализированных объектах не только в гносеологическом аспекте, но и об идеализированных объектах используемых в управлении (чаще их называют информационными образами объекта). По мере развития общества идеализированный объект "городская территория", используемый в управлении, претерпевал соответствующие метаморфозы. Наиболее важной метаморфозой является передача ряда управленческих функций процессов взаимодействия с окружающей средой специальным организационным структурам в обществе (управленческим организациям).

Соответственно произошел "отрыв" идеализированного объекта "городская территория" от реального объекта – города. Если на ранних стадиях развития общества решения принимались исходя из непосредственного контакта распорядителя с реальным объектом, то в современном обществе решения принимаются на основе идеализированного объекта определенной информационной модели. Решения принимаются зачастую без непосредственного контакта с реальным объектом и, самое главное, на основе теоретических конструкций, часто формального (инструкционного) характера, произведенных исследователями, не принимающими участия в процессе принятия решения.

Автором проводилось аналитическое обследование Главного управления градостроительства, экологии и землеустройства г. Липецка на базе методики UML [2].

Данное обследование позволило сформировать модель бизнес-процессов ГУ ГЭЗ и выявить идеализированный объект "городская территория", фактически используемый для управления города. На основе проведенных исследований были выявлены главные недостатки учета ландшафтных особенностей территории в формировании идеализированного объекта (рис. 1).

Информация о реальном объекте (месте строительства, проектируемом сооружении), сформированная на основе определенных инструкций подготавливается специализированными учреждениями (информационные потоки 1, 2 и 3). То есть, выстраивается идеализируемый объект (в виде определенного взаимосвязанного набора документов), характеризующий важные для принятия данного решения свойства реального объекта и планов по его изменению. Автоном (сотрудник ГУ ГЭЗ) на основе определенных инструкций рассматривает идеализированный объект (информационный поток 2 и 4) и принимает определенные решения, в том числе по изменению структуры и свойств идеализированного объекта (к примеру, определяет границы земельного участка или площадь зеленых насаждений вокруг объекта и т.п.). При этом автоном может воспользоваться информационным потоком 5, но, как правило, информация в данном случае сводится к обзору местности или ее фотографированию с целью определения соответствия сооружения архитектурному и ландшафтному дизайну (ландшафтному дизайну – в том толковании термина, который принят в последнее время, то есть пейзажное соответствие определенному ландшафту). Таким образом, автоном принимает решения на основе подготовленной идеализации объекта и руководствуется определенными инструкциями достаточно универсализированными, не несущими описание закономерностей конкретного реального объекта (СНиП, ГОСТ и прочее).

Санкционер (сотрудник СЭС, пожарной охраны и т.д.) и координатор (начальник ГУ ГЭЗ, главный архитектор) рассматривают идеализации "второго и третьего порядка", при этом санкционеры вообще не имеют информационного потока 5.

Интересно, что при использовании классификации распорядителей приводимой Э.Б.

Алаевым [3], сразу выявляется принципиальная ошибка управления. Функции контролера – распорядителя отвечающего за установление обратной связи между идеализированным и реальным объектом, выполняется чаще всего автономом или координатором. К примеру, контроль за соблюдением большинства параметров соответствия проекта строительства нормативным требованиям выполняется тем же управлением (ГУ ГЭЗ), которое и выдает разрешение на строительство. Такой подход неизбежно ведет к необъективности идеализированного объекта и субъективизации решений.

Аналитическое обследование ГУ ГЭЗ выявило, что реальный объект – конкретная геосистема с ее свойствами, процессами в ней протекающими, идеализируется для принятия решения до такого уровня абстракции, когда единственной объективной характеристикой выступает топографическая съемка местности. Автоном, санкционер и координатор рассматривают только те свойства и процессы реального объекта, которые определены в инструкционной форме. При этом рассмотрение носит выраженный субъективный характер – конкретный распорядитель использует "удобные" или "привычные" для него инструкции.

Можно кратко привести пример принятия решения из другой области – определения норм выбросов для предприятия. В реальном объекте данный процесс совершается перманентно на протяжении всего времени функционирования предприятия. В процессе принятия решения используется идеализированный объект (физически представленный определенным набором документов), в котором рассматривается количество и состав выброс в целом за год, отдельные максимальные выбросы. То есть, в реальном объекте этот процесс непрерывен и перманентен в течение года, в идеализируемом объекте (используя грубое обобщение) – раз в год предприятие производит выброс определенного количества и состава. Таким образом, процесс выбросов в идеализированном объекте настолько абстрактен, что фактически не имеет ничего общего с реальными процессами, вызванными выбросами, происходящими в геосистеме.

Если рассматривать всю совокупность идеализируемых объектов, используемых в управлении, можно вывести некий обобщенный идеализированный объект, который используется в процессе управления и является наиболее полной идеализацией реальных геосистем их свойств и процессов. Данный идеализированный объект можно назвать информационным представлением ландшафта, его взаимодействие с реальным ландшафтом значительно определяет состояние последнего. Информационное представление ландшафта имеет определенную динамику изменений, состояний и прочих характеристик.

Автор рассматривает информационное представление ландшафта именно как объект управления, а не идеализированную конструкцию (модель) используемую для управления.

То есть, автор, в данном случае, искусственно отделяет процесс принятие управленческого решения, процесс управления реализацией решения от собственно реализации решения (т.е. совершения определенных действий). Такое отделение основано, на том факте, что распорядитель фактически не участвует в собственно процессе реализации решения и в идеализации объекта.

Рис. 1. Процесс принятия управленческого решения.

Добавление в структуру управления понятия идеализированный объект очень удобно и функционально, так как:

1) основной проблемой управления становится объективизация идеализированного объекта – "городская территория", то есть приведение процессов формирования его к максимальному уровню соответствия развитию науки и техники;

2) идеализированный объект является формализованной конструкцией и соответственно для его анализа доступны формализованные методы анализа, используемые в ИТ-сфере (RUP, IDEEF и др.), что позволяет существенно облегчить процесс изменения управления и сделать его доступным для реализации в условиях малой обеспеченности научными кадрами;

3) позволяет использовать комплексный подход в управлении, когда при принятии каждого конкретного решения будут учитываться ландшафтно-экологические особенности территории, в случае формирования идеализированного объекта, являющегося информационным представлением ландшафта.

Применение современных геоинформационных технологий позволяет расширить спектр моделей идеализированного объекта "городская территория", используемого в управлении. Авторы выделили несколько конкретных решений, над разработкой которых в настоящее время ведется работа:

1. Топологическая модель ландшафтно-экологических данных. Построение модели географических данных используемых в управлении во многом определяет качество управленческих решений [4, 5]. Как правило, для разработки моделей используются формализованные виды анализа (рис. 2). Однако даже стандартные классификаторы топографических карт не вполне отвечают современным потребностям в анализе информации при принятии управленческих решений. Особенно это проявляется в невозможности построить топологические модели на базе электронных карт выполненных в соответствии с топографическими классификаторами.

Рис. 2. Пример части модели данных, разработанной автором и используемой в Комитете по управлению областным имуществом Липецкой области.

Топологические модели данных в геоинформационных системах позволяют устанавливать пространственные соотношения объектов. Использование набора данных, представляющих ландшафтную структуру территории и топологическую модель, которая описывает рекомендации по размещению градостроительных объектов на основе ландшафтно-экологического подхода, позволит повысить эффективность планирования городской территории. К примеру, в топологической модели могут определяться правила, согласно которым промышленные сооружения не могут находиться внутри и пересекать пойменные ландшафты. В практике современного управления аналогом такой модели является функциональное зонирование территории города. Использование топологической модели позволит учитывать ландшафтные особенности в процессе принятия управленческих решений без непосредственного участия специалиста ландшафтоведа. Также модель может использоваться для исследования ландшафтного рисунка территории.

2. Представление ландшафтной структуры в виде сетевой модели. Сетевые модели данных в геоинформационных системах позволяют анализировать графы с учетом весовых характеристик. Антропогенные парагенетические ландшафтные комплексы удобно анализировать с точки зрения их взаимодействия [6]. Представление ландшафтной структуры в форме графа для сетевой модели позволит прогнозировать влияние процессов, происходящих в одном комплексе, на сопряженные ландшафты. Однако данный метод требует расчета количественных характеристик по каждому из учитываемых процессов, т.е. проведения ландшафтно-геохимических исследований территории. Но даже учет барьерности среды позволит выполнить качественный анализ. К примеру, для целей прогнозирования чрезвычайных ситуаций, таких как разлив вредных веществ, сетевая модель позволит быстро выявить направление распространения загрязнения и ландшафтные комплексы, которым оно угрожает.

Сетевая модель может также эффективно использоваться для анализа городских потоковых систем [7]. Городские потоковые системы формируются в результате градостроительных процессов функционирования: 1) формирования источников поступления вещества и энергии, 2) создание барьеров и искусственных каналов транзита вещества и энергии.

3. Ретроспективный анализ развития городской территории и 3D-моделирование.

Визуальное представление городской территории играет важную роль при принятии управленческих решений. Ретроспективный анализ развития города выполненный на базе исторических данных (карт, описаний и др. источников) в комплексе с историко ландшафтным анализом позволяет создать полноценные временные срезы в виде определенных наборов данных в геоинформационной системе. На основе этих данных возможно построение визуальных образов в виде 3D-моделей территории, которые позволяют сформировать целостное восприятие территории и развитие городской среды при принятии управленческих решений.

Наибольший интерес в этом виде анализа представляют исторические планы и карты. Однако при их использовании следует обращаться к описаниям и репродукциям пейзажей для установления особенностей природопользования. Особенно удачным является наличие материалов комплексных ландшафтных исследований, аналогичных проведенному в 90-х годах специалистами МГУ исследованию оценки состояния природной среды в районе Липецкой ТЭЦ-2 [8].

Отдельно следует рассматривать использование архивных данных аэрофотосъемки для ландшафтного анализа. Благодаря липецким краеведам, разыскавшим уникальную аэрофотосъемку г. Липецка 1928 г. произведенную самолетами Липецкой авиашколы и 1942 г. произведенную самолетами люфтваффе, автору представилась возможность провести точный анализ изменения городской территории с использованием современных спутниковых снимков (рис. 8, цветная вклейка). Архив люфтваффе, хранящийся в США, представляет большой интерес для ландшафтных исследований западной части России, в том числе для анализа влияния военных действий на ландшафты.

Литература:

1. Философский энциклопедический словарь. М.: Сов. энциклопедия, 1989.

2. Михайлов С.А., Карандеев А.Ю. К вопросу о применении современных информационных методов моделирования в географии // Мат-лы Всероссийской научно-практической конференции, посвященной 175-летию со дня рождения П.П.

Семенова-Тян-Шанского, 16-18 мая 2002 г. – Липецк, 2002. – С. 106-108.

3. Алаев Э.Б. Социально-экономическая география. Понятийно-терминологический словарь. М.: Мысль, 1983.

4. Зейлер М. Моделирование нашего мира. М: Дата+, 1999.

5. Боос Б., Кройсер C., Кларк Д., Макдональд Э. Построение баз геоданных. М: Дата+, 2002.

6. Мильков Ф.Н. Человек и ландшафты. Очерки антропогенного ландшафтоведения. М.:

Мысль, 1973.

7. Курбатова А.С. Ландшафтно-экологический анализ формирования градостроительных структур. М: Изд-во "Маджента", 2004.

8. Гурьянов С.А., Дьяконов К.Н., Казаков Л.К., Низовцев В.А. Ландшафтно экологические исследования оценки состояния природной среды в районе Липецкой ТЭЦ-2 // Научное наследие П.П. Семенова-Тян-Шанского и его роль в развитии современной науки. Мат-лы Всероссийской научной конференции, 22-25 апреля г. – Липецк, 1997. – С. 8-9.

ПЛАНИРОВАНИЕ РАЦИОНАЛЬНОГО ИСПОЛЬЗОВАНИЯ ГЕОКОМПЛЕКСОВ НА КЛЮЧЕВОМ УЧАСТКЕ “ЩЕНЯТИН” ВОЛЫНСКОЙ ВОЗВЫШЕННОСТИ Карпец Ю. Н.

Львовский национальный университет имени Ивана Франко, г. Львов В наше время человечество все больше и больше сталкивается с глобальной проблемой эффективного природопользования в условиях возрастающего техногенеза.

Использование природных ресурсов и условий не всегда характеризуется эффективностью. Во многих случаях оно нерациональное природопользование часто приводит к непредвиденным последствиям. Поэтому, сегодня перед ландшафтоведением стоит задача планирования эффективного и гармоничного природопользования в различных масштабах. Именно ландшафтоведение обладает методологической базой способной разрешить эти сложные задачи. Оно должно выйти на новый, современный уровень развития.

В.Б. Михно в своей книге «Мелиоративное ландшафтоведение» (1984) представляет идеи планирования мелиоративных мероприятий, базируясь на изучении морфологической структуры геокомплексов. Каждый отдельный геокомплекс имеет оригинальный, свойственный только ему характер протекания и набор природных процессов, а изучение его взаимосвязи с иными геокомплексами дает нам представление о морфологии. Таким образом мы получаем кондиционную исходную информацию для планирования природопользования.

Нами, в летние сезоны, начиная с 2003 года, проводятся ландшафтные исследования Волынской возвышенности (западной ее части). Летом 2004 и 2006 гг. были проведены экспедиционные ландшафтные исследования на ключевом участке вблизи с. Щенятин с целью проектирования проведения мелиоративных мероприятий для эффективного природопользования. В физико-географическом отношении этот участок относится к Гороховскому ландшафту физико-географической области Волынской возвышенности Западно-Украинской лесостепной провинции. В административном отношении принадлежит Иванычивскому району Волынской области Украины.

Принимая во внимание идеи, методику и рекомендации В.Б. Михно (1984), М.Д.Гродзинского, П.Г. Шищенко (1993), А.В. Мельника и Г.П. Миллера (1994), В.П.Кучерявого (2003) и др., составлена “Карта рационального использования геокомплексов ключевого участка «Щенятин»” в масштабе 1:25000 (рис.5). На карте обозначены природные территориальные комплексы ранга “урочище”, аквальные комплексы (реки, озера) и антропогенные геокомплексы (мелиоративные каналы и пруды, дороги, карьеры, дорожные выемки, жилые массивы), которые вместе функционируют в морфологической структуре Гороховского ландшафта. В легенде помещена информация о природных компонентах, естественных процессах и антропогенном воздействии на урочища. На основании этих данных предложены мелиоративные мероприятия для эффективного природопользования и охраны природы.

Ключевой участок “Щенятин” представлен урочищами местностей безлессовых междуречных возвышенностей и пойм постоянных водотоков Гороховского ландшафта Волынской возвышенности.

1. Урочища выположенных вершинных поверхностей крутизной 0-2, составленные легкими суглинками, супесями с прослоями песков и маломощными эоловыми песками и черноземами оподзоленными легкосуглинистыми, черноземами неглубокими супесчаными, серыми лесными оподзоленными супесчаными, занятые пашней. В связи с тем, что урочища занимают наиболее высокие участки и вспахиваются, здесь имеет место дефляция. Об этом свидетельствует легкосуглинистый гранулометрический состав гумусовых горизонтов черноземов и темно-серых лесных почв. Верхние 3-5 см почв даже имеют супесчаный гранулометрический состав. Дефляция будет остановлена лесопосадками, сформированными на склоновых урочищах. Для повышения плодородия почв необходимо правильно применять севообороты, равномерно вносить удобрения. Для повышения содержания гумуса, утяжеления гранулометрического состава и задержки питательных веществ (минеральных удобрений и др.) в верхних слоях почв нужно проводить торфование карбонатным торфом. Кстати, в некоторых почвах прослеживается вторичный лессиваж (точка наблюдения (ТН) №21щ, рис.9, цветная вклейка).

2. Урочища пологих склонов крутизной 2-5, сложенные легкими суглинками, супесями с прослойками песков и маломощными эоловыми песками и темно-серыми лесными легкосуглинистыми слабо-смытыми, черноземами неглубокими и оподзоленными легкосуглинистыми слабо- и средне смытыми почвами. Здесь протекает дефляция легкосуглинистых почв и их слабый смыв (рис.10, цветная вклейка). Пахота должна вестись по серпантину склона не глубже 20 см, необходимое правильное применение севооборотов (выращивание в севообороте бобовых культур для обогащения почвы азотом), пашня должна чередоваться с садами. Для средне и сильносмытых почв желательно проводить торфование, развивать луговодство и садоводство, выращивать многолетние культуры.

3. Урочища склонов крутизной 5-10, сложенные делювиальными лессовидными суглинками с серыми и темно-серыми лесными легкосуглинистыми, средне- и сильносмытыми, черноземами неглубокими оподзоленными легкосуглинистыми среднесмытыми почвами. Урочища в большинстве занятые пашней. Проявляются делювиальные процессы, линейная эрозия и плоскостной смыв почв. Рекомендуется формирование дернины (выращивание многолетних трав, в частности клевера и др., возможно сенокошение и выпас скота с сезонным изменением места выпаса), садоводство с плодовыми кустарниками.

4. Урочища отлогих склонов крутизной свыше 10, сложенные делювиальными лессовидными суглинками и светло-серыми и серыми лесными сильносмытыми почвами, черноземами неглубокими сильно смытыми, занятые преимущественно пашней. Проходят делювиальные процессы, плоскостной смыв почв и линейная эрозия (рис.11, цветная вклейка). Для улучшения качества почв предлагается: в подножиях склонов (на контакте с поймами) проводить посадку вербы и ольховых лесов для подтягивания влаги из влажных пойм и предотвращения попадания удобрений и ядохимикатов. На других участках склонов нужно формировать дернину, вместе с тем негусто высаживать быстрорастущие породы деревьев (березу, граб, сосну) с медленнорастущими (дуб, клен, ясень и др.) и кустарниками, можно проводить посадку садов с плодовыми кустарниками, устанавливать пасеки.

5. Урочища выположенных вершинных поверхностей крутизной 0-2, составленные элювиальными мергелями и мелом с черноземами карбонатными легко- и среднесуглинистыми почвами, занятые пашней. Проходят элювиальные процессы и дефляция. Необходимо правильно применять севообороты (высаживать бобовые культуры в севообороте с другими), равномерно вносить удобрения, торфование и др.

6. Урочища склонов крутизной 2-5, составленные элювиальными мергелями и мелом, занятые пашней. Происходят выветривание мергелей, делювиальные процессы.

Проходит смыв почв. Для повышения плодородия почв необходимо выращивание многолетних трав в севообороте с иными культурами, равномерно вносить удобрения, проводить торфование.

7. Урочища заболоченных пойм на аллювиальных песках и супесях с торфяными и торфово-болотными почвами, занятые осоково-тростниково-рогозовыми и разнотравно рогозовыми лугами. Пойменные урочища являются большими аккумуляторами воды.

Почти вся ширина поймы занята осоково-тростниково-рогозовыми лугами на торфяниках.

По словам местных жителей, до осушительной мелиорации, которая проводилась в 60- гг. ХХ в. уровень воды находился на уровне поверхности поймы р. Луги, и во многих местах он даже превышал ее по всей ширине. Осушительная мелиорация и добыча торфа в верховье р.Луги наложили большой отпечаток на состояние геокомплексов речной поймы. Во многих местах, особенно по краям поймы, луга деградированы, изменен рельеф поверхности поймы. Луга начали зарастать разнотравьям, крапивой и другими травами вследствие понижения уровня вод и чрезмерного выпаса скота. Исчезли множество источников качественных меловых и четвертичных вод. В то же время, около 60% площади поймы занято сильно заболоченными лугами и уровень воды во многих местах находится на уровне ее поверхности. Здесь проходит сезонное и паводковое затопления. Пойменные урочища имеют большую ценность. Они являются биоцентрами для болотной биоты. Подземные воды пойменных урочищ имеют прямую и капиллярную связь с подземными водами других урочищ, которые используются для потребления населением. Осушение пойм приводит к понижению уровня грунтовых вод. Это усиливает карстовые процессы в мергелях и меле, приводит к исчезновению воды из колодцев в засушливый период на других урочищах, исчезновения мелких притоков на других участках речного бассейна, а также обедняет видовой и количественный состав живых организмов. На уже осушенных участках можно проводить сенокошение и ограниченный выпас скота с сезонным изменением места выпаса. Пойменные геокомплексы требуют особого режима охраны.

Таблица 1. Описание почвенного профиля урочищ узких пойм на аллювиальных песчаных и супесчаных отложениях (ТН№9щ).

Индексы генетических Описание генетических горизонтов горизонтов, мощность (см) Нd, 0-5 дернина Hglk, 5-23 Гумусовый глееватый, сизовато-темно-серый, легкий суглинок, уплотненный, влажный, комковатая структура, много мелких корней, сизые и ржавые пятна, вскипает от 10%НСl, переход четкий Pglk, 23-38 Прослой материнской породы, глееватый, сизый, аллювиальная супесь, уплотненный, комковатая структура, сырой, сизые и ржавые пятна, вскипает от 10%НСl, переход четкий Glpk, 38-54 Глеевый переходный, буровато-сизый, средний суглинок с примесью песка, уплотненный, сырой, комковатая структура, глей и ржавые пятна, вскипает от 10%НСl, переход постепенный Glk, 54-79 Глеевый, сизовато-ржавый, тяжелый суглинок, уплотненный, комковатая структура, ржавые пятна 79 и ниже Грунтовые воды Генетическое название Аллювиальная лугово-болотная карбонатная легкосуглинистая почвы 8. Урочища узких пойм на аллювиальных песчаных и супесчаных отложениях с аллювиальными луговыми и лугово-болотными почвами, занятые пойменными разнотравно-тростниково-осоковыми лугами. Проходят процессы затопления во время наводнений и паводков, аккумуляция аллювию, что видно даже по профилю почв (таблица 1). Возле границ высаживать вербу и ольху, можно проводить сенокошения и воздержанный выпас скота с сезонным изменением места выпаса для восстановления растительности.

9.Урочища эрозионных останцев первой надпойменной террасы на аллювиальных песках и супесках с дерново-слабоподзолистыми, луговыми и дерновыми почвами, занятые пашней. Происходит дефляция. Необходимо выращивать многолетние культуры и проводить торфование.

10. Урочища воронок просасывания покрытого карста, аллювиальными легкими суглинками с прослоями песков лежащих на элювии мела и мергеля с намытыми почвами. Наземный покров пашня, кустарники, иногда заболоченные. Они непосредственно связаны с подземными водами. Проходят карстовые и делювиальные процессы. Необходимо формировать дернину для задержания влаги в верхних горизонтах почв, прекратить сбрасывание мусора и изъять его из тех мест, где он накопился для предотвращения загрязнения подземных вод.

11. Урочища заболоченных понижений сложенные лугово-болотными и торфяными почвами, занятые осоково-тростниково-осоковыми лугами с зарослями вербы. Проходят процессы заболачивания и торфонакопления. Проводится осушительная мелиорация. В связи с тем, что болота являются биоцентрами, аккумуляторами воды и питают реки.

Поэтому их нужно охранять.

12. Урочища балок с намытыми и типичными почвами. Наземный покров - пашня.

Характерные линейная эрозия и делювиальные процессы. Происходит смывание почв, накопление мусора. Необходимо формировать дернину, проводить фитомелиорацию путем посадки кустарников и скорорастущих древесных пород. Прекратить сбрасывание бытовых и промышленных отходов, поскольку возможно попадание агрессивных веществ из отвалов мусора в реки и грунтовые воды, что опасно для здоровья населения.

13. Урочища эоловых холмов сложенные эоловыми песками с дерново-слабоподзо листыми почвами. Наземный покров – пашня. Происходит дефляция почв легкого механи ческого состава. Необходимо формировать дернину и выращивание многолетние культуры.

14. Урочища водосборных воронок составленные всеми делювиальными отложениями и почвами, кроме аллювиальных и болотных. Это склоны разной крутизны, занятые преимущественно пашней. Здесь проходят делювиальные и эрозионные процессы, на пашне плоскостной смыв почв. Отличаются от других склонов большим количеством временных потоков в направлении балок. Не допускать сбрасывание бытовых и промышленных отходов.

15. Природные аквальные комплексы (озера, реки) прямо связанные с грунтовыми водами, которые потребляются населением. Рекомендуем не допускать формирования отвалов отходов. По берегам водоемов высаживать водоочистительные растения.

Природные аквальные комплексы необходимо охранять.

На исследуемом ключевом участке также выделяются антропогенные геокомплексы: автодороги, дорожные насыпи, дорожные выемки и карьеры, осушительные каналы, пруды, селитебные территории. Считаем, что их надо изучать в составе морфологической структуры геокомплексов, это даст возможность оценить их роль и воздействие на природные геокомплексы.

Автодороги с твердым покрытием оказывают содействие формированию более сурового микроклимата с высокими амплитудами температур. Для защиты дорог и смягчения микроклимата предлагается вдоль дорог создавать снегозащитные и шумопоглощающие посадки деревьев и кустарников.

Дорожные насыпи, состоящие из щебня гранита, базальта и навеянной почвы, пересекая урочища заплав, балок, склонов (по траверсу), задерживают текучие воды. При наводнениях, паводках и даже сильном ливне насыпи воды подпруживаются и их энергия значительно увеличивается, что может сопровождаться размывом насыпи и разрушением твердого покрытия шоссе (рис.12, цветная вклейка). Присутствующего мостика недостаточно. Кроме этого, фронтальная часть поймы, где скапливается вода, сильно заболачивается, формируются болотные комплексы. Необходимо создать дополнительный дренаж задержанных текущих вод. Насыпи нужно задерновать и засадить кустарниками, например, ежевикой.

Дорожные выемки и карьеры характеризуются сдвигами и обвалами крутых и обрывистых склонов. Встречаются отвалы отходов. Предлагается формировать дернину и залесение. Не допускать отвалов отходов.

Осушительные каналы - прямолинейные, соединенные с реками и озерами, оказывают содействие понижению уровня грунтовых вод. Рекомендуем не допускать формирования отвалов отходов и охранять.

Пруды - антропогенные водоемы. Они также требуют охраны. Не допускать формирования отвалов отходов возле них.

Селитебные территории - сельские, преимущественно, одноэтажные застройки, которые чередуются с приусадебными участками. Уплотняется почва и формируется свой микроклимат. Рекомендуем организовать утилизацию мусора и применять безотходные технологии. Практиковать озеленения улиц.

Лесные массивы являются компонентами геокомплексов. Они выполняют эрозионно- и ветрозащитную, влаго- и терморегулирующую, почвоформирующую и биоцентрическую роль. Лесные полосы на склоновых участках необходимо формировать, начиная от уже существующих лесных массивов. Это будет оказывать содействие быстрому развитию растительности лесных полос.

В итоге, базируясь на результатах ландшафтных исследований, сделано предварительное планирование природопользования на территории ключевого участка «Щенятин» (рис 13, цветная вклейка). При планировании отдельных мелиоративных мероприятий и объектов народного хозяйства предусматривается проведение дополнительных исследований в более крупных масштабах. Кроме этого, для изучения динамики ландшафта, что так необходимо для народного хозяйства, особенно сельского, нужны постоянные стационарные и полустационарные исследования. Для этого следует сформировать сеть стационаров. Ландшафтная съемка, инвентаризация геокомплексов, хорошо сформированная сеть ландшафтных стационаров улучшат управление природными ресурсами данной территории и дадут возможность использовать природные геокомплексами более эффективно и гармонично.

ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ВОЗМОЖНОСТИ ВНЕДРЕНИЯ ОПЫТА ЛАНДШАФТНОГО ПЛАНИРОВАНИЯ ДЛЯ СОХРАНЕНИЯ ЭКОСИСТЕМЫ ГРЯЗЕВЫХ ВУЛКАНОВ (НА ПРИМЕРЕ ГОБУСТАНА) Керимова Э.Д.

Институт географии им. акад. Г.А. Алиева, г. Баку Проблемы сохранения ценных естественных и историко-культурных территориальных комплексов в Азербайджане весьма актуальны в настоящее время. Так как, сохранение таких территорий является реальной альтернативой активным хозяйственным преобразованиям окружающей среды и процессам урбанизации, которые далеко не всегда учитывают историко-культурные и экологические приоритеты.

Применение ландшафтного планирования, позиционирующего себя как инструмент «выявления и оценки функций и свойств ландшафта, а также разработки предложений по устойчивому сохранению почв, вод, воздуха и климата, растений и животных, облика и эстетических качеств ландшафта» (Landschaftsplanung, 1997) могло бы принести неоценимую пользу в деле сохранения и восстановления нарушенных экосистем.

Необходимость применения методики ландшафтного планирования для сохранения уникальных природных комплексов Азербайджана, формирующихся под воздействием грязевулканической деятельности, назрела уже давно.

В Азербайджане проявления грязевого вулканизма встречаются на площади более чем 18 000 кв. км. Грязевулканические проявления распространены в пределах нескольких природно-территориальных единиц (Абшеронский полуостров, равнина Юго Восточный Ширван и др.), но для данного исследования была выбрана территория Гобустана.

Этот выбор продиктован тем, что на территории Гобустана грязевой вулканизм получил наибольшее свое развитие. Здесь расположены крупнейшие и красивейшие грязевые вулканы не только Азербайджана, но и мира – Тоурогай, Кянизадаг, Осман Боздаг и т.д. В регионе наглядно представлена их роль в формировании и дифференциации рельефа и ландшафтов, их влияние на изменение геохимических характеристик среды, связей с нефтегазоносностью недр и т.д. Плотность их распространения здесь настолько велика, что на многих участках подножия грязевых вулканов, соединяясь друг с другом, образуют особые пояса.

Так же необходимо отметить актуальность и своевременность разработки ландшафтной программы именно для этой области, в силу резкой активизации здесь антропогенной деятельности в последнее время. Основными формами воздействия на ПТК области является экстенсивное ведение сельского хозяйства, преимущественно, отгонно-пастбищного животноводства, богарного земледелия. В результате, происходит деградация почвенно-растительного покрова, интенсификация эрозионно-денудационных процессов, процессов опустынивания и др. Перед угрозой физического разрушения находятся непосредственно сами грязевые вулканы – в последнее время участились случаи вывоза грязебрекчии с их склонов для дальнейшего ее использования в качестве строительного материала.

В пользу этого выбора говорит и тот факт, что регион обладает целым набором благоприятных предпосылок, что делает его прекрасным объектом для начала эффективной разработки реалистичной ландшафтной программы. Так:

• по Гобустану накопилась обширная базовая информация как физико географического, так и социально-экономического содержания, не предполагающая большого объема работ по дополнительному сбору материалов;

• регион хорошо доступен для проведения полевых исследований и подробно закартирован;

• в республике есть как научные организации, так и специалисты, которые могли бы быть привлечены к участию в разработке программы;

• претворение в жизнь ландшафтной программы не потребует значительных для бюджета республики финансовых расходов;

• перспектива положительной реальной отдачи от реализации программы и, как следствие, улучшения условий жизни – залог активного участия местного населения.

Основными целями при составлении общей ландшафтной программы для данной области должны стать оптимизация некоторых характеристик природной среды, призванная облегчить жизнь местного населения, охрана и восстановление особо ценных и ранимых компонентов местной ландшафтной среды - грязевых вулканов как памятников природы и их ландшафтов.

Поэтому, спецификой ландшафтной программы для Гобустана является выделение основных экологических зон использования территории планирования. По результатам зонирования область можно дифференцировать на конкретные участки, исходя из реального их состояния на момент зонирования и ожидаемого конечного результата. На данный момент в Гобустане можно выделить следующие типы экологических зон:

1. зона обширных участков плато и плоскогорий в пределах сухостепного и горно степного ландшафтных комплексов (Маразинское плато, плоскогорья, расположенные северо-западнее грязевого вулкана Захардаг, северо-восточные склоны Лянгебизской гряды). Эти территории, преимущественно, богарного земледелия, характеризуются высокой чувствительностью к антропогенным нагрузкам и имеют высокую хозяйственную ценность для местного населения;

2. участки территории, характеризующиеся сложным резкопересеченным рельефом, с интенсивным развитием бедленда, используемые, преимущественно только в осенне-зимний период в качестве зимних пастбищ. Это большая часть Гобустана, особенно южного, занята полупустынным ландшафтом. Ведение здесь других форм хозяйства невозможно из-за резко аридных климатических условий.

Благодаря этому, местные естественные ландшафты не испытывают значительных антропогенных нагрузок. Характеризуются высокой чувствительностью к воздействиям, большими сроками восстановления, наличием эндемичных видов растительности, плотного развития грязевого вулканизма и специфическими ландшафтами, развившимися под влиянием их деятельности.

На основе составленной карты комплексной оценки территории (масштабом 1:200000) по результатам вышеприведенного выделения экологических зон реально проведение уже функционального зонирования с выделением зон: регулируемого хозяйственного использования, зон, где необходимо проведение ирригационных мероприятий, а так же природоохранной и других зон и разработкой рамочных ландшафтных планов (масштабом 1:25 000, 1:50 000) оптимальных для каждой зоны.

В этой связи отдельного внимания требует разработка рамочной ландшафтной программы для создаваемого в Гобустане Национального Парка. Еще 2002 г. Милли Меджлис Азербайджана придал грязевым вулканам статус природных памятников и включил их в закон АР «Об особо охраняемых природных объектах и территориях Азербайджана». По этому закону предусматривается создание Гобустанского Национального Парка. Территория планируемого Государственного Национального Парка Гобустан, общей площадью примерно 178700 га, призвана охватить не только наиболее яркие и ценные грязевые вулканы и их специфические ландшафты, отличающиеся обилием галофитов, но и ареал развития наиболее распространённого в данном регионе естественного природного комплекса – полынно-солянковой полупустыни, представленной растительными сообществами полыни (Artemisia) и солянки (Salsola). Важность обеспечения охраны именно этих видов объясняется их высокой значимостью в сохранении характерного ландшафтного облика региона, их повышенной чувствительностью к любым внешним воздействиям, легкотеряемостью, а также длительным сроком восстановления.

Как известно, ландшафтное планирование – сравнительно новый инструмент и опыта его применения в Азербайджане еще, к сожалению, нет. Поэтому, основываясь на российском опыте внедрения ландшафтного планирования при организации ООПТ, и в частности Забайкальского Национального Парка и полученные при этом хорошие результаты, целесообразно попытаться разработать аналогичный план для Гобустанского Национального Парка. Как известно, Национальный Парк - это предприятие с определенной структурой отдыха и режимом природопользования. Предоставленная земля, недра, водные пространства, вместе со всеми природными объектами изымаются из хозяйственной эксплуатации и передаются в пользование Национального Парка в установленном порядке. На Национальный Парк возлагается выполнение таких задач как сохранение ландшафтов, водных объектов, растительного и животного мира, объектов неживой природы, памятников истории и культуры в рекреационных, просветительских и научных целях;

создание условий для туризма и отдыха, ознакомление с природой Национального Парка, культурными и историческими памятниками;

разработка и внедрение научных методов сохранения природных комплексов в условиях рекреационного использования, ведения летописи природы.

Как правило, на территории различных Национальных Парков устанавливается собственный режим охраны и пользования. При этом учитывается сохранность природных комплексов, характер ландшафта, состояние объектов растительного и животного мира, культурная и эстетическая ценность объектов или участков природы.

Для более оптимального управления и осуществления функций, возложенных на эту структуру на первом этапе необходимо проведение пространственного анализа территории, на основе которого возможно уже выделение функциональных зон Парка. В целом, думается, что для Гобустанского Национального Парка необходимо предусмотреть (по аналогии с Забайкальским НП) создание следующих функциональных зон:

• Территории заповедного режима, где была бы запрещена всякая рекреационная и хозяйственная деятельность – это участки природного комплекса полынно солянковой полупустыни, где она сохранилась в первозданном виде, а также конусы некоторых вулканов;

• Территории регулируемого рекреационного использования, где были бы созданы условия для познавательного туризма – ознакомления с достопримечательностями Национального Парка. В этой зоне должен присутствовать необходимый набор инструментов – должны быть проложены туристические тропы, оборудованы смотровые площадки, указатели, аншлаги и схемы размещения природных и бытовых объектов. Такая зона в условиях Гобустана, вероятно, займет наибольшую площадь.

• Территории обслуживания посетителей, где будут располагаться информационные центры, предприятия общественного питания и торговля, а также другие культурно-бытовые объекты, которые использовались бы для размещения посетителей парка, их бытового и культурного обслуживания;

• Территория хозяйственного назначения, где осуществлялась бы хозяйственная деятельность, направленная на обеспечение нормального функционирования Парка.

В целом, такая организация в Азербайджане заповедного региона грязевого вулканизма позволит нам, прежде всего, сохранить эти природные объекты для научных исследований, приостановить процесс загрязнения и засорения вулканов и проводимые вблизи них строительные работы, уберечь людей от опасности, а также сохранить вулканический ландшафт для будущего поколения, а опыт, полученный в процессе работы в регионе, пригодится для внедрения ландшафтного планирования для других территорий Азербайджана.

СТРУКТУРА РЕЛЬЕФА РУССКОЙ РАВНИНЫ КАК ЛАНДШАФТООБРАЗУЮЩЕГО ФАКТОРА Котлов И.П., Пузаченко Ю.Г Московский Государственный Университет им. М.В.Ломоносова, Географический факультет, г. Москва ikotlov@gmail.com, puzak@orc.ru Введение Рельеф (форма поверхности) традиционно рассматривается как один из наиболее инертных и устойчивых компонентов ландшафта, в большей или меньшей степени влияющий на другие компоненты – поверхностный и подземный сток, климат, почвенный и растительный покров, формируя таким образом первичный облик ландшафта, поле, в котором происходит перераспределение влаги, тепла, минерального и органического вещества. В свою очередь, рельеф является следствием действия геодинамических процессов, характеризующихся широким диапазоном масштабов в пространстве и времени. Последние исследования геодинамики в области разномасштабных разломов показали широкий спектр их потенциальной биофизической и биохимической активности, изучение которой безусловно – дело ближайшего будущего [1]. В свете современных данных можно полагать, что геодинамическое состояние конкретной территории следует рассматривать не как константу, а как активный фактор динамики ландшафта и практически всех его компонентов. Путь к развитию этих исследований лежит через анализ структуры рельефа, отображающего все пространственно-временное разнообразие этих взаимодействий. При таком подходе рельеф трактуется как отображение динамических процессов на конкретный момент измерения. Соответственно исследования его структуры целесообразно осуществлять физически осмысливаемыми и воспроизводимыми методами. Такой наиболее общий подход можно развить на основе классического метода спектрального анализа при помощи классического Фурье преобразования. При таком подходе рельеф, выраженный через матрицу или регулярную сетку абсолютных высот, рассматривается как двухмерная волновая система, с колебаниями или гармониками, запечатленными на данный момент времени. Двухмерный спектр Фурье прямо связывает мощность процессов, порождающих рельеф, с пространственной частотой или линейными размерами гармоник [3].

Анализ спектра позволяет оценить фрактальную размерность (степень сложности и самоподобия) динамической системы, доказать наличие квазигармонических колебаний и определить число порождающих их факторов (параметров порядка в терминологии синергетики). Кроме того, информация, содержащаяся в двухмерной спектрограмме, позволяет выделить те гармоники, которые обладают большей выраженностью сравнительно с остальными и, зная их собственные частоты (линейные пространственные размеры), рассматривать каждую выделенную гармонику независимо. Взаимодействие разномасштабных факторов и соотношение линейных размеров гармоник формирует иерархическую организацию рельефа территории. Так как каждая квазигармоника порождает собственный набор форм земной поверхности с собственной энергетической мощностью (выраженной в амплитуде высот), то, оставаясь в рамках классического ландшафтоведения, можно полагать их ведущую роль в пространственной организации ландшафта. Таким образом, предлагаемый подход позволяет рассматривать рельеф как динамическое основание ландшафта и исследовать его состояния не только как функцию денудационных и аккумулятивных процессов и фактор трансформации гидротермического режима, но и как функцию собственно геодинамических процессов, действующих через варьирование геофизических переменных.

Цели и задачи.

Исходя из вышеизложенного, цели нашего исследования формулируются следующим образом: 1. определение параметров иерархической организации рельефа Русской равнины как динамической системы;

2. Построение пространственной иерархической модели рельефа как фактора формирования ландшафтной структуры.

Последовательно решаются следующие задачи: 1.Определение ряда необходимых параметров иерархической организации рельефа по двухмерному спектру Фурье;

2.Выделение иерархических уровней рельефа обратным преобразованием Фурье;

3.Отображение иерархической организации рельефа через классификацию.

Материал и методы Предложенный подход рассматривается на примере анализа рельефа Русской равнины. В качестве исходного материала использовалась цифровая модель рельефа (ЦМР), созданная Геологической службой США и находящаяся в свободном доступе в сети Интернет [5]. Следует отметить, что подобные ЦМР созданы практически для всей территории Земли, удобны для проведения исследований глобального и регионального масштаба и способствуют воспроизводимости результатов. Исследуемая территория в исходных данных представлена в широтно-долготной проекции, эллипсоид WGS-84.


Пространственные размеры – от 40° до 90° с.ш. и от 20° до 60° в.д. Разрешение – 30’’ на поверхности. Для изменения координатной сетки из градусной в километровую ЦМР была трансформирована в равноплощадную проекцию Альберса с центральным меридианом 40° в.д. и двумя секущими параллелями 45° и 65° с.ш. Пространственное разрешение трансформированной ЦМР – 1 км2 на поверхности (рис. 1).

Спектральный анализ проводится для квадрата со стороной 2000 км, выбранного в середине изображения полным преобразованием Фурье (рис. 2а). Для анализа взяты проекции двухмерного спектра на оси X и Y в соответствие с методом, предложенным Turcotte [4] (рис 2б). Мощность спектра представлена в логарифмической шкале (рис. 3а).

Зависимость мощности спектра от частоты (периода) оценивается линейным уравнением регрессии:

log(SP) = a + b*log(1/f), где SP – дисперсия значений периодограммы, f – частота Чем меньше частота, тем больше логарифм мощности. Фрактальная размерность оценивается при помощи параметра наклона линии регрессии:

Fd = (7-b)/ Для правой диагонали она составляет Fd=2.215, для левой Fd=2.196 – показатели невысокой степени расчлененности территории в целом [3]. Остатки от линии регрессии доказывают гипотезу существования квазигармоник. Значения автокорреляционной функции остатков, выходящие за пределы достоверного интервала, свидетельствуют о наличии квазигармонических колебаний (рис. 3в). Анализ спектра частот квазигармоник показал, что существует не более четырех факторов, определяющих отклонение реального пространственного процесса от чисто фрактального, стохастического (Рис. 3г). Их частоты подчиняются правилу нелинейного осциллятора (fi=n*f0, где n – целое число).

Статистическая устойчивость гармоник позволяет с помощью остатков от уравнения регрессии выделить иерархические уровни организации рельефа и, скорее всего, ландшафта. Максимумы значений остатков соответствуют наиболее выраженным пространственным размерам предполагаемых иерархических уровней, минимумы – границам между уровнями (Рис. 3б).

Знание пространственных размеров иерархических уровней позволяет через обратное преобразование Фурье «восстановить» на всю территорию рельеф, свойственный каждому иерархическому уровню с характерными линейными размерами структур (334-2000 км, 118-334 км, 52-118 км, 33-52 км и 16-33 км.). Рис. 4 иллюстрирует эти уровни, представленные в виде карт. Первый иерархический уровень отражает главные структурные элементы рельефа Русской равнины. Он включает в себя окружающие горные системы – Кавказ, Карпаты, Урал и горы Кольского и Скандинавского полуостровов, а также ряд возвышенностей центра территории, водосборный бассейн Каспийского моря и ряд приморских низменностей – Черного, Каспийского, Балтийского и др. Нижние иерархические уровни отражают соответственно более мелкие структуры. Среди них наиболее интересными являются, например, предгорные понижения Урала, Карпат и Кавказа и долины крупных рек на втором четвертом уровнях. Нижние иерархические уровни содержат подробную информацию об эрозионной сети, степень расчлененности которой в частности отражает границы четвертичных оледенений [6].

Рис. 1. Цифровая модель рельефа Русской равнины и прилегающих территорий.

Рис. 2а. Анализируемый участок ЦМР Рис. 2б. Двухмерный спектр и проецирование значений методом Turcotte Рельеф, интерпретированный таким образом через свою иерархическую структуру, был подвергнут дихотомической классификации по метрике Евклида. Программное обеспечение – пакет Fracdim, разработанный на кафедре Физической географии и ландшафтоведения МГУ. На первом шаге в результате совместной классификации 1- уровней были выделены равнинные и горные территории. Горы были исключены из дальнейшей классификации. Примечательно, что вопрос формального отделения гор и равнин в мировой практике до сих пор окончательно не решен. В нашем случае горы характеризуются максимальными высотами на каждом иерархическом уровне, т.е.

отражается свойство их повышенной расчлененности и сложности (фрактальной размерности). Второй шаг – совместные классификации равнин 1-3 иерархических уровней и равнин 3-5 уровней.

Результаты Результат работы - карта районирования рельефа Русской равнины, отражающая его иерархическую и структурную сложность, которая в свою очередь является отражением работы геодинамических процессов на сегодняшний день.

Классификация высоких (1й – 3й) иерархических уровней показывает возможность четкого выделения ряда крупных структурных элементов – равнинных территорий, среди которых выделяются приморские равнины, долины крупных рек, низменные, возвышенные и предгорные равнины, предгорных прогибов, низкогорий и среднегорий.

Последние значительно отличаются по своим характеристикам от ранее выделенного класса гор (рис 14а, цветная вклейка). Каждый структурный тип охарактеризован относительными высотами иерархических уровней. Например, приморские низменности и крупные впадины характеризуются значительными понижениями 1-го уровня (334- км). Предгорные прогибы, наоборот имеют низкие относительные высоты на втором и третьем иерархических уровнях (118-334 и 52-118 км соответственно). Низменные, возвышенные равнины и среднегорья значительно отличаются соотношениями относительных высот всех трех уровней.

Классификация низких уровней отражает набор более мелких структурных элементов, где наряду с низменными, средними и возвышенными равнинами выделяются речная сеть, малые и крупные котловины, предгорные прогибы и низкогорья (рис 14б, цветная вклейка).

Использование численных методов позволяет формализовать процесс районирования. Полученная карта представляет собой основание для ландшафтного картографирования территории с помощью мультиспектральных космических снимков.

Неизбежные ошибки и неточности подхода будут исправляться в процессе дискуссий, что позволит создать универсальную методику, обладающую важным свойством воспроизводимости.

Литература 1. Кузьмин Ю.О. Современная геодинамика и оценка геодинамического риска при недропользовании // М.: Агенство Экономических Новостей, 1999.

2. Макеев В.М. Неотектоническое районирование Восточно-Европейской и Скифской платформ. //Квартер-2005. Материалы совещания. Сыктывкар: Геопринт, 2005.

3. Пузаченко Ю.Г., Онуфреня И., Алещенко Г.М. Иерархическая организация рельефа.

4. Turcotte D. L. Fractals and chaos in geology and geophysics. Cambridge University Press.

1997. 398 p 5. http://edc.usgs.gov/products/elevation/gtopo30/e020n90_tile.html 6. John Inge Svendsen et al. Late Quaternary ice sheet history of northern Eurasia//Quaternary Science Reviews, 23. 2004.

ОТОБРАЖЕНИЕ ОСНОВНЫХ ФУНКЦИОНАЛЬНЫХ СВОЙСТВ ЛАНДШАФТНОГО ПОКРОВА НА ОСНОВЕ ДИСТАНЦИОННОЙ ИНФОРМАЦИИ ДЛЯ ОБЕСПЕЧЕНИЯ НАЧАЛЬНЫХ СТАДИЙ ПРОЕКТИРОВАНИЯ ОСВОЕНИЯ УГЛЕВОДОРОДНЫХ И ЛЕСНЫХ РЕСУРСОВ Кренке А.Н.

Московский Государственный Университет им. М.В.Ломоносова, Географический факультет, г. Москва Одной из основных задач современного мирового сообщества является выработка и применение нового подхода к использованию ресурсов планеты, и управлению этим процессом.

К этой мысли приводит не только экологические проблемы, возникающие в результате некачественного природопользования, но и нерациональное использование невосполнимых ресурсов, и целый ряд социальных проблем.

Техническая слабость многих проектов, приводящих к катастрофам и долговременным негативным последствиям, некачественный менеджмент людских ресурсов, а также сомнительные программы по работе с населением, приводят к растущей напряженности, нищете, и бессмысленному расходу человеческих и природных ресурсов.

Недостатки инженерной части многих проектов ведут к крупным катастрофам.

Примерами служат частые разливы нефти на российских нефтепроводах на вечно мерзлотных грунтах. Зачастую низкий уровень анализа при проектировании, приводит к крупным повреждениям среды и большим затратам на ликвидацию последствий. Есть все основания полагать, что более полное использование географической информации о физическом состояние территории и ее ландшафтного покрова, более полное использование географических знаний о ландшафтообразующих процессах при использовании современных технологий анализа и о пространственно распределенной информации могут способствовать повышению качества технического обоснования и проектирования инженерных сооружений, и снизит риски катастроф и затраты на их ликвидацию, обеспечив при этом максимальное сохранение наиболее ценных и экологических значимых природно-территориальных комплексов.

Решение этих задач в соответствии с мировой практикой входит в сферу ответственности ландшафтного планирования как системы действий, направленных на максимизацию эффективности комплексного использования природных ресурсов и условий среды.

Ландшафтное планирование тесно связано с ландшафтным управлением (landscape management) и ландшафтным покровом (landscape cover). Планирование закладывает основу для управления, как системы действий, направленных на поддержание ландшафта и его пространственной структуры в желаемом состоянии Ландшафтный покров - понятие, подразумевающее отображение биофизических свойств земной поверхности, в категориях ее состояний (леса, кустарники, болота и т.п.).

Это понятие исторически во многом связано с развитием дистанционных средств мультиспектрального измерения состояния земной поверхности и при решении задач, связанных с ландшафтным планированием. Применение этого понятия не требует обоснования строгих схем иерархии ландшафта и полного описания состояния всех его компонентов. Иерархический уровень отображения территории обычно определяется масштабом, отвечающим целям конкретного исследования. Использование широко доступной дистанционной информации позволяет создавать сопоставимые отображения основных свойств земной поверхности для различных территорий.


Проектно-изыскательские работы в условиях Крайнего Севера России, Центральной и Восточной Сибири, являющихся регионами, наиболее перспективными с точки зрения добычи углеводородных и лесных ресурсов, сталкиваются с ограниченностью исходной научно-технической информации о состоянии ландшафтного покрова, как за текущий период времени, так и по предыдущим десятилетиям. Полевые работы в этих регионах сопряжены с большими материально-техническими затратами, а исследование состояний территории в прошлом представляется весьма затруднительным. В свете этого становится особо актуальным, по крайней мере, на начальных стадиях проектно-изыскательских работ максимально полно использовать общедоступные архивы дистанционной информации, получая на их основе достаточно детальное отображение текущего и прошедшего состояния важнейших свойств ландшафтного покрова.

Для достижения этой цели необходимо развитие специальных алгоритмов анализа дистанционной информации, обеспечивающих не только выделение основных типов ландшафтного покрова, но и отображение пространственного варьирования его важнейших свойств: гидротермического режима, биологической продуктивности, характера и степень естественной и антропогенной нарушенности.

В предлагаемой работе рассматривается алгоритм классификации, использующий в качестве исходных данных как собственные значения яркости спектрального каналов, так и рассчитываемые на их основе индексы, часть из которых достаточно надежно отражает определенные физические свойства земной поверхности. Яркости в спектральных каналах для одной территории обычно коррелируют друг с другом, причем корреляция соседних каналов может быть очень высокой.

Несмотря на часто высокую линейную корреляцию, отношения между каналами существенно нелинейны и в параметрах этой нелинейности содержатся большая информация, не выявляемая собственно в каналах. Это привело к синтезу различных типов индексов, обладающих селективной чувствительностью к различным физическим свойствам отражающей солнечную энергию земной поверхности. В общем индексы сводятся к использование производных спектральной яркости между соседними каналами (разность и отношение) при различных способах нормировки. Большинство индексов строятся на основе сопоставления яркостей в двух ближайших каналах, но и некоторых вариантах используется и какой либо третий канал.

Существуют индексы, использующие информацию от всех каналов с определенным весом. Такие индексы разрабатывают на основе эмпирических данных и их конструкция позволяет выделить относительно независимые виртуальные факторы.

Устойчивость индексов в отображении свойств ландшафта, на который они ориентированны, непостоянна и зависит от сезона и региона. Наиболее селективным является нормализованный дифференциальный индекс растительности, который почти строго отражает чистую биологическую продукцию растительности и в меньшей степени ее массу. Менее устойчив индекс содержание влаги в растительности, однако чаще всего он отражает состояние индицируемого им явления.

Чтобы эффективно использовать индексы для распознавания состояния элементов ландшафтного покрова их необходимо тестировать для конкретной территории и сцены.

Используемый метод дихотомической иерархической классификации «от общего к частному» с учетом, как территориального положения выделяемых типов, так и значений индексов, позволяет последовательно определять физический смысл выделяемых классов ландшафтного покрова. Составляемая на этой основе карта содержит от 16 до 32 типов хорошо идентифицируемых состояний, соответствующих стандартам международной классификации. На основе полученной классификации и ее дискриминантного анализа по отношению исходным переменным удается выделить ведущие ландшафтообразующие факторы и получить их картографическое отображение их значений.

Используя дискриминантный анализ для выделенных классов, можно выделить виртуальные независимые факторы, описывающие каждую переменную.

Дискриминантный анализ позволяет оценить вклад каждого виртуального фактора в отображение общего разнообразия ландшафтного покрова. Физический смысл виртуальных независимых факторов можно определить по коэффициентам корреляции со всем каналами и индексами. Очевидно, что физический смыл виртуального фактора, полученного в дискриминантном анализе определяется индексами, с которыми он наиболее связан. Так как физический смысл индексов установлен на предшествующем этапе, то соответственно, можно идентифицировать и физический смысл виртуального фактора. В результате получаем непрерывное отображение независимых физически интерпретируемых факторов, описывающих свойства ландшафтного покрова, отображенные в дистанционной информации.

Количественное отображение таких ландшафтообразующих факторов создает основу для предварительной оценки возможной реакции ландшафта на различные формы хозяйственной деятельности и, напротив, оценки потенциальных затрат на сооружение объектов, определяемых свойством ландшафта и возможную устойчивость инженерно технических сооружений.

По крайней мере, проектировщик получает достаточно надежную основу для оптимизации планирования полевых исследований, призванных получить необходимую информацию для решения задач ландшафтного планирования.

Подобная обработка позволяет определить основные классы ландшафтов и факторы их определяющие, причем информация была получена без использования сколько-нибудь детализированной информации об объекте исследования из внешних источников.

Такая подготовительная работа позволит на порядок сократить временные и финансовые затраты на последующие полевые работы так как исследователю надо будет лишь собрать данные с эталонных участков, которые можно будет интерполировать на остальную площадь занимаемую соответствующим классом. Такие исследования не носят фундаментальный характер и требуется затраты дополнительных ресурсов для изучения генезиса ландшафта и других важных характеристик, но те данные которые необходимы для решения задач ландшафтного управления могут быть получены в необходимом объеме.

РОЛЬ СВЯТЫХ МЕСТ В КОНСТРУИРОВАНИИ ГЕОГРАФИЧЕСКИХ ОБРАЗОВ НА ПРИМЕРЕ БАЙКАЛА Куклина В.В.

Институт географии им. В.Б. Сочавы, г. Иркутск Культурные ландшафты Байкала привлекательны для исследования не только в связи с уникальностью местной природы, но и в связи со сложностью социальных отношений, возникающих вокруг неё. Если рассматривать их с позиций предложенного Ричардом Шейном концепта «культурного ландшафта» как материализованного дискурса, то довольно значимую часть дискурсов о Байкале составляют святые места. Их особенностью, в первую очередь, является представленность не только на локальном, но и региональном и международном уровнях. Порой они конкурируют, могут противоречить друг другу. Свидетельством роста внимания к святым местам служат внимание со стороны деятелей туристического бизнеса, этноконфессиональных организаций и т.д.

В данном контексте традиции местного населения приобретают новое звучание, становятся социальным конструктом, позволяющим вписаться в новые, постиндустриальные отношения. Согласно этнографическому подходу, «культ духов хозяев местности можно рассматривать как способ сакрального освоения территории, в результате которого определённый регион и отдельные его районы персонифицируются в образе своих духов-хозяев»2. Таким образом, ландшафт выступает как один из акторов социальных отношений. И если обычно в местных религиях существуют представления о хозяевах местностей, четкой географической границы между территориями которых внутри одной стихии не существует, то святые места определяют их более чёткую локализацию. Здесь реализовывается взаимодействие в условиях соприсутствия – на святых местах оставляются небольшие подношения – еды или денег, т.е. воспроизводятся практики, как в случае общения с реальным человеком. В то же время, если рассматривать святые места как турпродукт, то в таком случае места служат безличной ареной, на которой разворачивается взаимодействие гида с туристами.

Святые места являются также неотъемлемой частью ландшафтов Прибайкалья, следовательно, должны быть приняты во внимание при осуществлении ландшафтного планирования. Есть учесть мировой опыт в сфере ландшафтного планирования, то святые места являются довольно значимым компонентом при формировании особо охраняемых природных территорий (ООПТ). Для Байкала это актуально в связи с тем, что большая часть побережья Байкала относится к ООПТ.

Наше исследование является продолжением проекта «Святые места Ольхонского района», организованного в рамках экологической образовательной программы Тахо Байкал Института в 2005 году. Эмпирической основой исследования послужили материалы интервью с местными жителями, туристами, круглого стола с местными жителями в посёлке Еланцы, включенного наблюдения на сакральных местах по берегам Байкала в Ольхонском районе.

Обзор исследований.

С этнографической точки зрения, представления о духах-хозяевах местности рассматриваются как действие адаптивной функции культуры. С социологической точки зрения напрашивается вопрос о направлениях адаптации к современным рыночным условиям. Одним из ответов на него может быть именно восприятие святых мест как турпродукта.

Башаров И.П. Представления о духах-хозяевах местности у русского промыслового населения Восточного Прибайкалья. / Народы и культуры Сибири. Взаимодействия как фактор формирования и модернизации. – Иркутск, 2005. – С. 4-14.

С географической точки зрения, любое физическое место в контексте значимого социального пространства является социальным конструктом и местом конкурирующих дискурсов. Если взять определение культурного ландшафта, данное Р. Шейном, то культурный ландшафт рассматривается как материализованный дискурс. Сакральные пространства находятся на пересечении экологических, религиозных, социальных и культурных интересов. По Мирче Элиаде, сакральные места являются манифестациями или «нашествиями» присущей власти. Окружающая среда – это воплощение прошлой активности.

Ритуалы, социальные взаимодействия и гендерные роли являются не просто системами верований, но связаны с контролем земли, ресурсов и власти. Фокус на материальном существовании рассматривается как мост между внутренним миром и внешним его объяснением. Ритуальные места рассматриваются как местоположения для валидации, усиления и узаконивания практик гендерных, возрастных и собственности в сакральных терминах. Ритуальный контроль тесно связан с контролем за ресурсами.

Подобный подход используется Институтом Исследований культурного ландшафта, который под этим понятием подразумевает способ рассмотрения ландшафтов, делающий основное ударение на взаимодействии между человеческими существованиями и природой во времени.

Если обратиться к исследованиям, проведённым на изучаемой нами территории, то сакральные места Ольхона рассматривались в работах многих учёных-этнографов.

Данные сведения имеют разрозненный характер, так как основной своей целью имеют изучение конкретных обрядов и смыслов, связанных с отдельными сферами культуры бурят. В частности, много информации об обычаях и традициях бурят в Ольхонском районе собирали М.Н. Хангалов3, Т.М. Михайлов4. Наиболее систематизирована и полно освещена данная информация в работе С.Г. Жамбаловой5. В её книге рассмотрены элементы как материальной, так и духовной культуры местных бурят, в том числе рассмотрены сакральные места Ольхонского района. В книге упоминается о работе по картографированию святых мест, но нет самой карты святых мест. Ценность данных работ особенно велика при использовании их в качестве источниковой базы, так как в них содержится огромный материал полевых экспедиций, записи бесед со старожилами, из которых у нас частично складывается представление о картинах мира и повседневности жителей изучаемого нами региона. В исследованиях М.М. Содномпиловой [2003, 2004], О.А. Шаглановой [2004] даны интерпретации пространства с точки зрения носителей традиционных культур, рассматриваются локусы и мифологические территории, которые вполне могли бы быть предметами исследования локальностей в сакральной географии.

По мнению С.Г. Шапхаева, современная индустриальная культура создаёт свои мифы, связанные с природой: «покорение природы и охрана природы», «сохранение биоразнообразия и устойчивое развитие». Данные понятия опираются морально-этические принципы в результате недостатка знаний о механизмах и процессах, происходящих в биосфере, пытаясь защититься от непонятного6.

Следует упомянуть также путеводители, в которых туристы могут ознакомиться с некоторой информацией о святых местах Ольхона. К таким относится книга С. Волкова7, в которой собрано и частично систематизировано множество сведений о Байкале, от истории его происхождения до описания возможных туристических маршрутов.

Хангалов М.Н. Собрание сочинений.-Улан-Удэ: Улан-Удэнское книжное изд-во, 1958. Т.1., 1959. Т.2.

Михайлов Т. М. Бурятский шаманизм: История, структура, социальные отношения. Новосибирск: Наука.

Сибирское отделение, 1987. – 287 с.

Жамбалова С.Г. Профанный и сакральный миры ольхонских бурят. – Новосибирск: Наука, 2000.- 400 с.

Шапхаев С.Г. Мифологизация природных объектов как инструмент сохранения природного и культурного наследия. Опыт создания природного парка «Край Гэсэра» / Сборник научных трудов Восточно-Сибирского государственного технологического университета. Серия: Охрана окружающей среды. Вып.2. Улан-Удэ:

Изд-во ВСГТУ, 2001. - С.102- С. Волков. Путеводительпо Байкалу. 5-е изд. Иркутск: ООО «Агентство РИП», 2005.-192 с.

Некоторую информацию о святых местах можно найти в работах уроженцев Ольхонского района, к таким относится работа «Ольхон – край родной», работы и статьи местного шамана В.В. Хагдаева8.

Святые места и религиозные институты.

Из обзора литературы и из общения с местными жителями мы выяснили, что следует различать сакральные места разного уровня - существуют места, значимые лишь для представителей одного рода, затем – места, значимые для жителей данной территории, для жителей района, а также места, имеющие большое значение и для шаманистов других этнических групп. Такие места сейчас привлекают внимание не только местных жителей и бурят, но также и других последователей шаманизма: якутов, хакасов, тувинцев, монголов. В 1993 году шаманы Республики Бурятия официально признали остров Ольхон «главным святилищем, культовым центром общемонгольского и центрально-азиатского значения»9. По рассказам местных бурят, духи-хозяева острова Ольхон упоминаются в шаманских призываниях не только бурят, но и у монголов, в том числе и во Внутренней Монголии.

Сакральные места занимают особое место в структурировании места. Шаманские сакральные места представляют собой архаичный элемент традиционной культуры, относимый ко времени формирования мифопоэтического сознания. Религиозные практики на сакральных местах являются частью повседневности шаманистов и в настоящее время, но появляются новые элементы в культово-обрядовой практике, по-новому определяются функциональное значение, роль, характер и степень востребованности сакральных мест представителями разных социальных групп. Полиэтничность ландшафта воплощается в возникновении новых сакральных мест не только шаманских, характерных для коренных жителей, но и других религий.

Постепенно в регионе усиливается положение буддийских организаций, символом которого служит установление буддийской ступы (субургана) на острове Огой. Под ступой были заложены 2,5 т мантры – молитвы на тибетском языке, оружие и снаряды, чтобы не было войны. Над созданием ступы работал архитектор из Бутана, читал молитвы учитель из Непала. В музее села Хужир установке ступы посвящена специальная экспозиция. Первые буддийские элементы на остров Ольхон относят ко времени походов Чингисхана: по словам гида, на острове был найден нагрудный буддийский знак воина из рода Чингисхана. Данный символ считается именно религиозным, но не этническим, поскольку в Иркутской области довольно велико число людей, увлекающихся буддизмом, без актуализации этнической принадлежности. По воспоминаниям старожилов, в начале 20-го века на острове нашли своё убежище буддийские ламы. Одно время на острове даже был построен буддийский дацан. В 1920-х годах его разобрали и из останков построили жилой дом. Характерному для советского периода дискурсу «покорения природы» буддийские ламы противопоставляют свою интерпретацию экологического дискурса, чтобы туризм, который сейчас развивается стихийно и неуправляемо, стал гармоничен с культурной спецификой региона.

Символом православного мира может стать строящийся храм в посёлке Хужир.

Следует отметить, что посёлок был построен поблизости от одного из важнейших шаманских сакральных мест – Шаманского мыса. К нему простым бурятам запрещалось подходить на расстояние менее 500 метров. Проезжая мимо данного места, обвязывали копыта лошадей тряпками, чтобы не создавать лишнего шума. К другим подобным значимым сакральным местам относятся гора Жима на мысе Ижимей, мыс Хобой со Хагдаев В.В. Шаманизм и мировые религии.-Иркутск: ГП «Иркут.обл.тип. № 1», 1998.- 80 с.;

Хагдаев В.В.

Шаманский мир Приольхонья // Центральноазиатский шаманизм: философские, исторические, религиозные аспекты. – С.81-85.

Жамбалова С.Г. Профанный и сакральный миры ольхонских бурят. – Новосибирск: Наука, 2000.- с.207.

Подробно он рассмотрен в статье А. Болотовой Государство, геологи и колонизация природы в СССР // Неприкосновенный запас. Дебаты о политике и культуре скалой Девой. Гора Жима является наиболее высокой на острове. По преданиям, на этой горе проживает дух-хозяин острова Ольхон. Кроме того, здесь произрастает реликтовый ельник, до недавнего времени гора была слабодоступна для туристов, лишь в последние годы она становится посещаемой, часть ельника была уничтожена пожаром, возникшим после туристов.

В прошлом к данным святым местам было запрещено подходить обычным людям только шаманам, нельзя было заниматься какой-либо хозяйственной деятельностью.

Поэтому первые бурятские семьи появились в Хужире лишь спустя определённое время после поселения там русских. Особенностью данных мест является сохранение гендерных различий: на шаманских обрядах до сих пор запрещено присутствие женщин и детей, поскольку считается, что места обладают огромной энергетикой, губительной для детей и для будущего деторождения. Среди местных жителей распространено мнение, что женщины не допускаются к ритуалам, поскольку они «грязные». Таким образом, подчёркивается авторитет мужчин в принятии решений относительно земли. Ритуальные святилища раньше были окружены буферными зонами, в которых никакие природные ресурсы не должны изыматься.

Вдоль дороги есть много установленных коновязей-сэргэ, которые имеют родовое значение, но часто посещаются и другими, в том числе туристами. Если в прошлом сэргэ помечало место проживания определённого рода, то теперь оно обычно лишь напоминает о том месте. Во многом родовые сэргэ похожи на сэргэ, имеющие общеольхонское значение, которые установлены в честь шаманов, ранее проживавших в данной местности.

Кроме того, существуют сэргэ, установленные в честь каких-либо знаменательных событий. Кроме того, существуют сэргэ, установленные в честь каких-либо знаменательных событий. В Ольхонском районе таким является сэргэ около горы Саган Хада.



Pages:     | 1 |   ...   | 5 | 6 || 8 | 9 |   ...   | 11 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.