авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 5 |

«С.П. Васильева Русская топонимия Приенисейской Сибири: Картина мира 1 Аннотация ...»

-- [ Страница 2 ] --

А.Н.Соколов - «схему смысловых опор», Ж.Ф.Ришар – когнитивные структуры, предназначенные для обработки информации [Фомин 2003, 199]. Понятие еще одной единицы промежуточного языка, фрейма, предложенное М.Минским, из сферы искусственного интеллекта перешло в когнитивную психологию и лингвистику, оно обозначает развернутые сети из взаимозависимых схем функциональных связей и последовательности действий для представления знаний.

[Караулов 1987, 192] Подчиненную позицию в промежуточном языке занимают такие единицы, как двигательное представление и пропозиция. Понятие пропозиции здесь сближается с «мыслительной схемой» в «грамматике мышления» К.Гольдштейна, которая «организована в форме предложения, однако такого предложения, в котором его составляющие не имеют прямого оответствия – ни в порядке их следования, ни в форме существования – со словами звукового языка, организующими предложение в естественном виде» [Goldstein 1954;

цит. по: Караулов 1987, 194] Все названные единицы промежуточного языка могут объединяться в более сложные комплексы, так, система образов может составить «картину». «Человек устроен так, что знание неотделимо от языка, и поэтому приобретая представление о внешнем мире, совершенствуя, обогащая, детализируя и развивая свою картину мира (в онтогенезе), человек одновременно овладевает языком, углубляет и делает более гибкой языковую семантику, развивает свою языковую способность, или компетенцию. Образ как единица промежуточного языка эволюционирует, прогрессирует вместе с углублением и детализацией знаний о мире и знания языка, приобретает все большую адекватность своему оригиналу в реальности.»

[Караулов 1987, 200] На определенном этапе рассуждений о промежуточном языке приходится решать вопрос о вербальном / невербальном характере его единиц. Л.С.

Выготский установил такое свойство слов во внутренней речи, как предикативность.

Однако, по наблюдениям Ю.Н.Караулова, в его суждении подразумевается производство речи, вербализация внутренней речи;

обратный же процесс – понимания, запоминания сопровождается компрессией, свертыванием;

тезаурус апредикативен, он номинативен. В промежуточном языке слово трансформируется, теряет свойство быть носителем семантики и переживает «расширение значения» до «смысла», т.е. знания о мире.

[Караулов 1987, 206] Какова же роль языка в этом процессе трансформации значения в знание? Дело в том, что единицы промежуточного языка незнаковы и зафиксированы могут быть лишь с помощью знаков (и не обязательно слов). Разрабатывая версию промежуточного языка, следует помнить, что слово связано с двумя системами: знания и значения. Это отмечается лингвистами и психолингвистами: слово (носитель значения) трактуется как средство доступа к информационному тезаурусу. [Залевская 1981] Лингвисту, имеющему дело со значением, приходится расширять значение слова, включая исторический, социальный, эмотивный элементы. Границы семантики слова растягиваются, и нет возможности отделить значение от знания о мире, соотносимые с языковым знаком. Для извлечения знаний о мире лингвисты прибегают к рассмотрению не отдельных единиц, а целых комплексов, лексико-семантических и тематических групп, семантических, понятийных, ассоциативных полей.

В работе возникла необходимость применения семантического, структурного, ономасиологического, этимологического, концептуального анализа, метода когнитивного моделирования.

Источниками топонимического материала послужили архивные документы, памятные книжки Енисейской губернии, карты XIX – XX вв., личная картотека автора, картотека К.П.Михалап, находящаяся в Региональном лингвистическом центре КГПУ им. В.П.

Астафьева. В данном исследовании привлекалось около 10 000 топонимических единиц.

Глава 2. Ментальный образ пространства В познании человеком окружающего мира важное место занимает освоение пространства. Пространство многомерно, его можно подразделить на освоенное, экзистенциальное, и воспринимаемое априорно, как непознанную сущность.

Пространство – один из важнейших элементов мифопоэтической архаичной модели мира [Топоров 1992, 340], оно может разворачиваться как географическое, художественное, мифологическое, теологическое, репрезентированное в соответствующих текстах.

Топонимия, как этнокультурный текст, является транслятором информации об освоении, прежде всего, географического пространства.

Пространство понимается философами [Хайдеггер] прежде всего как вместилище предметов (объектов), его заполняющих. Когда речь идет о пространстве географическом, то объекты подразделяются на естественные, природные, и искусственные, созданные руками человека. Как те, так и другие формируют образ пространства в сознании человека, познающего пространство, однако роль их в этом различна. С философской точки зрения окружающая действительность не равна тому представлению, которое складывается в сознании познающего, т.к. познающий субъект в силу своего исторического и социального опыта, практической необходимости, духовного состояния, особенностей чувственного восприятия, отчасти на уровне сознания, отчасти на уровне подсознания отбирает для формирования своих представлений наиболее выразительные черты окружающей действительности.

« Характерной особенностью языкового отражения пространства (по сравнению с пространством геометрическим) является семантизация расстояния (выделено Е.С.

Яковлевой). Именно этот критерий лежит в основе выделения языковых моделей пространства.

Существование в языке абсолютных и относительных оценок расстояния свидетельствует о релевантности (и даже фундаментальности) для описания пространства такого параметра, как человеческое измерение. Абсолютность показателей "окрестности говорящего" (первая модель) определяется не только семантикой "наблюдение" у некоторых из них, априори задающей дистанционную закрепленность соответствующего показателя и "разворачивающей" пространство (как область наиболее стандартных описаний) по горизонтали от говорящего.» [ 2, 64 – 65].

Е.С.Яковлева также отмечает, что "окрестность говорящего"можно было бы назвать архаической моделью пространства, поскольку она отражает восприятие пространства древним человеком, а именно – это та часть пространства, которую он способен непосредственно воспринять, в той или иной мере и самостоятельно освоить и узнать.

Для относительной пространственной модели характерна незначимость абсолютного расстояния. Семантическую оценку расстояния в рамках этой модели можно охарактеризовать так: относительная трудность достижения данной точки пространства обусловлена удаленностью этой точки.

Обращение к категории пространства в нашей работе обусловлено прежде всего тем, что предметом изучения избрана топонимия. Топоним, как известно, - "название места", обозначение точки на поверхности земли. В силу нескольких причин топонимы обладают рядом особенностей. Это вторичные языковые знаки, поэтому семантика их многослойна, по сравнению с апеллятивами. В топонимах, как специфических единицах языка, обозначающих место, заложен семантический элемент пространства.

Соотношение лингвистического и экстралингвистического в топониме делает его удобной единицей для наблюдения связей языка и сознания, языка и пространства.

Развивая идею о взаимовлиянии пространства и положения вещей в нём, М.Хайдеггер приходит к мысли о влиянии "мест на пространство". Иными словами, пространство обусловлено и характеризуется "местами и "вещами", их качествами и взаимодействием между собой и пространством.

Таким образом, топоним (обозначение места) можно рассматривать как связующее звено между языком пространством, фиксирующим эту связь тем или иным способом через называние "мест". [3, 96 – 97].

Первыми шагами в освоении окружающего мира является называние объектов, их классификация. Акт номинации считается актом творчества, но не только, это ещё и продукт осмысливания. Лингвистические исследования становятся антропоцентричными, потому что освоение окружающего, выражение результатов освоения через язык не что иное, как осознание себя в этом мире, вначале чужом, а впоследствии освоенном, отраженном в образах, понятиях и выраженном в языке, т.е. означенном.

Топонимия как текст, состоящий из дискретных единиц, репрезентирует народные представления о пространстве.

Д. Лич при описании пространства использует такие базовые единицы: «место», «протяженность», «близость», «вертикальность»/ «горизонтальность», «север»/ «юг», «запад»/ «восток», «ориентация», «движение», «виды передвижения», «поза» (положение человека в пространстве) [Лич 1971]. У А. Вежбицкой добавлены к этому списку:

«направление», «границы пространства», «сила притяжения» [Вежбицка 1972] М.В.

Всеволодова, Е.Ю. Владимирский в своей работе отмечают способы субъективного и объективного определении расстояний между предметом и местом [Всеволодова, Владимирский 1982].

Все эти данные относятся к области человеческих представлений о мире и лежат в основе картины мира. Пространство является одним из фрагментов картины мира [Яковлева].

Задача данной главы – определить народные способы параметризации пространства в сознании и его обозначения в топонимиии региона по следующим признакам: 1. Стороны горизонта и 2. Локализация в пространстве.

2.1. Стороны горизонта.

2.1.1. Направление север – юг.

Обозначение сторон горизонта относится к абсолютным характеристикам пространства в научной картине мира. Однако в топонимии конкретной территории эти характеристики становятся относительными. В наших материалах представлены следующие названия населенных пунктов эксплицирующих это направление.

Енисейск, г.– Северо-Енисейский, п. – Южно-Енисейский, п.

Посёлок Северо-Енисейский находится севернее Енисейска и Южно-Енисейска и является центром Северо-Енисейского района. Южно-Енисейск расположен в Мотыгинском районе, расположенном южнее Северо-Енисейского. Однако по отношению к Красноярску оба района считаются северными. Многослойность, относительность понятия «север» в Красноярском крае выражается термином «северА». Уровни удаленности на север от точки отсчета, г.Красноярска (краевой центр), выстраиваются таким образом: 1) Северное Приангарье, далее, по мере удалённости на север 2) Туруханский район, 3) Заполярье (Норильск), 4) Крайний Север (Таймыр), 5) побережье Северного Ледовитого океана, 6) острова, 7) Северный Полюс. Для красноярцев «жить на севере» может обозначать любой из северных районов, однако для жителей каждого из этих районов «севером» является только то, что расположено севернее относительно их места проживания. Поэтому и возможна форма «северА», семантическим наполнением которой стало не грамматическое значение раздельного множества, а территориальная удаленность, вытянутость края с севера на юг.

Официальное обозначение: Северо-Александровка, д. (Кан.), Южно-Александровка, д.

(Ил.), в которых расположение отмечается относительно границ административного деления, не всегда, кстати, соответствующего современному. Так, Северо-Александровка располагается на севере Канского района, а Южно-Александровка – на юге соседнего с ним Иланского.

Южная Тунгуска, д. (Н.-И.) расположена на севере Нижне-Ингашского района, южнее р. Ангары, которая в прошлом веке называлась Верхней Тунгуской, или просто Тунгуской. Территория бассейна Ангары до прихода русских была населена эвенками (тунгусами), которые теперь занимают площадь в бассейнах Подкаменной и Нижней Тунгусок, т.е. севернее. Поэтому название Южная Тунгуска коррелирует с Тунгуской (расстояние между ними….). Ойконим Южная Тунгуска гидронимического происхождения. На территории Восточной Сибири оказалось возможным соотношение таких удаленных друг от друга объектов из-за низкой плотности населения этой территории.

Среди микротопонимов в направлении север - юг: Север Сухого Лога, ур. (Уж.) – обнаруживаем относительность ориентации на север относительно другого объекта.

Народное обозначение севера: Заветёр, поле (Бал.), Заветерна забока (Кур.). Ойконим Вечерницы, д. (Ем.) не осознаётся жителями как связанный с направлением.

В говорах Красноярского края: заветерье, заветёрный, заветёрок – «за ветром», «за солнцем» (склон), «северная сторона» чего-либо. (СЮ) Народное обозначение юга – полдень – выражено в названии Полудённый распадок (Аб.) – в полдень по распадку идёшь прямо на солнце.

2.1.2. Направление восток – запад.

Официальное обозначение: Восточное, с. (У.) расположено на юго-востоке Уярского района. Не соотносится с западными названиями на территории района, не имеет коррелятов. Восток, с. (Аб.) расположено на северо-западе от Абана, районного центра.

Соответственно прежнему административно-территориальному делению это была Устьянская волость, и ориентир от волостного центра и границ волости не совпадает с современным. Следовательно, восток в данном случае обозначает направление относительно европейской части России, родины переселенцев, или имеется в виду Восточная Сибирь.

Направление восток – запад в микротопонимии: Восточное, оз. (Ил.), Восточная тайга, лес (Тюх.). Восточные топонимы не коррелируют с западными.

В народной топонимии: поле Закат (Аб.) В народной терминологии: закат – запад;

сторона, где солнце закатывается (Алтай) (Богданов, 1963) [Мурз. 214]. В говорах Красноярского края народные представления о сторонах света выражены следующим образом: Четыре стороны, их так и зовут: восход, закат, сивер, полдень (П.-Х.). Или север: Еслив северна сторона кадыря (крутой склон), называют и север, и сивер, и заветёрок (П.-Х.). Хоть какая гора, хоть взлобок, хоть угор, у них есть север и полдень, это северная сторона и южная (П.-Х.) [СЮ].

Топонимисты отмечают позднее появление восточных и западных названий, возникших в XX столетии как официально номенклатурные [Мурзаев 1993а, 41]. Поэтому в топонимии Приенисейской Сибири совсем нет западных названий, но есть Закат, название, эксплицирующее народное наименование запада, и совсем немного восточных.

Среди обозначений колхозов и совхозов встречаются названия «Восход», но трудно сказать, в каком значении, в ментальном или в значении идеологических символов советской эпохи.

Таким образом, мы видим, что наиболее ярко в топонимии выражено направление север – юг, слабее представлен восток и единично – запад. Вектор север – юг представлен народными названиями;

так же, как и восток, запад представлен единично, но только народным термином.

В народном сознании существует связь между метеорологическими представлениями и пространственными: холодным временем года и севером, теплым временем года, дня – и югом, а также погодными условиями времён года, дня: полдень – юг – южный ветер. О ветре в южных говорах Красноярского края: Полдень в любую пору бывает. Это вообще с юга. А если летом полдень, так он не то, что крутень или даже салгун (П.-Х.);

Сивером и ветер зовут, еслив с севера. Когда зимой, дак ясно, сивер будет холодным, захиузит, летом-то чё он, холодный? Посвежее только от полдня (П.-Х.) [СЮ].

Зима – холодный сезон года, в Архангельской области называется также – север [Мурз.

224]. Зимник – «дорога в тайге по рекам, озёрам, лесам и болотам, доступная после первых крепких морозов», «зимнее стойбище» в Сибири. Зимняк и зимник – «зимняя дорога» на Урале, в Сибири, Верхней Волге, Карелии, новгородской области. Ныне это слово уже потеряло областной характер. Зимник – «северный ветер» на Белом море, «юго восточный и восточный ветры» в Калининской и Псковской областях, Карелии, на озере Селигер и на Ильмене. [Даль, СРНГ] В Абанском районе оз. Зимник близ д. Хиндичет, где было построено помещение для зимнего содержания скота, рядом Зимниковские избушка, ручей и протока р. Бирюсы. В этом же районе на северо-востоке от Абана – д. Зимник. Таким образом, зимние названия связываются с временем года, образуя хронотоп, ориентированный на зимнее время года в районах Приенисейской Сибири.

Лето – тёплый сезон года, юг, полдень. Летний ветер – «южный», «полуденный» [Даль, I, 334]. Река Летняя – левый приток Нижней Тунгуски, впадающий в неё в створе с правым притоком, рекой Северной. Здесь же, по обоим берегам Нижней Тунгуски расположены возвышенности Летний Камень и Северный Камень. Корреляты Летняя – Северная соответствуют координатам «южная - северная». Еще одна река Летняя – южный приток Берёзовки в бассейне Колымы, близ впадения р. Сивер, текущей в Берёзовку с севера. Эти топонимические примеры ясно показывают, что название Летний (яя) следует понимать в значении «южный»(ая). Расположение этих притоков соответствует южному (Летняя) и северному (Северная) берегам, т.к. русло Нижней Тунгуски, впадающей в Енисей, протянулось с востока на запад, следовательно, один её берег южный, другой – северный, что и выражено в названиях притоков. На территории Туруханского района есть р. Северная, пр. р. Ворогово. В говорах Приенисейской Сибири зафиксировано: Северными северяне обычно называют реки, впадающие в главную реку с севера [СТ]. Однако р. Северная 2-я, п.пр.р. Большая Веснина, течет с юга.

Мокрая Летняя, р.л.пр. р. Тис (левый южный приток), Северная, р.п.пр.р. Тис (правый северный приток), Северная, р. п.пр.р. Ен. ниже с. Шишмарёво течет с северо-востока и впадает в Енисей как раз в том месте, где река меандрирует, так что правый берег, и соответственно правый приток, оказываются с северной стороны.

По диалектным данным: летник – 1.«Дорога, которой пользуются только летом». – Есть зимник – по этой дороге только зимой ездить можно, а есть летник. По летнику только летом, а зимой не проедешь. Зимником через реку и там ехать неча, а летником в объезд, много дольше. (П.-Х.) 2. Летнее жильё (П.) 3. Загон для скота летом (КТ.) [СЮ] В топонимии летних названий намного меньше, в них сохранилось только сезонное значение. Как и в названиях р.Весновка (Бог.), дорога Веснянка (Ман.) реализуются значения, связанные с весенними (сезонными) особенностями разлива рек и трудностями проезда. Большая Веснина, р. п.пр. Енисея, впадающий с восточной стороны, Северная 2-я впадает в Большую Веснину с южной стороны, Шиверная Веснина, р. л.пр. Большой Веснины, впадает с восточной стороны. Таким образом, соответствующих системе координат названий примерно столько же, сколько и выпадающих из неё. Обозначений, связанных с временем суток, немного Для сопоставления нами выбрана территория Русского Севера, т.к. коренные сибиряки являются потомками переселенцев прежде всего из районов европейского севера России.

По данным топонимии Русского Севера, ведущим направлением является север – юг.

Для обозначения северной и южной ориентации задействованы и диалектные средства:

северное направление – ночными (полуночными), зимними названиями, а южное – полуденными, летними. Отмечается асимметрия в пользу северных названий, зависимость от метеорологического фактора, а также связь с временными обозначениями: время года – время суток – стороны света. Количество восточных и западных названий также невелико.

[Березович, 94 – 99].

Итоги: 1. Таким образом, можно сделать вывод об общности народных представлений, отраженных в топонимии Приенисейской Сибири и Русского Севера в обозначении направлений север – юг. Отличие заключается в отсутствии ночных (полуночных) названий в обозначении северного направления.

2. Наиболее ярко в топонимии выражено направление север – юг, слабее представлен восток и единично – запад. Вектор север – юг представлен народными названиями;

так же, как и восток, запад представлен единично, но только народным названием.

3. Поле ориентации по направлениям север – юг, запад – восток в топонимии Приенисейской Сибири тесно связано с ассоциативным полем ветры и менее тесно связано с полем времени года, суток.

2.2.Локализация в пространстве.

Параметр дальний - ближний связан с попыткой сознания измерить пространство через расположение объектов относительно положения номинатора. Динамика идеи пространства представлена в работах В.Н.Топорова: «Некогда в начале творения пространство было простерто, раз-бросано повсюду (уровень творца в чистом виде). Но через мир вещей и через человека (последующий уровень творца вещей) пространство собирается как иерархизованная структура соподчиненных ему смыслов. Для этой эпохи вместо непрерывности и сплошной протяженности гомогенного пространства реконструируется представление о разнородном и, так сказать,,,корпускулярном’’ пространстве с разной ценностью (значимостью) его частей» [Топоров 1983, 242].

Значимость объектов деревенского пространства как пространства, организованного по правилам земледельческого и скотоводческого хозяйствования для обеспечения жизнедеятельности человека, определяется ценностью практического использования. В связи с этим пространственная оценка ближний – дальний приобретает важное значение, очерчивает круг ближних объектов и круг дальних объектов.

В группе рассматриваемых топонимов можно выделить коррелирующие и некоррелирующие. Некоррелирующие названия в группе ойконимов: п. Дальний (У., Наз.) обозначает удаленные от районного центра населённые пункты и приближается к абсолютной характеристике дальности в пределах микрорегиона.

Среди некоррелирующих микротопонимов оз. Ближнее (2) (Ш.), Ближний лес, ур.

(Парт.), Ближний Имбеж, з.у. (Возн. вол.), Ближний Хмелев, ур. (Даур.), Дальняя Степь ощущается близость с концептом «свой - чужой». Признак «далёкости» коррелирует с внешним, иным, чужим. Признак «близости» соотносится с внутренним, своим. [Яковлева 1994, 18 ] В коррелирующих названиях группы микротопонимов выражен иной смысл, в частности, в лимнонимах (озёра) Дальний Кошколь – Ближний Кошколь – наблюдается семантическая оппозиция, выражающая относительную удалённость от ближайшего населённого пункта, от которого идёт отсчёт, т.е. дальний по сравнению с другим, однотипным. Эти озёра имеют второе название: Первый Кошколь – Второй Кошколь.

Местные жители- хакасы переводят название озер как «двойное», «парное».

Корреляты Ближние ворота – Дальние ворота также имеют второе название Первые ворота – Вторые ворота и обозначают близкое расположение друг от друга, при этом первые – ближние, вторые – дальние. Это же значение зафиксировано в целом ряде названий с порядковыми словами: Первая Берёзовая, ур. (Даур.), Вторая Берёзовая, ур.

(Даур.), Первый Прировок, ур. (Даур.), Второй Прировок, ур. (Даур.), Третий Прировок, ур. (Даур.), Вторая, Рассоха, ур. (Даур.), Третья Рассоха ур. (Даур.);

Первая Таёжка, бол.

(Тюх.), Вторая Таёжка, бол. (Тюх.), Первая Ново-Дмитриевка, д. (Тюх.), Вторая Ново Дмитриевка, д. (Тюх.), Первая Малиновка, д. (Тюх.), Вторая Малиновка, д. (Тюх.);

некоррелирующие: Вторая речка, ур. (Даур.), Третья Синяя, ур. (Даур.), Топонимические оппозиции Ближняя падь – Дальняя падь, Ближний Кульстан – Дальний Кульстан обозначают степень удалённости от деревни: ближние названия отмечают расположение объекта в пределах 3 км, дальние – в 6-7 км от деревни.

Коррелировать могут, например, Запасной – Дальний Запасной. Запасной, поле (Аб.) в км от деревни – Дальний Запасной, покос (Аб.) в 10 км от деревни. Таким образом, представление о близости в метрических единицах измеряется в пределах 1-3 км, о дальности – в пределах 7-10 км от деревни. В сознании человека пространство представляется, скорее, синкретично, оно совмещает в себе черты физико геометрического пространства (ньютоновского) и черты «семиотического»

(лейбницевского ). [Яковлева 1994 19] В народном представлении, как мы видим, представление о дальнем – ближнем вполне переводимо на язык официальных измерительных единиц. Исходя из этого фактора, рассмотрим круг ближних и дальних топонимов, не выражающих эти значения лексическими средствами, т.е. находящимися на периферии этого семантического поля. К ним относятся различные способы выражения значения близости – удалённости, указывающие на связь объекта с населенным пунктом (домом): Деревенская, гора (Ш.), Домашний, бор в 2 км (Аб.) Идея близости к дому связанная с образом женщины (бабы), отмеченным также в топонимии Русского Севера [Березович 1998, 78 ], выражена топонимами: Бабий пляж, место на р. Каче (Ем.), Бабья купальня, место на р. Каче (Ем.). В круг ближних топонимов, называющие близлежащие объекты, входят топонимы, образованные от женских имен и связанные с различными ситуациями жизни женщины: Макарихино оз. (Аб.), Ольгино поле (Аб.) (повесилась Ольга), Марусин остров, покос (Аб.), Орлихины штаны, поле в деревне (Аб.), а также мужские топонимы с событийным значением в случаях, когда в них сохраняются события деревенской жизни, связанные с образом мужчины (почтенного возраста): Дяди Васин перекат (Аб.) Все рыбаки обходили этот п., а дядя Вася рыбачил здесь;

Захар Павлыча околок (Аб.) в 1,5 км от д. (Захар Павлыча конь растрепал). Идея близости выражена также в топонимах, выражающих: 1)связь с домашним хозяйственным объектом: Огородный, руч. (Бог.), Марфин огород (Аб.), Мельничный, руч. (Бог.), Троеброда, брод (Аб.);

2) ритуалы и праздники: Пионерская поляна (Кан.), Маёвка, поле (Аб.);

3) образы домашних животных и птиц также отмечают ближние объекты, т.е.

события и действия, связанные с ними, происходят в ближайшем от деревни пространстве: Кошачий овраг (Ач.) – дети как-то нашли там мертвую кошку;

Кроличьи поля (Ач.) – на этом месте разводили кроликов;

Коровий пляж (Ач.) – водопой;

Свинарский пруд (Наз.);

Козий огород (Уж.);

Цыпленкин, руч. (Ш);

Цыпухинский, кл.

(Ш.);

Конное, место (Парт.) – был конный двор;

4) деревенские хозяйственные постройки:

Амбарные гари (Аб.), Нижний склад (Аб.).

Идея удаленности реализуется следующими непространственными способами:

1) вторичные топонимы, обозначающие удалённость в макропространстве, ставшие символами дальности: Дарданиллы, пастбище (Аб.) в 10 км от деревни;

Колыма, ул.

(Хиндичет Аб.), крайняя в поселке;

Камчатка, ур. (Уж.);

Чухонский, поле (Аб.) в 7 км от деревни;

Северный Полюс, вершина горы (Ман.) – идея удалённости сочетается с идеей труднодоступности;

Туруханское поле, (Аб.);

Куба, окраина деревни (Рыб.);

2)связь топонимов с удаленными от деревни объектами: Пашенный, руч. (Бог.), Пахотный, руч.

(Бог.), Полевой, руч. (Бог.), Толокно, руч. (Бог.). Хозяйственные объекты, связанные с полевыми работами, пашни, поля, покосы, пастбища, составляют круг объектов удалённых, в сравнении с объектами по разведению домашних животных и огородами.

3) образы диких животных и птиц: Утиное оз. (Аб.) – водятся дикие утки;

Медвежье оз.

(Аб.) – видели медведя;

Медвежий, кл. (Ш.);

Медвежье, ур. (Парт.);

Волчий угол (Аб.) – непроходимая тайга и волки;

Гусиное, болото (Наз) – дикие гуси водились;

Журавлиное, болото (Наз.);

Журавлиное, оз. (Бал.) – журавли прилетали;

Большая Змеинка, луг (Наз.);

Маленькая Змеинка, луг (Наз.);

Змеиная, гора (Бал.);

Змеиное, оз. (Ш.) – водились змеи;

Белочная, гора (Уж.) – белки водились;

Козлиное, оз. (Бал.) – водились дикие козы;

Куличье, оз. (Бал.) – много куликов;

Барсучья, гора (Ш.) – водились барсуки;

Рысья тропа (Парт.);

Лисьи норы, покос (Парт.).

Локализация в пространстве независимо от субъекта (номинатора) предполагает возможность нахождения объекта в середине: д. Серединка (Ир.);

в центре: ул.

Центральная (Ил., Наз. и др.);

между какими-то двумя объектами: с. Межево (Саян.), с.

Межово (Б.-М.), д. Междуречка (Саян.), Междуречный, з.у. (Ач.) Среднее, с. (Тас.) расположено на р. Усолке примерно посередине между населёнными пунктами Троицк и Устье.

В восприятии пространства вырисовывается противопоставление: центр – край (граница). Это значение зафиксировано в «граничных» топонимах: Межево, с. (Саян.) расположено близ границ Саянского района с Рыбинским и Ирбейским районами;

Межово, с. (Б.-М.) обозначало границы, которые в настоящее время неактуальны;

Межовская Грань, поле и граница между владениями колхозов (Б.-М.) (значение границы в топониме эксплицировано дважды);

Мезнск, д. (Аб.) – реализовано то же значение границы, что и Межово. Междуречка, (Саян.), Междуречный, запасной участок (з.у.) (Ач.), Междускальный, ур. (Даур.) - Топонимы обозначают расположение между двух объектов;

Междугранок, з.у. (Абак.), Межник, з.у. (Тюльк. вол.) Слово межа - «граница земельных участков», первоначально имело значение «середина», предлог меж «средь»;

время года, суток: «полдень», «лето», «середина лета».

Метеорологические значения: «время жарких безветренных погод». Меженная пора – «время летней страды»;

межонные дни – «самые жаркие и длинные дни»;

меженица – «летняя засуха», «недород». Межень, меженец, межник – «северо-восточный ветер» на Селигере, в Псковской области, Карелии;

в архангельских говорах «один из осьми промежуточных румбов компаса или ветров, между осьми главных».[Даль II, 314] Представление о центре и окраине находит своё выражение в названиях деревенских улиц: Центральная ул. есть в каждой деревне, она противопоставлена краям, окраинам, которые носят названия близлежащих объектов, находящихся за пределами деревни:

Озерная, Луговая, Заречная, Болотная, Боровская, Садовая и т.д.

Кресты, дорога (Ем.) (с разветвлением);

Крестовка, руч. (Бог.), Крестовина, покос (Бир.) Крест – это тоже центр, созданный пересечением линий. Точка пересечения имеет важный сакральный и магический смысл. (См. об этом далее) Однако в деревенской топографии: Кресты – «место, где скрещиваются дороги, улицы». – В кажном переулке кресты, или росстани. Когда росстани называют, а когда – кресты.

(СЮ) В значении «перекрёсток», «развилок дорог» в топонимии России отмечается много топонимов: Кресты, Крестовка, Крестовское, Крестовый, Крещатик [Мурз.

303].

Центр противопоставлен краю не только внутри села, но и село как центр противопоставлено краю, границам микропространства: Кончиха, ур. (Уж.);

Краевая, д.

(Б.-У.) Итоги: К ядерным способам выражения пространства в топонимии Приенисейской Сибири относятся названия с лексемами дальний, ближний.

2. Некоррелирующие названия с лексемами дальний, ближний содержат, кроме пространственного значения, значение «свой - чужой».

3. Коррелирующие топонимы с лексемами дальний – ближний обозначают относительную удаленность по вектору от деревни, выражаемую синонимичным способом с порядковыми словами первый – второй.

4. Поле ближний – дальний, кроме ядерных способов выражения близости – удалённости, включает ряд периферийных, имеющих не меньшее значение в системе репрезентаций представления о пространстве в топонимии. Круг близких объектов обозначен топонимами, связанными с домашним хозяйством, деятельностью женщины, круг далеких объектов обозначен топонимами, связанными с земледелием и использованием дикой природы (охота).

5. Деревенское пространство не аморфно, оно структурировано концентрически: центр противопоставлен краю (окраинам), от центра радиально располагаются освоенные и используемые объекты. Пространство обозримо и обозначено.

6. В сравнении с топонимией Русского Севера наблюдается ряд качественных региональных отличий. Так, в ряду собственно пространственных моделей: 1) отсутствуют способы выражения близости с помощью местоимений;

среди непространственных моделей: 1) не сложился ярко выраженный образ женщины (бабы), эта модель замещена образом человека, с которым связываются события внутридеревенского быта;

2) не отражены в топонимии Приенисейской Сибири обрядовые действия в честь окончания полевых работ.

Можно предположить, что отмеченная лакунарность сибирской топонимии связана с относительной «молодостью» топонимической системы, суровыми условиями, трудностями адаптогенного характера в климатически неблагоприятных регионах.

Схождение/ расхождение Стрелка, развилка дорог, поле, ур. (Богуч.) Сходцы, место, где сходятся две речушки (Богот.) Сутык, то же 2.3. Размер и форма Долгие или длинные топонимы обозначают протяжённость и линейность пространства.

В линейном измерении пространства должны коррелировать долгий – короткий. В качестве размеров объекта на плоскости должны быть соотнесены длина и ширина.

Короткие топонимы в Приенисейской Сибири отсутствуют. Обнаруживается связь долгих топонимов с временем: долгий путь – долгое время, временной эпитет. В языке существует способ выражения пространства через время: сутки пути, двое суток пути и т.

д.

3. Верх – низ.

В данном фрагменте делается попытка выявить ментальные представления о пространстве на уровне параметра «верх - низ» через семантику ойконимов.

Из 1600 наименований населенных пунктов более 760 отражают пространственные отношения, 550 из них обозначают отношение к гидрообъектам, в основном рекам. Реки в качестве ориентиров, структурирующих ландшафтное пространство, несомненно, стоят на первом месте среди других топообъектов. Однако оронимические объекты также имеют немаловажное значение в формировании образа географического пространства. Группа со значением «верх – низ» представлена в наших материалах 52 названиями (в это число не включаются названия, обозначающие расположение относительно русла реки, т.е. в значениях «исток – устье»).

Для извлечения интересующей нас информации выделена идеографическая группа апеллятивов, представляющих собой ойконимические базовые основы: яр (10), гора (7), мыс (3), глядень (4), камень (3), горбы, сопка (2), хребет, курганчик, елань (ялань) (6), луг(а) (6), кулига, поляны, клин, лог (2), падь, яма (2).

На вертикальной шкале пространственной параметризации можно выделить три уровня:

1) положительные формы рельефа;

2) нейтральные формы рельефа;

3) отрицательные формы рельефа.

3.1. Положительные формы рельефа Яр. По степени популярности список возглавляют названия, имеющие ВФ яр – ярок, «высокий крутой берег»: д. Ярково (Макл.), д. Ярковская (второе назв. Чуноярская) (Пинч.), д. Ярковская на Ангаре (Пинч.), с. Уяр(ское) (второе назв. Спасо Преображенское) (Уяр.), д. Красный яр, с. Белоярское (Тюльк.), д. Белоярская (Анцир.), с. Белоярское (Абак.), д.

Уяр (Салб.), д. Белый Яр (Кочерг.).

Яр – «обрывистый берег, край оврага», др.-тюрк. «яр, овраг»;

Н.И.Толстой отмечает полярность семантики (положительных и отрицательных форм) (1969);

семантика описана Б.А.Лариным (1977) (Мурз.).

Набор дотопонимических значений апеллятива яр включает значения: «обрывистый берег, дно» в пределах положительных и отрицательных форм рельефа. В ойконимии Приенисейской Сибири – только в значении положительных форм. Расположение деревни на высоком берегу реки распространено в Приенисейской Сибири. В ситуации номинации выделяющими признаками для называния деревни могли быть: 1)цвет почвы, цветовая гамма яров: красный, белый - определяется цветом глинистых пород, выступающих на обрывистых берегах;

2)место: Уяр (место у яра), 3)отношение: Чунояр (яр р. Чуны);

Ярково, Ярковская.

Структурно модели оформлены: 1) адъективными цветовыми конкретизаторами красный, белый, корнями красн-, бел- при сложении;

2)предлогом (префиксом) у-;

3) сложение;

суффиксами -ов, -овск.

Параллельные названия деревни Ярковская – Чунояр свидетельствуют о том, что яр – это берег реки. В конкуренции с другими ойконимами от яр победило название Чунояр, сохраняющее внутреннюю форму (конкретную «привязку» к месту).

Гора. Активно образование ойконимов с внутренней формой гора "возвышенность".

Выстраивается словообразовательная цепочка апеллятивов гора – горка – горки, реализованных в ойконимах: д. Острая Горка, выс. Горки, д. Подгорная (Ялан.), д. Красногорская (Рыб.), д. Лысогорская (Пер.), д. Белогоронойская (вершина р. Ной) (Уяр.), д. Змеиногорская (Уяр.).

Отмечаются тысячи географических названий в России и славянских и неславянских странах, образованных от апеллятива гора. (Мурз.) Номинативные семантические модели: 1) цвет;

2) наличие/ отсутствие растительности;

3) форма;

4) отражение фауны;

5) множественность;

6) место.

Ойконимы данной ЛСГ несут информацию о свойствах, признаках и месте расположения объекта. Эта информация выражена в составе производного слова или адъективным компонентом в составе двусловного наименования: красн-, бел- (цвет почвы);

лыс- (отсутствие лесной растительности);

острая (по форме);

змеин- (фауна);

горки (множественность);

под- (место).

Среди ойконимов ЛСГ нет названий Гора или Горка, образованных путем онимизации апеллятива. Для территории с холмистым рельефом при номинации объектов более информативными оказываются горки, отмеченные какой-либо особенностью, пригодной для смыслоразличения на микротерритории.

(Современные названия городов Приенисейской Сибири свидетельствуют о превращении топоосновы –гор- в топоформант -горск: Зеленогорск, Дивногорск, Железногорск и др.) Мыс. Семантика апеллятива связана с обозначением выступа земной поверхности или с формой холма, имеющего с одной стороны склон более крутой, нежели с других: д.

Гладкий Мыс (Тюльк.), д. Мысовская (Каз.), д. Козоциномысская (Черв.).

По мнению И.Г.Добродомова, мыс из тюрк. мыjыс – «рог». Поморское мысовина «излучина берега» (Мурз.) Номинативные семантические модели ЛСГ мыс: 1)Гладкий Мыс (отсутствие лесной растительности);

2) Мысовская (отношение);

3) Козоциномысская (отражение фауны региона). Структурно данные модели реализованы в адъективном сочетании с конкретизатором гладкий и производных основах с суффиксом –ск.

Камень, «гора из твёрдых пород». В основе лежит метонимический перенос: вид почвы – вид рельефа: ул. Подкаменский (Кыз.), ул. Подкаменный, д. Каменная (Уяр.).

В пределах ЛСГ камень представлены номинативные семантические модели места и отношения, эксплицированные приставкой под- и суффиксом относительности -н-.

Ойконимы Подкаменский, Подкаменный со значением места у подножия горы выражают ментальное значение «низ». Разновидность положительных форм рельефа – камень, вероятно, не являлся удобным местом для расположения населённого пункта на камне (верх), но оказывалась ярким смыслоразличительным признаком для номинирования.

Сопка, «холм, бугор, гора»: д. Голая Сопка, д. Подсопочная (Тас.).

Др.-р. съпъ – насыпь. В Костр. обл. соп – «насыпь»[Даль]. Есть параллели в чешском, польском, болгарском. Отмечаются топонимы на терр. России. (Мурз.) (Ложная этимология от сопеть привела к ремотивации: сопка – крутая гора).

Номинативные семантические модели ЛСГ сопка: 1)Голая Сопка (отсутствие лесной растительности), эксплицировано адъективным конкретизатором голая;

д. Подсопочная (место у подножия) значение выражено приставкой под-. Подсопочная – ментальное значение «низ».

Глядень, «возвышенное место, удобное для наблюдения, караула, осмотра»:д. Глядин (Шарып.), д. Глядень (Ком.), д. Гляденская (Шарып.).

Номинативные семантические модели ЛСГ глядень: 1) Глядень, Глядин (онимизация апеллятива), дотопонимическое значение «высокое место, откуда можно осматривать окрестности»;

2) Гляденская (отношение). Структурно семантические модели эксплицированы производными основами с топонимическим значением: 1)корень гляд- + формант –ень(ин);

2) корень гляд- + формант –енск(ая). Обе модели выражают ментальное значение «верх».

Горбы, «холм, бугор, гора»: с. Горбы. Др.-р. гърб – холм, спина, ср.: горб – русск.

«уродливая выпуклость на спине или на груди». Множество топонимов на терр. России (Мурз.) Развитие (история) значений ойконима Горбы: 1) грьбти (действие );

2) грьб (субстантив – то, что сгребли, холм, бугор, ср.: сугроб, гроб);

3) перен. горб (уродливая выпуклость на спине или груди);

4) перен. горб(ы) (холм);

5) онимический перенос – с.

Горбы. Четвёртая ступень представляет собой антропоморфный перенос, который возвращает историческое значение второй ступени. Пятая ступень представляет, в свою очередь, онимизацию апеллятива в четвертом, топонимическом, значении.

Хребет, «горная цепь, гребень, горный кряж»: д. Синий Хребет (Пер.). Др.-р., общеслав.

« спина, хребет», «горный хребет», «вершина волны». Дотопонимическое значение апеллятива хребет «горная цепь» - языковая метафора (антропоморфный перенос).

Номинативная семантическая модель (синий) обозначает цвет. Перенос наименования трансонимизация: горы Синий хребет – д. Синий Хребет. При номинации гор позиция номинатора – внешняя, на расстоянии высокие горы кажутся синими. Ментальный признак «верх».

Лоб, «небольшая возвышенность с пологими склонами»: д. Светлолобка (второе назв.

Луговая ) Лоб – «мыс, крутой берег, выступ горной гряды», «отдельная круглая вершина». Есть топонимы на территории России. (Мурз.).

В основе апеллятива лежит семантический антропоморфный перенос по сходству.

Косвенная, опосредованная номинация.

Номинативная семантическая модель имени: открытое место. Параллельное именование Луговая подтверждает идею об открытом месте: светлый лоб – луг (сенокосные угодья).

Пологие склоны возвышенности покрыты луговой растительностью.

Ментальный смысл названия связан со значением «верх».

Курганчик, курган – «древний могильный холм»: д. Курганчикова (Шелаб.). Рядом есть курганы, проводятся археологические раскопки.

Дотопонимическое значение: «маленький курган» (размер, экспрессивность).

Номинативная семантическая модель представляет собой отношение, выраженное топоформантом –ов(а). Ментальный смысл «верх».

Курган: др.-р. «крепость» из тюрк. «крепость, укрепление». Много топонимов на территории России. (Мурз.).

ЛСГ: яр, гора, мыс, камень, сопка, глядень, горбы, хребет, лоб, курганчик с общим значением «возвышенность» и с ментальным значением «верх». В чистом виде общее значение реализуется в лексеме гора, которая в данной группе выступает как родовой термин. Вероятно, поэтому в качестве топонимической основы порождает множество (6) номинативных семантических моделей. Видовые термины, содержащие в своей семантике дифференциальные семы, представлены 1 – 2 номинативными семантическими моделями.

Дифференциальные семы: яр – «крутой обрывистый берег», мыс – «выступ», камень – «твердые породы» (метонимия), сопка – «крутой склон», глядень – «удобный для наблюдения», горбы – образное, антропоморфный перенос по форме;

хребет – образное, антропоморфный перенос по сходству, «множественность»;

лоб – образное, антропоморфный перенос по сходству;

курганчик – «древний могильный холм», размер, (экспрессивность).

Из 32 ойконимов, представляющих положительные формы рельефа, 29 обозначают «верх», 3 названия – «низ». В номинативной семантической модели места с префиксом под- от апеллятивов с ментальным значением «верх» это значение нейтрализуется:

д.Подгорная, улус Подкаменный, д. Подсопочная.

3.2. Нейтральные формы рельефа Елань (ялань), «поляна, ровное место»: улус Еланский (Кыз.), с. Яланское (Ялан.), д.Еланная (Конт.), д. Большая Еланская (Каз.), д.Малая Еланская (Каз.), д. Подъяланская (Ялан.).

Елань – «поляна, пастбище, луг». Этимологически и семантически связано с тюрк. алан, яйла, джайляу. В.П.Семенов-Тяншанский связывал с татар. яйла. То же Мурзаевы, приоритет у Корша, на него ссылаются А.Г.Преображенский и Фасмер. В Восточной Сибири – «отлогая равнина, открытое. безлесное место». Отмечаются имена собственные в Пенз., Сарат., Волгогр., Воронеж., Свердл., Бурят.АССР, Чит.. Кемер., Куйбыш., Тюмен.

обл. (Мурз.) В говорах Сибири: 1.Поле, пашня. – Елань – поле, пахали в ней. (Кеж). 2. Полевая равнина, исп. как пастбище. – А скот куда пастись выгоняли? – На елань, на луг. что ли.

(Богуч.) 3. Полянка в лесу, покос. (Турух.) С еланей-то сено в гувно свозят. (Богуч.) (СС).

Елань – любая поляна в лесу и на пашне. (Ш.) Еланистый – обильный полянами. Еланка.

Еланчик. (СЮ) Из нейтральных форм рельефа активно используется в номинациях деревень термин елань (ялань). Примерно такое же количество ойконимов отмечается в топонимии Тюменского Приобья Н.К.Фроловым. [ 6, 56] Может быть, причина в разветвленности значений.

В речи носителей говоров от елань употребляются эмоционально-оценочные образования (диминутивы): еланка, еланчик, елашка.

Для размещения населенных пунктов, как видим, довольно популярным местом оказывалась елань или, возможно, ярким ориентиром для именования.

Заимствование елань оказалось активно задействованным в номинации. (Ср.: поляны – д. Поляны.) Очень широкий ареал распространения.

Номинативные модели: 1) отношение: ул. Еланный, д.Еланская «расположенный(ая) на ровном, красивом, светлом месте»;

2) низ: д.Подъяланская «ниже д.Яланской или елани относительно пространственных координат «верх - низ», или ниже по течению реки»;

3)размер: Большая Еланская – Малая Еланская. На микротерритории (Каз.) с однородным ландшафтом и природными условиями часто возникает необходимость различения имен, образованных относительно однородных объектов. С помощью адъективных конкретизаторов большой - малый, увеличивается номинативный диапазон базового апеллятива.

Луг(а), «сенокосные и пастбищные угодья»: д. Большой Луг (Пер.), пер.уч. Собачьи Луга (Имис.), заимка Большой Луг (Бейск.), с. Казачий Луг (Каз.), Луговатка (Енис.), Луговское (Б.-М.).

В говорах Сибири: Луговина - лужайка, поляна за деревней, где проходят летние молодежные гуляния. – Гуляли до вечера на Луговине. (Богуч.) А по весне на луговине каких только цветов не увидишь: и ромашки. и васильки. Красота. (Мотыг.) (СС).

Полянка с травой – это лужанка. (П.-Х.) Лужина – большая поляна. – За лесом лужина, километров шесть. (Кар.)(СЮ).

Луг – «место, покрытое хорошим травостоем;

сенокос, пастбище»… Заливные, поемные, горные и т.д. В др.-р.: луг – «лес», «дубрава», «болото», «низменное место», «заливной луг» (Срезн.). Изобилие топонимов. (Мурз.). Общеслав.: болг. лъг, словен. log (Черных).

В топонимии Пинежья: луг «сенокосное угодье». [4, 74] В топонимии Тюменского Приобья номен используется повсеместно для обозначения пашни, покоса, пастбища, семема «луг» в ойконимии задействована активнее : д. Луговая, п.Луговской, д.Луговая-Денщиковская, д.Луговая-Елинкина, д.Лужок, д.Залуговая. [6, 56] Вероятно, степень различительности термина «луг» в ойконимии Приенисейской Сибири низка, в названиях населеннных пунктов используется только с адъективными конкретизаторами: казачий, большой, собачьи.

Номинативные семантические модели: 1) отношение к объекту: Луговское, Луговатка;

2) отношение к человеку: Казачий Луг;

3) размер: д.Большой Луг, заимка Большой Луг ;

4) качество: пер.уч. Собачьи Луга. В топонимии Русского Севера собачьи микротопонимы обозначают труднодоступное или бесперспективное в хозяйственном отношении место.

[1, 166] Очевидно, при выборе ориентира для номинации деревни ровное луговое место является значимым, в ориентации жителей луга имеют важное значение.

Кулига, «небольшая лесная поляна»: д. Кулижник (Ир.) Кулига – лесная поляна. – Кулига в лесу поменьше елашки. (Ш.) Луг, а с другой (стороны) лес, лес, и пахать нельзя. Это кулига. (Ш.) (СЮ). Кулига – вдавшийся в лес участок поля или луга. – Место в лесу, между кустами, на вырубках, где можно косить траву. (Кеж.) Кулижечка. Кулижка. (СС) В топонимии Пинежья кулига – 1. Поляна в лесу, сенокосное и пашенное угодье. 2.

Залив в реке, озере, заводь. [4, 72] Кулига – «лесная поляна, расчищенная под земледелие», «группа деревень, расположенных близко друг от друга» в Яросл. обл.(СРНГ). Топонимы: Кулишки – в Калинин. обл.;

Кулички – в Волгогр. обл.;

пл. Ногина в Москве когда-то наз. Кулишки, т.к. местность была покрыта кулигами и кулижками – лугами и заводями Москвы-реки;

Кулиги в сев.-вост. Польше (Мурз.) Номинативная семантическая модель: д. Кулижник – множественность.

Поляна, «открытое безлесное место»: д. Поляны (Тин.) Поле на русской почве родственно полый, в славянских языках имеет знач. «равнина», в др.-р. «открытое место» (Черных) Номинативная семантическая модель: Поляны – множественность (открытое ровное место).

Клин, «участок клинообразной формы»: д. Клин (Тин.) Клин – «островной лес по бер. реки»;

«уч. болота, заросший лесом»;

«лесная полоса»;

«земельный надел». «Граница, рубеж» в сев.-зап. и центр. обл. На терр. России множество топонимов (Мурз.) В топонимии Пинежья: «поле клинообразное по форме». [4, 70] В топонимии Тюменского Приобья в семеме поле выделяется клин «часть поля»;

ойконимы: Клин, Клинчик. [6, 57] Номинативная семантическая модель: Клин – форма.

ЛСГ: поляна, луг, елань, кулига, клин с основным значением «открытое ровное место» и с ментальным значением «низ». Это значение является главным для апеллятива поляна.

Близко к нему по значению елань. Кулига имеет дифференциальные семы «лесная», «небольшого размера». Луг – дифференциальную сему «с хорошим травостоем» и используется для сенокоса и пастбищ. Клин – дифференциальную сему «клинообразной формы», как правило, пригоден для хозяйственных нужд.

В формировании образа пространства наиболее важными оказались такие формы, как луг, елань, отраженные в большем количестве ойконимов. Причины: 1) степень распространенности;

2) использование человеком.

3.2. Отрицательные формы рельефа Лог, «заросший растительностью овраг»: д. Шиверский Лог (Сухобуз.), улус Косоложенский (Кыз.).


Лог «балка, долина, овраг на равнине, выположенный, заросший растительностью, перешедший в фазу аккумуляции». По форме напоминает лощину, но отличается небольшим водосбором. обладает пологими склонами, плоским днищем. Полог – склон в Пск., Калин. обл.;

ср.: пологий, отлогий, т.е. некрутой. Множество топонимов на территории России (Мурз.) В топонимии Пинежья: лог, логовина – «низкое место» (Симина).

Общеслав. «лощина» (Срезн.);

«широкий овраг, балка» (Преобр.);

«долина, широкий овраг» (Фасмер, Даль, Мурзаев). В Тюменском Приобье «широкий пологий овраг, впадина на месте старого русла реки»: д. Лога, д. Логовская, угодье Галишный Лог.

(Фролов) Номинативная семантическая модель: 1) Шиверский Лог – отношение к другому объекту (шивера);

2) Косоложенский - отношение (форма).

Падь, «глубокий крутой лог»: д. Гремучая Падь (Устьян.).

Падь «горная долина, не имеющая постоянного стока;

горная ложбина, ущелье, глубокий овраг, пропасть, разлог, балка»(Сибирь, Дальний Восток). В Ахангельской обл.

упадь, падь «пропасть». В Западной Сибири падь «болото в лесу». Есть топонимы на терр.

Сибири (Мурз.) Производное от падать. В говорах Восточной Сибири: В падях ещё снег лежит. (Бал.) (СЮ) В пади, как и в логу, овраге, как правило, течет ручей.

Номинативная семантическая модель: Гремучая Падь – восприятие звучания текущей воды Яма, «небольшая впадина микрорельефа»: д. Ямная (Шел.), Ямка (Бал.).

Яма – «отрицательная форма микрорельефа», «ров», «впадина», «межевой знак», «могила», «тюрьма». Сербохорв. яма – «пещера». Яма – «озеро или залив» в Зап. Сиб.

(Воробьева) В Вост. Сиб. ямурина, яма – «котловина, вымытая водой, омут». Д. Ямная в Арх. обл. и др. местах. Трудно отделить от назв. с ям. Топонимы от ям – Ямское (Мурз.) В Приенис. Сибири: ямурина – овраг. – Ямурина у нас сразу за деревней. Бал. (СЮ) В топонимии Пинежья: яма «глубокая впадина в реке» (Симина).

*jama, jam – индо-европейское «копать, рыть» (Черных).

Номинативная семантическая модель: Ямная, Ямка – низкое место (яма, впадина).

ЛСГ: лог, падь, яма с общим значением «низкое место» и ментальным значением «низ». Дифференциальные семы: лог – «заросший растительностью»;

падь – «глубокий, крутой»;

яма – «небольшая по размеру, возможно, рукотворная».

В формировании образа ландшафтного пространства формы данной ЛСГ являются яркой выделяющей приметой, однако в ойконимии Приенисейской Сибири XIX в.

отражены слабо. Очевидно, причина в том, что топообъекты лог, падь, яма создают неудобства в хозяйственном использовании земли.

Итоги: 1. Наивная параметризация пространства по вертикали «верх - низ», отраженная в ойконимии Приенисейской Сибири XIX в., представлена наименованиями. Поле «верх - низ» содержит характеристики пространства по вертикали, оно двухполюсно.

2. Смысловыми, абсолютными полюсами являются апеллятивы гора – яма. Однако ядерную группу поля «верх - низ» составляют названия с полюсами: яр (10), гора (7) – елань (6), луг (4). Остальные по мере убывания располагаются на периферии.

3. Положительные формы, нейтральные и отрицательные соотносятся в количественном отношении так: 29:18:5. Соотношение «верх» - «низ» представлено в количественном выражении как 29:23. При этом «низ» представлен в основном нейтральными, равнинными формами.

4. Среди названий, обозначающих «верх» доминируют имена от яр, это говорит о том, что речные берега, высокие и обрывистые, были наиболее пригодны для поселения, защищая от разливов реки.

5. Наименования населенных пунктов, отражают: 1) характер ландшафтного рельефа, 2) выбор ориентира для номинации населенного пункта. Доминирующий характер положительных форм рельефа в реальной действительности отнюдь не свидетельствует о гористости местности. Если учесть, что места заселения, пригодные для земледелия, имеют скорее умеренно холмистый ландшафт, то можно предположить, что: 1) в ойконимии Приенисейской Сибири выбор места поселения довольно часто падал на возвышенное место, 2) положительные формы рельефа оказывались преобладающими в выборе именования населенных пунктов по причине более яркой выраженности.

6. Позиция номинатора характеризуется как внешняя по отношению к номинируемому объекту, выбор ориентира на ландшафте предполагает взгляд со стороны, оценку рельефа.

4.Способы и средства выражения категории пространства в топонимии Приенисейской Сибири Задача данного фрагмента работы: через описание способов и средств выражения категории пространства в топонимии, установить характерные особенности восприятия пространства в топонимии Приенисейской Сибири.

Для реализации поставленных задач нами рассмотрены топонимы Приенисейской Сибири двух типов: ойконимы и микротопонимы, извлеченные из архивных документов XIX века (более 2000 единиц), возникшие на разных исторических этапах освоения Приенисейской Сибири.

В архаичной модели мира пространство не является пустым, не предшествует вещам, а наоборот, конституируется ими, собирается, стягивается. [5, 340] На раннем этапе освоения незнакомого ландшафта Приенисейской Сибири "стягивание пространства" происходило путём обозначения природных географических объектов, прежде всего – рек, поэтому большинство гидронимов составляют субстратные названия. С XVII века начинается активное освоение Сибири русскими.

Наличие контактов с местным кочевым населением обусловило восприятие большинства гидронимов русскими первопоселенцами в готовом виде, а затем их применение в качестве топооснов для именования поселений.

В ходе данного процесса в ойконимии актуализируется принцип номинации относительно другого объекта. В ойконимии Приенисейской Сибири до XVII века наиболее популярна номинативная модель отгидронимического именования поселений.

Семантика этой модели – выражение пространственных отношений, а именно фиксация места нахождения поселения на берегу реки, речки или ручья, при этом гидроним является мотивирующей основой для ойконима. Установки: "привязка" к известному окружающим, обозначенному естественно-природному объекту-ориентиру.

Смысл: не изменить ландшафт, а "встроиться " в него.

Г.Я.Симиной при анализе топонимии Пинежья обнаружено, что семантическое разнообразие пинежской русской топонимии может быть сведено к двум основным, резко противопоставленным типам географических названий-характеристик, возникновение которых датируется разными историческими этапами и диктуется различными функциями номинации: 1) названия –характеристики объекта по естественно-географическим признакам, т.е. по объектам ориентации, автор называет их топонимами типа А ;

2) названия географического объекта по признаку принадлежности, т.е. по отношению к лицу, к человеку – топонимы типа Б. Исследователь отмечает, что два эти типа противопоставлены и по времени образования: топонимы типа А более ранние, топонимы типа Б более поздние.

[6, 22] Большое значение отгидронимической модели номинации объясняется исторически:

основными путями проникновения и продвижения первопроходцев по Приенисейской Сибири были именно реки. На карте современной Приенисейской Сибири сохранились названия: г.Енисейск (бывший Енисейский острог на р. Енисей 1619 г.), г. Туруханск (бывшее Туруханское зимовье на р. Турухан XVII в.), г. Канск (бывший Канский острог на р.

Кан 1636 г.), г. Абакан (бывший Абаканский острог на р. Абакан 1675 г. ) и другие.

Рассмотрим основные способы выражения категории пространства.

4.1. Отгидронимическая номинативная модель 1) перенос имени (трансонимизация): р. Бирюса – д. Бирюса, р.Ибрюль – д. Ибрюль, р. Арей – д. Арей, р. Алтат – с. Алтат, р. Ададим – д.Ададим, р. Бартат – д. Бартат, р. Камарчага – ст.

Камарчага, р. Сахапта – д. Сахапта, р. Сереуль – д. Сереуль, р. Ужур – п. Ужур, р.

Шерчуль – п. Шерчуль, р. Талая – д. Талая, кл. Грязнушка – д.Грязнушка;

онимизация апеллятива: д. Стрелка, д. Шивера, д. Горки, д. Дуброва, д. Горбы, д. Ельник, д. Глядин, д.

Плотбище.

Это топоотождествляющая структурно-семантическая модель в топонимообразовании, которая реализуется без участия деривационных элементов, на основе метонимического переноса. В сознании номинатора (в широком смысле) имя реки распространяется на местность вокруг неё и поселения, расположенные на её берегах. (Если их несколько, они могут именоваться словосочетаниями, включающими характеризующие определения Большой, Малый, ориентиры относительно русла реки Верхний, Средний, Нижний, Усть-, особенностей реки Сухой, Мокрый и т.д.). В рассматриваемой модели номинатор осуществляет перенос наименования, переводя топоним в другой тип: река – деревня.

Анализируя примеры отождествляющей номинации по принадлежности к классу объектов:

кузнец Кузнец, цыган Цыган, озеро Озеро, М.Э. Рут замечает, что подобные номинации демонстрируют безразличие к познанию отличительных признаков и свойств объекта, номинатор удовлетворяется прежним знанием. [7, 25] Номинатор концентрируется на установлении пространственной близости, усиливая ориентировочные возможности ойконима. Различительная способность сохраняется на уровне функционирования с соответствующими терминами река (речка), деревня, в предложных грамматических формах: на реке Бирюсе – в деревне Бирюсе, а также на уровне контекста и речевой ситуации: живу в Арее – ловлю рыбу в Арее.

2) суффиксальный способ:

Суффикс относительности -ск адъективов, обозначающий пространственное отношение к гидронимическому объекту: р. Айтат – д. Айтатская, р. Мингуль – д.

Мингульская, р. Казанчеж – пер.уч. Казанчежский, руч. Боровой – д. Боровская, р.

Дербина – с. Дербинское, р. Солгон – с. Солгонское, р. Огур – д. Огурская, р. Тойлук – д. Тойлукская, р. Тарча – улус Тарчинский, р.Яга – д.Ягинская и др. Присоединение русского суффикса обусловливало и родовое грамматическое оформление: деревня – -ская, село – -ское, переселенческий участок (посёлок) – -ский. Эта разновидность отгидронимической модели отличается от предыдущей участием деривационного элемента, ( если бы мы рассуждали об апеллятивах, то отнесли бы данные дериваты к типу синтаксической деривации, при которой в семантике новообразования не происходит приращения смысла).


Сложение основ плюс суффикс относительности -ск: а) оз. Белое – д. Бело-Озерская, р.Черная – д. Чернореченская;

б) р. Сарала – улусы Верхне-Саралинский, Нижне Саралинский, р.Шало – пер. уч. Верхне-Шалинский, р.Берёзовка – пер.участки Верхне Берёзовка, Средне-Берёзовка, р. Кузурба – д. Нижне-Кузурбинская и др.;

в) р. Батой – д. Усть-Батойская, р. Парна – улус Усть-Парнинский, р.Кемчуг – улус Усть Кемчугский и др.

Разновидность модели типа "а" представляет собой сложение термина и топонима с деривационным элементом –ск, по семантике совпадает с основной моделью.

Разновидность типа "б" отличается от основной указанием на место расположения относительно русла реки: верх, низ в специфическом терминологическом значении:

верх – "верхнее течение", низ – "нижнее течение". Разновидность типа "в" обозначает место расположения близ впадения реки, устья.

Для языкового коллектива, структурирующего ландшафтное пространство, река, как естественный природный объект, создает несколько возможностей для ориентации:

расположение в верховьях, в устье, в верхнем течении, в нижнем течении.

3) приставочно-суффиксальный способ адъектива, мотивированного географическим термином: уч. Заречная, с. Подсопочное, д. Подпорожская, д. Подтаёжная, с.

Подсосенское, улус Подкаменский, улус Подкаменный и др. Семантика структурной модели с префиксом за-: место расположения относительно реки в зависимости от позиции наблюдателя. Семантика структурной модели с префиксом под-: место расположения относительно положительных объектов рельефа (возвышенностей:

сопка, камень), речных объектов (порог), природных зон (тайга), растительности (сосны).

4) соположение – сложное собственное имя, возникшее в результате соположения двух или более слов. [8, 155] Обозначение места расположения населённого пункта относительно русла реки выражено в модели с основой усть- плюс гидроним: р.

Берёзовка – д. Усть-Берёзовка, р.Сосновка –д. Усть-Сосновка, р. Изыкчуль – д. Усть Изыкчуль, р.Дербина – д. Усть-Дербина, р.Погромная –д. Усть-Погромная и др.

5) словосочетание адъектив плюс гидроним: р.Синер – пер. участки Верхний Синер, Средний Синер, Нижний Синер. Различительной силой обладает адъектив, обозначающий место относительно русла реки.

4.2. Способы и средства выражения категории пространства в микротопонимии Бльшим разнообразием способов и средств выражения пространства отличаются микротопонимы. Мы рассматривали эту проблему на примере названий участков, распределяемых во временное пользование в XIX в. Все вышеназванные способы актуальны также и для этого типа топонимов (поэтому нумерация способов продолжается). Однако в рассматриваемой группе велик процент топонимов ориентиров, смысл которых помогать человеку ориентироваться на местности, узнавать местоположение и характер объектов. Такие топонимы появляются в результате детализации осваиваемого пространства.

6) Предложные сочетания, в которых употреблены пространственные предлоги, определяющие характер соотношения между объектами. Многие из названий содержат конкретизаторы в виде географических терминов, иногда границы участка обозначены отношением к двум и более объектам.

Предлог по, обозначающий расположение участка вдоль русла реки, ручья или части русла(форма вытянутая, определяется конфигурацией русла реки, речки): По речке Виске;

По речке Тину;

По правой вершине Лендаяхи;

По вершинам речки Тин при Среднем Кыргыштыку;

По ключу, впадающему в р. Енашимо;

По пойме р. Кемеро и др.

Предлог при, обозначающий близкое расположение по отношению к денотату и определяющий границу участка со стороны денотата. При этом форма и другие границы участка не определены, поэтому сочетания включают дополнительные уточнители, выражают отношение к более чем одному объекту: При речке Бурахте;

При речке Лендаге (Лендаяхе) выше речки Херика;

При ключе, вливающемся в речку Лендагу с левой стороны;

Приречке Лендаяхе и при Верхней Вершине;

При Зимовье речки Вегуды;

При левой вершине Лендаяхи;

При правой вершине Лендаяхи.

Предлог на, обозначающий конкретное место охвата всего объекта или локализованное местонахождение на территории мотивирующего объекта.

Предложные сочетания включают географические термины или дополнительные предложные сочетания:

На речке Салырке под бумажною фабрикой, На Подкаменнотунгусской системы речке Тырыде, Остров на Питу вверх от устья Сухого Пита, Остров на реке Пит.

Предлог от, обозначающий расположение участка в направлении от мотивирующего объекта. Семантическая неполнота предложного сочетания, вероятно, должна была подкрепляться картой, схемой или хорошим знанием местности. В отдельных случаях предложное сочетание сопровождалось указанием на расстояние в верстах: От устья вверх (Оленка впадает в Тис);

От устья речки Оленки;

От устья речки Волоковой, впадающей в Тис, в 1,5 в (покос);

От устья речки Оленки, впадающей в Тис, в 1,5 в;

От устья речки Курене по речке Тис.

Различительные возможности названий, ориентиром для обозначения места нахождения которых послужила одна и та же речка, оказываются довольно низкими, поэтому важное значение приобретают хозяйственные термины при них: пахотной земли, удобной земли, неудобной земли, покос, луг, кочковатый луг, выпас. В данных условиях под одним названием оказывались два или более разных хозяйственных объекта.

Наречные пространственные предлоги близ, вблизи, около, обозначающие непосредственную близость от объекта-ориентира. Производные наречные предлоги сохраняют семантику своих производящих, приобретая грамматическую функцию служебных слов. Е.С.Яковлева замечает, что сама возможность описания объектов в терминах "далеко"/ "близко" характеризует именно языковое пространство;

в пространстве же геометрическом такие характеристики исключены, там местоположение определяется в точных метрических терминах [2, 12] : Вблизи речки Вегуды вниз по Питу на левом берегу;

Близ речки Юдиной;

Близ д. Курбатовой (Чернореч. вол);

Близ д. Нижнепашенной;

Близ д. Нижнепашенной в 2-х участках пашни, сенокос;

Близ д. Ключинской и с. Троицко-Заозерного;

Вблизи д.

Малобельской;

Около села Вангаши покос;

Около д. Тырбылинской;

Около д.

Кочневой;

Около д. Кочневой от Енисейска в 1 в сенокос с лесом 137 саж.;

Около д.

Курбатовой (Казач. вол.).

Различительные возможности названий участков так же, как и в предыдущей модели, подкрепляются при совпадении именования смежных участков разного хозяйственного назначения агротерминами: пашни, сенокос, покос. Описывая неоднородность, неравноценность пространства, Е. С. Яковлева выделяет три дистанционных пояса "окрестности говорящего": ближайший (вблизи, поблизости), дальний (вдалеке, вдали), промежуточный (невдалеке, неподалёку). Однако определение места в пространстве путем употребления названных функциональных показателей зависит от контекста описываемой ситуации, они не способны выразить абсолютное расстояние, т.е. это выразители семантического пространства. [2, 32] Семантичность производных наречных предлогов в топонимах-ориентирах также очевидна: близ, вблизи (в значении "рядом"), около (в значении "в окрестностях"). Ни первые два, ни третий предлоги также не являются абсолютными показателями пространственной локализации. В зависимости от позиции говорящего они могут быть употреблены в тождественных предложных сочетаниях либо различаться указанными оттенками, т.е. близ, вблизи чего-либо не исключает расположения около чего-либо, но когда речь идет об употреблении в названиях участков, то предлог около может иметь значение: "вокруг".

Наречный пространственный предлог противу в значении "лицом к лицу через какую-то разделительную линию (река)":

Противу д. Сергеевой на правом берегу Енисея от д. Сергеевой 2 версты.

В названии мы видим два ориентира: д.Сергеева и правый берег Енисея, которые уточняются введением метрического измерения: от д. Сергеевой 2 версты. Но, судя по всему, 2 версты – расстояние не от самой деревни, а от того места, которое расположено противу неё на правом берегу, в то время как деревня находится на левом. Пространственное расположение участка намечено направлением противу д.

Сергеевой относительно Енисея, оно также семантично.

Наречные пространственные предлоги ниже – выше, обозначающие расположение объектов относительно русла реки: Выше устья Наптана в 4-х верстах по Нахоте;

Выше устья речки Наптана по ключу;

Выше устья Лендахи;

Выше устья речки Большой Калымы;

Выше устья р. Вегуды, где она впадает в р.Пит;

Выше порога;

Ниже Зимовья вверх от Вегуды;

Ниже сего (Зимовье и остров на Питу) в 1,5 верстах остров;

Ниже второго острова Забока по правому берегу;

Ниже речки Наптана в 5 верстах по речке Нахоте;

Ниже устья речки Наптана по ключу;

Ниже устья Лендахи;

Ниже устья Наптана;

Ниже устья Большой Калымы. Различительные возможности отдельных микротопонимов усиливаются введением дополнительного ориентира с предлогом по: по Нахоте, по ключу, по правому берегу;

математических уточнителей, называющих расстояние в верстах относительно одного из названных ориентиров. Но количественные числительные в составе микротопонимов-ориентиров не включают топоним в структуру геометрического пространства.

7) количественные числительные с метрическим термином верста: В 18 в от устья речки Малой Кальтмы. Почти все остальные названия участков этой модели сопровождаются указанием на расстояние от близлежащего, а иногда и от двух разных географических объектов для уточнения места расположения участка, иногда примерное: При речке Енашимо и ключу в 4-х верстах от Трудолюбскаго прииска;

От Енисейска 226 верст, а от села Назимовскаго 200 вёрст.

Данный способ свидетельствует о синкретизме (геометрическое и семантическое) восприятия пространства.

Итоги: 1.Соотношение места и пространства в анализируемых топонимах характеризуется выбором объектов-ориентиров. На начальной стадии освоения пространства Приенисейской Сибири в качестве ориентиров выбираются естественно природные объекты, среди них доминируют реки, речки, ручьи.

2. В пределах отгидронимической номинативной модели ойконимов для выражения пространственных отношений актуализируются способы: перенос наименования, суффиксальный ( адъективная модель с суффиксом относительности -ск, сложение с суффиксом относительности -ск ), приставочно-суффиксальный с мотивирующей основой географическим термином, соположение ( с первой основой усть-), словосочетание.

3. Освоение пространства выражается в стремлении раздвинуть границы уже познанного, обозначить места на границе используемого и неиспользуемого пока пространства. В то же время внутри познанного в целом ландшафта начинается "обживание" территории. На этом этапе появляются заимки, хозяйственные и культовые объекты. В рассмотренной нами группе микротопонимов – названий распределяемых с целью хозяйственного использования участков – отмечается детализация пространства путём их обозначения, называния.

4. Способы и средства выражения категории пространства, действующие в группе ойконимов, актуальны и для микротопонимов. Кроме того, в группе микротопонимов весьма продуктивен способ образования предложных сочетаний с пространственными предлогами, непроизводными ( на, при, от) и производными ( близ, вблизи, около, выше, ниже, противу ).

5. Ядерную группу средств выражения пространства в топонимии Приенисейской Сибири составляют лексико-семантические средства (перенос наименования), к периферийной относятся грамматические: а) синтетические (суффиксальный, приставочно-суффиксальный, сложение), б) аналитические (предлоги, словосочетания).

Глава 3. Ментальный образ реки.

На начальных этапах освоения Приенисейской Сибири осваиваемое пространство структурировано естественно-природными объектами, среди которых наибольшее значение имеют реки как ориентиры. Безусловно, каждая река в действительности имеет свои особенности, и в восприятии человека имеет свой неповторимый образ.

Однако в даном фрагменте нашей задачей является моделирование обобщенного образа реки, сформировавшегося как конструкт (концепт) в результате чувственно эмпирического восприятия множества рек Приенисейской Сибири, отраженного в коллективном сознании жителей и выраженного в топонимии.

Структуру образа (концепта) составляют признаки, определяющие семантику ядерного члена поля первичного ЛСВ лексемы река. Структура образа (концепта) обусловлена 1) способами чувственно-эмпирического восприятия объекта человеком: а) визуальное восприятие;

б) слуховое;

в) тактильно 2) мыслимыми представлениями о денотативных и сигнификативных (?) признаках объекта;

3) опытом практического использования объекта: а) как продукта, необходимого для жизнедеятельности;

б) промысловое использование;

в) хозяйственное использование;

г) использование как путей сообщения.

Понятийное содержание слова река выражено в словарных дефинициях. «Язык, на котором фиксируется картина человека, - это в той или иной мере язык толкований;

он считается наиболее ясным и формализованным языком современной семантики.»

[Апресян 1995, 37] Река – водный поток значительных размеров, текущий в русле и питающийся в основном атмосферными осадками (дождями, талыми снеговыми и ледниковыми водами). Река сама формирует своё русло, по которому течёт, этим она отличается от искусственных водотоков (например, больших каналов) (Мурз.) Река – масса воды, постоянно текущей в естественных условиях по определённому руслу в определённом направлении. Корень в этом значении есть в славянских языках.

Родственные слова на русской почве: реять, рой, ринуться. И.-е. аза *(e)rei-: *reiэ-: *rf-, корень *er-: *or- : *r- - приходить в движение, устремляться. Ср. латин. rivus ( * reiuos) – ручей, поток, течение. (Черных) В словарных дефинициях содержатся концептуально значимые характеристики объекта:

1) водный поток (масса воды, полноводность / неполноводность);

2) свойства воды (цвет, вкус, температура) 3) течение (направление, скорость, звучание);

4) русло (размеры, форма, дно, почва);

5) питается, т.е. имеет притоки;

6) место промыслов и хозяйственной деятельности;

7) пути сообщения;

8) может быть источником опасности.

Природные свойства различных рек отражены в их названиях, поэтому гидронимия может служить источником информации об образе реки в ТКМ.

Воспринятая человеком реальность реки, выраженная в ТКМ, представлена несколькими семантическими полями.

3.1. Вода Вода как вещество, необходимое человеку для жизнедеятельности, с точки зрения пригодности/непригодности характеризуется вкусом, запахом, прозрачностью/ непрозрачностью. Естественный вид воды – это светлая прозрачная безвкусная жидкость.

1.1.Визуальное восприятие По прозрачности/ непрозрачности (пригодности / непригодности) Светлая вода – “немутная, ясная, чистая” (Даль), т.е. пропускающая свет.

Светлый, руч. (Ман.) (вода светлая) Светлая (Суриха, кет. «светлая, белая»), р. пр. р. Дубчес Чистая, курья на п. бер. Ен. ниже устья П.Т. 270 км Чистоплеть, р. л. пр. Ен.

Чистый, руч. п. пр. р. Мурма (Тас.) В эту же группу по свойствам могут быть отнесены святые названия, т.к. вода из ключей и ручьёв с таким названием использовалась для освящения и должна была быть исключительно чистой: Святой ключ, вп. в оз. Инголь (Ш.) По качеству воды светлые и белые реки являются маркированными в положительном смысле и выделяют речные объекты с исключительно высоким качеством воды.

Реки Гнилушка, Грязнушка, Говнюшка, Мутная, Поганка – несут воду, непригодную для питья.

Гнилушка, р. пр.р. Айдат (Богот.) Гнилушка Первая, р. (Богот.) Гнить – “разрушаться, разлагаться в результате деятельности микроорганизмов”. Др.р. (с XI в.) и ст.-сл. гнити. Гнилый, гниль, гнилость (Срезневский, I, 524). О.-с. *gniti. И.-е. база *ghnei-, от корня *ghen- - “растирать”, “разгрызать”. Старшее значение - “быть растертым” “распасться на мельчайшие части”. (Черных I, 195) Э.М.Мурзаевым отмечены термины гнилуша, гнилуха – “заболоченное верховье речки со стоячей водой, издающей временами неприятный запах” (центральночерноземные обл.);

укр. гнилуха – “болотистая речка”. Связь с климатом и пространством: гнилой угол, или кут – “юго запад” в некоторых местностях центральночерноземных областей и на Волге из-за западных ветров, сопровождавшихся частыми дождями в теплое время года;

сторона, откуда идут дожди. В низовьях Колымы это восточный ветер, восток;

в Алтайском крае – запад. (Мурз. 146) Мутная, р пр. р. Вороговки (Тур.) – с непрозрачной водой, частичками ила.

Мутить – “сделать что-л. непрозрачным”;

перен. “вносить неразбериху”, “запутывать”, “смущать”. Сюда же муть, мутовка, мутный. Др.-р. (с XI в.) – мутити – “волновать” (напр., море), “смущать”, “тревожить”, мутный – “грязный”, “неясный”, “тревожный”. О.-с.

*motiti, *motьnъ. Корень тот же, что в о.-с. *msti (*mtti), рус. мятеж. И.-е. корень *menth- - “взбалтывать”, “вертеть”, “крутить”. (Черных I, 550) Э.М.Мурзаев приводит множество мутных гидронимов и топонимов на территории России. (Мурз. 381) Грязнушка, р. (Коз.) – речка с мутной водой, несущей частицы почвы, ила.

Грязь – 1) “земля, почва, размякшая от дождя или вообще от воды”;

2) “нечистота, пыль, сор”. Грязи мн. – целебные. Слово грязь по происхождению связано с груз, с глаголом погрузиться и погрязнуть. (Черных I, 224) В топонимии отмечается большое количество грязнушек и грязных речек. (Мурз. 163) Говнюшка, р. л. пр. Ен. (Даур.) – речка, протекающая через село со стороны задних дворов, в которую сбрасывают нечистоты, от этого вода непрозрачная, мутная, с неприятным вкусом и запахом.

Поганка, р. пр Еловки – речка с нечистой, непригодной в пищу водой.

Поганый, руч. пр р Усолки (Тас.) Ассоциативная связь с человеком ( свой - чужой):

Поганый – “не употребляемый в пищу вследствие ядовитости, нечистоты”;

“предназначенный для нечистот”;

устар. “нечистый с религиозной точки зрения”. Др.-р. и ст.-сл. поганый, поганинъ – “язычник”, “неправославный”, “чужеземный”. Заимствование ранней поры – периода христианизации славян из латинского языка. Ср. латин. pgnus – “деревенский”, “сельский” (от pgus – “деревня, село”, “сельская община”). Значение “языческий” возникло ещё на латинской почве: в период до IV в.язычество у христиан называлось religio pagana, т.е. “вера деревенская, мужичья”, потому что христианство в Риме сначала было религией гл. обр. городского населения. На славянской почве поганый получило ещё значение “нечистый”, “мерзкий”. (Черных II, 47) Таким образом, непригодность воды в гнилых, мутных, грязных и поганых речках фиксируется в языке в значениях ‘нечистая, мутная от содержащихся в воде частиц гниения, ила, почвы, нечистот, ядовитых веществ, имеющая из-за этого неприятный вкус и запах’. Это речки, либо вытекающие из болота и имеющие неприятный запах и вкус, либо речки, используемые для сброса отходов. Часто такими же свойствами обладают чёрные речки. Пейоративная окраска номинации речного объекта отражает отношение и оценку человека, служит предупреждением для членов коллектива о невозможности использования воды для питья.



Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 5 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.