авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 10 |

«Государственное казенное учреждение здравоохранения «Московский научно-практический центр наркологии Департамента здравоохранения города Москвы» ...»

-- [ Страница 3 ] --

3) Этап импульсивного влечения характеризовался полной утратой контроля над своими поступками. Влечение возникало внезапно, оно неодолимо распространялось на всю психическую деятельность больных, они были неспособны к продуктивному контакту, ассоциации были хаотичны и обрывочны, поведение напоминало автоматизированные действия, окружающее воспринималось неотчетливо. Отрешенность от окружающего с потерей ясности сознания свидетельствовала о его измененности, а возникновение стереотипных моторных и вегетативно-сосудистых стигм на фоне злобно-раздражительного либо тоскливого аффекта не позволяло исключить эпизоды нарушения сознания по типу сумеречного. Нарастание интенсивности влечения от обсессивного варианта к импульсивному расширяло диапазон входящих в структуру синдрома расстройств вследствие нарушений более глубокого уровня поражения. При обсессивном варианте ведущими были нарушения аффективного и идеаторного уровня при минимальной роли поведенческих, соматоневрологических и нейровегетативных нарушений. При формировании компульсивного варианта расстройства идеаторного уровня значительно редуцировались и ведущими становились аффективные нарушения при обязательном их сочетании с нейровегетативными стигмами. При импульсивном варианте – психопатологическая структура синдрома определялась поведенческими отклонениями и массивными соматоневрологическими и нейровегетативными нарушениями с элементами измененного сознания при сравнительно незначительной роли нарушений идеаторного и аффективного уровней. В зависимости от психопатологической структуры синдрома патологического влечения авторами было выделено три типа его динамики: волнообразный характерный для обсессивного варианта, циклический - характерный для компульсивного варианта и пароксизмальный - характерный для импульсивного варианта (Клименко Т.В., Субханбердина А.С., 2002).

Определенные сведения о патокинетических закономерностях патологического влечения можно также почерпнуть из ранее приводимых работ Л.Н. Благова, хотя специально этой темой исследователь не занимался. Так из работ Л.Н. Благова следует, что сама по себе наркомания представляет собой патологический процесс – со своим дебютом, своей логикой развития и финалом.

Любой патологический процесс (наркоманический здесь - не исключение), развиваясь в соответствии со своими закономерностями отражает совокупность биологических и средовых факторов в их переплетении и взаимном влиянии.

Наркоманический процесс и его важнейшая составная часть – патологическое влечение, представляет собой процесс эндоформный (эндогеноподобный).

Патокинетическая динамика данного процесса предполагает поступательное движение симптоматики от невротического к психотическому и психоорганическому уровню. Наиболее развернутая клиническая картина проявляется на психотическом уровне. Психотический этап зависимости характеризуется бредовым характером отражений реальной действительности через призму наркоманической доминанты и наркоавтоматизмом. Динамика бредообразования как нельзя лучше отражает суть патокинеза патологического влечения: доминирующая идея дает импульс для формирования патологических структур, которые вначале имеют сверхценный характер, а затем трансформируются в псевдобредовый и бредовый симптомокомплекс. Бредовая интерпретация и установка вначале имеют образно-чувственный характер, к которому по мере прогрессирования процесса присоединяется интерпретативный.

Образно- чувственный компонент бреда реализуется в факторе анозогнозии, интерпретативный – в легитимизации аддиктивного поведения и в формировании резонерского типа мышления.

Л.Н. Благов прослеживает формирование патологического влечения на всем длиннике аддиктивного заболевания, то есть на протяжении дней, месяцев и лет болезни. К сожалению ни этот автор, ни ранее упоминавшиеся исследователи, не описывали динамику симптомо- и синдромокинеза в рамках острого приступа актуализации патологического влечения, разворачивающегося в течение минут и часов. Между тем знание закономерностей развития такого кратковременного приступа не менее важно для клиники, чем более глобальные представления о долговременном патокинезе влечения. Практикующий психиатр-нарколог постоянно сталкивается с очень кратковременными проявлениями обострения патологического влечения, которое возникает на фоне длительно текущего патологического процесса и безусловно нуждается в знании его конкретных патокинетических механизмов для своевременного принятия стратегических и тактических мер по дезактуализации и купированию наиболее брутальных проявлений крейвинга (Благов Л.Н., 2005, 2008 а,в,с,d).

Для правильного понимания феномена патологического влечения помимо исследования клинических, биологических, психологических и иных закономерностей, лежащих в его основе, необходимо также учитывать дополнительные факторы, такие как преморбидные свойства личности, динамические паттерны развития, тип течения заболевания, возрастные характеристики и гендерные различия. Наиболее значимыми представляются паттерны употребления, тип течения и гендерные различия.

1.5.7. Паттерны употребления психоактивных веществ и тип течения заболевания В.В. Чирко и М.В. Демина (2002) определяли паттерн приема ПАВ как клиническое выражение всех детерминант аддиктивного поведения: в нем суммируются мощность патологического влечения, постоянство или колебания напряженности этой мощности, тенденции к угасанию влечения, уровень и динамика толерантности, участие личности в регуляции потребления и влияние среды. Выделяют 4 типа паттернов употребления ПАВ.

Прогрессирующий или экспансивный паттерн, характеризуется тенденцией к расширению арсенала ПАВ, переходу от более «слабых» к более «тяжелым»

наркотикам, росту толерантности, учащению эпизодов их приема, все более приближаясь к систематическому или постоянному (к концу первого десятилетия заболевания этот паттерн сохраняется лишь у 6,47% больных, через 20 лет уже не остается ни одного больного с этим паттерном употребления).

Стационарный паттерн, характеризуется систематическим приемом со значительно снижающейся, по сравнению с манифестным периодом болезни, толерантностью, но без заметного дальнейшего ее изменения, равно как и самой модели употребления (к концу первого десятилетия этот паттерн отмечаетсяся у 9,35%, через 20лет - только у 1,14% больных).

Ремитирующий паттерн, характеризуется изменением модели приема с чередованием периодов повышения и снижения интенсивности потребления и толерантности, приближаясь к перемежающемуся.

Регрессирующий паттерн, характеризуется тем, что продолжение приема происходит со значительным снижением толерантности: как в виде уменьшения разовых и суточных доз, так и урежения эпизодов приема. Характерным становится прием «минимально необходимых» для «поддержания жизнеспособности» доз наркотика («trickle американских авторов).

use»

Увеличивается продолжительность терапевтических ремиссий и перерывов, вызванных резким ухудшением физического и психического состояния, тесно связанных со снижением интенсивности патологического влечения к наркотикам.

По мнению исследователей, через конкретный паттерн приема наркотика объективно может быть оценен именно стержневой в клинике наркологических заболеваний синдром патологического влечения, формирующийся с участием сложного переплетения психопатологических, биологических, личностных и ситуационных факторов (Чирко В.В., Демина М.В., 2002).

Вся палитра психопатологических расстройств патологического влечения наиболее ярко и отчетливо проявляется при экспансивном или стационарном паттернах, характерных для высокопрогредиентного типа течение заболевания.

Описание подобных больных можно встретить в доступной литературе (Найденова И.Н., 2002, 2008;

Благов Л.Н., 2005;

Найденова Н.Г., 2012). Очень подробно описана аналогичная группа пациентов (мужчин и женщин), страдающих героиновой наркоманией в работе И.Н. Найденовой (2008). Автор указывал, что для большей части обследуемых был характерен изначально негативный настрой к лечению, даже в условиях типичного наркологического отделения. Эти больные выделялись среди остального контингента пациентов неопрятным внешним видом, вызывающим негативным или агрессивным поведением, асоциальным образом жизни, на их счету были различные правонарушения, хулиганство, бродяжничество, мелкие кражи, проституция и т.д., имели судимости. Для этой категории пациентов было характерно патохарактерологическое развитие личности по неустойчивому типу (что было диагностировано у 57,4%). У них возникало очень быстрое формирование психической, а затем и физической зависимости. У 69,1% - психическая зависимость сформировалась с первой пробы героина. Практически с первых проб героина вся их жизнь изменялась и определялась поиском средств на наркотики, приобретением наркотика. Показательны слова одной из наблюдаемых пациенток, так описывающей первую пробу героина: «Я сразу поняла, что это – мое;

я лучше умру с героином, чем буду жить без него».

Опьянение у большей части молодых людей почти сразу начинало составлять весь смысл их жизни, «обогащало» чувства, заполняло внутренний мир, вносило в него что-то совершенно новое и крайне привлекательное. Этих пациентов совершенно не беспокоило, что они могут стать наркоманами – они просто не задумывались над этим, а стремились только вновь испытать пережитое героиновое опьянение. Автор отмечал большое своеобразие ощущений, возникающих у этих больных под воздействием наркотика. Так у 30,9% первые прием героина сопровождался рвотой, но все обследованные описывали этот, казалось бы, неприятный физиологический процесс как «теплую», «приятную», «мягкую струю», а один пациент назвал рвоту даже «бархатной». 11,8% от общего числа больных неоднократно имели передозировки, у некоторых пациентов их было до 10 в анамнезе. Предозировки у них возникали из-за того, что патологическое влечение проявлялось в стремлении достичь максимально выраженного опьянения. Автор расценивает влечение к наркотику у этих больных как выраженную компульсию, психологические задержки перед введением наркотика, борьба мотивов «за» и «против» наркотизации отсутствуют, возникшее влечение без промедления реализуется. Оно сохраняется в течение длительного времени – даже находясь в клинике, больные стремятся достать героин или любое другое одурманивающее средство, если это не удается, стараются под любым предлогом выписаться. Часто их выписывают из-за систематического нарушения режима отделения, хулиганских действий. Сразу же после выписки больные обычно возобновляют наркотизацию. Они не представляют себе дальнейшей жизни без наркотиков, не имеют никаких реальных планов на будущее;

самостоятельно не могут и не хотят изменить свою жизнь (Найденова И.Н., 2008). В дополнение к описанным выше характеристикам злокачественной (ядерной) наркомании Л.Н. Благов (2005) обращает внимание на:

непрерывный (безремиссионный) характер течения;

преморбидную отягощенность;

ранний дебют и быструю динамику поисковой наркотизации с быстрым формированием основного наркоманического интоксикационного континуума;

короткие сроки созревания наркоманической доминанты;

ее психопатологическую динамику с быстрым возникновением психотического регистра поражения на фоне драматического аддиктивного поведения, часто приводящих к тяжелой дезадаптации и дефекту (Благов Л.Н., 2005.- С. 195).

Курабельность большинства случаев высокопрогредиентного течения героиновой наркомании невысока, прогноз такой наркомании неблагоприятен.

1.5.7. Гендерные особенности патологического влечения Влияние гендерных различий на интенсивность, структуру и динамику патологического влечения практически не изучалось, существуют единичные работы, непосредственно посвященные этой теме. Представление о сходстве и различиях между патологическим влечением у мужчин и женщин нередко можно составить лишь на основе косвенных и нередко противоречивых литературных данных. Есть мнение, что наркомания, а значит и патологическое влечение, у женщин течет более злокачественно, чем у мужчин (Воецкая В.П., Гунченко JI.C. 1991;

Генайло С.П., 1990;

Генайло С.П. с соавт., 1988;

Шипилов Ю.А., 1991;

Юлдашев В.Л., 1990, 1997;

Ellinwood E. H. et al.,1966;

Hser Y. I. et al., 1987;

Moise R. et al.,1982 – Цит. По Рохлина М.Л., 1999;

Rosenbaum M., 1981). У них в более сжатые сроки формируются основные синдромы наркомании. Они чаще и быстрее, чем мужчины переходят на систематический прием наркотиков, минуя фазу эпизодического употребления (Anglin M.D. et al., 1987;

Rosenbaum M., 1981). У женщин проходит значительно меньше времени от первого знакомства с наркотиками до формирования психической зависимости (Anglin M.D. et al., 1987;

Воецкая В.П., Гунченко JI.C. 1991;

Шипилов Ю.А., 1991), значительно короче продолжительность стадий опийной наркомании. Толерантность возрастает очень быстро (Шипилов Ю.А., 1991), хотя в целом она у женщин ниже, чем у мужчин (Воецкая В.П., 1989.- Цит. по Рохлина М.Л., 1999). При систематическом употреблении у женщин сильнее, чем у мужчин, выражены зависимость и компульсивное влечение (Юлдашев В.Л., 1990;

Anglin M.D. et al., 1987).

Ремиссии у женщин наблюдаются значительно реже, к отказу от наркотиков у них приводит чаще всего соматическое неблагополучие, связанное с наркотизацией (Hser Y. I. et al., 1987). Медико-социальные последствия наркотизации у женщин более тяжелые, чем у мужчин, у них раньше и быстрее наступает психосоциальная дезадаптация (Юлдашев В.Л., 1997).

По данным В.Б. Альтшулера с соавторами (2006) при патологическом влечении к алкоголю, в отличие от мужчин, для основной массы женщин характерны редукция идеаторного компонента и более спонтанный, автоматический характер поведенческого. Эти особенности проявляются в двух вариантах. Первый – имеет характер «пассивного непротивления». Такие больные отрицают наличие патологического влечения, легко соглашаются с действиями близких и медиков, направленными на прекращение алкоголизации и лечение, но оказавшись в алкогольном окружении без колебаний возобновляют алкоголизацию, погружаясь в тяжелое пьянство. Второй вариант – получил название пароксизмального и разделяется на два подтипа. Один из них - это манифестные приступы очень интенсивной тяги к алкоголю. На фоне полного физического и психического благополучия, при отсутствии каких-либо провоцирующих обстоятельств, совершенно неожиданно возникает острейшее желание немедленно выпить. Оно сопровождается тягостным, трудноописуемым аффектом, некоторым сужением сознания и слепым стремлением бежать туда, где можно получить алкоголь. Другой подтип пароксизмального ПВА редуцированный приступ, имеет сходство с импульсивностью. В этом случае прием алкоголя опережает решение, совершается без раздумий и колебаний – по типу «короткого замыкания». Впоследствии больные не могут объяснить почему на фоне абсолютного отсутствия влечения к алкоголю они внезапно возобновили алкоголизацию.

Исключение составляет особая группа женщин с «интенсивным влечением». У них, также как и у мужчин, отмечаются идеаторные проявления патологического влечения близкие к паранойяльным состояниям. На пике влечения у этих больных особую силу приобретают суждения о якобы единственном возможном выборе «алкогольного пути» в жизни, они полностью игнорируют негативные стороны пьянства, выдвигают «доказательства» своей правоты, открыто планируют продолжать потребление спиртного и сопротивляются попыткам окружающих ограничить их. У этой группы женщин отмечается тяжелое поражение эмоциональной сферы.

Наиболее уязвимой оказывается сфера высших, тонко дифференцированных эмоций – чувства совести, стыда, долга, а также материнской любви и заботы (Альтшулер В.Б. с соавт., 2006).

Выявлена четкая связь между выраженностью аффективных расстройств и интенсивностью патологического влечения к наркотикам (Литвинцев С.В. с соавт., 2004). Аффективные расстройства, часто маскирующие влечение к наркотикам, которые наблюдаются у женщин с героиновой наркоманией после купирования острого абстинентного синдрома, проявляются в выраженной аффективной лабильности, преобладании сенесто-ипохондрических субдепрессивных расстройств, склонности к соматизации жалоб. У женщин в таком состоянии, в отличие от мужчин, реже встречается дисфория, раздражительность и конфликтность, чаще наблюдается истероформное поведение. Нередко такие пациентки ярко и броско одеты, используют необычные цвета косметики. Своим поведением они эпатируют, стремятся привлечь к себе внимание, не скрывая, что «играют на публику», требуют к себе повышенного внимания, бывают капризными, непоследовательными в просьбах и жалобах (Мохначев С.О., 2001). С другой стороны, W. Hall et al. (1993) считают, что спаянные с патологическим влечением дисфорические реакции наоборот наиболее часты у женщин. Есть мнение, что вообще эмоциональные расстройства в виде тревоги, беспокойства, депрессии и раздражительности, наблюдаемые при актуализации влечения и приводящие к рецидиву, одинаково интенсивно проявляются как у женщин, так и мужчин (Рохлина М.Л., 1999).

Если принять во внимание тезис о вторичности аффективных нарушений в структуре синдрома патологического влечения (Погосов А.В., Барбина Е.М., 2000;

Mc Namee S.е1 а1., 1992;

Prusoff B.A. et а1., 1979), можно предположить, что его аффективный компонент в большей степени зависит от преморбидных, биологических и характерологических свойств личности, а не от ее половой принадлежности. Исследования Т.Е. Галактионовой (2009) показывают, что не только аффективные, но и разнообразные поведенческие и диссомнические проявления патологического влечения не зависят от пола, но коррелируют с преморбидными особенностями личности (Галактионова Т.Е., 2009).

1.6. Обсуждение литературных данных Анализ вышеприведенных выше данных отечественной и зарубежной литературы, касающихся изучения синдрома патологического влечения свидетельствует о том, что многие аспекты этого явления по – прежнему остаются малоисследованными и представляют значительные трудности для понимания. В течение последнего десятилетия в отечественных наркологических журналах, появилась тенденция к более пристальному изучению психопатологических проявлений наркологических заболеваний (Менделевич В.Д., 2010 в). Однако это, по мнению некоторых экспертов, принципиально не сказывается на результативности терапии зависимости (Айзберг О.Р., 2008;

Альтшулер В.Б., 2012;

Крупицкий Е.М., Звартау Э.Э., 2004;

Менделевич В.Б., 2012;

Сиволап Ю.П., 2006;

Шарыгина К.С., 2013). На наш взгляд, подобное положение связано с тем, что результаты разнообразных психопатологических исследований, к настоящему моменту все еще не достаточно структурированы, значительное количество вопросов психопатологии патологического влечения далеки от своего разрешения, не разработаны интегральные концепции объединяющие психопатологические трактовки патологического влечения с биологическими, нейропсихологическими, психоаналитическими теориями крейвинга. Многие факты изучены еще недостаточно или освещены неравноценно, существуют противоречивые данные, требующие осмысления, отсутствует комплексный, системный подход к данному вопросу. Совершенно не исследованной оказалась очень важная область изучения данного феномена – патокинетические закономерности развития острого патологического влечения к психоактивным веществам. Все это указывает на необходимость более глубоких психопатологически ориентированных исследований синдрома патологического влечения с привлечением знаний из общей психопатологии и опираясь на представления о фундаментальных патогенетических и патокинетических механизмах психических заболеваний.

ГЛАВА 2 ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ОБСЛЕДОВАННЫХ БОЛЬНЫХ И МЕТОДОВ ИССЛЕДОВАНИЯ 2.1. Общая характеристика обследованных больных Исходя из целей и задач работы мы обследовались больные нарко- и токсикоманиями с высокопрогредиентным типом течения. Эта группа была выбрана из-за максимально возможной тяжести психопатологических проявлений патологического влечения, доходящих до психотического уровня и представляющих, так сказать, «предельный случай» исследуемого феномена (Благов Л.Н., 2005;

Найденова Н.Г., 2012;

Чирко В.В., Демина М.В., 2002).

Из проходивших стационарное лечение в ГКУЗ МНПЦ наркологии Департамента здравоохранения г. Москвы в 2008-2012г. для исследования были отобраны 415 больных (200 мужчин и 215 женщин) с высокопрогредиентным типом течения заболевания, экспансивным или стационарным вариантом развития патологического влечения по В.В. Чирко и М.В. Деминой (2002), употреблявших опиоиды, психостимуляторы, коаксил и каннабиноиды.

Критерии отбора пациентов для исследования структуры и динамики острого патологического влечения были следующими:

1. Формирование психической зависимости после первой пробы ПАВ.

2. Неконтролируемое первичное влечение к ПАВ.

3. Трансформация наркотического опьянения после первых проб ПАВ.

4. Стремительный рост толерантности (удвоение дозировки после 10-15 введений вещества).

5. Стремительное формирование синдрома отмены.

6. Утрата ситуационного контроля после первых проб ПАВ.

7. Безремиссионный характер течения заболевания.

8. Асоциальное поведение (нетрудовые доходы, приводы в милицию, судимости, лишение родительских прав, сожительство с зависимыми от ПАВ).

9. Наличие в анамнезе перинатальной патологии.

10. Прогрессирующий или стационарный паттерн употребления ПАВ.

Из исследования исключались пациенты:

с сопутствующими психическими заболеваниями (в том числе с эндогенной аффективной патологией), с тяжелым органическим поражением ЦНС;

с острыми психотическими расстройствами;

с сочетанием химической и нехимической зависимости;

ВИЧ инфекцией;

с хроническими соматическими заболеваниями в стадии обострения.

Распределение больных по возрасту показано на рисунке 2.1. Средний возраст, общий для всей когорты больных, включенных в исследование, составил 26,17 ± 1,66 года.

Количество больных 18 20 22 24 26 28 Возраст больных Рисунок 2.1. Распределение всех больных по возрасту Выявление значимости различия между группами осуществлялось с помощью углового преобразования Фишера, которое предназначено для сопоставления двух выборок по частоте встречаемости интересующего исследователя эффекта.

Критерий оценивает достоверность различий между процентными долями двух выборок, в которых зарегистрирован интересующий нас эффект. Статистически значимыми считались различия между данными при р0,05.

Распределение больных по типу принимаемых ПАВ представлено в таблице 2.1.

Таблица 2.1. Распределение больных по типу принимаемых ПАВ Опиаты Стимуляторы Коаксил Каннабиноиды (N=332) (N=24) (N=18) (N=41) Возраст Абс. Абс. Абс. Абс.

% % % % число число число число 18 – 20 2 0,6 0 0 0 0 0 20 – 21 4 1,2 4 16,67 0 0 2 4, 22 – 24 31 9,34 6 25,0 5 27,78 6 14, 25 – 26 116 34,94 10 41,67 8 44,44 20 48, 27 – 28 149 44,88 2 8,33 5 27,78 11 26, 29 – 30 30 9,04 2 8,33 0 0 2 4, Всего 332 100,0 24 100 18 100,0 41 100, Исходя из статистического анализа данных было выявлено, что доля больных в возрасте 20-21 год и 22-24 года в группе пациентов, принимающих стимуляторы (=3,07 при р=0,002 и =2,07 при р=0,02) больше, чем больных того же возраста в группе пациентов, принимающих опиоиды. Доля больных в возрасте 22-24 года в группе пациентов, принимающих коаксил (=2,09 при р=0,02) больше, чем больных того же возраста в группе пациентов, принимающих опиоиды. Доля больных в возрасте 27-28 лет в группе пациентов, принимающих опиоиды больше, чем больных того же возраста в группах пациентов, принимающих стимуляторы (=4,24 при р=0,0001) и каннабиноиды (=2,28 при р=0,02). А также доля больных в возрасте 29-30 лет в группе пациентов, принимающих опиоиды больше (=2,88 при р=0,004), чем больных того же возраста в группе пациентов, принимающих коаксил.

2.2. Группа больных наркоманией, вызванной употреблением опиоидов.

Это больные с диагнозом по МКБ-10 «Психические и поведенческие расстройства вследствие употребления опиоидов». Синдром зависимости.

Воздержание в условиях исключающих употребление F 11.212. В эту группу входили 332 пациента (163 мужчины и 169 женщин), т.е. 80% от общего количества обследованных. Эти больные употребляли героин, метадон, буторфанол, золдиар, терпинкод. Возрастной диапазон этой группы - от 18 до лет, средний возраст составил 26,40 ± 1,58 года.

Клинико-динамическим показатели группы пациентов, злоупотреблявших опиоидами, представлены в таблице 2.2.

Таблица 2.2. Характеристика пациентов с опийной наркоманией по основным клинико-динамическим показателям Показатели Больные с опийной наркоманией (n=332) Абс.число % Возраст начала приема опиоидов:

14 – 16 лет 4 1, 17 - 18 лет 12 3, 19 - 20 лет 94 28, 21 - 22 лет 167 50, 23 - 24 лет 49 14, 25 - 26 лет 6 1, Длительность заболевания:

4 – 5 лет 35 10, 6 лет 240 72, 7 лет 57 17, Длительность ремиссий в анамнезе:

Отсутствие ремиссий 94 28, Менее 3 месяцев 94 28, Более 3 месяцев 35 10, Более 12 месяцев 109 32, Начало приема опиоидов происходило в 78,6% случаев в возрасте от 18 до 22 лет Период эпизодического употребления был коротким, длился от 2-3 недель до 3-4 месяцев и быстро сменялся систематическим приемом. Период от начала приема опиоидов до появления признаков абстинентного синдрома проходил в сжатые сроки, в большинстве случаев проследить его не представлялось возможным из-за непрерывного приема наркотика. У всех больных этой группы отмечался прогрессирующий или стационарный паттерн приема наркотиков.

Длительность заболевания у обследованных больных варьировала от 4 до 7 лет. У большинства пациентов в представленной выборке (72,3%) длительность заболевания составила от 5 до 6 лет. Средняя длительность заболевания на момент госпитализации в этой группе составляла 5,57±0,60 лет. Все больные героиновой, метадоновой и буторфаноловой зависимостью на момент исследования принимали наркотик внутривенно;

золдиар и терпинкод использовали перорально. Толерантность у исследованной выборки больных составляла от 0,5 до 3,0 граммов «уличного» героина, «метадона» до 1 грамма, буторфанола – до 15 мл, золдиара до 40 таблеток и терпинкода – до 30 таблеток в сутки (что в пересчете на содержание в этих препаратах кодеина составляет 1-1, грамма в сутки).

У 28,3% больных этой группы отсутствовали ремиссии в анамнезе, краткосрочные ремиссии (менее 3-х месяцев) были в 28,3% случаев. Ремиссии более 3 месяцев наблюдались лишь у 10,54% больных. Ремиссии длительностью более 12 месяцев отмечались в анамнезе более, чем у трети обследованных (32,83%). Этот факт объясняется тем, что большая часть подобных «ремиссий»

была вынужденной, в связи с изоляцией наших больных в местах лишения свободы.

2.3. Группа больных наркоманией, вызванной употреблением психостимуляторов.

Это больные с диагнозом по МКБ-10 «Психические и поведенческие расстройства вследствие употребления кокаина». Синдром зависимости.

Воздержание в условиях, исключающих употребление F 14.212;

Больные с диагнозом «Психические и поведенческие расстройства вследствие употребления психостимуляторов». Синдром зависимости. Воздержание в условиях, исключающих употребление 15.212;

«Психические и поведенческие F расстройства вызванные сочетанным употребления нескольких видов психоактивных веществ (с преимущественным употреблением психостимуляторов). Синдром зависимости. Воздержание в условиях, исключающих употребление» F 19.212. В эту сборную группу входили пациента (11 мужчин и 13 женщин), т.е. 6% от общего количества обследованных.

Больные употребляли кокаин, «первитин», амфетамин, метамфетамин.

Возрастной диапазон от 20 до 30 лет, средний возраст составил 24,84 ± 1,87 года.

Клинико-динамическим показатели группы пациентов, злоупотреблявших психостимуляторами представлены в таблице 2.3.

Таблица 2.3. Характеристика пациентов наркоманией, вызванной употреблением психостимуляторов, по основным клинико-динамическим показателям Больные наркоманией, вызванной употреблением Показатели психостимуляторов (n=24) Абс.число % Начало приема стимуляторов:

14 – 16 лет 2 8, 17 - 18 лет 2 8, 19 - 20 лет 13 54, 21 - 22 лет 7 29, 23 – 24 лет 0 25 - 26 лет 0 Длительность заболевания:

4 – 5 лет 4 16, 6 лет 16 66, 7 лет 4 16, Длительность ремиссий в анамнезе:

Отсутствие ремиссий 15 62, Менее 3 месяцев 6 25, Более 3 месяцев 2 8, Более 12 месяцев 1 4, Начало приема психостимуляторов у основной массы больных (83,26%) приходилось на возраст от 18 до 22 лет. Наблюдались случаи начала приема психостимуляторов с 14 лет (2 больные – 8,33%). Период эпизодического употребления был еще более коротким, чем у опийных наркоманов. Например, при употреблении «первитина» зависимость возникала сразу, практически без периода эпизодического употребления. В случае употребления кокаина эпизодическое употребление растягивалось до 4-5 месяцев в основном из-за дороговизны наркотика, амфетамин наши пациентки начинали употреблять систематически в течение 2-3 месяцев с момента первой пробы. Влечение к психостимуляторам сразу же приобретало неконтролируемый брутальный характер, полностью подчиняло себе всю жизнь пациенток, меняло их приоритеты и круг знакомых. У всех больных этой группы отмечался прогрессирующий или стационарный паттерн приема наркотиков. Длительность заболевания у обследованных больных варьировала от 4 до 7 лет. У большинства пациентов (66,66%) длительность заболевания составила от 5 до 6 лет. Средняя длительность заболевания на момент поступления в этой группе - 5,63±0,57 лет.

«Первитин» больные использовали внутривенно в дозах до 5-10мл/сут.

Амфетамин и метамфетамин в основном также вводили в виде раствора нутривенно, периодически употребляли также перорально. Суточная доза этих наркотиков составляла до 6 и 5 граммов соответственно. Кокаин использовали как в/в, так и интраназально. Суточные дозы колебались и обычно определялись конкретными финансовыми возможностями больных, максимальные дозы достигали 0,8-1 грамм в сутки.

У 62,5% больных отсутствовали ремиссии в анамнезе, краткосрочные ремиссии (менее 3-х месяцев) возникали в 25% случаев. Ремиссии более месяцев наблюдались лишь у 8,33% больных. Ремиссии более 12 месяцев также встречались не часто – в 4,16% случаев.

2.4. Группа больных токсикоманией, вызванной употреблением коаксила.

Это больные с диагнозом по МКБ-10 «Психические и поведенческие расстройства, вызванные употреблением седативных веществ (коаксил). Синдром зависимости. Воздержание в условиях, исключающих употребление» F 13.212;

Больные с диагнозом «Психические и поведенческие расстройства вызванные сочетанным употребления нескольких видов психоактивных веществ (с преимущественным употреблявших коаксила). Синдром зависимости.

Воздержание в условиях исключающих употребление» F 19.212. В эту группу вошли 18 пациентов (7 мужчин и 11 женщин), т.е. 4% от общего количества обследованных. Возрастной диапазон от 22 до 28 лет, средний возраст составил 25,33 ± 1,52 года.

Клинико-динамическим показатели группы пациентов, злоупотреблявших коаксилом представлены в таблице 2.4.

Таблица 2.4. Характеристика пациентов токсикоманией, вызванной употреблением коаксила, по основным клинико-динамическим показателям Больные токсикоманией, вызванной Показатели употреблением коаксила (n=18) Абс.число % Начало приема коаксила:

14 – 16 лет 2 11, 17 - 18 лет 4 22, 19 - 20 лет 8 44, 21 - 22 лет 4 22. 23 – 24 лет 0 25 - 26 лет 0 Длительность заболевания:

4 – 5 лет 0 6 лет 2 11, 7 лет 16 88, Длительность ремиссий в анамнезе:

Отсутствие ремиссий 5 27, Менее 3 месяцев 7 38, Более 3 месяцев 5 27, Более 12 месяцев 1 5, Начало приема коаксила в 66,66% случаев пришлась на возраст от 18 до лет. В течение последующих дух лет начинали употреблять еще 22,22% больных.

Период эпизодического употребления длился от 4 до 6 месяцев. Это связано с тем, что обычно употреблению коаксила предшествовало употребление опиоидов и/или каннабиноидов. Нередко потребители коаксила в этот начальный период эпизодического употребления ПАВ перемежали потребление коаксила с героином, но затем переходили исключительно на прием коаксила. Таким образом, фактически период эпизодического приема был еще более коротким, чем при опийной наркомании. После полного перехода на прием коаксила зависимость от этого препарата формировалась в течение 2-3 недель. У всех больных отмечался прогрессирующий или стационарный паттерн приема психоактивного вещества. Больных не останавливали типичные для данной токсикомании побочные эффекты в виде острых и хронических тромбофлебитов, ишемических и гнойных поражений кожи, абсцессов и флегмон. Большая часть пациентов к моменту госпитализации использовала для введения препарата только паховые вены. Длительность заболевания варьировала от 4 до 7 лет. У большинствоа пациентов (88, 88%) длительность заболевания составила 6 - лет. Средняя длительность заболевания на момент поступления в этой группе составляла 6,41±0,51 лет. Коаксил больные употребляли в виде раствора и вводили его внутривенно. Суточная доза тианептина достигала 750 - 1125 мг/сут (т.е. больные изготовляли раствор для инъекций из 60-90 таблеток коаксила).

У 27,77% больных этой группы отсутствовали ремиссии в анамнезе, краткосрочные ремиссии (менее 3-х месяцев) были в 38,88% случаев. Ремиссии более 3 месяцев наблюдались у 3-х больных (27,77%). Ремиссии более 12 месяцев встречались лишь у 1 больного (5,55%). Столь незначительная длительность ремиссий тем более удивительна, что у многих больных в процессе употребления коаксила постоянно возникали многочисленные соматические осложнения.

2.5. Группа больных наркоманией вызванной употреблением каннабиноидов.

Это больные с диагнозом по МКБ -10 «Психические и поведенческие расстройства вследствие употребления каннабиноидов. Синдром зависимости.

Воздержание в условиях, исключающих употребление» F 12.212;

Больные с диагнозом «Психические и поведенческие расстройства, вызванные сочетанным употребления нескольких видов психоактивных веществ (с преимущественным употреблением каннабиноидов)» F19.212. В эту сборную группу включен пациент (19 мужчин и 22 женщины), т.е. 10% от общего количества обследованных. Возрастной диапазон этой группы - от 20 до 30 лет, средний возраст составил 25,67 ± 1,73 года.

Клинико-динамическим показатели группы пациентов с наркоманией, вызванной употреблением каннабиноидов представлены в таблице 2.5.

Таблица 2.5. Характеристика пациентов наркоманией, вызванной употреблением каннабиноидов, по основным клинико-динамическим показателям Больные наркоманией, вызванной употреблением Показатели каннабиноидов (n=41) Абс.число % Начало приема каннабиноидов:

14 – 16 лет 0 17 - 18 лет 15 36, 19 - 20 лет 17 41, 21 - 22 лет 7 17, 23 – 24 лет 2 4, 25 - 26 лет 0 Длительность заболевания:

4 – 5 лет 2 4, 6 лет 4 9, 7 лет 35 85, Длительность ремиссий в анамнезе:

Отсутствие ремиссий 11 26, Менее 3 месяцев 13 31, Более 3 месяцев 11 26, Более 12 месяцев 6 14, Начало активного приема каннабиноидов в 77,04% приходилась на возраст от 16 до 20 лет. В течение последующих двух лет начинали употреблять еще 17,98% больных. К сожалению, отследить длительность периода эпизодического употребления было практически невозможно из-за постоянного комбинирования каннабиноидов с опиоидами и/или психостимуляторами, галлюциногенами.

Больные этой группы в начале своей «наркотической карьеры» охотно экспериментировали с различными психоактивными веществами. Большая часть из них, кроме того ежедневно употребляла анашу. Однако обычно они не придавали этому особого значения, поскольку в их субкультурном пространстве анаша в качестве наркотика не воспринималась. Ретроспективно они, однако, утверждали, что без каннабиноидов никогда не удавалось добиться необходимого качества наркотической интоксикации и, наоборот, если каннабиноиды использовались в чистом виде и в достаточном количестве – это всегда позволяло добиваться необходимого состояния. Таким образом, каннабиноиды в течение достаточно короткого времени становились базовым наркотиком. Эпизодическое употребление каннабиноидов никогда не превышало 4-5 месяцев, обычно этот период был короче – (1-2 месяца). С этого момента влечение к каннабиноидам присутствовало постоянно, даже если на первых порах больные не отдавали себе в этом отчета. Прогрессирующий паттерн употребления практически сразу переходил в стационарный паттерн приема наркотика. Длительность заболевания варьировала от 4 до 7 лет. У большинства пациентов (85,36%) длительность заболевания составила 6 - 7 лет. Средняя длительность заболевания на момент поступления в этой группе составляла 6,32±0,54 лет. Толерантность к каннабиноидам в течение всего срока заболевания оставалась на высоком уровне.

Определить количественные характеристики толерантности не представлялось возможным, однако больные этой группы курили не менее 10- 15 раз в сутки и при любой возможности старались употреблять вместо анаши гашиш. Таким образом суточная доза каннабиноидов постоянно удерживалась на высоком уровне.

У 26,82% больных этой группы отсутствовали ремиссии в анамнезе, краткосрочные ремиссии (менее 3-х месяцев) возникали в 31,7% случаев.

Ремиссии более 3 месяцев наблюдались у 26,82% больных. Ремиссии более месяцев также встречались не часто – в 14,63% случаев. Для этой группы больных было характерно то, что практически всегда ремиссии вызывались какими-то внешними обстоятельствами.

Проведенные сравнения показали, что доля больных, начавших прием ПАВ в возрасте 14-16 лет в группе пациентов, принимающих опиоиды ниже, чем больных в группах пациентов, принимающих стимуляторы (=1,77 при р=0,04) и коаксил (=1,97 при р=0,03), также, как и доля больных, начавших прием ПАВ в этом же возрасте в группе пациентов, принимающих каннабиноиды значительно ниже (такие пациенты попросту отсутствуют), чем больных в группах пациентов, принимающих стимуляторы (=2,24 при р=0,02) и коаксил (=2,39 при р=0,01).

Доля больных, начавших прием ПАВ в возрасте 17-18 лет в группе пациентов, принимающих опиоиды ниже, чем больных в группе пациентов, принимающих коаксил (=2,37 при р=0,01), а доля больных, начавших прием ПАВ в этом же возрасте в группе пациентов, принимающих каннабиноиды значительно выше, чем больных в группах пациентов, принимающих стимуляторы (=2,86 при р=0,004) и опиоиды (=5,47 при р=0,000004). Доля больных, начавших прием ПАВ в возрасте 19-20 лет в группе пациентов, принимающих опиоиды ниже, чем больных в группах пациентов, принимающих стимуляторы (=2,53 при р=0,009) и каннабиноиды (=1,78 при р=0,04). А вот доля больных, начавших прием ПАВ в возрасте 21-22 и 23-24 года в группе пациентов, принимающих опиоиды значительно выше, чем больных в группах пациентов, принимающих стимуляторы (=2,05 при р=0,03 и =3,76 при р=0,0004 соответственно), коаксил (=2,46 при р=0,01 и =3,27 при р=0,001 соответственно) и каннабиноиды (=4, при р=0,0001 и =2,08 при р=0,02 соответственно).

Анализируя длительность заболевания, было обнаружено, что доля больных, с длительностью приема ПАВ от 4 до 5 лет в группе пациентов, принимающих коаксил ниже (такие пациенты отсутствуют), чем больных в группах пациентов, принимающих опиоиды (=2,79 при р=0,005) и стимуляторы (=2,73 при р=0,005). Доля больных, с длительностью приема ПАВ 6 лет в группах пациентов, принимающих опиоиды и стимуляторы значительно выше, чем больных в группах пациентов, принимающих коаксил (=5,58 при р=0,000003 и =3,98 при р=0,0002 соответственно) и каннабиноиды (=8,35 при р=0,000000002 и =4, при р=0,00002 соответственно). А вот доля больных, с длительностью приема ПАВ 7 лет, наоборот, выше в группах пациентов, принимающих коаксил и каннабиноиды, чем больных в группах пациентов, принимающих опиоиды (=6,68 при р=0,0000002 и =5,18 при р=0,000008 соответственно) и стимуляторы (=9,04 при р=0,0000000004 и =5,93 при р=0,000001 соответственно).

Сравнивая длительность ремиссий в анамнезе, было обнаружено, что доля больных с отсутствием ремиссии, в группе пациентов, принимающих стимуляторы значительно выше, чем больных в группах пациентов, принимающих опиоиды (=3,4 при р=0,001), коаксил (=2,3 при р=0,01) и каннабиноиды (=2,88 при р=0,004). Доля больных, с длительностью ремиссии более 3 месяцев в группах пациентов, принимающих коаксил и каннабиноиды выше, чем больных в группах пациентов, принимающих опиоиды (=1,81 при р=0,04 и =2,52 при р=0,009 соответственно) и стимуляторы (=1,74 при р=0,04 и =2,02 при р=0,03 соответственно). Доля больных со сроком ремиссии более месяцев, в группе опийных наркоманов значительно выше, чем больных в группах пациентов, принимающих коаксил (=3,01 при р=0,003), стимуляторы (=3,88 при р=0,0003) и каннабиноиды (=2,59 при р=0,008).

Кратко суммируя вышеприведенные данные можно сказать, что длительность заболевания для всех обследованных в среднем составляла 5,70±0,65 лет. К моменту обследования практически у всех больных был опыт стационарного лечения в наркологических клиниках (от 1 до 7 раз). Лечение обычно осуществлялось только под нажимом внешних обстоятельств, было кратковременным и не приводило к стойким ремиссиям. 33 человек из (7,95%) госпитализировались по 2-3 раза в год и практически всегда уходили из клиники до окончания срока лечения и сразу же возобновляли наркотизацию.

Безремиссионное течение заболевания наблюдалось у 125 пациентов (т.е. в среднем в 30%). Ремиссии менее 3-х месяцев – у 120 пациентов (29%). Если суммировать две эти цифры, то оказывается, что в 59% случаев ремиссии практически не возникали. Ремиссии более 3-х месяцев наблюдались только у пациентов (у 13%). Ремиссии более 12 месяцев отмечались у 117 пациентов (у 28%). Длительные ремиссии всегда возникали только в связи с вынужденной изоляцией больных в местах лишения свободы. Из всех 415 наших больных человек (34%) имели судимости, что почти в 2 раза превышает процент осужденных, больных нарко- и токсикоманиями, пролеченных за тот же период в МНПЦН (17,93%). Более того, из 140 человек, имевших в анамнезе судимости, (42% от этого количества) были осуждены более 1 раза.

2.6. Социально-демографические характеристики В таблице 2.6 представлен уровень образования обследованных больных.

Таблица 2.6. Распределение больных по уровню образования Опиаты Стимуляторы Коаксил Каннабиноиды (N=332) (N=24) (N=18) (N=41) Уровень образования Абс. Абс. Абс. Абс.

% % % % число число число число Неполное 59 17,77 4 16,66 5 27,77 6 14, среднее Среднее 70 21,1 7 29,16 3 16,66 15 36, Среднее 147 44,27 6 25,0 10 55,55 11 26, специальное Незакон ченное 18 5,42 5 20,83 0 0 4 9, высшее Высшее 38 11,44 2 8,33 0 0 5 12, Всего 332 100,0 24 100 18 100,0 41 100, Проведенные сравнения по уровню образования, выявили, что доля пациентов:

со средне-специальным образованием значимо выше в группе больных, принимающих коаксил, чем в группе больных, принимающих стимуляторы (=2 при р=0,03);

с незаконченным высшим образованием значимо выше в группе больных, принимающих стимуляторы, чем в группах больных, принимающих опиоиды (=2,37 при р=0,01) и коаксил (=3,05 при р=0,002);

с высшим образованием значимо выше в группах больных, принимающих опиоиды (=2,92 при р=0,003) и стимуляторы (=1,84 при р=0,04), чем в группе больных, принимающих коаксил.

Из всех обследованных 74 (17,8%) пациентов имели неполное среднее образование, 95 (22,9%) – среднее;

174 (41,9%) – среднее специальное;

27 (6,5%) – незаконченное высшее, 45 (10,8%) – высшее. Следовательно, 59% обследованных были вполне подготовлены к профессиональной деятельности. Тем не менее, основная масса больных не использовала полученное образование и профессиональные навыки для получения средств к существованию.

Источники средств существования на момент обследования представлены в таблице 2.7.

Таблица 2.7. Источники средств существования Опиаты Стимуляторы Коаксил Каннабиноиды (N=332) (N=24) (N=18) (N=41) Источники Абс. Абс. Абс. Абс.

% % % % число число число число Работа по 4 1,2 0 0 0 0 2 4, специальности Работа не по 12 3,61 2 8,33 2 11,11 0 специальности Пособие по 2 0,6 0 0 0 0 0 безработице Пенсия по 2 0,6 0 0 0 0 0 инвалидности На 4 1,2 7 29,16 2 11,11 6 14, иждивении Нетрудовые 92, 308 15 62,5 14 77,77 33 80, доходы 100, Всего 332 24 100 18 100,0 41 100, По наличию источников средств существования, выявлено, что доля пациентов:

работающих по специальности значимо выше в группе больных, принимающих каннабиноиды, чем в группе больных, принимающих стимуляторы (=1,75 при р=0,04);

работающих не по специальности значимо выше в группах больных, принимающих опиоиды (=2,43 при р=0,01), стимуляторы (=2,23 при р=0,02) и коаксил (=2,39 при р=0,01), чем в группе больных, принимающих каннабиноиды;

находящихся на иждивении значимо выше в группах больных, принимающих стимуляторы (=4,43 при р=0,00007), коаксил (=1,97 при р=0,03) и каннабиноиды (=3,6 при р=0,0006), чем в группе опийных наркоманов;

имеющих нетрудовые доходы значимо выше в группе больных, принимающих опиоиды, чем в группах больных, принимающих стимуляторы (=3,65 при р=0,0005) и коаксил (=1,82 при р=0,04).

Из таблицы следует, что на момент обследования работали только 22 (5,3%) человека, как правило, не по специальности. Они предпочитали работу в сфере сервиса (продавщица, официантка, парикмахерша, маникюрша, рекламный агент, менеджер по продажам). Пособие по безработице получали 2 больных (0,5%), (4,6%) – находились на иждивении у родственников, 2 (0,5%) – жили за счет пенсии по инвалидности. Подавляющее большинство – 370 (89,2%) больных жили за счет нетрудовых доходов (проституция, сдача квартиры, торговля наркотиками и другая криминальная деятельность). Это естественно приводило их к конфликтам с правоохранительными органами и нередко заканчивалось лишением свободы.

Характеристики семейного статуса больных представлены в таблицах 2.8.1 и 2.8.2.

Таблица 2.8.1. Характеристика семейного статуса обследованных больных (семейное положение) Опиаты Стимуляторы Коаксил Каннабиноиды (N=332) (N=24) (N=18) (N=41) Характе ристики Абс. Абс. Абс. Абс.

% % % % число число число число В браке 61 18,37 13 54,16 10 55,55 19 46, не состояли Разведены 53 15,96 4 16,66 2 11,11 9 21, В официальном или в 218 65,66 7 29,1 6 33,33 13 31, гражданском браке Всего 332 100,0 24 100 18 100,0 41 100, Таблица 2.8.2. Характеристика семейного статуса больных (количество детей) Опиаты Стимуляторы Каннабиноиды Коаксил (N=18) (N=332) (N=24) (N=41) Характе ристики Абс. Абс. Абс. Абс.

% % % % число число число число Бездетны 153 46,08 17 70,83 12 66,66 26 63, Имеют 147 44,27 4 16,66 5 27,27 8 19, 1 ребенка Имеют 27 8,13 3 12,5 1 5,55 6 14, 2 детей Имеют 3 и более 5 1,5 0 0 0 0 1 2, детей Всего 332 100,0 24 100 18 100,0 41 100, Анализируя особенности семейного статуса (семейное положение и количество детей), было обнаружено, что больные в группе пациентов, принимающих опиоиды значительно чаще состоят в браке (официальном или гражданском) и имеют 1 ребенка, чем больные в группах пациентов, принимающих стимуляторы (=3,59 при р=0,0006 и =2,84 при р=0, соответственно), коаксил (=2,78 при р=0,005 и =1,74 при р=0, соответственно) и каннабиноиды (=4,19 при р=0,0001 и =3,16 при р=0, соответственно). Не состоящих в браке и бездетных среди опийных наркоманов значительно меньше, чем больных в группах пациентов, принимающих стимуляторы (=3,66 при р=0,0005 и =2,43 при р=0,01 соответственно), коаксил (=3,37 при р=0,001 и =1,76 при р=0,04 соответственно) и каннабиноиды (=3, при р=0,0005 и =2,07 при р=0,02 соответственно).

Большая часть больных (244 человек или 58,8%) состояли в официальном или незарегистрированном (гражданском) браке;

49,6% (или 206 человек) имели детей, (39,5% - по 1 ребенку;

8,9% - по двое;

1,4% - по трое детей). Дети чаще всего воспитывались бабушками и дедушками, нередко наших пациентов вообще не допускали до общения с собственными детьми, почти в трети случаев (в случаях, т.е. в 30,1%) больные жили отдельно от своих детей и виделись с ними лишь изредка. Характерно, что сожители или супруги пациентов в основном также были наркоманами или алкоголиками. Лишь в 32,1% случаев, сожительствующие с больными на момент обследования заболеваниями зависимости не страдали. У женщин приобщение к наркотикам в основном происходило с помощью мужчин-наркоманов. Это совпадает с общеизвестными данными о том, что систематический прием наркотиков женщины начинают под влиянием своих супругов, друзей или сексуальных партнеров (Anglin M.D. et al., 1987;

Nichols M., 1985;

Rosenbaum M.,1981;

Zankowski G.L., 1988).

2.7. Преморбидные особенности При исследовании наследственной отягощенности установлено, что среди родителей больных в 185 случаях (44,57 %) отмечалось злоупотребление алкоголем: в 162 семьях - у отца (39%) и в 23 семьях — у матери (5,54%).

Наркомании у родственников больных (в разных степенях родства) отмечены в случае (5,06 %). Эндогенные заболевания среди родственников встречались в случаях (1,92%), одновременно отмечалось и злоупотребление алкоголем.

В преморбиде обращает на себя внимание высокий процент биологически неполноценной почвы. Перинатальная патология выявлена в 137 случаев (33, %). Из них патология беременности (токсикозы 1-й и особенно 2-й половины или сочетания того и другого) встречалась в 37 случаях (8,91%);


патология родов (тяжелая асфиксия плода с реанимационными мероприятиями, преждевременные осложненные роды, наложение щипцов и др. осложнения) отмечена в 10 случаях (2,4%). Таким образом, дальнейшее развитие почти у трети обследованных больных протекало на биологически неполноценной почве.

У части больных отмечено наличие различных психопатологических расстройств в раннем детстве: возрасте до I года у 87 детей (20,96%) отмечалась повышенная возбудимость, плаксивость, нарушения сна. Особенности психопатологических проявлений в младшем дошкольном возрасте были следующими: гипердинамический синдром — 75 случаев (18,07%);

синдром конституциональной нервности (проявляющийся особой сензитивностью, нарушением адаптации в новой обстановке, повышенной раздражительностью или истощаемостью), логоневрозы, тики, др. невротические, (в т.ч. истерические) реакции были свойственны 56 обследованным (13.49%).

Значительная часть больных (195 человек или 46,98%) воспитывалась в негармоничных семьях, неполные семьи встречались в 87 случаях (20,96%). В исследованных семьях доминировали неправильные формы воспитания: в случаях (32,04%) — воспитание осуществлялось по типу "гиперопеки", в случаях (6,98%) по типу "кумира семьи", в 247 случаях (59,51%) отмечена "гипоопека", при этом полная безнадзорность наблюдалась в 6 случаях (1,44%).

Установление личностных особенностей больных вызывало определенные трудности. У всех больных обнаруживались выраженные психопатические черты, однако выяснить, являлись ли эти черты преморбидными свойствами личности или были благоприобретенными вследствие нарко- или токсикомании, практически не представлялось возможным. В этом случае целесообразно было говорить только об имеющихся на момент обследования психопатических проявлениях, то есть о психопатизации по определенному типу. Дополнительные сложности возникали также и при квалификации типа психопатизации. Это связано с тем, что большую часть больных трудно отнести к какому-либо «чистому» типу. По данным M. Brautigam (1978) к смешанным типам относится 66,2% психопатических личностей. Понимая всю теоретическую сложность и неоднозначность проблемы типологизации личностных свойств, мы исходили из превалирующих психопатических проявлений, имеющихся на момент обследования. Использовалась общепринятая типология акцентуаций характера и психопатий А.Е. Личко (1977). Отнесение больного к тому или иному типу патологии личности осуществлялось нами на основании глоссария психопатологических синдромов и состояний (Ануфриев А.К., 1990).

Соотношение типов психопатизации у обследованных больных представлено в таблице 2. Таблица 2.9. Типы психопатизации у обследованных больных Опиаты Стимуляторы Коаксил Каннабиноиды Тип (N=332) (N=24) (N=18) (N=41) психо патизации Абс. Абс. Абс. Абс.

% % % % число число число число Гипертимный 59 17,77 0 0 2 11,11 4 9, Циклоидный 35 10,54 0 0 0 0 2 4, Лабильный 4 1,2 2 8,33 2 11,11 4 9, Психа 2 0,6 0 0 0 0 2 4, стенический Сенситивный 2 0,6 0 0 0 0 0 Астеноневро 2 0.6 0 0 0 0 0 тический Шизоидный 6 1,8 4 16,66 2 11,11 9 21, Истероидный 41 12,34 6 25,0 3 16,66 2 4, Эпилеп 57 17,16 2 8,33 3 16,66 3 7, тоидный Неустой 122 36,74 10 41,66 6 33,33 13 31, чивый Конформный 2 0,6 0 0 0 0 2 4, Итого 332 100,0 24 100 18 100,0 41 100, Сравненияе типов психопатизации у обследованных групп больных показывает:

гипертимный тип чаще встречается у больных, принимающих опиоиды (=4,45 при р=0,0001), коаксил (=2,17 при р=0,02), каннабиноиды (=2, при р=0,009), по сравнению с больными, принимающими стимуляторы;

циклоидный тип чаще встречается у больных опийной наркоманией, чем у больных, принимающих стимуляторы (=3,2 при р=0,002) и коаксил (=2,79 при р=0,005);

лабильный тип чаще встречается у больных, принимающих стимуляторы (=1,77 при р=0,04), коаксил (=1,92 при р=0,03) и каннабиноиды (=2, при р=0,006), по сравнению с опийными наркоманами;

психастенический тип чаще встречается у больных, принимающих каннабиноиды, по сравнению с больными, принимающими опиоиды (=1,79 при р=0,04) и стимуляторы (=1,75 при р=0,04);

шизоидный тип чаще встречается у больных, принимающих стимуляторы (=2,75 при р=0,005), коаксил (=1,73 при р=0,04), каннабиноиды (=4, при р=0,00009), по сравнению с больными, принимающими опиоиды;

истероидный тип чаще встречается у больных, принимающих стимуляторы (=2,34 при р=0,01), по сравнению с больными, принимающими каннабиноиды;

эпилептоидный тип чаще встречается у больных опийной наркоманией (=1,93 при р=0,03), по сравнению с больными, злоупотребляющими каннабиноидами;

конформный тип чаще встречается у больных, принимающих каннабиноиды, по сравнению с больными, принимающими опиоиды (=1,79 при р=0,04) и стимуляторы (=1,75 при р=0,04).

Из представленной таблицы 2.9 следует, что наиболее часто диагностировалась психопатизация по неустойчивому типу, в среднем она встречалась у 36,38% больных. Это совпадает с данными И.Н. Найденовой (2008), Галактионовой Т.Е. (2009) и других исследователей. На второе место вышли эпилептоидные и гипертимные – изменения личности, которые встречались с одинаковой частотой - в 15,66% случаев, на третьем месте истероидные – 12,53%, далее циклоидные – 8,91% и шизоидные – 5.06%.

Прочие типы психопатизации или не встречались вообще или встречались в единичных случаях. В целом представленные типы психопатизации распределялись во всех группах достаточно равномерно за исключением шизоидного типа, который у опийных и коаксиловых больных практически не встречался, зато у использующих психостимуляторы встречался в 16,66%, а в группе употребляющих каннабиноиды в - 21,95%. Это указывает на более «идеаторный» характер воздействий принимаемых наркотиков. В группе злоупотребляющих каннабисом в противовес всем остальным группам практически не встречался истероидный тип психопатизации, в группе злоупотребляющих психостимуляторами отсутствовали больные с гипертимным и циклоидным типами психопатизации.

2.8. Методология и методы исследования Обследование проводилось в постабстинентом периоде, начиная с 8-9 по день пребывания больных в наркологическом стационаре. В силу специфики самого феномена патологического влечения большая часть наблюдений за актуализацией ПВ была сделана в вечернее и ночное время во время дежурств, когда больных можно было наблюдать в более естественной для них обстановке. Это позволяло устанавливать с ними тесный неформальный контакт, вызывать их на откровенность, что было необходимым условием для описания сложных и трудно вербализируемых переживаний, связанных с ПВ. В других условиях информацию о подобных переживаниях порой получить было просто невозможно из-за скрытности, лживости и обычной для наших пациентов негативной настроенности к врачам. Анамнестические и катамнестические сведения получали как от самих больных, так и от их родственников. Получение катамнестических сведений облегчалось тем, что основная часть включенных в исследование больных лечилось в тех же отделениях по нескольку раз. Нередко реконструкция психопатологической картины ОПВ производилась при повторном поступлении больного, когда он вынужден был откровенно и подробно рассказывать о своих ощущения и переживаниях на пике актуализации влечения, заставивших его в предыдущую госпитализацию уйти из клиники по отказу.

Работа строилась на принципах доказательной медицины. Все обследуемые подписывали добровольное информированного согласие с общим планом обследования, лечения и участия в исследовании, а также согласие на обработку их персональных данных, передачу персональных данных третьей стороне и получение соответствующих персональных данных у третьей стороны. Протокол исследования был обсужден и одобрен этическим комитетом ГКУЗ Московского НПЦ наркологии.

Методологически все исследование условно можно разделить на три части: в первой части исследовались клинические и социально-демографические характеристики включенных в исследование больных, проводился анализ различий и сходства между группами, употребляющими различные ПАВ. В этой части работы использовались количественные статистические и экспериментально-психологические методы;

во второй части исследовались психопатологические феномены, составляющие суть изучаемого явления, их взаимодействие между собой, патокинетические закономерности процесса. В этой части работы в соответствии с принципами доказательной медицины предпочтение отдавалось качественным методам оценки (клинико психопатологический, клинико-катамнестический). В дополнение к ним использовались также методы описательной статистики;

третья часть работы была психофармакотерапевтической. Здесь использовались разнообразные количественные психометрические инструменты. Таким образом обеспечивалась максимально возможная достоверность полученных результатов.

Основным методом, использовавшимся в работе, был клинико психопатологический с тщательным структурно-динамическим анализом.

В соответствии с задачами исследования регистрация полученных данных проводилась с помощью карты эпидемиологического исследования больных наркоманиями, разработанной и использовавшейся в наркологических отделениях ВНИИОСП им. В.П. Сербского, а в последующем в ВНЦ- НИИ и ННЦ наркологии (Агибалова Т.В., 2007;

Благов JI.H., 1994;

Дёмина М.В., 1999;

Галактионова Т.Е., 2009). Эта стандартизированная карта была доработана и адаптирована к настоящему обследованию. Карта представлена в приложении.

Характерологические особенности анализировались на основании данных объективного и субъективного анамнеза, психического состояния, глоссария психопатологических синдромов и состояний (Ануфриев А.К., 1990), а также дополнительных данных психологического обследования с помощью теста MMPI, ПДО А.Е. Личко.


По мнению видных исследователей в области доказательной медицины Т.

Гринхальх (2008);

M.K. Giacomini, D.J. Cook ( 2000 a,b);

J. Green, N. Britten (1998), в последнее время качественные методы прочно заняли свое место в доказательной медицине, их использование становится все более и более активным. Как указывали N. Mays, C. Pope (1999) эти методы оправданы при изучении неизвестной области, где важные различия плохо понимаются и выявляются и не могут контролироваться. В таких обстоятельствах нельзя прийти к какой-то гипотезе, пока исследование не кончится. Эти обстоятельства можно считать изначальными. Они учитываются когда четко обрисована цель исследования и сформулированы специфические вопросы, на которые ищется ответ. Если цель научной работы – исследование, интерпретация и глубокое понимание отдельного клинического вопроса, применение качественных исследований правомерно. Целью настоящей работы было описание структуры и динамики приступа острого патологического влечения, что ранее никогда не было описано, т.е. целью было не определение количественных характеристик исследуемого феномена, а описание его сути. Сильная сторона качественных исследований, по утверждению Гринхальх (2008), «заключается в T.

достоверности, т.е. хорошо спланированное качественное исследование действительно может прояснить суть происходящего, а не отражает лишь то, что лежит на поверхности» (Гринхальх Т., 2008. – С. 222). При этом достоверность качественного исследования повышается при использовании не одного метода, а нескольких. В настоящем исследовании использовались 4 из 5 принятых в доказательной медицине методов качественных исследований: пассивное наблюдение, активное наблюдение, полуструктурированное интервью, описательное интервью (не включался только метод фокус-группы).

Использованные методы полностью представлены в разработанной карте качественной оценки структуры и динамики патологического влечения (см.

приложение).

Принципы, положенные в основу указанной карты, соответствовали квантифицированным подходам к изучению патологического влечения, которые эффективно используются в отечественной клинической наркологии в течение последних 20 лет (Бузик О.Ж., 2008;

Винникова М.А., 2001;

Чередниченко Н.В., Альтшулер В.Б., 1992).

Карта позволяла фиксировать разнообразные психопатологические феномены на каждом этапе актуализации патологического влечения в телесной, аффективной и идеаторной сферах. В телесной сфере на 1 этапе актуализации влечения оценивалось наличие и качественные характеристики общего соматопсихического дискомфорта, изменения «Vigor vitalis». На 2 этапе – перестезии;

парестезии, феноменологически сходные с синдромом «беспокойных ног»;

неврологические сенсации. На 3 этапе – парестезии;

парестезии, феноменологически сходные с синдромом «беспокойных ног»;

неврологические сенсации высокой интенсивности;

гомономные сенестопатии;

гетерономные сенестопатии. На 4 этапе парестезии;

парестезии, феноменологически сходные с синдромом «беспокойных ног»;

неврологические сенсации высокой интенсивности;

гомономные сенестопатии;

гетерономные сенестопатии;

эндосоматические галлюцинации;

поведение, направленное исключительно на наркотизацию.

В аффективной сфере на 1 этапе актуализации влечения оценивалось наличие и качественные характеристики гипоманиакального или субдепрессивного изменения настроения. На 2 этапе – наличие или отсутствие признаков генерализации процесса;

эмоциональной лабильности;

раздражительности;

тревоги;

аффективных проявлений соматопсихической деперсонализации;

аффективных проявлений аутопсихической деперсонализации;

аффективных проявлений дереализации. На 3 этапе – исчезновение базового гипоманиакального фона настроения;

нарастание беспредметной тревоги;

смешанный тревожно-тоскливый аффект;

смешанный тревожно-апатический аффект;

смешанный тревожно-дисфорический аффект;

неквалифицируемая тревога. На 4 этапе – разлитая тревога с тоскливыми, апатическими и дисфорическими включениями;

аффективное сужение сознания;

«синдром беспокойных ног»;

тревожные реакции на фоне моторных стереотипий;

тревожные реакции на фоне микрокататонии;

кратковременное снижение внутреннего напряжения после кульминации психопатологических событий;

поведение, направленное исключительно на наркотизацию.

В идеаторной сфере на 1 этапе актуализации влечения оценивалось наличие и качественные характеристики усиления рефлексии и чувство собственной измененности;

дальнейшее усиление рефлексии и борьба мотивов;

предчувствия и предуведомления;

предчувствия инициируемые парестезиями;

идеаторные проявления соматопсихической деперсонализации;

идеаторные проявления аутопсихической деперсонализации;

идеаторные проявления дереализации. На этапе – аффективная дезорганизация мышления;

«аутизация» идеаторных переживаний, иррациональная концепция внутреннего существования;

суеверные предчувствия и фантазмы;

ментизм;

мысли о смерти и невозможности преодоления болезни;

усиление сверхценного отношения к наркотику;

неудовлетворенность своим внутренним миром;

идеаторные расстройства, инициированные телесными феноменами;

стереотипии. На 3 этапе – недостаточность эпикритических функций соотносимая с «бредовым настроением»;

феномены отчуждения;

стреотипии и монотематичность идеаторного процесса;

микрокататонии;

отрыв воображения от аффекта;

овладевающие представления;

осознание влечепния в виде патологического смыслообразования;

галлюцинации воображения;

поведение, направленное исключительно на наркотизацию.

Для оценки эффективности психофармакотерапии и объективизации данных, полученных при купировании патологического влечения к наркотику, мы проводили:

1. Оценку динамики психического состояния, клинической картины с использованием клинико-психопатологического метода.

2. Оценку динамики клинической картины с использованием шкалы общего клинического впечатления.

3.Количественный анализ ПВ к наркотику тремя независимыми экспертами по 4-х бальной системе: где 0 баллов – отсутствие ПВН;

1 балл - минимальная степень выраженности ПВН;

2 балла – ПВН средней степени интенсивности;

балла – выраженное ПВН. Оценка проводилась независимо друг от друга врачами экспертами (в числе которых – исследователь, лечащий врач психиатр-нарколог, заведующий отделением), затем результаты усредняли.

4. Оценку длительности лечения в стационаре.

5. Оценку выписки вопреки рекомендации врача (преждевременная выписка – критерий Against Medical Advice).

6. Анализ безопасности и переносимости психофармакотерапии осуществлялся при помощи модифицированной шкалы побочных эффектов и UKU биохимических показателей АлАТ, АсАТ (см. приложение).

В исследовании были использованы методы статистического анализа данных, полученных из карт больных. Были вычислены показатели описательной статистики: средние величины описываемой совокупности, стандартная ошибка, для группы в целом и для каждой из исследуемых подгрупп. Выявление значимости различия между группами осуществлялось с помощью углового преобразования Фишера. Статистически значимыми считались различия между данными при р0,05.

2.9. Обсуждение полученных данных Статистическое исследование должно удовлетворять критериям достаточности, однородности и репрезентативности.

Достаточность изучалась с помощью анализа мощности (оценка объема выборки) в Программе STATISTICA v.10 StatSoft Inc. (Халафян А.А., 20007;

Help Мощность представляет собой вероятность выявления STATISTICA).

действительного воздействия фактора на результат. По сложившейся практике значения этого показателя обычно берут 0,8 или 0,9 (что соответствует 80% и 90% такой вероятности). Результаты представлены в Таблице 2. Таблица 2.10. Необходимый объем выборки Параметры Значение Требуемая мощность 0, Наблюдаемая мощность для требуемого N 0, Требуемый объем выборки (N) Из таблицы следует, что объем данных в 415 человек, представленный в исследовании существенно превышает требуемый (265 единиц). Так как, требуемая мощность составляет 90%, а объем выборки превышает требуемый объем в 1,5 раза, то это является еще и косвенным показателем репрезентативности выборки.

Однородность изучалась для наиболее клинически значимых параметров (возраста, возраста начала заболевания, длительности заболевания) в группах по типу употребляемого наркотика. Было выявлено, что ни по одному параметру между группами значимых различий не выявлено. Это наглядно подтверждается на диаграммах размаха данных параметров (рис. 2.2 – 2.4).

Возраст, лет Опиаты Стимуляторы Коаксил Каннабиноиды Тип наркотика Рис. 2.2. Диаграмма размаха по возрасту больных, употреблявших различные наркотики 8, 7, Длительность заболевания, лет 7, 6, 6, 5, 5, 4, 4, Опиаты Стимуляторы Коаксил Каннабиноиды Тип наркотика Рис. 2.3. Диаграмма размаха длительности заболевания у больных, различные виды наркотиков Возраст начала заболевания, лет Опиаты Стимуляторы Коаксил Каннабиноиды Тип наркотика Рис. 2.4. Диаграмма размаха по возрасту начала заболевания у больных, употреблявших для различные типы наркотиков Несмотря на описанные ранее различия существует общий «портрет» всех включенных в исследование пациентов.

У значительной части больных была выявлена наследственная отягощенность, перинатальная патология отмечалась у трети всех обследованных. Примерно половина воспитывалась в негармоничных семьях, в трети случаев воспитание осуществлялось по типу «гиперопеки», а воспитание по типу «гипоопеки» доминировало более, чем у половины обследованных. Во всех четырех группах преобладал неустойчивый тип психопатизации. У всех больных отмечался прогрессирующий или стационарный паттерн приема наркотиков. Период от начала приема до появления признаков абстинентного синдрома, независимо от типа употребляемого ПАВ, проходил в сжатые сроки, это также было связано с постоянным комбинированием ПАВ. Длительность заболевания у всех больных варьировалась от 4 до 7 лет, а у большинства пациентов длительность заболевания составила 6-7 лет. Практически у всех больных был опыт стационарного лечения в наркологических клиниках, но, несмотря на это, ремиссии у большинства отсутствовали или были краткосрочными (менее 3-х месяцев). Ремиссии длительностью более 12 месяцев практически всегда были вынужденными, в связи с их изоляцией в местах лишения свободы. Треть больных имела судимости, причем примерно половина из них были осуждены более 1 раза. Подавляющее большинство жили за счет нетрудовых доходов (проституция, сдача квартиры, торговля наркотиками и другая криминальная деятельность). Несмотря на то, что данные больные, вне зависимости от принимаемых ПАВ имели семьи, сожители или супруги их в основном также были наркоманами или алкоголиками и только треть сожительствующих с больными заболеваниями зависимости не страдала. Полученный общий «профиль» исследуемых пациентов указывает на репрезентативность данной выборки, так как репрезентативным считается такое исследование, при котором отклонение в выборочной совокупности по контрольным признакам не превышает 5%. Несмотря на имеющиеся различия по полу, семейному положению, уровню образования, которые не относятся к наиболее значимым параметрам исследуемой выборки, отклонение выборки по наиболее значимым для исследования параметрам (преморбидным особенностям, перинатальной патологии) не превышает 4%, что также указывает на репрезентативность данной выборки.

Таким образом, обследованная группа из 415 больных несмотря на различия в своем гендерном составе и используемых ПАВ, а также определенные различия в социально-демографических характеристиках и преморбидных особенностях представляет собой достаточную, репрезентативную, статистически однородную группу, пригодную для изучения психопатологических характеристик структуры и динамики острого патологического влечения к различным психоактивным веществам.

ГЛАВА 3. ТЕЛЕСНЫЕ СЕНСАЦИИ В СТРУКТУРЕ СИНДРОМА ПАТОЛОГИЧЕСКОГО ВЛЕЧЕНИЯ.

Для структурирования психопатологической симптоматики и определения особенностей динамики ее становления в телесной, аффективной и идеаторной сферах был выделен ряд последовательных этапов, через которые проходит патологическое влечение в процессе его актуализации. Под понятием «этап»

понимали «отрезок времени, ознаменованный каким-либо качественным изменением, событиями» (СЭС, 1982) или «промежуток времени, период, отмеченный каким-либо событием;

стадию, ступень в развитии чего-либо»

(Большой современный толковый современный словарь русского языка, 2006).

Во многих случаях эти этапы были достаточно кратковременными, их длительность могла колебаться, однако последовательность возникновения, а также определенный набор психопатологической симптоматики на каждом из этапов оставались неизменными.

Становление психопатологической симптоматики в телесной сфере проходило через четыре этапа.

3.1 «Этап инициальных проявлений расстройств общего чувства»

1 этап - «Этап инициальных проявлений расстройств общего чувства», длится от 1-2 до 40-50 минут (максимальная его продолжительность – не более часа).

К инициальным проявлениям патологии общего чувства на 1 этапе следует отнести изменение общего психического и физического состояния, которое воспринимается как общий соматопсихический дискомфорт. Нарушается настроение, возникает беспокойство, напряжение, появляется внезапная раздражительность или мгновенный немотивированный страх. Эти ощущения чаще всего летучи и неопределенны, однако в результате их появления у пациента остается отчетливое ощущение того, что «что-то внутри изменилось», «что-то произошло», «все стало уже как-то не так». Больной не в состоянии разделить физические и психические компоненты подобных ощущений, главное что в результате остается ощущение «измененности в собственном теле».

При подробном расспросе все обследованные (415 человек) указывали на то, что актуализации влечения всегда предшествуют те или иные изменения «здорового тона во всем теле» (vigor vitalis). Под vigor vitalis понимался описанный И.М. Сеченовым «здоровый тон, во всем, что делается в теле… и то, что в психической жизни носит название душевное настроение». Этот тон, по И.М. Сеченову, проистекает от «смутного, системного, валового чувства» и «…время от времени из общей чувственной картины выделяется та или иная специальная форма системного чувства, которая и становится господствующей.

Таких нормальных или физиологических форм мы знаем несколько: голод, жажда, половое чувство, позыв на деятельность, усталость и сонливость, у патологов же этих форм, как видоизменений чувства недомогания и боли, множество» (Сеченовым И.М.,1952.- С. 32-33) Достоверно большая часть опийных наркоманов, по сравнению с пациентами других групп (р0,01) (276 человек или 83%) при этом в своих описаниях делали упор на преобладании именно физических компонентов ощущения: «пропадает тонус», « как бы мгновенная слабость во всем теле», «будто поджилки трясутся», «вдруг ноги расслабились», «слабость в спине», «слабость в кистях рук», «силы в мышцах не стало», «вдруг вся расквасилась», «как будто озноб изнутри прошел», «кожа будто сразу стала дряблой, а потом вроде опять нормально», «то ли озноб, то ли какая-то липкость в теле». Лица, злоупотребляющие стимуляторами ( человек из 24) наоборот, акцентировали внимание на чувственном компоненте – « словно кто-то за веревочку дернул, вдруг становится как-то тоскливо внутри», «тревожная волна», «то ли грусть, то ли печаль неизвестно от чего», «предчувствие чего-то нехорошего», «противно на душе без всякого повода, но быстро проходит», «похоже на то, когда в толпе случайно увидишь человека, который когда-то тебя обидел», «когда тебя начинают ругать, а ты еще не знаешь, за что», « как нехорошее предчувствие появилось и прошло, но в памяти все равно остается».

Потребители каннабиноидов и коаксила в 64% случаев (38 человек) воспринимали изменения в организме интегративно – «и с настроением что-то происходит, и в теле что-то меняется», «за секунду все не так - и настроение стало никакое, и в теле не так», «стало не хорошо и не плохо, просто как-то непонятно», «что-то в тебе резко изменилось, но что - понять не можешь, и это пугает и раздражает», «вдруг противно», «просто что-то внутри изменилось». Остальные больные затруднялись с вербализацией указанных ощущений, однако все соглашались с формулировкой: «что-то внутри изменилось». Квалифицируя эти проявления, следует отметить, что они как бы предваряют собственно ценестезические расстройства, являясь самым первым, регистрируемым сознанием сигналом об изменении в области протопатической чувствительности.

Инициальные расстройства общего чувства с преобладанием тех или иных ощущений в его структуре при различных формах зависимости представлены в таблице 3.1.

Таблица 3. Инициальные проявления патологии общего чувства у больных различными формами зависимости Опиаты Стимуля- Коаксил Каннаби торы ноиды Кол-во Кол-во Кол-во Кол-во % % % % б-ных б-ых б-ных б-ных Преобладание 275** 82,8 2 8,3 5 27,8 6 14, физического компонента ощущения Преобладание 19 5,7 20 83,4 2 11,1 9 22, чувственного компонента ощущения Преобладание 37 11,2 2 8,3 11 61,1 26 63, интегративного восприятия ощущения Итого: 332 100 24 100 18 100 41 Примечание: * - здесь и далее звездочкой отмечены достоверные различия (* – р0,05;

**– р0,01) Подобные грацильные изменения психосоматики, видимо, можно считать маркерами перехода от состояния относительной внешней стабильности, имитирующей психическое здоровье, к отчетливой психической патологии.

Аналогичные расстройства описывал А.К. Ануфриев (1979) при ларвированных депрессиях, указывая, что «наряду с расстройством ценестезии изменяется и vigor vitalis, приобретая вид общего соматопсихического дискомфорта, и нарушается душевное настроение, принимая характер беспокойства, напряжения и страха. В этом относительно простом симптомокомплексе ощущение как материальное чувство так и идеальное выступают в единстве, представляя первичное психопатологическое звено последующего патологического процесса» (Ануфриев А.К.,1979. - С. 17).

Проиллюстрируем этот этап развития патологического влечения клиническим примером.

Клиническое наблюдение №1 (история болезни № 4199) Больная Б., 21 года. Употребляет героин с 18 лет, максимальная доза до 2г/сут в/в. Неустойчивый тип психопатизации. Не замужем, детей нет. Учебу бросила, работает под присмотром отца в частной нотариальной конторе. В последние 2 года употребляет наркотик вместе с приятелем- наркоманом. С лет несколько раз под нажимом родственников проходила краткосрочные курсы лечения в частных клиниках. Максимальная длительность ремиссии 5 месяцев (в течение этого срока находилась взаперти под жестким контролем). Поступила под нажимом родственников.

На 21 день, во время беседы с врачом на фоне прекрасного самочувствия и вне всякой связи с темой беседы неожиданно почувствовала «какое-то мгновенное изменение внутреннего тонуса, как будто прошла легкая волна по всем телу сверху вниз, особенно по венам;



Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 10 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.