авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 13 |

«САРАТОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ТЕХНИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ ЦЕНТР СОЦИАЛЬНОЙ ПОЛИТИКИ И ГЕНДЕРНЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ Валентине Николаевне Ярской, ...»

-- [ Страница 3 ] --

Германская модель социальной работы В образовательных стандартах прописан концепт соци ального функционирования клиента. Образовательная пара дигма имеет размытое определение данного понятия, оно мало соотносится с нормативной базой социального обслу живания и практикой деятельности социальной работы. Гер манская модель социальной работы использует принципы го сударственного патернализма на основе гражданства. Госу дарство несет обязательства перед своими гражданами за предоставление минимума услуг, предоставления обязатель ного минимального прожиточного уровня. Данные принципы закреплены законодательно.

В Германии существуют стандарты обслуживания насе ления, основанные на принципе субсидиарности и индивиду ализации проблемы. В законодательстве прописана «трудная жизненная ситуация», которая является основанием для ока зания помощи социального работника, причем «трудная жиз ненная ситуация» определена законодательно не только для каждой категории населения, но и уязвимой группы, которую берет под свою опеку государство. Большая роль принадле жит негосударственным и общественным организациям, кото рые оказывают благотворительную помощь уязвимым груп пам населения. Среди недостатков можно отметить консерва тивность модели помощи, недостаточную оперативность в решении социальных проблем. Стандарты обучения и стан дарты практики не коррелируются. Исторически сложившие ся формы деятельности «социальной педагогики» вносят кор рекцию в практику социальной работы.

Что Россия взяла из этой модели? Понятие «трудная жизненная ситуация», взятое из немецкой идеологии и реа лий социальной работы, не конкретизировано для индивиду альных групп и случаев. Оно не функционально, а выступает в качестве принципа действия, с одной стороны. С другой – трудная жизненная ситуация не имеет реального финансово го обеспечения, поскольку остаточный принцип финансиро вания социального обеспечения, где прописаны приоритет ные группы обслуживания, практически не оставляют финан совых возможностей для реализации программ «клиента в трудной жизненной ситуации».

Английская модель социальной работы Целью социальной работы здесь является удовлетворе ние потребностей человека. Государство гарантирует удовле творение потребностей человека на основе адресного и инди видуального подхода к нуждам клиента. В основе данной мо дели лежит:

запрос клиента;

материальное положение клиента;

возможности агентства;

правовое обеспечение.

Государство реализует удовлетворение потребностей чело века в социальной защите через рынок услуг, который пред ставлен государственным и негосударственным сектором.

Проблемное поле социального обслуживания:

o Рынок услуг приводит к неизбежной конкуренции, что приводит к дифференциации оплаты за предоставленное обслуживание. В связи с чем вариативность стандартов об служивания напрямую зависит от соотношения цены и стоимости, что приводит к социальному неравенству, с одной стороны. С другой стороны, сами стандарты не имеют четких, закрепленных законом ориентиров.

o Концепт «удовлетворение потребностей клиентов» приво дит к рас-ширению как численности, так и видов учрежде ний социального обслуживания, что неизбежно приводит к экономическим и политическим проблемам в обществе, поскольку «рост потребностей групп» всегда превышает социально-экономические возможности общества.

o Концепт «удовлетворение потребностей клиентов», «ад ресность» в конечном итоге на рубеже веков привел к кризису теоретической мысли. Методологический плю рализм практически упростил образовательные стратегии подготовки специалистов, поскольку источником измене ния стал сам клиент, его понимание в необходимости в переменах, желание / нежелание реализовывать инди видуальные стратегии и планы в контексте обществен ных целей и задач.

o Среди функций социального работника в его ролевом и де ятельностном репертуаре приоритетной выступает посред ническая деятельность.

o Между стандартами обслуживания и стандартами подго товки специалистов есть определенный зазор.

Что Россия взяла из этой модели? Законодательно за крепляется положение об «адресной системе социального об служивания». Это приводит к тому, что достаточно широко начинают трактовать принцип адресности, а также увеличи вать численность групп клиентов, которые в зависимости от политической ангажированности и популистской политики могут расширятся в региональных стратегиях социального об служивания. Адресный подход в практике социального обслу живания расширяет парадигму идентификации нуждающихся клиентов, что неизбежно приводит к росту численности учре ждений социального обслуживания, которые в свою очередь не имеют научной, правовой и финансовой обоснованности.

Из-за отсутствия сложившегося рынка услуг рост государ ственных учреждений социального обслуживания за счет фе дерального и местного бюджета приводит к напряжению фи нансовых потоков, которые не реструктурируются в рыноч ные институты.

Факторы изменения моделей помощи Факторы, повлиявшие на развитие моделей помощи, а следовательно, на систему идентификации в обществе, мож но свести к стихийным и общественно-детерминированным.

Первые факторы связаны с такими явлениями, как голод, эпи демии, миграции. Голод – важнейший фактор в изменении ме ханизмов общественной идентичности. На ранних стадиях ци вилизации голод являлся фактором изменения общественной стратификации, фактором миграции населения, фактором де мографической депопуляции. Поэтому для самосохранения себя как вида человечество вырабатывало различные механиз мы выживания общности в условиях голода. Здесь не только система кормлений и защита обеспеченными слоями населе ния менее обеспеченных слоев, создание учреждений, распре деляющих продукты питания в период голода, но и система государственных мер, направленных на законодательное регу лирование ценовой политики, общественных работ.

Были и радикальные меры, связанные с изоляцией населе ния от системы потребления, где мероприятия осуществля лись на уровне режимов: нацистская Германия, режим Полпо та Енсари, система Гулага в период сталинского правления.

Все эти факторы определяли систему идентичности, а также систему распределения, влияющие на модели помощи.

Эпидемии не в меньшей мере изменяли стратификацию общества. Они влияли на качественное содержание иденти фикационных моделей. Как и голод, эпидемии приводили к депопуляции. Они заставляли общество более критично оценивать как свою производительную деятельность, так и относиться к окружающим. Эпидемии изменяли коды культуры, формировали новые системы идентичности на основе архетипических страхов. Архетипические страхи влияли на переоценку ценностных исторических идеологем, так, например, нищие, инвалиды, странствующие монахи, евреи в средневековом европейском обществе являлись за ложниками эпидемий. В этих социальных группах видели все несчастья сообщества, поэтому от мер изоляции общность переходила к мерам их уничтожения. Социальный радика лизм выступал в роли общественного контроля, фактором идентичности в пандемических ситуациях.

Однако общество формировало не только модели изоля ции, но и модели превентивной помощи, направленной на со здание механизмов сохранения общности, недопущения рас простаранения «морового поветрия», к ним можно отнести со циально-полицейские санкции, институты «лепрозориев», современные закрытые учреждения для инфекционных боль ных.

Миграция, как феномен социальных и межкультурных отношений, возникает на ранних этапах развития человече ства. Миграция – не только фактор, который влияет на изме нение этнической, социальной идентичности. Она выступает на разных исторических этапах общественного развития как фактор напряженности, политической и социальной неста бильности, может провоцировать межэтнические конфликты.

Миграция практически во все времена выступала в каче стве превентивных мер избавления бедности и нищенства, а на ранних исторических этапах развития человечества – из бежания голодной смерти. В миграции просматриваются ар хаические механизмы солидарности, которые актуализиру ются в ситуации этнического меньшинства. Архаическая эт ническая солидарность помогает субъектам не только выжи вать в условиях другой социальной среды, но и осваивать коды другой этнической культуры. Миграция – фактор само сохранения этнических меньшинств, который выработался в результате эволюции в период национальных распрей.

В современном мире этническое противостояние приво дит к конфессиональному противостоянию, новые факторы идентичности осуществляют вызов моделям помощи и под держки, которые имеют место в современном мире. Не менее важными факторами являются гражданские и национальные войны, урбанизация;

промышленные и научно-технические революции, новым фактором изменения идентичности стано вится такое явление, как глобализация.

Войны изменяют не только демографический состав насе ления, меняют культуру потребления, но и формируют иные формы идентичности, систему распределения, влияют на си стему ценностей и нормы социального поведения. На ранних этапах развития человечества войны всегда носили этниче скую окраску. Это была борьба этносов, в результате происхо дила ассимиляция наций и народностей. Появлялись новые языковые культуры, формы сохранения кодов новой культу ры, формировались новые принципы солидарности, которые шли в разрез с принципами и законами эквивалента. Этниче ские войны сменились религиозными, затем вновь этнически ми, где основным фактором выступало государство, которое имело определенную идеологию, и войны стали носить харак тер защиты либо расширения национальной целостности или приоритетов. Войны влияли на модели помощи. Инвалидиза ция населения заставляла искать пути интеграции в общество людей с ограниченными возможностями. Здесь можно наблю дать, как появляются первые институты помощи от «госпита литов Святого духа» в средние века до Дома инвалидов короля Людовика XIV, «гошпиталей» Петра Великого, до системы до мов инвалидов и учреждений по профессиональному обуче нию в советское время. Войны ХХ века вызвали комплекс проблем не только среди участников военных событий, но и среди населения, не принимавших непосредственное участие в боевых действиях. Так появляются модели помощи семьям в США, кризисные центры для родителей, чьи родственники и близкие погибли в результате военных действий. Новые фак торы войны, связанные с терроризмом, несут иные формы по мощи и поддержки. Мирное население становится основным субъектом помощи со стороны социальных служб, а социаль ная работа принимает иные формы идентичности в XXI веке.

Урбанизация – рост городов и проблемы, связанные с де персонализацией личности, оторванностью от коллективных форм общения и жизнедеятельности, – один из факторов, приводящих к становлению новых моделей помощи. Урбани зация формирует новые принципы идентичности. Различные этнические группы, с их конфессиональными ценностями и ориентациями, приобретают единый статус на уровне гло бальных координат территориальной целостности. Статус го рожанина дает не только определенный доступ к различным видам инфраструктуры, он позволяет быть потребителем ин формации, потребителем системы образования и здравоохра нения, вступать в производственные отношения на локаль ном рынке труда, с одной стороны.

С другой стороны, городская инфраструктура может выступать в качестве фактора дезадаптации личности. Ритм города, индивидуальная разобщенность, постоянно возрас тающий информационный поток, отсутствие коллективной поддержки на фоне индивидуальной конкуренции – все это и другие факторы могут провоцировать различные модели поведения ухода от действительности. Поиск иных форм идентичности могут вызывать не только бродяжничество, но и различные проявления противоправных действий, та ких как преступность, алкоголизм, наркомания. Развитие города и его инфраструктуры не только определяет раз личие в пространствах единой территории, но и формирует различные модели идентичности, что не может не влиять на динамику развития социальной работы.

Промышленная революция и ее последствия оказали не посредственное влияние на развитие социальной работы.

Восстановление и сохранение человеческого капитала стали в данный период насущной проблемой дня. Производство – не только фактор материального благополучия, источник со циальных благ, «инструмент удовлетворения» потребностей индивида, но и фактор личностных драм и нереализованных жизненных сценариев. Ценностью в системе производствен ных отношений начинает становиться не только продукция, но и сами люди, а точнее умения, навыки, воплощенные в них самих. Система страхования, система восстановления трудовых ресурсов становится важнейшим фактором иден тичности. Промышленная революция не только внесла новые спектры стратификации в общество, но и сформировала раз личные грани бедности. Нищенство, как фактор социальной угрозы, особенно организованное нищенство, несло в себе угрозу общественным связям и отношениям, являлось факто ром дестабилизации общества. Все это не могло не создавать новые формы социальной поддержки и помощи.

Не менее сложным фактором явилась инвалидизация, ко торая приобретает новые формы, как следствие произ водственных травм. С учетом того, что в начале ХХ века доля мужчин в производстве была более значительной, они практически являлись гарантом материального благополучия семьи. Их инвалидизация приводила семьи на грань выжива ния. Безработица – это еще один спектр проблем, который сопутствует всем промышленным революциям ХХ века. Без работица не только вносит гендерное неравенство в обще ственные отношения, но и является фактором идентичности в структуре общества. Социальная работа в связи с этим вы ступает в качестве андискриминационной практики в системе общественных отношений.

Глобализация. Данный этап развития общности имеет це лый комплекс проблем, а следовательно, – задач для социаль ной работы. С одной стороны, интеграция международных школ социальной работы привела к общим принципам и об щему пониманию социальной работы. В центре внимания – проблемы человека и общечеловеческие ценности, такие как свобода, ненасилие, права человека и другие, которые через профессиональную деятельность претворяются во многих странах мира. С другой стороны, международная интеграция социальной работы сталкивается с противоречиями развития обществ и задачами государств, находящихся на разных ис торических стадиях развития. Глобализация несет в себе не только тенденции к унификации, а также элементы нивелиро вания, размывания самобытности общности в различных со циокультурных регионах. В этой связи задачи в области со циальной работы направлены на сохранение культурной идентичности, где в условиях информационной революции стоит задача по сохранению социокультурной информации.

Таким образом, от задач по сохранению трудового капитала социальная работа эволюционирует к задачам сохранения ин теллектуальной идентичности. В условиях глобализации про фессиональной деятельности социальной работе отводится роль в развитии и сохранении национальной идентичности в целях экономической и общественной безопасности.

Социальная работа в России имеет самостоятельные тен денции к развитию, но наряду с этим она определена теми моделями социальной работы, которые были интегрированы в результате создания отечественной парадигмы социальной защиты на рубеже 90-х годов, когда формировались ориенти ры социального государства: попечение, государственно-за конодательное регламентирование, общественное призрение, общественно-территориальное распределение, социальное обеспечение.

СОЦИАЛЬНАЯ САРАТОВЕ:

СЛУЖБА В ИСТОРИЯ И СОВРЕМЕННОСТЬ Александр Гатвинский, Светлана Нечаева Социальная служба – это живой, постоянно совершенству ющийся институт, который базируется на нуждах и потребно стях каждого конкретного человека, каждой конкретной семьи и общества в целом, получая от него вектор роста и одновре менно изменяя это общество. Современная социальная служба неотделима от науки, именно она позволяет создать необходи мую почву для совершенствования социальной службы, повы шения эффективности ее работы. В свою очередь, практиче ская деятельность социальных служб и анализ истории ее раз вития позволяют совершенствовать социальную науку.

Вспоминая и анализируя историю социальной службы, мы делаем это для того, чтобы извлечь уроки прошлого, взять из него все то лучшее, что было накоплено за столетия, при внести это в современную теорию и практики социальной ра боты и использовать этот опыт в определении принципов и подходов в деятельности социальной службы на перспективу.

Социальной службе России более 300 лет. Еще 8 июня 1701 года Петр I повелел устраивать богадельни. «За десяти человек в богадельнях быть одному здоровому, который бы за теми больными ходил и всякое вспоможение чинил».

В Саратовской области первый детский приют (он полу чил название Мариинский в честь императрицы Марии Федо ровны) открыт в 1843 году. В 1860 году создано Саратовское Дамское Попечительство о бедных, которое занималось под держанием и развитием благотворительных заведений. При зреваемые женщины обязывались работами, а девочки – обу чаться наукам, рукоделию и домашнему хозяйству. В году основан учебно-исправительный приют для несовер шеннолетних преступников, которых обучали грамоте, зако ну Божию и сельскому хозяйству. В 1889 году открыт дом трудолюбия, где безработные находили заработок, исполняя столярные, швейные, сапожные и иные работы. В 1892 году в нем устроен детский ночлежный приют.

В 1898 году в Саратове организовано «Саратовское об щество пособия бедным», основной целью которого являлось улучшение материального и нравственного состояния бедных без различия пола, возраста, звания и вероисповедания.

В 1900 году Саратовская губернская газета писала:

«Мы не ошибемся, если скажем, что, вероятно, редкий рус ский город имеет так много различных учреждений благотво рительных и обществ, как Саратов». По подсчетам до октябрьской статистики, лишь 5 % бюджета системы обще ственного призрения исходило из средств казны, земств, го родов и сословных обществ, а 95 % – из средств частной благотворительности, то есть из добровольных пожертвова ний.

В советский период на территории области была создана сеть учреждений социальной защиты, которая включала в себя крупные дома-интернаты казарменного типа для стацио нарного обслуживания пожилых граждан и инвалидов, в том числе детей-инвалидов. В отдельных домах-интернатах про живало до 500 человек. Сети реабилитационных учреждений для инвалидов практически не существовало, а о проблеме безбарьерной среды и интеграции инвалидов государство и общество не задумывались.

Свое основное развитие и становление современная со циальная служба получила в 90-е годы прошлого века. Рост безработицы, бедности, бездомности, социального неблаго получия обусловили необходимость создания учреждений социальной помощи беспризорным и безнадзорным детям, центров реабилитации лиц без определенного места житель ства, учреждений социального обслуживания пожилых гра ждан и инвалидов, социальных столовых, отделений срочной социальной помощи и т. п. И они сыграли положительную роль в сокращении социальных рисков и издержек, снижении социальной напряженности в обществе.

В настоящее время в системе социального обслуживания и социальной защиты населения области работает около 20 тыс. человек, в области насчитывается около 150 государ ственных и муниципальных учреждений социального обслу живания (включая несамостоятельные филиалы). С целью приближения социальных услуг к сельским жителям только за последние 4 года в районах области открыты 13 филиалов детской юношеской спортивно-адаптивной школы для детей инвалидов, 7 центров социальной реабилитации семьи и де тей «Семья», приюты, реабилитационные центры. Ведется разукрупнение домов-интернатов и строительство новых до мов-интернатов малой вместимости со всеми удобствами не посредственно в местах проживания ветеранов (преимуще ственно в сельской местности).

На протяжении последних 5 лет в Саратовской области, как и в России в целом, наблюдается стабилизация социаль но-экономической ситуации. Рост доходов населения, сокра щение действия факторов, приводящих к социальному не благополучию, ставят перед социальными службами и соци альной наукой новые задачи, связанные с повышением каче ства человеческих ресурсов и их социальной вовлеченности в жизнь общества.

Изменение социально-экономической формации влечет за собой изменение принципов социальной политики: на передний план выступают принципы адресности социальной помощи, социального партнерства в решении социальных проблем, в том числе между органами власти, общественны ми организациями и бизнесом, а также между социальной службой и семьей.

Развитие рыночной экономики ставит перед системой со циального обслуживания задачи по демонополизации от расли, развитию рынка социальных услуг, расширению числа его участников, совершенствованию экономических механиз мов в сфере социального обслуживания, расширению источ ников его финансирования.

А это предполагает включение в работу социальных служб программно-целевых методов решения социальных проблем, конкурсных механизмов отбора и финансирования поставщиков социальных услуг на основе социального заказа и предоставления грантов, участие в социальном обслужива нии наряду с государственными учреждениями негосудар ственных поставщиков социальных услуг, в том числе обще ственных организаций.

Активность общественных организаций в социальном обслуживании граждан на сегодняшний день остается крайне низкой. Не в пример дореволюционным традициям, низка роль в оказании социальной помощи нуждающимся со сторо ны религиозных организаций, и в том числе Русской Право славной Церкви.

К сожалению, наше государство практически перестало поощрять благотворительность в социальной сфере, хотя в до революционной России и в ряде государств современной Европы благотворительность является основным источником финансирования социальных услуг. Развитие и поиск новых форм благотворительности – одна из важнейших задач госу дарства и социальных служб.

Вышеперечисленные приоритеты и задачи нашли свое отражение в Концепции развития системы социального об служивания населения Саратовской области на период до 2010 года, которая была принята правительством области в мае 2004 года. Данная концепция разрабатывалась с учетом традиций и менталитета местного населения, исторического опыта развития социальных служб.

ОТ ОБЩЕСТВЕННОГО ПРИЗРЕНИЯ К СОЦИАЛЬНОМУ ОБЕСПЕЧЕНИЮ Татьяна Катцина Данное исследование посвящено проблеме, которая в по следнее время приобретает все возрастающую актуальность, и не только потому, что переживаемые современным россий ским обществом глобальные исторические перемены за острили задачи совершенствования системы социальной по мощи населению, но и вследствие того, что эта проблема в значительной степени остается пока еще «белым пятном» для современной исторической науки. Традиционно в советской историографии принято было считать, что социальная поли тика самодержавного государства отражала интересы господствующих классов, в силу чего создание сколько-ни будь эффективной системы социальной помощи не входило в его задачи. Общественная и частная благотворительность в связи с этим не рассматривались как альтернатива такой си стеме и поэтому просто не изучались.

В настоящее время мы наблюдаем «взрыв» научного и об щественного интереса к благотворительной деятельности в до революционной России. Связано это с тем, что выбор модели развития, который совершает российское общество на рубеже XX–XXI веков, требует не только осмысления всех этапных социальных преобразований, но и разумную адаптацию к современным реалиям опыта отечественного благотворения и филантропии, социальной помощи, защиты и обеспечения.

Значение имеет историческое изучение системы учреждений и организации социальной сферы в ее вертикальном и гори зонтальном срезах, что позволяет выявить как общероссийские закономерности, так и специфику отдельного региона.

Изменения, происходящие в общественной жизни, отрази лись и на понятийном аппарате. Так, понятие «социальное по печение» (под ним мы понимаем организованную помощь ну ждающимся слоям населения со стороны государственных, об щественных, административных местных, сословных, добро вольческих и иных организаций) можно соотнести с современ ными понятиями: «социальная работа», «социальные службы», «органы социальной защиты населения» и др., а также с теми, которые входили в активную лексику в дореволюционное вре мя: «общественное призрение», «благотворительность», «благотворительное общество», «попечительство о бедных».

Нам представляется, что понятие «благотворительность» охва тывает широкий круг явлений и процессов. В узком смысле – это избирательная помощь (милостыня) нуждающимся слоям населения из религиозно-нравственной потребности без заботы об их судьбе. В широком смысле – это призрение, то есть обяза тельная и организованная деятельность, направленная на оказа ние помощи нуждающимся, с учетом их реального положения.

Общественное призрение является одним из механизмов, способствующих решению социальных проблем в обществе.

В дореволюционной России государственное социальное обеспечение касалось ограниченного круга лиц из числа выс шего офицерства и чиновничества, которым из государствен ных средств выплачивались пенсии и иные пособия. Пенсии и пособия давались за долговременную и беспорочную (без взысканий) службу, а также «во внимание к особому усердию в исполнении должностей» и к утрате трудоспособности по службе. На мелких служащих, рабочих, кустарей, крестьян эта система не распространялась. Общественное призрение, прово дившееся в порядке благотворительности, сосредоточивалось в царских именных благотворительных обществах (Ведомство императрицы Марии, Человеколюбивое общество, Алексан дровский комитет о раненых и др.) и других учреждениях, средства которых складывались из частных пожертвований.

Общественная и частная благотворительность получила зна чительное развитие в России во второй половине XIX – нача ле XX века и демонстрировала высокую степень развития до бровольной инициативы, что было обусловлено неспособно стью государства эффективно решать проблемы помощи бед ным. В сельской местности призрение престарелых, увечных и круглых сирот возлагалось на сельские общества в порядке мирской повинности. Сосредоточенные преимущественно в городах, эти общества своей деятельностью не охватывали широкие слои населения.

Формирование системы общественного призрения в Ени сейской губернии осуществлялось на фоне общих тенденций, происходивших в стране, определялось социально-политичес кими, экономическими и культурно-образовательными факто рами. Элементы этой системы органично вписывались в струк туру местного самоуправления. Общий надзор за частными благотворительными обществами и учреждениями возлагал ся на Министерство внутренних дел, а на местном уровне – на губернатора и градоначальника, волостных и сельских старшин. «Единственным источником удовлетворения нужд беднейших жителей г. Красноярска, – указывалось в отчетах городской думы за 1880 год, – по незначительности го родских доходов, служат доходы… полученные с пожертво ванных различными благотворителями капиталов» 1. Денеж ные пожертвования поступали в ведение городских обще ственных управлений и передавались на хранение в банковские учреждения. На банковский процент с этих средств оказывалась благотворительная помощь нуждающимся. Благо творители, как правило, вносили пожертвования с «условия ми» или «без условий». В первом случае письменно оговари валось кому (представителям определенного сословия, зва ния и пр.), когда (главные религиозные праздники, события общественной жизни и т. п.) и в каком размере предоставлять денежное пособие. Во втором случае назначение и распреде ление благотворительной помощи всецело зависело от реше ний городской управы. Отметим, что благотворительный капитал г. Красноярска в 636 раз превышал аналогичный капитал г. Канска, в 80 раз г. Енисейска, в 21 раз г. Мину синска, в 17 раз г. Ачинска [Памятная книжка… 1908. С. 53– 54]. Это приводило к тому, что социальные учреждения уездных городов зачастую не обеспечивались необходимыми средствами и зависели от случайных источников.

В ведении городских управлений Енисейской губернии на ходились следующие благотворительные учреждения: в Крас ноярске – ремесленное училище (1874), богадельня (1875) и сиропитательный дом (1892), носящие имя Т.И. Щеголевой;

с 1883 года по 1889 год – городская лечебница, перешедшая впоследствии в распоряжение Общества врачей Енисейской губернии;

в Енисейске – Александровский дом призрения де тей (1869), городская богадельня (1860);

в Ачинске – бога дельня и ночлежный дом;

в Канске – особый дом для приюта бедных престарелых жителей. Поскольку недвижимое имуще ство благотворительных учреждений и денежные средства принимались на содержание города, то управление, заведова ние и распоряжение ими являлось обязанностью городской думы. Оно осуществлялось через попечительный совет.

Специфика организации социального призрения в сель ской местности, где проживало большинство населения Ени сейской губернии (91,8 %), заключалась в отсутствии земств.

В начале прошлого столетия сельские жители губернии, ну ждающиеся в социальном вспомоществовании, большей ча ГАКК. Ф. 161. Оп. 2. Д. 63. Л. 7.

стью оставались на произвол судьбы. Для получения денежно го пособия необходимо было доказать крайнюю бедность, от сутствие родственников или их материальную несостоятель ность. Во многих волостях безродные старики призревались «в натуре», то есть поочередно питались и кормились у всех крестьян, поскольку устройство домов призрения не только для отдельных обществ, но и волостей являлось «обремени тельным» для крестьянских хозяйств 1.

Нельзя исключать фак тор, на который в дореволюционное время указывал исследо ватель общественного призрения у крестьян В.Ф. Дерю жинский, – неприменимость к условиям крестьянской жизни учреждений социального призрения [Дерюжинский, 1899]. В качестве аргументов он приводил многочисленные примеры, когда при большом числе нуждающихся хорошо обустроенные богадельни пустовали, а неимущие и неспособные к труду, за исключением калек, предпочитали кормиться подаянием, чем жить «не на свободе». Действительно, человек с физически ми или умственными недостатками нанимался в пастухи, сто рожем или работником, помогал присматривать за детьми. По мещению в богадельню (учреждение «закрытого» призрения) многие предпочитали жизнь в привычной для себя обстановке, так как при этом сохранялась полная свобода в распоряжении своим временем, была возможность иметь связи с обще ством, а иногда и участвовать наравне со всеми в общей ра боте. Большинство богаделен в сельской местности создава лось исключительно для ссыльнопоселенцев. В различных источниках отмечается сочувственное отношение крестьян ского населения Сибирских губерний к ссыльным и бродя гам. Здесь существовал обычай выставлять для бродяг подая ние в поле и деревне во время страды или на ночь за окно. В некоторых деревнях для приходящих поселенцев отводили особые избы, содержали их на свой счет, зачастую снабжая на первое время и домашними принадлежностями.

Попечение над инородцами в Сибири с 1906 года было вверено Главному управлению землеустройства и земледе лия Российской империи. В различных источниках, в том числе и годовых отчетах указанного ведомства, мы не обна ружили фактов, отражающих его деятельность в данном ГАКК. Ф. 595. Оп. 48. Д. 955. Л. 186.

направлении. Свои функции в сфере социального призрения имела и губернская полиция, которая занималась пресечени ем нищенства и контролировала учреждения, осуществляв шие призрение бедных и неимущих. Несколько обособленно строили свою работу губернские попечительства царских именных благотворительных обществ.

Русская православная церковь, являясь составной частью государственного аппарата, была также включена в систему общественного призрения. Ее благотворительность на регио нальном уровне осуществлялась через приходские попечитель ства, монастыри, сословные (Енисейское епархиальное попе чительство о бедных духовного звания) и всесословные (Обще ство имени Святого благоверного великого князя А. Невского, братство Рождества Пресвятой Богородицы) учреждения.

Особенностью приходов Енисейской епархии являлась их разбросанность на большие расстояния (20, 50, 135 кило метров), многолюдность (до 2 500 человек), что в сочетании с низкой культурой населения и суровыми климатическими условиями снижало сплоченность прихожан, их возможности быть в курсе дел друг друга. Это приводило к утрате принципа индивидуализации помощи, характерного для древнейших при ходов. Возрождение приходской благотворительности в Ени сейской губернии, как и в России в целом, во многом связано с «Положением о приходских попечительствах при право славных церквах», принятом в 1864 году. В Енисейской гу бернии, практически не знавшей крепостного права, при ходские попечительства можно рассматривать как средство организации сельских жителей в условиях отсутствия земств.

Отметим, что Русская православная церковь в немалой степени способствовала распространению грамотности среди населе ния, развитию трезвенного движения. Под руководством Свя тейшего Синода в периоды народных бедствий и в кризисных ситуациях при церквах организовывались сборы пожертвова ний с прихожан. Они носили постоянный характер (на нужды российского Общества Красного Креста, на Общество помо щи пострадавшим на войне с Японией и их семействам, на Попечительство о глухонемых, на Императорское челове колюбивое общество и др.) или проводились по определен ным дням раз в году: 9 мая – в пользу Общества спасения на водах, с 10 по 17 мая – в пользу Попечительства о слепых, 24 мая – в поддержку церковно-приходских школ и пр. Осо бое положение занимали монастыри, которые в отличие от приходов, являющихся открытой структурной организаци ей, представляли собой автономные образования, с особым укладом внутренней жизни. К 1914 году при шести монасты рях Енисейской епархии функционировало в общей сложно сти пять учебных заведений с числом учащихся – 197 чело век, три детских приюта, в которых содержалось 15 детей, женская богадельня на 18 мест, больница на 12 мест 1. В годы Первой мировой войны благотворительность монастырей возросла и приняла разнообразные формы. Они участвовали в сборе пожертвований Красному Кресту, в кружечных сбо рах на помощь раненым воинам и семьям призванных на вой ну;

монахини шили одежду для больных и раненых воинов, оказывали помощь семьям в приеме девочек-сирот на мона стырское иждивение.

В целом система социального призрения в Енисейской губернии характеризовалась сосредоточенностью благотво рительных учреждений преимущественно в городах, охватом не всех нуждающихся;

деятельность субъектов общественно го призрения являлась разобщенной, нестабильной;

различ ные социальные слои и отдельные личности неравномерно участвовали в благотворительных учреждениях;

в финанси ровании, на фоне массовых пожертвований, доминировали крупные вклады купцов и предпринимателей. При всем жела нии благотворительные общества не могли решить проблемы социальной защиты широких слоев населения.

Накануне и в годы первой русской революции интенсив ный поиск путей социального обновления России, защиты нуждающихся, справедливого решения рабочего и крестьян ского вопросов развернули политические партии и обще ственные движения. Общественности, занятой в сфере благо творения, важным для переорганизации социальных институ тов представлялся вопрос о созыве съезда по вопросам попе чения и благотворительности. Предлагалось созвать для коор динации благотворительных обществ особый Союз объедине ГАКК. Ф. 674. Оп. 1. Д. 7982. Л. 311.

ния [Гогель, 1909. С. 275–285];

распределить обязанности по печения между однородными территориальными единицами как необходимое условие правильной организации обще ственного призрения [Красовский, 1909. С. 358–385];

прове сти коренную реформу городского самоуправления, организа цию его на демократических началах [Лайтекс, 1910. С. 235– 254]. О кризисе социальной сферы свидетельствовали в своих публикациях революционные демократы, деятели либерально демократического и социалистического направлений, прогрес сивно настроенная интеллигенция. «Социальная политика Временного правительства – это результативная, итоговая со ставляющая всей буржуазной социологической мысли в этой сфере, не сдерживаемой после февральского этапа революции политическими обстоятельствами» [Павлова, 2000. С. 29].

Кратковременная история (февраль – октябрь 1917 года) Временного правительства представляет собой формирование коалиционных кабинетов с соответствующими изменениями структуры аппарата управления. «Перед Временным прави тельством стояло четыре наиболее важные задачи: 1) продол жить защиту страны;

2) воссоздать по всей стране действенный административный аппарат;

3) провести многие коренные по литические и социальные реформы;

4) подготовиться к преоб разованию России из крайне централизованного в союзное го сударство» [Керенский, 1990. С. 132]. В мае 1917 года в соста ве первого коалиционного правительства было образовано Ми нистерство государственного призрения, ставшее центральным органом, объединившим дело призрения в масштабах всей страны. К осени того же года министерству были переданы со всем имуществом и капиталом царские именные благотвори тельные общества. Неустойчивость в работе Временного пра вительства и непредсказуемость революционного процесса сказались на снижении трудовой дисциплины служащих мини стерства, частой смене руководства (за неполные полгода сме нилось три министра государственного призрения: Д.И. Ша ховский (с 5 мая по 2 июля), И.Н. Ефремов (с 24 июля по 26 ав густа), Н.М. Кишкин (с 25 сентября по 25 октября [7 ноября]).

Это сопровождалось финансовой неразберихой: прежние кана лы финансирования перекрывались, доходы с увеселительных зрелищ не контролировались и расхищались, средства, отпус каемые на социальные нужды, неуклонно сокращались. Поэто му наметился постепенный переход от централизованного управления работой на местах к общему руководству, передаче учреждений в ведение местных органов власти.

С октября 1917 года в ходе формирования социалистиче ского государства был продолжен поиск требуемой для России модели социальной деятельности. Социально-экономические преобразования большевиков шли по линии ускорения под влиянием революционного нетерпения и экстремизма, во многом диктовались складывающейся обстановкой, на осно ве чего формировалась своеобразная идеология «военного коммунизма». 11 ноября 1917 года был образован Наркомат государственного призрения РСФСР, принявший дела, иму щество и денежные средства прежних благотворительных ве домств и органов общественного призрения. Функции Нарко мата менялись буквально ежемесячно в сторону их расшире ния, что привело к его громоздкой управленческой структуре.

Декретом СНК РСФСР от 30 апреля 1918 года Наркомат госу дарственного призрения был переименован в Наркомат соци ального обеспечения, так как прежнее название не соответ ствовало «социалистическому пониманию задач социального обеспечения и является пережитком старого времени, когда социальная помощь носила характер милостыни и благотво рительности» 1.

Введение социального обеспечения (установленная го сударством система социально-экономических мероприятий по материальному обеспечению граждан в старости и при не трудоспособности, по всестороннему обеспечению матерей и детей, по медицинскому обслуживанию и лечению) было од ним из требований пролетариата дореволюционной России.

В частности, оно было сформулировано в Программе РСДРП, принятой Вторым съездом партии (1903). На 6-й (Пражской) Всероссийской конференции РСДРП (1912) партия большеви ков вновь выдвинула требование признать право пролетариата на социальное обеспечение, предложила соответствующие ор ганизационно-правовые формы социального обеспечения, га рантирующие реальное существование этого права (государ ГАРФ. Ф. А-413. Оп. 2. Д. 597. Л. 21 об.

ственную систему социального страхования), уточнила случаи, когда такое право возможно (увечье, болезнь, старость, потеря кормильца и др.). Эти требования были сформулированы В.И. Лениным и вошли в историю под названием ленинской страховой рабочей программы. Важнейшими принципами го сударственного страхования являлись: обеспечение всех лиц наемного труда и их семей;

обеспечение рабочих во всех слу чаях утраты трудоспособности и в случае потери заработка при безработице;

полное возмещение утраченного заработка без каких-либо взносов самих застрахованных;

осуществление всех видов страхования едиными органами, построенными по территориальному принципу на началах полного само управления застрахованных [Андреев, 1974. С. 53–67].

Значение для становления советской модели социального обеспечения имело принятие 31 октября 1918 года «Положе ния о социальном обеспечении трудящихся», которое законо дательно закрепило социальное обеспечение всех без исклю чения граждан, источником которых являлся собственный труд, социальное обеспечение граждан за счет государства и через органы государственной власти. Предусматривались следующие виды социального обеспечения: врачебная по мощь, денежные пособия, пенсии и натуральная помощь [Гельфер, 1919. С. 13–19].

Центральным руководящим органом был определен отдел социального обеспечения и охраны труда Наркомата труда, что привело к параллельному существованию (наряду с Наркома том социального обеспечения) двух органов, ведающих делом социального обеспечения в стране. При этом вопросы медико социального обеспечения решались Наркоматом здравоохране ния. Несомненно, это приводило к путанице в делах, распыле нию сил и средств. В начале ноября 1919 года за счет слияния двух наркоматов был образован Наркомат труда и социального обеспечения, а в апреле 1920 года произошло их разделение на два самостоятельных наркомата. Позитивным в последнем преобразовании стало четкое разграничение межведомствен ных функций, аппарата, кредитов и имущества. Так, было предписано отнести к Наркомату труда нормирование зара ботной платы, труда, учет и распределение рабочей силы, охраны труда, статистику труда, музей труда, обеспечение безработицы и установление общих норм пенсий и пособий;

последнее при участии Наркомата социального обеспечения и Наркомата здравоохранения. За Наркоматом социального обеспечения были оставлены пенсии, пособия, помощь инва лидам. Незадолго до этого разделения постановлением Сове та Народных Комиссариатов от 9 марта 1920 года «О передаче Народному комиссариату здравоохранения контрольных комиссий, экспертизы, установления утраты трудоспособно сти, домов отдыха, охраны материнства и младенчества и снабжения протезами» в ведение Наркомата здравоохранения были переданы медицинские функции и соответствующие учреждения социального обеспечения.

С апреля 1918 года отделы социального обеспечения со здавались в некоторых губерниях и уездах, как правило, в виде соответствующих отделов исполкомов советов. На терри тории Енисейской губернии отделы социального обеспечения начали функционировать лишь в начале 1920 года с установле нием советской власти. Их деятельность регламентировалась принятыми в том же году документами: «Положение об отде лах социального обеспечения» и «Положение об отделах со циального обеспечения III категории (Райсобесах) и пунктах собеса», по которым местные отделы делились на губерн ские, уездные и районные. В структуре Енисейского губерн ского отдела социального обеспечения (он же и уездный) было сформировано шесть подотделов: пенсий и пособий;

контрольно-инструкторский;

инвалидных учреждений;

хо зяйственный;

финансовый;

управления делами с общей кан целярией. Уездные отделы (Канский, Ачинский, Минусинский, Енисейский) имели иную структуру за счет слияния подотде лов: финансового с хозяйственным и контрольно-инструк торского с управлением делами и общей канцелярией. При Туруханском краевом ревкоме был образован отдел социаль ного обеспечения III разряда.

Деятельность местных отделов социального обеспечения (собесов) начала осуществляться наспех, при отсутствии ру ководящих инструкций из центра, почти при полном дефици те активных и опытных кадров. Эти обстоятельства наложи ли негативный отпечаток на репутацию собесов среди насе ления. Граждане зачастую не обращались в них по причинам низкой информированности, отсутствия разъяснительной ра боты о задачах социального обеспечения, малочисленности денежного пособия, не покрывающего понесенные расходы, затруднений, связанных с оформлением документов. Назна ченные на должности по принципу «трудового происхожде ния» сотрудники зачастую не понимали стоящих перед ними задач. При полном отсутствии литературы и приведенных в систему декретов и постановлений по вопросам социально го обеспечения они не имели «возможности определить, что относится к уже пройденной исторической ступени, а что яв ляется последним словом в этой области» 1. Отсутствие опыт ных кадров не позволяло организовать должным образом контроль, учет, статистику. Например, из 4 990 случаев болез ни, зафиксированных по Енисейской губернии за 1920 год, на долю Красноярска приходилось 4 205 2. Письменные обраще ния граждан о назначении им пенсий или выдаче пайкового пособия вынуждены были пылиться в кабинетах, так как не кому было обследовать материальное и семейное положение заявителей. Такая участь постигла десятую часть числа об ращений по Енисейскому уездному отделу социального обес печения 3. Отсутствие в распоряжении собесов материальных ресурсов как необходимого фонда по обеспечению инвали дов и пенсионеров, жертв контрреволюции приводило к не полному охвату помощью нуждающихся. В 1920 году по мощь носила натуральный характер, исключительно предме тами первой необходимости (продовольствие, дрова, ману фактура, спички) и была предоставлена лишь 75 % лиц, пре тендовавших на нее 4.

Сеть социальных учреждений, сформированная на протя жении XIX – начала XX века находилась в крайне неудовле творительном состоянии. При обследовании красноярских приютов в январе 1920 года отмечалось, что в них царили тес нота и неустроенность помещений, плохое питание, крайний недостаток обуви, одежды, белья и прочее. В воспитательном отношении дело обстояло еще хуже: не было «…ни литерату МУЕА. Ф. Р-256. Оп. 1. Д. 3. Л. 83.

ГАКК. Ф. Р-1134. Оп.1. Д. 95. Л. 20 об.

Там же.

ГАКК. Ф. Р-93. Оп. 1. Д. 11. Л. 94.

ры, ни игрушек, ни картин;

отношение к детям со стороны воспитательного персонала совершенно ненормальное – крайняя строгость, взыскания за малейшие отступления от правил, большей частью неразумных…» 1. Типичной была си туация, когда приюты оставались без топлива, медикаментов;

больные туберкулезом, чесоткой, дизентерией размещались в одной комнате. Неудивительно, что смертность среди их воспитанников составляла 50 %, а состояние детских заведе ний в октябре 1920 года было признано катастрофическим 2.

Не в лучшем положении находились учреждения для лиц, не имеющих возможности самостоятельно решать вопросы сво его жизнеобеспечения. При обследовании в феврале года енисейской богадельни отмечались ее «ужасные гигие нические условия», отсутствие обуви и одежды, ухода за пре старелыми, недостаток персонала;

люди спали «на голых кроватях и даже на полу и полузамерзают от холодной ком натной температуры» 3. Тем не менее в тяжелейших экономи ческих условиях государство стремилось решать проблемы социального обеспечения. На местном уровне разрабатыва лись планы неотложных мер по решению социальных вопро сов. Это сопровождалось организационной неразберихой, де фицитом финансовых и материальных средств и сводилось к своеобразной реакции на «стихийное бедствие».

В целом, период «военного коммунизма» характеризует ся формированием монополии государства на социальную политику и практику, созданием системы управления соци альной сферой и основ социального обеспечения в условиях нарушения трудового уклада жизни и деформации быта лю дей, распада семейных связей, вызванных Первой мировой и последовавшей за ней Гражданской войной.

Андреев В.С. Право социального обеспечения в СССР. М., 1974.

ГАКК – Государственный архив Красноярского края.

ГАРФ – Государственный архив Российской Федерации.

Там же.

ГАКК. Ф. Р-93. Оп. 1. Д. 33. Л. 196.

МУЕА. Ф. Р-256. Оп. 1. Д. 3. Л. 7.

Гельфер А.Л. Пролетарская революция и социальное обеспечение трудящихся (Закон 31-го октября 1918 г.). Пг., 1919.

Гогель С.К. Всероссийский Союз учреждений, обществ и деятелей по общественному и частному призрению // Трудовая помощь.

1909. № 3.

Дерюжинский В.Ф. Общественное призрение у крестьян. Спб., 1899.

Керенский А.Ф. Россия на историческом повороте // Вопросы ис тории. 1990. № 12.

Красовский Л.В. Местопризрение по действующему законодатель ству // Трудовая помощь. 1909. № 2.

Лайтекс К. Формы указания труда в России // Трудовая помощь.

1910. № 8.

МУЕА – Муниципальное учреждение – Енисейский архив.

Павлова И.П. Социальная политика Временного правительства // Вестник Красноярского государственного университета. 2000. № 2.

Памятная книжка Енисейской губернии на 1909 г. Красноярск, 1908.

РАЗВИТИЕ ГОСУДАРСТВЕННОЙ СЕТИ СТАЦИОНАРНЫХ УЧРЕЖДЕНИЙ ПО ОБСЛУЖИВАНИЮ ИНВАЛИДОВ И ПОЖИЛЫХ ГРАЖДАН САМАРСКОМ В КРАЕ Ольга Шилова В дореволюционной России основу стационарной сети в системе общественной благотворительности составляли бо гадельни. Богадельни – такие заведения, цель которых состо яла в призрении людей престарелых и увечных, не могущих собственными силами зарабатывать себе средства к жизни [Сборник сведений… 1880. С. 1]. Существенным признаком богадельни являлось полное содержание, даваемое призрева емым.


До образования Самарской губернии 1 января 1851 года ни в г. Самаре, ни в других городах, вошедших в ее состав, не было благотворительных учреждений, и сама благотвори тельность носила совершенно случайный характер, лишен ный всякой организации [Пятидесятилетие Самарской губер нии… 1901. С. 44]. 29 апреля 1851 года в Самаре был открыт Приказ общественного призрения, в ведении которого находи лись губернские больница и богадельня на 40 мест и 6 уездных больниц. После открытия (28 февраля 1865 года) в Самарской губернии губернского земского собрания, первого в Россий ской империи, 6 марта было принято постановление о передаче в ведение губернской земской управы самарской больницы и богадельни, находившихся ранее в подчинении Приказа.

Уездные больницы передавались в ведение уездных земских управ [Годы и события… 2000. С. 48].

В 1877 году в канун 25-летия присвоения Самаре статуса губернского города П.В. Алабин отмечал степень развития благотворительности в нем: «…филантропия у нас (в Сама ре. – О. Ш.) далеко не так развита, чтобы большинство нужда ющихся в помощи и поддержке не вынуждено было само отыс кивать таковых» [Алабин, 1877. С. 672]. Расходы на земскую богадельню в том же 1877 году составляли около 4 % всех зем ских расходов на благотворительные заведения [Краткий от чет… 1877. С. 21]. В последующие годы в губернии происхо дило значительное увеличение числа благотворительных об ществ и учреждений, причем увеличение происходило в основном за счет частной инициативы и как следствие этого богадельни были сословными. В 1901 году по всей губернии насчитывалось 17 богаделен с 562 призреваемыми, из них на содержании губернского земства и уездных земств находи лось две богадельни, две городские управы, остальные – на частные пожертвования [Пятидесятилетие Самарской губер нии… 1901. С. 46]. В 1912 году богаделен было уже 30 с об щим числом 1 402 человека [Приложение к Всеподданейше му отчету… 1912. С. 2].

Законодательные акты российского правительства в от ношении организации дела по общественной благотворитель ности не оставляли равнодушными и земства. Две статьи и 584 «О мирском призрении в селениях вообще» Устава 1898 года были посвящены призрению престарелых, дряхлых и увечных членов сельских обществ, не могущих добыть про питания, либо за счет родственников, либо за счет общества крестьян. Этот закон вызвал недовольство среди крестьян, и особенно сильно оно было в последнее десятилетие суще ствования капиталистического строя в России, когда в де ревне начался быстрый рост дифференциации крестьянства, при котором большая часть крестьянства разорилась. В эти годы наблюдался усиленный рост нищенства, которое до это го в массе своей было явлением городским [Дегтярев, 1936].

Вот что писало самарское земство по поводу происходяще го: «В губернии, как общее правило, наблюдается крайняя недостаточность материальных средств значительного большинства сельских обществ. С трудом собирают теперь деньги на уплату податей, на расходы по содержанию церквей и школ, волостного и сельского управления, ремонт обще ственных зданий и проч. И отчислить что-либо на призрение почти совершенно невозможно». То же самое отмечали гу бернские совещания и в других губерниях. Например, вилен ское, минское и другие на вопрос как обеспечивались бедные давали ответы: «Призреваемые, по установленному обычаю переходят из дома в дом и продовольствуются отдельными членами общества понедельно». Курское и нижегородское совещания отмечали, что неимущие и неспособные к работе кормятся подаянием и ходят по миру. Везде отмечалось, что никакого призрения на селе кроме стихийного нищенства нет, и нищих староста разводил по очереди среди крестьян [Социальное обеспечение в РСФСР… 1927. С. 8]. О недостат ках в организации и деятельности благотворительных учре ждений говорит тот факт, что в 1900 году практически 50 % российских городов не имели организационной системы об щественного призрения [Мельников, Холостова, 2002.

С. 137].

Если учесть, что на 1 января 1912 года в Самарской губер нии проживало 3 649 419 человек, и крестьянство составляло 92,7 % [Приложение к Всеподданейшему отчету… 1912. С. 1], то проблемы призрения на селе перед органами местного само управления стояли в полной мере, хотя из отчетов губернской земской управы уже были видны основные направления рабо ты в деле общественного призрения, сложившиеся в предвоен ный период с 1901 по 1913 годы, а именно:

содержание земской богадельни;

призрение нижних чинов, лишившихся зрения;

выдача пособий бедным, живущим вне благотворительных заведений;

выделение пособия обществу попечения о бедных в Сама ре (на ежемесячные и единовременные пособия, содержа ние дешевых столовых, чайных);

выдача пособий семействам нижних чинов запаса и ратни ков ополчения;

содержание приюта подкидышей [Краткие отчеты… 1913].

Все же при всей прогрессивности земской реформы в це лом, Самарского земства в частности, ни сама реформа, ни созданные институты самоуправления не могли решать быстро и эффективно насущные задачи в социальной сфере без должной государственной поддержки – каждодневной и всесторонней. «Земство стремится поставить благотвори тельную помощь населению самостоятельно и создать из нее особую отрасль земского дела. Но пока еще не выяснено, как устроить это правильно». Кроме того, у земских собраний всех уровней не было ни подлинной власти, ни достаточных средств [Львов, Полнер, 1914. С. 59].

Вся острота социальных противоречий и нерешенных за дач в организации и законодательстве по социальной помощи в России проявилась в годы Первой мировой войны, до нача ла которой уже появились новые категории нуждающихся в помощи: дети, родители которых погибли в русско-японской войне, сами инвалиды той войны. Многократно возросло коли чество нуждающихся в помощи в начавшейся мировой войне за счет беженцев, семей и детей лиц, ушедших на фронт, де тей-сирот и т. д.

Особенно зримо в этот период проявились ограниченные возможности земств даже по оказанию помощи самой неза щищенной категории населения – детям. Состоящий под Вы сочайшим его Императорского Величества покровительством Романовский комитет обратился к органам местного само управления Самарской губернии с предложением денежной помощи по организации призрения детей от 2 до 12 лет, ро дители которых находятся в войсках. Приведем практически полностью решение Самарского губернского земского собра ния (заседание состоялось 28 февраля – 8 марта 1915 года):

«Губернская Земская Управа… всецело сочувствуя инициативе и предложению Романовского комитета, считает, что Губерн скому земству необходимо принять серьезные меры к органи зации призрения оставшихся детей, но полагает, что для раз решения этого вопроса и прежде составления плана необхо димо собрать точные сведения… По выяснении количества нуждающихся в призрении детей, а оно может быть опреде лено лишь после окончания войны, губернская управа войдет в Губернское Земское Собрание с более или менее широким планом организации призрения детей и проектом финансово го осуществления такового…» [Систематический указатель… 1915. С. 37]. Расходы учреждений местного самоуправления на заведения общественного призрения хотя и увеличивались в связи с инфляцией, но не могли догнать ее. В первые годы войны значительная помощь нуждающим ся предоставлялась благотворительными обществами и част ными пожертвованиями. Но к 1917 году рост благотворитель ной помощи приостановился, и даже начался некоторый его спад. Это было связано с падением уровня доходов населения в сравнении с уровнем цен более чем в два раза, призывом большей части населения на действительную военную служ бу и одновременно увеличением числа нуждающихся в благотворительной помощи, в том числе и за счет тех, кто раньше такую помощь оказывал [Семенова, 2001. С. 58].

Первые шаги советской власти в построении сети стацио нарных учреждений для инвалидов, детей-сирот и немощных стариков были связаны с сохранением прежних помещений и организацией новых, где всякая сословность ликвидирова лась. В период Гражданской войны обеспечение инвалидов пу тем размещения их в убежищах социального обеспечения (со беса), занимало среди прочих функций органов собеса значи тельное место как по объему работы, так и по значению, прида ваемому этой форме социального обеспечения. В 1918–1921 го дах все обеспечиваемые в домах инвалидов приравнивались к нормам обеспечения в больницах Наркомата здравоохране ния [Социальное обеспечение в РСФСР… 1927. С. 11, 32].

В структуре Наркомата социального обеспечения был со здан отдел помощи инвалидам войны, в задачу которого вхо дило обеспечение инвалидов войны и восстановление поте рянной на войне трудоспособности. Помощь эта выражалась в долечивании, протезировании, профессиональном обучении и переобучении, трудовой помощи и обеспечении беспомощ ных инвалидов. Те увечные, которые не могли использовать свою оставшуюся трудоспособность, несмотря на долечива ние и протезирование, и которые ранее поступали на иждиве ние государства или нищенствовали, направлялись в школы, в учебные мастерские всяких видов, учрежденные местными отделами социального обеспечения [Там же. С. 12].

Полные инвалиды, требующие постоянного не только про стого, но и медицинского ухода, определялись в инвалидные дома. Нарком социального обеспечения А. Винокуров отмечал, что «эти дома (инвалидные дома. – О. Ш.) – не старые бога дельни. Здесь даже увечные, прикованные к кроватям, получа ют возможность заняться доступным им трудом. Примерами этого могут служить опыты устройства общежитий с художе ственными мастерскими по вышиванию, рисованию, выжига нию, шитью, вязанию и т. д.». По неполным данным комисса риата в республике к началу 1919 года имелись следующие учреждения: инвалидных домов – 160 (11 739 увечных);


учебных и производственных мастерских (5 415 обучающих ся);

37 курсов счетоводных, кооперативных и др. (1 920 че ловек) [Социальное обеспечение в РСФСР… 1927. С. 13].

В 1920 году учреждений для инвалидов уже насчитывалось 1 800 (166 тыс. инвалидов) [Ксенофонтов, 1925. С. 32].

С установлением власти Советов на территории Самар ской губернии в структуре губернского комиссариата призре ния был выделен отдел по призрению детей и престарелых [Победа Великой Октябрьской… 1957. С. 230]. После преоб разования Народного комиссариата государственного при зрения (НКГП) в Народный комиссариат социального обес печения (НКСО) в апреле 1918 года в структуре губернского отдела социального обеспечения (губсобеса) был выделен подотдел инвалидов [Там же. С. 232].

В отчете о проделанной работе за 1918 год заведующая губсобесом Д.П. Любецкая отмечала, что «подотдел инвали дов создавался в последние дни перед эвакуацией из Самары (в июне-сентябре 1918 года власть Комуча. – О. Ш.) и нала живается только в настоящий момент, включил в себя и так называемые "богадельни", как инвалидные дома, а равно все учреждения, обеспечивающие ранее увечного воина импери алистической войны, ныне предназначенные для всех инва лидов, как войны империалистической, революционной, так и пролетарских масс, причем учреждения обеспечения инва лидности делятся на три категории: полных инвалидов хро ников, требующих непосредственного ухода;

нетрудо способных инвалидов;

инвалидов, временно помещенных до момента обучения какой-либо профессии, соответственно их физической приспособленности» 1.

Учреждения, обеспечивающие инвалидность 1-й и 2-й ка тегории, должны были обслуживать как стариков, так и моло дежь. В конце 1918 года по приблизительному подсчету обес печиваемых стариков в Самарской губернии имелось 932, из них в Самаре 525 и 407 человек по губернии. Это абсолютно не отвечало потребностям населения. Содержание призревае мых в инвалидных домах в среднем обходилось до 5 рублей 50 копеек 2.

Особенно пристальное внимание уделялось инвалидам так называемой 3-й категории, для которых в Самаре уже в конце 1918 года имелись: 1) школы-мастерские (столярная, сапож ная, портняжная, щеточная и шапочная);

2) общеобразова тельные курсы для подготовки конторщиков и бухгалтеров;

3) протезная мастерская по изготовлению отсутствующих ко нечностей и обучению протезному мастерству 3.

На заседании коллегии губсобеса 10 октября 1918 года произошло распределение заведующих подотделами, на ко тором подотдел инвалидов достался Васянину 4. 26 октября 1918 года на очередной коллегии губсобеса определились основные задачи этого подотдела: каждый увечный полный инвалид полностью обеспечивался пенсией или помещением в дом инвалидов. Для инвалидов полутрудоспособных созда вались профессиональные школы-мастерские;

живущие в па ГАСО. Р-244. Оп. 1. Д. 3. Л. 17 об.

Там же. Л. 57 об.

Там же. Л. 57.

Там же. Л. 7.

тронатах (общежития для инвалидов) лишались права пен сии. После профессиональной подготовки подотдел полагал создавать артели и мастерские 1. На том же заседании ставил ся вопрос об организации среди инвалидов, пользующихся социальным обеспечением, культурно-просветительной рабо ты путем устройства лекций и их бесплатного пользования библиотеками, клубами и театрами 2.

Чтобы представить ту обстановку, атмосферу, в которой проходила работа первых сотрудников губсобеса, достаточно обратиться к «Краткому докладу о положении работы в Гу бернском Отделе Собез», подготовленному в январе года 3. Заведующая губсобесом Д.П. Любецкая указывала на то, что все учреждения были приняты от Союза увечных вои нов в разрушенном виде: полное отсутствие ремонта помеще ний, оборудования, обмундирования, «печи сломаны, трубы водопровода лопнули, канализация испорчена, в помещении такой холод, что кругом водопроводных раковин наросты льда и остающийся на ночь самовар промерзает насквозь… мяса порой не бывает в течение недели» 4. Кроме того, в под ведомственных учреждениях процветало тунеядство, хище ния, спекуляция со стороны обеспечиваемых. Несмотря на многочисленные обращения к власти о проведении ремонта, об обеспечении топливом, обувью, махоркой и т. д. губернский отдел социального обеспечения поддержки не получал 5.

Более того, отсутствие реальной силы для удаления ту неядствующих и спекулирующих приводило к катастрофиче ской обстановке. Например, попытки выселить через бюро врачебной экспертизы здоровых, для которых покинуть сте ны патроната значило лишиться бесплатного крова и хоть и скудного, но гарантированного питания и обмундирования, привели к открытым угрозам в адрес врача Сидоровой и даже к покушению на заведующего подотделом Васянина (его ра нили), попытавшегося лишить продовольственных карточек Там же. Л. 11.

Там же. Л. 11 об.

ГАСО. Р-244. Оп. 1. Д. 3. Л. 34.

Там же. Л. 34 об.

Там же. Л. 38.

тех, кто отказывался работать и обучаться. Посторонние, засе ляющие патронаты, в лице семей инвалидов, проституток и шулеров, с которыми инвалиды устраивали тысячные кар тежные игры, и спекуляция в форме выездов в ближайшие села за продуктами и продажей вещей – вот такая картина была типична для патронатов в те дни 1.

Надо отдать должное мужеству и ответственности за по рученное дело Д.П. Любецкой: несмотря на столь отчаянное положение, порой бессилие в борьбе с «этой ватагой», кото рое «ставило отдел в тупик», она предлагала конкретные меры в устранении недостатков и налаживании работы всего подотдела:

немедленно арестовать возмущающуюся публику, и в частности инвалида, ранившего т. Васянина;

немедленно произвести полный ремонт помещений инва лидных домов;

обеспечить их необходимым минимальным количеством топлива;

выделить инвалидам часть обуви из Военкома;

дать нужное количество продуктов, «чтобы наши учрежде ния не отпугивали голодом»;

предоставить реальную силу для вывода из патронатов и лазаретов трудоспособного элемента, путем насиль ственного освидетельствования и зачисления таковых в кассу безработных, а также для борьбы со спекуляцией, разрушениями и уклонениями от обучения профессии;

предоставить губсобесу возможность выполнить декреты центра путем создания различных показательных учрежде ний, курсов и предоставления помещений;

пополнить отдел ответственными работниками.

Любецкая обращала внимание на то, что отсутствие ре альной помощи со стороны власти ведет к тому, что «суще ствование Отдела как такового ничего кроме дефицита Госу дарству не даст и кроме того еще способствует характером своей работы дискредитированию Советской власти» 2.

Там же. Л. 41.

ГАСО. Р-244. Оп. 1. Д. 3. Л. 42.

К 1919 году в распоряжении органов социального обес печения уже имелся солидный законодательный материал, по которому подотделу инвалидов вменялись все заботы по обслуживанию инвалидов войны, труда и старости, глухо немых и слепых путем организации для них специальных па тронатов и колоний;

устройство учебно-воспитательных ма стерских;

предоставление одежды и пищи, обеспечение про дуктами и денежными средствами в случаях следования ин валидов на родину или за получением медицинской помощи или протезов. В задачи подотдела также входила борьба с ни щенством и проституцией. Ремонт существующих домов, обеспечение инвалидов продуктами питания и их доставкой в дома инвалидов осуществлял хозяйственный подотдел губ собеса [Красная Летопись, 1921. С. 52].

Частая смена заведующих инвалидным подотделом мало способствовала улучшению положения дел в домах инвали дов. Но постепенно работа губсобеса налаживались, а обита телей патронатов «захватывала новая жизнь». Интересен про токол общего собрания инвалидов патроната № 1 г. Самары от 24 апреля 1919 года, в котором наряду с текущими быто выми вопросами об увеличении штата служащих в патронате, о заготовке дров, телесном осмотре проживающих инвалидов ставились вопросы по обеспечению прав инвалидов наравне с другими гражданами Самары по выдаче галош и мануфакту ры и проездных карточек для трамвая, и о подготовке культурно-просветительных мероприятий по празднованию Мая 1. Всего в 1919 году по губернии было организовано дома для инвалидов войны, труда и старости и 14 мастерских для обучения в них инвалидов различным ремеслам [Красная Летопись, 1921. С. 54]. В целом формирование сети стацио нарных учреждений по губернии шло очень тяжело. Напри мер, в отчете инвалидного подотдела Ставропольского уездного отдела собеса, относящегося к концу 1919 года, ука зывалось, что распоряжения губсобеса не выполнялись из-за отсутствия штатов, средств, невнимания местных органов вла сти «…к организации инвалидных домов специально для инва лидов войны и труда, а также производств профессионально ГАСО. Р-244. Оп. 1. Д. 11. Л. 83.

учетных мастерских в г. Ставрополе и по уезду не приступле но. В распоряжении п/отделом имеются два дома старости № 1 для стариков и № 2 для старух и нетрудоспособных жен щин, организованных в 1918 году. К 1 октября сего года со стояло на призрении в № 1 – 30 человек, в № 2 – 42 человека.

Все призреваемые пользуются носильным бельем, постель ным бельем, одеждой, обувью и пр. При домах имеются бани (не реже двух раз в месяц) и медицинская помощь (не реже одного раза в неделю фельдшер). В доме № 1 есть небольшая мастерская для вязки половых щеток. В ближайшее время бу дет открыта мастерская по изготовлению лаптей для Уком краслоза. В доме № 2 производится вязка чулок. Из заработной платы призреваемых 50 % поступает в доход казны» 1.

Кстати вниманием властей к проблемам собеса не мог похвастать и губсобес: «…ни на одном учреждении разруха не отражается таким плачевным образом, как на Отделе Со циального Обеспечения. Явление это объясняется тем, что у губернской власти сложился взгляд на Соцобез, как на учреждение второстепенного характера и потому все ну жды, все домогательства этого отдела удовлетворяются в последнюю очередь, а все начинания его… упираются в не приступную стену равнодушия и не выдерживают никакой конкуренции в тяжбе с другими организациями». Таково было мнение заведующего губсобесом П.И. Жбакова с по 1922 год [Красная Летопись, 1921. С. 56].

Но, по его словам, были и другие примеры. Первым и луч шим достижением губсобеса стало открытие 1 мая 1920 года на одной из близлежащих дач загородного дома для нетрудо способных. «После душного помещения в городе дача-ком муна явилась сущим раем для призреваемых. Они были снаб жены кухней, чистым бельем и домашней утварью и отдыха ют среди природы, дыша свежим дачным воздухом». Подо печные занимались садоводством и огородничеством, причем продуктами обеспечивали не только себя, но и других при зреваемых города [Там же. С. 58]. Хорошо удалось оборудо вать в Самаре и дом нетрудоспособных № 6. «Живущие в нем старики и старухи не испытывают острой нужды ни в чем, за ГАСО. Р-244. Оп. 1. Д. 8. Л. 136, 136 об.

нимаются плетением корзин, вязанием чулок и пр. В доме со вершенно неизвестны случаи воровства, которые характеризу ют быт инвалидов войны» [Там же. С. 59]. Сохранилась смета от 22 мая 1920 года о вновь открываемом инвалидном доме на хуторе бывшего помещика Смирнова в Балаковском уезде 1. В 1920 году в Самарской губернии насчитывалось 65 инвалид ных домов с 3 270 инвалидами [Отчет Самарского губернско го… 1921. С. 152]. В целом обстановка оставалась очень не простой. П.И. Жбаков отмечал, что губернский отдел социаль ного обеспечения не только не мечтает о приобретении новых помещений для приема призреваемых, но даже вынужден и имеющееся количество инвалидов «сплавлять» в уезды за недостатком мест в городе [Красная Летопись, 1921. С. 56].

С введением новой экономической политики в стране в 1921 году органами социального обеспечения был взят «жесткий курс на чистку обеспечиваемых в учреждениях НКСО от социально чуждых элементов и концентрацию учре ждений» [Социальное обеспечение в РСФСР… 1927. С. 12].

На первое место в социальном обеспечении выдвигались во просы, связанные с организацией инвалидной кооперации, обу чением инвалидов, а на селе – главной становилась работа по организации комитетов крестьянской общественной взаимопо мощи. Изменилась и точка зрения на значение инвалидных до мов как формы социального обеспечения. Производственные и учебно-производственные мастерские и школы, а также трудо вые ячейки при инвалидных домах были реорганизованы в ар тели инвалидов и послужили фундаментом для развертывания союзов кооперации инвалидов. Вместо опытно-показательных учреждений были созданы техникумы НКСО [Там же. С. 33].

Вопрос развития сети стационарных учреждений был свернут и отодвинут на несколько лет. Финансирование дела социального обеспечения, в том числе и содержание инва лидных домов, тяжким бременем ложится на местный бюд жет. Количество людей в патронатах резко сокращается, так как значительное число инвалидов было переведено на пен сию. Некоторые из обитателей патронатов оказались вовсе не имеющими права на социальное обеспечение. Мелкие учре ГАСО. Р-244. Оп. 1. Д. 54. Л. 42.

ждения (20–30 мест) были ликвидированы, а обеспечиваемые перемещались в крупные дома, недостаточно заполненные.

В результате осуществления мероприятий, количество инва лидных домов по стране сократилось с 1 601 на 1.11.1921 г.

до 247 на 1.10.1926 г., в то же время вместимость домов уве личилась с 58 до 92 штатных мест [Там же].

Уже вскоре НКСО отмечал, что наряду с положительными достижениями в деле укрупнения инвалидных домов имелись и отрицательные: некоторые органы собеса проводили концен трацию за счет ухудшения жилищных условий инвалидов, в результате чего полезная площадь на одного обеспечивае мого снизилась с 14,1 кв. аршина до 9,9 кв. аршина, а кубату ра воздуха с 64,1 куб. аршина до 41,9 куб. аршина. Санитар ное состояние помещений находилось на неудовлетворитель ном уровне, отсутствовали дезинфекционные установки и специальные приспособления и оборудование [Социальное обеспечение в РСФСР… 1927. С. 34].

На втором Всероссийском съезде работников социально го обеспечения (1921) одним из основных вопросов стал во прос о реорганизации инвалидных домов, которая подразуме вала немедленный пересмотр категорий инвалидности, причем в основу категорий была положена степень профес сиональной трудоспособности и «…впредь учреждения Со бес должны строиться по трудоспособности и возрасту инва лидов, а не по происхождению инвалидности (инвалид вой ны, инвалид труда и т. д.)» 1.

В постановлении съезда закреплялось положение о том, что при строительстве новых учреждений должны иметь ме сто учреждения как «на выработанных основах», так и быть созданы новые типы, такие как:

инвалидные дома 1-й категории для инвалидов с полной утратой трудоспособности и нуждающихся в постороннем уходе, которые по своему содержанию должны прибли жаться к больничному типу, иметь соответствующий штат и медицинский распорядок, без использования инвалидов в трудовых процессах;

ГАСО. Р-244. Оп. 1. Д. 45. Л. 139 об.

инвалидные дома 2-й категории для инвалидов с полной утратой трудоспособности, которые могли бы себя обслу живать и привлекаться к легким нерегулярным работам как для себя лично, так и для учреждения;

учреждения «дополнительного социального обеспечения»

для лиц с частичной потерей трудоспособности, которые не могли зарабатывать себе прожиточный минимум, при обязательном труде в специальных производственных или учебно-производительных школах, курсах и мастерских [Социальное обеспечение… 1927. С. 32];

показательные учреждения.

Помимо перечисленных типов инвалидных домов в ме стах с недостаточным количеством обеспечиваемых допуска лось открытие инвалидных домов смешанного типа, в кото рых могли быть помещены инвалиды с различной степенью утраты трудоспособности, но с обязательным распределени ем их в особые палаты и с применением к каждой из групп соответствующих видов обеспечения. Кроме мастерских по чти при всех убежищах постоянного пребывания имелись зе мельные участки, где инвалиды по мере сил и возможностей занимались садоводством, огородничеством и т. д. [Социаль ное обеспечение в РСФСР… 1927. С. 32].

Учреждения социального обеспечения (инвалидные дома, колонии и т. п.) пользовались определенными льгота ми. В 1923 году СНК РСФСР было издано специальное по становление об обращении доходов учреждений социального обеспечения на улучшение быта обеспечиваемых без изъятия их в доходы казны. «Положение о местных финансах РСФСР»

устанавливало освобождение учреждений социального обеспе чения от налога со строений (ст. 45), от налога с транспортных средств (ст. 61), от налога со скота (ст. 65). Они могли полу чать в безвозмездное пользование участки земли из состава государственных земельных имуществ на договорных нача лах в порядке ст. 157 Земельного кодекса (циркуляр НКФ РСФСР от 17 сентября 1924 года № 1418) [Там же].

Переход к новым экономическим отношениям сказался и на работе органов социального обеспечения на местах.

В 1921 году в ведении Самарского губсобеса состояло уже Там же. Л. 140 об.

37 инвалидных домов, в которых обеспечивалось 2 396 чело век 1. Работа подотдела инвалидов еще более усложнилась в связи с голодом 1921–1922 годов, охватившим всю Самар скую губернию. Окрпомгол (Окружной комитет помощи го лодающим) принял ряд мер по оказанию помощи голодаю щим, инвалидам гражданской и империалистической войн.

В каждом губернском городе ПРИВО (Приволжского воен ного округа) были созданы особые комиссии, в задачи кото рых входило выяснение общего количества инвалидов вой ны, находящихся на иждивении собесов. Для полных инва лидов в каждом городе создавали не менее чем по одному ин тернату, а для инвалидов, сохранивших некоторый процент работоспособности, Окрпомгол подыскивал работу [Обзор работы… 1922. С. 35].

Помощь, оказываемая Губернской комиссией помощи го лодающим губсобеса, распределялась по группам трудо способных и нетрудоспособных. В 1-ю группу относились лица «самообеспечивающиеся», во 2-ю – потерявшие трудо способность от 75 % до 100 %. Последние, при наличии прав на социальное обеспечение, помещались в дома нетру доспособности и тем самым спасались от голодной смерти [Там же. С. 83]. В марте 1922 года в домах нетрудоспособных г. Самары содержался 621 инвалид (труда, войны, по старости;

слепые, глухонемые и пр.);

по губернии – с декабря 1921 года по июнь 1922 года находилось 2 140 человек [Там же. С. 112].

При всей скудности средств Самарского губисполкома в гу бернии в 1923–1924 годах (отчетный или операционный год считался с октября по октябрь. – О. Ш.) имелось девять инва лидных домов и два сада-коммуны с количеством призревае мых 548 человек, из них инвалидов войны – 241 человек, тру да – 72 человека и прочих – 235 человек [Местный бюджет… 1925. С. 86]. В это время при инвалидных домах никаких производственных предприятий не имелось, так как они были переданы со всем инвентарем в ведение ГИКО (Губернская инвалидная кооперация) [Там же. С. 97]. На питание в инва лидных домах отпускалось 15 копеек в сутки. Для сравнения те же 15 копеек в сутки шли на питание в детских домах и ле чебных заведениях Самары, для детских домов, находящихся ГАСО. Р-244. Оп. 1. Д. 169. Л. 20.

в уездных городах, эта норма составляла 12 копеек, для дет ских домов в сельской местности и заключенных – 10 копеек [Там же. С. 102].



Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 13 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.