авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 6 |

«Федеральное агентство по образованию Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования «Тюменский государственный нефтегазовый ...»

-- [ Страница 2 ] --

Прежде всего потому, что этот опыт значим для универ ситетского сообщества своими идеями, технологиями и уроками их воплощения в конкретных кодексах. Уроками, дающими основание утверждать, что устоявшаяся практика кодифицирования «духа университета» при всех достоинст вах здоровой консервативности не является самодоста точной и неприкосновенной для критики.

2. Стремление в процессе анализа формата кодексов зафиксировать: сориентированы ли авторы кодексов на осознание природы создаваемого документа, его этиче ской идентичности, дало достаточно аргументов для вы вода, что в ряде случаев создание кодексов «счастливо из бавлено» от концептуальной проблематизации оснований такого рода деятельности и сведено к сочетанию двух ма лосостоятельных подходов. Один из них – механистическое перенесение общеморальных требований на сферу обра зования. Второй – сведение кодексов к «правилам игры», регламентам-инструкциям, практически лишенным мораль ного содержания. Вполне вероятно, что авторы такого рода документов даже и не проблематизировали для себя ни особенности общеморального, профессионально-этическо го и корпоративного форматов кодекса, ни различие этиче ского кодекса как такового и административного по сути регламента поведения. Характерный для целого ряда ко дексов выбор в пользу формата кодекса корпоративной этики даже и не обосновывается.

При этом аналитический обзор наглядно подтвердил как распространенность практики (не)намеренной редукции сложной нормативно-ценностной системы научно-образо вательной деятельности университета к корпоративной эти ке, так и тезис о последствиях такого упрощения, согласно которому корпоративная (само)идентификация нередко по рождает подчинение профессионально-этических ценно стей научно-образовательной деятельности корпоративной этике, умаление или полное устранение ценностей высокой профессии (базовых профессий научно-образовательной деятельности университета) из содержания кодексов.

3. Есть необходимые основания и для вывода, что за такого рода практикой стоит вполне определенное понима ние идеи-миссии университета, нагруженное его идентифи кацией с индустрией образовательных услуг.

Анализ показал прямую связь между тем или иным об разом кодекса и версией миссии университета. Слишком редко в преамбулах кодексов речь идет о роли этических документов в самоопределении университета относительно современной Идеи университета, в самоидентификации преподавателей и исследователей с ценностями их про фессии и т.п. Комфорт, имидж, мобилизация, укрепление внутренней организации и т.д., но не стремление рассмат ривать кодекс как этическое ориентирование университета и его профессионалов, как профессионально-этический ре гулятор и, в целом, как институт развития и культивирова ния этических оснований научно-образовательной дея тельности.

А это оборачивается и определенной трактовкой ста туса и места кодекса в жизни университета. Скрытый де виз многих текстов – «ни слова о саморегулировании». Яв ные последствия – административный язык многих кодек сов и бюрократическое применение самого документа. Не которые кодексы предложены не как элементы этической инфраструктуры университета, но как инструменты админи стративной инфраструктуры.

4. В текстах кодексов мы имеем дело скорее с неот рефлексированными образами морали: индивидуальной, общеобщественной морали, морали профессиональной и морали корпоративной. В итоге – тенденция аппликации общеморальных принципов и норм к деятельности универ ситета, а не приложение-конкретизация этих принципов и норм в принципах и нормах профессиональной и корпора тивной этик. Поэтому апеллируя к «общепризнанным нрав ственным нормам», авторы кодексов нередко «забывают» о профессиональной этике. Профессиональная этика, в том числе миссия профессии, ценности профессии, нормы про фессии, профессиональный долг, профессиональное сооб щество и т.д., просто не попали во многие университет ские кодексы.

На основании данных выводов следует оправдать ске птическое отношение к распространенному суждению о теоретико-методологическом обосновании проектирования этических кодексов как очевидном излишестве. Наоборот, аналитический обзор показывает рискованность банализа ции задачи создания университетских этических кодексов, порождающей отношение к ним как к формальным доку ментам, бюрократически мотивированным и практически иг норируемым, и уже потому дающим поддержку скептикам и циникам. Анализ проявил и другое последствие банализа ции кодексов: не имея концептуально обоснованного об раза этического кодекса, университеты вынуждены созда вать свои кодексы методом проб и ошибок.

При этом нельзя позволить сделать катастрофический вывод о полном отсутствии «точек роста» в сфере этиче ской кодификации университетской жизни. Первый аргу мент – «Кодекс универсанта», вполне адекватный искомому нами образу профессиональной корпорации.

Второй аргумент – этические акценты в перечне ожи даемых результатов внедрения этического кодекса в Мордовском госуниверситете: «снижение случаев корруп ции со стороны представителей образовательного сообще ства и, как следствие, улучшение репутации вуза в социу ме, повышение его конкурентоспособности;

дополнитель ное стимулирование этического профессионализма препо давателей вуза (учет в рейтинге преподавателей, влияю щем на оплату труда);

развитие корпоративной культуры вуза (открытость, доступность, знание общих принципов данного сообщества, возможность свободного обсуждения спорных ситуаций);

развитие этического профессионализма студентов, для которых высшая школа оказывается первым профессиональным сообществом, наделяющим определен ными правами и требующим ответственности, позволяю щим интегрировать специальные знания с внешним влия нием данной специальности, определять социальные по следствия профессиональной деятельности»16.

Тем не менее доминирующие в университетской прак тике результаты опыта реализации идей и технологий ко дифицирования (или их отсутствия) наглядно объясняют, в чем и почему проект «Профессионально-этический кодекс ТюмГНГУ» пошел иным путем.

1.2. Опыт инновационной парадигмы в проектировании кодексов Обобщающее название второго тома, посвященного этическому проектированию как ноу-хау инновационной па радигмы – «Кодексы, которые нас выбирают» – не случайно говорит о кодексах во множественном числе. Если бы не обстоятельства, определяющие объем монографии, опыт этой парадигмы в проектировании этических документов был бы представлен здесь целиком. Речь идет о кодексе депутатской этики Тюменской областной думы17, миссии кредо университета18, кодексе гражданских служащих ду мы19, профессионально-этическом кодексе университета.

Их объединяет идея-технология инновационной парадигмы См.: students.mrsu.ru/docs/program_integr.doc.

См.: Бакштановский В.И., Согомонов Ю.В. Ойкумена приклад ной этики: модели нового освоения. Гл 3.

Там же. Гл 2.

См.: Рекомендации по определению профессионально-этичес ких приоритетов государственных служащих, замещающих государ ственные должности в Тюменской областной думе. Тюмень, 2010.

прикладной этики. И различает не только тема-предмет, но и степень влияния предложенного этой парадигмой ноу-хау на конечный результат.

Два проекта выбраны здесь по вполне определенным – полярным – основаниям. В первом из них специалисты по прикладной этике играли в проекте роль авторов замысла и сценария и соавторов текста кодекса, в другом – только эк спертов-консультантов. Не имея возможности представить концептуальные основания, сценарную разработку и реаль ный алгоритм реализации каждого из этих проектов, ориен тирую эскиз того и другого на то, чтобы, во-первых, пока зать в каждом из проектов инвариантную для инновацион ной парадигмы органическую связь идейного замысла и способа работы, демонстрируемую здесь через описание программирования этапов алгоритма проекта, и, во-вторых, акцентировать проблему разных моделей взаимодействия авторов инновационной парадигмы с организацией, в кото рой они продвигают свое ноу-хау.

1.2.1. Моральный выбор журналиста:

институциализация саморегулирования профессиональной корпорации СИТУАЦИЮ возникновения замысла проекта «Тюмен ская этическая медиаконвенция» (ТЭМК) можно предста вить с помощью фрагмента преамбулы итоговой версии текста Конвенции20. Текст начинается с диагноза «совре менной ситуации в жизни российского общества в целом и профессионального сообщества журналистов – в том чис ле. «Все мы сегодня переживаем кризис, связанный со сме ной ценностных систем трансформирующегося общества...

Но есть основания воспринимать моральный кризис в об Полную версию текста см. в кн: Медиаэтос. Тюменская конвен ция: предварительные результаты / Тетради гуманитарной экспер тизы». Вып. 3 / Под ред. В.И. Бакштановского. Тюмень: АНКО «Центр прикладной этики: ХХI век», 2000, а также в нескольких из даниях книги: «Профессиональная этика журналиста. Документы и справочные материалы» / Под ред. Ю.В.Казакова.

ществе – и в нашем профессиональном «цехе» – не как по буждение к панике, а как вызов, который предъявляют на шему профессионализму тенденции к цинизму и нигилизму.

Надежда – на личную свободу и ответственность,.. на по тенциал индивидуального морального выбора и решения, на ориентирующую роль элементарных норм морали,.. на ценностные ориентиры и нормы профессиональной этики,..

на собирание вокруг такого подхода… профессиональных сообществ, создаваемых на конвенциональных условиях».

В числе мотивов создания ТЭМК в тексте называется, во-первых, «внешне обусловленная целесообразность,..

связанная с угрозами свободе слова: свободе журналиста добывать и предоставлять информацию;

свободе гражда нина получать информацию;

с тенденцией превращения СМИ из субъекта саморегуляции в объект сверхрегуляции.

Нашему сообществу предстоит осознать опасность «ого сударствления» профессиональной морали журналиста че рез придание государству роли высшей моральной инстан ции. Эта опасность искушает «духовного иждивенца» со блазном делегировать свою ответственность и может взо рвать саму суть профессиональной морали – свободу вы бора и принятия профессионалом индивидуальной ответ ственности. И своей конвенцией мы говорим государству: у нас есть правила и мы просим с ними считаться. Фактиче ски речь идет об общественном договоре: мы не переходим границ профессионально правильного поведения, а госу дарство воспринимает нас как сообщество, способное к са морегулированию».

Во-вторых, «трезвое самокритичное осознание нашим профессиональным сообществом внутренней угрозы сво боде слова, исходящей от самой корпорации;

самокритич ное понимание низкой степени намеренности и практичес кой способности «цеха» ответственно реализовать свободу слова – злоупотребления самих СМИ свободой слова при вели к потере доверия общества».

Цель проекта – воздействие на стихийный процесс са морегулирования российских СМИ через проектирование профессионально-этической конвенции регионального со общества журналистов.

Алгоритм проекта: проведение в редакциях тюменских СМИ цикла семинаров, в том числе с активными формами освоения материалов зарубежного и отечественного опыта саморегулирования, представленных в изданной Фондом защиты гласности книге «Профессиональная этика журна листа»;

экспертный опрос (внешняя и внутренняя эксперти зы) и этико-социологическое исследование как способы проектирования фрагментов Конвенции;

итоговый проблем ный семинар, посвященный апробации проекта текста Кон венции и выработке PR-акций по его реализации.

Авторская технология этического проектирования была ориентирована на то, чтобы активизировать моральную ре флексию участников проекта, предложив профессиональ ному сообществу журналистов потенциал своеобразной эк спертной системы, дающей этому сообществу возмож ность узнать (или не узнать) себя в своеобразном «зер кале», которое трудно отбросить на манер того, как это сделала капризная сказочная красавица-царица.

Особенность проекта – региональное сообщество жур налистов уже было мотивировано и продвинуто к созда нию ТЭМК: многие тюменские журналисты были соавто рами первых проектов-экспертиз, диагностирующих и реф лексирующих «правила игры» журналистской профессио нальной корпорации. Определенный задел имели и спе циалисты по прикладной этике, включая пятилетний мони торинг ситуации и цикл опросов и семинаров21.

См. кн.: Становление духа корпорации: правила честной игры сообщества журналистов;

Медиаэтос: ценности и правила игры ре гионального сообщества журналистов. Материалы экспертного оп роса // Тетради гуманитарной экспертизы (1) / Под ред. В.И. Бак штановского. Тюмень: АНКО «Центр прикладной этики: ХХI век», 1999;

Медиаэтос: ценности и правила игры регионального сообщес Другая особенность проекта, его «сверхзадача» – не просто помочь «цеху» в его стремлении активизировать процесс саморегулирования, но и попытаться повлиять на мотивы такой активизации. Важно было проблемати зировать для профессионального сообщества тенденцию доминирования утилитарных мотивов саморегулирования, связанных с опасениями по поводу намерений власти и бизнеса ограничить свободу слова и активизировать мотив самокритики «цеха». Особенно – в связи с размыванием этических ориентиров сообщества под влиянием информа ционных войн и других весьма противоречивых феноменов современной России.

КОНКРЕТИЗИРУЮ алгоритм проекта через проблема тизацию трех его шагов, сознавая, что эскизный вариант предъявления пути проекта проигрывает по критерию всесторонности22.

* Дистанцированная и внутренняя экспертиза. Участ никам экспертизы был предложен определенный набор тем (полностью или частично), конкретное наполнение которых моделировало многообразие высказанных в СМИ суждений и оценок относительно различных аспектов проблемы са морегулирования профессии, в том числе о создании само обязательств в виде кодексов, хартий, конвенций и т.п.

Экспертам, работающим в формате дистанцированной экспертизы, предстояло высказать свои суждения по пово тва журналистов. Попытка понимания. Материалы экспертного оп роса // Тетради гуманитарной экспертизы (2). Тюмень, 1999.

Даже способ работы представлен не в полной мере, оставляя за рамками эскиза и то, как участники проекта «примеривали» его идеи «на себя», и сценарное обеспечение игрового моделирования каждой из рефлексируемых альтернатив (например, альтернатив ных моделей этической комиссии) и т.д. Полностью путь проекта представлен в таких публикациях, как: Медиаэтос: Тюменская кон венция – предварительные результаты / Тетради гуманитарной экс пертизы (3). Тюмень, 2000;

Медиаэтос: Тюменская конвенция: ори ентир самоопределения, способ собирания сообщества / Тетради гуманитарной экспертизы (4). Тюмень: 2000.

ду реального опыта кодифицирования отечественных и за рубежных СМИ, в том числе «Хартии телерадиовеща телей» и «Московской хартии»;

относительно деятельности некоторых российских институтов саморегулирования (Су дебной палаты по информационным спорам, Большого жю ри Союза журналистов России);

проанализировать опыт различных исследовательских и правозащитных институ ций (например, Фонда защиты гласности, Интерньюс), вы двинуть идеи, ориентированные на возможность их осво ения в рамках данного проекта (например, идею «мини мального стандарта»).

Структура тематического набора вопросов участникам внутренней экспертизы в основном соответствовала гипо тетическим представлениям авторов проекта о модели бу дущей конвенции. Соответственно, предполагалось полу чить экспертные суждения и оценки участников интервью относительно: (1) проблемной ситуации в медиаэтосе, сте пени целесообразности создания кодексов и конвенций, их задачах;

(2) мотивационного комплекса, определяющего работу журналистов над конвенцией;

(3) самоопределения журналистов к корпоративной миссии;

(4) статуса и содер жания темы «Журналист в ситуации выбора»;

(5) места и конкретного содержания «Минимального стандарта про фессионально правильного поведения»;

(6) идей по поводу назначения и идеологии «этической комиссии».

В подавляющем числе случаев участникам интервью предлагались на экспертизу проблемные – чаще всего аль тернативные – позиции по тому или иному тематическому направлению. Например, в тематическом направлении ан кеты интервью, отражающем содержание нормативной части будущей конвенции, экспертиза предполагала само определение участников проекта к двум конкретным верси ям этой части, выдвинутым в литературе. Одна из них ак центирует значение отношения к журналисту как субъекту морального выбора, другая – отдает приоритет «минималь ному стандарту», включающему нормы, не требующие ак тивной моральной рефлексии.

Другой пример – альтернативная трактовка модели этической комиссии. На экспертизу участникам проекта предлагалась ситуация выбора между контрольно-регули рующей моделью комиссии, активно использующей адми нистративные санкции, и моделью экспертно-консультатив ной, ориентированной на стимулирование диалога кон фликтующих сторон и освоение опыта решения сходных ситуаций, отраженного в мировой практике профессиональ ных кодексов.

* Проблемный семинар в редакции «Тюменского курье ра». Этот первый из цикла семинаров, реализующих проект ТЭМК, был посвящен экспертизе двух ключевых элементов будущей конвенции: «Журналист как субъект морального выбора» и «Минимальный стандарт профессионально пра вильного поведения».

Игровая технология проведения семинара предпо лагала «примерку» участниками семинара содержания двух этих элементов проекта конвенции «на себя», модельную ситуацию противостояния двух групп участников – сторон ников доминирования в конвенции либо идеи «Журналист как субъект морального выбора», либо идеи «Минимальный стандарт». Цель такого способа работы – увидеть сильные и слабые стороны каждого из предложенных на экспертизу документов и, в идеале, сформулировать в ходе диалога аргументы в пользу сочетания того и другого документа в рамках единой конвенции.

Ю. Казаков смоделировал позицию сторонника «Мини мального стандарта»: замечательно, когда профессия жи вет по цивилизованным нормам, опирается на кодекс, в ко тором сформулировано кредо сообщества, выбрана его миссия, выстроена система базовых принципов и т.д. Но это для отечественной журналистики лишь отдаленный идеал. Поэтому пока уместнее договориться (тоже конвен ция!) о том, чтобы из достаточно большого числа норм и правил выбрать лишь те, которые являются кодом кодов – половина конфликтов прессы и общества связана с нару шением элементарных профессиональных стандартов.

Слишком часто никакой особой моральной рефлексии и не требуется, достаточно владеть азами того, что называется «профессионально правильное поведение» – эта формула вошла в Софийскую декларацию, международный доку мент, одобренный ЮНЕСКО. Участникам игры был предло жен проект текста «минимального стандарта».

В рамках игрового сценария В. Бакштановский высту пил с оппонирующей позицией. По его мнению, в «мини мальном стандарте» заложен слишком большой соблазн, искушение: нормы «стандарта» легко понять, легко освоить, легко принять и исполнять. И так хочется надеяться, что у исполняющего «стандарт» больше никаких проблем не бу дет. Но вспомним, как «Крошка-сын к отцу пришел…», вы слушал «минимальный стандарт» в версии своего отца и принял решение: «буду делать хорошо и не буду плохо».

Однако Крошка-сын незаметно вырос, пришел в журнали стику и на требование следовать профессиональной этике отвечает: «С моей зарплатой? Какая этика?!». И минималь ный стандарт от папы «полетел».

Далее была проведена работа в группах, организован ных на основании предпочтения участниками семинара двух предложенных на экспертизу проектов профессио нально-этических документов.

В задачу семинара не входило намеренное «подталки вание» его участников к идее совмещения обсуждаемых до кументов в одной конвенции. Однако их «стихийное» творч ество вышло именно к такой идее. Это было видно, напри мер, по таким высказываниям: «Два проекта можно соеди нить, они очень хорошо друг друга дополняют», «Мы раз делились на две группы и обсуждаем вещи, на деле очень взаимосвязанные».

* Итоговый семинар проекта – генеральная примерка и правка второй версии текста ТЭМК в режиме «примерки на себя», на свой «цех», и, в этом смысле, заинтересованная примерка-правка, доведение текста конвенции до той сте пени готовности, которая позволит предложить ее всему тюменскому журналистскому сообществу. Способом прове дения «примерки» послужила сценарная проблематизация каждого из этапов семинара, соответствующих разделам третьего варианта текста ТЭМК. В основе проблематиза ции, предпринимаемой в преамбулах ведущего к каждому этапу семинара – материалы анализа работы экспертов и рецензентов второго варианта текста ТЭМК, отразившегося на трансформации второй версии в третью.

Во вступлении к семинару ведущий В.И.Бакштановский рассказал об этапах работы проекта. Цель такого рассказа – доказательство совместной работы исследователей и журналистов.

Прежде всего гипотеза проекта была испытана в про цессе экспертного опроса и социологического исследова ния. Затем проведены три семинара: в «Тюменском курье ре», в ГТРК «Регион-Тюмень» и семинар «Журналист – Ре дактор – Собственник» в администрации Тюменской облас ти. По итогам этой работы был сформирован первый вари ант конвенции, опубликованный – вместе с материалами экспертного опроса – в «Тетрадях...(3)». Этот вариант был предложен на экспертизу десяти тюменским журналистам.

В итоге появился второй вариант конвенции. В свою оче редь, и он был предложен для критики нескольким тюмен ским и столичным рецензентам. Сформированный после этого третий вариант был предварительно разослан участ никам итогового семинара.

Открывая первый этап работы семинара, ведущий предложил набор суждений, которые высказывали участни ки проекта в связи с включением в проект конвенции таких непривычных для традиционных кодексов разделов – «Проблемная ситуация» и «Мотивы и намерения».

У некоторых участников проекта было мнение, что это лишние разделы, не обязательные. Те, кто полагал эти разделы необходимыми, по-разному объясняли медиаси туацию. Например: «“моральный кризис общества” – ус таревающее понятие». Другой вариант: «Принимать от ветственность на себя или искать способы уклониться от нее, списывая все на трудную ситуацию в обществе, – этот рубеж и определяет проблемную ситуацию в жур налистике сегодня».

И при обсуждении вопроса о доминирующем мотиве создания ее – участники проекта выдвигали альтернатив ные суждения. Часть экспертов выделяла мотив внешней угрозе свободе слова, например: «подули старые ветры».

Большинство участников проекта говорили о внутренней угрозе, в том числе о «появлении журналистов-беспреде льщиков», об угрозе саморазрушения «цеха». На основе анализа этих и других суждений участников проекта и поя вился текст начальных параграфов третьего варианта кон венции.

На втором этапе – работа семинара над разделом кон венции под названием «Корпоративная миссия: поиск иден тичности» – ведущий проблематизировал тему с помощью образов «зеркало» – «зеркальщик» и привел типичные суж дения рецензентов и участников экспертизы по поводу этих альтернативных образов.

Их обсуждение показало, что суждения о необходимо сти, с одной стороны, как-то снять пафос у слова «миссия», с другой – учесть, что значительная часть зарубежных ко дексов содержат такой раздел, с третьей – понять, что в структуре конвенции каждый элемент – это кирпичик, без которого она развалится, раздел «Корпоративная миссия»

требует скорее доработки, чем изъятия. Одно из решений:

«Примеряя метафоры “зеркало” и “зеркальщик”, мы пола гаем, что журналистское сообщество не выбирает одну из этих стратегий вопреки другой, а сочетает их в зави симости от особенностей конкретной профессиональной ситуации».

Третий этап: ведущий предполагает, что оправдать включение в структуру конвенции инновационного раздела «Журналист как субъект морального выбора» можно суж дениями самих участников проекта. Убедиться в реаль ности, а не академичности проблемы профессионально нравственного выбора для участников проекта можно уже на том основании, что фактически никто из участников экс пертных опросов или семинаров не уходил от обсуждения темы морального выбора в профессиональной деятельно сти журналиста. Многие приводили примеры из собствен ной практики. «Профессия постоянно расставляет мо ральные ловушки для журналиста. При подготовке кон кретного материала журналист должен делать выбор – на кого он работает в данном случае, на читателя или все-таки на издателя. Еще одна типичная ситуация – конфликт между обязанностью журналиста добывать информацию и теми препятствиями, которые он при этом нередко встречает, например, получая угрозу, за прет на публикацию, на распространение материала и т.д. Разве в этой ситуации он не делает моральный вы бор и не принимает решение сам, предполагая все воз можные последствия своего решения?».

Обосновывая необходимость такого раздела, одна из участниц проекта отметила: «Разделяю суждение, по кото рому самое трудное – не “прозевать” ситуацию выбора, не пройти мимо, “не узнав” ее. Журналисту такое не по зволительно: его решения часто чреваты ответствен ностью социального масштаба». Какую роль придать этой теме в конвенции? «Без размышлений о моральном выборе конвенция сведется к голой прагматике».

«Минимальный стандарт профессионально правильно го поведения».

Проблематизируя обсуждение этого раздела ТЭМК, ве дущий сообщил, что рецензенты конвенции весьма пози тивно оценили этот ее фрагмент. Например: «Профессио нальный стандарт мне представляется наиболее содер жательной частью предлагаемой конвенции». В то же время среди участников экспертного опроса возникла заоч ная дискуссия. Так, если один из них утверждает, что «не льзя журналиста ориентировать лишь на низкую планку “минимального стандарта”», другой заочно возражает:

«“если задрать планку до потолка”, то нам никогда не пи сать рекламы, не совмещать свою профессию с должно стью пресс-секретаря, а у нас большинство журналистов так и делают».

Сильный аргумент в пользу раздела: разрозненное, распыленное профессиональное сообщество, исповедую щее разные миссии и кредо, легче всего соберется вокруг «минимального стандарта», пусть еще и «сырого» по ис полнению.

Контраргумент: вне пределов размышлений тех, кто так или иначе работал с этим фрагментом конвенции, остался вопрос о том, где предел конкретизации норм «минималь ного стандарта», предел, за которым они теряют свое эти ческое содержание и переходят в статус ремесленных пра вил.

Следующий этап работы семинара посвящен разделу «Модель этической комиссии».

Ведущий: во-первых, эксперты и рецензенты проекта конвенции выдвинули скептические позиции по поводу соз дания комиссии как таковой: «есть опасность бюрократи зации процесса саморегулирования». Во-вторых, большин ство экспертов против модели комиссии как инстанции нравственного суда. В то же время есть и контрподход: «ко миссия должна быть той инстанцией, куда не хотел бы попасть ни один порядочный, совестливый журналист, редактор, издатель и ни одно пекущееся о своем автори тете средство массовой информации». Много сторонни ков у комиссии как консультативного совета.

Затем участники семинара разделились на группы и смоделировали деятельность каждой из моделей этической комиссии.

ИТОГ проекта?

«Выписка из протокола № 5 заседания правления Со юза журналистов Тюменской области от 28 ноября 2000 г.

...5. СЛУШАЛИ: Сообщение директора Центра приклад ной этики В.И.Бакштановского об итогах работы над проек том “Тюменская этическая медиаконвенция”, проводимой Центром при партнерском участии Союза журналистов Тю менской области. ПОСТАНОВИЛИ: В соответствии с обсу ждениями участниками итогового семинара, состоявшегося 3 ноября с.г., проекта конвенции, (а) поддержать основные положения проекта. После учета замечаний и предложений, высказанных на семинаре, распространить текст конвенции по редакциям СМИ Тюменской области;

(б) рекомендовать редакциям СМИ Тюменской области включить фрагмент конвенции “Минимальный стандарт профессионально пра вильного поведения” в Уставы редакций и индивидуальные контракты с журналистами...».

ВЫВОДЫ? Полагаю, что применительно к проекти рованию ТЭМК можно рискнуть говорить как о прецеденте польдера – отвоеванной у стихии, защищенной и возделан ной медиатерритории. Хотя бы на этапе проектирования.

1.2.2. Кодекс депутатской этики:

опыт преодоления «земного тяготения» регламента В этом проекте речь идет о второй – консультативной модели взаимодействия авторов инновационной парадиг мы прикладной этики с организацией. Ноу-хау инновацион ной парадигмы представлено здесь через проблему соче тания технологии проектирования с технологией консуль тирования. Причина сочетания – необходимость реалисти ческой (понимающей?) позиции этико-прикладного знания.

Необходимость считаться прежде всего с сильной ад министративно-бюрократической тенденцией: ориентацией организации на «аппаратный» способ создания кодексов политической (и административной) этики. Во-первых, это надежнее с точки зрения охранительной установки в отно шении бюрократически понимаемых интересов организа ции. Кроме того, даже при искренней открытости к сотруд ничеству с экспертами в сфере прикладной этики «аппа ратный» способ самого сотрудничества обременен стерео типами разработки регулирующих документов (самим поли тикам «некогда» – «поручим аппарату» да и «неинтересно»

– «все равно толку не будет») и банализированным пред ставлением о природе этических кодексов.

Попытаюсь эскизно представить путь проекта по соз данию кодекса депутатской этики Тюменской областной думы из позиции члена Рабочей группы по подготовке тек ста кодекса. Подчеркну: моя роль была консультативной – над вариантами текста работал аппарат комиссии по депу татской этике, поручая мне экспертизу каждого из вариан тов текста – от первого до последнего – и консультации в виде (а) аналитического обзора практики кодифицирования, (б) концептуальных выступлений на заседаниях Рабочей группы;

(в) проведения семинара для депутатов, (г) пробле матизации специального заседания Пресс-клуба;

(д) разра ботки программы-сценария Парламентских слушаний и т.п.

Фактически, это и есть алгоритм моего собственного про екта участия в Рабочей группе.

Стартовая ситуация. Начальный вариант ожидаемого Думой документа специально созданной Рабочей группе предложили сотрудники аппарата комиссии по депутатской этике, освоив опыт создания кодексов в двух десятках дру гих региональных парламентов и, фактически, составив компилятивный вариант. Вполне естественно, этот вариант нес в себе характерные признаки распространенной прак тики кодифицирования (которые были описаны в предшест вующем параграфе этой монографии применительно к уни верситетским кодексам): доминирование в тексте регла ментных требований, этикетных правил и т.п.

Обсуждение проекта текста членами Рабочей группы не ставило под сомнение его идеологию и технологию и све лось скорее к редакционным замечаниям. Поэтому я пре дставил группе концептуальные вопросы и предложения. 1.

Скорректировать название документа – «Правила депутат ского этикета», т.к. это название более соответствовало предложенному на обсуждение тексту. 2. Но и этом случае документу нужна преамбула, объясняющая мотивы созда ния документа и намерения его авторов. Например, стоило бы сказать о том, можно ли обойтись без этого свода пра вил, ориентируясь лишь на элементарные нормы нравст венности, нормы права и должностные инструкции. Уместно было бы сказать, откуда берутся эти правила: из сферы административно-служебной этики? Корпоративной этики?

Этики публичной профессии? Все это вместе? 3. Важно оп ределиться с модальностью текста (что взято за образец модальности: Моральный кодекс строителя коммунизма?

Присяга? Самообязательство?). 4. Необходимо взвестить баланс запретов и желаемого поведения. 5. Стоит ли вклю чать в текст очевидные требования, распространяемые бу квально на каждого гражданина? 6. Стоит ли включать в текст требования регламента. …8. Работа этической комис сии описана только с точки зрения ее карательной функции.

Не проявлена ее позитивная роль в формировании поведе ния в духе норм депутатской этики. 9. Целесообразно отра зить в решении следующего заседания Рабочей группы идею двух этапов работы депутатов над этическим доку ментом – второй этап наступит после принятия «Правил этикета» и даст искомый «Кодекс депутатской этики»

Предложения встретили серьезные возражения, часть которых была связана с непривычностью подхода, его от личием от известного участникам «рабочей группы» опыта.

Рабочая группа не приняла мою концепцию, решив, что достаточно одного этапа. А мне предложили: «посмотреть документ и причесать его (настолько, насколько это воз можно), чтобы документ соответствовал названию, которое уже утверждено».

Не считая это предложение приемлемым, но, в то же время, осознав, что попал в непривычную для меня роль эксперта, ограниченного в своих возможностях влиять на текст проектируемого документа, я решил защитить свою концепцию проведением специального семинара для де путатов Думы. Его «сверхзадача» – консультируя Рабочую группу в процессе создания более привычного для заказ чика «регламентно-этикетного» формата кодекса депутат ской этики, уже в ходе консультаций попытаться подгото вить второй этап проекта – создание полноценного Кредо кодекса депутата, в работе над которым возможен перевод консультативной технологии в проектную.

Первая консультация: семинар для депутатов. Проб лематизируя задачи семинара в своем докладе-консуль тации (предварительно участники семинара получили тези сы этого доклада), я спрогнозировал в качестве перспек тивы реализации предложенной Рабочей группой версии кодекса создание очередного бюрократического проекта, провоцирующего равнодушие и депутатов, и избирателей, и общественного мнения. Прогноз опирался на аргументы, выводимые из диагностики ситуации.

1. Работа над кодексом должна учесть неэффектив ность известной практики кодифицирования поведения де путатов, порожденную тем, что: этические документы соз даются аппаратами областных дум (правовыми департа ментами, аппаратами комиссии по регламенту и т.д.), а не самими депутатами.

2. Проблемы депутатской этики нечетко различены от проблем регламента, мандата.

3. Упрощена мотивация создания такого рода докумен тов (рекомендовано «сверху», у других парламентов кодек сы уже есть, надо дисциплинировать депутатов, прогулы и недостойное поведение – бич думы, предотвратить исполь зование статуса депутата в корыстных целях и т.д.).

4. Весьма ограничены представления о содержании ко дексов (вежливость и доброжелательность к коллегам, ло яльность к избирателям и т.д.) и способах создания кодек сов («нечего “изобретать велосипед”, достаточно просто освоить опыт коллег» и т.д.).

5. Кодекс должен отвечать на скептические и даже не гативистские реакции (публичные и закулисные) по поводу такого рода документов самих депутатов, общественности и СМИ, в том числе и на скепсис, равнодушие, иронию, са тиру.

Далее в программе семинара было проблематизирова но концептуальное самоопределение депутатов.

* Приняв решение о создании кодекса, депутатам пред стоит прежде всего определиться: в отношении кодекса они «читатели» или «писатели»? Соответственно: или просто «проголосовать» подготовленный аппаратом и/или экспер тами текст своего собственного кодекса, – или решить, что кодекс создают сами депутаты, даже если это решение «усложняет их жизнь».

* В случае выбора второй позиции депутатам предстоит определиться в вопросах:

- достаточно ли для них создать документ, который ре ально является лишь сводом правил депутатского этикета, регулирующих соответствие поведения депутатов стандар ту порядочности облеченных доверием и правами избран ников народа?

- в чем отличие кодекса как собственно этического до кумента. Альтернативы самоопределения: депутат – дис циплинированный исполнитель внешних инструкций (како вым каждый человек является в отношении правил дорож ного движения и т.п.), или суверенный субъект морального выбора? Возможный аргумент в пользу второго варианта:

нет кодекса без набора «красных флажков», но нет кодекса и без апелляции к совести, к нравственным самообязатель ствам депутатов.

* Но, решив не сводить свой кодекс к этикетным прави лам, что же именно отнести к сфере депутатской этики за рамками этикета?

- Можно ли свести набор этических норм депутатства к требованиям честности, неподкупности, добропорядочно сти и т.п., определяющим прозрачность финансовой дея тельности депутата, декларацию его интересов, нормы че стного лоббирования и т.д.?

- Можно ли обойтись в кодексе без «правил честной иг ры» – этических норм и правил политической конкуренции, борьбы, направленных на то, чтобы не допускать превра щения конкуренции, соперничества, конфликтности во вра ждебность и озлобление, и напротив, ориентирующих на то, чтобы выигрыш одних в так называемой мягкой конкурен ции хотя и может означать проигрыш других, но такой про игрыш не ведет к тотальному попранию интересов проиг равших?

- Может ли отечественный документ парламентской этики быть полноценным без мировоззренческих оснований – Кредо депутата, ориентирующего поведение депутатов за пределами профилактики коррупционности, конфронтаци онности, интолерантности и т.п., профессионально-нравст венных принципов, конкретизирующих, применительно к депутатству, общегражданские ценности (служение Родине, патриотизм и т.д.) через характеристику миссии, призвания, служения депутата и т.д. Иначе говоря, без нравственной философии российского парламентаризма как сердцевины депутатской этики?

- Уместно ли свести систему принципов и норм парла ментской этики к одним только запретам? Или они придут к выводу о необходимости видеть свою профессиональную этику как систему позитивных повелений? Возможный ар гумент в пользу второго варианта: профессионально-нравс твенная акцентировка норм должна выражать и нравст венные требования общества, и нравственные самообяза тельства депутатов. Тем самым – сочетание пресекающих санкций и побуждающих мотивов.

- Соответственно, депутатскому корпусу предстоит ре шить: должна ли комиссия по этике быть прежде всего над зирающе-карательным органом с системой сформулиро ванных в кодексе репрессивных санкций, или же ее задача – стать институтом моральной защиты депутата, коллек тивной моральной рефлексии, экспертизы и консультирова ния ситуаций морального выбора, в которые непременно вовлекается практически каждый депутат? Или выступать в роли морального судьи депутатов? Этикетные провинно сти, как правило, в сторону понижения, во многом очевид ны, прозрачны для восприятия и потому не создают особых затруднений при оценивании. Налицо – и «факты», и «тра фареты». Но за этикетными нарушениями не забыть бы нравственные коллизии повышенной сложности;

поступки с необычайно высокой запутанностью мотивов, обстоя тельств и последствий;

решения, полные драматизма, ко гда обычные позитивные и негативные оценки оказываются малопригодными для того, чтобы охватить ими нравст венные оппозиции такой специфической деятельности, как «парламентская работа».

После первой консультации. Некоторые участники се минара поддержали идею двухэтапности работы над эти ческим документом облдумы. Например, один из депутатов, ранее предлагавший лишь «почистить» проект документа («Спасибо нашему аппарату, мы имеем достаточно доб ротный документ. Его можно шлифануть еще раз, прямо се годня, что-то исключить, что-то добавить»), еще раз поло жил это предложение на чашу весов: пойти по более слож ному пути, предпочитая работу в два этапа – либо все-таки вернуться к тому решению, которое было принято на засе дании Рабочей группы. И решил: «сегодня я склоняюсь к первому варианту – надо попробовать пройти этим путем».

И другие депутаты также склонились к этому варианту:

«получится, не получится, но сделать попытку все-таки на до».

Но в очередном варианте подготовленного Рабочей группой проекта «правил» все же доминировал симбиоз формата регламента и этикетных требований. Необходима была еще одна попытка влияния на позицию этой группы.

Вторая консультация. Как продвинуть текст Правил с точки зрения его этического содержания? Прежде всего, за счет изменения его преамбулы: благодаря четкой иден тификации «интервала эффективности» избранного форма та документа. И перед Парламентскими слушаниями проек та текста в него были внесены определенные изменения.

По моему предложению, в преамбуле появилась вставка.

«Нормы и правила депутатской этики в целом ориен тируют и регулируют профессиональное поведение обле ченных особым доверием избранников народа, обладаю щих властными полномочиями людей, от которых зависит и судьба рядовых граждан. На депутата, разумеется, распро страняются “простые нормы нравственности”. Но спрос с депутата как субъекта публичной политики – строже. И ме ханизм регулирования его поведения – строже: не просто “общественное мнение”, суждения частных лиц и т.д., но и специальная корпоративная институция – комиссия по де путатской этике.

Рекомендуемые правила относятся, прежде всего, к сфере парламентского этикета, регулируя, скорее, форма льную сторону поведения депутатов. Такое следование правилам публичной профессии составляет существенную часть этического кодекса депутата, образует культурно нравственный минимум парламентаризма.

Комиссия предполагает в дальнейшем продолжить эту работу и создать этический кодекс депутатов как институт саморегулирования депутатской деятельности, определяю щий миссию депутата, его представления о призвании, слу жении, корпоративном духе, критерии выбора депутата в ситуации моральных дилемм».

Для того, чтобы закрепить эти изменения, свой доклад на Парламентских слушаниях я озаглавил следующим об разом: «Публичный политик: исполнитель стандартов бла гопристойности или субъект профессионально-нравствен ного выбора?».

Программируя свою консультацию на этих слушаниях, я решил обратить внимание участников акции на два мо мента.

Во-первых, на различие трех видов регулирующих до кументов: регламента как дисциплинарного документа, не предполагающего свободы выбора (какой может быть вы бор в отношении правил дорожного движения и т.п.);

этиче ского кодекса, адресованного субъекту, обладающему сво бодой выбора и ценящему ее;

правил этикета – они регули руют «подобающее поведение» – не то, чем должно руко водствоваться, а как подобает. Это культурно-нравствен ный минимум парламентаризма, этап самоопределения де путатов между двумя типами регулирования, внешним и внутренним.

Во-вторых, на то, что в случае кодекса депутатской эти ки речь идет не просто о частном субъекте, но о публичном политике. О субъекте публичной политики, регулируемой уже не индивидуальной, а общественной моралью, полити ческой моралью. Нормами профессиональной морали по литика, которой общество доверило регулировать и ориен тировать деятельность депутата. Доверило через институт саморегулирования. Доверило! И спрашивает за доверие!

Эта идея была предложена в проекте рекомендаций Парламентских слушаний.

АНАЛИЗИРУЯ динамику содержания версий текста проекта «Правил», на которую должна была повлиять кон сультативная модель моего участия в деятельности Рабо чей группы, можно отметить следующее.

Во-первых, в тексте «Правил» сохранилось доминиро вание симбиоза этикетных требований с требованиями рег ламента. Поэтому, хотя бы и косвенно, регламентирование поведения депутата отождествляется с поведением гос служащего, и лишь мельком проходит идея о статусе депу тата как субъекта публичной политики. Соответственно, не объяснена необходимость распространения на депутатов «простых норм нравственности», и не акцентирована необ ходимость ориентации депутатов на требования професси онально-корпоративной этики.

Во-вторых, итоговый текст «Правил» так и не снял пре тензии, высказанные в СМИ, и потому может быть уязви мым для обидной критики. Например, не сомневается ли Дума в нравственной презумпции депутатов: возможно, неуверенность такого рода и порождает дополнительный административно-этический контроль? Одним из свиде тельств в пользу такого сомнения является уже модаль ность формулировок ряда «Правил».

В-третьих, участие самих депутатов в создании «Правил» было недостаточным, их авторство – во многом формальным. В отношении текста «Правил» ряд депутатов скорее «читатели», чем «писатели».

Все три обстоятельства влияют на риск формирования имиджа «Правил» как бюрократического документа.

В то же время анализ процесса работы над «Прави лами» показал:

- часть депутатов была сориентирована на создание документа, выходящего за рамки этикетных правил. Они склонны рассматривать депутатский корпус как професси ональное сообщество, а корпоративную этику – как конвен цию. Так, подчеркивая, что кодекс должен быть «написан нашими руками», спикер облдумы отметил, что главное в этическом документе – «не правила поведения депутатов как таковые, а те цели, которые депутаты преследуют в своей работе»;

- в процессе работы состоялась методологическая идентификация: он идентифицирован как документ о прави лах этикета, благопристойного поведения;

- предпринята удачная попытка различить Правила и Регламент;

- частично скорректирована модальность «Правил» (к сожалению, не удалось изменить язык обязанностей на ре комендательный язык).

СУДЯ ПО итоговому тексту, Рабочая группа приняла предложения консультанта лишь частично. Однако, сохра нив основную часть документа скорее в регламентно этикетном формате, группа внесла существенные измене ния в Преамбулу документа.

«Настоящие Правила соответствуют общепринятым этическим нормам и составляют существенную часть этического кодекса депутата, включая нормы парламент ского этикета, регулирующие формальную сторону поведе ния депутата.

Настоящие Правила – составная часть этического ко декса депутата, инструмента саморегулирования депутат ской деятельности, который определяет миссию депутата, его представления о призвании, служении, корпоративном духе, критерии выбора депутата в ситуации моральных ди лемм (в ред. постановления Тюменской областной думы от 09.04.2009 N 1413)». Много это или мало?

Первый ответ – в решении включить в план работы ко миссии на следующий год пункт о создании следующего до кумента – Кодекса депутатской этики.

Второй ответ – идеология и технология работы Думы над следующим документом – этическим кодексом ее граж данских госслужащих. Полагаю возможным назвать модель моего взаимодействия с Рабочей группой этого проекта весьма продуктивной, хотя и компромиссной – между мо делью, представленной в эскизе о ТЭМК и в эскизе о «Пра вилах депутатской этики». «Плюсы» и «минусы» этого легко обнаружить в итоговом варианте документа.

Так консультационная технология продуцировала шанс перехода к технологии проектирования.

1.3. Замысел и путь проекта ФРАГМЕНТ стенограммы первого из цикла «ректорских семинаров», посвященного созданию этического кодекса университета – моя, соведущего, нервная реплика по пово ду того, как трудно шла первая часть семинара, на которой обсуждалась задача создания кодекса. «Уже не раз сегодня у меня возникали мысли-эмоции: зачем я затеял этот про ект? Им – вам – это надо? Вряд ли. А мне – с учетом труд ности ведения семинара? Ведь никто, в том числе и ректор, не давал мне специального задания на работу над кодек сом. Для НИИ ПЭ это было самовозложение профессио нального долга. И если бы НИИ ПЭ сам не затеял создание системы этических документов университета, ученый совет, принимая “Миссию-Кредо ТюмГНГУ”, не поручил бы нам работу над кодексом.

Но, переживая из-за пассивности ряда участников се минара, я вдруг вспомнил и – чтобы не забыть – сделал заметку на полях сценария о том, какой был мой собствен ный мотив инициировать проект, и какой мотив я хотел бы увидеть в нашем с вами коллективном обсуждении. Пола гаю, мало кто оспорит такой диагноз: в нашем обществе уже много лет подряд идет понижение планки профессио нализма. Массовое понижение, не у “отдельных лиц” и не “в отдельных случаях”. Но что особенно важно: в обществе распространяется моральное санкционирование понижен ной планки. Она уже не только допускается (“такие време на”, “деваться некуда” и проч.), но начинает морально оп равдываться.

И для меня одна из задач профессионально-этического кодекса – побудить университетских профессионалов за думаться: не слишком ли низко мы позволили себе эту планку опустить? Удержится ли наша профессия как вид деятельности, который нам доверен обществом, если мы себе такое позволяем, да еще и оправдываем? Именно этот мотив заставляет меня настойчиво пробиваться к соз нанию тех, кто не очень готов к работе над кодексом».

ПЕРЕХОДЯ на менее личностную мотивацию, замысел проекта «Профессионально-этический кодекс университе та» (ПЭКУ) можно представить в виде ряда тезисов.


1. Формально возникновение проекта обязано решению ученого совета о принятии базового этического документа «Миссия-кредо нефтегазового университета» от 21.04.2008.

В качестве следующего шага в создании системы норма тивно-ценностных документов ТюмГНГУ ученый совет на звал создание этического кодекса.

Содержательная сторона этой «формальности» – пер манентный процесс самоопределения Университета в си туации кризиса его идентичности. Конкретнее: замысел проекта исходил из определенного понимания современной ситуации в жизни российского общества в целом, в уни верситетском сообществе страны и отражал диагностичес кие результаты самопознания ТюмГНГУ.

Замысел проекта предполагал опережающую рефлек сию вполне ожидаемого вопроса: стоит ли заниматься по исками в сфере моральной идентификации и самоиден тификации базовых профессий научно-образовательной деятельности университета в реальных отечественных об стоятельствах? Что, кроме шизофренического раздвоения сознания между сущим и должным, эти поиски дадут пре подавателю, исследователю, университетскому профессо ру-администратору в его практической деятельности?

2. Замысел проекта естественным образом предпола гал, что работа над кодексом не может не отнестись к оте чественной практике проектирования университетских ко дексов. Почти априорное критическое отношение к этой практике опиралось на опыт анализа текстов миссий уни верситетов, предпринятый в предшествующем проекте НИИ ПЭ.

Этот опыт побуждал с особым вниманием освоить в формируемом проекте феномен уверенности создателей разнообразных нормативно-ценностных документов в воз можности и необходимости и – соответственно – не просто безвредности, но и полезности кодексов. И, соответствен но, факт широкой распространенности «антикодексных» на строений.

Отсюда – актуализация задач проекта (а) показать скептикам, небезосновательно разочаровавшимся в уни верситетских нравах, потенциал кодекса: это – не гарантия от нарушений профессиональной и/или корпоративной эти ки, но своеобразная лоция морального выбора в конкрет ных ситуациях научно-образовательной деятельности;

(б) сориентировать менеджмент университета на небюрократи ческое назначение кодекса – на его роль в самопознании и самоопределении университета;

(в) убедить приглашаемых в проект коллег по прикладной этике в необходимости прео доления тенденции банализации задачи создания кодексов и возможности нового освоения традиционной тематики этической институциализации сферы научно-образователь ной с позиций инновационной парадигмы прикладной этики.

Замысел проекта опирался на технологию обеспече ния этико-прикладной идентичности кодексов профессий и/или организаций, существенно отличающуюся от практи куемых в России и за рубежом подходов23. Технологию, яв ляющуюся одним из элементов инновационного ноу-хау.

3. Замысел проекта учитывал позитивные и негативные уроки работы НИИ ПЭ по созданию «Миссии-Кредо ТюмГН ГУ» и потому исходил из заранее смоделированной атмо сферы, в которой будет создаваться кодекс. Особая уста новка проекта – этико-прикладное обеспечение морального творчества коллектива университета, профилактирующего бюрократический азарт регламентирования.

ЗАМЫСЕЛ проекта проявляется в том, каким был за думан его путь.

Этап 1. Формирование замысла проекта «Этический ко декс ТюмГНГУ».

Например, на сайте proethics кафедры этики философского ф-та СПбГУ в числе предлагаемых услуг указано создание этиче ского кодекса: «специалисты по этике на основе правил этикета, норм и ценностей общества составят этический кодекс для фирмы, изучив основную идею, ценности фирмы, сферу деятельности, пси хологическую атмосферу в корпорации». См.: www.proethics.ru/ news.php ?readmore= И это сегодня принятая практика не только кафедральных струк тур. Распространяется практика создания специальных консалтин говых фирм, занимающихся проблемами бизнес-этики. См., напр.:

www.incorpore.ru Этап 2. Анализ современной университетской практики этического кодифицирования (конструирование матрицы анализа кодексов;

анализ текстов).

Этап 3. Разработка концептуального «техзадания» про екта (определение предварительных «техусловий»;

иссле дование Кодекса как феномена прикладной этики;

гипотеза о необходимости, возможности и способе сочетания про фессиональной и корпоративной этик в кодексе универси тета как научно-образовательной корпорации;

формиро вание критериев этической идентичности проектируемого кодекса).

Этап 4. Разработка «технического задания» проекта (модельные параметры кодекса;

модель этического кодекса университета: формат «техзадания» для участников проек та;

формирование экспертной системы проекта;

раз работка варианта модели кодекса для экспертизы).

Этап 5. Внешняя экспертиза концептуальных оснований и параметров модели кодекса специалистами в этике, со циологии, менеджменте и т.д. в режиме электронной кон ференции, программирование экспертизы;

анализ материа лов экспертизы).

Этап 6. Реализация концептуального «техзадания» в процессе креации кодекса (формирование экспертной сис темы как субъекта и технологии проекта;

«примерка» ва рианта текста кодекса в коллективе университета;

форми рование университетского дискурса о кодексе, редактиро вание кодекса).

Этап 7. Итоговый текст кодекса.

Этап 8. Дальнейшие шаги проекта (рефлексия первого результата проекта;

экспертиза-прогноз работоспособности кодекса;

выездные мастер-классы для профессоров и ма гистрантов по прикладной этике;

ректорские семинары о стратегии развития университета;

электронная конферен ция: «Действенность кодекса»;

развитие кодекса: раздел «Комментарии»).

Глава Концептуальное «техзадание»: базовые категории «Техзадание» – элемент технологии проектирования Кодекса, программирующий проектно-ориентированную ис следовательскую деятельность и оформляющий ее итоги в конкретном документе.

Характеристика «техзадания» как концептуального – отражение инновационного характера парадигмы приклад ной этики в технологии этического проектирования.

Имея возможность опереться на целый ряд монографий и статей, в которых представлена эта парадигма, избрав для данной монографии формат мастер-класса, позволю себе здесь весьма лаконично описать категориальный кар кас концептуального техзадания проекта с помощью слай дов и кратких комментариев к ним.

2.1. Системность ноу-хау инновационной парадигмы:

оправдание концептуализации 2.1.1 Природа и технологии проектно-ориентированного знания Проектно-ориентированное знание – элемент иннова ционной парадигмы, в рамках которой прикладная этика рассматривается, с одной стороны, как мораль (первая ипостась), с другой – как этика (вторая ипостась).

Учитывая распространенность употребления термина «этика» в качестве синонима термина «мораль», специа льно уточню, что в характеристике первой из ипостасей прикладной этики речь идет о нормативно-ценностных под системах общественной морали. В основе этой характери стики – идея конкретизации морали, приложения обще ственной морали применительно к определенным сферам и видам человеческой деятельности.

В характеристике прикладной этики как этико-приклад ного знания следует выделить: теорию конкретизации мо рали, опирающуюся на этико-философские и этико-соци ологические средства познания;

воплощающие идею кон кретизации морали концепции, описывающие каждую из прикладных этик (моралей);

проектно-ориентированное зна ние;

фронестические технологии приложения, этическое ноу-хау для взаимодействия двух сторон прикладной этики.

Рациональный анализ ситуаций морального выбора, этиче ское проектирование, этическое моделирование, этическая экспертиза, этическое консультирование24.

Существенные признаки этико-прикладного знания в целом: практически-целевая устремленность исследова ния, подчинение его логике социальных изменений, наме ренное сочетание технологий исследования прикладных этик (моралей) – во-первых, технологий проектирующего воздействия результатов этих исследований на практику «малых систем» – во-вторых.

Проектно-ориентированное этическое знание – теоре тически и технологически обеспеченное знание, ориентиро ванное на конкретный проект. Nоtа bеnе: речь идет не о приложении «готового знания», но о создании специализи рованного, теоретически и технологически обеспеченного знания. Знания, обеспечивающего трансформацию позна ния «малых» систем в их развитие, в том числе через: раз работку технологий связи этического знания с моральной практикой;

конструирование инфраструктуры «малых сис тем»: этических документов, институций экспертизы, приня Это не полный перечень: за его рамками остались технология управленческого воздействия на нравственно-воспитательную дея тельность, кейс-стади – исследовательских и учебных, синтетичес кая технология «этический практикум». Важно иметь в виду, что тех нологии прикладной этики взаимодополнительны: например, игро вое моделирование может быть включено в экспертизу, а эксперти за может быть элементом проектирования.

тия и исполнения решений (этических офисов фирм, этиче ских комиссий ассоциаций и т.д.).

Один из важных аргументов в пользу идентификации технологий проектно-ориентированного знания как этиче ских связан с развитием в них потенциала испытания вы бором, который проявляется в каждой из технологий при кладной этики.

Важное «техусловие» креации проектно-ориентиро ванного этического знания – формирование стиля проект ной деятельности, предполагающего моральное творче ство субъекта. Инновационная парадигма исходит из оче видной риторичности вопроса о том, может ли и должно ли этико-прикладное знание дать субъекту нечто большее, чем консультирующую квалификацию ситуации морального выбора как «бремени», передав ответственность за выбор всецело самому субъекту.


Обязательное уточнение: передать ответственность за выбор всецело самому субъекту этико-прикладное знание не только может, но и должно – чтобы не подменить нрав ственные искания личности, сообщества, общества в це лом. Но вполне может – и должно – не позволить себе «умыть руки». Может и должно создавать и культивировать многообразные технологии приложения.

Рассматривая технологичность проектно-ориентирован ного этического знания как один из ключевых факторов его квалификации, а проекты, программы, эталоны, кодексы, методики и т.п. продукцию как «опредмеченную силу» при кладной этики, необходимо помнить, что речь идет о фро нестических технологиях (как на этапе их создания, так и в процессе их применения) как об этическом ноу-хау.

2.1.2. Технология «Этическое проектирование»:

общие принципы * Принцип «интервала эффективности» в процедуре конкретизации общественной морали. Этот принцип вы ращивался в процессе взвешивания «за» и «против» фор мата «Минимальный стандарт» как нормативной части ко декса профессиональной этики и определения «интервала эффективности» инструментализации нормы: пока такая процедура оставляет субъекту возможность выбора и ре шения, пока выбором рекомендуемого «стандартом» кон кретного решения, средства, действия прямо или косвенно задевается какая-либо нравственная ценность.

* Принцип польдера – креации определенного института профессиональной морали как отвоеванной у стихии, за щищенной и возделанной «территории». Пример успешного применения – проект «Тюменская этическая медиаконвен ция», цель которого – попытка воздействия на стихийный процесс саморегулирования журналистской профессии че рез проектирование конвенции, рассматриваемой в качест ве инструмента собирания атомизированного профессио нального сообщества.

* Принцип соавторства: создания проектируемой инсти туции или элемента инфраструктуры «малой» системы в непосредственном соавторстве с коллективом организации или профессиональным сообществом (формат «экспертная система»). Задача участвующих в проекте исследователей – не поддаться соблазну самим, вместо журналистов, чи новников, депутатов, профессоров и т.п. написать искомый документ, а потом лишь предложить его на «одобрение коллектива».

* Принцип «мотив важнее результата»: на каждом этапе этического проектирования решается задача не просто по мочь субъекту – организации, ассоциации и т.п. – в стрем лении, например, активизировать процесс саморегулирова ния, но и попытаться повлиять на мотивы такой акти визации. Например, проблематизировать в сознании субъ екта феномен фактического доминирования утилитарных мотивов саморегулирования и усилить мотив самокритики «цехом» моральной ситуации, в которую он сегодня вовле чен.

* Принцип технологической комплексности: разработка и проведение предваряющих собственно проектирование проблемных семинаров (в том числе в режиме игрового моделирования), посвященных освоению материалов зару бежного и отечественного опыта;

экспертно-консультатив ных опросов и этико-социологических бесед (например, ап робирующих первые версии проектируемого этического до кумента);

итоговых семинаров (в том числе в режиме игро вого моделирования), посвященных «примерке» «продук ции» проектирования и т.д.

2.1.3. Экспертная система как субъект и технология этического проектирования В качестве экспертной система характеризуется по не скольким основаниям. Очевидное основание: по виду де ятельности – например, в проектировании кодекса сущест венна доля исследовательской работы. Менее очевидное основание: по идентификации участника проекта как экс перта.

В сфере этического проектирования не должно быть специального разделения участников проекта на «исследо вателей» и «исследуемых», «испытателей» и «испытуе мых». В моральном творчестве, каковым является, напри мер, проектирование кодекса университета, экспертом яв ляется каждый профессионал в сфере научно-образова тельной деятельности, если он стремится отрефлексиро вать нравственные основания и «правила игры» в своей деятельности, если он вовлечен в методологически вы строенную процедуру гуманитарной экспертизы, обращен ную к его собственной профессии.

В отличие от «чисто» социологического или «чисто» мо рализаторского подходов, которые менее всего нуждаются в партнерских отношениях с «предметом» исследования, формат «экспертная система» как способ работы стремится нести в себе диалогический – не назидательный, не вуль гарно-дидактический – потенциал, позволяющий профес сиональному сообществу узнать себя в системе зеркал.

Зеркал, улавливающих «дух» и «правила игры», по которым живет это сообщество.

Инициируя и организуя моральную рефлексию самого сообщества, экспертная система обретает признаки гума нитарной технологии. Технологии, не допускающей упро щенного толкования отношений «консультант – клиент», не предполагающей простой передачи некоего «готового» ре зультата научного исследования «для незамедлительного внедрения». Технологии, в которой экспертная система – субъект проекта.

В качестве системы, структурированной определенным образом, экспертная система характеризуется, во-первых, как экспертиза внутренняя – профессионалы, которые знают, чувствуют, «проживают» этос сообщества и/или ин ституции «изнутри», и экспертиза внешняя – те профессио налы, которые видят сообщество или институцию, их дея тельность и нравы как бы со стороны.

Во-вторых, характеризуется как система, структуриро ванная в соответствии с определенными критериями под бора экспертов. Пример критериев для подбора участников внутренней экспертизы:

* социальное время вхождения в профессию и профес сиональное сообщество (советское время, переходное вре мя, постсоветское время);

* должность в организации;

* достижительная позиция в отношении проектирования собственной профессиональной биографии эксперта в дан ной институции (достигнутая, достигаемая, предполага емая);

* многолетнее участие в проектах, посвященных про фессионально-этическому самоопределению сообщест ва/институции и «новички»;

* минимально необходимое многообразие позициони рования по тематике проекта, проявленное в предыдущих проектах и т.д.

Пример критериев подбора внешних экспертов: специа лизация в приоритетных с точки зрения гуманитарного ха рактера экспертизы научных дисциплинах – социальный философ, моральный философ, специалист по прикладной этике, психолог, социолог, культуролог и т.п. (разумеется, классификация не исключает «набегов» экспертов на со седние – (и совсем «чужие») – территории).

В-третьих, экспертная система характеризуется особым алгоритмом проекта: экспертиза замысла – испытание за мысла – проектирование результата – «экспертиза экспер тизы». Здесь первый этап алгоритма – пилотаж анкеты ин тервью и построенный на его основе экспертный опрос (ди агностический аспект проекта);

второй – апробация концеп туальной идеи проекта и конкретизирующей эту идею мо дели проектируемого результата;

третий – собственно про ектный аспект;

четвертый – обсуждение результата на фо руме.

2.1.4. Эффективность этического проектирования Определенное представление об эффективности тех нологии этического проектирования может дать анализ эффективности работы над Тюменской медиаконвенцией, обращенный к ее последней версии.

* Проектная деятельность привела журналистов к впол не успешному формулированию оснований, по которым со здаваемый ими этический документ называется именно конвенцией.

* Проектная деятельность привела журналистов к впол не успешному формулированию тезиса о том, что их кон венция может и должна сыграть для «цеха» собирающую роль: принятие или непринятие конвенции, особенно такого ее раздела, как «Минимальный стандарт», послужит осно ванием, с одной стороны, консолидации атомизированного сообщества, с другой – отлучения от сообщества тех, кто не хочет или не может принять элементарные правила про фессионального поведения.

* Участники проекта инициировали трактовку создава емой ими конвенции как рационально сформулированных предложений от сообщества журналистов к общественно му договору, увидели в конвенции возможность соглашения с властью, медиабизнесом и обществом по поводу прини маемых сторонами «правил игры» и «вытекающих» из тако го взаимного принятия последствий.

* Проектная деятельность стала для авторов конвенции способом пройти между двумя опасностями: Сциллой ад министративного регулирования нравственной жизни «це ха», в том числе и в виде разного рода «Высших советов по этике», и Харибдой моральной анархии, в том числе в виде абсолютного отказа от любых форм влияния нравственного опыта общества на индивидуальные профессионально-нра вственные решения.

* «Приращение» в диагнозе, произошедшее на финише проекта: сформулированное в процессе коллективной реф лексии утверждение о том, что речь идет не о катастрофе, но о трудном рождении нового ценностного мира, новой гражданской и профессиональной самоидентификации.

* Изобретение способа сочетания мировоззренческого и нормативного блоков конвенции. Разумеется, значимо само по себе проектирование таких непривычных для профес сиональных кодексов разделов: «Журналист как субъект морального выбора» и «Минимальный стандарт». Однако участники проекта не просто восприняли и освоили идею обязательного сочетания в конвенции разделов «Мораль ный выбор» и «Минимальный стандарт». Принципиально важная технологическая находка журналистов: баланс раз делов, характеризующих смыслополагание, и разделов, формулирующих стандарты. Как показывает практика соз дания кодексов профессиональной этики, пока такой ба ланс – исключительный случай. И не только в журналис тике.

2.2. Базовые категории проектно-ориентированной исследовательской деятельности в сфере этического кодифицирования 2.2.1. Кодекс как предмет этического проектирования:

формирование повестки дня Напомню: проектно-ориентированный подход к фено мену институционализации «духа университета» в эти ческих документах саморегулирования критичен в отноше нии распространенной практики создания «кодексов», кото рая демонстрирует «счастливое избавление» от концепту альной проблематизации оснований такого рода деятель ности. Для ноу-хау инновационной парадигмы значима за дача исследовательской рефлексии природы нормативно ценностных (под)систем, ценности и нормы которых стано вятся предметом проектирования в текстах кодексов.

Основные характеристики кодекса как феномена при кладной этики фактически уже представлены в матрице анализа практики этического кодифицирования (1.1.1). А эта матрица – результат проектно-ориентированной кон кретизации результатов исследования феномена этиче ского кодифицирования в инновационной парадигме при кладной этики. В свою очередь, такой конкретизации пред шествовало этическое исследование феномена кодифици рования, результаты которого представлены в ряде работ НИИ ПЭ25. Здесь я сосредоточусь на формировании «пове стки дня» этого исследования.

* Профессионально-этический кодекс – один из видов этических кодексов. Поэтому формирование повестки дня предполагает прежде всего проблематизацию дуализма корпоративной самоидентификации университета. Актуаль ность такой проблематизации была полемически заостре на уже на старте проекта.

Заострена в виде критического отношения к практике См., напр.: «Ведомости» НИИ ПЭ. Вып. 33- редукции сложной императивно-ценностной системы уни верситета к миссии и нормам корпоративной этики. Эта критика оправдывалась рискованностью ориентации кодек сов университетов на природу кодексов бизнес-структур.

Рискованностью «благодаря» не всегда осознаваемым при чинам и негативным последствиям многозначности корпо ративной (само)идентификации университетов: среди раз ных значений такой (само)идентификации доминирует кор поративная идентичность организации, предприятия, уч реждения, фирмы, компании и т.п., а не корпорации-про фессии. Последствия: профессионально-этические основа ния научно-образовательной деятельности университета в этом случае оказываются подчиненными корпоративной этике организации. В то время как они, при всей важности социокультурной динамики феноменов «корпорация-орга низация» и «корпорация-профессия», предъявляют субъек ту морального выбора разные этические кодексы. Кодексы разных нормативно-ценностных систем. Кодексы, которые соответствуют разным версиям идеи-миссии Университета.

Так, например, широко распространяющаяся корпоратив ная (само)идентификация отечественных университетов нередко оборачивается не только умалением роли профес сионально-этического кодекса университета в пользу ко декса корпоративной этики, но определением и миссии, и кодекса университета на основе весьма упрощенного ре шения дилеммы «научно-образовательная деятельность:

высокая профессия или сфера образовательных услуг».

Итог упрощенного решения – пораженческий выбор в поль зу «сферы услуг», превращающее университет в «образо вательный супермаркет».

Я не ставлю здесь задачу специального обсуждения этой дилеммы и описания попытки преодоления такого уп рощенного решения при создании «Миссии-Кредо ТюмГНГУ»26. В то же время включаю в повестку дня рефле См.: Самоопределение университета: путь реально-должного.

Коллективная монография / Под ред. В.И.Бакштановского, Н.Н.Кар ксию интервала эффективности двух практикуемых иде ологий-форматов кодексов: профессионально-этического кодекса – и кодекса корпоративной этики. Рефлексию, не исключающую и (само)критику абсолютизации преиму ществ формата профессионально-этических кодексов, ук лонения от освоения аргументов в пользу кодексов корпо ративной этики. Более того, рефлексию, связанную с по становкой вопроса о возможности интеграции двух фор матов кодексов, которая может быть реализована в форма те системного этического кодекса.

Характеризуя университет как научно-образовательную корпорацию, важно иметь в виду оба значения его корпора тивной (само)идентификации, отражающихся в требовани ях профессионально-этического кодекса и кодекса корпора тивной этики. Однако, интеграция двух форматов кодексов не говорит о равенстве их значения. Разумеется, их дуа лизм создает особое моральное напряжение. И чтобы уни верситет смог распутать сложные отношения цели и сред ства в ситуации такого рода выбора, ему важно не забыть – научно-образовательная деятельность считается про фессией потому, что несет в себе особую социальную мис сию и ответственность перед обществом. Отсюда квалифи кация базовых профессий такого вида деятельности как высоких профессий. И требования корпоративизма (корпо рации-организации) здесь – скорее средство. Очень важ ное средство – без корпоративной организации базовые профессии, научно-образовательная деятельность совре менных университетов бессильны. Но все же формат кор поративного кодекса – лишь средство, а цель – норматив но-ценностные ориентиры высокой профессии.

* Кодекс – атрибут профессии, способствующий преоб разованию атомизированных групп в автономную профес сиональную корпорацию, один из инструментов ее саморе гулирования. С этой точки зрения кодекс обычно и рас сматривается исследователями и практиками. Однако при наухова. Тюмень: НИИ прикладной этики ТюмГНГУ, 2008.

таком подходе за пределами рефлексии часто остается собственно этическая природа кодекса, что приводит к его редукции до квазиморального документа. Одно из пос ледствий: кодекс может стать вульгарно-инструменталь ным, пренебрегая потенциалом «демонстрации флага», си гнала как для профессионального сообщества, так и для гражданского общества, «визитной карточки» конкретного сообщества, элемента публичной политики.

Какие проблемы прежде всего связаны с этической идентификацией профессиональных кодексов в рамках этико-прикладного подхода? Кодекс – «правила добра» или инструкции по технике безопасности? Возможен ли про фессионально-этический стандарт? Если «да», то каково его место между легальностью и моральностью? Кодекс – кредо и/или нормы? запреты и/или побуждения? Отдельно – правила работы профессиональных сообществ над свои ми кодексами, в том числе «Кодекс для кодификаторов».

Экспертиза современной отечественной практики эти ческого кодифицирования, включая анализ, представлен ный в 1.1.2, показывает, что задача создания профессио нально-этических кодексов во многом зависит от того, спо собно ли профессиональное сообщество справиться с за дачей «опознания» в некоторых из предлагаемых ему се годня проектов кодексов (не)скрытого недоверия к его нрав ственной свободе, не всегда скрываемого административ но-политического рвения и упоения.

Противопоставят ли профессиональные сообщества таким проектам кодексы, опирающиеся на концепцию нрав ственного самоопределения профессионала? Перебирая предлагаемые варианты, «откроет» ли то или иное профес сиональное сообщество не всегда очевидную связь прин ципов и норм каждого из кодексов с такими понятиями ми ровоззренческого ряда, как «кредо», «призвание», «служе ние»? Идентифицирует ли кодекс как институт самоопре деления сообщества относительно его миссии, социальной роли, духа корпорации? Осознает ли профессиональное сообщество, что без рефлексии этой проблематики для не го рискованны не только слегка замаскированные кодексы внеморальной регуляции, но и самые благие намерения по развитию профессиональной солидарности? Что без такого рода рефлексии можно придти либо к принудительному со биранию «цеха» на основаниях, достаточно далеких от мо рали, в том числе профессиональной, либо к скачкообраз ному усилению раздробленности «цеха»: с потерей в обоих случаях и без того небольшого (если говорить объективно) шанса на трансформацию духа лицензированного (госу дарством) «корпоративизма» в дух свободной корпорации.

* Стремление упорядочить стихийный процесс нормо творчества путем оформления его результатов в виде хар тий, кодексов, конвенций и т.п. предполагает осознание ря да возможных затруднений. Среди них – интерпретация ко дексов как документов сугубо запретительного характера и известный инструментализм обращения с природой про фессиональной морали.

В первом случае речь идет о наследовании такой трак товки повышенной ответственности профессии журналиста, депутата, менеджера, преподавателя и т.д., в которой от ветственность сводится к введению дополнительных запре тов (или, напротив, исключению некоторых профессио нальных ситуаций из ведения безусловных требований мо рали), а функция кодекса – к административно-управлен ческому регулированию случаев нарушений профессиона льно-нравственных норм. Разумеется, такого рода «рамоч ный» подход имеет определенное отношение к морали. Но это скорее та «мораль», которая слабо доверяет собствен ной природе, опасаясь свободного морального выбора. И потому-то кодексы нередко приобретают репрессивную на правленность, подкрепляющую административную регла ментацию поведения профессионалов.

С другой стороны, практика кодифицирования профес сиональной нравственности имела и имеет до сих пор эле мент утопических ожиданий: вот появится кодекс – и оз доровит нравственную атмосферу в журналистской среде, в депутатском корпусе, в среде предпринимателей и т.д. Бо лее того, разработчикам подобных кодексов, как правило, представляется, что такое улучшение способно повлиять на нравы всего общества. В подкрепление этих надежд не раз давались ссылки на некий «мировой опыт». Характер но, однако, то, что при этом фактически никогда не при водилось мнение тех зарубежных исследователей, которые говорили об изначальной беспочвенности подобных ожида ний, их апологетическом смысле.



Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 6 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.