авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 6 | 7 || 9 | 10 |   ...   | 17 |

«Игорь Анатольевич Мусский 100 великих дипломатов Серия «100 великих» ...»

-- [ Страница 8 ] --

3 ноября 1762 года по предложению Шуазеля был заключен прелиминарный договор в Фонтенбло, а 10 февраля 1763 года подписан Парижский мир, по которому Фридрих ничего не потерял из своих владений. Франция была утверждена как великая континентальная дер жава без слишком больших претензий на море. Но война, наряду с утратой территории и престижа, имела катастрофические последствия для финансовой ситуации во Франции.

Во внутренней политике Шуазель способствовал изгнанию иезуитов (1764). Много сделал он для развития земледелия и промышленности, установил правила для повышения в чинах, привел в порядок хозяйственную часть войска, усилил морскую артиллерию, основал шесть кавалерийских училищ.

С 1761 по 1766 год вместо Шуазеля Министерство иностранных дел возглавлял его племянник герцог Шуазель-Пралэн, а сам он возглавил министерства военное и морское.

Укрепить союз, который был очень выгодным для Австрии, Мария-Терезия надеялась с помощью браков своих дочерей. Уже с 1764 года герцогом Шуазелем и князем Штарембер гом, послом Австрии во Франции, велись переговоры о свадьбе, но лишь 25 мая 1766 года последний написал своей императрице о том, что она может рассчитывать на свадьбу одной из своих дочерей с внуком Людовика XV.

Объявлять о победе, правда, было слишком рано. Наследница Мария-Жозефина Сак сонская, вдова Людовика Фердинанда, единственного сына Людовика XV, не одобряла этой идеи. Настроенная очень враждебно по отношению к австрийскому альянсу, так же, впрочем, как и ее покойный муж, она желала женить своего сына, наследника престола с 1765 года, на принцессе Саксонской. Она осмелилась сказать о своем проекте Людовику XV, который ответил ей весьма уклончиво.

Узнав об этом шаге Марии-Жозефины, австрийский двор и Шуазель предприняли все возможное, чтобы убедить Людовика XV в необходимости свадьбы дофина и эрцгерцогини.

Однако Мария-Жозефина, принимая во внимание молодой возраст будущих супругов, убе ждала короля подождать с ответом, что было очень выгодно для Франции. Таким образом, никакого официального ответа дано не было.

В конце концов Шуазелю удалось укрепить франко-австрийский союз браком дофина и дочери Марии– Терезии, который был заключен в 1770 году.

В 1768 году Шуазель добился еще одного крупного успеха – приобрел Корсику, по договору с Генуей. Однако после смерти Помпадур влияние Шуазеля заметно ослабло.

Против Англии Шуазель поддерживал местных владетелей в Индии, против России – Турцию и Польшу. Франция сумела вовлечь Турцию в войну с Россией, обернувшуюся для турок утратой прежнего контроля над Северным Причерноморьем.

31 декабря 1768 года был распространен указ Екатерины II о начале войны с Оттоман ской Портой. Шуазель предлагал принять все возможные меры для недопущения русского флота в Средиземное море. Но король решил иначе, что было серьезным просчетом. Победа на море способствовала успехам русских на сухопутном театре военных действий. По мне нию Брольи, у Шуазеля была возможность договориться с Англией и объявить Средизем ное море нейтральным, а если бы она отказалась, то надо было без колебаний направить в Архипелаг французский флот и помочь туркам разгромить русских. Шуазель не сделал ни того, ни другого.

Упреки эти были явно несправедливы и должны были быть адресованы не Шуазелю, а Людовику XV, который, по всей видимости, с опозданием осознал допущенную им ошибку.

Во всяком случае, после разгрома турок под Чесмой король предложил султану 12–15 кора блей для пополнения его ослабленного флота.

Когда напряженность между Англией и Испанией в 1770 году стала угрожать миру, а Шуазель поддерживал испанцев в их стремлении к войне, монарх разъяснил ему, что он совершенно не хочет войны. 23 декабря он отправил Шуазеля в отставку.

И. А. Мусский. «100 великих дипломатов»

Враги Шуазеля употребляли всевозможные средства, чтобы унизить его в глазах Людо вика XV. После смерти Помпадур главной фавориткой короля стала Жанна дю Барри, покро вительствовавшая так называемому «триумвирату», в который входили губернатор Бретани Э. Эгийон (правнук кардинала Ришелье), генеральный контролер финансов аббат Террэ, известный интриган и политик своего времени, и канцлер Мопу. Члены этой дворцовой клики сфабриковали доказательства о якобы происпанской позиции Шуазеля.

Аббат Броглио, в обязанности которого входила дипломатическая переписка с ино странными державами и который имел, вне пределов Франции, повсюду тайных агентов, объявил Людовику XV, что Шуазель был более предан Австрии, нежели Франции.

Король получил также ноту, в которой утверждалось, что Шуазель получил заверение от королевы Марии-Терезии сделать его неограниченным властелином (то есть королем) с полною гарантией на передачу этого звания своему потомству, если только он сумеет оста вить Силезию за Австрийским императорским домом.

Герцог Ришелье, герцог д’Эгильон и графиня дю Барри стали называть Шуазеля не иначе как королем Шуазелем, или маленьким королем.

Все эти интриги привели к тому, что король взял перо и написал: «Брат мой, Шуа зель! Неудовольствия, которые причиняет мне ваша служебная деятельность, заставляют меня сослать вас в Шантлу, куда вы должны отправиться в двадцать четыре часа;

я бы вас сослал гораздо далее, если бы не имел особенного уважения к вашей жене, здоровье которой мне дорого. Берегитесь, чтобы ваши поступки не заставили меня принять против вас более сильные меры. За сим, брат мой, я молю Бога за ваше здравие. Людовик».

Находясь в изгнании, Шуазель поддерживал тесные связи с сочувствовавшими ему молодыми дипломатами – Реневалем (французский резидент в Данциге), Энненом (резидент в Женеве) и Талейраном, который был тогда лишь заурядным придворным аббатом.

Нельзя сказать с уверенностью, что Шуазель был вдохновителем всех заговоров, кото рые ему приписывают;

а так как ни один из них не удался, ему никогда не представлялось возможности признать свою роль.

Ни один из современников Шуазеля не обладал такими достоинствами, как он: громад ным опытом, компетентностью и авторитетом. В изгнании он не только сохранил предан ность высшей знати, но приобрел также популярность среди более скромных слоев обще ства.

Увы, Людовик XVI не мог простить Шуазелю, что тот резко выступил против его отца, прежнего дофина, во время интриги, в которую были замешаны иезуиты. В 1774 году Людо вик XVI вернул его из изгнания, так как Мария– Антуанетта была благодарна Шуазелю за его австрийскую политику. Однако, когда он 12 июня появился при дворе, король оказал ему столь нелюбезный прием, что опальный дипломат на следующий день в половине седьмого утра уже возвращался по Туреньской дороге.

До конца жизни Шуазель писал мемуары. Он умер в 1785 году.

И. А. Мусский. «100 великих дипломатов»

Шарль Гравье Верженн (1719–1787) Граф, французский дипломат. Министр иностранных дел Франции (1774–1787). Во время войны британских колоний в Северной Америке за независимость оказывал им помощь. Активно участвовал в заключении американо-французского договора 1778 года, обеспечил поддержку Испании. Заключил англо-французский (1786) и русско-французский (1787) договоры о торговле.

Шарль Гравье Верженн родился 28 декабря 1719 года в Дижоне. Его отец был пред седателем Высокого суда правосудия. Прежде чем занять пост министра иностранных дел Франции, Верженн прошел хорошую дипломатическую школу. В качестве помощника сво его дяди-дипломата он работал в посольствах Франции в Португалии (1739–1742), Германии И. А. Мусский. «100 великих дипломатов»

(1742–1745), снова Португалии (1746–1749);

затем был посланником Франции в Кобленце (1750–1752), в Ганновере (1752) и в Мангейме (1753), где удачно действовал против австрий ского влияния.

Наконец, Верженн был послан в Турцию (1755), где вскоре получил ранг посла и был введен в курс интриг «секрета короля». В Турции он провел тринадцать лет.

В октябре 1763 года, сразу после смерти польского короля Фридриха II Августа, граф де Верженн получил задание склонить султана к тому, чтобы воспрепятствовать установлению монопольного влияния Екатерины II в Речи Посполитой и поддерживать на предстоящих там выборах короля кандидатуру саксонского курфюрста.

Верженн, прослуживший в Стамбуле десять лет и установивший за это время тесные связи с влиятельными членами дивана – совещательного органа высших сановников при султане, – энергично взялся за порученное ему дело, но сразу же встретил противодействие со стороны русского дипломатического резидента в Стамбуле А.М. Обрескова, который в течение 1763–1768 годов успешно нейтрализовал все попытки Верженна столкнуть Осман скую империю с Россией. Тем временем Екатерина II успела посадить на польский престол своего протеже графа Станислава Августа Понятовского.

В Стамбуле Верженн приложил все усилия, чтобы склонить Порту к непризнанию Ста нислава Августа законным королем, так как его выборы проводились с грубейшими нару шениями всех правил. Французский посланник внушал султану мысль о необходимости совместно с Францией и Австрией создать единый фронт на пути аннексионистских устре млений России и Пруссии в Польше, для чего в первую очередь следовало отвергнуть леги тимность избрания Понятовского.

Аргументы французского дипломата представлялись убедительными для той части приближенных султана, которая не соглашалась с линией великого визиря и рейс-эфенди, пошедших, по их мнению, на поводу у русского резидента. Именно на этих недовольных сделал ставку граф Верженн, развернувший после провозглашения Барской конфедерации весной 1768 года бурную деятельность. Ему удалось руками недовольных организовать в августе того же года смещение великого визиря и рейс-эфенди и подтолкнуть султана к объ явлению в октябре 1768 года войны русской императрице. Верженн с успехом справился с возложенной на него миссией, используя выделенные ему для подкупа приближенных сул тана деньги.

Казалось бы, Людовик XV и герцог Шуазель имели все основания быть довольными графом Верженном, но в самый ответственный момент, когда султан готовился объявить войну России, граф Верженн неожиданно был отозван во Францию, где оставался не у дел вплоть до падения герцога Шуазеля. Всемогущий министр обвинил своего дипломата в без деятельности, в том, что он плохо защищал интересы короля при султане и постоянно усту пал инициативу русскому резиденту в Стамбуле.

Граф Верженн покидал Стамбул с чувством внутреннего удовлетворения по поводу успеха его миссии. Война между Турцией и Россией должна была начаться со дня на день;

правда, лавры достались его преемнику, но он, Верженн, надеялся, что еще заставит о себе говорить. И, действительно, через три с половиной года его имя стало постоянно упоми наться в связи с успешно организованным им государственным переворотом в Швеции.

Назначенный в 1771 году посланником в Стокгольм, Верженн поддерживал Густава III про тив знати и России и принял активное участие с совершенном им перевороте. А еще через два года граф Верженн возглавил всю французскую дипломатию, став последней значитель ной фигурой в ее дореволюционной истории.

В это время Франция переживала переломное время. 10 мая 1774 года умер Людовик XV и престол занял его внук герцог Беррийский, провозглашенный Людовиком XVI. Руко водителя Министерства иностранных дел Людовик XVI и его «ментор» Морепа выбирали из И. А. Мусский. «100 великих дипломатов»

двух кандидатур: французского посла в Неаполе барона де Бретойля и посла в Швеции графа де Верженна. Вначале Морепа и король хотели отдать предпочтение более блестящему Бре тойлю, но назначили очень трудолюбивого, прилежного и порядочного Верженна в надежде, что он будет работать более коллегиально. Именно такой человек был нужен Морепа, ибо Верженн, как говорили в то время, не имел «окружения». У него не было другого покрови теля, и он был всем обязан Морепа;

таким образом, имелись кое-какие шансы, что он ему не изменит. Верженн, человек низкого происхождения, с заурядной внешностью, без всякого блеска, считался скорее старательным, чем одаренным работником.

Итак, Верженн занял пост статс-секретаря по внешним сношениям и государственного министра (как член Государственного совета). Приблизившись к новому королю, Людовику XVI, он стал фактическим руководителем внешней политики Франции, занимая положе ние более независимое, нежели его предшественники на посту министра иностранных дел.

Типичный представитель «дворянства мантии», он говорил о себе, что при дворе он «всего лишь буржуа».

Из его «мемуара» от 1774 года известно, что неизменными принципами его политики были, с одной стороны, желание опереться на союз с Испанией, а с другой – постоянная боязнь опасного отдаления Англии.

Союз, считал Верженн, был на деле более выгоден Франции, чем Испании. Англия дей ствительно была вынуждена соблюдать осторожность в отношении Испании, с которой она вела крупную торговлю. Что касается Франции, то Англию не сдерживали никакие подоб ные соображения. Таким образом, для французов союз с Испанией был не только крупным козырем в случае войны, но и гарантией сохранения мира.

В то время Верженн в самом деле боялся нарушения мира и считал, что опасность грозит со стороны Англии. К тому же Верженн был склонен к беспокойству в силу своего характера и боялся нарушения мира уже из тех, так сказать, философских соображений, что он длился очень долго. Точнее говоря, Верженн опасался со стороны англичан не обдуман ного решения, а какого-либо безумного порыва, вызванного внутренним напряжением в этой стране и шатким положением правительства.

Верженн выдвинул принцип «европейского status quo», согласно которому Франции не следует стремиться к завоеваниям и приобретению новых земель и она должна удержи вать другие государства Европы от проведения политики территориальной экспансии. Отда вая дань миролюбию философов-просветителей, пользовавшихся симпатией обществен ного мнения и покровителем которых он считался, Верженн осуждал применение силы в политике, выставлял себя поборником права и справедливости в международных отноше ниях.

При этом было важно укрепить военную мощь Франции и достаточно увеличить мор ской флот, чтобы удержать большого конкурента, Англию, от нападения на оставшиеся французские колонии.

Отношение Франции к австро-прусскому конфликту 1778 года представляет собой значительно больший интерес. Франция со времен Вестфальского мира, главным гарантом которого она была, привыкла играть первую скрипку в германских делах. Баварию в Версале рассматривали как сферу своего неограниченного влияния, как важнейший французский форпост внутри империи. Стремясь предотвратить поглощение Баварии Габсбургами, каби нет Морепа – Верженна еще в декабре 1776 года отправил в Мюнхен чрезвычайного послан ника шевалье Люзерна со специальным поручением – организовать отпор австрийским поползновениям. С этой же целью Франция покровительствовала пфальц-саксонскому сбли жению и поспешила теснее привязать к себе третьего наследника – герцога цвейбрюккен ского. Наконец, незадолго до смерти курфюрста баварского по инициативе Франции были И. А. Мусский. «100 великих дипломатов»

начаты переговоры с Пруссией через специально посланного из Парижа тайного диплома тического агента Жокура.

В известном «мемуаре» Верженна Людовику XVI (12 апреля 1777 года) французский министр иностранных дел детально изложил основные принципы германской политики Франции и ее отношений с Австрией и Пруссией. Хотя Верженн исходил из факта существо вания австро-французского союза, он, по существу, выступал за дальнейшее сближение с Пруссией и совместную с ней борьбу против Австрии, которую он считал наиболее опасным врагом Франции в Германии. Франция, заявлял Верженн, должна противиться малейшим попыткам императора нарушить status quo в Германии, и в особенности она не может допу стить, чтобы Австрия взяла верх над Пруссией. Правда, замечал Верженн, с точки зрения морали прусский король не заслуживает, чтобы его оберегали, но сильная Пруссия необхо дима Франции как противовес монархии Габсбургов.

Французское правительство уведомило Вену, что оно решило воздержаться от вмеша тельства в австро-прусский конфликт и не считает себя обязанным оказать Австрии пре дусмотренную в союзном договоре помощь. Верженн предупреждал о своем намерении сделать официальное заявление Фридриху II о том, что в случае войны Франция будет соблюдать строгий нейтралитет.

С января по июль 1778 года Верженн не раз обращался в Берлин и в Вену с предло жениями посреднических услуг, но безуспешно. 20 августа Верженн поручил поверенному в делах в Берлине Госсену вновь выступить с предложением «добрых услуг» версальского двора для прекращения войны. Видя затруднительное положение противников, французы рассчитывали, что им удастся сыграть первую скрипку в будущих мирных переговорах. По свидетельству Марии-Антуанетты, правительство Морепа – Верженна не намерено было ограничиться обычными каналами переговоров, собираясь отправить в Германию специаль ного представителя.

Именно Франция добилась Тешенского мира 13 мая 1779 года. Благодаря этому Бава рия, уменьшившись на четверть, сохранилась как независимое государство в рамках импе рии. И на Востоке Франция помогла установить мир между Россией и Османской империей.

Представляя интересы Франции в центрах наиболее острого столкновения франко русских противоречий, в Стамбуле и Стокгольме, Верженн имел возможность лучше, чем кто-либо другой из французских дипломатов, почувствовать силу и влияние России. Учиты вая особенности международного положения Франции в середине 1770-х годов, он поставил перед французской дипломатией задачу добиться некоторого сближения с Россией, чтобы обеспечить Франции свободу рук в предстоящей борьбе с Англией и вместе с тем сковать инициативу Петербурга узами французской дружбы.

Сближение с Россией Верженн стремился использовать также для расширения торго вых отношений между обеими странами, в чем было заинтересовано французское купече ство. Об этом и сам Верженн, и его ближайший сотрудник барон Бретейль, и представители богатейших торговых домов Парижа неоднократно говорили русскому послу Барятинскому.

Верженн перенес центр тяжести франко-английского соперничества в Западное полу шарие, где тогда развернулась борьба североамериканских колоний за независимость от Англии (1775–1783). Когда в 1776 году в Бостоне 13 колоний объявили о своей независи мости, британцы направили против них многочисленные войска. Для вновь возникших и в военном отношении еще слабых Соединенных Штатов решающее значение имело теперь приобретение союзников в Европе. В первую очередь это была Франция, где еще не было забыто позорное поражение от Англии в Северной Америке и потеря Канады. Верженн видел возможность отомстить Великобритании и существенно ослабить своего заклятого соперника в мировой политике путем поддержки американцев.

И. А. Мусский. «100 великих дипломатов»

Когда 6 декабря 1776 года ученый и политик Бенджамин Франклин явился в Версаль как полномочный представитель США, он был принят французским обществом востор женно, а Верженном – благожелательно. Людовик XVI, «ментор» Морепа, и прежде всего военный министр Монбари, боялись открытого вступления в войну против Англии из-за воз можных катастрофических финансовых последствий для Франции. Король ненавидел войну и поэтому колебался, хотя министр иностранных дел ярко рисовал ему большую опасность для королевства и его еще оставшихся колоний, если американцы будут разбиты англича нами.

В декабре 1777 года в ходе военных действий наметился перелом в пользу американ цев. Между США и Англией возобновились переговоры о мире. Для того чтобы узнать о результате этих переговоров, Верженн завербовал владельца того дома, в котором прожи вали Франклин и Дин. Этот шпион подслушивал разговоры и собирал сведения о своих квар тирантах разными способами. Он сообщил Верженну, что переговоры идут полным ходом и что скоро мир будет подписан. Победа под Саратогой и сведения о предстоящем мире убе дили Верженна в том, что надо действовать немедленно: дальнейшее промедление могло обеспечить мир между Англией и США, развязать Англии руки и в результате этого грозило Франции потерей ее вест-индских колоний.

6 декабря 1777 года Верженн сообщил Франклину, что французское правительство решило начать с США переговоры о союзе. Предпринимая этот шаг, Верженн хотел про длить войну между американскими колониями и Англией, надеясь на дальнейшее истоще ние обеих сторон. Людовик, который хотел по крайней мере добиться поддержки Испании, прежде чем решиться на войну, после длительного давления Верженна, хотя и втайне, 6 дека бря 1777 года признал независимость Соединенных Штатов Америки.

Получив от Верженна обещание о заключении франко-американского союза, Соеди ненные Штаты прервали мирные переговоры с Англией. Однако, добившись этого резуль тата, Верженн сообщил Франклину, что договор о союзе будет заключен только после того, как к нему присоединится Испания. Между тем ответ от испанского правительства не мог быть получен по той простой причине, что Верженн вовсе и не запрашивал мнения Мадрида по этому поводу. Только 6 февраля 1778 года, получив известие, что США опять возобновили переговоры о мире с Англией, Верженн заключил два договора с Франклином – о союзе и о торговле. Договор о союзе означал для Франции вступление в войну с Англией. По этому договору Франция – первая из держав – не только признала суверенитет Соединенных Шта тов, но и гарантировала их независимость. Со своей стороны Соединенные Штаты дали гарантию неприкосновенности французских владений в Америке.

После победы американского главнокомандующего Джорджа Вашингтона при Йорк тауне, в которую большой вклад внесли французы, англичане капитулировали. Длительные мирные переговоры в 1783 году закончились Парижским миром. Людовик XVI одержал над англичанами единственную французскую победу в XVIII веке, он подорвал британское гос подство в Европе и Америке и завоевал симпатии и дружбу США на долгий срок, но военные расходы, составившие как минимум один миллиард ливров, внесли существенный вклад в падение «абсолютной» монархии.

Верженн поднял на более высокую ступень деятельность и организацию французской дипломатической службы, поставив перед ней задачу восстановить международные пози ции Франции. Когда его назначили руководить департаментом внешних сношений, он реор ганизовал департамент, добился передачи ему некоторых чисто разведывательных функций, выполнявшихся ранее «секретом короля».

При Верженне департамент внешних сношений стал важным звеном в механизме государственного управления Франции. Он выполнял задачи основного правительственного органа в области внешней политики.

И. А. Мусский. «100 великих дипломатов»

В обязанности статс-секретаря входило подписание и составление от имени короля всех документов, касающихся внешних дел, в том числе подготовка договоров о мире и войне, о союзе и торговых связях и по другим важным вопросам, связанным с отношени ями Франции с иностранными государствами. Он также руководил работой французской разведки, занимавшейся сбором сведений об экономическом и внутриполитическом поло жении в той или иной стране, ее вооруженных силах и внешней политике, и отвечал за дея тельность всей французской тайной агентуры за рубежом.

Перед лицом первого раздела Польши 8 августа 1772 года Верженн говорил о «разбой ничьей политике великих держав» и отказался помогать Австрии и России против Осман ской империи, когда Иосиф II в 1781 году и великий князь, а позднее царь Павел I в 1783 году посетили Версаль. Людовик XVI стал к тому времени своего рода «третейским судьей Европы» и старался для сохранения французского влияния в Центральной Европе поддер живать хорошие отношения с такими имперскими территориями, как Кур-Пфальц, Пфальц Цвейбрюккен, Кур-Саксония, а также с Савойей, Швецией и союзниками. Он предоставил им большие субсидии.

Летом 1784 года франко-австрийский альянс был как никогда близок к краху. Иосиф II, ввязавшись в конфликт с Нидерландами, требовал, чтобы его ультиматум об обмене Австрийских Нидерландов на Баварию подписал и Людовик XVI. Однако Франция ни в каком случае «не могла диктовать свои порядки голландскому правительству», – так сооб щил Верженн послу Франции в Вене, маркизу де Ноай.

8 ноября 1785 года в Фонтенбло представители Нидерландов и Австрии подписали мирный договор при содействии Франции и Пруссии. Через несколько дней Франция заклю чила договор с Голландией.

Людовик XVI, сумев противопоставить себя амбициям императора и его политике захвата земель, содействуя подписанию мирного договора между Австрией и Нидерлан дами, стал арбитром в Европе. Франция очень давно не имела такого веса на международной арене. «Какая же большая разница между бесславным концом монархии и престижем Фран ции того времени!» – утверждается в «Тайных архивах». Все газеты того времени отдавали должное мудрости и справедливости французской политики. Франция стала гарантом мира в Европе.

Главный творец этого мира, Шарль-Гравье Верженн, умер 13 февраля 1787 года, не дожив несколько лет до революционных событий. Незадолго до смерти он заключил свой последний договор – о торговле с Россией.

И. А. Мусский. «100 великих дипломатов»

Александр Андреевич Безбородко (1747–1799) Князь, русский государственный деятель и дипломат. Секретарь Екатерины II (1775–1792). С 1784 года – второй член Коллегии иностранных дел, но фактически исполнял обязанности министра.

Добился признания Турцией присоединения Крыма к России (1783);

подписал Ясский договор (1791), конвенцию о 3-м разделе Речи Посполитой (1795). С апреля 1797 года – государственный канцлер.

Александр Андреевич Безбородко родился 17 марта 1747 года в Малороссии в семье генерального писаря.

Александр, вероятно, обучался в Киевской духовной академии. Хотя документальных подтверждений этому нет.

И. А. Мусский. «100 великих дипломатов»

В 1765 году он поступил на службу в канцелярию графа П.А. Румянцева. Безбородко довольно быстро завоевал доверие начальника и во время Русско-турецкой войны 1768– 1774 годов успел проявить себя и храбрым офицером, отличившимся в битвах при Ларге и Кагуле, и способным чиновником – он вел секретную переписку фельдмаршала.

В 1775 году по рекомендации Румянцева Безбородко назначили статс-секретарем Ека терины II. В отличие от многих своих предшественников он оставался главным докладчи ком императрицы около 20 лет, совмещая эту работу с другими важными государственными делами: был директором Почтового департамента, членом секретной экспедиции Сената, а также всевозможных комитетов и комиссий.

Официально Безбородко ведал прошениями на высочайшее имя, но в действительно сти ему поручались особо трудные дела самого разного свойства, которые требовали дели катности и такта. Он обладал «редким даром находить средства для благополучного исхода самых щекотливых дел».

Главным поприщем Безбородко стала внешняя политика. В России тогда вырабатыва лась новая внешнеполитическая доктрина, в основе которой лежал так называемый «Гре ческий проект», предусматривавший восстановление Византийской империи со столицей в Стамбуле и русским ставленником на троне. Идея эта впервые была сформулирована, по видимому, именно Безбородко в меморандуме, который он составил и подал в 1780 году императрице.

В том же году он сопровождал императрицу при ее свидании с австрийским императо ром Иосифом II в Могилеве и принимал участие в переговорах о тайном союзном договоре.

Во время могилевской поездки Безбородко не только успешно справился со всеми организа ционными делами, но и проявил немалые дипломатические способности. Эта поездка поло жила начало его возвышению. Вскоре он был назначен в Государственную коллегию ино странных дел и в Государственный совет, оставшись статс-секретарем императрицы.

Безбородко отличался выдающимися способностями в разработке новых дипломати ческих комбинаций и служил связующим звеном между царицей и Коллегией иностранных дел.

К началу 1780-х годов в канцелярии Безбородко сосредоточились почти все дела, «вос ходившие на утверждение или решение императорской власти», то есть дела всех учрежде ний, составлявших государственный механизм.

В 1780 году Безбородко был причислен к Коллегии иностранных дел, а после смерти в 1783 году Н.И. Панина стал вторым ее членом. В этой должности он и состоял вплоть до кончины Екатерины II. Но поскольку место канцлера все это время оставалось вакант ным, то главным исполнителем воли императрицы и ее первым советником в делах внешней политики был именно Безбородко. Ему направляли из-за границы депеши русские послы, с ним вели переговоры иностранные представители в Петербурге, он регулярно доклады вал императрице обо всем, что обсуждалось и решалось в коллегии. Приняв деятельное уча стие в создании системы вооруженного нейтралитета, Безбородко подписал соответствую щие конвенции с Голландией, Пруссией, Португалией и Неаполем.

В 1770–1780-е годы Екатерина II много работала над новыми законами, и Безбородко активно помогал ей. Законодательные акты того времени, включая те, что издавались от имени императрицы, зачастую были написаны им собственноручно. Безбородко завоевал полное доверие Екатерины. В 1784 году он был пожалован титулом графа, а в 1797-м – све тлейшего князя.

Русская армия и флот в 1790–1791 годах одержали над вооруженными силами Турции победы, сделавшие для нее невозможным дальнейшее ведение военных действий.

В Яссы был срочно послан действительный тайный советник граф А.А. Безбородко.

Между ним и Екатериной II установилась переписка. Из этой переписки, а также протоколов И. А. Мусский. «100 великих дипломатов»

конференции в Яссах можно сделать вывод о важнейшей роли Безбородко в заключении выгодного для России мира.

В ответ на первые донесения Безбородко императрица предоставила ему полномочия на ведение переговоров от ее имени, а также определила свое отношение к ним: «Бога для ни вершка не давайте им по сю сторону Днестра».

10 ноября 1791 года состоялась первая конференция российских и турецких уполномо ченных, на которой представитель России четко поставил вопрос: «Хотите войны или мира?

Можете иметь и то и другое. Выбор за вами». Рескриптом от 19 ноября Екатерина предло жила, не тратя времени на обсуждение каждой статьи, обсуждать сразу весь пакет из шести артикулов и одного сепаратного пункта.

Хотя дискуссия по статьям, на основе которых должен был быть заключен мир, шла не просто и Безбородко приходилось отражать атаки противной стороны, некоторые положения благодаря настойчивости российского уполномоченного удалось даже улучшить по сравне нию с тем, как они были записаны в Кючук-Кайнарджийском договоре. Так, жители Молда вии были освобождены на два года не только от дани, как это было записано ранее, но и от других повинностей, которые были не менее разорительны. А для Восточной Грузии было предусмотрено увеличение срока свободной продажи имений, оставляемых переселенцами.

Наиболее оживленные споры вызывали две последние статьи договора: «О закубан ских народах» и «О денежной компенсации». Екатерина писала Безбородко: «О закубанских народах надо настоять, чтобы в договоре было зафиксировано, что или Порта отвечает за все неустройства и набеги, которые от тех народов могут нам иногда причинены быть, или [бы турки] предоставили нам самим право обуздать и усмирить их, не почитая такового нака зания за нарушение с нею мирного трактата». Екатерина выражала опасение, что требова ние о денежной компенсации за понесенный Россией ущерб вызовет возражения со стороны Англии и других европейских государств. Окончательное решение этого вопроса она предо ставила самому Безбородко, надеясь на его опыт и желание «приобрести выгоды для госу дарства нашего».

Руководствуясь этими распоряжениями, Безбородко с блеском завершил переговоры.

Создав впечатление, что главное, на чем будет настаивать Россия, это денежная компенса ция, он легко добился уступок по вопросу о закубанцах, а когда Порта наконец согласилась, что «она делается ответственной за все беспорядки, могущие произойти от закубанских племен… и обязуется вознаградить из своей казны все убытки, нанесенные корсарами под данным Российской империи», граф торжественно провозгласил: «Посколько Порта согла шается на артикул мною предложенный, отвращающий разрыв и дальнее пролитие крови, объявляю, что Российская империя не требует никакого денежного удовлетворения и дарует мир многочисленным миллионам людей, населяющих Россию и Османскую империю». Так в торжественной обстановке 29 декабря 1791 года завершились переговоры. На последней, 14-й конференции был подписан мирный трактат.

Новая страница в карьере Безбородко открылась с воцарением Павла I. Из всех екате рининских министров его единственного император не только не отправил в отставку, но, наоборот, возвысил: на третий день после кончины матери Павел возвел Безбородко «в пер вый класс со званием фельдмаршала», к советам его прислушивался и в дальнейшем был беспредельно милостив. При коронации Павла Безбородко, который был ее главным устро ителем, был возведен в княжеское достоинство с присвоением титула светлости.

В 1796 году, «расстроив силы свои 32-летним служением», Безбородко попросил Павла I уволить «от многотрудных занятий», но государь сказал, что «в нем нуждается Отечество».

Безбородко вместе с Куракиным принял деятельное участие в составлении и заключе нии конвенции с Мальтийским орденом, за что был награжден бриллиантовой звездой, кре стом и орденом Св. апостола Андрея Первозванного. В этом же году Безбородко получил И. А. Мусский. «100 великих дипломатов»

чин канцлера. Когда Павел принял решение занять центральное место в антифранцузском союзе, канцлер Безбородко ревностно трудился над его организацией и упрочением.

Перу Безбородко принадлежат несколько небольших сочинений по истории Украины, Молдавии и Русско-турецких войн. В 1798 году по просьбе своего племянника В.П. Кочу бея, близкого к великому князю Александру Павловичу, стареющий канцлер подготовил «Записку о составлении законов Российских». Безбородко фактически предлагал включить в управление страной все сословия, что, по его мнению, должно было помочь России избежать ужасов французской революции. «Записка» была внимательно изучена «молодыми дру зьями» Александра I и впоследствии использована ими в работе Негласного комитета, под готовившего ряд реформ государственного управления. Александру Андреевичу не суждено было увидеть воцарение Александра: он умер 6 апреля 1799 года, оставив наследникам бога тейшее собрание живописи и других художественных ценностей, а также завещав крупную сумму на благотворительные цели. На эти деньги был основан Нежинский лицей.

И. А. Мусский. «100 великих дипломатов»

Шарль Морис Талейран (1754–1838) Выдающийся французский дипломат, министр иностранных дел в 1797–1799 годы (при Директории), в 1799–1807 годы (в период Консульства и империи Наполеона I), в 1814–1815 годы (при Людовике XVIII). Глава французской делегации на Венском конгрессе (1814–1815). В 1830–1834 годы – посол в Лондоне.

Шарль Морис Талейран-Перигор родился 2 февраля 1754 года в Париже. Семья Талей рана принадлежала к старинному графскому, княжескому и герцогскому роду. Отцу ново рожденного Шарлю Даниелю Талейрану – князю Шале, графу Перигору и Гриньоль, мар кизу Экседей, барону де Бовиль и де Марей – минуло только 20 лет. Его жена Александрина Мария Виктория Элеонора Лама-Антиньи была на шесть лет старше своего мужа. Граф Перигор служил одним из воспитателей дофина, Александрина исполняла обязанности при И. А. Мусский. «100 великих дипломатов»

дворной дамы. Они постоянно находились в разъездах между Парижем и Версалем. Стар ший брат Шарля Мориса рано умер, но было еще два младших – Аршамбо и Бозон.

Сразу после крещения в церкви Сен-Сюльпис кормилица увезла ребенка в предместье Сен-Жак. Однажды оставленный без присмотра Шарль Морис упал с комода и серьезно повредил правую ногу. На всю жизнь он остался хромым.

В 1758 году Талейран оказался в Шале у прабабушки по отцовской линии Марии Франсуазы де Рошешуар, внучки знаменитого Кольбера. Здесь мальчик научился читать и писать. В сентябре 1760 года его отправили учиться в парижский коллеж Аркур, одно из старейших учебных заведений столицы.

К 14 годам юноша получил традиционное для дворянина образование. Окружающие отмечали его сдержанность, умение скрывать свои мысли. «Осторожность, то есть искус ство показывать только часть своей жизни, своей мысли, своих чувств, – вот первое из всех качеств», – говорил он впоследствии.

В 1770 году молодой Перигор по настоянию родителей поступил в семинарию Сен Сюльпис. Четыре года Талейран провел в семинарии, а закончил свое образование в Сор бонне (1778).

Еще не получив епископский сан, Талейран стал «министром финансов» церкви, заняв в 1780 году пост генерального агента духовенства Франции при королевском правительстве.

В конце 1788 года папа римский утвердил Талейрана епископом Отенским, а 2 апреля 1789 года его избрали депутатом Генеральных штатов от духовенства Отена.

Парламентская карьера Талейрана была стремительной и блестящей. Он занимал почетные посты члена первого и второго конституционных комитетов, председателя Учре дительного собрания (1790) и члена его Дипломатического комитета. Талейран выступил в собрании с рядом важных предложений, участвовал в подготовке документов, явившихся этапными в истории французской революции.

26 августа 1789 года Учредительное собрание приняло Декларацию прав человека и гражданина, провозгласившую свободу, равенство, братство. Статья шестая, принятая в редакции Талейрана, провозглашала закон выражением «всеобщей воли», признавала его обязательность для всех, утверждала равный доступ всех граждан к должностям и занятиям в «соответствии с их способностями».

В начале 1791 года король удовлетворил прошение Талейрана об отставке с поста епи скопа Отенского. Талейрана избрали на административно-финансовый пост в департаменте Сена. Но уже тогда он склонялся к дипломатической деятельности.

После смерти главы Дипломатического комитета Мирабо в апреле 1791 года его место занял Талейран.

Министр иностранных дел Лесар предложил Талейрану в январе 1792 года выехать на переговоры в Лондон. Талейран, имевший опыт работы в Дипломатическом комитете Учре дительного собрания, был готов к своей новой миссии. Свой первый опыт он проанализи ровал и обобщил в «Записке о нынешних отношениях Франции с другими государствами Европы». В «Записке» Талейран подчеркивал, что свободный народ не может строить свои отношения с другими народами на «идеях и чувствах» деспотического правительства;

он должен основывать «политические действия на принципах разума, справедливости и всеоб щей пользы».

Талейран вернулся в Париж 10 марта 1792 года. Первая дипломатическая миссия завер шилась успешно. Он призвал англичан не вмешиваться во внутренние дела Франции.

20 апреля 1792 года Франция объявила войну Австрии. Французские войска вторглись в Голландию. В конце апреля Талейран вновь отправился в британскую столицу, теперь уже по поручению Дюмурье. И на этот раз ему удалось отсрочить присоединение Англии к анти французской коалиции. Талейран в донесениях правительству ратовал за заключение между И. А. Мусский. «100 великих дипломатов»

Англией и Францией политического союза, который обеспечил бы равновесие в Европе и одновременно способствовал бы «взаимному обогащению» Франции и Англии.

…В ночь с 9 на 10 августа 1792 года королевский режим пал. В новом правитель стве – Временном исполнительном совете – ведущую роль играл Жорж Дантон. По его поручению к 18 августа 1792 года Талейран подготовил документ, разъяснявший правитель ствам иностранных государств, и прежде всего Англии, нейтралитет которой был необходим Французской республике, причины уничтожения монархии. Несмотря на то что у Талейрана сложились хорошие отношения с Дантоном, он не мог чувствовать себя в безопасности.

Революционная коммуна Парижа во главе с Робеспьером действовала решительно.

Талейран обладал удивительной способностью избегать грозившую ему опасность.

Осенью 1792 года он убедил Дантона направить его в Лондон для участия в англо-француз ских переговорах по вопросу о введении в обеих странах единой системы мер и весов. И сде лал это весьма своевременно: министр внутренних дел Ролан, осматривая Тюильри, нашел в секретном сейфе дворца две записки Талейрана, из которых следовало, что он предлагал тайное сотрудничество Людовику XVI.

Пребывание в Лондоне оказалось непродолжительным. 24 января 1794 года два чело века в черном явились в дом Талейрана и передали ему королевское предписание покинуть Англию. Дипломат вынужден быть искать убежище в Америке.

В апреле 1794 года Талейран прибыл во временную столицу Соединенных Штатов – Филадельфию. Он попытался как можно быстрее войти в филадельфийское общество, чтобы сблизиться с политическими лидерами Соединенных Штатов. Но теплого приема не встретил.

После переворота 9 термидора (27/28 июля 1794 года)его политические друзья во Франции получили для него разрешение правительства возвратиться на родину.

В сентябре 1796 года Талейран прибыл в Париж. Он сблизился с политическими лиде рами, и в первую очередь с членами Директории.

Благодаря влиятельной Жермене де Сталь он вошел в состав правительства Директо рии, а в июле возглавил Министерство внешних сношений.

Приступив к обязанностям министра внешних сношений, Талейран направил фран цузским дипломатическим агентам за границей циркулярное письмо, в котором призывал к национальному единству в вопросах войны.

Талейран придерживался взглядов последователей Мирабо, которые стремились при мирить французскую революцию с системой «европейского равновесия»;

сохранить нейтра литет Испании;

связать Австрию, поддерживая Пруссию;

обеспечить союз с Англией, без участия которой создание сильной антифранцузской коалиции было невозможно.

В 1797 году министр внешних сношений Директории считал необходимым разрыв с принципами королевской дипломатии, и прежде всего с одной из ее основ – союзами правя щих королевских семей. По мнению Талейрана, с другими государствами Франции следует подписывать «не постоянные договоры о союзе и братстве, а временные соглашения в соот ветствии с политическими и торговыми интересами, порождаемыми обстоятельствами».

Влияние Талейрана на деятельность французской дипломатии было значительным.

Министр являлся своего рода посредником между Директорией и генералами, которые лично вели переговоры и подписывали договоры о мире или перемирии. Однако наиболее важными внешнеполитическими вопросами занимались сами члены Директории.

Талейран установил тесные отношения с генералом Бонапартом и сразу после своего назначения министром поспешил предложить генералу свои услуги и сотрудничество.

Еще больше они сблизились в период подготовки и проведения государственного переворота 18 фрюктидора (4 сентября 1797 года). Это была схватка с правыми силами, стремившимися к реставрации монархии. Талейран без колебаний встал на сторону респу И. А. Мусский. «100 великих дипломатов»

бликанского большинства Директории, выступавшего против возврата Бурбонов, но нена видевшего принципы 1793 года.

Наполеон не находил общего языка с Директорией и нуждался в посредничестве «сво его человека», в его помощи, в своевременной и правдивой информации. Талейран охотно взялся за выполнение этой трудной миссии.

В ночь с 17 на 18 октября 1797 года был подписан договор между Францией и Австрией, вошедший в историю под названием Кампоформийского договора. Для Австрии условия были грабительскими.

Но для Бонапарта и Талейрана переговоры, несомненно, завершились успехом. В гла зах широкой публики молодой полководец был героем, проявившим не только военные, но и недюжинные дипломатические способности. Но подлинным организатором победы в Кам поформио, оставшимся не известным публике, являлся министр внешних сношений Дирек тории, сумевший предотвратить разрыв отношений с Австрией. Начало деловому сотрудни честву Бонапарта и Талейрана было положено.

Египетская экспедиция! Одновременно два крупных политических деятеля – Бонапарт и Талейран пришли каждый своим умом к мысли о необходимости овладения Египтом.

Каковы были цели египетского похода? Министр внешних сношений считал, что афри канская страна должна стать базой для создания на Востоке и в Азии колониальной империи Франции. Он надеялся нанести сокрушительный удар по английскому могуществу, вытес нив Англию прежде всего из Индии.

Талейран, несомненно, являлся одним из главных авторов проекта. Уже 23 августа 1797 года в одном из своих писем министр подчеркивал, что Египет будет для Франции «очень полезен», так как, став ее колониальным владением, он заменит Антильские острова и откроет дорогу для торговли с Индией.

В период подготовки египетской экспедиции Талейран беспрекословно поддерживал все предложения Бонапарта и добивался одобрения их Директорией. Верил ли он в возмож ность покорения Египта французами? На начальном этапе – возможно. Но скоро министр понял, что сил и средств у генерала явно недостаточно.

Поражение французского флота в сражении у Абукира в Египте взволновало Францию.

Популярность и репутация «героя пустыни» защищали Бонапарта от критики. Зато Талей ран явился прекрасной мишенью и для монархистов и для якобинцев, и для тех, кто име новал себя «либеральными республиканцами». Да и члены Директории радовались возмож ности свалить на министра внешних сношений всю ответственность за провал египетской авантюры, которую они одобрили.

Талейран решил публично выступить в свою защиту. В июле 1799 года он опубликовал «Разъяснения», в которых попытался ответить на обвинения, брошенные в его адрес.

По возвращении Бонапарта из Египта Талейран содействовал сговору будущего дик татора с Сийесом, который готовил замену Директории «сильным правительством» и соот ветствующее изменение конституции.

Незадолго до государственного переворота, в закулисной подготовке которого Талей ран активно участвовал, он сумел заблаговременно сойти с политической сцены, подав в отставку в связи с обвинениями его в антиреспубликанских взглядах и двуличии. Дирек тория удовлетворила просьбу, отметив в тексте своего решения «постоянное усердие, гра жданскую доблесть и познания» бывшего главы дипломатического ведомства.

Переворот 18 брюмера (9 ноября) 1799 года привел к власти Бонапарта. 22 ноября Талейран в награду за участие в организации подготовки переворота получил пост министра внешних сношений.

Талейран стал как бы главным внешнеполитическим советником первого консула и выполнял его дипломатические поручения.

И. А. Мусский. «100 великих дипломатов»

Талейран был мастером переговоров и дипломатической беседы. Его отличали умение выбрать тему и доводы, способность выражать свою точку зрения немногими словами. При этом существо проблемы, если этого требовали обстоятельства или его личные цели, как бы оставалось в стороне. Он умел внимательно слушать собеседника, хорошо запоминая услышанное. «Вы король беседы в Европе. Каким же секретом вы владеете?» – спросил однажды Наполеон у Талейрана. Тот ответил: «Когда вы ведете войну, вы всегда выбираете ваши поля сражений?.. И я выбираю почву для беседы. Я соглашусь только с тем, о чем я могу что-либо сказать. Я ничего не отвечаю… В общем, я не позволю задавать себе вопросы никому, за исключением вас. Если же от меня требуют ответов, то это именно я и подсказал вопросы».

Талейран продолжал укреплять власть первого консула. Он сыграл большую роль в решении двух крупных политических задач: в подготовке и подписании соглашения (кон кордата) между французским правительством и папой Пием VII и в избрании Бонапарта президентом Итальянской республики.

После провозглашения Бонапарта пожизненным первым консулом (2 августа 1802 года) официальное положение министра внешних сношений окрепло.

Талейран решал актуальные дипломатические задачи. 30 сентября 1800 года в Париже состоялось подписание договора о дружбе и союзе с США.

21 июля 1800 года после поражения при Маренго в Париж приехал австрийский гене рал-лейтенант граф Сен-Жюльен. Главное его поручение состояло в том, чтобы выиграть время. Но опытный мастер Талейран «артистически довел партию до конца и заставил Сен Жюльена 28 июля от имени императора подписать прелиминарные условия мира», – пишет историк А.3. Манфред. Искусство французского дипломата дорого обошлось графу: его ото звали, дезавуировали, а по возвращении в Вену арестовали.

Напряженными и длительными были англо-французские мирные переговоры. После длительной дипломатической подготовки 21 марта 1802 года Амьенский договор был под писан.

Амьенский мир явился важным звеном в цепи дипломатических переговоров периода мирной передышки.

В начале 1803 года англо-французские отношения вновь обострились. Талейран в своих письмах французскому посланнику в Петербурге генералу Эдувиллю жаловался на англичан и настаивал на выполнении ими всех статей Амьенского договора. Предметом спора явилась оккупированная английскими войсками Мальта.

Однако Талейрану предотвратить войну между Англией и Францией не удалось. Бое вые действия возобновились 22 мая 1803 года.

После провозглашения Франции в мае 1804 года империей Талейран стал одним из самых высокопоставленных придворных сановников. Обязанности министра внешних сно шений сводились, по существу, к подготовке дипломатических документов в соответствии с общими директивами Наполеона, то есть к оформлению результатов военных побед и внеш неполитических акций императора. Талейран сумел повысить авторитет и упрочить место дипломатического ведомства в системе органов управления государством, упорядочить его работу, подобрать квалифицированные дипломатические кадры.


Безграничные завоевательные планы Наполеона вызывали тревогу у Талейрана. Еще в июне 1800 года он говорил, что Бонапарту следовало бы пойти по пути создания федераль ной европейской системы. Речь шла о восстановлении власти короля Сардинии, великого герцога Тосканского и других правителей. Но первый консул хотел, «наоборот, объединить, присоединить;

в таком случае он вступает на путь, который не имеет конца».

Талейран всегда стоял на позициях «друга Австрии». Даже после поражения австрий ских и русских войск 2 декабря 1805 года у селения Аустерлиц. Наполеон требовал И. А. Мусский. «100 великих дипломатов»

самого сурового наказания побежденных. Концепция министра предусматривала не разгром австрийского государства, а союз с ним. Талейран на переговорах с австрийцами в Пре сбурге согласился на некоторые уступки. Размеры австрийской контрибуции были умень шены. Наполеон заявил Талейрану: «Вы заключили в Пресбурге очень стеснительный для меня договор».

Вообще, весь 1805 год был необычным и трудным для Талейрана, которому пришлось надолго покинуть Париж. Он посетил Лион, Милан, Страсбург, Мюнхен, Вену, Брюнн, Пре сбург… После долгих странствий в январе 1806 года Талейран вернулся в Париж. 5 июня 1806 года Наполеон подписал декрет, передававший во владение Талейрана княжество Бене венто и объявлявший его князем и герцогом Беневентским. Княжество, находившееся в 50 километрах от Неаполя и насчитывающее 40 тысяч жителей, принадлежало Святому пре столу.

Талейран вел мирные переговоры, участвовал в создании Рейнской конфедерации. И даже знаменитая континентальная блокада была задумана и осуществлена не без его вни мания.

В занятом французами Берлине министр внешних сношений представил Наполеону все необходимые исторические и правовые аргументы для введения континентальной бло кады. Наполеон покинул столицу Пруссии 25 ноября. Талейран выехал из Берлина через несколько дней, сначала – в Познань, а затем – в Варшаву. Его «польское сидение» оказалось продолжительным – около шести месяцев, до мая 1807 года.

В Варшаве министра встретили наилучшим образом. Он сразу же установил связи с аристократическими семьями Понятовских, Валевских, Тышкевичей, Потоцких. Балы и приемы, званые обеды и ужины не помешали Талейрану решить ряд важных дипломати ческих вопросов. Среди них на первом месте стояли встречи с генералом Карлом Винцен том, лотарингцем по происхождению, после Пресбургского мира представлявшим Австрию в Париже.

Талейрану приходилось заниматься в Варшаве и далеким от дипломатии вопросом – снабжением французских войск (покупкой и отправкой продуктов, вина, организацией транспорта). «То, что я вам поручаю, более важно, чем все переговоры о мире», «свершите чудеса», – писал Наполеон министру. И со свойственным ему высокомерием добавлял: «Раз бить руанских, если я буду иметь хлеб, – это детская забава».

3 мая 1807 года Талейран навсегда покинул Варшаву. А уже 29 июня он приехал в Тиль зит на русско-французские переговоры. Он вел всю практическую работу с французской стороны. Подпись министра стояла под двумя русско-французскими договорами: о мире и дружбе (с секретным разделом) и о наступательном и оборонительном союзе. Оба они были помечены одной датой – 7 июля 1807 года.

Но уже 9 августа Талейран покинул пост главы французской дипломатии.

И дело было, конечно, не столько в личных отношениях Наполеона и Талейрана, сколько в их политических разногласиях, усиливавшихся по мере того, как становилась очевидной нереальность замыслов Наполеона добиться французского господства во всей Европе путем войн. В связи с этим французский дипломат и историк Ж. Камбон писал, что Талейран имел «дар предвидения… Для его поведения, а он внимательно смотрел в будущее, определяющим был завтрашний день». Талейран, возможно, раньше других приближенных Наполеона понял, что борьба Франции против большинства стран Европы обречена на про вал и кончится для нее катастрофой.

Наполеон расстался со своим министром вполне достойно. 14 августа 1807 года импе ратор в своем послании сенату объявил о назначении князя Беневентского великим вице электором.

И. А. Мусский. «100 великих дипломатов»

Официально Талейран отошел от дел. Но иностранные дипломаты в Париже продол жали поддерживать с ним тесные связи, и о своих беседах с ними он регулярно информиро вал Наполеона. Кроме того, Талейран принял участие и в так называемом испанском деле, которое после Тильзита имело очень важное значение для французской внешней политики.

В 1808 году Талейран был приглашен Наполеоном на второе свидание российского и французского императоров в Эрфурте. Он советовал российскому императору отклонить требование Наполеона о заключении военного договора против Австрии. Именно здесь он заявил (все историки при этом ссылаются на мемуары К. Меттерниха) российскому само держцу: «Государь, зачем вы сюда приехали? Вы должны спасти Европу и достигнете этого, если окажете отпор Наполеону. Французский народ цивилизован, но его монарх не цивили зован. Российский монарх цивилизован, но его народ не цивилизован, поэтому российский монарх должен быть союзником французского народа». Политику Наполеона Талейран под верг критике, подчеркнув, что «Рейн, Альпы, Пиренеи – завоевания Франции, остальное завоевания императора». Это была все та же мысль о естественных границах французского государства, исключавшая всякое, даже незначительное расширение его территории за счет других стран.

После Эрфурта Талейран продолжал сотрудничать с Александром I и, по утверждению некоторых французских историков, вел с ним секретную переписку.

Когда Наполеон в июне 1812 года двинул в поход Великую армию против России, Талейран расценил «русскую кампанию» как «начало конца» империи Наполеона. Откло нив в 1813 году предложение Наполеона вернуться на пост министра внешних сношений, он совместно с тайными агентами Бурбонов в Париже занялся закулисной подготовкой к возвращению Бурбонов на французский трон.

Крах империи Наполеона приближался. Союзники вошли в Париж. Бонапарт отрекся от престола.

31 марта 1814 года стало историческим днем в жизни Талейрана. Союзники обсу ждали вопрос: кому править Францией? Талейран умело использовал принцип легитимизма, обосновывавший законность существования наследственных монархий.

Союзники приняли декларацию, объявив, что они больше не будут вести переговоров ни с Наполеоном Бонапартом, ни с кем-либо из членов его семьи;

сохранят целостность прежней Франции в том виде, в каком она существовала при законных королях;

признают и гарантируют конституцию, которую примет французская нация;

считают необходимым создание сенатом временного правительства. План Талейрана удался наилучшим образом.

Во Франции восстанавливалась конституционная монархия Бурбонов. Королем Фран ции под именем Людовика XVIII был провозглашен граф Прованский. 1 апреля сенат назна чил Талейрана главой временного правительства. Однако временное правительство вскоре прекратило свое существование, а его члены вошли в состав Временного Государственного совета. Талейран занял пост министра иностранных дел.

Людовик XVIII в вопросах внешней политики полностью положился на Талейрана, предоставив ему свободу действий в переговорах с союзниками. Благодаря разногласиям между победителями Талейран добился мира на сравнительно легких для побежденной Франции условиях, определявших ее территорию границами 1792 года. Самому Талейрану пришлось признать их «горестными» и «унизительными». И тем не менее для побежденной страны это был, пожалуй, лучший из возможных исходов.

Еще более успешными были выступления Талейрана на Венском конгрессе, и они счи таются венцом его дипломатического искусства (октябрь 1814 – июнь 1815 года).

Летом 1814 года столица Австрии стала на время столицей монархической Европы.

В Вене находились 2 императора, 4 короля, 2 наследных принца, 3 великие герцогини и И. А. Мусский. «100 великих дипломатов»

215 глав княжеских домов. На конгресс в этот город приехали 450 дипломатов и официаль ных лиц и их многочисленный персонал.

В Вене шла сложная, напряженная и острая политическая борьба. В ней принимали участие опытные государственные деятели и дипломаты.

На международном конгрессе положение дипломатов великой, но побежденной страны не могло быть легким. Поэтому особое значение для переговоров в Вене имела новая дипломатическая концепция, разработанная Талейраном и его ближайшими сотрудниками.

В основе ее лежали идеи легитимизма, святые принципы международного права.

Главная цель французской дипломатии состояла в том, чтобы удержаться в границах 1792 года, закрепленных Парижским мирным договором, унаследовать «законные» права французских королей.

Какая дипломатическая тактика вытекала из концепции легитимизма? Прежде всего Талейран добивался признания державами-победительницами равноправия Франции на всех этапах венских переговоров, от их начала и до конца. Это было крайне сложное дело.

22 сентября 1814 года представители Англии, Австрии, России и Пруссии договорились о том, что, пока они не распределят земли в Польше, Германии и Италии, французская и испанская делегации не получат права голоса, не примут участия в коллективных заседаниях и будут вынуждены согласиться с предложенными им «четверкой» решениями.

30 сентября французский и испанский представители впервые приняли участие в засе дании министров иностранных дел четырех держав. 1 октября в ноте, адресованной мини стру иностранных дел Англии лорду Каслри, Талейран поставил вопрос о создании коми тета, в котором были бы представлены все восемь стран, подписавших Парижский договор.


В резолюции от 8 октября союзники пошли на уступки Талейрану, признав, правда только формально, что они не могут одни руководить Конгрессом и решать дела Европы.

В то же время Талейран повсюду говорил о беспомощности союзников и стремился объединять вокруг себя представителей мелких государств, которые вообще ничего не знали о ходе переговоров, чувствовали себя ущемленными в правах и готовы были искать у Талей рана сочувствия и поддержки.

Измотав как следует нервы своих коллег, засыпав их протестами и предложениями, Талейран наконец согласился на отсрочку открытия конгресса до 1 ноября «в соответствии с принципами международного права». Французскую поправку приняли. Это был несомнен ный успех Талейрана, укрепивший его позиции и открывший ему дорогу в комитет четы рех, куда входили представители Англии, Австрии, России и Пруссии, превратившийся тем самым с 12 января 1815 года в комитет пяти. Он фактически и являлся руководящим цен тром конгресса.

Но и этого Талейрану было мало. Он энергично добивался осложнения отношений между Англией и Австрией, с одной стороны, Пруссией и Россией – с другой.

28 декабря 1814 года Талейран сообщил Людовику XVIII, что в беседе с Каслри он предложил Австрии, Англии, Франции подписать соглашение, признающее права саксон ского короля. «Означает ли конвенция, что вы предлагаете союз?» – сразу же задал ему вопрос английский министр. «Конвенция может быть подписана и без союза, но она будет означать союз, если вы этого захотите», – ответил Талейран. Совершенно неожиданный поворот событий! Напряженная обстановка на конгрессе в конце концов привела не только к сотрудничеству, но и к формальному соглашению между победителями и побежденной страной.

Текст документа подготовил Каслри, отредактировали Талейран и Меттерних. В ночь с 3 на 4 января 1815 года англо-австро-французский союзный договор был подписан. Договор предусматривал совместное выступление трех держав и их взаимную помощь при нападе нии на одну из сторон, на Ганновер или на Нидерланды. К договору присоединились Бава И. А. Мусский. «100 великих дипломатов»

рия, Ганновер, Голландия, Сардиния, Гессен-Дармштадт. Возник новый, враждебный Рос сии и Пруссии союз европейских государств.

В июле 1815 года Талейран был назначен главой правительства и министром иностран ных дел Франции.

Однако теперь союзники жестко потребовали вернуть им захваченные французами территории, художественные ценности, уплатить огромные денежные суммы. Талейран воз ражал против территориальных требований, основанных на праве завоевания, так как союз ные державы вели войну против Наполеона, а не Людовика XVIII. Хотя король в принципе был согласен уступить земли, не принадлежавшие старой Франции, выплатить контрибу цию, сохранив средства, «необходимые для внутреннего управления страной», допустить временную оккупацию Франции.

24 сентября 1815 года изворотливый Талейран, получив почетный титул великого камергера, ушел в отставку. Глава нового кабинета и министр иностранных дел герцог А.

Ришелье подписал 20 ноября 1815 года тяжелый для Франции Парижский мирный договор.

Талейрану с государственной службой пришлось расстаться на целых 15 лет. Актив ного участия в политической жизни он уже не принимал. Лишь на закате своей жизни, в 1830 году, он вернулся к активной государственной деятельности.

В сентябре 1830 года Талейран был назначен послом Франции в Лондоне. Великий дипломат пользовался доверием Луи-Филиппа, так как своей закулисной деятельностью способствовал его приходу к власти во время Июльской революции. Талейран приветство вал воцарение во Франции «четвертой королевской династии» (после Капетингов, Валуа и Бурбонов).

24 сентября 1830 года Талейран был в Дувре. Он начинал свою карьеру дипломата в британской столице и закончил ее в этом же городе.

Луи-Филипп разрешил Талейрану связываться по важнейшим вопросам непосред ственно с ним самим, минуя Министерство иностранных дел.

Главная задача Талейрана состояла в том, чтобы максимально ослабить потенциаль ного противника на севере Франции, упразднив единое голландское государство. «Моя любимая идея – отделение Бельгии», – писал он.

Через полтора месяца после начала своей работы, 20 декабря 1830 года, Лондонская конференция признала бельгийскую независимость. «Это был огромный успех французской политики», – заметил Талейран. А 20 января 1831 года Лондонская конференция приняла решение о вечном нейтралитете Бельгии, целостности и неприкосновенности ее территории, гарантируемых пятью державами – участницами переговоров.

Ликвидация голландско-бельгийского конфликта, отвечавшая, несомненно, интересам Июльской монархии, явилась главным результатом миссии Талейрана в Лондоне. Он завер шил свое пребывание в этом городе подписанием 22 апреля 1834 года четырехстороннего союзного договора – с Англией, Испанией и Португалией. Режим Луи-Филиппа уже набрал силу, укрепил свои международные позиции.

Четырехсторонний договор был последним в жизни Талейрана дипломатическим документом, под которым он поставил свою подпись.

13 ноября 1834 года Талейран направил королю прошение об отставке. Он писал Луи Филиппу, что теперь может спокойно уйти с политической сцены, поскольку «добился для Июльской монархии права гражданства в Европе». Отставка была принята.

За два года до смерти Талейран писал: «Дожив до 82 лет, обозревая мысленно столь многочисленные деяния моей долгой политической жизни и обдумывая их перед вступле нием в смертный чертог, я прихожу к следующему выводу. Среди всех правительств, кото рым я служил, нет ни одного, от которого я получил бы больше, чем я дал. Я не отрекся ни от одного правительства, прежде чем оно не отрекалось само от себя. Я не ставил ни инте И. А. Мусский. «100 великих дипломатов»

ресы какой-либо партии, ни собственные интересы на одну чашу весов с подлинными инте ресами Франции, которые, впрочем, по моему разумению, никогда не противоречат истин ным интересам Европы».

В последние часы своей жизни Талейран примирился с церковью. Дрожащей рукой он подписал заявление и письмо папе Григорию XVI, в которых сообщил о своем полном признании «доктрины и дисциплины церкви, ее решений и суждений Святого престола относительно церковных дел во Франции». Вскоре после подписания покаянных докумен тов к умирающему приехали Луи-Филипп и его сестра Аделаида. Теперь все земные дела князя Беневентского – и духовные, и мирские – были приведены в полный порядок. Через несколько часов после королевского визита 17 мая 1838 года Шарль Морис Талейран-Пери гор скончался.

И. А. Мусский. «100 великих дипломатов»

Уильям Питт Младший (1759–1806) Британский государственный и политический деятель, дипломат. Премьер-министр Великобритании (1783–1801 и в 1804–1806). Подписал Версальский мирный договор (1783) с США, заключил торговый договор с Францией (1786). После Великой французской революции (1789) был одним из организаторов дипломатической изоляция Франции и войны против нее.

Уильям Питт Младший родился 28 мая 1759 года в Хэйесе, графство Кент. Его мать, леди Хестер Гренвилл, приходилась сестрой Джорджу Гренвиллу, возглавлявшему прави тельство Англии с 1763 по 1765 год. Из-за слабого здоровья начальное образование Уильям получил дома. Обладая несомненным талантом, он учился легко и был развит не по годам.

В 14 лет Питт поступил в знаменитый Пембрук-холл в Кембридже.

И. А. Мусский. «100 великих дипломатов»

По древней фамильной традиции, насчитывающей не менее 300 лет, Питт стал юри стом в Лондоне (1780). Благодаря своим выдающимся способностям, а также обширным свя зям и влиянию семьи, Уильям, едва достигнув совершеннолетия, был избран одним из «гни лых местечек» в палату общин английского парламента. Первая же его речь, произнесенная в защиту «билля об экономической реформе» Борка, выдвинула Питта в ряды лучших ора торов палаты. Питт Младший примкнул к группе, которой руководил лорд Шельборн (Ланс даун). Уильям был сторонником парламентской реформы, проект которой дважды, правда без успеха, вносил в парламент, сначала в качестве депутата (1782), потом министра (1785), эмансипации католиков, свободы печати.

В 1782 году Рокингэм предложил Питту должность вице-казначея Ирландии, с которой отец Уильяма начинал свою карьеру;

но Питт Младший от этого предложения отказался, посчитав его для себя унизительным. В том же году он стал канцлером казначейства в мини стерстве лорда Шелборна.

В феврале 1783 года кабинет был распущен. Питт также ушел в отставку, но уже в дека бре, после неудачной и непродолжительной деятельности коалиции Фокса и Норта, сфор мировал свой кабинет. Новоиспеченному премьер-министру было всего 24 года!

Питт поставил себе задачу вывести Англию из того кризиса, в котором она оказалась после войны с американцами. В 1784 году он провел билль об управлении Индией, дела которой были поставлены под контроль правительства.

Избирательная реформа, задуманная Питтом, провалилась, но ему удалось устранить самые вопиющие недостатки старого порядка;

его кабинет первым отказался от системы подкупов.

Питт твердо и решительно определил основную линию внешней политики – выйти из состояния политической изоляции. Главным противником Питт считал Францию, и, чтобы угрожать ей, надо было сблизиться с какой-нибудь из сильных держав на европейском мате рике. Прежде всего он обратился с предложением о союзе к Екатерине II. Питт хотел опе редить Францию и заранее вступить в соглашение с Екатериной. Он также рассчитывал, что, связав Россию союзом, ему легче будет влиять на ее политику против Турции. Однако, предлагая союз Екатерине, британский премьер не пожелал распространять свои союзные обязательства на случай русско-турецкой войны, что обесценивало его предложения в глазах Екатерины, желавшей найти союзника именно против турок. Поэтому императрица отказала ему в союзе.

Потерпев неудачу в Петербурге, Питт решил вернуться к союзу с Пруссией. Здесь он имел успех. В 1786 году с Пруссией был подписан союзный договор, направленный про тив Франции и России. Создание англо-прусской лиги было крупным успехом дипломатии накануне французской революции 1789 года.

В 1787 году Питт заключил с Францией очень выгодный для Англии торговый договор, игнорируя протесты парламентской оппозиции, выступавшей против всяких компромиссов с таким заклятым и «наследственным» врагом Англии, как Франция. В силу этого договора для подданных обеих стран был введен свободный проезд из одной страны в другую, устра нены некоторые торговые ограничения и уменьшены таможенные пошлины.

Британская дипломатия повсюду в Европе старалась усилить свое влияние. Летом 1790 года прусский министр иностранных дел Герцберг решил заставить Австрию выйти из войны с Турцией и уступить полякам Галицию. Он надеялся добиться этого при помощи Англии. В крайнем случае Герцберг готов был пойти и на войну против Австрии.

Император Леопольд II не имел никакого желания уступать Галицию и отказываться от завоеваний в Турции и со своей стороны тоже готовился к войне с Пруссией и надеялся, что Англия окажется на его стороне, как держава, заинтересованная в подавлении бельгийской революции. Обе стороны стянули армии к своим границам.

И. А. Мусский. «100 великих дипломатов»

Герцберг уже понял, что в Европе главенствует Пруссия, а Англия помогает ей как верный союзник.

Английские дипломаты действительно делали вид, что одобряют планы Пруссии. Гер цберг не понимал, что это была лишь игра, нужная Питту, пока не исчезла угроза войны Англии с Испанией из-за земель на Тихоокеанском побережье Америки. Он не подозревал и того, что одновременно Англия признала за Леопольдом II право на присоединение части турецкой Сербии, полагая, что «турки должны заплатить за разбитые горшки», как выра зился в Вене английский посол об убытках Австрии от войны. В Вене Питт через своих агентов утверждал то, что он отрицал в Берлине, и наоборот. Ничего не подозревавший Гер цберг пригласил дипломатов на конференцию в силезской деревне Рейхенбах, в военном лагере, вблизи главных сил прусской армии, сосредоточенных для нападения на Австрию.

Но Питт в это время уже готовил тяжелый удар для своего союзника – Пруссии. Он вовсе не хотел тратить английские субсидии на поддержку Пруссии в войне с Австрией за прусские интересы и не намеревался отдавать Австрию на съедение пруссакам, хотя ему и хотелось оторвать ее от союза с Россией и помешать завоевательным стремлениям на Востоке. Питт видел, что в 1790 году, при приблизительном равенстве сил Пруссии и Австрии, не Пруссия, а Англия стала вершительницей судеб европейского равновесия.

Прусский король, в последний момент почуяв недоброе, попытался под разными пред логами не пропустить английского и голландского послов в Рейхенбах, задержав их у Бре славля. Но после решительных протестов послы все же появились на конференции. Здесь карты Питта были открыты, и ослеплению Герцберга наступил конец. Отчасти обманутым оказался и император Леопольд II: если ранее британские дипломаты оставляли ему наде жду на передачу Австрии некоторых пограничных турецких крепостей, то в Рейхенбахе от него потребовали заключения мира с Турцией на основе восстановления строгого status quo, то есть прежних границ.

Австрия должна была отказаться от завоеваний за счет Турции и выйти из войны с нею с пустыми руками;

только при этом условии Англия, Голландия и Пруссия согласились помочь ей восстановить свою власть над Бельгией.

По Рейхенбахским соглашениям, подписанным 27 июля 1790 года, Пруссия отказалась от плана Герцберга, а Австрия – от завоеваний за счет Турции. Австрия обязалась выйти из Восточной войны на основе status quo и не помогать больше России. Следствием этого соглашения были австро-турецкое перемирие (сентябрь 1790 года) и окончательный мир в Систове (август 1791 года) между Австрией и Турцией. Зато Англия и Пруссия обязались содействовать восстановлению австрийской власти над Бельгией. Это был полный триумф дипломатии Питта: предотвратив войну между закоренелыми вратами – Австрией и Прус сией, Питт содействовал их сближению для борьбы с влиянием французской революции в Европе;

он сохранил и австрийскую Бельгию как буфер против революционной Франции.

После Рейхенбахских соглашений, уже в декабре 1790 года, австрийские войска заняли Брюссель и подавили революцию в Бельгии. В конце 1790 года конгресс представителей Англии, Австрии, Пруссии и Голландии, собравшийся в Гааге, окончательно признал и оформил восстановление власти Австрии над Бельгией.

В самом начале французской революции Питт надеялся, что она лишь ослабит глав ного противника и даже поможет Англии вытеснить отовсюду остатки французского вли яния. К тому же в эти годы он был занят борьбой против России. В силу всего этого в первые годы революции британский премьер-министр воздерживался от вмешательства в собственно французские дела.

В дальнейшем, начиная с 1792–1793 годов, Питт стал главным вдохновителем и орга низатором коалиции против Франции.

И. А. Мусский. «100 великих дипломатов»

После казни Конвентом Людовика XVI (1793) французский поверенный в делах был немедленно выслан из Лондона. Жирондисты и Дантон, упоенные победами в Бельгии, смело решились на разрыв с Англией. Они считали себя достаточно сильными, чтобы попы таться взять реванш за недавние поражения монархической Франции в борьбе с английской гегемонией. Они еще верили в скорую победу английской парламентской оппозиции над Питтом. Французским войскам был отдан приказ вступить в пределы Голландии. 1 февраля 1794 года Конвент по докладу Бриссо объявил Англии войну.

Не имея значительной армии, Питт следовал старой английской традиции – покупать союзников на континенте. Он заключил договоры о совместных действиях с Россией, Прус сией, Сардинией и Неаполем, обязавшись выплачивать всем им крупные субсидии. Золото и флот Англии стали сильнейшим врагом французской революции.

В марте 1794 года в коалицию входили Англия, Австрия, Пруссия, Россия, Испания, Голландия, некоторые германские княжества, Сардиния с Пьемонтом и Неаполь.

В 1796 году утомление от войны неимоверно возросло и в Англии и во Франции. Питту и Директории уже приходилось уверять население своих стран, что правительство желает мира. Осенью Питт послал в Париж лорда Малмсбери для мирных переговоров. Обе сто роны прекрасно понимали, что переговоры не могут привести к соглашению. Они создавали проволочки, надеясь выиграть время для передышки и переложить ответственность за про должение войны на своего противника. В декабре 1796 года Малмсбери ни с чем уехал в Лондон.

В 1798 году к власти во Франции пришел Наполеон Бонапарт. Он обратился к монархам Англии, Австрии и России с предложением как можно скорее прекратить военные действия, разумеется, на условиях сохранения за Францией всех ее завоеваний, то есть «естественных границ» – Бельгии, Голландии и левого берега Рейна.

Уильям Питт ответил на предложение Бонапарта знаменитой речью в палате общин.

Он разгадал скрытое намерение еще больше разделить союзников по коалиции и словами Цицерона категорически отверг сделанные Англии мирные предложения: «Почему я снова отрицаю мир? Потому что он ненадежен и опасен, потому что он не может быть заключен».

Австрия и Россия, со своей стороны, также не пожелали тогда принять протянутую Бона партом руку. Питт возглавил новую коалицию против Франции (1799).

Питт подавил выступления с крайней суровостью, даже жестокостью. Он попытался создать свободу торговли между Англией и Ирландией, но договор с ней, одобренный английским парламентом, не прошел в ирландском. В ответ на это Питт, используя подкупы, добился унии Англии с Ирландией. Затем Питт задумал провести акт об уравнении католи ков в политических правах с протестантами, но не нашел поддержки в общественном мне нии.

Уильям Питт счел благоразумным на время уйти от власти. В марте 1801 года, когда он подал в отставку, дело шло к заключению мира с Наполеоном.

Сразу же после ухода в отставку Питта начались мирные англо-французские перего воры. Возглавивший новый британский кабинет Аддингтон заключил в марте 1802 года в Амьене мирный договор с Францией и ее союзниками – Испанией и Батавской республикой.

Вскоре Амьенский мир был расторгнут (1803), и Наполеон начал деятельно готовиться к высадке на английские берега. Паника в Англии была так сильна, что без особых усилий оппозиции министерство Аддингтона пало, и Питт снова возглавил правительство (1804).

Именно в это свое последнее пребывание у власти Питт и оказал неоценимую услугу своей родине, переложив путем ловких дипломатических маневров и денежных субсидий все бремя войны на плечи континентальных держав: пока Наполеон бил австрийцев и русских, разорял Австрию и расчленял Германию, Англия была в безопасности.

И. А. Мусский. «100 великих дипломатов»

Разрыв дипломатических отношений между Россией и Францией и возвращение Питта Младшего на пост премьер-министра ускорили создание третьей коалиции европейских дер жав против наполеоновской Франции.

В 1804 году проводивший активную внешнюю политику Адександр I предложил Питту свой план достижения всеобщего мира. В нем, в частности, говорилось о необходимости введения в государствах конституционного правления. Реформированные государства отка жутся от применения силы и все спорные вопросы между странами будет решать междуна родный арбитраж.

Для согласования с английским правительством основ будущей коалиции в сентябре 1804 года в Лондон был направлен личный представитель Александра I Н.Н. Новосильцев.



Pages:     | 1 |   ...   | 6 | 7 || 9 | 10 |   ...   | 17 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.