авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 ||

«СОСТОЯНИЕ И ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ ВНЕШНЕЙ ПОЛИТИКИ КЫРГЫЗСТАНА УДК 327 ББК 664(2) С 66 С 66 Состояние и перспективы развития внешней политики ...»

-- [ Страница 5 ] --

Позвольте мне сейчас предоставить слово советнику министра иностранных дел нашей страны Марату Усупову. Марат Усупов: Уважаемые коллеги, позвольте поблагодарить за приглашение принять участие в этом мероприятии. Мне было поручено сегодня представлять Министерство иностранных дел. Год завершается, и министерство и все загранучреждения завершают подготовку своих отчетов. Обычно у нас есть полный анализ деятельности Министерства иностранных дел и всех загранучреждений. Вы знаете, за отчетный период в мире произошло много событий, которые повлияли на формирование внешней политики. В России и в США были избраны новые президенты, получило независимость Косово, произошел конфликт по поводу Южной Осетии, глобальный кризис. Все эти внешние факторы повлияли на осуществление внешней политики. Что касается Министерства иностранных дел, то в своей деятельности мы старались проводить, как это озвучено президентом, концепцию внешней политики, сбалансированную политику, основанную на прагматичности, защите наших интересов. Стремились полноценно участвовать, насколько это было возможно с учетом физических и материальных ресурсов, в международных отношениях, сотрудничать с СОСТОЯНИЕ И ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ ВНЕШНЕЙ ПОЛИТИКИ КЫРГЫЗСТАНА государствами. При этом мы уделяли особое внимание принципу многовекторности. В последнее время этот принцип в отношении Кыргызстана вызвал много дискуссий в СМИ и среди политологов. В своей деятельности Министерство иностранных дел продолжает совершенствовать системно-плановый подход. Впервые была разработана трехлетняя программа. Пытались разрабатывать месячные планы в разрезе всего министерства. Это техническая работа, но она позволила укрепить исполнительскую дисциплину и осуществить координацию между министерством и его загранучреждениями. Хотел бы коснуться сейчас некоторых направлений, которые обозначил Муратбек Сансызбаевич. На направлении СНГ основным компонентом в этом году было осуществление председательства в СНГ и другой региональной организации - ОДКБ. В ходе председательства были проведены неформальные саммиты в Москве, Санкт Петербурге, заседание совета глав правительств в Минске, много отраслевых заседаний. В целом, резюмируя, в ходе председательства нам удалось несколько продвинуть вопрос реформирования. Есть работа по нацкоординаторам, над регламентом. У многих вызывает большой скепсис обилие документов, которые принимаются, но многие из которых не выполняются. Но позиция Кыргызской Республики по данным направлениям - конструктивно и максимально проводить линию, если это не противоречит нашим национальным интересам, на укрепление интеграционных тенденций в СНГ, ОДКБ и ЕврАзЭС. Россия, Беларусь и Казахстан формируют Таможенный союз. После того, как он будет образован, мы будем стремиться включиться с эту работу несколько позднее. В рамках саммитов необходимо отметить Бишкекскую встречу глав государств Центральной Азии, которая состоялась после саммита СНГ. Практически все министерства рассматривают данную встречу как положительную, некоторые называют ее прорывной, потому что удалось договориться о скоординированном использовании водно-энергетических ресурсов в предстоящие зимние и вегетационные периоды. После этого в Алматы удалось подписать протокол, Узбекистан в тот период обещал помочь с газом. Сейчас, как вы знаете, идут переговоры с узбекской стороной, они идут непросто;

планируется, что в ближайшие дни министр энергетики должен посетить Ташкент, чтобы конкретно договориться о цене на газ. В ЕврАзЭС Кыргызстан продвигал ряд важных вопросов. Это вопрос рекультивации хвостохранилищ и вопрос трудовой миграции. Как вы знаете, оба эти вопроса очень жесткие, в них нас поддерживают такая международная организация, как ПРООН. По Центральной Азии, я думаю, что, несмотря на то, что предпринимались активные пытки решать проблемы, в наиболее прогрессивной динамике продолжали развиваться кыргызско-казахские отношения. Во многом это обусловлено тем, что удалось сделать: парламент ратифицировал договоры «О границе», «О пансионатах», и был создан межправительственный совет. Это очень важное достижение. Среди важных договоренностей следует отметить то, что удалось добиться разрешения для кыргызских граждан пребывать на территории Казахстана в течение 90 дней без регистрации. С Узбекистаном, несмотря на предпринимаемые попытки в области консульской сферы СОСТОЯНИЕ И ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ ВНЕШНЕЙ ПОЛИТИКИ КЫРГЫЗСТАНА решения опросов ередвижении раждан елимитации раниц, дет ложный роцесс в оп г ид г и с п переговоров. В этом году увеличилось количество инцидентов на кыргызско-узбекской границе. Для нейтрализации последствий были проведены встречи компетентных органов. Проводились переговоры по включению Узбекистана в переговорный процесс по железной дороге. Как вы знаете, здесь Узбекистан не проявляет особой активности, и Кыргызстан в свою очередь проводит переговоры с Китаем, чтобы начинать эту работу на двусторонней основе. Интенсивно шли переговоры с Таджикистаном, были встречи на высшем уровне. Были встречи с Путиным, Медведевым. Поставлены вопросы о преступлениях, совершаемых на почве межнациональной неприязни. К концу года, как показал анализ, сократилось количество преступлений против наших граждан, и увеличилось количество судебных процессов, которые завершались наказанием и уголовным преследованием. Я думаю, что это позитивная тенденция. Ну и в конце года, я думаю, следует особо отметить заявление Путина о том, что Россией предоставлено 2 миллиарда долларов США, из них 300 миллионов - на поддержку бюджета. Что касается Соединенных Штатов, то здесь следует отметить, что кыргызско американские отношения сохраняют положительную динамику. Кыргызстан посетили представители Госдепа, была подписана договоренность по включению в рамках пороговой программы «Счет вызовов тысячелетия». Документ предусматривает выделение около 17 миллионов долларов, которые направлены на проект в области верховенства закона и сдерживания коррупции. Постоянно велись переговоры по вопросам авиабазы. Я думаю, что здесь у нас большой потенциал и резервы. У нас есть четкое стремление активизировать торгово-экономическую сферу. Необходимо отметить также, что много событий происходило в области сотрудничества с Европейским Союзом.

Впервые была разработана программа стратегия Европейского Союза в отношении государств Центральной Азии, этой программой предусматривается выделение ресурсов на техническую помощь. В этом сотрудничестве с европейскими государствами у нас были выдвинуты две инициативы – это создание водно-энергетической академии и проведение встреч по водно энергетической проблематике. Пока что вопрос продвигается непросто, во многом из-за того, что не все наши соседи согласны с расположением академии. В этом направлении мы наблюдаем не совсем конструктивный подход. Но тем не менее эта работа будет продолжаться и в 2009 году. Что касается восточного направления, то хотел бы отметить, что предпринимались активные попытки активизировать наше сотрудничество с арабскими странами. Были визиты министров в регион. Мы уже договорились о визите президента в ОАЭ. Проводится подготовительная работа и планируется, что в следующем году будет открыто посольство Саудовской Аравии в Бишкеке. Предпринимались активные попытки налаживания сотрудничества с государствами залива Катар, Оман. Успешно завершились наши попытки по вступлению Кыргызстана в Межрегиональный форум, диалог по сотрудничеству в Азии, который объединяет 11 государств Азии и Ближнего Востока. С СОСТОЯНИЕ И ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ ВНЕШНЕЙ ПОЛИТИКИ КЫРГЫЗСТАНА Японией и Кореей осуществлялся диалог: Центральная Азия плюс Япония, Центральная Азия плюс Корея, который позволяет активизировать двустороннее сотрудничество. В этом году мы приняли участие в генассамблее ООН, мы координировали продвижение резолюции о зонах, свободных от ядерного оружия. Резолюция была успешно принята. В проект резолюции были включены пункты о необходимости реабилитации территорий, пострадавших от радиоактивных загрязнений, проблема хвостохранилищ вновь поднята, достигнута договоренность о том, что в 2009 году в Бишкеке состоится международная конференция по урановым хвостохранилищам. В рамках резолюции есть два компонента: в апреле конференция в Бишкеке и международный форум в июне в Женеве. Ведется подготовка по горному саммиту. Предпринимались попытки, чтобы быть представленными в различных органах. Кыргызстан избран в комиссию ООН по устойчивому развитию на 2009-2012 годы. Велась разносторонняя работа с ОБСЕ. Здесь по экономической дипломатии проводилась дежурная работа по различным аспектам, в том числе создан координационный совет с участием губернаторов. Следует отметить, что наше посольство в Австрии прорабатывает с австрийскими компаниями мастер план для оказания помощи Баткенской области. Если у кого-то будут вопросы, я постараюсь ответить. В целом мы достигли основных целей, которые предполагались. Многое не удалось сделать по объективным и субъективным причинам, но интенсивность работы не сбавлялась как на уровне руководства министерства, так и на уровне департаментов и загранучреждений. Муратбек Иманалиев: Спасибо за ваш полезный обзор деятельности Министерства иностранных дел. Одним из наиболее важных участков политической работы мы считаем американское направление. У нас есть устойчивое понимание того, что отношения с Америкой преломляются через базу «Манас». Об этом мы еще поговорим. На этот счет есть полярные позиции. Хотелось бы выслушать Кубанычбека Омуралиева, который будет больше говорить о других аспектах взаимодействия США и Киргизии. Пожалуйста. Кубанычбек Омуралиев: Уважаемые коллеги, во-первых, я тоже хочу выразить благодарность Институту общественной политики за предоставленную возможность поделиться своими мыслями о состоянии и перспективах внешней политики нашей страны. С момента обретения независимости наша внешняя политика направлена на проведение экономической дипломатии. В этой связи в своем выступлении касательно кыргызско-американских отношений мне хотелось бы больше обратить ваше внимание на торгово-экономические связи, а также программы помощи. Но в начале немного остановлюсь на политических отношениях, в том числе на военном сотрудничестве. Я бы разделил двусторонние кыргызско-американские отношения на два этапа. Первый – это период сотрудничества по обеспечению суверенитета, независимости и территориальной целостности Кыргызской Республики. Необходимо отметить, что США одними из первых признали независимость Кыргызстана, и в числе первых открыли свое представительство в нашей стране. На этом этапе также особое внимание СОСТОЯНИЕ И ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ ВНЕШНЕЙ ПОЛИТИКИ КЫРГЫЗСТАНА уделялось вопросам политического развития Кыргызстана, состоянию дел в республике в сфере демократизации и защиты прав человека. Второй этап – учитывая тот факт, что после 11 сентября администрация США, не скрывая своей заинтересованности в развитии демократии и прав человека в регионе, более приоритетным направлением поставила борьбу с международным терроризмом. В этой связи Кыргызстан в числе других стран региона стал одним из приоритетных направлений во внешней политике США. Во время первого этапа США постоянно оказывали давление на Кыргызстан и другие страны ЦА с тем, чтобы они ускорили свои демократические преобразования. Среди задач в этом направлении администрацией США назывались развитие в стране независимых СМИ, становление политического плюрализма и формирование активного гражданского общества. Во время второго этапа, как мне кажется, призывая центрально-азиатские государства, в том числе Кыргызстан, ускорить свои политические реформы, администрация США открыто признает, что для решения всех проблем, стоящих в области демократии, требуется длительное время, большой объем работы и даже «смена поколений». Как видится, администрация президента Буша пришла к пониманию, что демократические преобразования в регионе являются процессом, который имеет свою определенную последовательность. Более того, администрация США стремится доказать своим критикам, что права человека являются лишь одним из элементов внешней политики США, а первоочередной задачей в нынешней ситуации является укрепление национальной безопасности страны. В этой связи я перейду к сотрудничеству в военной области. Сотрудничество в этой области можно разделить на два этапа: до 2001 года и с 2001 года. За последние 7 лет двустороннее сотрудничество между Кыргызстаном и США в военной области вышло на более высокий уровень. Несомненно, этому в первую очередь способствовало размещение в международном аэропорту «Манас» коалиционных сил для проведения операций в Афганистане. Американская сторона проявляет особый интерес в расширении военного сотрудничества с КР и рассматривает республику как одно из важных звеньев в борьбе с международным терроризмом. В этом контексте американская сторона крайне заинтересована в продолжении использования территории КР в качестве плацдарма для проведения своей миссии в Афганистане. В то же время нужно учесть, что в недалеком будущем появятся новые ориентиры в проводимой операции в Афганистане, предусматривающие смещение акцента с военной фазы операции на осуществление реконструкции Афганистана. Сотрудничество в военной области развивается также в рамках программ «Партнерство во имя мира», по нераспространению оружия массового уничтожения и по обеспечению пограничной безопасности Кыргызстана, а также есть другие программы.

Немного я остановлюсь на миссии и деятельности авиабазы «Манас». Это основной авиамобильный центр для Международных сил содействия безопасности (МССБ) и военных операций в Афганистане. Эта миссия, наделенная мандатом Организации объединенных наций, целью которой является оказание помощи правительству СОСТОЯНИЕ И ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ ВНЕШНЕЙ ПОЛИТИКИ КЫРГЫЗСТАНА Афганистана. Несколько слов о влиянии авиабазы на экономику Кыргызстана. Я сам уточнял, и из разных источников имеются цифры, что операции, осуществляемые на авиабазе, приносят ежегодно более 80 миллионов долларов США дохода Кыргызстану. Согласно подсчетам туда входят посадка и парковка самолетов, выдача пропусков - всего 24 миллиона долларов США ежегодно. 550 кыргызских граждан работают на этой авиабазе, и заработок этих сотрудников составил 2,64 миллиона долларов США за истекший год. Также в этом году на сумму 18 миллионов долларов США оказали услуги кыргызские подрядчики. Недавно наши подрядчики выиграли тендер на 90 миллионов на поставки. Плюс 17 миллионов 400 тысяч – это арендная плата, которую с 2006 года утвердили между нашими правительствами. Итого - где-то 80 миллионов долларов США. Перейду к торгово-экономическим связям. Следует отметить, что в развитии торгово-экономических связей есть свои трудности, одной из которых называют большие расстояния между странами и отсутствие выхода к морским портам у нашей страны. Но в то же время нужно учесть, что имеются хорошие условия в правовом отношении. К примеру, соглашение между правительством Кыргызской Республики и правительством США о поощрении и защите инвестиций вступило в силу еще 12 декабря 1994 года. Один из примеров – это компания «КАТЕL». Они воспользовались этим соглашением. Другим значительным событием в двусторонних отношениях стало принятие 1998 году закона о предоставлении режима нормальных торговых отношений (РНТО). Это нормальные торговые отношения, или поправка Джексона-Вэника. Об этом много говорят Россия, Казахстан, страны СНГ, но до сих пор не могут отменить эту поправку. Это поправка по вступлению в ВТО. Она очень важна, потому что там минимальные ставки и пошлины. Наши чиновники из Министерства торговли и экономического развития и другие ведомства знают об этом. Вот таблица - общий внешнеторговый оборот Кыргызстана за 1994 и 2008 годы. Первая колонка – общий товарооборот, в том числе удельный вес. В 1994 году было 5,4 процента, а в 2008 году за 10 месяцев - 2,2 процента. Вы видите, какая разница. Самый пик был где-то 7-8 процентов в 2002 году. В основном оттуда идет фармацевтическая продукция, потому что 4 процента составляет экспорт, остальное - импорт. Из импорта 24 и более процента - фармацевтическая продукция, средства наземного транспорта (самосвалы, тракторы, легковые автомобили, запчасти для авто) – 23%. Я не успел в таможне уточнить, но была информация о том, что из Америки поступает более тысячи автомобилей. Из этих 23 процентов более 15 процентов составляют машины для использования гражданами. Вот поступление прямых иностранных инвестиций. Здесь тоже, если обратить внимание, пик был - 19 процентов в 2001 году, а в этом году нет даже и 1 процента. Относительно привлечения прямых иностранных инвестиций - все-таки американская сторона вначале пыталась, они организовывали конференции и в США, и здесь в регионе, приглашали как чиновников, так и бизнесменов. В Министерстве торговли был создан специальный центр под названием BISNIS, который на протяжении СОСТОЯНИЕ И ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ ВНЕШНЕЙ ПОЛИТИКИ КЫРГЫЗСТАНА более десяти лет способствовал распространению коммерческой и инвестиционной информации по странам СНГ среди компаний США. Года два-три назад он был закрыт. Какие-то страны больше воспользовались этой возможностью, какие-то страны даже не могли предоставить нормальные проекты. Если помните, в 1995-1996 годах в регионе был открыт Азиатский фонд поддержки предпринимательства с инвестиционным портфелем 150 млн. долларов США. К сожалению, данный проект с самого начала сопровождался скандалами, в том числе коррупционными. Как эффективно работали эти программы, или насколько эти возможности были использованы? Думаю, вышеназванные темы заслуживают отдельного разговора. В 1997 году этот фонд был закрыт. Следующее, на что я хотел бы обратить ваше внимание, – это программы помощи правительства США Кыргызской Республике. Невозможно точно установить, сколько помощи к нам поступает. Есть проект по линии торгово-промышленной палаты. Эта помощь нигде не учитывается. Есть такие виды помощи, которые нигде не учитываются. В общем, включая этот год, помощь составляет примерно 906 миллионов долларов США. Из них более 400 миллионов долларов проходит через USAID, и часть данной помощи осуществляется организациями США – контрактерами ЮСАИД, ответственными за проведение программ демократизации в нашей стране. Туда входят Национальный демократический институт, Национальный фонд за демократию, Фонд «Евразия», Международный фонд избирательных систем (IFES), «Каунтерпарт Консорциум», Международный республиканский институт (IRI). Как я ранее сказал, из 400 миллионов долларов, включая 2008 год, было выделено: 203 миллиона - на экономическое развитие, более 46 - на программы здравоохранения, около 20 миллионов - на образование, 60-70 миллионов – на развитие демократии, более 36 миллионов долларов США - на межсекторальные программы. С 2004 года в Америке действует программа «Счет вызовов тысячелетия», куда Кыргызстан был принят в 2007 году. Там были такие критерии, что надо провести политические и экономические реформы, борьбу с коррупцией и укрепление других демократических принципов в стране. Нас долго не принимали. В этом году подписан 16-миллионный договор. Эта программа более направлена на реальный сектор. Например, Грузия получила уже более 270 миллионов долларов, Армения - 236 млн. долларов. У них помощь направлена на восстановление инфраструктуры, восстановление дорог и ирригационных сооружений. Мы сейчас на пороговой стадии. Кыргызстану надо учитывать такой момент, что если США предоставляют помощь через международные организации, особенно через Всемирный банк, МВФ, Европейский банк реконструкции и развития и другие организации, как ООН, ОБСЕ и т.д., в то же время где-то они вкладывают, а где-то идут напрямую через МОМ, в частности, изготовление паспортов нового образцов и построение современных контрольно пропускных пунктов на границах с соседними странами. Это тоже осуществляется напрямую американским правительством. В конце своего выступления я бы хотел немного остановиться на том, как повлияют СОСТОЯНИЕ И ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ ВНЕШНЕЙ ПОЛИТИКИ КЫРГЫЗСТАНА итоги президентских выборов в США на Кыргызстан. Краткий анализ внешнеполитической платформы избранного президента США Барака Обамы позволяет сделать следующие выводы.

По отношению Кыргызстану, на мой взгляд, новая администрация США в своей внешней политике будет продвигать две позиции - это использование авиабазы и построение демократии. Касательно использования авиабазы - этот вопрос станет приоритетом, и всегда будет на повестке дня, пока в Афганистане не будет установлена стабильность. Тем более, избранный президент США объявил, что его администрация будет больше выделять ресурсов на уничтожение террористов и восстановление Афганистана. Относительно второго вопроса - как и прежде, Соединенные Штаты твердо будут продвигать «рубежи свободы» в регион, помогая странам региона строить демократические институты. Поэтому основной темой в двусторонних отношениях между странами будут оставаться такие вопросы, как права человека, свобода вероисповедания, построение открытого общества и другие вопросы, связанные с построением и развитием демократических институтов в нашей стране. В заключение - пожелания по улучшению двусторонних отношений. В тесном контакте работать с соответствующими структурами администрации США по более широкому включению кыргызских организаций (государственных и частных) в осуществление программ США по реконструкции Афганистана. В последние годы даже торговый оборот с Афганистаном составляет уже десятки миллионов, а раньше было ноль. Все-таки наши там присутствуют. Естественно, активная работа с Конгрессом США и влиятельными американскими общественными организациями и аналитическими центрами должна быть приоритетным, формирующим направлением во внешнеэкономической деятельности США и играть ключевую роль в процессе привлечения частных инвестиций в реальный сектор Кыргызстана. В частности, усиление работы с группой «Шелковый путь» в Конгрессе США, возглавляемой сенатором С. Браунбэком и конгрессменом Дж. Питцом. Необходимо на постоянной основе вести активные работы с такими учреждениями, как Министерство торговли и Министерство энергетики, ТПП США, Агентство по развитию торговли США. Кстати, это агентство мы мало используем. Там тоже лежат огромные деньги. В свое время наши использовали на ТЕЛЕКОМ и электронное правительство около 200 тысяч. Последнее - это усиление работы с правительством США по выделению дальнейшей помощи Кыргызстану. Муратбек Иманалиев: Спасибо. Теперь перейдем к такой сложной проблеме, как исламский фактор;

существует ли он вообще в международной жизни и применительно к нам. Об этом собирается говорить специалист по исламу доктор Маликов. Кадыр Маликов: Действительно, сама тематика является сегодня актуальной. Под исламским вектором внешней политики мы подразумеваем внешнюю политику Кыргызстана тношении ак азываемого азноуровнего усульманского ира, оторый во тн р м м к представляют арабские страны, а также мусульманские страны типа Пакистана, Ирана. Хочу сделать небольшое отступление. Недавно я прочитал реплику Алексея Малашенко из центра «Карнеги». Он говорит, что политики после долгой комы секуляризма начинают СОСТОЯНИЕ И ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ ВНЕШНЕЙ ПОЛИТИКИ КЫРГЫЗСТАНА понимать, что во внешней политике без религии обойтись трудно. К кому это относится, пока что трудно сказать, но давайте рассмотрим. Во-первых, после распада Советского Союза государства Центральной Азии надеялись на поддержку мусульманского мира в получении крупных инвестиций в экономику своих стран, и в основном искали партнеров из стран Персидского залива. Практически все политические элиты бывшей советской номенклатуры стремились показать свою приверженность мусульманским традициям, подчеркивая свою исламскую солидарность. Это осуществлялось с целью получить финансовую помощь, поддержку, привлечь инвестиции. В первые годы многие лидеры стран Центральной Азии нанесли визит в Аравию, совершили хадж в Мекку. Многие страны, в том числе и Кыргызстан, стали членами ОИК - Организации исламской конференции. После 11 сентября Кыргызстан стал более осторожно относиться к исламскому миру, подозревая некоторые страны, например, Саудовскую Аравию, в насаждении либо распространении идеологии ваххабизма. При финансовой поддержке исламских благотворительных организаций в Кыргызстане было построено 1500 мечетей. До 2005 года основной вектор внешней политики Кыргызстана в большей степени был ориентирован на страны Запада: США, страны Европейского Союза, Турцию, Китай. Внешняя политика Кыргызстана естественным образом обнаружила в этой связи некоторое сходство с соседними странами региона. После смены политической власти в 2005 году вопрос о развитии арабо-мусульманского вектора внешней политики Кыргызстана во второй раз начинает приобретать свою актуальность. Во-первых, я хотел бы отметить, что был указ президента от 12 июля 2006 года о поддержке президентом введения в Кыргызстане исламских методов финансирования. Это заставило активнее развивать отношения с международными исламскими организациями, такими как Исламский банк развития. Мы являемся его членом с ноября 1993 года. За это время мы получили 60 займов на 60,91 миллиона долларов и безвозмездно почти 3,5 миллионов долларов США. Со странами Персидского залива начинаются отношения. Еще хотел бы отметить: возможно, внимание Кыргызстана было обращено к странам арабского мира по банальной причине - Запад перестал предоставлять большие деньги на льготных условиях, видя, что Кыргызстан отходит от принципов демократии. Такой отход начался еще со времен последних лет правления Акаева. Таким образом, исчерпав кредит доверия, Кыргызстан, возможно, был вынужден обратиться на Восток, в частности, к арабским странам Персидского залива, так как они закрывают глаза на уровень демократии, права человека и т.п. В самом же исламском мире интерес к Кыргызстану, как и к региону в целом, более всего проявляют религиозно-политические партии, которые являлись носителями радикальных идеологий. Отсюда и активное вторжение политических салафитских идей. То есть у остальных кругов, особенно финансовых – а именно они диктуют реальные связи в политическом поле – отношение к Кыргызстану остается скорее прохладным и совершенно прагматичным. И здесь пресловутая «исламская солидарность» не принесла ожидаемых результатов. Например, в экономику Китая только две арабские СОСТОЯНИЕ И ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ ВНЕШНЕЙ ПОЛИТИКИ КЫРГЫЗСТАНА страны - Королевство Саудовской Аравии и Арабские Эмираты - вложили более 22 миллиардов. Тогда как во все республики Центральной Азии за все годы независимости немногим более 200 миллионов долларов. В связи с этим возникает вопрос: насколько необходима тогда Кыргызстану активизация «исламского» вектора внешней политики? У меня ответ такой: надо учитывать тот фактор, что характерной чертой современной ситуации сейчас в Кыргызстане является возрастающее влияние ислама во многих сферах общественных и политических отношений, особенно после смены власти 2005 года. И если мы говорим предметно об «исламском» факторе в плоскости обеспечения безопасности табильности ыргызстана фере елигии, о сотрудничество с властями ис К вс р т арабских стран, в частности, Саудовской Аравии, Египта, Иордании, Пакистана, может проходить по следующим вопросам. Во-первых, это организация хаджа;

во-вторых, это исламское образование, религиозные образовательные учреждения, в которых проходят обучение граждане Кыргызстана;

в-третьих, это благотворительные организации, то есть сотрудничество с государственными органами с целью не допустить проникновения радикальных идеологий на территорию Кыргызстана, научные центры умеренного ислама, сотрудничество с целью противостоять идеологии радикализма. У нас здесь существуют и свои проекты, сотрудничество с государственными организациями по делам религии. Например, в Кыргызстане Агентством по делам религии была официально зарегистрирована секта Ахмадитов, запрещенная во всех мусульманских странах. Имидж Кыргызстана заметно проигрывал на встречах в Исламабаде. В этом контексте, пользуясь случаем, необходимо упомянуть и о специфике отношений между ИРИ и Саудовской Аравией как региональных лидеров. Другой вопрос - сложная внутриполитическая ситуация в Пакистане, а также в Афганистане, где 65% территории контролируется талибами, в перспективе может подтолкнуть страны Центральной Азии вести переговоры с исламскими лидерами северного альянса. Я думаю, что, Кыргызстан как нейтральная страна, может выгодно использовать свою территорию как площадку для таких переговоров. Растущий интерес Ирана к Кыргызстану заключается в том, что в последнее время Иран заинтересован в сотрудничестве с нашими странами, как с рынками сбыта, и в открытии прямых трансрегиональных сообщений. Исходя из самой специфики «исламского мира», необходимо отметить, что она неоднородна и достаточно противоречива. И, к сожалению, «исламский» вектор внешней политики Кыргызстана характеризуется аморфностью и фрагментарностью в выстраивании отношений к данным странам и национального интереса Кыргызстана. Возможно, отсутствие национальной идеологии не позволяет выстраивать внятную концепцию внешней политики к отдельно взятой арабской или мусульманской стране, блокам, организациям. На мой взгляд, большая проблема внешнеполитического ведомства Кыргызстана состоит в размывании среднего звена, кадровой политике, хронической нехватке специалистов, экспертов, знающих специфику арабских стран, их культуру, политическую систему государств регионов Среднего и Ближнего Востока, СОСТОЯНИЕ И ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ ВНЕШНЕЙ ПОЛИТИКИ КЫРГЫЗСТАНА идейно-политическую специфику конфликта Иран - Саудовская Аравия, палестинской проблемы. Спасибо. Муратбек Иманалиев: Спасибо за интересное выступление. Я хотел бы поблагодарить всех наших спикеров за их выступления. Они были полезны. Я хотел бы перейти в целом к обсуждению внешнеполитического года, если есть возможность - дать оценки или рекомендации. Кто бы хотел что-либо сказать?

Эрлан Абдылдаев: Я кратко скажу, что у нас было по Китаю. Основные проблемные вопросы, которые стояли после смены высшего руководства в 2005 году, были решены в 2006-2007 годах, поэтому проблемных вопросов в этом году в рамках кыргызско-китайских отношений не наблюдалось. Уверенными темпами растет товарооборот, хотя существуют разные оценки. Со стороны торгового представителя Китая официально озвучено, что товарооборот за 2008 год превысил 6 миллиардов долларов США. Китайцы дают такую цифру. Наша таможня и наши статистические комитеты называют цифру, меньшую в десятки раз. Существует вопрос исчисления, он может давать погрешность 10-20 процентов, но никак не в десятки раз. После 2005 года проявляет активность китайский мелкий и средний бизнес. Сегодня по разным оценкам китайские бизнесмены вложили более 500 миллионов долларов в развитие своего бизнеса в той или иной степени. Где-то бизнес совместный, где-то - самостоятельный, где-то китайцы выкупают месторождения и недвижимость на подставные лица. Тем не менее, оценочные данные такие. Официальных данных нет. По оценочным данным на сегодняшний день более 100 тысяч китайцев находятся на территории Кыргызстана. Китай осуществляет крупные инвестиционные проекты на территории Кыргызстана. Например, Кызылкийскому цементному заводу был выдан кредит объемом до 100 миллионов долларов. А также активно продвигается решение инфраструктурных проектов, прежде всего я имею в виду дорогу в Ош. Достигнута договоренность о реконструкции второй дороги – Туругарт–Балыкчи–Бишкек. Со стороны Китая будут выделяться определенные средства, а также Азиатским банком развития. Чистая помощь, которая ежегодно оказывается Китаем Кыргызстану, в год составляет около 70 миллионов юаней. Около 50 миллионов юаней идут в рамках помощи через Министерство коммерции для решения тех или иных проектов по просьбе кыргызского правительства, и около 20 миллионов – на поддержку наших специальных ведомств и Министерства обороны. Теперь проблемные вопросы. Для Китая по-прежнему остаются болезненными (не только в отношении Кыргызстана, но и других государств Центральной Азии) проблемы синьцзянского сепаратизма, экстремизма, которые решают на двустороннем уровне с пресс-службами и правоохранительными органами Кыргызстана, а также в рамках ШОС. Вторая проблема, которая тоже постепенно начинает высвечиваться, – это проблема авиабазы «Манас». То есть мы знаем позицию Китая. Если база ограничена и функционирует в рамках выданного ей мандата - только Афганистан, - то проблем не существует. Если она выходит за эти рамки, то она представляет проблемы для Китая. И, конечно, они говорят, что хорошо было бы определить временные рамки, но так как СОСТОЯНИЕ И ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ ВНЕШНЕЙ ПОЛИТИКИ КЫРГЫЗСТАНА ситуация в Афганистане ухудшается, китайская сторона тоже понимает, что вывод базы с территории Кыргызстана не будет способствовать решению афганской проблемы. Теперь те проекты, о которых говорил Кыргызстан и которые он продвигает, - это энергетика. По этой проблеме мы получили полный коллапс. Энергетический кризис, который случился у нас, показал полную несостоятельность наших расчетов: мы не только не можем экспортировать, мы даже себя не можем обеспечить. Если бы соглашение было достигнуто десять лет назад, которое мы не смогли бы реализовать, то сегодня мы получили бы взрывоопасный южный Синьцзян, населенный преимущественно уйгурским населением. Это социальные и другие проблемы. И другая проблема – это железная дорога, которую мы так же активно продвигаем. Но, как сегодня нам было сказано, самый главный компонент – это Узбекистан. Без Узбекистана это тупиковая железная дорога, которая не будет иметь перспектив увеличения товарооборота, окупаемости и всего другого. В этом году по этому проекту мы слышали очень серьезные заявления о продвижении, о достижении соглашения с Китаем, но в реальности эти соглашения под собой ничего не имеют, так как Китай понимает, что без позиции Узбекистана эти договоренности ничего не значат. В этом году взлетов не было, падений так же не было, отношения развивались ровно, но при этом на достаточном для Китая уровне. Состоялись две встречи наших президентов – в ходе Олимпиады и получасовая встреча в Таджикистане. Все.


Муратбек Иманалиев: Спасибо. Я добавлю несколько слов по ситуации, связанной с Китаем. Хотел бы обратить внимание на то, что, несмотря на большое количество китайцев здесь (причем работающих в сфере бизнеса, появились уже китайские инженеры. Это знаковое событие, на которое я хотел бы обратить внимание не только экспертов, но и правительства), парадокс заключается в том, что, несмотря на все это, на очень высокий уровень дружеских отношений, Кыргызстан - единственная страна в Центральной Азии, где нет серьезной китайской компании. Никто не сможет назвать ни одной серьезной китайской компании, которая входит хотя бы в число 500. Но они есть везде: в Казахстане, в Туркмении, где китайцы очень активны. Присутствие в Туркмении, наверное, будет более масштабным, чем здесь, в последующие пять лет. В Узбекистане это связано с углеводородами, но не только. Обратите внимание, насколько серьезно работают китайцы в Таджикистане. Только за 2007 год инвестиции со стороны правительства составили примерно 600 миллионов долларов. Строительство автодорог Китай-Афганистан через Таджикистан и еще несколько серьезных проектов, естественно - гидроэнергетика. Второе, на что я хотел бы обратить внимание: традиционный Китай никогда не требует жесткой зависимости, в отличие от многих других стран, с которыми Кыргызстану приходится сталкиваться. Традиционный Китай - проблема лояльности. Еще традиционный вектор – это «окультуривание варваров», это было очень давно, но некоторые элементы сохраняются. В этой связи я хочу обратить внимание, что лояльное отношение является очень важным позиционным элементом китайской внешней политики. Они не требуют СОСТОЯНИЕ И ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ ВНЕШНЕЙ ПОЛИТИКИ КЫРГЫЗСТАНА от нашей страны затрат. Но есть одна очень серьезная и конкретная проблема. Это так называемый уйгурский сепаратизм. В этом смысле нужно расчленить эти две группы вопросов и работать с уйгурским сепаратизмом более серьезно. Единственное, что я хотел бы от наших чиновников и политиков: в отношениях с Китаем надо избегать попытки превратить что-то, например, уйгурский сепаратизм в предмет торга. Это очень опасно. То, что касается очень интересного, на мой взгляд, сообщения, которое сделал Кадыр. В данном случае я размышляю вслух. Обратите внимание на слова Махатхира, который сказал: «Проблема не в том, что кто-то любит нас или нет, проблема в том, что основная масса террористов – мусульмане». Есть террористы христиане, буддисты, иудеи. И вторая проблема, которую обозначил он, как почетный председатель ОИК, на встрече президентов стран ОИК, - почему мы никак не можем оценить себя с той точки зрения, что исламские государства являются самыми отсталыми во всех отношениях. Разворачивая исламский сектор внешней политики Кыргызстана, мне кажется, эти слова Махатхира надо иметь в виду. По поводу США. Министерство иностранных дел – это не просто ведомство, которое формирует, готовит рекомендации. Мне кажется, что информационная работа должна быть развернута вкупе с другими ведомствами. Помощь Соединенных Штатов, безвозмездная помощь - около 1 миллиарда долларов США. Но я никогда ни от одной общественной организации, ни от одного политика не слышал слова благодарности. Япония, которая оказала безвозмездную помощь в размере 600 миллионов долларов, не удостоилась благодарности вообще. Но как мы рассыпаемся благодарностью в адрес наших друзей из СНГ, от которых в ряде случаев, кроме вреда, ничего нет! Я хочу обратить ваше внимание, это не только проблема политики, но и проблема методологии или методики мышления или общественного сознания. Так мы с вами далеко не уедем, если не сможем объективно оценивать, что и кто для нас делает. Зато подозреваем всех. Это хорошая такая позиция для того, чтобы оправдать себя.

Мне хочется, чтобы мы были серьезными людьми на международной сцене. Я хотел бы это особо подчеркнуть, обратить внимание Министерства иностранных дел, Министерства финансов, Нацбанка. Есть проблема авиабазы «Манас», ее превратили у нас некий жупел. Но Министерство иностранных дел и, в особенности, Министерство обороны ни разу не выступили с заявлением и разъяснением для населения, что вообще это такое – авиабаза «Манас». Я говорю в данном случае об информационной работе с общественностью. Если говорить о серьезной политике, то еще раз хочу повторить свой тезис о том, что база «Манас» - это очень сложное многокомнатное, многоэтажное сооружение, где есть свой пентхаус, где общаются американцы, китайцы, россияне, есть нижние этажи, есть свой подвал. К пентхаусу нас не подпускают и никогда не подпустят. Это тоже надо учитывать в собственной политике. И надо понимать эти вещи. И не только пытаться коммерциализировать эту ситуацию и получить какие-то дивиденды, но и искать пользу для государства и народа. Это сложная проблема. Я говорю об этом СОСТОЯНИЕ И ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ ВНЕШНЕЙ ПОЛИТИКИ КЫРГЫЗСТАНА не потому, что я «за». На территории страны любая база – это всегда плохо. Любая база – это проблема;

там, где скапливается оружие, оно всегда будет выстреливать. Я не хочу разворачивать эту тематику. Потому что к базе есть отношение стран, лежащих к югу от нас. Но гипотетически представьте себе на минуту, что американцы ушли из Афганистана. Обама решил, и они ушли в течение месяца. Интересно, кто возьмется за афганскую проблему? Я не вижу реальной силы, которая будет способна затормозить тех же талибов. Талибанизация – это процесс не только афганский, это афгано пакистанская проблема, проблема востока Ирана. Я не знаю, что будет противостоять, кто будет с этим бороться? У нас есть еще немного времени для вопросов, комментариев, выступлений. Пожалуйста.

Леонид Бондарец: Когда анализируешь Интернет-пространство, создается впечатление, что наше государство не причастно к таким организациям, как ШОС, ОДКБ, СНГ.


У меня создалось впечатление, что основная надежда нашего правительства и нашей власти только на США, которые нас вытащат из той грязи, в которую мы сами залезем. Это впечатление начинает переходить в уверенность, особенно когда происходят события в Южной Осетии, - государство, которое председательствует в СНГ, выжидает, кто же победит. Это показывает наше отношение к этим организациям. Это прекрасно, что к нам поступает помощь США. Честно говоря, я даже удивился некоторым цифрам. Очень приятное удивление было. Но Соединенные Штаты от нас далеко, даже при всем своем желании они не смогут вкладывать в нас нормальные инвестиции. В нас могут вкладывать наши соседи, прежде всего Китай. В начале ноября проходила конференция на Иссыккуле, и представитель Таджикистана с гордостью говорил, что Китай вложил в страну более 608 миллионов долларов. Это половина нашего внешнего долга. Мы этот момент упустили. Мы не воспользовались моментом, и эти инвестиции прошли мимо нас. Кстати, я считаю, что это во многом связано с присутствием здесь авиабазы «Манас». К нам приезжали представители китайского общества дружбы с зарубежными странами, и меня поразило то, что они были очень хорошо информированы о том, что происходит вокруг этой базы, особенно их интересовал вопрос о складе оружия, который здесь был обнаружен. Поэтому я не сказал бы, что Китай с пониманием относится. Он все-таки считает, что эта база может со временем представлять угрозу, судя по политике, которую мы проводим. Непонятно, то ли мы здесь, то ли мы там? Я не вижу сбалансированной политики. Она какая-то эпизодическая: сегодня направлена сюда, завтра туда. Поэтому я считаю, что мы потеряли китайские инвестиции. Второй вопрос – два миллиарда предлагает нам Россия. Там сказано: 1 миллиард 700 миллионов на инвестиционные проекты. Они спрашивают нас, что мы хотим сделать, в какие проекты вложить. Мы этого не делаем. Мы это упустили. Я очень уважаю наших дипломатов, у меня к вам претензий нет, я представляю, как вам тяжело защищать наши интересы в такой ситуации, когда Россия и США начали между собой бодаться. Я говорю о наших упущениях. СОСТОЯНИЕ И ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ ВНЕШНЕЙ ПОЛИТИКИ КЫРГЫЗСТАНА Следующий вопрос. Вот организации, в которые мы входим. Было прекрасно, что собрались здесь пять президентов, что они договорились о чем-то. Но на днях выходит статья на узбекских сайтах. Где опять выступают с критикой Таджикистана и Кыргызстана, что они неправильно ведут политику в отношении своей воды. Мне кажется, что этот вопрос нужно решать в нашем тесном кругу, а не стремиться получить поощрение великих держав. Сколько лет прошло, а у нас граница с Таджикистаном не определена. Вы знаете, что сейчас происходит на границе, выкупают земли в Баткенской области, а завтра заявят, что это их земли. Роза Отунбаева: Внешняя политика делается конкретными людьми, руководством страны. Речь идет о 2008 годе. Я полагаю, что у нас вообще нет внешней политики. При этом я не отрицаю труд сотен людей, работающих на этом участке. Однако мы страна, которая балансирует и выживает. 2008 год – еще один в цепи нашего выживания. Я не обвиняю никого, мы объективно оказались в такой ситуации. Если мы говорим о внешней политике как о системе, то должна быть система координат, векторы движения, ясные ориентиры. Многовекторность – это фиговый лист, которым мы деликатно прикрываем свою духовную наготу. Есть ряд стран в числе приоритетных, которые мы должны называть и обосновывать важность сотрудничества и сближения с ними. Я вообще не хочу говорить о качестве и контентной стороне деятельности нашего руководства. Какая это внешняя политика?! Проблемы внешней политики – это проблемы компетентности, адекватных знаний и профессионализма. Мне кажется, что это серьезная проблема, которая у нас есть и остается. Мы должны задаться вопросом: достаточно ли профессионально поколение нынешних и молодых дипломатов? Достаточно ли компетентный круг лиц, которые обучают и натаскивают наших будущих дипломатов? Где и как часто у нас проходят такие профессиональные разговоры как сегодня? Нам следует писать и печатать глубокие вещи, пока же мы зачастую занимаемся перебранкой на уровне желтой прессы, делаем отрывистые высказывания на злобу дня, между тем исчезает сам предмет разговора. Я не вижу и не читаю ничего значимого о внешней политике на кыргызском языке. Мы с вами разучиваемся даже на русском языке говорить о чем-то серьезном. Нет ни одного серьезного журнала, кроме одного-двух Интернет-изданий, где мы могли бы читать об этом. Когда я попадаю за рубеж, я начинаю понимать, чего мне страшно не хватает в Кыргызстане. Оказывается, у нас низкое качество печатных изданий: ни журналов, ни газет, ничего серьезного, чем можно себя питать, поддерживать и воспитывать. Вот в чем трагедия. Надо признать - все это чтиво и есть отражение реальной политики. Я хочу сказать о том, что все - Китай, Россия, США, Европа - в кругу наших внешних связей выстроены в искусственной системе координат. Если бы не Афганистан, базы бы не было. Утверждают, а нам это представляется не очень убедительным, что реакция Китая на базу чувствительная. Это объективная необходимость, с которой нам приходится считаться. У нас двусторонний договор между Штатами и Кыргызстаном. Авиачасть США расположена в гражданском аэропорту «Манас» Кыргызстана, носит имя Питера СОСТОЯНИЕ И ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ ВНЕШНЕЙ ПОЛИТИКИ КЫРГЫЗСТАНА Ганси, имеет у нас временный статус. Надо, чтобы у нас был контроль над этой базой в части ее деятельности. А то мы слышим страшные «утки», что у нас здесь склад трупов, содержатся пленные моджахеды и т.п. Чтобы не было таких домыслов, надо обеспечивать прозрачность исполнения этого договора. Впуская на свою территорию иностранные силы, мы должны контролировать, знать по существу в деталях, чем они занимаются, а не только обмениваться рукопожатиями, ходить к ним на смотрины.

Что касается Российской Федерации, мы все с вами про-русские в части менталитета, воспитания. Но когда мы склоняемся в сторону Запада, мы все-таки говорим о демократическом пути развития. Я думаю, что единственно этот путь обеспечит лучшее будущее страны. Мы не можем жить в ханстве, мы должны идти по демократической стезе. Россия и Китай – крупные внешние игроки на кыргызской территории. Это не столько партнеры, столько соперники. Россия говорит о возможности предоставления двух миллиардов долларов кредита нам, это «бородатая» идея. Что мы сегодня имеем? У нас всего три предприятия российских, а разговоров об инвестициях оттуда много.

Конечно, деньги от мигрантов тоже говорят в пользу России. Что мы видим на деле? Как только Китай объявляет о своем проекте, тут же на это место приходит Россия. Объявила Россия о своем намерении - приходит Китай, и опять все дело расстраивается. Мы позволили на нашей площадке играть, ставить подножки друг другу таким крупным инвесторам. Получается наша страна - пилотная площадка, на которой идут ристалища при слабой власти с доминантой личных интересов высокопоставленных чиновников. В Кыргызстане Европейским Союзом отрабатывается региональный подход, он и нам нужен. Все доноры прилагают усилия ослабить напряженность в стране по отношению к мировым вызовам. А в конкретных проблемах, таких как вода, электроэнергия, инвестиции, мы страшно проигрываем, мы оказываемся в одиночку. Почему у нас так? У нас в регионе не работает по-настоящему ни одна региональная международная организация. На Ближнем Востоке работает весьма эффективно Лига Арабских государств, в Африке - Организация Африканского Единства, я поражаюсь, что там на том континенте функционирует общепарламентская организация. Мы как страна теряем очень много и в региональном разрезе и в страновом. Н. Назарбаев выработал курс на Европу, разработана целая программа «Путь в Европу», они скоро возглавят тройку в ОБСЕ, у них статус полноценных наблюдателей в Совете Европы и т.д. В России передовая общественность прекрасно понимает, что Россия должна быть частью Европы. Демократическая Россия хочет быть в Европе. А мы с вами затерялись в дебрях отсталых стран, среди тех, кто все последние два десятилетия отчаянно нам помогают найти идентичность. Нас совсем запеленали и полуграмотные муллы делают из нас послушных безмозглых роботов. Посмотрите и такая страна, как Азербайджан, где традиции ислама очень крепки и живучи, выбрала путь в цивилизованную Европу. А Кыргызстан, который как будто еще является самым демократическим на пространстве Центральной Азии, встал как вкопанный, удерживается на месте разными силами, ведом чужими ценностями из-за слабости СОСТОЯНИЕ И ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ ВНЕШНЕЙ ПОЛИТИКИ КЫРГЫЗСТАНА власти, отсутствия грамотного сильного лидерства. Это самый горестный факт. Если говорить о демократизации, антикоррупционности, наш путь тоже должен пролегать в сторону сильных цивилизованных стран и континентов. И последнее. У нас мало хороших и серьезных дискуссий о судьбе Кыргызстана. Мне обидно, что на такой скудной почве у нас формируется и делается внешняя политика, резко сужается, обезвоживается культурная, образовательная база. О какой грамотной, профессиональной внешней политике в таких условиях мы говорим?! Муратбек Иманалиев: Спасибо большое.

Валентин Богатырев: Мы не первый год встречаемся и обсуждаем в таком формате ситуацию. Лучше бы мы собрались после Нового года, потому что мы еще больше испортили себе настроение. Этот год стал хорошей иллюстрацией всех тех проблем, о которых мы говорили много раз. Потому что был год реальной политики, может быть, впервые за много лет. То есть мы попали в пространство «пентхауса», за нас взялись и потребовали от нас, чтобы мы начали что-то делать. Эта ситуация (она была связана с российско-грузинским конфликтом) показала ярко и отчетливо, что такое внешняя политика Кыргызстана. Хочу подчеркнуть, что я не обсуждаю МИД и то, чем они занимаются. Я употребляю понятие внешней политики в более основательном смысле. Когда речь идет о позиционировании страны и целеполаганиях, которые страна перед собой ставит, и о тех политических и стратегических линиях, которые она удерживает для того, чтобы достичь своих целей исходя из своей позиции. Так вот в этом смысле я абсолютно согласен с Розой Исаковной, которая сказала, что внешней политики нет. К чему это приводит, мы видим в этом году. Мы видим, что страна действительно находится в ситуации, когда она вынуждена реагировать или балансировать между влияниями, которые на нее оказывают извне, с разных сторон. Раньше это называлось многовекторностью. Был один момент, связанный с базой в сентябре, когда давили, я связался с одним высокопоставленным чиновником и сказал ему: «Вы хотя бы продайте это как положено. Вы можете этот акт как-то продать, чтобы мы хотя бы избавились от внешнего долга». К сожалению, мы все делаем бесплатно. Но дело в том, что это не бывает без последствий. Мы находимся сейчас в гораздо более худшем положении. Мы оказались в более жесткой зависимости от Казахстана. Не только в отношении банков, финансов, мигрантов, но мы даже пошли под политический зонтик Казахстана. Консультации Бакиева с Назарбаевым перед выражением позиции по поводу России закрепили этот факт. Пока мало информации, но это еще усугубилось в том смысле, что сейчас начинает формироваться некоторая антиузбекская коалиция, в который мы участвуем на стороне понятно кого. Мы участвуем, таджики участвуют при поддержке, конечно, большого брата. То есть это говорит о том, что у нас изменилась ситуация с Узбекистаном. Скоро это сильно проявится. Это привело к тому, что Узбекистан занимает все более жесткую позицию в вопросах воды, газа, завтра это будет касаться границ. Я еще больше боюсь, что летом, когда пойдет поливная вода или когда она не пойдет, начнутся конфликты еще и на этой почве. То есть СОСТОЯНИЕ И ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ ВНЕШНЕЙ ПОЛИТИКИ КЫРГЫЗСТАНА мы можем получить вооруженный кыргызско-узбекский конфликт, а потом - миротворцы, ОДКБ. И сказать, что у нас улучшились отношения с Россией, я тоже не могу, потому что страна имеет два миллиарда долга и с радостью берет еще два миллиарда. Там спрятана одна вещь - инвестиции идут в энергетику. Причем в Камбарату-1. Тот, кто будет владеть Камбаратой-1, будет владеть всей водой в Центральной Азии. То есть они хотят за 1 миллиард 700 миллионов, которые мы же им еще и будем должны, получить контроль над всем. Как только мы подпишем это соглашение, мы лишимся единственного преимущества – контролировать воду. Мы передаем им последние куски своего суверенитета. В этом смысле я бы объявил мораторий на внешнюю политику года на два, потому что я чувствую, что предстоящие года два для нас будут чрезвычайно тяжелыми. На такой оптимистической ноте я и закончу.

Муратбек Иманалиев: Спасибо большое. Мы говорим о внешней политике государства, основных принципах, основных направлениях. То, что было сказано, – это, конечно, боль, таково состояние дел. Я прошу меня простить тех, кто не успел высказать свои соображения. Но в очередной раз скажу, что такого рода круглые столы в нашем институте проходят довольно часто. Я еще раз хочу всех поблагодарить за присутствие, реплики и комментарии. Спасибо. СОСТОЯНИЕ И ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ ВНЕШНЕЙ ПОЛИТИКИ КЫРГЫЗСТАНА Редактор: Толгонай Бердикеева

Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 ||
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.