авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 | 2 || 4 |

«МИНИСТЕРСТВО СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ НОВОСИБИРСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ...»

-- [ Страница 3 ] --

Второй блок направлений интегрирования также характеризуется единством цели, в качестве которой следует понимать совершенствование взаимодействия компетентных юрисдикционных органов, принадлежащих к различным правопорядкам, с целью совместного правового регулирования определённых групп международно-правовых отношений. В качестве таких сфер общественных отношений, прежде всего, выступают глобальные проблемы человеческого сообщества – экологическая, продовольственная, ядерная, проблема международной преступности и так далее. Именно тот факт, что решение данных проблем возможно лишь путём приложения коллективных усилий всего мирового сообщества, обусловливает необходимость более полного координирования деятельности соответствующих сегментов национально-правовых систем в области правового регулирования международно-экономических, политических, военных, научных и иных связей. Актуальность этого вопроса для всех правовых семей современности и определяет перечень направлении их интегрирования. К числу таких направлений можно отнести: создание органов по борьбе с международной преступностью (Интерпол, Европол), создание международных судов и трибуналов. К настоящему времени сложились и функционируют следующие судебные учреждения: Международный Суд ООН, Международный третейский суд, Международный трибунал по морскому праву, Европейский Суд (Суд Европейского Союза), Экономический суд Содружества Независимых Государств, Европейский Суд по правам человека (в рамках Совета Европы), Межамериканский Суд по правам человека, Международный трибунал по бывшей Югославии, Международный трибунал по Руанде. Завершается разработка учредительных документов, на базе которых предполагается создать новый судебный орган – Международный уголовный суд. Правовой основой организации и деятельности международных судебных учреждений являются, как правило, договорные акты в форме конвенций или уставов. Например: Международный суд ООН – Устав ООН и Статут Международного Суда ООН, образующий неотъемлемую часть Устава;

Международный трибунал по морскому праву – Конвенция ООН по морскому праву, включающая в себя в виде приложения VI Статут Трибунала.

Кроме того, уместно вспомнить о том, что процесс интегрирования как составная часть процесса глобализации права является закономерной реакцией правовой сферы на аналогичные процессы, происходящие в сфере политики, экономики, науки, культуры и др. Поэтому всё многообразие направлений интегрирования может быть классифицировано и в зависимости от сферы общественных отношений, оптимизация регулирования которой делает процесс интегрирования правовых семей объективно востребованным. Интегрирование представлений о праве порождается необходимостью правового осмысления и регулирования деятельности транснациональных корпораций, военно политических блоков и иных явлений глобализирующегося мира. Следовательно, в зависимости от сферы общественных отношений, регулируемой интегрированным правом, возможно различать: политические, экономические, торговые, научно технические, культурные и другие направления интегрирования правовых семей.

Так, политическая интеграция в зоне Евросоюза привела к интегрированию представлений о праве. Конвенционное начало чётко прослеживается в сфере защиты прав и основных свобод человека – Резолюция Европейского парламента об отмене смертной казни 1999 г., Европейская социальная хартия (пересмотренная) (Страсбург, 3 мая 1996 г.), Европейская Конвенция о гражданстве (Страсбург, 6 ноября 1997 г.), в сфере образования и науки – Конвенция о признании квалификаций, относящихся к высшему образованию в европейском регионе (Лиссабон, 11 апреля 1997 г.), в сфере уголовного права – Конвенция об уголовной ответственности за коррупцию (Страсбург, 27 января 1999 г.).

Европейский Союз (Евросоюз) – объединение 27 европейских государств, подписавших Договор о Европейском союзе (Маастрихтский договор). ЕС – уникальное международное образование: он сочетает признаки международной организации и государства, однако формально не является ни тем, ни другим. Союз не является субъектом международного публичного права, однако имеет полномочия на участие в международных отношениях и играет в них не малую роль.

Из числа членов Евросоюза к романо-германской правовой семье относится 21 страна, к скандинавской правовой семье – 3 страны, к англосаксонской – страна, а также существует две страны, в которых присутствуют традиции смешанных правовых семей (например, Мальта)1.

Заместитель директора Института Европы Ал. А. Громыко констатирует, что всё чаще звучит идея так называемой евросферы, сторонники которой включают в это понятие не только ЕС, но и страны СНГ, Ближнего Востока, Северной Африки и даже государства южнее Сахары (всего более 100 стран)2. Приверженцы данной точки зрения указывают, что возможность интегрирования столь значительного пространства обусловлена потенциальной готовностью существующих в его рамках государств к сближению национальных правопорядков.

На практике международно-правовая интеграция правовых семей Национальные парламенты мира: энцикл. 5 справ. / А.Х. Саидов. Рос. акад. наук. Институт государства и права. – М.: Волтерс Клувер, 2005.

Громыко Ал. А. Конкуренция двух европейских интеграций (семинар). // Современная Европа. № 3. М., 2006.

С. 141.

осуществляется в форме создания интеграционных объединений, центров, в качестве которых выступают международные организации. В настоящее время существует более 20 000 таких организаций, большая часть из которых является неправительственными. Регистрацию международных организаций осуществляет Союз международных ассоциаций, основанный в 1909 году находящийся в Брюсселе. Он аккумулирует основные сведения о международных организациях и публикует их в Ежегоднике международных организаций и в журнале «Международные ассоциации». По данным Ассоциации международных организаций, около 200 межправительственных и неправительственных организаций заняты в сфере международно-правового регулирования сотрудничества субъектов международного права в сфере науки, культуры и здравоохранения. Более 40 организаций заняты в сфере международно-правового регулирования международных валютно-финансовых операций и так далее1.

Наиболее ярким примером международных организаций, в рамках которых осуществляется интегрирование правовых семей, на сегодняшний день может служить Организация Объединённых Наций. Членами ООН являются государства, принадлежащих ко всем правовым семьям современности. Данная организация преследует следующие цели: 1) поддерживать международный мир и безопасность и с этой целью принимать эффективные коллективные меры для пре дотвращения и устранения угрозы миру, а также подавления актов агрессии или других нарушений мира и проводить мирными средствами, в согласии с принципами справедливости и международного права, улаживание или разрешение международных споров или ситуаций, которые могут привести к нарушению мира;

2) развивать дружественные отношения между нациями на основе уважения принципа равноправия и самоопределения народов, а также принимать другие соответствующие меры для укрепления всеобщего мира;

3) осуществлять международное сотрудничество в разрешении международных проблем экономического, социального, культурного и гуманитарного характера и в поощрении и развитии уважения к правам человека и основным свободам для всех, Шреплер Х.А. Международные организации: справ. М., 1995.

без различия расы, пола, языка и религии;

4) быть центром для согласования дей ствий наций в достижении общих целей1.

Естественно, что реализация подобных целей требует координации усилий всего мирового сообщества. Однако достижение должного уровня эффективности такого сотрудничества требует сближения представлений о праве и его практическом применении. Следовательно, члены ООН – национально-правовые системы, принадлежащие к различным семьям права, неизбежно подвергаются влиянию интеграционных процессов.

Ещё одной формой интеграции правовых семей являются международные конференции. В настоящее время созывается 1 000 конференций. По мнению специалистов, в середине ХХI в. ежегодно будет проходить примерно 50 тысяч международных конференций в год. Чаще всего межправительственные конференции созываются для разработки и принятия международных договоров, заключительных актов, свода принципов по сотрудничеству в конкретной области международных отношений. Значительное количество международных конференций созывается для обсуждения насущных проблем современности. Так, в 1995 году состоялся девятый Конгресс ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями2.

Стоит обратить внимание и на тот факт, что влияние интеграционных процессов в современном мире преобладает над центробежными тенденциями, примером чего может служить создание СНГ, ШОС и ряда других международных образований на территории постсоветского пространства. Шанхайская Организация Сотрудничества, которая была создана чуть более пяти лет назад, на сегодняшний день, с учётом стран наблюдателей – это почти три миллиарда человек и огромная территория от Балтики до Тихого океана, от Индийского океана до северных морей. Ключевой задачей данной организации является укрепление безопасности стран ШОС, и, прежде всего, нейтрализация угроз терроризма, сепаратизма и экстремизма. Главным событием, состоявшегося в Ст. 1. Устав ООН от 24 октября 1945 г.

Бекяшев К.А. Международное публичное право. Изд. 4-е перераб. и доп., издат. «ПРОСПЕКТ». М., 2007 С.

330.

Бишкеке в августе 2007 года саммита Шанхайской шестёрки, стало подписание международного договора «О долгосрочном добрососедстве и дружбе». Кроме того, в рамках данной международной организации, активно формируются программы в области здравоохранения, образования, энергетики, а также в области предупреждения природных катастроф. Столь широкий спектр направлений интегрирования, включённых в сферу деятельности ШОС, обусловливает стремление национально-правовых систем принадлежащих к различным правовым семьям присоединиться к её членам – России, Киргизии, Китаю, Казахстану и так далее. Так, о целесообразности отмены моратория на приём новых участников ШОС говорили представители Пакистана, Ирана, Монголии. Возможность интегрирования семьи мусульманского права (Иран, Пакистан) и других правовых семей (Россия, Китай) в рамках этой организации определяется, по мнению Президента РФ В.В. Путина, тем обстоятельством, что безопасность в глобализирующемся мире не разделима, а любые попытки решать в одиночку глобальные и региональные проблемы перспектив не имеют1.

Интенсивность интеграционных процессов, обусловленная геополитической и экономической значимостью региона, столь стремительна, что к числу специфических черт данного процесса по праву следует отнести формирование конкуренции среди интегрирующих образований. Американская концепция интеграции региона называется «Большая центральная Азия», японская – «Дуга свободы и процветания». Наличие альтернативы позволит избежать центростремительных тенденций в интегрируемой среде, поскольку даёт правовым семьям возможность более мягкого интегрирования в региональные и мировые правовые системы.

С учётом вышеизложенного, представляется возможным опровергнуть доводы Г.Ж. Бермана о кризисе западной традиции права. Рассматривая эволюцию англо-саксонского права через призму интегрирования правовых семей, обусловленного процессом глобализации права, следует говорить не о кризисе западного права, а о его закономерной модификации. В частности, по мнению Г.Ж.

Заявление Президента РФ на саммите ШОС в Бишкеке от 16.08.2007 г.

Бермана, главенство права в множественности правовых юрисдикций и правовых систем внутри одного правового порядка находится под угрозой, ибо в каждой стране наблюдается тенденция к поглощению разнообразных юрисдикций и систем одной центральной программой законодательства и административного регулирования. Однако следует учитывать и стремление государств к унификации и гармонизации права, которое обеспечивает необходимую меру единообразия в представлениях о праве. К тому же, сам Берман признаёт, что международное право теоретически расширило свои притязания на то, чтобы превалировать над национальным правом. Кроме того, развитие права через новую интерпретацию прошлого, не важно, представлено ли это прошлое прецедентом или идеологический1.

кодификацией, это момент чисто Что же касается противоречивости правовых норм и бессистемности права в целом, то сам же Берман объясняет это явление отсутствием иерархии источников права способной разместить в системе множества юрисдикций и привести в гармонию нормы права.

В качестве теории способной упорядочить правовую структуру и придать ей последовательность представляется возможным рассматривать теорию «глобализации права».

Таким образом, динамика развития правовых семей современности обусловлена стремлением составляющих их национально-правовых систем адоптироваться к изменяющимся условиям жизнедеятельности мирового сообщества. Одной из основных тенденций в данном случае является активизация процессов правового интегрирования. Говоря об интегрировании правовых семей современности, необходимо иметь в виду процесс сближения, объединения образующих эти семьи национальных правопорядков, выражающейся во взаимном восполнении присущих им представлений о праве и его практическом применении.

На практике интеграция осуществляется в форме создания международных организаций и проведения конвенций.

Как и любой процесс, имеющий протяжённость во времени и пространстве, Берман Г.Дж. «Кризис западной традиции права». / пер. англ. – 2-е изд. – М.: изд. МГУ: Издательская группа ИНФРА М – НОРМА, 1998. С. 51-53.

интегрирование правовых семей характеризуется строго определённой направленностью. Перечень таких направлений обусловлен необходимостью эволюции представлений о праве, присущих различным правовым семьям, в целях укрепления взаимосвязей между ними. Всё многообразие направлений интегрирования может быть поделено на два блока – теоретические и практические. Теоретический блок включает в себя направления, целью которых является разработка теоретической основы интегрирования. В него входят:

формирование правовой идеологии, дающей отдельной семье права возможность воспринимать другие семьи права и взаимодействовать с ними, формирование понятийного аппарата, принципов взаимодействия и определение методов правового регулирования приемлемых для каждой из этих семей. Второй блок направлений интегрирования также характеризуется единством цели, в качестве которой следует понимать совершенствование взаимодействия компетентных юрисдикционных органов, принадлежащих к различным правопорядкам, с целью совместного регулирования определённых групп международно-правовых отношений. Координирование деятельности соответствующих сегментов национально-правовых систем выражается в создании международных правотворческих органов, органов по борьбе с международной преступностью, международных судов и трибуналов. Всё многообразие направлений интегрирования может быть классифицировано и в зависимости от сферы общественных отношений регулируемых интегрированным правом. По данному основанию, возможно, различать интегрирование правового регулирования экономических, политических, научно-технических и иных сфер общественных отношений.

3.2 Совершенствование практики систематизации правовой базы международного сотрудничества На сегодняшний день совершенствование практики формирования нормативно-правовой базы в области международного сотрудничества является магистральным направлением развития процесса глобализации права.

Фрагментарность регулирования в сфере международного публичного и международного частного права, обусловленная рассредоточенностью международно-правовых норм во множестве правовых актов различного уровня крайне не согласованных между собой, препятствует эффективному решению задач стоящих перед мировым сообществом. Другим дисстабилизирующим фактором в области международного правотворчества является то обстоятельство, что одни и те же нормы по-разному воспринимаются конкретными национально правовыми системами. Более того, достаточно часто встречаются случаи, когда во внутреннем праве конкретных государств действуют тождественные акты, но практика их толкования и последующего применения расходится. Ярчайший пример подобного рода – Франция и Бельгия, где регулирование гражданских отношений обеспечивается Кодексом Наполеона, но совпадения решений, в конечном счёте, не наблюдается. Стоит обратить внимание на то, что данные проблемы в равной мере присущи и международному публичному и международному частному праву, а, следовательно, тенденции их преодоления будут во многом совпадать. Представляется, что качественно новый уровень процессу формирования нормативно-правовой базы в области международного сотрудничества способно обеспечить сочетание процессов систематизации и унификации норм международного права.

Унификация – это закономерная тенденция совершенствования и прогрессивного развития международного права, заключающаяся в приведении нормативно-правовых актов к единообразию. Данный феномен правовой действительности получил развитие преимущественно в XX столетии. Именно этот исторический период отмечен активизацией интегрирования правовых систем различного уровня, выражающегося в сближении присущих им представлений о праве. Сама динамика данного процесса требовала от мирового сообщества признания его легитимности, то есть формального закрепления результатов интегрирования в правовых актах, имеющих обязательную юридическую силу для всех участников международно-правовых отношений.

Обязательный характер таких нормативных актов позволяет говорить о формировании единых правовых стандартов в области международного правотворчества и правоприменения. На практике достижение единообразия обеспечивается путём разработки и заключения унифицирующих международных соглашений.

Международные договоры играют всё более решающую роль в укреплении и развитии межгосударственного сотрудничества. Российская доктрина права рассматривает их в качестве основного средства создания международных норм.

Аналогичные воззрения присущи и правовым доктринам практически всех членов мирового сообщества. Стоит отметить, что международные договоры позволяют создать унифицирующие нормы как в области международного публичного, так и международного частного права, то есть не только нормы материально-правового, но и коллизионно-правового характера. Это обстоятельство имеет принципиально важное значение поскольку позволяет рассматривать унификацию как способ более детального структурирования глобальной правовой системы во всём многообразии её проявлений. Иными словами, посредством заключения унифицирующих соглашений высокий уровень правовой защиты гарантируется не только межгосударственным отношениям, но и отношениям между различными физическими и юридическими лицами не зависимо от места их нахождения. Тем самым возникают предпосылки для единообразия правоприменительной практики, а, следовательно, широкого развития экономических и иных связей между субъектами различных государств1.

Унификация права может осуществляться в различных видах. Принято разграничивать результаты унификации в зависимости от характера норм, которые должны быть созданы как нормы единообразного регулирования. На основе этого критерия различают:

- создание государствами единообразных коллизионных норм путём принятия универсальных и региональных международных договоров в области международного права (первые Гаагские конвенции в области брачно-семейных Ануфриева Л.П. Международное частное право: В 3-х томах. Том 1. Общая часть: Учебник. – М.: Изд-во БЕК, 2000. С. 36.

отношений, Конвенция 1985 г. о праве, применяемом к международной купле продаже товаров, Конвенция о рабстве 1926 г., запрещающая рабство и работорговлю и др.);

- создание государствами единообразных материальных норм в области международного права (Конвенция ООН 1988 г. о международных переводных и международных простых векселях, Конвенция ООН о борьбе против незаконного оборота наркотических веществ и психотропных препаратов 1988 г. и др.);

- создание государствами единообразных коллизионных и материально правовых норм в одном унифицирующем акте (Конвенция ООН 1991 г. об ответственности операторов транспортных терминалов в международной торговле и др.).

Именно при помощи процесса унификации представляется возможным обеспечить принципиально новый подход к созданию норм международного права – унифицируя не только отдельные комплексы международно-правовых норм, но и сам процесс международного правотворчества. В этой связи большее единообразие может быть достигнуто с помощью ухода от излишней детализации, поскольку правотворческие институты различных государств далеко не тождественны. Речь идёт о необходимости унификации самих стадий нормотворческого процесса, то есть о единообразной регламентации процесса достижения согласия с содержанием правила поведения и процесса признания за этим правилом обязательного характера. Иными словами, требуется создание унифицированных регламентов, регулирующих деятельность институтов международного правотворчества по разработке и принятию нормативных актов в области межгосударственного сотрудничества, а так же включению их в законодательные базы конкретных государств. Фрагментарность процесса унификации возможно преодолеть не столько увеличением числа единообразных норм во внутригосударственном праве, сколько обеспечением тождественности формально закреплённых правил по технике нормотворчества, унификацией представлений об элементах данной техники, о стадиях нормотворческого процесса.

Под систематизацией следует понимать целенаправленную работу международных организаций по упорядочению и приведению в единую систему действующих международных актов. Целями такой работы являются создание стройности системы международных актов, обладающих качествами полноты, доступности и удобства пользования международно-правовыми актами, устранение устаревших и неэффективных норм международного права, разрешение юридических коллизий, ликвидация пробелов и обновление международных актов, как таковых.

Науке международного права, как и всей юридической науке в целом, известны два вида систематизации: кодификация и инкорпорация. Инкорпорация права – это процесс собирания в определённом порядке (предметном, хронологическом) действующих нормативно-правовых актов и их издание в виде сборников.

Выделяют два вида инкорпорации: официальная – осуществляется компетентными государственными органами (Министерство юстиции РФ, Комиссия РФ по делам ЮНЕСКО) и практикуется в рамках международных организаций (Секретариат ООН, Исполнительный секретариат СНГ, Совет Европы);

неофициальная – используется в учебно-методических или в информационных целях.

Другой способ систематизации права – кодификация, то есть систематизация действующих международно-правовых норм и разработка новых норм в соответствии с предметом регулирования с целью создания внутренне согласованных крупных правовых актов или их комплексов. Она выражается в том, что принципы и нормы международного права: уточняются и уясняются;

изменяются (модифицируются) и дополняются;

обновляются и специализируются;

сводятся воедино и унифицируются1. В большинстве государств нормы, посвящённые правовому регулированию сферы международного частного и международного публичного права, содержатся в различных отраслях внутреннего права а, следовательно, и в различных нормативных актах. Лишь Международное право: учебник для вузов / И.Н.Глебов. – М.: Дрофа, 2006. С. 62–63.

немногие государства имеют единые кодифицированные акты в области международно-правового регулирования. В других государствах ведётся разработка единых кодификаций.

При кодификации учитываются практика реализации норм международного права, решения судебных и иных органов, рекомендации науки, прогнозы в отношении тенденций развития международных отношений и международно правового регулирования. Данный процесс осуществляется на официальном уровне – либо государствами посредством созыва специальных международных конференций, либо в рамках международных организаций. Результатом кодификации является один или комплекс кодификационных актов, наиболее подходящей формой для которых является договор как явное выраженное соглашение (Конвенция ООН по морскому праву и др.). Кодификационный акт представляет собой единый официальный документ либо комплекс взаимно согласованных документов. Им может быть также акт международной организации. Такой акт не является автоматически обязательным, поскольку, хотя и содержит уже действующие нормы международного права, необходимо согласие государств на его обязательность посредством ратификации или в иной форме.

В доктрине международного права различается несколько видов кодификации. Официальная кодификация норм международного права осуществляется самими субъектами международного права, обладающими необходимой для этого компетенцией. Различают и неофициальную кодификацию, то есть процесс, проводимый международными неправительственными организациями, учёными и научными учреждениями. В этой связи следует учитывать, что результаты неофициальной кодификации не имеют общеобязательной юридической силы, а носят преимущественно рекомендательный характер. Кроме того, выделяют полную кодификацию, когда происходит объединение в единый кодекс всех действующих норм международного права, и частичную – когда кодифицируется отдельная отрасль международного права1.

На практике большое влияние на процесс международного правотворчества оказывают международные организации, занимающиеся разработкой норм и правил, которые будут применяться в будущем государствами-участниками этих организаций. Для совершенствования процесса формирования нормативно правовой базы в сфере международного сотрудничества ими активно используются методы систематизации и унификации правовых актов, что позволяет обеспечить более эффективное регулирование конкретных сфер международных отношений.

Большую роль в процессе кодификации норм международного права играет Комиссия по международному праву ООН. Согласно Положению КМП ООН имеет своей целью содействовать прогрессивному развитию международного права и его кодификации2. В статье 1 Положения указано, что Комиссия «занимается преимущественно вопросами международного публичного права, но она может рассматривать вопросы и международного частного права».

Согласно статье 15 Положения выражение «прогрессивное развитие ме ждународного права» употребляется в смысле подготовки проектов конвенций по тем вопросам, которые ещё не регулируются международным правом или по которым право ещё недостаточно развито в практике государств. Равным образом выражение «кодификация международного права» для удобства употребляется в смысле более точного формулирования и систематизации норм международного права в тех областях, в которых уже имеются обширная государственная практика, прецеденты и доктрины.

Когда Генеральная Ассамблея передаёт КМП ООН предложение, касающееся прогрессивного развития международного права, Комиссия назначает одного из своих членов докладчиком, составляет план работы, рассылает правительствам вопросник и просит их представлять ей в определённый срок информацию и данные, относящиеся к вопросам, включённым в план работы.

Каламкарян Р.А., Мигачев Ю.И. Международное право: Учебник. – М.: Изд-во Эксмо, 2004. С. 113.

Резолюция Генеральной Ассамблеи ООН № 174 (II) от 21 ноября 1947 г.

КМП ООН рассматривает передаваемые ей Генеральным секретарём предложения и проекты многосторонних конвенций, представляемые государствами-членами ООН, главными органами ООН, кроме Генеральной Ассамблеи, специализированными учреждениями или официальными органами, созданными по договорённости между правительствами для содействия прогрессивному развитию международного права и его кодификации.

Комиссия готовит свои проекты в форме статей и представляет их Генеральной Ассамблее с комментариями, содержащими соответствующее изложение прецедентов и других относящихся к делу данных, включая договоры, судебные решения и доктрину;

выводы относительно степени согласия по каждому моменту в практике государств и доктрине, а также существующие расхождения и разногласия, аргументы в пользу того или иного разрешения. КМП ООН состоит из 34 членов. Члены Комиссии избираются Генеральной Ассамблеей сроком на пять лет из числа лиц, внесённых в список по предложению правительств государств-членов ООН.

За время работы КМП ООН подготовила проекты многих многосторонних конвенций, деклараций и статей. В их числе Проект декларации прав и обязанностей государств (1949 г.), Проект конвенции об искоренении и сокращении безгражданства в будущем (1954 г.) и др. Результаты работы КМП ООН публикуются в докладах, ежегодно представляемых Генеральной Ассамблее ООН, и Ежегодниках.

Кроме того, большую работу по кодификации и прогрессивному развитию отраслевых норм проводят специализированные учреждения ООН, особенно ИМО, ИКАО, ФАО, ВОЗ, ВМО, ЮНЕСКО и др.

Важнейшей межгосударственной организацией, ведущей кодификационные работы в области международного частного права, является «Гаагская конференция по международному частному праву». В рамках этой организации было разработано и принято множество конвенций, не все из которых на сегодняшний день вступили в силу. Однако невозможно отрицать их значительное влияние на развитие внутригосударственного законодательства и правоприменительную практику.

Потребность в проведении универсальной кодификации некоторых норм международного частного права, связанных с коммерческим оборотом, привела к созданию в рамках ООН органа, специально занимающегося этим вопросом – Комиссия ООН по праву международной торговли, возникшего в качестве вспомогательного органа Генеральной Ассамблеи (ЮНСИТРАЛ).

В области проведения неофициальной кодификации обычаев и обыкновений, действующих в международном частном праве, особую роль играет такая международная неправительственная организация, как Международная торговая палата (МТП), основная цель которой – организационное, техническое и правовое обеспечение международного бизнеса.

Однако множественность центров международного правотворчества и бессистемность их деятельности отнюдь не способствует качественным преобразованиям нормативно-правового массива в области межгосударственного сотрудничества. Глобализационные процессы требуют глобального регулирования, обеспечить которое представляется возможным, лишь сконцентрировав правотворческие функции всех ныне существующих межправительственных и внеправительственных организаций воедино. Объём полномочий данного образования должен суммировать полномочия уже существующих институтов международного правотворчества.

Порядок формирования и структура подобного образования должны определяться в зависимости от конкретных потребностей мирового сообщества.

Однако очевидным является тот факт, что для его легитимности, а также для обеспечения согласованности глобального и внутригосударственного регулирования во всём его многообразии необходимо, чтобы в этом органе были представлены все субъекты международного права. Иными словами, формирование института глобального правотворчества возможно либо прямым путём, когда интересы конкретных государств защищаются их представителями, либо косвенным, когда интересы государств защищаются представителями региональных международных объединений, участниками которых данные государства являются.

В качестве прообраза института всемирного правотворчества представляется возможным рассматривать Европейский Парламент, являющийся собранием из 786 депутатов, напрямую избираемых гражданами стран-членов Европейского Союза, сроком на пять лет. Число депутатов от каждой страны постоянное. Квота мест зависит от численности населения данного государства.

Председатель Европарламента избирается на два с половиной года. Члены Европейского Парламента объединяются не по национальному признаку, а в соответствии с политической ориентацией. Основная роль данной организации состоит в утверждении бюджета Европейского Союза. Кроме того, практически любое решение Совета ЕС требует либо одобрения Парламента, либо, по крайней мере, запроса его мнения. Он контролирует работу Еврокомиссии и обладает правом её роспуска. Одобрение Парламента требуется и при принятии в Союз новых членов, а также при заключении соглашений об ассоциированном членстве и торговых договорённостей с третьими сторонами. Последние парламентские выборы в Европе проводились в 2004 году.

Безусловно, современное состояние данного центра европейского правотворчества далеко от совершенства. Его структура и ограниченный объём полномочий препятствуют созданию базиса необходимого для эффективного координирования усилий всех членов мирового сообщества в условиях глобализации. Однако сам факт существования Европейского Парламента доказывает потенциальную готовность не только отдельных государств, но и целых регионов к формированию всемирного правотворческого органа. Иными словами, сознавая значимость стоящих перед мировым сообществом проблем, отдельные национально-правовые системы и группы таковых систем готовы передать на международный уровень определённый объём своих правотворческих функций.

Таким образом, совершенствование практики формирования нормативно правовой базы международного сотрудничества является магистральным направлением развития процесса глобализации права. Фрагментарность правового регулирования обусловленная рассредоточенностью норм международного права во множестве актов крайне несогласованных между собой, а также то обстоятельство, что одни и те же нормы по-разному воспринимаются отдельными национально-правовыми системами, препятствуют эффективному решению задач стоящих перед мировым сообществом. Данные проблемы в равной мере присущи и международному публичному и международному частному праву, а, следовательно, пути их преодоления будут во многом совпадать.

Представляется, что качественно новый уровень международного правотворчества способно обеспечить сочетание процессов систематизации и унификации. Динамика этих процессов позволяет говорить о формировании единых правовых стандартов в сфере международного сотрудничества. На практике достижение единообразия обеспечивается путём заключения унифицирующих международных соглашений. Однако принципиально новый подход к созданию норм международного права представляется возможным обеспечить, унифицируя не только отдельные комплексы международно-правовых норм, но и сам процесс международного правотворчества. Поскольку правотворческие институты отдельных государств далеко не тождественны, необходимо создание унифицированных регламентов регулирующих деятельность по разработке и принятию актов в области международного сотрудничества, а также включению их в законодательные базы конкретных государств.

В современных условиях кодификацией, инкорпорацией и унификацией норм международного права занимается целый ряд организаций – КМП ООН, ЮНЕСКО и другие. Однако множественность центров международного правотворчества и бессистемность их деятельности отнюдь не способствуют качественным преобразованиям правового массива. Глобализационные процессы требуют глобального регулирования, обеспечить которое представляется возможным, сконцентрировав правотворческие функции всех международных институтов. Сам факт существования Европарламента и иных международных организаций свидетельствует о потенциальной готовности отдельных национально-правовых систем и их объединений к созданию всемирного правотворческого органа, объём полномочий, которого будет зависеть от задач стоящих перед мировым сообществом.

3.3 Совершенствование практики разрешения международных споров в условиях глобализации Согласно Уставу ООН все Члены Организации Объединённых Наций обязаны разрешать международные споры мирными средствами, таким образом, чтобы не подвергать угрозе международный мир и безопасность1. Особая значимость и необходимость принципа мирного разрешения международных споров подчёркивается и в целом ряде других международно-правовых актов, разработанных в соответствии с Уставом ООН. Среди таких документов можно выделить Декларацию о принципах международного права, касающихся дружественных отношений и сотрудничества между государствами от 24 октября 1970 г., Заключительный акт Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе от 1 августа 1975 г., Манильскую декларацию о мирном разрешении международных споров 1982 г. и другие. Данный принцип занимает важнейшее место в системе основных принципов международного права, а, следовательно, ни один нормативно-правовой акт не может противоречить его положениям. Как пишет доктор юридических наук Лукашук И.И., международное сообщество приняло общественный порядок, основанный на императивных нормах международного права, и международные договоры должны действовать в рамках этого порядка, главная задача которого состоит в исключении силы в международных отношениях2. Несмотря на это, механизм применения данного принципа разработан крайне слабо, что препятствует его эффективной реализации в рамках единого для всего мирового сообщества правового пространства.

Особенностью структуры принципа мирного разрешения споров является достаточно обширный перечень способов нормализации конфликтных ситуаций.

Один только Устав ООН содержит их более десятка – переговоры, посредничество, П. 2 ст. 3. Устав Организации Объединённых Наций от 26 июня 1945 г.

Лукашук И.И. «Договоры, противоречащие императивной норме общего международного права». М.: Право и политика. 2005. № 6.

примирение, арбитраж, судебное разбирательство, а также привлечение к процессу всех главных органов ООН и региональных организаций. В последнее время государства расширили каталог предпринимаемых мер, включая в процесс примирения не только третьи государства (посредничество, добрые услуги), но и международные межгосударственные организации. Так, орган по разрешению палестино-израильского конфликта включает кроме России, США, ООН и Евросоюз. Часто роль посредника в спорах играет сама ООН, которая в конце года разработала план мирного урегулирования для греческой и турецкой общин Кипра. Содержание принципа мирного разрешения международных споров постоянно усложняется за счёт создания новых способов разрешения споров и их применения.

Анализ практики показывает, что многие государства в системе мирных средств отдают предпочтение дипломатическим переговорам, с помощью которых разрешается большинство споров. Именно непосредственные переговоры наилучшим образом отвечают задаче быстрого разрешения международного спора, гарантируют равенство сторон, могут быть использованы для разрешения как политических, так и юридических споров, наилучшим образом способствуют достижению компромисса, дают возможность приступить к улаживанию конфликта сразу же по его возникновении, позволяют не допускать разрастания спора до таких масштабов, когда он может угрожать международному миру и безопасности.

Усложнение международных связей и невозможность точного и полного прогнозирования развития возникающих между государствами отношений, особенно в последние годы, требует помимо переговоров использовать иные приемлемые средства разрешения споров, которые бы основывались на обращении к третьим сторонам или международным органам. Часто при этом поднимаются вопросы, связанные с ролью международных судебных учреждений.

Если говорить о терминологии, термины «суд» и «трибунал» используются в современном международном праве без чёткого различия. Как правило, «суд» в данном контексте означает корпус судей, будь то постоянный или ad hoc, который уполномочен на основании учредившего его документа определять: что есть право, применимое к конкретным случаям и разрешать споры между сторонами. Решение такого органа принимается большинством голосов и является окончательным и обязательным для сторон. Сторонами могут быть государства, международные организации, индивиды и юридические лица, компетентные негосударственные организации.

Полный перечень международных судов и трибуналов в настоящее время составить весьма затруднительно, в том числе в связи с тем, что данная сфера постоянно развивается. Однако следует упомянуть, в частности, Международный суд ООН, Международный третейский суд, Международный трибунал по морскому праву, Суд ЕС, Экономический суд СНГ, Европейский суд по правам человека, Межамериканский суд по правам человека, Международный трибунал по бывшей Югославии, Международный трибунал по Руанде, Международный уголовный суд.

Существует целый ряд классификаций международных судов и трибуналов.

Их можно классифицировать на постоянные (как, например, Международный суд ООН) и создаваемые ad hoc для разрешения конкретного спора, существующего или способного возникнуть в будущем, либо для разрешения споров, связанных с интерпретацией и применением самого международного соглашения. По субъектно-пространственной сфере их можно поделить на суды универсальные (Международный суд ООН) и региональные (Суд ЕС). Значимой является и классификация по субъектно-юрисдикционным ориентирам. Большинство международных судов и трибуналов рассматривает споры между государствами.

Существуют также суды для рассмотрения индивидуальных и коллективных обращений лиц и государств (Европейский суд по правам человека), а также для уголовного преследования лиц, совершивших международные преступления (Международный уголовный суд)1.

Главным судебным органом Организации Объединённых Наций является Международное право: Учебник для ВУЗов / Отв. ред. проф. Г.В. Игнатенко и проф. О.И. Тиунов. 3-е изд. М.:

Норма, 2003. С. 207-208.

Международный Суд ООН. Он вправе разрешать любые международные споры, которые будут переданы в данный суд спорящими государствами. Это означает, что компетенция Суда распространяется лишь на межгосударственные споры.

Однако и они могут рассматриваться лишь с согласия всех сторон. Из этого следует что, компетенция Суда является для государства не обязательной, а факультативной. Такая позиция точно соответствует Статуту Суда, согласно которой государства могут (но не обязаны) сделать заявление об обязательности для себя юрисдикции Международного Суда ООН1. Основываясь на этой норме, подавляющее большинство государств до сих пор не признало юрисдикцию Суда обязательной. К тому же необходимо отметить, что государства - участники Статута могут признать для себя компетенцию Суда обязательной только по определённым спорам.

Однако такое положение дел оставляет нерешённым вопрос о юрисдикции Международного суда. Так, если обязанность физических и юридических лиц какого-либо государства предстать перед судом национальной судебной системы зависит от права данного государства, которое решает вопрос о том, какие суды располагают юрисдикцией в отношении определённого дела, то на международной арене, напротив, обязательство государства предстать перед судом и, следовательно, юрисдикция суда прямо или косвенно зависят от наличия его согласия. Это в свою очередь означает, что если ответчик докажет отсутствие или недействительность своего согласия в отношении конкретного спора, он может предотвратить рассмотрение дела, а значит, и вынесение решения по существу.

Зачастую «вероятность успеха ответчика выше именно при использовании возражений против юрисдикции, опирающихся на утверждение о недействительности его согласия, чем в случае, когда он основывает свои возражения на правовых нормах, регулирующих юрисдикцию Суда» 2. Помимо прочего, бремя доказывания наличия и действительности согласия ответчика Ст. 36. Статут Международного Суда от 26 июня 1945 г.

Величковский А.В. Проблемные аспекты понятия «юрисдикция международного суда ООН» // Белорусский журнал международного права и международных отношений. – 2000. - № 4.

возлагается на истца, что часто приводит к затягиванию рассмотрения спора и обострению конфликта.

Другим проблемным аспектом является и то обстоятельство, что в сфере международных отношений отсутствует единая судебная система, в которую входил бы и рассматриваемый суд, то есть существует неупорядоченное множество судов, каждый из которых располагает юрисдикцией в объёме, определённом в его учредительном документе. В связи с этим актуальным является вопрос о том, в какой суд обратиться, и имеется ли такой суд вообще.

Следовательно, вопрос о юрисдикции, в том числе и Международного Суда, имеет фундаментальное значение, поскольку удачное возражение против юрисдикции сделает невозможным вынесение судебного решения по существу.

Представляется, что для совершенствования практики мирного разрешения межгосударственных споров требуется формирование единой системы судов международного уровня и определение компетенции каждого звена такой системы, что позволит гарантировать защиту интересов заявителя. Так, истец, которому было отказано в принятии иска на основании отсутствия юрисдикции в одном суде, может снова подать иск, но уже в компетентный суд, при этом ответчику нет особого смысла выдвигать возражения против юрисдикции суда, так как спор, рано или поздно, будет разрешён по существу соответствующим судом. Следовательно, это позволит разрешить противоречия связанные с определением содержания понятий «юрисдикция» и «подсудность».

Стоит отметить, что предпосылки необходимости создания такой системы заложены в самом Уставе ООН, нормы которого называют Международный Суд ООН главным судебным органом Организации. Это в свою очередь предполагает возможность развития сети региональных международных судебных органов под эгидой главного судебного органа ООН, который будет выступать апелляционной инстанцией для всех международных трибуналов и судов. Кроме того, это позволит признать обязательность юрисдикции Международного Суда ООН.

Специфика осуществления правосудия на международном уровне очевидна – на работу международных судебных учреждений значительный отпечаток налагает сама сущность международного права. Во внутригосударственной практике специфика судебного органа как органа, разрешающего конфликты, заключается в том, что за ним стоит сила принуждения государства, обеспечивающая принудительное исполнение решения суда. При этом международное право традиционно воспринимается как имеющее договорную основу, не базирующееся на разделении властей, в нём не имеется аналогичных внутригосударственным механизмам органов привлечения сторон к участию в деле, обеспечения исполнения судебного решения, соответствующих санкций. Для совершенствования практики мирного разрешения международных споров, система международного правосудия должна включать в себя и подобные институты, что неизбежно при формировании единого для всего мирового сообщества правового пространства.

Если рассматривать в качестве главного уровня системы международного правосудия Суд ООН, то нижестоящим звеном в её структуре будут являться суды и трибуналы, носящие региональный характер или отличающиеся специальной отраслевой компетенцией. В настоящее время активно работают суды по правам человека, в частности, Европейский суд по правам человека и Межамериканский суд по правам человека. Сущность этих судов резко отличается от ряда других судов и трибуналов, так как они создаются не для мирного разрешения споров между государствами, а для защиты прав индивидов от их нарушения национальными органами в рамках международных инструментов защиты прав человека. В их работе сохраняется общий принцип согласия сторон на рассмотрение дела международным судебным органом.

Иной подход к данной проблеме присутствует в практике международных трибуналов, созданных для преследования индивидов за международные преступления. Особо яркими примерами выступают трибуналы по Югославии и Руанде. Уникальным является способ учреждения данных трибуналов Нюрнбергский и Токийский трибуналы были учреждены соответствующими правительственными соглашениями;

международные трибуналы в Руанде и бывшей Югославии были учреждены в 1990-е годы Резолюциями Совета Безопасности ООН, а не посредством международных конвенций, соглашений, что характерно для большинства международных судов в соответствии с традиционным пониманием международного права. Более того, международные трибуналы по бывшей Югославии и Руанде были учреждены не государствами, а международной организацией - ООН. На практике компетенция международных трибуналов распространяется, в том числе на граждан государств, не являющихся членами соответствующих международных документов и организаций.

Сравнительно молодым специализированным органом по рассмотрению споров считается Международный уголовный Суд, к юрисдикции которого относится рассмотрение дел о военных преступлениях, преступлениях против человечности, геноциде, агрессии. Однако оценка его компетенции представляется неоднозначной. Специфика Международного уголовного Суда имеет как минимум два значимых аспекта: 1) более широкие, по сравнению с международным обычаем, определения ряда международных преступлений;

2) юрисдикция Международного Суда, по сути, является делегированной. Согласно Римскому Статуту, учреждающего Международный уголовный Суд, для юрисдикции суда есть три основания: 1) лицо, обвиняемое в преступлении, является гражданином государства, присоединившегося к Римскому Статуту;


2) преступление совершено на территории государства, присоединившегося к Римскому Статуту, либо на борту воздушного или морского судна данного государства;

3) дело передано в Международный уголовный Суд Советом Безопасности ООН1. Следовательно, в настоящее время юрисдикция Международного уголовного Суда ограничена, и разрешение этой ситуации в будущем представляет большой интерес, так как напрямую связано с развитием международного права в сфере расследования и рассмотрения дел о международных преступлениях.

Из вышеизложенного очевидно, что в настоящее время в работе ряда трибуналов наблюдается отход от традиционно консенсуального подхода к рассмотрению дел, что позволяет расширить сферу компетенции международных судов, а также является признаком некоторых изменений в современном Ст. 12, 13. Римский Статут Международного уголовного Суда от 17 июля 1998 г.

международном праве.

Позитивной тенденцией в процессе совершенствования практики разрешения международных споров является развитие мер мирного разрешения конфликтов в части обеспечения их доступности. Данный аспект немаловажен, поскольку международное судебное разбирательство является как длительным, так и дорогостоящим. В частности, средняя продолжительность рассмотрения дела в Суде ООН составляет 4 года, объём только состязательных бумаг может составлять более 50 000 страниц. В результате даже расходы на представителей могут достигать астрономических сумм. В качестве примера меры, направленной на обеспечение доступности международного правосудия, можно рассмотреть учреждение Генеральным секретарем ООН в 1989 году Целевого фонда для оказания бедным странам помощи в покрытии расходов, которые они несут в связи со спором, рассматриваемым Судом ООН. Ресурсы данного фонда использовались, в частности, при демаркации установленной решением Суда ООН границы в деле между Буркина-Фасо и Мали.

Вышеизложенные тенденции в работе международных судов и трибуналов являются отражением качественных изменений в современном международном праве, показывают, что международные судебные учреждения активно развиваются. Не отрицая наличие в истории ряда международных судебных учреждений специализированных комиссий, новым фактором также можно считать появление всё большего количества институционализированных и региональных трибуналов, обладающих широкой компетенцией. Среди общих слабостей международных судов и трибуналов следует отметить консенсуальную основу доступа в большинство из них, а также проблему обеспечения исполнения решений.

Говоря об увеличении количества специализированных международных судов и трибуналов как о позитивной тенденции, нельзя не отметить её проблемный аспект, связанный с самой природой международного права, международных судов и трибуналов. В международном праве, где различные судебные учреждения и трибуналы создаются в рамках различных международных конвенций и организаций, отсутствует иерархия, присутствующая в судебной системе в любом государстве. Соответственно, нет «вышестоящих» и «нижестоящих» судов, системы апелляций, кассаций, надзора. Каждый международный суд или трибунал является независимым учреждением, выполняющим свои функции в соответствии с учредившим его международным документом. Так, один и тот же спор может быть рассмотрен различными судебными органами как два разных дела. При этом каждое судебное учреждение является судом первой и последней инстанции, апелляции возможны только в рамках системы данного учреждения. Нет и системы передачи дел из одного международного судебного учреждения в другое, нет классификации дел на крупные и мелкие для определения подведомственности и подсудности, нет системы контроля за конфликтом юрисдикции между различными международными судами и трибуналами.

Таким образом, в качестве приоритетного направления совершенствования практики разрешения споров в едином правовом пространстве необходимо понимать формирование всемирной системы правоприменительных органов, деятельность которых была бы надлежащим образом скоординирована.

Нерешённость вопроса о юрисдикции, дополнительный характер – вот одни из множества проблемных аспектов, препятствующих реализации принципа мирного разрешения международных споров на практике. Представляется, что лишь формирование высокоорганизованной системы международных судов и трибуналов обеспечит эффективное функционирование данного механизма международно-правового регулирования.

Учитывая интересы мирового сообщества, отношение к правам и свободам человека, а также интересы отдельных государств представляется целесообразным, чтобы в качестве высшей судебной инстанции выступал Международный Суд ООН, осуществляющий судебные разбирательства по спорам, затрагивающим интересы всех или многих членов мирового сообщества. Кроме того, данный суд должен выступать в роли апелляционной инстанции по отношению к нижестоящим судам, разрешающим споры регионального характера. Именно эти суды и трибуналы должны рассматриваться как следующее звено системы международного правосудия. Целью их деятельности следует считать разрешение споров между ограниченным кругом субъектов международного права. Для обеспечения согласованности деятельности многочисленных судебных органов, существующих в мире на сегодняшний день, требуется особое внимание уделить определению подведомственности каждого из них, что позволит устранить все коллизии, связанные с юрисдикцией судов, а заявители будут чётко представлять, в какой суд им следует обратиться для разрешения конкретного спора.

Вышеизложенное позволяет определиться, что динамика развития правовых семей современности обусловлена стремлением составляющих их национально правовых систем адоптироваться к изменяющимся под влиянием глобализационных процессов условиям жизнедеятельности мирового сообщества.

Одной из основных тенденций в этой связи является активизация правового интегрирования, выражающегося в сближении образующих эти семьи национальных правопорядков, во взаимном восполнении присущих им представлений о праве. Как и любой процесс, имеющий протяжённость во времени и пространстве, интегрирование правовых семей характеризуется строго определённой направленностью. Всё многообразие направлений интегрирования может быть классифицировано в зависимости от сферы общественных отношений регулируемых интегрированным правом. По данному основанию, возможно, различать интегрирование правового регулирования экономических, политических, научно-технических и иных сфер общественных отношений.

Кроме того, всё многообразие направлений интегрирования может быть поделено на два блока – теоретические и практические. Теоретический блок включает в себя направления, целью которых является разработка теоретической основы интегрирования. В него входят: формирование правовой идеологии, дающей отдельной семье права возможность взаимодействовать с другими семьями, формирование понятийного аппарата, принципов взаимодействия и определение методов правового регулирования приемлемых для каждой из этих семей. Второй блок направлений интегрирования также характеризуется единством цели, в качестве которой следует понимать совершенствование практики взаимодействия компетентных юрисдикционных органов принадлежащих к различным правопорядкам.

Представляется, что и в первом, и во втором случае методологическим базисом является унификация, гармонизация и систематизация права, оптимальное сочетание которых позволит сформировать единые правовые стандарты в области международного сотрудничества. Однако качественно более высокий методологический подход к интегрированию правовых систем различного уровня представляется возможным обеспечить, унифицируя и систематизируя не только отдельные комплексы международно-правовых норм, но и сами процессы международного правотворчества и правоприменения.

Поскольку данные институты отдельных государств далеко не тождественны, требуется создание унифицированных регламентов регулирующих деятельность по разработке и принятию актов в области международного сотрудничества, а также восприятию и применению их правовыми системами различного уровня.

На сегодняшний день систематизацией, то есть кодификацией и инкорпорацией занимается целый ряд международных институтов, однако их множественность и бессистемность деятельности отнюдь не способствуют качественным преобразованиям методологии международного сотрудничества.

Глобализационные процессы требуют глобального регулирования, обеспечить которое представляется возможным сконцентрировав правотворческие и правоприменительные функции всех международных институтов, создав на их основе надлежащим образом структурированные системы органов международного сотрудничества. Сам факт существования Европейского парламента, суда ООН и иных международных организаций, создаваемых с целью интегрирования представлений о праве и его практическом применении, доказывает потенциальную готовность правовых систем различного уровня к созданию всемирной системы правотворческих и правоприменительных органов.

3.4 Глобальная правовая система Правовая система - это понятие, охватывающее не только право как нормативную систему, его источники, но и правосознание, юридическую науку, юридическую практику, систематизацию законодательства, правоприменения, толкования и т.д. Понятие правовой системы позволяет охватить все правовые явления не только в их совокупности, но и во взаимовлиянии и взаимодействии. В наше время число национальных правовых систем приближается к 200. Все они, с одной стороны, имеют нечто общее как правовые системы, а, с другой, - несомненно, отличаются друг от друга разными признаками. Те или иные особенности, свойственные ряду правовых систем, позволяют объединить их в правовые семьи. Именно эти национальные, региональные и межрегиональные блоки, взаимодействуя на основе идеалов стратегического партнёрства, и составляют постепенно формирующуюся структуру глобальной правовой системы.


Вместе с тем, было бы ошибочным полагать, что глобальная правовая система носит лишь собирательный характер. Будучи определённым образом, структурированы, входящие в её состав правовые явления, приобретают абсолютно новые качества, отличающие глобальную систему от её внутригосударственных и региональных компонентов. Так, системообразующими материальными факторами внутригосударственного права выступают: человек (гражданин, иностранный гражданин) и создаваемые им объединения (общественные организации, коммерческие организации и так далее), существующие в сфере исключительной юрисдикции отдельных государств, в то время как субъектно-сущностный уровень глобально-правовой системы включает в себя и целый ряд иных реальных элементов, к числу которых относятся универсальные и региональные международные организации, нации и народы, ведущие борьбу за свободу, независимость, создание собственной государственности и так далее.

Специфика интеллектуально-психологического уровня глобальной правовой системы состоит в определении и использовании общих для всего мирового сообщества черт, позволяющих человеку, народам и нациям с высокой степенью единообразия воспринимать и оценивать правовую реальность. Необходимость решения глобальных проблем современности, а также стремление к совершенствованию правового регулирования и регламентации разнообразных международных связей - вот факторы, побуждающие учёных-правоведов и юристов-практиков подвергать сравнительному анализу совокупность таких явлений, как знания, нравственные постулаты, идеологические и религиозные взгляды и догмы, присущие различным субъектам национальных правопорядков.

Результат этой кропотливой работы видится в формировании общего для человечества правосознания, выступающего одним из важнейших элементов глобальной правовой системы.

В качестве ещё одного системообразующего элемента следует понимать и универсальные нормы международного права. Распространяя своё действие на все национально-правовые системы, они координируют усилия всего мирового сообщества, необходимые для преодоления комплекса глобальных проблем и обеспечения устойчивого развития в планетарном масштабе. Ярким примером таких международно-правовых регуляторов служат основные принципы современного международного права, а также множество иных унифицированных норм, нашедших своё отражение в разнообразных декларациях и договорах. В этой связи следует отметить, что перечень общественных отношений, подверженных единообразному регулированию на сегодняшний день достаточно широк, а, учитывая стремление национальных правопорядков к унификации и гармонизации нормативного массива, представляется возможным прогнозировать, что количество таких сфер будет только возрастать.

Совокупность универсальных норм характеризует глобальное право, как общий для мирового сообщества регулятор социальных процессов, затрагивающих права и законные интересы всех физических и юридических лиц, народов, наций и государств. Выступая в качестве проводника воли каждого из этих субъектов, универсальные нормы заставляют работать иные структурные элементы глобальной правовой системы на её воплощение в правовую реальность.

Именно это, в свою очередь, и влечёт формирование планетарных структурно функциональных блоков, качественно отличающихся от элементов правовых образований более низкого уровня. Сам факт появления универсальных норм свидетельствует о формировании всемирной правовой системы, обусловленном необходимостью совершенствования национальных правопорядков.

Специфика организационно-деятельностного уровня состоит в том, что глобальная правовая система охватывает всю совокупность международных отношений, получивших своё юридическое оформление по средствам определения конкретных прав и обязанностей, функций и компетенции, участвующих в них субъектов. Детальная регламентация этих связей имеет крайне важное значение, поскольку обеспечивает взаимную согласованность правотворческой и правоприменительной сфер в планетарном масштабе. При этом невозможно отрицать, что теоретические конструкции в данной области существенно отличаются от современной практики международного общения.

Отсутствие единой системы международного правосудия, несогласованность деятельности многочисленных межправительственных организаций - вот лишь некоторые недостатки этого уровня. Однако, активизация интеграционных стремлений, со стороны многих национальных правопорядков свидетельствует о том, что процесс укрепления структурного единства между сегментами формирующейся глобальной правовой системы носит длящийся характер, способствующий качественному совершенствованию организационно деятельностного начала.

Социально-результативный уровень данной системы отражает готовность субъектов международного права к осуществлению правовой деятельности во всемирном масштабе, а также показывает идентичность интересов всей человеческой цивилизации с интересами отдельных государств, народов и индивидов. На этом уровне их свободы и возможности органично включаются в формирующийся общечеловеческий правопорядок, целью которого является защита не только государств и их объединений, но и иных участников глобальных правоотношений.

Именно комплексный анализ этих специфических черт позволяет конкретизировать представление о столь многогранном и собирательном явлении, как глобальная правовая система, позволяет определить закономерности её развития, а также принципы взаимодействия с национальными правопорядками. Так, доктор юридических наук, руководитель центра «Международно-правовых исследований института «Государства и права РАН»»

Лукашук И.И. указывает, что в основе системы глобального права лежит принцип демократии, дающий возможность согласования различных правовых систем1.

Применение насильственных методов при интегрировании внутреннего права различных государств недопустимо, поскольку это неизбежно будет способствовать росту центробежных настроений в национальных правопорядках. Подобный подход к формированию глобальной правовой системы станет не просто препятствием на пути динамичного развития цивилизации, но и сам по себе спровоцирует множество проблемных аспектов в виде военных конфликтов направленных на захват доминирующего положения в общемировом порядке. Это обстоятельство позволяет сделать вывод о невозможности и опасности необоснованного ускорения темпов глобализационного процесса по инициативе одного или нескольких государств. Передача части национальных правомочий в правотворческой и правоприменительной сфере должна осуществляться лишь по мере готовности отдельных правопорядков стать сегментами в структуре глобального права.

Вопрос о возможности существования и развития национальных правовых систем в концепции глобального права также не снимается с повестки дня, поскольку «можно предполагать потенциальное создание общей международной правовой системы не для того, чтобы заменить национальные правовые системы, а для того, чтобы в определённых случаях служить центральным институтом демократического сотрудничества внутри государств и между ними». Именно Черданцев И. И. Глобализация, государство, право, 21 век. – М., 2000 г. С.47.

данная точка зрения представляется наиболее близкой к истине, ведь, как бы далеко ни зашёл процесс глобализации права, вряд ли стоит предполагать, что он охватит все общественные отношения, учитывая множество культурных, мировоззренческих, политических и иных особенностей, характерных для различных наций, народов, государств.

Всякая правовая система - это не только комплексное, но и постоянно развивающееся явление. Её динамика характеризуется строго определённой направленностью, обусловленной тенденциями совершенствования геополитического и экономического бытия. Основная закономерность, определяющая динамику правовой системы, состоит в требовании соответствия правовых явлений фактическим общественным отношениям. Это обстоятельство позволяет определить формирования планетарной правовой системы, как последовательное, эволюционное преобразование, происходящее в рамках всемирного исторического процесса. Данная закономерность включает в себя проблемы адекватного отражения в нормативном массиве потребностей мирового сообщества в глобальном регулировании, в стратегическом партнёрстве, а также проблемы разработки и принятия единой законодательной базы в областях, требующих координации усилий всего человечества. Однако соответствие общественных отношений с регулирующими их правовыми явлениями не достигается автоматически. Регламентация глобальных связей требует от национальных правопорядков, передачи части полномочий на международный уровень с целью создания единого организационно-правового механизма. Вместе с тем такой механизм не следует отождествлять с понятием глобальной правовой системы, поскольку данная категория указывает лишь на функциональную сторону процесса регулирования общественных отношений, в то время как глобальная правовая система - это более широкое понятие, показывающее целостность и взаимосвязь всех структурных элементов, единство состояний статики и динамики права. Деятельность такого механизма сама по себе нуждается в детальной правовой регламентации. Определение последовательности действий его элементов, возможностей их корректировки, номенклатуры правотворческих и правоприменительных органов и многое другое следует предусмотреть в универсальном правовом акте или нескольких связанных между собой актах, необходимость принятия которых уже назрела.

По мнению В.Д. Перевалова в качестве ещё одной закономерности развития можно признать постепенное и последовательное сближение естественно правовых и государственно-правовых начал в правовой системе, происходящее по мере роста общечеловеческой культуры, реализации нравственно гуманистических общественных идеалов. Конституирование этой закономерности связано с характеристиками права как меры свободы, гарантии социальной справедливости. Реализация её зависит от осуществления таких взаимосвязанных и взаимодействующих тенденций, как: повышение степени выраженности в праве общенародной воли и претворение её в жизнь, в поведение и деятельность субъектов права;

усиление роли правового регулирования;

перенос центра тяжести в правовом регулировании с запретительных мер на меры дозволения, расширение и интенсивное применение методов убеждения, мер профилактики, позитивного стимулирования.

Использование данной закономерности в качестве одного из фундаментальных начал формирования глобальной правовой системы лишний раз показывает, что методологической основой этого процесса является синтез методологий, присущих различным концепциям правопонимания.

Востребованность и необратимость такого синтеза доказывается самой историей мировой цивилизации - её поэтапным переходом от микро к макросистемности, структурное единство которой обуславливается потребностью в стратегическом партнёрстве. Более того, темпы сближения естественно-правовых и позитивистских воззрений, интегрирования их методологических основ будут только возрастать как фактор, необходимый национальным правопорядкам для защиты своих геополитических, экономических и иных интересов в условиях глобализации.

Как и сама правовая система, закономерности её развития также носят комплексный характер. Иными словами, сочетание естественно-правовых и позитивистских воззрений, обеспечение соответствия правовых явлений регулируемым ими фактическим отношениям определяют ещё одну тенденцию, выражающуюся в качественном изменении нормотворческой технологии. Упорядоченность взаимосвязей и структурное единство глобальной правовой системы во многом зависят от высокой степени единообразия, с которой будет осуществляться взаимодействие между её сегментами. Достижение подобных результатов представляется возможным лишь путём разработки и принятия универсальных правовых стандартов, касающихся выполнения соответствующих процедур в правотворческой и правоприменительной области. Формирование глобальной правовой системы по средствам интегрирования национальных, региональных и межрегиональных компонентов - это достаточно большой шаг на пути к прогрессу всей человеческой цивилизации. Для одних правопорядков такой переход означает последовательность и эволюцию, а для других - скачкообразное развитие.

Именно принятие универсальных, то есть действующих повсеместно стандартов позволит обеспечить сочетания динамизма и стабильности правовых явлений необходимое для интегрирования нормативно-регулятивных уровней внутригосударственного права в глобальную правовую систему. Как упорядоченное строение клеток человеческого тела образует целостную структуру организма, подобное становление глобального нормативного массива посвященного регламентации и регулированию глобализационных процессов иных сфер человеческого бытия будет способствовать оптимальному конструированию правовых институтов и системы в целом. Более того, универсальный нормативный срез неизбежно окажет своё воздействие и на другие системообразующие факторы, способствуя сближению субъектно сушностного, интеллектуально-психологического, организационно деятельностного и социально-результативного начал, иллюстрируя тем самым взаимодополняющий характер унификации и гармонизации права, как важнейших методов процесса глобализации.

Таким образом, глобальная правовая система - это целостный комплекс правовых явлений, используемый для регулирования международных связей и разрешения глобальных проблем современности, формирование которого обусловлено закономерностями развития мирового сообщества. Структуру данной системы составляют национальные, региональные и межрегиональные блоки, взаимодействующие на основе идеалов стратегического партнёрства.

Будучи определённым образом структурированными, входящие в её состав правовые явления, приобретают качества, отличающие её от внутригосударственных и региональных сегментов. Так, специфика субъектно сущностного уровня заключается в том, что помимо государств в качестве участников транснациональных связей признаются также межправительственные организации, государственно-подобные образования и так далее. Своеобразие интеллектуально-психологического начала состоит в определении общих для мирового сообщества черт, позволяющих с высокой степенью единообразия воспринимать и оценивать правовую реальность. В качестве ещё одного системообразующего элемента следует понимать и универсальные нормы международного права, координирующие усилия мирового сообщества, необходимые для обеспечения устойчивого развития цивилизации. Специфика организационно-деятельностного уровня состоит в том, что глобальная правовая система охватывает всю совокупность международных отношений, получивших юридическое оформление именно по средствам определения прав и обязанностей, функций и компетенции их участников. Её социально-результативный уровень отражает готовность этих субъектов к осуществлению правовой деятельности во всемирном масштабе, а также показывает идентичность интересов человеческой цивилизации отдельных государств, народов и индивидов, включая их свободы в формирующийся мировой правопорядок.

Динамика глобально-правовой системы обусловлена тенденциями совершенствования геополитического и экономического бытия. Основная закономерность её развития состоит в требовании соответствия правовых явлений фактическим общественным отношениям. Обеспечение такого соответствия требует от национальных правопорядков передачи части правомочий в правотворческой и правоприменительной сфере на международный уровень с целью создания единого организационно-правового механизма. Однако определение последовательности действия его элементов, номенклатуры органов и многое другое следует предусмотреть в универсальном правовом акте, необходимость принятия которого уже назрела. Ещё одна тенденция формирования глобальной правовой системы состоит в изменении нормотворческой технологии. Структурная целостность данной системы во многом зависит от высокой степени единообразия, с которой будет осуществляться взаимодействие между её сегментами.

Достижение же подобных результатов возможно лишь путём принятия универсальных стандартов, касающихся выполнения соответствующих процедур в правотворческой и правоприменительной сфере.

Подводя итоги данной главы, следует сделать вывод о том, что историю процесса глобализации права можно рассматривать и в широком смысле, как тенденцию постепенного распространения единообразного толкования и применения правовых норм на всё большем административно-территориальном пространстве, и в более узком смысле, как процесс непосредственно связанный с формированием и развитием международного права. Динамика данного явления показывает, что оно обусловлено необходимостью выживания человеческого сообщества в целом, и по мере обострения глобальных проблем в него будут вовлечены всё новые государства, а закономерный итог видится в построении единой для всего человечества глобальной правовой системы. Более того, этот процесс необратим, поскольку нежелание правящих кругов модифицировать национальные правопорядки вызывает их изменение революционным путём. Стоит также отметить, что модификация внутригосударственного права, а, следовательно, и формирование глобальной правовой системы, носят поэтапный характер. В отличие от первого этапа, когда правовая система изменяется бессистемно, второй этап характеризуется построением концепции будущего правопорядка и адаптацией национального права к реалиям окружающей действительности. Именно на пороге данного периода человечество находится в настоящий момент.

Модель глобального права состоит в построении всемирного правового поля, в пределах которого обеспечивалась бы защита интересов различных участников международных правоотношений, путём единообразного применения унифицированной законодательной базы, за исключением случаев, когда регулирование возможно только на национальном уровне вследствие культурных, религиозных или иных особенностей. В рамках всеобщего правового пространства национальные правопорядки обязаны активно взаимодействовать друг с другом, как структурные единицы целостной системы. На практике это взаимодействие должно выражаться в отказе отдельных государств от регламентации определённых групп общественных отношений и передаче полномочий по их регулированию на международный уровень.

Базируясь на синтезе естественно-правовых и позитивистских воззрений, представляется возможным понимать под глобальным правом систему устанавливаемых и обеспечиваемых субъектами международного права норм, гарантирующих равенство, свободу и справедливость, как руководящие начала их деятельности в условиях глобализации. Помимо регулятивной функции, состоящей в регламентации различных проявлений глобализационных процессов модифицированное международное право способно иметь важнейшее воспитательное и охранительное значение, прививая уважение к духовному миру всей человеческой цивилизации и охраняя общезначимые межрегиональные, межнациональные и межличностные отношения, а также предотвращая катаклизмы мирового масштаба.

Глобальная правовая система - это целостный комплекс правовых явлений, используемый для регулирования международных связей и разрешения глобальных проблем современности, формирование которого обусловлено закономерностями развития мирового сообщества. Структуру данной системы составляют национальные, региональные и межрегиональные блоки, взаимодействующие на основе идеалов стратегического партнёрства.



Pages:     | 1 | 2 || 4 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.