авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 7 |

«МОСКОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ПУТЕЙ СООБЩЕНИЯ (МИИТ) ЮРИДИЧЕСКИЙ ИНСТИТУТ М. Ю. ЗЕЛЕНКОВ ТЕОРЕТИКО-МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ...»

-- [ Страница 3 ] --

— природа и содержательная наполненность субъективного всегда объективны, но это объективность более высокого и сложного порядка по сравнению с объективностью мира тех явлений, где во обще отсутствует субъективный фактор;

— именно наличие субъективного фактора во взаимодействии «включает» причинно-следственные связи. Следовательно, в любом взаимодействии, в котором присутствует субъективный фактор (и тем более в таком взаимодействии, как конфликт), именно субъек тивный фактор всегда и непременно выступает как ведущий, опре деляющий. Данный тезис имеет особое влияние в силу управления системой национальной безопасности, как со стороны людей, так и институтов власти.

С учетом всего, о чем шла речь до сих пор, С. Комаров счита ет, применительно ко всем явлениям и процессам, включающим в себя социальную компоненту и тем самым субъективный фактор, правомерно говорить о трех базовых уровнях стабильности:

1) системный уровень, складывающийся из закономерностей и тенденций материальной компоненты, рассматриваемых процессов, а также из наиболее крупномасштабных и долговременных тенденций соответствующей части социального (объективная компонента субъ ективного фактора);

2) когнитивный уровень, складывающийся из наличия у дейст вующего субъекта (или субъектов) необходимой, достаточной и своевременной информации о событиях, явлениях, процессах, раз вивающихся на первом уровне, а также из наличия у них опреде ленного понимания происходящего (что включает достигнутый уро вень знаний вообще и конкретное владение этими знаниями данным субъектом);

3) операционный уровень, складывающийся из ожиданий субъекта применительно к данной совокупности процессов (то есть какую их эволюцию он ждет или хотел бы видеть), а также из его времяощущения (рассматривает ли он эту эволюцию как нечто есте ственное или же неожиданное;

считает ли себя находящимся в цейт ноте или же полагает, что спешить некуда)1.

Тогда стабильность в комплексе объективно-субъективных взаимодействий можно определить как такое протекание процессов или динамическое состояние некоторой системы связей и отношений в пределах этого комплекса, при которых:

— материальные и макросоциальные компоненты этих процес сов или системы, каждый в отдельности и все они в совокупности, развиваются и эволюционируют без резких колебаний всех или важ нейших своих параметров в любую сторону;

— субъекты-участники таких процессов или системы знают и понимают происходящее либо имеют практическую возможность до См.: Комаров С. М. Методология и механизм формирования политической стабильности России в системе факторов обеспечения национальной безо пасности : дис. … докт. пол. наук. М., 2001.

быть недостающие им информацию или знания, не рискуя утратить при этом контроль над происходящей эволюцией;

— общая направленность процессов первых двух уровней в целом соответствует ожиданиям субъектов и не вызывает у них ощущения острейшего дефицита времени, угрожающего утратой контроля над эволюцией и возможностью реальной или воображае мой, крайне нежелательных либо даже катастрофических потенци альных последствий.

При этом наиболее существенно именно последнее: угроза су щественно теряет в своей опасности, если объект безопасности ее в принципе ждет, знает, как ей противостоять, имеет для этого воз можности (пусть даже только относительные) и запас времени. То есть категория стабильности непосредственно соприкасается с поня тием и явлением безопасности, как объективного состояния и субъ ективного восприятия некоей данности.

С этим согласен и М. И. Дзлиев, который считает, что стабиль ность — это не статичность, а динамика разнообразных процессов, не искажаемая отклонением внешних или внутренних условий жиз ни, особенно экстремальностью, которая создавалась или вызыва лась бы искусственно;

это предсказуемость принципиальных пара метров и состояний системы, направлений и тенденций ее эволюции;

и, наконец, возможность рационально и эффективно реагировать на перемены, в том числе на различного рода угрозы и опасности. При этом наиболее существенно именно последнее: если человек знает, как противостоять той или иной угрозе, она во многом теряет свою силу. Таким образом, стабильность непосредственно соприкасается с безопасностью как объективным состоянием и субъективным воспри ятием некой данности1.

Вышеперечисленное позволяет нам сформулировать категорию «стабильность» применительно к системе национальной безопас ность. Стабильность — это динамичное состояние, которое при из менении внешних и внутренних воздействий позволяет системе на циональной безопасности сохранять свои основные качественные и количественные параметры в установленных пороговых пределах.

В свою очередь можно выделить три уровня стабильности сис темы национальной безопасности. Первый уровень — стабильность политической и государственной власти (относительная продолжи тельность ее существования, неизменность основного состава). Вто рой уровень — стабильность политического режима (сохранение су ществующей в настоящее время политической системы, эволюцион См.: Дзлиев М. И. Каждому хочется жить в стабильном государстве // Вест ник Российской академии наук. Т. 68. 1998. № 1.

ный характер политических изменений, отсутствие политического насилия). Третий уровень — стабильность общности, народа (сохра нение территориальной целостности государства, обеспечение лич ной безопасности и благосостояния его граждан, улучшение охраны окружающей среды, поддержание демографического баланса и др.).

Таким образом, стабильность — это когда объект безопасности способен распоряжаться временем, а не время — объектом. Следова тельно, принципиально важно, с позиций какого именно субъекта констатируется и оценивается наличие как стабильности, так и угроз ей, — особенно применительно к проблемам национальной безопас ности.

В заключение, проанализировав категории «опасность», «уг роза» и «стабильность», сделаем следующие сущностные и содержа тельные выводы.

1. В широком плане опасность — это возможные или реальные явления, события и процессы, способные нанести ущерб или унич тожить индивида, социальную группу, народ, общество, государство и человечество в целом, нанести ущерб благополучию, разрушить материальные, духовные или природные ценности, вызвать деграда цию, закрыть путь к развитию науки в целом. В узком плане опас ность — это свойство элементов системы «субъект-объект», способ ное причинять ущерб объектам. Воздействия, способные вызывать негативные нарушения в функционировании объекта национальной безопасности (применительно к объектам национальной безопасно сти это личность, общество и государство) называются опасностями.

2. Опасность — наличие и действие сил (факторов), которые являются деструктивными и дестабилизирующими по отношению к какой-либо конкретной системе. Результатом появления опасности может быть какой-либо ущерб, ухудшающий состояние объекта на циональной безопасности и (или) условия его жизнедеятельности, а также придающий его развитию нежелательные динамику (характер, темпы) или параметры (свойства, формы и т.д.).

3. Анализ точек зрения на понятие и содержание угрозы пока зывает, что, в основном, угроза трактуется двояко: во-первых, как способ нарушения безопасности объекта, во-вторых, как возможная опасность нарушения безопасности объекта. В первом аспекте угро за имеет следующие значения: действия, способ совершения дейст вия, способ причинения ущерба. Во втором аспекте термин «угроза»

используется в составах создания опасности в качестве определен ной разновидности действий по нарушению безопасности объекта.

4. С точки зрения объективно-субъективной связи угроза пред ставляет собой совокупность двух компонент: во-первых, это субъ ективные намерения;

во-вторых, это объективные возможности при чинить ущерб. Применительно к теории национальной безопасности в качестве намерений выступают замыслы субъектов, направленные на причинение ущерба объектам безопасности. В качестве возмож ностей можно рассматривать наличие у этих субъектов сил и средств, необходимых для реализации этих замыслов.

5. Любую угрозу характеризуют, по крайней мере, четыре важнейших существенных признака. Во-первых, она есть наивысшая степень превращения возможного ущерба в действительность. Во вторых, угроза — это намерение одних субъектов причинить ущерб другим. В-третьих, это демонстрация готовности совершить насилие для причинения ущерба. В-четвертых, это динамически возросшая опасность.

6. К наиболее важным свойствам угрозы относятся избира тельность, предсказуемость и вредоносность. Избирательность ха рактеризует нацеленность угрозы на нанесение вреда тем или иным конкретным свойствам объекта безопасности. Предсказуемость ха рактеризует наличие признаков возникновения угрозы, позволяю щих заранее прогнозировать возможность появления угрозы и опре делять конкретные объекты безопасности, на которые она будет на правлена. Вредоносность характеризует возможность нанесения вреда различной тяжести объекту безопасности. Вред, как правило, может быть оценен стоимостью затрат на ликвидацию последствий проявления угрозы либо на предотвращение ее появления.

7. Стабильность — это динамичное состояние, которое при из менении внешних и внутренних воздействий позволяет системе на циональной безопасности сохранять свои основные качественные и количественные параметры в установленных пороговых пределах.

8. Стабильность — это устойчивое состояние системы нацио нальной безопасности, позволяющее ей эффектно функционировать и развиваться в условиях внешних и внутренних воздействий (изме нений), сохраняя при этом свою структуру. Стабильность — это не статическая, а динамическая характеристика системы национальной безопасности. Динамика процесса стабильности обеспечения безо пасности объекта не искажается экстремальностью внешних или внутренних факторов.

9. Стабильность — это предсказуемость наиболее существен ных, принципиальных параметров и состояний системы националь ной безопасности, направлений и тенденций ее эволюции и разви тия. Она позволяет органам управления системой национальной безопасности рационально, практически и эффективно реагировать на любые перемены, порождаемые потенциальными или вероятными опасностями и угрозами.

Глава 2. ТЕОРЕТИКО-МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ ОБЪЕКТОВ НАЦИОНАЛЬНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ 2.1. Методологическое обоснование категорий «этнос», «нация», «цивилизация» как объектов национальной безопасности В теории национальной безопасности категории «этнос», «на ция» и «цивилизация» играют одну из ключевых ролей. По данным экспертов наиболее значимым полем для распространения экстре мизма — одной из основных сегодня угроз национальной безопасно сти, являются межэтнические отношения (до 40%), политическое поле (12%) и религиозное (около 4—5%)1. Осознание сущности и содержания вышеперечисленных категорий позволяет исследовате лям вырабатывать необходимые рекомендации органам власти по повышению эффективности процесса обеспечения национальной безопасности государства. Однако стоит отметить, что сегодня в на учной литературе вокруг этих понятий ведется глубоко теоретиче ская дискуссия. Причем, как показало наше комплексно-системное исследование, единства мнений нет. Зачастую, считает А. Качкин, понятия этноса, нации, этничности смешиваются и не имеют чего либо общего с научными определениями2.

Попробуем и мы высказать свою точку зрения по этому поводу.

Итак, вначале поговорим о категории «этнос». А. Садохин от мечает, что научное осмысление термина «этнос» как специального понятия для обозначения особой общности людей произошло по су ществу лишь в последние десятилетия (1990-е гг., прим. автора).

Однако несмотря на пристальное внимание ученых к этой проблеме, как в отечественной, так и в мировой науке до настоящего времени не сложилось общепринятого определения сущности и структуры этноса3.

В англоязычной литературе слово «этнос» встречается редко.

Основа «этно» используется чаще всего в значении «народный», но в ином смысле, аналогичном тому, что имеем в виду мы, говоря «на родная медицина», «народная музыка», т.е. нечто принятое в наро де. Значит, пишет С. Лурье, следует предположить, что основа «эт См.: Доклад Российской Федерации о выполнении положений Рамочной конвенции о защите национальных меньшинств в рамках третьего цикла мо ниторинга, 2010. URL: http://www.coe.int/t/dghl/monitoring/minorities/ 3_FCNMdocs/PDF_3rd_SR_RussianFed_ru.pdf.

См.: Качкин А. В. Этническая мобилизация и процесс регионализации: фор мы и механизмы // Мир России. 2000. № 4.

См.: Садохин А. П. Этнология. М., 2000.

но» (ethno) имеет связь со словами ethnic (этнический), ethnicity (эт ничность)1. Под этнической общностью в науке понимается группа людей, которые связаны между собой общим происхождением и дли тельным совместным существованием.

Проведенные учеными антропологические исследования пока зали, что этническая идентичность часто является реакцией на про цесс модернизации2. По мнению Т. Г. Стефаненко, этнические общ ности занимают важное место среди множества социальных катего рий — социальных классов, профессий, социальных ролей, религи озной принадлежности, политических пристрастий и т.п. При по строении иерархии социальных категорий они оказываются на одном из верхних уровней, вслед за категоризацией людей как членов рода Homo sapiens3.

Еще в XIX в. многие теоретики полагали, что этничность и на ционализмы утратят свое значение или даже исчезнут под влиянием модернизации, индустриализации и индивидуализации. На деле же, как показывает теория и практика обеспечения национальной безо пасности России и других государств, сегодня наблюдается резкий рост этнической проблематики, особенно после распада системы со циализма, повлекшего за собой и распад многих полиэтничных госу дарств.

Для доказательства этого обратимся к социологическим и ста тистическим данным. По данным аналитического центра «Сова», на сильственные действия, по причине этнических или расистских пре дубеждений в отношении меньшинств, преимущественно из числа мигрантов, ежегодно отмечаются более чем в 40 регионах страны.

Чаще всего — в крупнейших городах. На Москву и Московскую об ласть в разные годы приходилось от 33 до 42% всех преступлений на этой почве, на Санкт-Петербург и область — 11—15%.

По данным Всероссийского центра исследований общественно го мнения (ВЦИОМ), доля людей, полностью или частично поддержи вающих лозунг «Россия для русских», возросла за период с 1998 по 2002 гг. с 45 до 55%. Исследование, которое провел аналитический Левада-центр 21—24 января 2011 г. зафиксировало, что лозунг «Россия для русских» разделяется 58% опрошенных респондентов.

Согласно опросу, проведенному радиостанцией «Русская служба но востей» по горячим следам событий декабря 2010 г., 87% слушате лей выступили с поддержкой демонстрантов на Манежной площади.

При этом 59% опрошенных представителей других этнических групп См.: Лурье С. Двойное дно этничности. М., 1998.

См.: Политология. Словарь. М. : РГУ, 2010.

См.: Стефаненко Т. Г. Этнопсихология. URL: www.psy.ru.

рассматривают данный лозунг как крайне реакционный и даже «фа шистский» по своей сути. Уровень ксенофобии в России на данный момент — один из самых высоких в мире, предупреждают правоза щитники. Примечательно, что по уровню негативного отношения к себе со стороны большинства российского населения, лидируют с 1990-х гг. и по сей день вовсе не выходцы из Центральной Азии, а народы Кавказа, особенно российского Северного Кавказа. Это вы воды Левада-центра. А по данным майского (2010 г.) опроса ВЦИОМ, 29% респондентов признали, что негативно относятся к представи телям кавказских народов (этот показатель не меняется с 2009 г.) и только 6% опрошенных не испытывают неприязни к выходцам из Средней Азии — таджикам, казахам, киргизам и узбекам.

Этничность — это не столько вопрос собственности или осо бенностей отдельно взятых групп, сколько характеристика их взаи моотношений. В процессе долгой совместной жизнедеятельности лю дей в рамках каждой группы вырабатывались общие устойчивые признаки, отличающие одну группу от другой. К числу таких призна ков, как правило, относят язык, особенности бытовой культуры, складывавшиеся обычаи и традиции того или иного народа или этно са (в различных языках и в научной литературе термины «народ» и «этнос» употребляются как синонимы)1. Данные признаки воспроиз водятся в этническом самосознании народа, в котором он осознает свое единство», прежде всего — общность своего происхождения и тем самым свое этническое родство. При этом он отличает себя от других народов, которым свойственны свое происхождение, свой язык и своя культура. Этническое самосознание народа рано или поздно проявляется во всем его самосознании, в котором фиксирует ся его происхождение, унаследованные традиции, понимание им своего места среди других народов.

Согласно В. Тишкову этничность утверждает себя вполне оп ределенно как устойчивая совокупность поведенческих норм или социально-нормативной культуры, которая поддерживается опреде ленными кругами внутриэтнической информационной структуры См.: Дарендорф Р. Элементы теории социального конфликта // Социологи ческие исследования. 1994. № 5;

Дмитриев А. В. Конфликтология : учеб. по собие. М. : Гардарики, 2000, Здравомыслов А. Г. Социология конфликта. М., 1994, Зеркин Д. П. Основы конфликтологии : курс лекций. Ростов н/Д, 1998, Конфликтология. СПб., 1998, Олейник А. Н. Основы конфликтологии. М., 1992;

Ростов Ю. Е., Трофимова Р.А. Конфликтология. Барнаул, 1995, Степа нов Е. И. Конфликтология переходного периода: Методологические, теорети ческие, технологические проблемы. М., 1996 и др.

(языковые, родственные или другие контакты)1. При этом суть за ключается в следующем: этническая идентичность задается, прежде всего, внутригрупповыми нормами поведения, особенности которых фиксируются языковыми, психологическими, нравственными, эсте тическими, религиозными и прочими средствами культуры. Дополни тельные прочность и единство этносу придают общность истории и сплоченность вокруг общих символов.

Таким образом, этнические общности являются важнейшими социальными структурами общества и объектами процесса обеспече ния национальной безопасности. К ним относятся племена, народно сти, нации. Одним из известных вариантов, раскрывающим генезис этноса, является подход на основе кровнородственных отношений.

Наименьшая кровнородственная группа — семья, объединение не скольких семей образовывало род, роды объединялись в кланы, не сколько кланов, объединившись, составляли племя. Племя — это уже более высокая форма общественной организации, которая в различ ные исторические эпохи существовала на различных континентах Земли. Существуют они и в настоящее время в некоторых частях азиатского, американского, африканского и австралийского конти нентов. Племена обладают собственным языком, территорией, опре деленной организацией, традициями.

В ходе культурного и экономического развития на основе пле мен складывались народности — этнические общности, в которых кровнородственные связи утрачивают свое определяющее значение.

Эти этнические образования объединяет общность территории, язы ка, культуры, системы хозяйствования. Народности существовали в рабовладельческую и феодальную эпохи: например племена, жив шие на Балканском полуострове образовали древнегреческую на родность. Восточнославянские племена, жившие на территории Ки евской Руси, объединились в древнерусскую народность.

Как уже говорилось выше, народность не стала устойчивой общностью. С развитием общества некоторые народности распались и дали начало некоторым нациям. Например, древнерусская народ ность распалась на три нации: русскую, украинскую, белорусскую2.

Другие народности объединялись в одну нацию: гасконцы, тулузцы, нормандцы — во французскую. Складывание наций шло одновре менно со складыванием централизованных государств. Английская и См.: Тишков В. А. Социальное и национальное в историко-антропологичес кой перспективе // Вопросы философии. 1990. № 12.

См.: Толковый словарь / Российский этнографический музей. URL:

http://www.ethnomuseum.ru/glossary.

французская нации образовались в XVI в., русская — в XVII в., не мецкая и итальянская — в конце XIX в.

В советской науке феномен этноса являлся довольно сложным многогранным явлением. Так П. Кушнер, в качестве главных призна ков называл язык и культуру1, Н. Чебоксаров добавлял к этому тер риторию и этническое самосознание2, С. Токарев включал в число этнических признаков общность происхождения и государственную принадлежность3, Н. Гумилев усматривал сущность этноса в особен ностях психических стереотипов4. Из множества определений этноса Н. Медведев5 выделяет определение, данное С. А. Арутюновым и Н. Н. Чебоксаровым, своеобразие которого заключается в том, что главным признаком этноса они обозначили не людей, а информацию, подлежащую обмену в межэтническом контакте: «Этносы, — пишут они, — представляют собой пространственно-ограниченные “сгустки” специфической культурной информации, а межэтнические контакты — обмен такой информацией»6.

Обобщив вышеизложенное можно сделать вывод, что в совет ском обществознании термином «этнос» (от греч. ethnos — народ, племя, стадо), как правило, обозначали естественно исторически сложившуюся социокультурную общность людей, отличающую себя от других подобных общностей и фиксирующую это отличие в своем названии (этнониме), а также в других идентификационных симво лах. В таком значении термин «этнос» оказался синонимом «народа»

или «народности».

Следует, однако, заметить, что русский термин «этнос» пре имущественно употребляется при изучении традиционных (родопле менных, тейповых и т.п.) отношений, тогда как английский термин ethnicity (этничность), пришедший к нам из западной социальной антропологии, отражает то, что происходит с «этносами» в условиях глобальной модернизации. В этом смысле «этничность» — это по форме и содержанию современное понятие. В западной социальной См.: Кушнер П. И. Этнические территории и этнические границы. М., 1951.

См.: Чебоксаров Н. Н. Проблемы типологии этнических общностей в трудах советских ученых // Советская этнография. 1967. № 4.

См.: Токарев С. А. Проблема типов этнических общностей (к методологиче ским проблемам этнографии) // Вопросы философии. 1964. № 11.

См.: Гумилев Л. Н. О термине «этнос» // Доклады отделений и комиссий Географического общества СССР. Вып. 3. Л., 1967.

См.: Медведев Н. П. Этнос, нация и политика: еще раз о сущности понятий.

URL: file://localhost/Слово% 20эксперта.mht.

См.: Арутюнов С. А., Чебоксаров Н. Н. Передача информации как механизм существования этносоциальных и биологических групп человечества // Расы и народы. Вып. 2. М., 1972.

науке «ethnicity» (этничность) и тесно связанное с ним понятие eth nic group (этническая группа) получили широкое распространение с 1960—70-х гг. В большинстве случаев этими терминами описывались классификации народностей, а также отношения между группами, осознающими свою культурную идентичность1.

Современный отечественный «Краткий словарь по социологии»

определяет этнос как исторически сложившуюся на определенной территории устойчивую совокупность людей, обладающих общими качествами, особенностями культуры и психологического склада, а также сознанием своего единства и отличия от других подобных об разований (самосознание)2. Например, как мы уже говорили выше, русский этнос был сформирован на базе славянского этноса. К сере дине IX в. относится начало формирования русской нации, что в значительной степени было связано с принятием в Х в. христианства в качестве государственной религии Киевской Руси. Дальнейшее складывание русской нации шло путем территориального и духовно го единения во имя борьбы с внешним врагом, формирования едино го Московского государства под лозунгом «Москва — третий Рим».

Как показывает мировая история, общность территории имеет первостепенное значение в период формирования этноса. После формирования нации, на основе слияния нескольких этносов, этот признак приобретает второстепенное значение, этнос продолжает ощущать свою идентичность и в период рассеяния (например, ев рейский этнос в период отсутствия единой территории). Значитель ную роль в формировании этнической общности может играть рели гиозное единство, которое приводит к формированию этноконфес сиональных образований (например, католики и протестанты Север ной Ирландии). Объединяющую роль играет и расовое единство.

По мнению С. В. Соколова, этнос служит для воспроизводства своих членов в процессе деторождения, социализации и воспитания.

Он заинтересован в увеличении своей численности с помощью уве личения рождаемости и сокращения смертей. Этнос стремится пре вратиться в социальный институт — национальное государство, в рамках человечества имеющий свою территориально-этническую организацию. В результате войн и природных катастроф этнос может быть разделен на разные части государственными границами, как это произошло сейчас с русскими3.

См.: Политология : словарь. М. : РГУ, 2010.

См.: Краткий словарь по социологии. М., 2002.

Степанов С. В. Социальная конфликтология. М. : ЮНИТИ, 2001. С. 166.

Ряд ученых, например, Ю. В. Бромлей1, рассматривают этнос как социокультурное явление, как общность, обладающую этниче ским самосознанием, т.е. обладающую общими чертами, стабильны ми особенностями культуры и психологического склада, сложившую ся на определенной территории. Например, при исследовании чувств, испытываемых представителями титульных народов респуб лик России — татарами, якутами, тувинцами — по отношению к соб ственным этническим общностям, было обнаружено, что за послед ние 10 лет XX в. все они стали воспринимать свою группу как более привлекательную. Повышение этносоциального статуса этих народов в новой социальной реальности сопряжено с ростом чувства само уважения, что проявляется в усилении чувства гордости и в сниже нии чувства стыда за свой народ.

Этнос характеризуется также существованием жестких куль турных и социальных механизмов интеграции, которые обусловли вают стремление личности видеть оправдание своего существования, основную ценность в своем растворении в сообществе. Существова ние личности в этом обществе культурно оправданно лишь в той сте пени, в какой она способна в максимальной степени подчинить себя, свои цели и средства утверждению существования целого, его функ ций. Личность, следовательно, утверждает себя лишь в той степени, в какой она себя обезличивает, в какой она способна раствориться в целом. Эта форма жесткой внутренней интеграции неотделима от крайних форм внешней дезинтеграции, т.е. противостояния внешним силам, общностям. В основе архаичных отношений древних сооб ществ лежит представление о том, что все общности вне «мы» — не что чуждое, несущее в себе абсолютную реальную и потенциальную враждебность людям, т.е. членам данного этноса. Как показывает история, пишет Г. Солдатова, на первых ступенях развития челове чества определяющим отношением между этносами был геноцид, т.е.

потенциальная и реальная угроза взаимного истребления2.

Так, по мнению историка Б. Ф. Поршнева, этнические катего рии и появились следом за этой глобальной категорией и ее проти воположностью (люди — нелюди). Поршнев попытался вывести пси хологические детерминанты межгрупповых отношений из материа лов человеческой истории и рассмотреть процессы, связанные с идентификацией индивида с группой, начиная с самых истоков ста новления человечества как социальной общности. Согласно его ги потезе субъективное Мы появляется, когда люди повстречались и См.: Бромлей Ю. В. Очерки теории этноса. М., 1983.

Солдатова Г. У. Психология межэтнической напряженности. М. : Смысл, 1998. С. 40—63.

обособились от каких-либо Они, т.е. осознали бинарную оппозицию «они — нелюди, мы — люди»: «Первое человеческое психологиче ское отношение — это не самосознание первобытной родовой общи ны, а отношение людей к своим близким животнообразным предкам и тем самым ощущение ими себя именно как людей, а не как членов своей общины»1.

Практически это означает, что исторически исходным отноше нием между этносами является господство отношений конфликта, возможно, нечто большего, чем конфликта в современном его пони мании. Это исходное отношение можно рассматривать по аналогии с расколом, как слабой способностью взаимопроникновения смысло вых полей групп, возможно, этносов, как преобладание взаимоот талкивания, возможно, взаимоистребления. Рассмотрение геноцида как культурно исходной предпосылки этих отношений вполне впи сывается в представление о расколе. Так, например, столкновения между этносами в древности рассматривалось сторонами как естест венные и неизбежные, как требующие мобилизации всех воинских доблестей этноса, всего эмоционального пафоса. Идеальная модель «войны против всех», если под «всеми» понимать обособленные со общества, имеет своим историческим прототипом именно эту ситуа цию. Экстраполяцию этого типа отношений теоретиками на позд нейшие типы общества, включая ранний капитализм, можно рас сматривать лишь как метафору, имеющую методологическое значе ние2.

Однако история учит, что господство этого принципа даже на первых ступенях развития общества не означает, что между этноса ми шла постоянная абсолютная истребительная война. Тем не менее это означает, что при возникновении любых проблем между этноса ми первичной, исторически и логически исходной основой для ос мысления ситуации, для вынесения конкретных решений является представление об антагонизме с иными этносами, представление об их виновности во всех бедах. Иначе говоря, в основе представления об отношениях между «мы» и «они» лежало нравственное представ ление об абсолютной чуждости, что давало санкцию на истребление как ответ на отсутствие взаимопонимания, на собственный страх, на случайные столкновения, на все что угодно.

Это представление позволяет сегодня воспроизвести историче ски и логически исходную точку формирования отношений между этносами. В мире господства тотемной культуры локальные сообще Поршнев Б. Ф. Социальная психология и история. М. : Наука, 1979.

С. 73—126.

URL: www.psy.ru.

ства воспринимали друг друга как отношение тотема и антитотема.

История, однако, раскрывает себя как возможность людей все даль ше и дальше отходить от примитивных представлений (хотя и не за прещает к ним возвращаться), разрабатывать ослабленные формы подобных представлений, принципиально новые взгляды на отноше ния этносов.

Н. Медведев основные теории к пониманию этнического фено мена свел к трем подходам — примордиалистскому, конструктивист скому и инструменталистскому1. С точки зрения примордиалистского (от лат. primordial — первичный, исконный) подхода, этничность, является органичным образованием. Это — присущее человеку ощу щение себя в качестве члена того или иного этноса и носителя той или иной культуры2. Представители конструктивистского направле ния, которые, отождествляя этничность с национальностью, этнос с нацией, по существу, сводят природу нации исключительно к субъ ективному моменту — самосознанию и чувству солидарности инди видов, относящих себя к той или иной этнической группе. С точки зрения конструктивистского подхода, этничность является новой со циальной конструкцией и не имеет культурных корней. Речь идет об искусственном политизированном образовании3. Приверженцы инст рументалистского подхода так же, как и конструктивисты, считают этносы (нации) искусственными образованиями (существование объ ективных атрибутов этнической группы отрицается), которые актив но используются некоторыми политическими лидерами для привле чения на свою сторону отдельных групп людей и консолидации их вокруг себя с целью дальнейшего преследования определенных по литических интересов. Этническая группа трактуется как общность, объединяемая интересами, а этничность — как средство для дости жения групповых интересов, мобилизации в политической борьбе4.

У. Юри считает, что все этнические группы в мире проходят через три этапа развития. Первый этап — этап зависимости и дис криминации. Затем следует этап независимости, что необязательно означает создание независимого государства. Речь идет о таком мо менте, когда люди берут под контроль свою собственную судьбу. Хо тя этот этап можно рассматривать как весьма положительный, он способен положить начало большому числу разрушительных кон См.: Медведев Н. П. Этнос, нация и политика: еще раз о сущности понятий.

URL: file://localhost/Слово% 20эксперта.mht.

Лурье С. Монологи из «тюрьмы народов». Размышления над притчей о сло не. Теоретические подходы к исследованию. М., 1996. С. 8.

Там же. С. 7—8.

Дилигенский Г. Г. Этничность: теория и опыт. М., 1993. С. 83—93.

фликтов. Третий этап, следующий за этапами зависимости и незави симости, — это стадия взаимозависимости, взаимовыгодного сущест вования с другими группами1. Ярким примером здесь можно привес ти генезис развития отношений между федеральным центром и че ченским этносом после развала СССР. Первый этап — пребывание в составе СССР, зависимость от Москвы и дискриминация чеченского народа после освобождения Северного Кавказа от немецко фашистских захватчиков. Второй этап — попытка приобретения не зависимости в 1990-х гг. под руководством Д. Дудаева. Третий этап — взаимовыгодное сотрудничество под руководством клана Кадыро вых с федеральным центром в составе Российской Федерации.

Хотя, как показывает мировая история, бесконечное количест во этносов, племен исчезло во взаимной борьбе, тем не менее чело вечество сумело уцелеть, так как всегда существовал противопо ложный полюс, т.е. возможность сосуществования этносов, их слия ния, всегда в той или иной форме и масштабах существовал меха низм культурного взаимопроникновения. Это не только уводило лю дей от взаимного истребления, но и формировало критику опасной архаичной парадигмы. Однако движение в этом направлении требо вало от людей напряженного стремления выйти за рамки историче ски сложившихся форм отношений.

Один из классиков мировой этноконфликтологии американский ученый Дональд Хоровиц отмечает, что ни государственные деятели, ни обществоведы не оказались готовы к возрастающей значимости этничности. После Второй мировой войны, подчеркивает ученый, сложилось представление о том, что, по крайней мере, индустриаль но развитые страны «переросли» политические процессы, основан ные на этничности. «Вплоть до недавнего времени, — писал Д. Хоро виц, — область этнических отношений была тихой заводью в обще ствоведении, и первым ответом на возрастающую волну этнических конфликтов была трактовка последних как эпифеноменов»2. Осозна ние общности судьбы проходит (если проходит) стадию соединения этносов в рамках единой государственности, как попытка расширить зону замирения, сферу «мы».

Таким образом, понятие этноса трактуется различными учены ми по-разному. Некоторые исследователи берут за основу объектив ные характеристики — язык, территорию, образ жизни, религию и т.п., другие — поведение, третьи — ощущение принадлежности к определенной группе — самоидентификацию. Однако можно все См.: Юри. У. Этнические конфликты. Что можно сделать? // Конфликтология : хрестоматия. Ростов н/Д : РГУ, 2001.

См.: Horowitz D. Ethnic Groups in Conflict. Berkley, etc., 1985.

таки среди множества суждений найти и обобщающие характеристи ки. Исходя из вышеизложенного, под этносом в дальнейшем будем понимать исторически сложившуюся на определенной территории устойчивую совокупность людей, прошедшую несколько этапов эво люции и обладающую общей экономической и духовной культурой, особенностями психологического склада, общностью самосознания1.

Наиболее высокий уровень развития этноса — нация. Нации — наиболее многочисленные этнические образования, отличающие ся общностью самосознания, определенным национальным характе ром и психическим складом. Представители одной нации, помимо общего языка и культуры, обладают общей ментальностью и терри торией.

Анализ научной литературы позволяет утверждать, что сегодня существует несколько методологических подходов к тому, как в ди намике племя преобразовалось в нацию.

Во-первых, согласно одному из подходов с разложением пер вобытнообщинного строя распадались и племена. С переходом к ци вилизации, пишет В. Н. Лавриненко, на первый план вышли не ро довые, а социальные связи между людьми, племя уступило место другому типу этнической общности — народу. Все народы как этни ческие общности на стадии цивилизации (будь то народы Древней Греции и Древнего Рима, Египта, Индии или Китая, а в более позд ние периоды — народы Франции, Германии или России) всегда отли чались и отличаются своими особыми социально-этническими при знаками, в том числе особенностями своего происхождения, языка, культуры, этнического самосознания и т.д. В отличие от племен на роды достигали в эпоху цивилизации несравненно большей социаль но-этнической консолидации и более высокого (на несколько поряд ков, как фиксируют этнографы, историки, лингвисты и другие спе циалисты) развития своего языка, материальной и духовной культу ры. Именно в это время начали складываться национальные и ду ховные характеры многих народов, что нашло свое выражение в их социальном сознании и самосознании. Другими словами, племена сменились формирующимися древними народами — нациями, дос тигшими своего расцвета в последующие исторические эпохи. Фор мирование наций, начавшееся с разложением родоплеменного строя, завершилось с развитием машинного производства и капиталистиче ского рынка, связавшего все районы и области той или иной страны в единый экономический организм. Интенсификация экономического общения неизбежно активизировала политическое и культурное об См.: Концепция национальной образовательной политики Российской Феде рации, утвержденная приказом Минобрнауки России от 03.08.2006 № 201.

щение людей, что привело к консолидации их как наций, расцвету культуры и национального характера1.

Во-вторых, первобытнообщинные племена развивались в на родности, а последние — в нации. При этом народности и нации на делялись, по сути, одними и теми же признаками, о которых будет сказано ниже. Говорилось, что народности и нации различаются ме жду собой по степени развития данных признаков и что со временем народности становятся нациями. Подобный, как выяснилось, во мно гом искусственный критерий разграничения наций и народностей, считает В. А. Акиндинов, не получил сколько-нибудь доказательного научного обоснования. Остается неясным, какую этническую общ ность, будь то, например, киргизы, чеченцы, якуты, можно считать нацией, а какую — народностью и как определить момент перерас тания народности в нацию2.

В то же время один из известных отечественных этнографов М. В. Крюков, по мнению авторов труда «Основы социологии»3, не безосновательно утверждает, что, например Ленин употреблял тер мины «нация», «национальность», «народность» в качестве синони мов и что противопоставление наций и народностей было введено Сталиным в 1921 г. в тезисах «Об очередных задачах партии в на циональном вопросе». По мнению М. В. Крюкова, это было «теорети чески несостоятельным и практически вредным», ибо искусственно порождало новые межэтнические противоречия, связанные с тем, что не все этнические общности считали справедливым произволь ное отнесение одних из них к нациям, а других — к народностям.

Как и многие другие этнографы, М. В. Крюков, в свое время, предла гал вернуться к употреблению словосочетания «народы Советского Союза», подобно тому, как это обозначено в известной «Декларации прав народов России»4. В том и другом случаях термин «народы»

заменяет термины «нации» и «народности», различие между кото рыми чисто условное. Законодательно это было закреплено в Кон ституции СССР 1977 г. «Это — общество зрелых социалистических общественных отношений, в котором на основе сближения всех классов и социальных слоев, юридического и фактического равенст ва всех наций и народностей, их братского сотрудничества сложи лась новая историческая общность людей — советский народ».

Лавриненко В. Н. и др. Социология : учебник для вузов / под ред. проф. В.

Н. Лавриненко. 2-е изд., перераб. и доп. М. : ЮНИТИ-ДАНА, 2000. С. 150.

Основы социологии / под ред. В. А. Акиндинова. Серпухов, 2001. С. 132.

Там же. С. 133.

Советская этнография. 1989. № 4. С. 9, 11.

В отечественной и зарубежной литературе можно встретить множество суждений о нациях, сформировавшихся задолго до капи тализма. Так, видный французский ученый Э. Ренан считал, что на ции существовали еще в начале средних веков, начиная с конца Римской империи или, лучше, со времен разложения империи Карла Великого»1.

Сегодня в мировой практике понятие «нация» означает союз граждан одного государства. Нация, считает В. Тишков, — это, пре жде всего «согражданство, социальное сообщество граждан, состав ляющих государство». Именно эти государства-нации образуют ми ровое сообщество государств, в том числе Организацию Объединен ных Наций2. В этом контексте в мировом политическом языке, меж дународно-правовой практике и в теории существуют и используют ся понятия «государства-нации», «национальные интересы», «на циональная армия», «национальная безопасность», «национальная экономика». В этом смысле данное слово используется, например, в названии — Организация Объединенных Наций. Это организация не каких-то экономических или культурных сообществ, а именно суве ренных государств, которые принято называть национальными пото му что, как правило, государства Нового времени формировались на базе одного или нескольких крупных этносов. Поэтому, определяя соотношение понятий «этнос» и «нация», многие ученые исходят из того, что нация — это этнос, обретший свою государственность.

Только при этом, по их мнению, надо обязательно подчеркнуть, что границы между государствами никогда точно не совпадали с грани цами локального проживания представителей конкретных этносов.

Многие этносы вообще часто оказывались разделенными границами государств (поляки, армяне). А логика становления крупных госу дарств диктовала необходимость объединения множества этносов под одну государственную «крышу», например, американцы (граж дане США) — это одна нация, хотя этносов в ней перемешано види мо-невидимо.

Такое понимание нации, пишет Н. Медведев3, было преобла дающим в мире с эпохи Французской революции XVIII в. вплоть до национально-освободительных движений XX в. в регионах Азии и Африки. Как создатели национальных государств в Европе в XVIII, XIX вв., так и лидеры антиколониальных движений (Ганди, Неру, Мандела, Мугабе, Бхутто) никогда не ставили целью создавать госу Ренан Э. Что такое нация // Соб. соч.: в 12 т. Т. 4. Киев, 1902. С. 8.

Тишков В. А. Дилеммы развития России // Этнополис. 1992. № 1. С. 76—77.

См.: Медведев Н. П. Этнос, нация и политика: еще раз о сущности понятий.

URL: file://localhost/Слово% 20эксперта.mht.

дарство по этническому или расовому признаку и реализовывать принципы «один народ (в этнокультурном смысле) — одно государ ство», более того, они были решительными противниками трайбо лизма и этнического сепаратизма. Сильной стороной этой концеп ции, считает Н. Медведев, является то, что она опирается на демо кратические и гуманитарные принципы цивилизационного процесса, когда этнос рассматривается не как субъект политики, а как носи тель определенной культуры. Так смотрят на этнос сегодняшние ев ропейцы, у которых весьма популярна идея «общеевропейского до ма». На этой основе собственно и строится политика межгосударст венных и межрегиональных отношений в Европейском Союзе. Сла бой стороной является, чрезмерный акцент в определении «нации»

только на «социальное согражданство». При таком подходе фактиче ски исключается этническое начало, не раскрываются специфиче ские признаки нации как этносоциальной общности и государствен ного образования1.

Итак, что же такое нация? В большинстве западных учебников политологии исходят из следующего определения понятия «нация» и генезиса этого понятия: «нации (от лат. nasci — родиться) — это сложный феномен, образуемый совокупностью культурных, полити ческих и психологических факторов. В культурном измерении нации представляют собой общность людей, связанных между собой общи ми обычаями, языком, религией и исторической судьбой. В полити ческом измерении нация — это общность людей, осознающая себя как естественно сложившееся политическое сообщество, что чаще всего находит выражение в стремлении к обретению — или сохране нию — государственности, а также в присущем этой нации граждан ском самосознании. Наконец, в психологическом аспекте нации предстают общностью людей, связанных отношениями внутренней лояльности и патриотизма. Последнее, однако, не является объек тивной предпосылкой принадлежности к нации, — человек принад лежит к ней и в отсутствии этих установок»2.

Проведенное С. Степановым исследование генезиса данного понятия показывает, что в объяснении его сущности и содержания встречаются множество различных, порой несовпадающих, взглядов.

Так, И. Г. Фихте делил нации на «нормальные» и «дикие», неспособ ные к «духовному творчеству». Э. Ренан справедливо утверждал, что нацию нельзя сводить к той или иной расе. Раса указывает «на род См.: Медведев Н. П. Этнос, нация и политика: еще раз о сущности понятий.

URL: file://localhost/Слово% 20эксперта.mht.

Хейвуд Э. Политология : учебник для студентов вузов / пер. с англ. ;

под ред. Г. Г. Водолазова, В. Ю. Бельскогго. М. : ЮНИТИ-ДАНА, 2005. С. 132.

ство по крови», а нации могут складываться в процессе совместной жизни и «перемешивания» представителей разных рас. «Самые большие страны — Англия, Франция, Италия — это те, в которых кровь наиболее перемешена1. Именно данное обстоятельство харак теризует нации этих стран. Поистине нет нации, все представители, которой относились бы к одной расе. В отличие от И. Фихте, Э. Ре нан противник расизма и шовинизма. Немецкий социолог М. Вебер, критиковал традиционные признаки нации на примере евро американских наций и определял нацию как этническую общность, стремящуюся к созданию своего государства, способного создать условия для воспроизводства (сохранения) и развития данных при родокультурных ценностей (русских, латышских, татарских и др.).

Он также рассматривал нацию как естественное место воспроизвод ства и развития природокультурных ценностей, таких как физиче ский и психологический тип, язык и религия, культурные традиции и т.п. Согласно Гердеру характер всякой нации определяется такими факторами, как природная среда, климат и физическая география, — факторами, формирующими и стиль жизни, и трудовые привычки, и предпочтения, и творческие наклонности людей. Превыше всего Гердер ставил фактор языка;

в нем он видел воплощение характер ных для народа традиций и его исторической памяти. Каждой нации, по Гердеру, присущ свой Volksgeist (нем.) — буквально «дух наро да»;

наиболее характерные черты народа, находящие выражение в его культуре и языке, что находит свое выражение в песнях, мифах и легендах и является для данного народа источником всех и всяких форм творчества3.

Австрийский социолог О. Бауэр указывал на естественные и культурные признаки нации. Он писал, что нация как «естественная общность» исходит из «физической обусловленности наследственно сти, посредством которой детям передаются свойства родителей»4.

Однако главными отличительными признаками нации О. Бауэр счи тал язык и культуру. «Общность происхождения без культурной общности всегда образует только расу и никогда не создает нации», — утверждал он. Национальное сознание трактуется им как осозна ние того факта, что люди сходятся между собой в обладании извест ными культурными ценностями, а также в направлении их воли, что Ренан Э. Что такое нация. С. 95.

Степанов С. В. Социальная конфликтология. М. : ЮНИТИ, 2001. С. 166.

Медведев Н. П. Этнос, нация и политика: еще раз о сущности понятий. URL:

file://localhost/Слово% 20эксперта.mht.

Бауэр О. Национальный вопрос к социал-демократия. СПб.,1909. С. 13.

и составляет особенности их национального характера. Теоретиче ское национальное осознание есть осознание того, что я и мои со племенники суть, продукты одной и той же истории1. В 1909 г. О.

Бауэр опубликовал идею о том, что нация, этнос должны быть опре делены не как объединение людей, живущих на одной территории, а как их личный, персональный союз, который должен быть юридиче ски оформлен в качестве «экстерриториальной коллективной едини цы».2 Близкую позицию занимал Н. Бердяев, определяя нацию как единство исторической судьбы, а национальное сознание — как осознание этой судьбы.

Национальное самосознание — осознание положения, места и роли своей национальности в системе общественных, в том числе международных отношений. Оно, возникнув раз, приобретает отно сительную самостоятельность, благодаря которой нации, народности выступают как общности людей, имеющие не только объективные связи (экономические, территориальные и т.д.), но и связи, осно ванные на самосознании. Наиболее элементарным в национальном самосознании является осознание своей национальной принадлеж ности. Оно в широком смысле имеет сложную структуру: сознание этнической общности и отношения к другим общностям;


привержен ность к национальным ценностям (языку, культуре, территории);

сознание социально-государственной общности;

патриотизм и т.д. К. Маркс делил этносов на стадиальные типы — племена, на родности, нации, на основе соответствия определенным обществен но-экономическим формациям. Согласно его теории нация — особая форма этнической общности людей, присущая буржуазной эпохе (капиталистической формации). Этническое понимание нации было доминирующим на протяжении советского периода, с некоторой кор ректировкой в конце 1960-х — начале 1970-х гг. в связи с появлени ем «новой исторической общности — советского народа».

В. И. Ленин выделил пять признаков нации — общность терри тории, языка, культуры и обычаев, национальное сознание, эконо мические связи. При этом экономический фактор являлся домини рующим в определении нации. Он критиковал тех, кто смешивал на цию с расой и племенем, представлял ее как дальнейшее продолже ние и усложнение родоплеменных связей, как вечное, природное, внеисторическое явление. Ленин также подверг критике идеалисти ческую психологическую теорию нации О. Бауэра. Ленин подчерки вал, что нация по своему происхождению, сущности и роли в обще Бауэр О. Национальный вопрос к социал-демократия. С. 135.

Там же.

См.: Политология : словарь. М. : РГУ, 2010.

ственном развитии социальна. Началом исторического этапа образо вания нации Ленин считал конец средних веков, а ее экономической основой — капитализм с его требованием создания внутреннего рынка и общего для нации языка как важнейшего орудия торговых связей1.

Частично с В. Лениным согласен и немецкий социал-демократ К. Каутский, который считал язык и территорию главными чертами нации, которая подвержена постоянной смене общественных отно шений, представляющих в различных условиях «нечто весьма раз личное».

По выражению Президента Российской академии социальных наук, академика Российской академии наук, директора Института социально-политических исследований Г. В. Осипова — «в новой России у русских, в отличие от других народов, имеющих собствен ное национально-территориальное и национально-государственное образование, нет ни своей республики, ни своей автономии. Русский народ оказался пораженным в правах и лишился прав субъективно сти. Он утратил статус государствообразующего сектора. После г. русские потеряли свою государственность»2.

Определение нации, доминировавшее в советском общество ведении, было сформулировано в работе И. В. Сталина 1913 г.

«Марксизм и национальный вопрос». Оно сориентировало не только советскую этнографию, но и весь комплекс гуманитарного знания на этноплеменное происхождение нации. «Согласно этой теории нация определяется как высшая форма этнической общности, а националь ная государственность мыслится только как этнонациональная госу дарственность»3.

Сторонники материалистической теории выдвигали в качестве существенной основы нации общность экономических связей. В Со ветском Союзе закрепилась и получила дальнейшее развитие мар ксистско-ленинская теория национального вопроса. Согласно этому определению, нация — «исторически сложившаяся устойчивая общ ность людей, возникшая на базе общности четырех основных при знаков, а именно: на базе общности языка, общности территории, общности экономической жизни и общности психологического скла Ленин В. И. Полное собр. соч. (5-у издание) М. : Издательство политической литературы, 1965-75. Т. 25. С. 260.

Титов Н. Н. Национализм и Россия, URL: http://www.otchizna.info/Sibir/Titov/ Nasionalizm.htm.

Здравомыслов А. Г. «Священность» этноса или релятивизм национальной конструкции? Размышления о книге В. А. Тишкова «Очерки теории и полити ки этничности в России». М. : Русский мир, 1997 // Социологический журнал.

1998. № 3/4.

да, проявляющегося в общности специфических особенностей на циональной культуры». Как видим, в нациях сочетаются природные и социальные свойства. Во всяком случае, думается, что нации нельзя сводить ис ключительно к природным явлениям, как это делают некоторые уче ные. Даже если допустить, что одним из существенных признаков нации является общность ее происхождения от каких-то предков, то и в этом случае нельзя иметь в виду, что нация не сводится к данно му признаку. В качестве других признаков нации Э. Ренан и другие исследователи называют общность языка, территории экономиче ской жизни2, которая, по утверждению К. Каутского, стала склады ваться еще в ХIV в., т.е. в средние века, и завершилась при капита лизме.

Одним из признаков нации Э. Ренан называет общность инте ресов входящих в нее людей. Общность интересов обусловливается, по Э. Ренану, общими условиями жизни, общностью истории и судь бы и представляет собой могущественный фактор становления и развития нации. Со временем формируется более или менее богатый духовный мир нации, объединявший всех ее представителей. «Нация — это душа», — заявляет Э. Ренан3.

Духовные признаки нации отмечают и многие другие мыслите ли. Так, французский социолог и социальный психолог Густав Лебон исходил из того, что каждый народ обладает душевным строем столь же устойчивым, как и его анатомические способности. Из этого «ду шевного строя» возникают чувства народа, его мысли, верования, искусство, а также различного рода учреждения, регулирующие его общественную жизнь. Г. Лебон говорил о «душе народа» и о том, что только она сохраняет нацию. Душа народа — это его нравы, чувства, и способы мышления. Когда портятся нравы, нации исчезают, ут верждал Г. Лебон. При этом он ссылался на пример Древнего Рима.

Римляне, по его словам, имели очень сильный идеал. Этот идеал — величие Рима — абсолютно господствовал над всеми душами. В этом была и сила Рима. Впоследствии на первый план вышли стремление к роскоши, разврат, что ослабило нации, «когда варвары явились у его ворот, его душа была уже мертва»4.

Сталин И. В. Национальный вопрос и ленинизм, URL:

http://www.hrono.ru/libris/stalin/11-10.html.

См.: Ренан Э. Что такое нация. С. 99;

Каутский К. Национальность нашего времени. С. 21—30.

Ренан Э. Что такое нация. С. См.: Лебон Г. Психология народов и масс. СПб., 1989.

Идею «души народа», как «души нации» поддерживал и раз вивал Вильгельм Вундт. Он справедливо утверждал: «Чтобы понять душу народа, надо знать его историю. Полезными, по его словам, будут знания по этнологии, искусству, науке, религии, языку и обы чаям»1.

Надо заметить, что основоположники марксизма-ленинизма также считали, что на основе длительной совместной жизни людей, связанных единой экономикой, территорией и языком, возникает также общность духовной жизни — важный фактор развития нации2.

Если этнос воспроизводится через систему внутренних браков или через социализацию, то складывание нации часто сопровожда ется формированием единого национально-территориального обра зования — государства. Например, исторически Российская империя сложилась как огромное многонациональное государство. К началу XX в. на его территории насчитывалось 165 народов. В результате Первой мировой войны, революции, Гражданской войны произошел распад этого объединения и сформировался ряд независимых госу дарств: РСФСР, Польша, Финляндия, Украина, Белоруссия, Армения, Азербайджан, Грузия, Литва, Латвия, Эстония, Хорезмская и Бухар ская республики.

В конце 1922 г. был создан Советский Союз, в состав которого вошли РСФСР, УССР, БССР и Закавказская Федеративная Социали стическая Республика. В 1923—1924 гг. произошло национально государственное размежевание в Средней Азии: образовались Уз бекская, Киргизская, Туркменская союзные республики.

Конституция СССР 1936 г. зафиксировала право союзных рес публик на самоопределение вплоть до отделения, но оно носило декларативный характер, так как механизма выхода из СССР не бы ло предусмотрено. Чем в дальнейшем и воспользовались руководи тели РСФСР, Белоруссии и Украины, когда в 1991 г. объявили о вы ходе из СССР, что в итоге привело к его развалу. В эти годы берется курс на унификацию национальной жизни. Русский народ был объ явлен «старшим братом» всех остальных вошедших в союз наций и народностей, сложилась иерархия национальных статусов (союзные, автономные республики, округа и т.д.).

До начала перестройки для нашей страны был характерен вы сокий уровень национальной терпимости. По данным опроса, в нача ле 1989 г. одинаково относились к людям любой национальности 77% опрошенных, для 8,6% национальные вопросы вообще были безразличны. Сравнительно высок был и уровень межнационального Вундт В. Проблемы психологии народов. М., 1982. С. 22—26.

Краткий словарь по научному коммунизму. М., 1989. С. 239.

общения: 84% населения было удовлетворено межнациональными отношениями по месту работы, 44% положительно относились к межнациональным бракам, 55% имели родственников другой нацио нальности, а у 88% были друзья среди лиц другой национальности.

В то же время 2,7% отрицательно относились к лицам другой нацио нальности, а 8,7% считали, что в их регионе должны жить только лица коренной национальности. В 1980-е гг. перестройка, либерали зация общественной жизни дали надежду многим народам на воз можность пересмотра своего статуса и положения1. Этими настрое ниями воспользовались национальные элиты, стремящиеся к власти.

И конфликты стали реальностью жизни в бывшем СССР2.

Доктор исторических наук В. Д. Шуверова так пишет по этому поводу: «Развитие ситуации в межнациональных отношениях бывше го СССР предсказывалось в работах английских, американских уче ных. Большинство прогнозов, как показало время, достаточно точно отражало перспективы развития советского общества. Прогнозиро вались различные возможные варианты развития в случае, если го сударство не будет разрушено. Специалисты, анализируя англо американскую историографию по этой проблематике, отмечали, что развитие этнической ситуации прогнозировалось в виде четырех возможных вариантов событий: «ливанизация» (этническая война, аналогичная ливанской);


«балканизация» (наподобие сербско хорватского варианта): «оттоманизация» (распад подобно Осман ской империи);

мирное развитие событий с возможным преобразова нием Советского Союза в конфедерацию или организацию госу дарств, подобную ЕЭС или Британскому содружеству. Националистические проявления в ряде республик насторожи ли центр, но никаких действенных мер по их локализации предпри нято не было. Первые беспорядки на этнополитической почве про изошли весной 1986 г. в Якутии, а в декабре этого же года — в Ал ма-Ате. Затем последовали демонстрации крымских татар в городах Узбекистана (Ташкенте, Бекабаде, Янгиюле, Фергане, Намангане и др.), в Москве на Красной площади. Началась эскалация этнических конфликтов, приведших к кровопролитию (Сумгаит, Фергана, Ош).

Проблемы национального устройства СССР всегда была очень важной: на территории бывшего СССР проживало 128 этносов, составляющих 40 наций, около 50 народов, 30 национальных и этнических групп. При распаде СССР оказалось, что четверть населения, т.е. около70 млн. человек, живут за пре делами своих национальных государственных образований (по крайней мере 25 млн. из них составляют русские) — Прим. автора.

Шуверова В. Д. История этнических отношений в СССР (1970—1980-е гг.) в англо-американской историографии: дис.... докт. ист. наук. М., 1993. С. 316.

Там же.

Зона конфликтных действий расширилась. В 1989 г. возникло не сколько очагов конфликтов в Средней Азии, Закавказье. Позднее их огонь охватил Приднестровье, Крым, Поволжье, Северный Кавказ.

Только за период с 1988 по 1991 гг. на этнической почве в бывших советских республиках произошло более 150 конфликтов, в том чис ле около 20, повлекших человеческие жертвы1.

Некоторые ученые (В. И. Тишков и др.) предлагают граждан ско-государственный признак нации в качестве основного. В зару бежной, особенно англо-американской, этнологии этот подход явля ется признанным, однако так называемая немецкая школа трактует нацию в качестве объединения людей, где главным считаются такие признаки, как язык, культура, характер и др., свойственные каждо му этносу, но уже на довольно высоком уровне развития государст ва, экономики и культуры. К последней школе близки и, как уже бы ло сказано, представители марксистского направления2.

В советский период в обиход была введена градация наций на капиталистическую и социалистическую. Нация капиталистического общества, писал В. И. Ленин, — историческая общность людей, сло жившаяся в ходе формирования общности их капиталистических экономических связей, территории, литературного языка, некоторых особенностей культуры и характера. Нация капиталистического об щества — «неизбежный продукт и неизбежная форма буржуазной эпохи общественного развития»3. Нация социалистическая — новая социальная общность людей, выросшая из нации или народности капиталистического общества в процессе ликвидации капитализма и победы социализма, у которых сохранились, хотя и получили каче ственно новое развитие, определенные этнические особенности, но в корне преобразился на социалистических, интернационалистических началах весь уклад политической, социально-экономической и ду ховной жизни4.

Как отмечает Л. А. Стешенко, «в широком смысле категорию “нации” можно определить как этносоциальную (и не всегда кровно родственную) общность со сложившимся устойчивым самосознанием своей идентичности (общность исторической судьбы, психологии и характера, приверженности национальным материальным и духов ным ценностям, национальной символике, национальным чувствам) и также (преимущественно на этапе формирования) территориально См.: Мукомель В., Паин Э., Попов А. Союз распался — межнациональные конфликты остались // Независимая газета. 1992. 10 янв.

См.: Дмитриев А. В. Конфликтология. М. : Гардарики, 2000.

См.: Ленин В. И. Полн. СОБР. соч. Т. 26. С. 75.

См.: Краткий словарь по научному коммунизму. М., 1989. С. 240.

языковым и экономическим единством, которые в дальнейшем, под влиянием интеграционных и миграционных процессов, проявляют себя неоднозначно, нередко утрачивая свое определяющее значе ние, хотя отнюдь и не исчезающее. В силу жизненных различных коллизий национальное единство может поддерживаться как мате риальными, так и (у ряда наций) духовно-психологическими факто рами, в частности общностью происхождения и исторической судь бы»1.

Обобщая сказанное выше, можно утверждать, что нация — это особая историческая общность людей, характеризующаяся общно стью ее происхождения, языка, территории, экономического уклада, а также психологического склада и культуры проявлявшихся в общ ности ее этнического сознания и самосознания.

При этом национальное в любых своих проявлениях связано с уникальными этническими характеристиками нации. Эта связь все гда имеет место. Так, экономические или политические отношения приобретают национальное содержание ровно настолько, насколько они связаны с решением этнических проблем жизни народов и на ций. За этими пределами они могут оказаться социально-классовыми или какими-то другими отношениями, но не национальными. Нацио нальный характер они приобретают тогда, когда их социальное со держание органически соединяется с этническим, т.е. в результате «переплавки» получается новый сплав.

Таким образом, исходя из приведенного нами рассуждения о сущности категорий «этнос» и «нация», отметим, что в теории на циональной безопасности вполне приемлемо употреблять термины «этнос», «народ», «нация», как синонимы, т.е. рав нозначные по смыслу, скажем, русский народ есть русский этнос и русская нация. Объем и значение данных явлений и выра жавших их понятий и терминов, по сути, одинаковы. То же относится к украинскому, казахскому или французскому и немецкому народам (этносам, нациям), соответствующим понятиям и терминам. Как вид но из вышеперечисленных мнений мировых ученых, в настоящее время многие из них демонстрируют именно такой подход к данному вопросу. Как тождественные употребляет понятия «этнос» и «народ»

Л. Н. Гумилев. В. А. Тишков, известный российский ученый этнограф, предлагает вместо понятий «народность» и «нация» упот реблять понятие «народ»2. Американский политолог К. Дейч кратко См.: Стешенко Л. А. Многонациональная Россия: государственно-правовое развитие. X—XXI вв. М. : НОРМА, 2002. С. 13—135.

Основы социологии / под общ. ред. В. А. Акиндинова. Серпухов, 2001. С.

133.

и однозначно определяет нацию как народ, обладающий государст вом1.

Однако, в Российской Федерации, отмечает В. Панченко, в по следнее время распространилась идея возможности существования нации вне собственной государственности, с признанием за любой национальностью стремления к ее обретению. Культивирование этой идеи может привести к развалу государства и, как следствие, — к исчезновению нации2.

Главное сегодня, считает профессор А. Прохожев, что в основе формирования нации лежит не этнический принцип. Истории не из вестно ни одной моноэтнической нации. Если ранее наиболее рас пространенным было определение нации как исторически устойчи вой общности людей, возникшей на базе общности языка, террито рии, экономической жизни и психического склада, проявляющегося в общности культуры, то сейчас все большее признание приобретает определение нации как единства гражданского общества и государ ства. Гражданское общество как составная часть нации собственно и подчеркивает полиэтничность всякой нации. Стержнем нации явля ется государство: без государства нации нет и быть не может. И по нятие нация по своему содержанию в современном понимании близ ко к понятию страны3.

Что же касается понятия «национальность», то оно обозначает этнические признаки не только целых наций, компактно проживаю щих на определенных территориях, но и всех ее представителей, где бы они ни жили, в том числе на территории других народов и госу дарств.

Анализ международных отношений и практики обеспечения национальной безопасности государств показывает, что в современ ном мире просматриваются две взаимосвязанные тенденции. Одна проявляется в экономическом, культурном и даже политическом сближении наций, разрушении национальных перегородок (напри мер, Европейский Союз). Вместе с тем сохраняется и даже растет стремление ряда народов обрести национальную самостоятельность, противостоять экономической, политической и культурной экспансии сверх держав. Во многих странах (Латвии, Литве, Эстонии, Канаде, Великобритании, Испании и др.) сохраняет остроту национальный вопрос, причины которого коренятся в неравномерности социально Deutsch К. Nationalism and Social Communication. Cambrige, 1986. P. 96.

См.: Панченко В. К вопросу о нации и национальной безопасности // Поли тика. 2007. № 86.

См.: Общая теория национальной безопасности : учебник / под общ. ред.

А. А. Прохожева. М. : Изд-во РАГС, 2005.

экономического и политического развития различных народов. Не совпадение этнических и территориальных границ, ухудшение эко номического положения, социальные противоречия, национализм и шовинизм, возведенные в ранг официальной политики, религиозные различия, инерция прошлых столкновений на национальной почве являются питательной почвой многочисленных межнациональных конфликтов и резко снижают уровень обеспеченности национальной безопасности государств.

Мировая история развития рода человеческого учит, что мно гие народы объединяют общие для них черты жизни и характера, поэтому такие народы часто рассматриваются как цивилизации.

Вероятно, считают Ю. Кузнецов и В. Никольский, краеугольный ка мень, основное звено в системе безопасности следует искать именно на уровне цивилизации1.

Термин «цивилизация» получил распространение в 1990-е гг.

с легкой руки С. Хантингтона, предрекшего в ближайшие десятилетия конфликт между христианской и мусульманской цивилизациями. С его точки зрения, пишет П. Дейниченко, обе религии претендуют на звание «единственно верной», причем мусульманская цивилизация активно развивается и укрепляется. Если в 1920 г. в мире было все го лишь четыре мусульманских страны, а их обитатели казались За паду отсталыми, покорными и забитыми, то сегодня в мире насчиты вается 50 мусульманских стран, причем некоторые из них весьма богаты и способны самым непосредственным образом влиять на ми ровую экономику. 1999 год ознаменовался появлением исламской атомной бомбы (у Пакистана), а в 2002 г. Индия и Пакистан едва не дошли до ядерной войны2. 2012 год характеризуется нападками на Иран.

Что же такое цивилизация? Один из исследователей этой про блемы С. Г. Киселев3 считает, что цивилизация — это культурно историческая общность, объединенная присущими только ей религи ей, историей, этносом, ценностями, традициями, обрядами, ментали тетом, образом жизни, нормами быта, даже костюмами и т.п. Следо вательно, каждая цивилизация должна оберегать свою культуру. Ибо культура и есть ядро любого общества, любой политической систе мы. Рассмотрим данный вывод на примере мусульман США.

См.: Кузнецов Ю., Никольский В. Введение в теорию национальной безо пасности. М., 1999.

См.: Дейниченко П. XXI век: история не кончается. М. : Олма-Пресс, 2002.

См.: Киселев С. Г. Проблема взаимосвязи цивилизаций и войн в мировой философской мысли и современные вызовы России. М. : ВАГШ, 1998.

По данным MSNBC1 американские мусульмане сегодня предпо читают учить детей дома. Директор Комитета по американо исламским отношениям в Нью-Йорке Абдул Малик (Abdul Malik) счи тает, что хотя не существует официальной статистики, касающейся мусульман, дающих своим детям домашнее образование, их явно становится все больше. По его оценкам, более полутора миллионов мусульманских детей получают образование дома.

Большинство мусульман, предпочитающих именно такой вид образования, объясняют свой выбор несколькими факторами. Преж де всего, это желание уберечь своих детей от американской культу ры. «Таким образом, я могу привить моим детям представления о морали и поведении, которые важны для моей религии, и подобрать для них подходящее общество, — объясняет Надия Махмуд (Nadia Mahmood), жительница Нью-Джерси. — Я не хочу посылать их в обычную среднюю школу и говорить им, что они отличаются от дру гих, что им нельзя смотреть фильм Эминема, нельзя ходить на сви дания, надо иначе одеваться»2.

Свою роль в этом сыграли и теракты 11 сентября 2001 г., ко торые привели к увеличению давления на американских мусульман.

«После 11 сентября школьники-мусульмане чаще выделяются, ино гда одноклассники даже называют их террористами, — говорит Син тия Сулейман (Cynthia Suleiman), жительница Массачусетса. — Когда такие религиозные лидеры, как Фрэнк Грэм (Franklin Graham), Джимми Суоггерт (Jimmy Swaggert) и Джерри Фалуэлл (Jerry Falwell), выступают против ислама, которые счастливо подхватывают средст ва массовой информации, эта нетерпимость распространяется и на впечатлительных детей, которые переносят ее на своих мусульман ских одноклассников». Сулейман рассказала, что когда ее детей на чали спрашивать, не приходятся ли они родственниками Осаме бин Ладену, она поняла, что пора забирать их из школы3.

Но есть и другое, прямо противоположное мнение. Ради спра ведливости приведем его. Так, бывший архиепископ города Тур (Франция) кардинал Жан Онорэ считает, что конфронтация с исла мом и растущая враждебность третьего мира к Западу станут глав ными вызовами для Католической Церкви в ближайшие годы: «Я был шокирован многочисленными свидетельствами в основном африкан ских епископов, показывающими враждебность стран третьего мира, особенно африканских, к нашей культуре и нашей цивилизации, мо делью которых выступают американцы». «Я почувствовал ненависть, См.: URL: http://www.Лента.ru.

URL: http://www.centrasia.ru/newsA.php4?st=1039538700.

Там же.

питаемую во многих южных и восточных странах, где есть бедствия, нищета и ислам, к западной культуре, западному богатству и изоби лию», отметил кардинал Онорэ. По словам кардинала Онорэ, «кон фронтация с исламом — это первая из проблем, с которой Церковь должна столкнуться в ближайшие годы». Прелат заявил, что сам он задается вопросом о логике, движущей исламом: является ли она логикой диалога или принуждения, мира или насилия. «Я не могу убедить себя в том, что в исламе верх берет логика принуждения и насилия», сказал он. При этом кардинал Онорэ напомнил, что когда Папа Иоанн Павел II приехал в 1997 г. в Тур, первый чек на финан сирование его визита в этот город поступил от имама местной му сульманской общины1.

История развития человечества есть история развития разных цивилизаций, которых существовало немало (разные авторы насчи тывают их от 10 до 37, а первой считается шумерская, возникшая на территории, примерно, нынешнего Ирака). С. Г. Киселев отмечает, что системообразующим фактором образования цивилизации являет ся, как правило, религия2. Думается, с этим можно согласиться. Так, бывший ливийский лидер М. Каддафи писал в свое время: «Основа, создающая национальную общность, — национальное самосозна ние...». «Национальное самосознание — это основа сохранения на ций». Исторически каждая национальная общность должна иметь свою религию — это «основополагающий принцип каждого народа».

Там, где он нарушается, невозможна гармония внутри национальной общности, возникают конфликты. «Единственный путь к ликвидации этих конфликтов — восстановить нарушенное естественное правило, гласящее, что каждая нация должна иметь свою религию»3. Единая религия может объединить несколько наций в едином государстве при условии, когда религиозный дух берет верх над национальным (т.е. общественным). Достаточно вспомнить средневековую Европу.

Последний же (национальное самосознание) в конечном итоге вос торжествует над религиозным и политическим в национальной борь бе, что будет означать разложение единого государства и утвержде ние независимости каждой отдельной нации. Однако стоит отметить, что на деле это изречение не всегда оправдывается. Ярким приме ром здесь как раз и выступает Ливия. Именно клановая раздроблен См.: Религия и общество. URL: http://www.NEWSru.com. 25 октября 2001 г.

См.: Киселев С. Г. Проблема взаимосвязи цивилизаций и войн в мировой философской мысли и современные вызовы России. М. : ВАГШ, 1998.

См.: Аль-Каддафи М. Зеленая книга, часть третья. Общественный аспект третьей Всемирной теории. URL: http://za-kaddafi.org/green-book/part-3.

ность которой и стала причиной краха ее национальной безопасно сти.

Стоит также согласиться с профессором Н. Леоновым, который считает, что каждый народ живет в своей цивилизации, он обладает своим набором духовных ценностей, спецификой формирования че ловека. Разрушение этой особенности является признаком разруше ния национальной безопасности. Потеряв государственную оболочку защиты (ту, которая имела форму, если хотите, наших военных бло ков, или, если хотите, форму какой-то идеологической бронезащи ты), мы оказались уязвимы для всех микробов, воздействующих на нашу цивилизацию со стороны всех других. Поэтому кришнаиты у нас стали появляться, и католичество наползает на нас без всяких особых проблем, секты плодятся всякого рода. За одно историческое поколение мы потеряли свой национальный облик. Мы теряем то, что всегда было присуще только русскому народу, только нашей вос точно-европейской цивилизации, в которой мы были стержневым участником, и эта потеря самобытности народа является одной из самых страшных угроз для нашей безопасности1.

С. Г. Киселев группирует следующие цивилизации: западная (ее еще называют западноевропейская, западно-христианская);

ис ламская, или мусульманская;

конфуцианско-буддистская (другие названия конфуцианская, китайская, буддистская, дальневосточная, тихоокеанская);

православная (или восточно-христианская, визан тийская);

индуистская;

японская;

российская;

латиноамериканская;

африканская2.

Цивилизация может включать в себя субцивилизации, т.е. под цивилизации, например, суннитская и шиитская субцивилизации ис ламской цивилизации, на которые в историко-культурном плане раз делен весь исламский мир. Здесь уместно привести следующий при мер. Кровопролитная война между Ираком и Ираном (1980-е гг.), которая велась почти десятилетие, отличалась своей упорной борь бой во многом потому, что большинство иранцев — шииты, а иракцы — сунниты, иранцы относятся к индоевропейской этнической группе, а иракцы к арабской. Однако, что примечательно, уже через два го да, во время войны в Персидском заливе (1991 г.), мусульманская культурно-историческая схожесть и единое неприятие западной ци вилизации в определенной степени способствовали тому, что Иран помог Ираку спасти авиацию, предоставив свои аэродромы.

См.: Леонов Н. С. Основы национальной безопасности. URL:

http://www.pravoslavie.ru.

См.: Киселев С. Г. Проблема взаимосвязи цивилизаций и войн в мировой философской мысли и современные вызовы России. М. : ВАГШ, 1998.

Можно привести и другой факт, характеризующий религиоз ную сплоченность мусульманского мира. С середины декабря 1994 г.

специалистами было отмечено резкое сокращение поступления ору жия, боеприпасов и материальной помощи сепаратистским организа циям в Кашмире и перебросок на территорию Индии мусульманских боевиков из Пакистана. Оказалось, в этот период мусульманские экстремистские организации специально приостановили направле ние оружия и подготовленных боевиков в Кашмир, полагая, что в данное время они могут быть востребованы для развертывания воо руженной борьбы в Чечне.

В последнее время в печати появилось множество материалов, связанных с прогнозами возможных в будущем войн и конфликтов1.



Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 7 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.