авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 7 | 8 || 10 | 11 |   ...   | 13 |

«Оглавление ВОСТОЧНАЯ ЕВРОПА И ЕВРОСОЮЗ, И. И. ОРЛИК..................................................................................... 2 ...»

-- [ Страница 9 ] --

Россия и США в стремлении осваивать новые земли почти одновременно двигались к Аляске. Но именно Г. И. и Н. А. Шелиховым принадлежит честь основания у ее берегов первых постоянных поселений в 1784 г. Во второй половине XVIII в. отечественные первопроходцы столкнулись с представителями других государств, также заинтересованных в получении пушнины. Суровые условия жизни и борьба за выживание способствовали установлению отношений, основанных на взаимовыгодной торговле.

После провозглашения независимости представители молодого государства Соединенных Штатов - стали предпринимать длительные путешествия из Новой Англии вокруг мыса Горн и далее на север к Аляске. Как и русских промышленников, американцев интересовал мех калана, или, как его называли русские, "морского бобра".

Шкуры этого животного ценились на вес золота в Китае. В отличие от русских, кото Петров Александр Юрьевич - доктор исторических наук, ведущий научный сотрудник Института всеобщей истории РАН.

Петров А. Ю., митрополит Климент (Капалин), Малахов М. Г., Ермолаев А. Н., Савельев И. В. История и наследие Русской Америки. - Вестник Российской академии наук, 2011, N 12, с. 1090 - 1092.

Болховитинов Н. Н. Становление русско-американских отношений. 1775 - 1815. М., 1966;

его же. Русско американские отношения. 1815 - 1832. М., 1975;

его же. Россия открывает Америку, 1732 - 1799. М., 1991;

его же.

Становление и развитие русско-американских отношений, 1732 - 1867 (некоторые итоги исследований). М., 1998;

Гринёв А. В. Геополитические интересы России в Америке и на Тихоокеанском севере. XVIII - первая половина XIX в. - Вопросы истории 2009, N 3, с. 48 - 65;

его же. Внешняя угроза Русской Америке: мифы и реальность. Новая и новейшая история, 2012, N3, с. 108 - 124;

Ефимов А. В. Из истории великих русских географических открытий. М., 1971;

История Русской Америки (1732 - 1867), т. 1 - 3. М, 1997 - 1999 (далее: ИРА).

Gibson J. Feeding the Russian Fur Trade. Madison, 1969;

idem. Otter Skins, Boston Ships, and China Goods. The Maritime Fur Trade of the Northwest Coast, 1785 - 1841. Seattle, 1992;

Saul N. Distant Friends: The United States and Russia, 1763 - 1867. Lawrence, 1991;

Vinkovetsky I. Russian America. An overseas Colony of a Continental Empire, - 1867. New York, 2011;

URL: frontiers. loc.gov стр. рые посылали "мягкую рухлядь" в приграничный с Китаем город Кяхту, американские предприниматели везли пушнину, как правило, в Кантон.

Со времени появления в Америке английских колоний, основанных монопольными акционерными компаниями, прошло почти два столетия, и у этих объединений появился богатый опыт ведения коммерческих отношений на новых территориях. Капитаны судов, отправлявшихся за пушниной на Аляску, были бывалыми мореходами, служившими в английских компаниях. Именно в это время Аляска стала ассоциироваться в сознании американцев с "последней границей". Ее формирование стало одной из фундаментальных особенностей американской истории4. В восприятии русских граница их владений простиралась далеко на юг и доходила до Калифорнии. Понимание того, что земли в Калифорнии могут представлять интерес для России пришло к руководству РАК в начале XIX в. и связано оно было с деятельностью выдающегося государственного деятеля того времени - камергера двора, действительного статского советника Н. П. Резанова.

В 1803 - 1806 гг. состоялась первая отечественная кругосветная экспедиция под его руководством на кораблях "Надежда" и "Нева". Здесь стоит еще раз подчеркнуть, что именно он был руководителем этой экспедиции, о чем имелось специальное распоряжение императора Александра I. И. Ф. Крузенштерн был капитаном и отвечал за состояние кораблей и экипажа5. В ходе этой экспедиции Резанов совершил плавание на судне "Юнона" к берегам Калифорнии, в результате которого представители России установили дружеские отношения с калифорнийскими властями. Практически одновременно с русскими организовали свое путешествие и американцы. Речь идет об экспедиции М. Льюиса и У. Кларка от атлантического побережья к тихоокеанскому ( - 1806). Цель экспедиции - исследовать, что американцы приобрели в результате покупки Луизианы у Франции. Однако ее результаты заложили основу начавшейся в XIX в.

экспансии США на Запад. Русские и американцы были чрезвычайно близки к открытию побережья Тихого океана со стороны Орегона. Так, команда Н. П. Резанова прибыла к устью реки Колумбия вскоре после того как ее покинул отряд Льюиса-Кларка, отправившись в обратный путь6.

С этого времени отношения между русскими и американцами на севере Тихого океана активизируются. Директоры РАК были заинтересованы в торговле с гражданами США, или, как их называли, "бостонцами" (большинство североамериканских судов прибывали в русские колонии из Бостона). Коммерция развивалась на выгодных для обеих сторон условиях: с 1801 по 1809 г. по крайней мере 17 американских кораблей побывали в Ново Архангельске. В 1807 г. прибыло сразу четыре парусника. Общая стоимость доставленного "бостонцами" груза составила более полумиллиона рублей7. В этом время РАК купила у США суда, получившие затем названия "Кутузов", "Суворов" и "Рюрик"8. К 1808 г. гражданам других государств, и в первую очередь американцам, были проданы значительные партии пушнины, в том числе шкурок калана на сумму в 189204 руб. (по - 80 руб. за шкурку), а также 112647 шкурок морских котиков на сумму 226690 руб., при средней цене по 2 руб. за штуку. Из других видов пушнины следует особо выделить шкурки выдр (241 штука по 8 руб. 55 коп.), красных лисиц (1173 штуки по 4 руб. 21 коп.) и лисиц-"сиводушек" (456 шкурок по 7 руб. 75 коп.)9. С 1797 по 1818 г. американцы только от торговли с РАК получили 9738 шкур калана, 15 626 шкур речных Webb W. The Frontier and the 400 years Boom. - The Turner Thesis concerning the Role of the Frontier in American History. Lexington, 1972, p. 131.

ИРА, т. 2, c. 88 - 94.

Дмитришин Б. Посещение Сан-Франциско русским судном "Юнона", 28 марта - 10 мая 1806 г. - Американский ежегодник, 2006. М., 2007, с. 154 - 178.

Исследования русских на Тихом океане в XVIII - первой половине XIX в., т. 4. М., 2010, с. 312 (далее - ИРТО).

ИРА, т. 2, с. 305 - 307.

Ведомость Российско-американской компании, 1 января 1808 г. - Архив внешней политики российской империи (АВПРИ), ф. РАК, оп. 888, д. 183, л. 1.

стр. бобров, 377642 шкуры морских котиков на общую сумму 3647002 руб. В целом почти 20% от всей добытой в Русской Америке "мягкой рухляди" попадало в руки иностранцев, при этом большая часть доставалась представителям Соединенных Штатов10.

Вплоть до 1808 г. в Русскую Америку из Новой Англии отправлялись, как правило, экспедиции, организованные не компаниями, а частными судовладельцами. Ситуация изменилась, когда Дж. Дж. Астор основал Американскую меховую компанию. Вскоре он решил единолично заключать коммерческие сделки с русскими в северной части Тихого океана и стать монополистом по примеру Российско-американской компании. У Астора, который к этому времени был хорошо известен в США и за рубежом, имелись на то все основания. Он уже имел большой опыт торговли мехами и являлся одним из богатейших предпринимателей Соединенных Штатов.

Об успехах предприимчивого американца прекрасно знали и русские дипломаты в Соединенных Штатах. Дело дошло до того, что российский генеральный консул в Филадельфии А. Я. Дашков выразил поддержку Астору. Дашков также полагал, что для развития коммерческих отношений с Соединенными Штатами лучше иметь одного постоянного партнера. По мнению русского дипломата, развитие таких отношений могло способствовать взаимовыгодной торговле пушниной в Кантоне. Дашков и Астор провели, по всей видимости, немало времени в беседах, обсуждая перспективы этого сотрудничества. По крайней мере, Астор специально закупил для русских колоний те товары, которые ему порекомендовал Дашков. Для плавания было выбрано судно "Энтерпрайз", водоизмещение которого и оснастка позволяла совершить длительное плавание. Шкипером был назначен Дж. Эббетс, уже бывавший ранее в Русской Америке.

Астор дал подробное наставление Эббетсу. В нем четко сказано, что судно должно следовать в Русскую Америку прямо к конторе главного правителя русских колоний на Аляске - А. А. Баранова. Весь груз предназначался для РАК. Эббетс не должен был продавать или менять даже часть товаров по пути индейцам или вступать в коммерческие отношения с другими державами. Правда, продать товары американский капитан должен был по выгодной цене. Астор указал, минимальную цену, допустимую в торговле с Барановым. По всей видимости, он имел уже достаточно сведений о характере Александра Андреевича и о том, как нужно с ним вести дела. Знал он и о пристрастии главного правителя колоний к доброму вину. Для этих целей на борт были погружены две бочки "хорошей мадеры для моих (Астора. - А. П.) личных целей". Строго наказывалось вино подарить, а деньги за него не брать. Ключевой в этом наставлении представляется следующая фраза, которая во многом объясняет характер взаимодействия русских и американцев на севере Тихого океана. Астор писал: "Укажите, что он (А. А. Баранов. - А.

П.) будет получать товары не только регулярно, но и по более низким ценам, а также что это позволит окончательно отвадить всех тех авантюристов, которые отправляются из нашей страны к побережью в надежде часть груза продать русским, а другую туземцам"11.

Эта же мысль прозвучала и в личном письме Астора Баранову. Она была высказана в форме замаскированной угрозы, что Баранову-де лучше согласиться с его предложением, если русские хотят, чтобы дела вели с ним, а не с "туземцами, с которыми мы хотели торговать ранее". Дж. Астор предлагал А. А. Баранову ежегодно отправлять в Ново Архангельск по два-три судна с припасами и товарами и вывозить оттуда в Кантон пушнину - при условии, что в китайском порту он будет действовать как единственное доверенное лицо РАК. Кроме того, американец готов был и к другим формам сотрудничества, в том числе предоставлять РАК свои корабли для транспортировки "мягкой рухляди" в Кантон12.

ИРА, т. 2, с. 305.

Дж. Дж. Астор - Дж. Эббетсу, 23 октября (4 ноября), 26 октября (7 ноября) 1809 г. - Сборник документов:

Россия и США: становление отношений, 1765 - 1815. М., 1980, с. 379.

Дж. Дж. Астор - А. А. Баранову, 23 октября (4 ноября), 26 октября (7 ноября) 1809 г. - Там же, с. 379 - 380.

стр. В случае достижения договоренностей американские суда должны были доставлять провиант, оплаченный мехами по твердым ценам или деньгами, вырученными от торговли с китайцами. Таким образом, русские колонии были бы обеспечены продовольствием и имели бы возможность получить доступ к кантонскому рынку пушнины, заплатив определенный процент от выручки и оплатив фрахт судов.

С Эббетсом Дашков направил и свое подробное письмо А. А. Баранову13. В нем он объявлял себя корреспондентом по делам компании. Известно, что первым человеком, который получил такую должность, стал Н. П. Резанов. В задачу последнего входило докладывать лично императору о РАК. В отличие от Резанова, как следует из письма Дашкова: "Компания удостоила меня наименования корреспондента своего". Круг его полномочий был иным, чем у Николая Петровича. В задачу Дашкова входило кроме иных обязанностей от царского правительства способствовать развитию коммерческих отношений РАК с американцами.

В пяти тезисах Дашков отметил то, как он видит развитие ситуации. По сути, все они сводились к лоббированию интересов Астора. Дашков подчеркивал, что между американцами и русскими неизбежна конкуренция, особенно в устье р. Колумбия.

Русский дипломат, как и Астор, подчеркивал, что единственный, по его мнению, способ "отвратить" американских частных промышленников от торговли оружием с туземцами это иметь дело с надежным партнером. Таковым партнером он видел только одного Астора.

Позиция самого Дашкова и его активное лоббирование интересов Астора показательны14.

Возможно, у русского дипломата был личный интерес, но важно то, что он передавал в целом позицию российского правительства, заинтересованного в стабильной торговле на северо-западе Америки. Эта позиция, по всей видимости, была выработана директорами РАК, которые полагали, что лучше вести дела с одним надежным партнером на основе долгосрочного контракта. Подписать подобные многолетние соглашения с капитанами отдельных судов из Соединенных Штатов было крайне сложно.

В нашем распоряжении имеются три документа, которые получил А. А. Баранов от Дж.

Эббетса. Из них следует, что Астор продумал и логически обосновал важность соглашения с Александром Андреевичем. Возможно были и другие бумаги и письма, которыми заручился нью-йоркский предприниматель, но даже из тех, которые сохранились видно, что Баранову настойчиво рекомендовалось заключить соглашение с Астором. Эта настойчивость, по всей видимости, привела в перспективе к иным результатам, чем ожидалось. Известно, что у Баранова было свое мнение о торговых отношениях с американцами. Подчас в тех документах, которые он направлял в ГП РАК, высказывались противоречивые мысли. Главный правитель то подчеркивал важность посещения русских колоний американцами, то, наоборот, писал о пагубности таких контактов. Но в одном он был верен себе. Решение о том, как и с кем вести коммерцию на Аляске, в основном, принимал он.

Судно "Энтерпрайз" под командой Дж. Эббетса с товарами для русских колоний прибыло в Ново-Архангельск в июне 1810 г. Вскоре состоялись переговоры. Как и предполагал Астор, за свои товары он получил частью наличными - около 27 тысяч пиастров. Однако в основном были заключены бартерные соглашения и груз был обменян на пушнину: всего 15275 шкур, в том числе 10874 шкур котиков15. Вскоре после того как состоялась сделка, Эббетс отправился 27 июля с богатым грузом на сумму более 65000 пиастров в Кантон.

Там пушнина была продана.

В результате такой торговли общая сумма товаров, которые привез с собой Эббетс, составила почти 137 тыс. долларов. Из них американский капитан вычел за фрахт судна и оплату труда лоцмана. Но все равно доход оказался существенным. Баранов заметил:

А. Я. Дашков - А. А. Баранову, (26 октября) 7 ноября 1809 г. - там же, с. 382 - 385.

Подробнее об А. Я. Дашкове, см.: Болховитинов Н. Н. Становление русско-американских отношений, с. 440 465.

ИРА, т. 2, с. 174 - 175.

стр. "Это уже не пустяк. Напротив - это значительная коммерческая прибыль". Бочка мадеры, которую послал Астор, произвела на Баранова должное впечатление, и он благодарил американца за внимание и взамен посылал ему кошелек ручной работы и шапку из камчатских соболей16. Вскоре А. А. Баранов получил известия об успешных сделках с китайцами. Товары (чай и ткани) продавались с наценкой в 60%17.

В это время в устье р. Колумбия была основана первая фактория Соединенных Штатов Астория. В мае 1812 г. Американская меховая компания и РАК подписали контракт, призванный гарантировать сохранение границ торгово-промысловых операций севернее и южнее 55° с.ш. Нью-йоркский предприниматель соглашался поставлять из Астории в Ново-Архангельск продовольствие по фиксированным ценам в обмен на меха или векселя и за комиссионные привозить пушнину из Русской Америки в Кантон, возвращаясь оттуда с грузом китайских товаров. При этом они обещали не продавать аборигенам огнестрельное оружие и порох. Русские обязывались закупать провиант только у Дж.

Астора18. Он ожидал получить 25% от их стоимости в виде комиссионных за доставку промысловых товаров на судне "Энтерпрайз", хотя в целом плавание могло принести ему 80 тыс. долл. У американского предпринимателя были и другие планы в отношении русских владений.

По крайней мере, у капитана В. М. Головнина, прибывшего в Ново-Архангельск на шлюпке "Диана", имелась секретная инструкция Дж. Астора Дж. Эббетсу. В этом документе речь шла о приоритете в получении прибыли любым путем. Рекомендовалось, если окажется выгодным, продать груз в испанских владениях или даже туземцам.

Ситуация с этой инструкцией требует дополнительного изучения. Сложно сказать, как она попала в руки Головнина и имел ли тот право вскрывать конверт. Возможно, что это было спланировано самим Астором. Об этой инструкции сказано в приложении к "Морскому сборнику", где были напечатаны восемь документов, в том числе письма Сибирского генерал-губернатора И. Б. Пестеля, "Записка капитана 2-го ранга В. М. Головнина о нынешнем состоянии Российско-американской компании (писана в 1818 году)" и др. Этот факт был отмечен в специальном выпуске газеты "Северная пчела", в которых наряду с объяснениями текущего положения дел исследуются и события прошедшей эпохи21. Одно можно сказать наверняка - текст инструкции Астора со слов Головнина явно контрастировал с предыдущим документом, выданным тому же Эббетсу. Кроме того, известно, что сочинения Головнина вышли в начале 60-х гг. XIX в., когда на РАК обрушилась волна критики, во многом инициированная великим князем Константином Николаевичем. И сейчас достаточно сложно сказать, на самом ли деле Астор проводил такую двойственную политику и даже стремился собирать данные о русских колониях на случай войны с США22.

Если факт подлинности секретной инструкции Астора вызывает сомнения, то вряд ли можно поставить под вопрос обнаружившиеся расхождения во мнениях главного А. А. Баранов - Дж. Астору, 13 (25) августа 1811. -Россия и США, с. 484.

Хлебников К. Т. Жизнеописание Александра Андреевича Баранова, Главного правителя Российских колоний в Америке. СПб., 1835, с. 137 - 140.

Начертание условий, предлагаемых между Российско-Американскою и меховою Американскою компаниями...

26 августа 1811 г. - АВПРИ, ф. 161, Спб. Гл. Архив Н-3, оп. 34, д. 8, л. 90.

Дж. Астор - А. А. Баранову, (28 сентября) 10 октября 1811 г. - Россия и США, с. 489 - 490;

А. Я. Дашков - А. А.

Баранову, 1 (12) октября 1811 г. - Россия и США, с. 491 - 492.

Материалы для истории русских заселений по берегам Восточного океана. - Морской сборник. 1861. N 1, с. 1 126. Прил. Подробнее об отчете о деятельности В. М. Головнина в Русской Америке см.: Российский государственный архив Военно-морского флота (РГАВМФ), ф. 410, оп. 2, д. 2515.

Северная пчела, 1861, N 72. Рецензия на "Материалы по истории русских заселений по берегам Восточного океана", N 109.

Замечания В. М. Головина о Камчатке и Русской Америке. - Материалы для истории Русских заселений по берегам Восточного океана. СПб, 1861, вып. II, с. 73 - 77.

стр. правителя и американского шкипера. Так, А. А. Баранов заключил, что прибыль, получаемая от взаимодействия с американской меховой компанией по сравнению с рисками оказалась не столь существенной. Русские попадали в зависимость от поставок Астора, сроки которых могли варьироваться. По мнению Баранова, отправляя меха в Кяхту через Охотск по уже проверенному пути, несмотря на все издержки, РАК получала больший доход. Это было особенно важно, в силу того, что у РАК имелись проблемы с ликвидными активами23.

В свою очередь Дж. Эббетс полагал, что Главный правитель Русской Америки, несмотря на договоренность, пытался продать пушнину дороже, а купить привезенные шкипером товары и припасы по более низкой цене. Кроме того, американского капитана не удовлетворяли условия проведения торговых операций. Плавание было рискованным, приходилось иметь дело с враждебно настроенными аборигенами, учитывать русские обычаи и т.д.

Учитывая взаимное недовольство, А. А. Баранов воздержался от подписания постоянного соглашения с Астором, мотивировав свое решение рядом обстоятельств. Во-первых, отсутствовало прямое указание из Главного правления РАК о заключение долгосрочного соглашения на монопольных условиях. Во-вторых, Баранов заметил, что он не может заключить контракт, не зная цен на товары в Нью-Йорке и Бостоне. В-третьих, заключению контракта препятствовала сложная международная обстановка. Российское правительство также ответило отказом на просьбу американского купца освободить его от уплаты пошлины на ввоз пушнины в Россию по тарифу 1810 г. В это время Астор стал испытывать трудности. Его фактория в устье реки Колумбии Астория - перешла в руки англичан, которые переименовали это поселение в форт Джордж. Некоторые из его судов в акватории Тихого океана, в том числе с грузами для РАК, потерпели крушение или были захвачены индейцами Северо-Западного побережья.

К этому времени Главное правление РАК стало терять интерес к монополии Астора.

Возможной перспективой их сотрудничества оставалась торговля соболями на Камчатке и совместный промысел морского бобра в прибрежных водах Калифорнии.

Во время англо-американской войны 1812 - 1815 гг. суда из Соединенных Штатов часто приходили в Ново-Архангельск. Их капитаны продавали А. А. Баранову свои грузы, а иногда и корабли по вполне умеренной цене. С одним из таких коммерсантов, У. Дэвисом, главный правитель РАК решил даже попытать счастья в торговле с Филиппинами.

Любопытно, что еще в своей записке от 1798 г. Н. А. Шелихова придавала большое значение этому направлению25. Погрузив на корабль "Изабелла" колониальные товары, в июне 1814 г. А. А. Баранов отправил его в Манилу26.

ГП РАК надеялось самостоятельно наладить снабжение российских колоний из Петербурга путем снаряжения кругосветных экспедиций, тем более что для этого появилась возможность: в 1812 г. мещанин из г. Тотьмы Вологодской губернии И. А.

Кусков основал крепость и селение Росс, получившие затем название Форт Росс. Этот Форт появился в Калифорнии поблизости от залива Бодега с одной стороны - и Сан Франциско с другой. Форт стал самым южным анклавом РАК. Следует отметить, что проникновение русских в Калифорнию началось в самом начале XIX в. Преследовались две важнейшие цели: промысел морского бобра (калана), который обитал в этих водах и составлял особый подвид этого животного, и снабжение русских колоний на Аляске продовольствием. Поблизости от крепости появились сельскохозяйственные угодья "ранчо". Колонисты выращивали зерновые, заботились об увеличении поголовья скота.

Однако в 1841 г. Форт Росс был продан мексиканскому, а затем американскому гражданину Дж. Суттеру (Саттеру). При этом на основании новейших исследований, можно Подробнее об этом см: Петров А. Ю. Российско-американская компания: деятельность на отечественном и зарубежном рынках (1799 - 1867). М., 2006, с. 75 - 91.

Дж. Астор - Т. Джефферсону, (2) 14 марта 1812 г. - Россия и США, с. 512 - 513.

ИРТО, т. 2, с. 343.

Хлебников К. Т. Жизнеописание Александра Андреевича Баранова. СПб., 1835, с. 153.

стр. говорить, что Форт Росс активно развивался и не был убыточным, как считалось ранее27.

Несмотря на то, что представители Соединенных Штатов не раз помогали русским колониям, привозя необходимые товары, некоторые их действия не нравились Главному правителю. Особенно он был недоволен обменом на пушнину оружия и пороха с воинственными туземцами, которые использовали их против русских. Американцы покупали у туземцев "мягкую рухлядь", зачастую минуя РАК. Огромные расстояния и явная нехватка служащих РАК в колониях способствовали такой торговле. Для предотвращения такой коммерции директорами компании рассматривались по крайней мере три решения. Самое простое - это запретить иностранцам появляться в территориальных водах России. Второе решение - воспрепятствовать тому, чтобы туземцы продавали меха представителям других государств. И третье - это повлиять на финансово-хозяйственные отношения таким образом, чтобы "бостонцам" было выгоднее и безопаснее иметь дело только с РАК, которая могла, в отличие от туземцев, оптом купить все, что американцы привозили с собой и даже сами корабли.

Выбор решения был достаточно сложным. Даже главный правитель русских колоний на Аляске, превосходно знавший обстановку на месте, пребывал в замешательстве. В ГП РАК в результате пришли к выводу, что следует предпринять усилия на дипломатическом поприще. Директора компании обратились за помощью в Министерство иностранных дел России. Однако последовавший вскоре демарш русских дипломатов показал, что воздействовать через правительство США на торговцев пушниной весьма сложно.

Разделение властей, права штатов и другие положения американской конституции этому препятствовали. Принятие решения исполнительной властью отличалось в императорской России от США. Если в России одного слова императора было необходимо и достаточно для исполнения любого положения, то в США было по-другому. Госсекретарь Соединенных Штатов отметил, что президент страны не может запретить своим гражданам торговлю с аборигенами, тем более, что в регионе, где она происходила, отсутствовала официально признанная граница28. Эта мысль была созвучна словам Астора, который в письме своему зятю А. Б. Бентсону писал: "О том, что случайные американские торговцы продают индейцам оружие, должно быть хорошо известно Русской меховой компании, и, как мне кажется, представления, сделанные по этому поводу правительством е. и. в-ва правительству Соединенных Штатов, были ответом на ее настояния. Но как бы ни хотел президент Соединенных Штатов удовлетворить желание е.

в-ва. императора всероссийского, он по конституции не имеет права препятствовать гражданам заниматься торговлей, которую законодательство признает законной"29.

В 1818 г. на смену А. А. Баранову, представителю купечества, приходит морской офицер, капитан-лейтенант Л. А. Гагемейстер. Он пробыл на этом посту совсем короткий промежуток времени, как и сменивший его С. И. Яновский. Отношениям с иностранцами по-прежнему придавалась большое значение. Об этом говорят предписания этих главных правителей30. Так, С. И. Яновский призывал правителя Новоархангельской конторы К. Т.

Хлебникова "купить у иностранцев... товаров в коих мы (русские колонии. - А. П.) очень нуждаемся: фризов, одеял, китаек, сахару, американского табаку"31.

С. И. Муравьёв стал Главным правителем, который прибыл надолго и ответственно отнесся к своей должности. С ГП РАК у него был контракт сроком на пять лет. Разорвать соглашение с компанией он мог лишь отказавшись от своего жалования.

Петров А. Ю., Капалин Г. М., Ермолаев А. Н. О продаже русской колонии Форт Росс в Калифорнии. - Вопросы истории, 2013, N1 с. 13 - 17.

ИРТО, с. 177 - 180.

Дж. Астор - А. Б. Бентсону, (9) 21 января 1811 г. - Россия и США, с. 452 - 453.

Письмо Л. А. Гагемейстера - С. И. Яновскому, 17 июня 1818 г. - ИРТО, т. 4, с. 40 - 41.

Письмо С. И. Яновского - К. Т. Хлебникову, 31 июля 1819 г. - Там же, с. 63.

стр. Материалы колониального архива Российско-американской компании позволяют рассмотреть те задачи, которые поставил перед собой Муравьёв. В Петербурге он получил инструкции от Главного правления РАК по изучению как внутренних районов Аляски, так и прибрежных вод. Одним из первых мероприятий этого морского офицера был поиск переводчиков, "знающих язык северных обитателей Норд-Вестовой Америки". Если активность А. А. Баранова была обусловлена с поиском новых мест промысла на морского зверя, то для Муравьёва стояла задача гораздо шире. Ему требовалось осмыслить географические границы подвластной ему территории и выявить удобные для навигации и сухопутных экспедиций пути. В основе этого поиска лежало стремление ГП РАК понять какие меры и в каком масштабе нужно предпринять для того, чтобы обезопасить русские колонии от иностранной конкуренции - в первую очередь, конечно, американской.

Между тем количество судов, приходивших в воды Русской Америки под звездно полосатым флагом, увеличивалось. Директоры РАК получали известия о прибывающих из Соединенных Штатов судах почти с каждой почтой. К сожалению, в связи с утратой архива Главного правления РАК в Петербурге мы можем составить лишь косвенное впечатление об этих бумагах. Зачастую цитаты из этих депеш приводились директорами компании в посланиях в различные министерства и ведомства. Их анализ позволяет сделать вывод о том, что обеспокоенность главных правителей директорами компании стала трактоваться как тревожная и опасная для благосостояния Русской Америки ситуация. В ГП РАК пришли к заключению, что представители США стремятся самостоятельно обменивать пушнину у туземцев.

На общем собрании акционеров прозвучала мысль о том, что Соединенные Штаты стремятся закрепиться на еще не освоенных русскими территориях. Итогом этого беспокойства стала депеша от 26 апреля 1817 г. министру иностранных дел России К. В.

Нессельроде. В этом документе за подписью директоров РАК говорилось о необходимости принятия действенных мер для ограничения торговли с США в северной части Тихого океана32. Кроме представителей Соединенных Штатов вызывала беспокойство и деятельность англичан. Так, 10 августа 1816 г. командир брига "Рюрик" О.

Е. Коцебу записал в своем журнале, что Компания Гудзонова Залива имеет свои притязания на земли в районе Берингова пролива и "не упустит возможности" их занять 33.

Ситуация в отношениях с иностранцами выглядела во многом иначе, нежели ее изображало Главное правление РАК. Анализ бумаг колониального архива РАК позволяет проследить, как составлялось мнение морских офицеров в Русской Америке. Зачастую оно было основано на данных, поступавших из тех или иных контор, когда их правители отмечали появление иностранных судов и сообщали сведения о возможной торговле с американцами или англичанами. Были и личные контакты, когда суда под флагом Соединенных Штатов шли напрямую в Ново-Архангельск. При этом доставка корреспонденции из Русской Америки до Петербурга занимала подчас до полугода и более. Решение, таким образом, принимались компанией на основании данных годичной, а иногда и трехгодичной давности.

Инициативы ГП РАК вылились в дискуссию между морским министерством и министерством финансов. Суть этой дискуссии в основном сводилась к обсуждению сложившейся ситуации и того, какие меры могут быть предприняты. Любопытно, что в представленных записках отмечались положительные стороны взаимодействия с иностранцами на этапе становления колоний, но уже к 1820 г. в этой переписке превалировали описания отрицательных сторон.

В 1820 г. истекал срок действия первого устава Российско-американской компании. В обсуждении нового устава активное участие приняли министр финансов граф Д. А. Гурьев и сибирский генерал-губернатор М. М. Сперанский. В переписке между ведом ГП РАК - К. В. Нессельроде, 26 апреля 1817 г. - Российский государственный исторический архив (РГИА), ф.

994, оп. 2, д. 831, л. 2об. - 3.

Судовой журнал Брига "Рюрик", 10 августа 1816 г. - ИРТО, т. 4, с. 22.

стр. ствами Гурьева и Сперанского красной нитью проходила мысль о том, как обезопасить русские колонии от возможного вмешательства иностранцев. Военный конфликт с зарубежными державами из-за территорий на Тихом океане не рассматривался. Основной упор был сделан на хозяйственном благополучии колоний34.

Так, Гурьев полагал, что для того чтобы компания и далее могла пользоваться дарованными ей монопольными правами и привилегиями, необходимо существенно ограничить, а в дальнейшем полностью запретить, коммерческие отношения с иностранцами в Русской Америке. Он считал, что "граждане Северо-Американских Штатов приезжают в наши колонии на судах своих и, производя явно и скрытно торги с природными жителями, делают подрыв и вред селениям нашим внушениями своими, а еще более снабжением островитян разным оружием". Для выполнения этого условия он предлагал организовать ежегодные военные экспедиции в Русскую Америку, чтобы "два вооруженных судна беспрерывно находились бы в колониях для прикрытия оных"35.

Открытым оставался вопрос снабжения колоний хлебом и необходимыми вещами.

Решение было предложено на первый взгляд очень простое: все товары и припасы для Русской Америки могут направляться на отечественных судах "кругом света". Самим колониям было предложено активизировать усилия в коммерческих отношениях с державами Азиатско-Тихоокеанского региона, и в первую очередь с Китаем.

Если предложения Гурьева о полном обеспечении колоний товарами за счет кругосветных экспедиций было трудновыполнимым и, самое главное, дорогостоящим для компании, то его указание на необходимость дальнейшего развития торговых отношений с Китаем в Кяхте - весьма полезным.

В своих рассуждениях Гурьев опирался как на бумаги Главного правления, так и на имевшиеся в его распоряжении архивные данные. Так, при основании компании, для придания ей монопольного статуса в 1797 - 1798 гг. Н. А. Шелихова обращала внимание правительства на возможную опасность со стороны иностранцев, которые могут занять русские колонии в Америке36. Вплоть до 1799 г., т.е. до времени образования РАК, купцы действовали на свой страх и риск, и государство лишь следовало их предложениям. Да и РАК была образована как частная купеческая компания, правда под высочайшим государственным покровительством.

С приходом к управлению колоний морских офицеров поменялось отношение директоров компании к Русской Америке. Представляется, что изменение этого отношения и стало решающим фактором при принятии решения о запрете торговли с иностранцами. Одним из основных документов, повлиявшим на позицию ГП РАК, стало письмо В. М.

Головнина. В нем он отмечал: "Россия по всем законам народным и общественным справедливым образом обладает северо-западным берегом Америки". Во взаимодействии с представителями Соединенных Штатов Головнин видел лишь отрицательные стороны.

Он был уверен, что посещению парусников из этого государства, которых, по его мнению, приходит до 10 - 15 в год, необходимо воспрепятствовать, так как "почти под самыми крепостями компанейскими суда Северо-американской республики, не только производящих торг с природными дикими жителями той страны, но и продающих им порох, свинец и оружие явно для употребления против русских". Головнин полагал, что необходимо установить "между промышленниками порядка наподобие людей военных" и запретить Соединенным Штатам торговать в Русской Америке37.

Опираясь на мнение Головнина и директоров компании в Морском министерстве приходят к заключению, что следует принять меры по ограничению доступа иностранцев в колониальные воды России в Тихом океане.

Болховитинов Н. Н. Русско-американские отношения, 1815 - 1832, с. 162 - 181, ИРА, т. 2, с. 303 - 338.

Г. Д. Гурьев - И. И. Траверсе, 9 апреля 1820 г. - РГАВМФ, ф. 166, оп. 1, д. 665, л. 1об. - 3.

Мемориал к прочному восстановлению американской компании Н. А. Шелиховой, 1798 г. -АВПРИ, ф. РАК, оп.

888, д. 127, л. 1 - 34.

В. М. Головнин - ГП РАК, 10 сентября 1819 г. - РГИА, ф. 1643, оп. 1, д. 41, л. 7 - 8.

стр. Сперанский же исходил из экономических нужд вверенного ему края. Он был заинтересован в активизации коммерции РАК с Китаем в Кяхте и вообще стремился к развитию российско-китайских отношений. Эта торговля, по его мнению, приносила значительные доходы от пошлин и способствовала развитию Сибири, в то время как неконтролируемая коммерция с гражданами США приводила, как он полагал, к ослаблению Русской Америки.

Схожесть позиций директоров компании и высоких правительственных чиновников России ускорила подготовку специальных постановлений о запрете торговли с иностранцами.

4 (16) сентября 1821 г. император подписал указ, точнее, "Постановление "правил" о пределах плавания и порядка приморских сношений вдоль берегов Восточной Сибири, северо-западной Америки и островов Алеутских, Курильских и проч."38 Запрещалось "всякому иностранному судну не только приставать к берегам и островам, подвластным России.., но и приближаться к оным в расстоянии менее ста итальянских миль"39. Этот документ состоял из 63 статей, в которых подробно оговаривалось, как должно было вести себя колониальное начальство в случае невыполнения иностранными гражданами данного предписания. Нарушителей ждал штраф в испанских пиастрах. Именно эта валюта получила широкое хождение в Русской Америке. За 1 пиастр в первой половине XIX в. давали в среднем 5 руб.40 Суммы штрафов колебались от 50 до 500 пиастров. В качестве крайней меры предлагалась конфискация судов-нарушителей со всем грузом41.

Практически одновременно с "постановлением" 13 (25) сентября 1821 г. император подписал Указ о даровании "правил" и "привилегий" РАК на следующие двадцать лет, и в тот же день утвердил для нее еще особые "секретные правила"42. "Привилегии" компании состояли из 20 параграфов (в 1799 г. их было 11), в то время как "правила" регламентировали деятельность РАК уже в 70 параграфах, сгруппированных в определенные разделы (в 1799 г. был 21 параграф, а разделы отсутствовали)43. Согласно § 1 как "правил", так и "привилегий", РАК сохраняла свой статус "под высочайшим его императорского величества покровительством". § 2 "привилегий" определял монопольный статус РАК и устанавливал 51° с.ш, как географический предел, до которого простирались ее владения. Согласно § 17 РАК освобождалась от уплаты внутренних пошлин как на российские, так и на иностранные товары, если их доставляли на судах, совершавших кругосветные экспедиции из Кронштадта в Охотск. В заключение "привилегий" (§ 20) "всем Гражданским и Военным лицам и Присутственным местам" предписывалось оказывать всякую помощь, защиту и покровительство РАК. Параграфы "правил" регламентировали жизнь российских подданных в колониях и служащих РАК в России, касались отношений с аборигенами и особо поднимали вопрос о возможном взаимодействии с гражданами других государств.

Вскоре после того как эти указы были подписаны, о них стало известно в Европе и Соединенных Штатах. Проблема заключалась в том, что Россия посчитала возможным на государственном уровне поддержать РАК, при этом, не уведомив должным образом об этом другие страны, которые были заинтересованы в ведении коммерческой деятельности на Тихом океане. Наибольший резонанс эти указы получили в Англии и США.

Текст указа см.: Тихменев П. А. Историческое обозрение образования Российско-Американской компании и действий ее до настоящего времени, ч. 1. СПб., 1861, ч. 1. прилож, с. 27 - 40.

Там же, с. 27.

Краткий баланс капитала Российско-американской компании, составленный в Главном правлении из генерального баланса на 1 января 1838 г. - РГИА, ф. 994, оп. 2, д. 862, л. 5 - 7.

Тихменев П. А. Указ. соч., ч. 1, прилож, с. 27 - 40.

Подробный анализ этих "секретных" правил, предписывающих, как должны себя вести экипажи российских судов, посещавших Русскую Америку, а также регламентировавших отношения местного начальства с аборигенами и иностранцами, см.: ИРА, т. 2, с. 303 - 338.

Тихменев П. А. Указ. соч., ч. 2, прилож, с. 1 - 9;

ИРТО, т. 3, с. 17 - 22.

стр. Что касается Англии, то она отстаивала интересы Компании Гудзонова Залива, у которой были свои интересы на континентальной Аляске. При отсутствии точной границы эти интересы могли быть нарушены. Соединенные Штаты, напротив, были больше заинтересованы в развитии морской торговли.

В американской прессе появились статьи, в которых отмечалась важность для Соединенных Штатов развития "северо-западной торговли" и доказывалась возможность ведения свободного предпринимательства американскими гражданами. Этот указ ударял по многим предпринимателям из Бостона и делал их бизнес нерентабельным: суммарный убыток мог исчисляться десятками тысяч долларов для одного судна. Волна протестов вскоре привела к тому, что правительства Англии и США настояли на проведении переговоров с Россией о разграничении территорий на Северо-Западе Америки44. После выхода указов представители Соединенных Штатов стали вести торговлю от мыса реки Колумбия на юге до мыса Спенсер на Севере и не вели дела с кадьякцами, алеутами и другими туземными народами, которых контролировала РАК. Исключение составляли, пожалуй, индейцы-тлинкиты, хайдакайгане и эскимосы Берингова пролива и народы к северу от него45.

После принятия нового устава в 1821 г. казалось, что наступает "золотой век" Русской Америки. Директоры компании добились практически всего, что просили у правительства. Многие их важнейшие пожелания были одобрены различными российскими министерствами и ведомствами.

В ГП РАК были уверены, что запрещение торговли с иностранцами, в первую очередь, с гражданами США, благоприятно отразится на прибыли, что, в свою очередь, привлечет новых акционеров. Ожидалось резкое увеличение поставок пушнины на китайский рынок.

А с твердой поддержкой со стороны ВМФ, полагали директора компании и акционеры, колонии не будут ни в чем нуждаться, поскольку все товары и припасы буду отправляться "кругом света"46.

Однако эти надежды оказались малооправданными. Вместо увеличения поставок пушнины на российский и китайский рынки произошел спад. Затраты на кругосветные экспедиции оказались столь значительными, что стали одними из основных статей расходной части баланса. На этот факт указал главный бухгалтер ГП РАК П. В.

Боковиков, который подготовил баланс за 1821 г. Недовольных акционеров директора компании успокаивали тем, что из колоний еще не прибыл ожидаемый груз пушнины 47.

В это время ГП РАК стремилось воспользоваться ситуацией и утвердить свои права на как можно большей территории Аляски. Для этого главному правителю предписывалось использовать старые и проверенные методы для подтверждения в случае спора, что Аляска является российской по праву первооткрытия. Одним из таких методов стало закапывание железных и медных досок с Российскими гербами в разных местах Русской Америки. Муравьёв рапортовал в ГП РАК, что для исполнения возложенных на него задач, он "принял от г-на флота лейтенанта Семена Ивановича Яновского пять досок секретных знаков и два герба Российской империи"48.

Вскоре Муравьёв получил бумаги с указами о запрете торговли с иностранцами из Главного правления. Судя по документам, Муравьёв подчинился этому приказу, но осмелился высказать свои замечания, которые, по сути, сводились к пожеланию разрешить торговлю с гражданами Соединенных Штатов. Это пожелание нашло отклик у Подробнее см.: ИРА, т. 2, с. 396 - 414.

Внешняя политика России. М., 1974, т. IX, с. 378 - 387.

Исторический очерк деятельности Российско-американской компании, подготовленный в 1841 г. - Архив Русского Географического общества (АРГО), разр. 99, оп. 1, д. 82, л. 58.

ГП РАК - Департаменту мануфактур и внутренней торговли, 29 июня 1821 г. - РГИА, ф. 123, оп. 1, д. 319, л. об. - 46 об.

М. И. Муравьёв - ГП РАК 20 сентября 1820 г. - National Archives and Record Service (N ARS). Washington (D.C.) Records of the Russian-American Company NA. RRAC, r. 27, p. 45.

стр. вновь избранного 30 мая 1822 г. директора РАК, московского купца И. В. Прокофьева49.

Он полагал, что русские в колониях нуждались в "расторжках" с "республиканцами".

Особенно важным, по его мнению, было то, что у представителей Соединенных Штатов покупались припасы для Русской Америки. И. В. Прокофьев заявил, что "принятая система отчуждения иностранцев и ежегодные экспедиции через два, три года разорят компанию совершенно"50. Это было признанием того, что запрещение торговли с гражданами Соединенных Штатов в Русской Америке было ошибочным шагом.

Опираясь на донесения М. И. Муравьёва, Прокофьев представил специальную записку, в которой предлагалось разрешить иностранцам развивать коммерцию в русских колониях на Северо-Западе Америки. Как указывалось в записке, к 1824 г. стало ясно, что отказ от коммерческих сделок с представителями зарубежных стран в колониях наносит благосостоянию компании существенный вред. Почти одновременно с Прокофьевым с похожим предложением выступил Н. С. Мордвинов в своем письме к К. В. Нессельроде51.

13 июня 1824 г. в ГП РАК приняли решение поставить вопрос о возможной торговле с иностранцами в Русской Америке на обсуждение общего собрания акционеров52. Во время работы собрания среди директоров компании произошел раскол. Одни настаивали на сохранении запретительных мер, а другие полагали, что их нужно немедленно отменять.

Общее собрание акционеров РАК состоялось 24 июня 1824 г. Директор РАК В. Крамер настаивал на оставлении запретов в силе и даже на ужесточении мер наказания в случае его нарушения. И. В. Прокофьев, напротив, призывал к скорейшему разрешению торговли. В своем выступлении он дал полный отчет о своей деятельности и предложил конкретные меры по улучшению финансово-хозяйственного положения РАК. Он внес предложение уменьшить расходы компании и активнее развивать ее деятельность на зарубежных рынках. Прокофьева поддержал Боковиков, который с цифрами на руках отметил, сколь убыточным оказалось для компании решение о запрете коммерческих сделок с иностранцами в Русской Америке. В результате оживленных дискуссий все предложения Прокофьева были единогласно одобрены акционерами53. Крамер подвергся критике со стороны акционеров РАК за "упрямство и надменность" и был отправлен в отставку. На этом же собрании директором Российско-американской компании был избран Н. И. Кусов - петербургский купец и городской голова54. Однако не один Крамер выступал против торговли с иностранцами. Первенствующий директор РАК и зять Шелиховых М. М. Булдаков полагал, что следовало выгнать из Русской Америки "иностранных волочаг"55. Впрочем, к 1824 г. его позиция и позиция еще одного директора - А. Севернина - изменилась.

ГП РАК - Николаю I, 30 мая 1822 г. - РГИА, ф. 560, оп. 8, д. 119, л. 9.

Записка о состоянии РАК, 13 июня 1824 г. - АРГО, разр. 99, оп. 1, д. 29, л. 31. В дальнейшем, характеризуя финансово-хозяйственное состояние РАК в начале 20-х гг. XIX в., ее директора отмечали, что "экспедиции приносили компании одни убытки, поглощая значительные суммы наличных капиталов". См.: Исторический очерк деятельности Российско-американской компании, подготовленный в 1841 г. - АРГО, разр. 99, оп. 1, д. 82, л.

60. Признавалось, что "этот способ снабжения колоний был еще тем неудобен, что товары привозились вообще низкого сорта и что иногда товаров одного рода привозили слишком много, а другого вовсе не привозили", см.:

там же, л. 61.

ИРА, т. 2, с. 338.

ГП РАК - Е. Ф. Канкрину, 1 июля 1824 г. - РГИА, ф. 18, оп. 5, д. 1367, л. 1 - 3.

П. В. Боковиков - К. Т. Хлебникову, 30 марта 1823 г. - Государственный архив Пермской области (ГАПО), ф.

445, оп. 1, д. 151, л. 52 об.

П. В. Боковиков - К. Т. Хлебникову, 23 июля 1824 г. - ГАПО, ф. 445, оп. 1, д. 151, л. 56 об. Вскоре М. М.

Булдаков предложил, чтобы вместо В. В. Крамера, "у которого дела по бирже и обстоятельства свои могут отвлекать его от дел компании", заведовать кассой компании поручить И. В. Прокофьеву, который единственный из всех директоров проживал в доме Главного правления. См.: М. М. Булдаков - Совету РАК, июль 1823 г. АВПРИ, ф. РАК, оп. 888, д. 307, л. 1 - 1 об.

ИРТО, т. 4, с. 81.

стр. Прошел совсем короткий срок и разрешение заключать коммерческие соглашения с иностранцами было высочайше утверждено. ГП РАК немедленно направило специальную бумагу на этот счет М. И. Муравьёву. Первым судном, прибывшим по торговым делам из США в Русскую Америку, стало "Тамеамеа" (капитан - Дж. Мик), посланное Дж.

Астором. Муравьёв купил у Мика дорогих сигар, 90 галлонов вина и камин себе в дом56.

Вскоре и другие суда из США стали активно посещать русские колонии.

В 1824 - 1825 гг. были заключены соглашения о разграничении территорий между Великобританией, Соединенными Штатами и Россией, что стало следствием тех демаршей, которые предпринимало ГП РАК в отношении запрета торговли с иностранцами. В результате этих соглашений притязаниям России на земли, южнее градусов 40 минут и ставился барьер57.

После заключения этих соглашений взаимодействие с иностранцами переходит в фазу выработки определенных норм, которые отвечали бы требованиям времени. Например, в 1824 - 1830 гг. унифицированы цены на меха морских животных, предназначенных для продажи гражданам США и на внутреннем рынке. До этого стоимость шкурки морского котика при ее продаже американцам составляла 8 руб. ассигнациями, или 2 руб. 28 коп.

серебром. Стоимость же аналогичной шкурки, доставленной в Охотск, равнялась уже руб. ассигнациями и доходила до 25 - 30 руб. в Кяхте или Петербурге. Получалось так, что шкурки морских котиков в Русской Америке продавались по явно низким ценам. Эта диспропорция была ликвидирована специальными постановлениями ГП РАК.

Таким образом, взаимодействие с гражданами Соединенных Штатов в начале XIX в.

носило достаточно противоречивый характер. Существовала взаимовыгодная торговля.

Но директора РАК в Петербурге были обеспокоены растущей активностью "бостонцев" у побережья Аляски, особенно, связанной с обменом оружия на пушнину. Позиции колониальных властей и Главного правления РАК подчас отличались друг от друга. Если последнее выступало за запрет торговли, то морские офицеры на месте, в Русской Америке, поддерживали развитие коммерческих отношений с представителями Соединенных Штатов. Среди американцев также не существовало единого подхода в отношениях с русскими. Так называемые "авантюристы" ради прибыли продавали оружие и алкоголь туземцам, а были и те, кто осознавал опасность такого подхода и предпочитали иметь дело только с РАК. Однако в целом именно позитивная сторона российско американских отношений в северной части Тихого океана повлияла на общий фон двусторонних связей на протяжении всей первой половины XIX в.

М. И. Муравьёв - ГП РАК 13 декабря 1824 г. - NARS. RRAC, г. 29, р. 160.

Подробнее о подготовке и заключении этих соглашений, см.: ИРА, т. 2, с. 397 - 441.

стр. Заглавие статьи ЦАРСКАЯ ДИПЛОМАТИЯ И ЛАТИНСКАЯ АМЕРИКА Автор(ы) А. И. СИЗОНЕНКО Источник Новая и новейшая история, № 5, 2013, C. 183- Страницы прошлого Рубрика Место издания Москва, Россия Объем 24.7 Kbytes Количество слов Постоянный адрес статьи http://ebiblioteka.ru/browse/doc/ ЦАРСКАЯ ДИПЛОМАТИЯ И ЛАТИНСКАЯ АМЕРИКА, А. И. СИЗОНЕНКО Об открытии Нового света на Руси узнали в первой четверти XVI в. из донесений русских дипломатов, побывавших в Европе. Впрочем, сведения о Новом свете содержались и в рукописях ученого монаха Максима Грека (1530 г.), а также в переведенной на русский язык в 80-е годы XVI в. книге польского автора М. Вельского "Хроника всего мира".


Позднее, в 60-е годы XVII в., в Москве вышел "Атлас или Космография" известного географа Меркатора, где целый раздел был посвящен открытию Америки, ее природе, жившим там народам и т.д.

До начала XVIII в. в России были переведены и изданы все основные работы, появившиеся к тому времени в Западной Европе, где рассказывалось о Новом свете. При Петре I царскому двору уже пришлось "иметь дело" с этим континентом. В 1711 г. один английский купец предложил российскому правительству колонизовать остров Тобаго и через него наладить торговлю с Россией1. Это предложение осталось без ответа. Позднее другой иностранный купец предложил с помощью военной экспедиции захватить ряд территорий Южной Америки для основания там колонии. Но и этот проект, отдававший явным авантюризмом, Петр I отклонил.

Подобные предложения неоднократно поступали на имя российских правительств, но Россия не хотела ввязываться в дела далекой Южной Америки.

При Екатерине II пришло время и для прямых контактов. Ища поддержки своим планам, осенью 1786 г. в Херсон прибыл выдающийся венесуэльский патриот Франсиско Миранда, родоначальник освободительной борьбы народов будущей Латинской Америки против испанского колониального господства. По рекомендации Г. А. Потемкина гость из Венесуэлы был принят в Киеве Екатериной И. По свидетельству министра иностранных дел А. А. Безбородко, "американец Миранда... понравился государыне"2. Более полугода Миранда находился в России, побывав также в Москве и Петербурге. Екатерина II настолько благоволила ему, что даже присвоила звание полковника российской армии.

Императрица отклонила протесты испанского правительства по поводу пребывания в России Миранды. Есть мнение, что она планировала послать в Новый свет морскую экспедицию, в составе которой предполагался и Миранда.

Начавшаяся борьба народов Латинской Америки против испанского господства в первой четверти XIX в. способствовала возрастанию интереса к этому региону со стороны России. Участвовавшей в блокаде Англии России требовались новые торговые партнеры.

В марте 1810 г. Александр I издает манифест о разрешении торговать с Бразилией колонией Португалии, которая была к тому времени оккупирована англичанами. Год спустя, в августе 1811 г., император в инструкции, направленной посланнику России Ф. П.

Палену в Рио-де-Жанейро, куда перебрался португальский двор после оккупации Португалии, подчеркивал важность торговли для России с Бразилией.

Сизоненко Александр Иванович - доктор исторических наук, ведущий научный сотрудник Института Латинской Америки РАН.

Ефимов А. В. Из истории великих русских географических открытий. XVII - первая половина XVIII в. М., 1950.

Шур П. А. Россия и Латинская Америка. М., 1964, с. 19.

стр. Александр I, верный принципам легитимизма и дружеских отношений с испанским двором, хотя и сочувствовал Мадриду в его борьбе против восставших колоний, но на прямую военную помощь, как того хотелось испанской стороне, не пошел. Тем более что он встретил на этом пути противодействие Англии. Демократическая же общественность России открыто симпатизировала борьбе народов Латинской Америки за свою свободу и независимость. За океан в помощь повстанцам даже отправилась группа добровольцев из России.

Активным поборником дружественных отношений с появившимися на карте латиноамериканскими республиками был министр иностранных дел России Н. П.

Румянцев. В одном из писем императору он подчеркивал, что "установление прочных и постоянных связей между Россией и владениями Португалии в Америке значило бы воздвигнуть памятник нынешнему царствованию". В инструкциях Палену Румянцев уполномочивал посланника обещать представителями восставших испанских колоний, что русское правительство "признает их новый политический статус"3.

Следует отметить, что политика России в отношении новых государств в Латинской Америке носила весьма "аккуратный" характер. Так, в 1826 г., когда Бразильская империя еще не была официально признана Россией, российский консул в Рио-де-Жанейро Г. И.

Лангсдорф получил выговор от министра иностранных дел К. В. Нессельроде за его чрезмерную активность в контактах с Бразилией, которая тогда еще не получила независимость от метрополии - Португалии. "Император (Николай I. - А. С.) не разрешит ни своему кабинету, ни своим агентам за границей никаких действий, которые бы дали возможность думать даже о молчаливом признании нынешнего бразильского правительства"4.

Ощутимый сдвиг произошел в 1828 г., когда Россия официально признала и установила дипломатические отношения с Бразилией, к тому времени получившей независимость. Ее государственный строй - империя - дал основание Николаю I пойти на установление с ней дипломатических отношений. Указ об этом он подписал собственноручно. В целом же Николай I, испытывавший стойкое неприятие к революционному движению, не жаловал молодые республики бывшей Испанской Америки.

Что касается контактов с Мексикой, то первый шаг в этом направлении был сделан еще при Александре I во время пребывания в Мексике видного деятеля Русско-американской компании (РАК) Н. П. Резанова. На инструкции Румянцева Резанову, которому следовало "обозреть североамериканские российские заселения, вникнув в прямые надобности сего нового края и изыскивая возможнейшие средства к удовлетворению нужд Камчатки и Восточной Сибири", помета Александра I - "Быть сему"5. Отчеты о своей поездке Резанов напрямую отправлял императору.

Однако все эти намерения отложила Отечественная война 1812 г. С 1817 г. Главное правление РАК регулярно информировало Александра I о положении дел. Поскольку Мексика оставалась во владении Испании, вопрос обсуждался больше в плоскости российско-испанских отношений: "Русские вместе с гишпанцами в Новом свете, подавая друг другу руку помощи, могут утвердить взаимно ту дружбу, которая приняла начало в Старом"6.

И хотя Мексика к концу царствования Александра I уже завоевала свою независимость, вопрос о ее признании по-прежнему оставался "замороженным". "Что же касается до революционного правительства в Мексике, - отмечал Ниссельроде, - то мы ни в какие сношения с ним не вступаем"7, хотя мексиканская сторона не раз обращалась за признанием к России. Уже после восшествия на престол Николая I президент Мексики Внешняя политика России, т. V. М., 1965, с. 325.

Россия, СССР - Бразилия - 150 лет. М., 1980, с. 37.

Россия и Мексика в первой половине XIX в. (совместный советско-мексиканский сборник документов). М, 1989, с. 15.

Там же, с. 33.

Там же, с. 44.

стр. генерал Гуадалупе Викториа, выступая 1 января 1826 г. на открытии сессии Генерального Конгресса Мексики, заявил, что, по его мнению, "в поведении русского императора не отмечается враждебных намерений в отношении революции в Америке и поскольку Мексика из всех государств ближе всего расположена к русским владениям, будут рано или поздно установлены связи с правительством Санкт-Петербурга"8.

В 1830 г. российские и мексиканские дипломаты провели переговоры в Лондоне, где обсуждались вопросы признания Россией Мексики и торговли между двумя странами. И если по первому решение так и не было достигнуто, то по второму - российская сторона всячески подчеркивала свое намерение развивать торговые связи. Наиболее рьяным сторонником нормализации отношений с Мексикой выступала РАК. Главный правитель компании П. Ф. Врангель, возвращаясь в 1834 г. на родину, проехал почти всю Мексику, а в ее столице встречался с представителями мексиканского правительства, где выразил намерение РАК и далее развивать торговлю с их страной. В ответ мексиканцы дали понять, что они заинтересованы прежде всего в политическом признании Мексики Россией. Обо всем этом Врангель сообщил по возвращении в Петербург. Но Николай I своей позиции не изменил. Как сообщал Нессельроде министру финансов Е. Ф. Канкрину:

"Рассмотрев вопрос о признании нового порядка вещей, введенного в прежних Испанских колониях в связи с важнейшими политическими соображениями нынешнего времени, Государь император не изволил признать еще возможным решиться теперь на такое признание, но Его Величество надеется, что обстоятельство сие не послужит препятствием к тому, чтобы колонии наши (в Северной Америке. - А. С.) поддерживали с Мексикой торговые связи"9.

Совсем в другом ключе развивались отношения России со странами Латинской Америки после воцарения на престоле Александра II. Во второй половине 50-х годов XIX в. к России обратилась целая группа стран Южной и Центральной Америки с предложением установить официальные отношения. Президент Венесуэлы Х. Монагас 22 марта 1856 г.

обратился с письмом к Александру II, в котором просил "открыть взаимные торговые и дружественные сношения между обоими государствами". Послание Монагаса было передано послом Венесуэлы во Франции Ф. Корвайо через российское посольство в Париже. В развитии этого вопроса активную роль сыграл министр иностранных дел России А. М. Горчаков, хотя дело двигалось достаточно медленно, видимо в силу разных бюрократических процедур. В декабре 1856 г. посол России в Париже сообщил своему венесуэльскому коллеге, что Горчаков передал письмо президента Венесуэлы Александру II, сам же Горчаков в предварительном порядке уведомил, что "правительство Империи с удовольствием принимает предложение Президента Венесуэлы установить отношения с Россией". Наверняка, не без влияния Горчакова вопрос о нормализации отношений был уже вскоре разрешен. В ответном послании Монагасу от 5 февраля 1857 г. Александр II написал "нашему великому и доброму приятелю": "Мы с удовольствием изъявляем Вам уверение в готовности нашей содействовать всему, что может упрочить приязнь между Нашими подданными и Республикой Венесуэла". "Итак, - писал Горчаков послу России во Франции П. Д. Киселеву, - признание императорским правительством Государства Венесуэла состоялось"10.


Заслуги Горчакова в нормализации отношений были официально отмечены венесуэльской стороной: в 1870 г. президентским указом он был награжден высшей наградой Венесуэлы медалью с изображением Симона Боливара. В ответном послании канцлер сообщал, что Александр II "милостиво позволил" ему принять эту награду.

Когда в ноябре 1888 г. следующий уже президент Венесуэлы Х. П. Рохас сообщил Александру III о своем избрании и в связи с этим подтвердил желание его страны под Un siglo de relaciones intemacionales de Mexico atraves de los mensajes presidenciales. Mexico, 1935, p. 8.

АВП, ф. РАК, д. 350, л. 15.

Россия - Венесуэла 1856 - 1996. Документы и материалы. М., 1997, с. 14 - 15;

17 - 18.

стр. держивать дружественные отношения с Россией, император в ответном послании от ноября 1888 г. был с ним солидарен11.

В процессе налаживания отношений со странами Латинской Америки Горчаков играл особенно важную роль. Зная об этом, иностранные представители обращались непосредственно к канцлеру. Так, министр иностранных дел Коста-Рики Монтуфар заявил о желании его правительства установить отношения с теми странами, с которыми у него ранее таковых не было, включая Россию. Монтуфар просил Горчакова довести до сведения императора содержание своего письма, а также передать царю личное послание президента Коста-Рики Б. Каррансы. Письмо и послание были переданы Александру И.

Неустойчивость тогдашнего внутриполитического положения Коста-Рики не позволила в то время установить отношения. Спустя два года на предложение нового президента Коста-Рики Т. Гуардиа развивать и укреплять политические и торговые связи с Россией Александр II ответил согласием.

Аналогичное письмо через Горчакова направил царю президент Гондураса А. Сото. В докладе царю Горчаков подробно обосновал целесообразность признания Гондураса с точки зрения торговых интересов этой страны и ее географического положения. В заключение Горчаков пишет: "Осмеливаюсь испрашивать высочайшее разрешение Вашего Императорского величества признать республику Гондурас". На это предложение Александр II дал согласие: на полях доклада канцлера его резолюция "с-ъ" (согласен)12.

В 1874 г. были установлены дипломатические отношения между Россией и Перу. В начале марта назначенный посланником Перу в Россию А. де Лаваль вручил царю верительные грамоты. Александр II специальным указом ускорил формальности, связанные с установлением отношений, в ответ перуанский парламент быстро провел соответствующие процедуры.

Установление отношений с Мексикой, не состоявшееся во времена Николая I, проходило при Александре III. Первоначально переговоры велись через Бельгию, где особенную инициативу в их налаживании проявил военный агент Н. Чичагов. В 1887 г. в письме российскому военному министру он рекомендовал установить отношения с Мексикой. С этим письмом ознакомился и сам император.

23 декабря 1891 г. назначенный мексиканским посланником в Россию Р. Гальярдо вручил верительные грамоты в Гатчинском дворце императору. Александр III, задав несколько вопросов посланнику о его прежней службе, отметил важность строительства Панамского канала и выразил надежду, что его завершение будет способствовать развитию и российско-мексиканской торговли.

Ряд шагов по дальнейшему расширению связей России с Латинской Америкой был сделан при Николае II. В 1898 г. царь принял верительные грамоты у посланника Боливии Х.

Аргандоньи.

Заметное место в латиноамериканской политике России в то время занимала и Куба. мая 1902 г., спустя шесть дней после провозглашения независимости Кубы, ее президент Эстрада Пальма направил послание Николаю II с сообщением об этом событии и желании наладить тесные и сердечные отношения дружбы с Россией. В ответном письме 6 июля того же года Николай II уведомлял: "Мы с удовольствием изъявляем Вам полную готовность всегда содействовать всему, что может установить и упрочить приязнь между Россией и Кубой"13. Впоследствии, в 1909 и 1913 г. Николай II в письмах новоизбранным президентам подтвердил желание России и впредь укреплять и развивать отношения с Кубой.

В октябре 1913 г. Николай II признал кубинского дипломата Гойкочеа-и-Диаса в качестве консула Кубы в Петербурге. Интересно, что секретарем консульства был знаменитый шахматист Х. Р. Капабланка, который принял участие в 1914 г. в Петербургском международном шахматном турнире. Деньги на организацию турнира, среди других, Там же, с. 31.

Архив внешней политики Российской империи (далее - АВПРИ), ф. Главный архив, 1 - 4, 1876, д. 52, л. 19 - 20.

Россия - Куба 1902 - 2002. Документы и материалы. М., 2004, с. 13, 17.

стр. дал и царь - 1000 рублей, а по итогам турнира его призерам, в том числе и Капабланке, были вручены кубки от придворного ювелира Фаберже.

В латиноамериканском направлении российской дипломатии в конце XIX - начале XX в.

выделяются отношения с Аргентиной, заслуга в установлении которых во многом принадлежит посланнику России в Бразилии А. С. Ионину. В 1885 г. по совместительству он был назначен и посланником в Буэнос-Айресе. Верительные грамоты Ионина подписал Александр III, подчеркнув в них свое дружественное расположение к президенту Аргентины Х. Рока и его стране.

При вручении грамот Ионин заверил президента "в искреннем желании моего Августейшего повелителя укрепить чувство дружбы и взаимного уважения между двумя народами для их взаимного блага".

В ответном письме Александру III от 2 июня 1886 г. Рока уверял, что будет рад содействовать Ионину в выполнении его функций в целях укрепления дружественных связей между Аргентиной и Россией. В марте 1887 г. в аргентинской столице прошли торжества в связи с днем рождения Александра III. Докладывая об этом, Ионин подчеркнул: "Совершенно необычный случай для Америки. Здешнее правительство не обращает никакого внимания на день рождения или тезоименитства иностранных государей"14.

Заметным событием в отношениях двух стран стал визит в Россию в июле 1902 г.

аргентинского военного учебного фрегата "Пресиденте Сармьенто". Это был первый военный корабль Аргентины, посетивший Россию. В Кронштадте на борт поднялись Николай II и адмирал СО. Макаров. В Петербурге император дал аудиенцию командиру корабля Ф. Дюфуру, что вызвало глубокую благодарность президента Аргентины15.

Российские императоры и главы латиноамериканских государств ни разу не встречались, исключение - бразильский император Педру П. Это одна из интереснейших фигур в истории Бразилии. Первое заочное знакомство юного Педру с Россией началось еще в 40 е годы XIX в., когда посланник России в Бразилии С. Г. Ломоносов давал ему уроки русского языка, рассказывал о далекой России, ее красивой столице Петербурге. Видимо, еще тогда зародилось у него желание посетить Россию. И вот спустя много лет, будучи уже императором, в 1876 г. Педру II отправился в путешествие по Европе. Тогда же он посетил и Россию - столицу Петербург, древний Киев на Украине, а оттуда выехал в Крым, где обычно отдыхала семья русского царя. Педру II путешествовал как частное лицо, поэтому поездка не имела какого-либо официального формата.

16 сентября 1876 г. Педру приехал в царский дворец в Ливадии. Находившийся там в то время военный министр Д. А. Милютин описал этот визит в дневнике: "Сегодня ливадское общество было занято исключительно бразильскими гостями, которые своей оригинальностью и простотой произвели резкий диссонанс с натянутым, сдержанным тоном наших придворных нравов. Бразильский император путешествует до того скромно и неприхотливо, что приехав в Ялту, не имел при себе шляпы, и чтобы приехать сюда, взял в гостинице чью-то чужую. Дон Педро II имеет вид старца (хотя ему с небольшим лет) с седой окладистой бородой, высокого роста и довольно полный. С государем и императрицей он обращался как с близкими, давнишними друзьями... Своеобразие и добродушие императора, путешествующего простым туристом, не подчиняющегося общепринятым при европейских дворах формам этикета, не могли не внушать некоторого уважения даже и в нашем пошлом кружке"16.

Десятилетие спустя с Педру II встречался великий князь Александр Михайлович, племянник Александра III. Александр Михайлович был офицером военного корвета "Рында", совершавшего кругосветное плаванье. В декабре 1886 г. "Рында" вошла в бухту Гуанабара, которую великий князь по красоте сравнил только с бухтами Сиднея, СССР (Россия) - Аргентина. 1885 - 1886. М., 1990, с. 17.

Сейчас "Сармьенто" стоит на вечной стоянке в порту Буэнос-Айреса. Корабль превращен в музей, в одном из помещений которого есть галерея фотографий высоких особ, поднимавшихся в разные годы на борт фрегата. На одной из них - Николай II и Макаров.

Милютин Д. А. Дневник Д. А. Милютина. Т. 2. 1876 - 1877. М., 1947.

стр. Сан-Франциско и Ванкувера. Александру Михайловичу как члену царской фамилии было поручено нанести вместе с А. И. Иониным визит Педру И, резиденция которого находилась тогда в Петрополисе. Добирались они туда на небольшом поезде три часа сквозь тропические джунгли. Великий князь отметил, что "окладистая седая борода Педру и его очки в золотой оправе делали его похожим на университетского профессора.

Отсутствие политических разногласий и неразрешимых конфликтов между Российской и Бразильской империями позволяло нам разговаривать непринужденно".

Собеседники затронули несколько тем, когда речь зашла о политической обстановке в стране, Педру II сказал, что "политические идеи сегодняшнего дня связаны с требованиями завтрашнего не чем иным, как постоянным желанием перемен. Никакое правительство не может оставаться у власти продолжительное время. В данную минуту требованием дня у нас является установление демократического строя... Бразильский народ получит этот строй. Я слишком хорошо знаю мой народ, чтобы допустить бесполезное кровопролитие. Пускай будущие президенты попытаются поддержать гражданский мир в Бразилии".

Два часа беседовали великий князь и Ионин с императором в его кабинете. В заключение беседы Педру II прикрепил к морскому кителю князя знаки высшего ордена Бразильской империи. Поблагодарив, Александр Михайлович сказал, что предпочел бы более скромную награду. В ответ император рассмеялся и предложил гостю орден Розы, который назвал одним из "наших самых скромных отличий".

Князь принял эту награду, сказав, что, по его мнению, она лучше всего подходит к его представлениям о Бразилии. "Дон Педро, - вспоминал Александр Михайлович, - сдержал свое обещание, он добровольно отрекся, поставив своих импульсивных подданных в тупик легкостью одержанной ими победы... Память его чтут по сей день в Бразилии, и памятник, воздвигнутый по всенародной подписке, увековечивает спокойную мудрость этого доброго старика"17.

Однако рамки российско-латиноамериканских отношений не замыкались только на двустороннем уровне. Когда в 1902 г. произошел так называемый венесуэльский кризис, связанный с жесткими финансовыми претензиями к Венесуэле со стороны целой группы европейских держав, Николай II по просьбе спорящих сторон взял на себя третейское разбирательство. После долгих и сложных переговоров вопрос завершился ко всеобщему удовлетворению.

Особое место в системе тогдашних международных отношений заняла Гаагская мирная конференция 1907 г. По инициативе России на нее впервые были приглашены страны Латинской Америки. Как сообщал в Петербург глава российской делегации в Гааге А. И.

Нелидов: "Я получил от них (латиноамериканцев. - А. С.) изъявление искренней глубокой признательности за то, что именно Россия первой решилась пригласить их"18.

На конференции делегат от Аргентины Л. Драго выдвинул доктрину о неприкосновенности суверенитета государства, а также предложил запретить применять силу для истребования долгов. Российская делегация поддержала эти инициативы, за что снискала благодарность представителей стран Латинской Америки.

К моменту крушения Российской империи можно говорить о перспективных предпосылках в развитии дипломатических отношений между Россией и странами Латинской Америки, учитывая проблемы, интересы и тогдашние возможности с обеих сторон. Отношения с далекой Латинской Америкой заняли свое место в системе российской внешней политики благодаря незаурядным личностям, определявшим основные направления внешней политики России. Непосредственный и ощутимый вклад внесли дипломаты-посланники: в Бразилии - А. И Ионин и П. В. Максимов, в Мексике - Р.

Р. Розен, в Чили и Парагвае - М. Э. Прозор. Впрочем, было бы несправедливым забывать и заслуги на этом же направлении и представителей латиноамериканской стороны. Их общими усилиями российско-латиноамериканские отношения укреплялись и развивались.

Великий князь Александр Михайлович. Книга воспоминаний. М., 1991, с. 81.

АВПРИ, ф. Политархив, 1907, д. 3, л. 134 - 135.

стр. НАЦИОНАЛЬНАЯ ГОСУДАРСТВЕННАЯ ПОЛИТИКА Заглавие статьи ОБРАЗОВАНИЯ АВТОХТОННОГО НАСЕЛЕНИЯ МЕКСИКИ (ИСТОРИЯ И СОВРЕМЕННОСТЬ) Автор(ы) А. Е. СОЛДАТОВА Источник Новая и новейшая история, № 5, 2013, C. 189- Сообщения Рубрика Место издания Москва, Россия Объем 26.8 Kbytes Количество слов Постоянный http://ebiblioteka.ru/browse/doc/ адрес статьи НАЦИОНАЛЬНАЯ ГОСУДАРСТВЕННАЯ ПОЛИТИКА ОБРАЗОВАНИЯ АВТОХТОННОГО НАСЕЛЕНИЯ МЕКСИКИ (ИСТОРИЯ И СОВРЕМЕННОСТЬ), А. Е. СОЛДАТОВА Происходившие во второй половине XX в. процессы этнического возрождения не обошли стороной и латиноамериканский регион, дав импульс признанию автохтонного населения в качестве одного из полноправных элементов политической, социальной и культурной жизни континента. Однако сегодня видно, насколько глубоки исторические корни экономических и социокультурных проблем этой части населения и что вопрос о его полноценной интеграции в рамках современных государств продолжает сохранять остроту.

Образование по праву считается одним из наиболее важных механизмов, с одной стороны, социализации и адаптации представителей этнических меньшинств, в том числе коренного населения, и сохранения их этнокультурной идентичности - с другой. Цель данной работы - изучить историю развития образования коренного населения Мексики, затронув современное состояние проблемы.

Источниками исследования послужили тексты мексиканских нормативных документов (конституция, законодательство в области образования), национальные планы развития на 2001 - 2006 и 2007 - 2012 гг., отчеты о работе государственных учреждений, занятых вопросами коренного населения, и статистические данные о деятельности этих учреждений, учебные планы и программы курсов в сфере образования коренного населения, материалы периодической печати.

По данным Комиссии по развитию коренных народов в 2012 г. численность коренного населения Мексики составила около 15 млн. человек1, при общей численности населения в 101 млн. человек (по данным переписи 2010 г.). Отличительная черта коренного населения Мексики - чрезвычайное этнолингвистическое разнообразие: наряду с испанским, в Мексике официальными признаны 62 коренных языка. Хотя традиционно есть штаты с особенно высокой долей коренного населения (Чиапас, Оахака, Герреро), в целом оно равномерно распределено по территории страны.

Уровень образования коренного населения продолжает оставаться невысоким. Достаточно привести некоторые данные статистики. Так, 4,3% коренных жителей никогда не посещали школу, а 21,3% имеет только начальное обучение. При этом если среди детей моложе 15 лет образованием охвачено более 90%, то уже в возрасте от 15 до 24 лет лишь 28,3% молодежи продолжает свое обучение2. 28% индейских детей в возрасте от 6 до лет не умеют ни читать, ни писать;

это на 15% больше, чем среди остального Солдатова Анна Евгеньевна - аспирантка исторического факультета Московского государственного университета им. М. В. Ломоносова.

Comision Nacional para el Desarrollo de los Pueblos Indigenas. - http://www.cdi.gob.mx/index.php?option com_content&view-article&id- По данным Государственного совета по вопросам населения. - http://www.eluniversal.com.mx/notas/700510.html стр. населения страны3. 18% индейских девочек в возрасте от 6 до 14 лет не посещает школу;

это в два раза больше, чем среди всех девочек страны4.

В этом контексте особенно интересным предстает рассмотрение эволюции образовательной политики в отношении индейцев: какие изменения она претерпела и почему, что мешает решению современных проблем коренного населения в рассматриваемой сфере.

Вплоть до Мексиканской революции 1910 - 1917 гг. - а по мнению ряда исследователей5 и до 60-х годов XX в. - государственная политика в отношении коренного населения была направлена на включение его в орбиту европейской культуры. При этом ассимиляторские усилия государства на протяжении истории Мексики характеризовались разной степенью интенсивности, не приобретая, впрочем, с момента завершения Конкисты откровенно агрессивных форм и не ставя уничтожение индейских языков и культуры в качестве самоцели (в отличие от борьбы с традиционными религиозными верованиями). В рамках своих общин представители многочисленных коренных народов страны на протяжении столетий сохраняли этнокультурное своеобразие.

Первые шаги в сфере образования индейцев были предприняты монашескими орденами с целью их христианизации. В 1536 г. при монастыре францисканцев в Тлателолко был создан первый колледж Санта-Крус, в котором 60 индейцев обучались наукам тривиума и квадривиума6. В целом, в колониальную эпоху образование коренного населения практически полностью находилось в руках католической церкви.

Христианизация неизбежно шла рука об руку с обучением испанскому языку. Однако, несмотря на формальный успех в деле обращения автохтонного населения в христианство, фактически колонизация Мексики испанцами не привела к исчезновению элементов традиционной культуры и религии: они продолжали сохраняться в латентном виде, в том числе под маской христианских религиозных практик.

Рождение независимого мексиканского государства происходило в рамках либерального проекта, подразумевавшего построение национального государства на основе равенства его граждан. Для индейцев это означало формальное устранение их особого статуса, в результате чего сам термин "индеец" исчез из официальных документов в период с по 1917 г.7 Образование рассматривалось как ключевой элемент в воспитании граждан молодого государства. Вместе с тем первая половина столетия, вплоть до 1867 г., была отмечена бурной борьбой либералов и консерваторов и в целом значительной политической нестабильностью, которая препятствовала формированию сколько-нибудь внятной государственной политики в сфере образования8. Лишь в период с 1867 по 1911 г.

можно говорить о более продуманной политике в области образования. Так, ограничение влияния церкви в период после провозглашения независимости привело к тому, что образование, в том числе для коренного населения, было передано в руки светской власти.

Важно подчеркнуть, что вряд ли было бы правомерно говорить об этнической или расовой дискриминации коренного населения в независимой Мексике. Подтверждением этому может служить хотя бы биография Бенито Хуареса - индейца-сапотека, ставшего президентом страны в 1858 г. Однако, безусловно, в отношении коренного насе La Poblacion Indigena en Mexico. Aguascalientes, Institute Nacional de Estadistica, Geografia e Informatica, 2004, p.



Pages:     | 1 |   ...   | 7 | 8 || 10 | 11 |   ...   | 13 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.