авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |

«Федеральное агентство по образованию Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования «Тюменский государственный нефтегазовый ...»

-- [ Страница 4 ] --

второй этап – апробация концептуальной идеи проек та и конкретизирующей эту идею модели проектируемого результата, третий этап – собственно проектный аспект, четвертый этап – обсуждение результата на форуме.

С точки зрения «техзадания» приложение технологии экспертной системы к задаче проектирования кодекса дол жно стать способом работы электронной конференции, по священной внешней и внутренней экспертизе концептуаль ных оснований и модельных параметров проектирования этического кодекса ТюмГНГУ и организации публичного ди скурса о профессионально-этических ценностях научно-об разовательной деятельности университета, их институци онализации в формате этического кодекса. Один из ожи даемых эффектов конференции – приложение концепту альных оснований проектирования этического кодекса к си туации нефтегазового университета.

Эскиз процесса и результата деятельности экспертной системы проекта представлен в главах 4 и 5.

Глава Внешняя экспертиза концептуальных оснований и параметров модели кодекса Если первым результатом работы над «техзаданием»

стала модель-техзадание для авторов и соавторов кодекса, в которой структура модели была наполнена версией со держания разделов, то вторым результатом – модель ко декса в версии для внешней экспертизы, сосредоточенной на концепции кодекса в целом и концептуальной пробле матизации каждого из его разделов. Эта модель была предложена специалистам в этике, социологии, менедж менте и т.д.

4.1. Модель этического кодекса университета:

версия для экспертизы Раздел «Преамбула»

Рубрика «Проблемная ситуация»:

* проблема удержания идентичности университета в си туации, характеризующейся массовизацией университетс кого образования и доминированием рыночной парадигмы «сферы услуг»;

* дуализм корпоративной самоидентификации универ ситета: корпорация-организация (корпорация-предприятие) и корпорация-профессия (корпорация «зримого колледжа»

профессионалов высокой профессии);

задача интеграции в этический кодекс университета форматов «кодекс профес сиональной этики» и «кодекс корпоративной этики»;

* распространенность «антикодексных» стереотипов:

«достаточно законов, десяти заповедей и регламентов»;

«был ли толк от морального кодекса строителя коммуниз ма?!»;

«даже Декалог не выполняется!»;

«никакой кодекс не может предотвратить злоупотребления»;

«реалистично ли требовать от нас быть более моральными, чем весь на род?»;

«что же, все преподаватели (исследователи, ме неджеры) изначально хамы-грубияны-невежды и не спо собны работать без кодекса?»;

«что же, все преподаватели (исследователи, менеджеры) изначально коррумпирова ны?»;

«а судьи кто?»;

«чем члены этической комиссии луч ше тех, поведение которых они будут обсуждать?».

Рубрика «Мотивы»:

* внешне обусловленная целесообразность: забота кор порации о репутации, доверии общества, о конкурентоспо собности университета, необходимость «демонстрации флага» и т.п.;

* внутрикорпоративная целесообразность, необходи мость самокритики университета о степени реализации сво ей миссии;

многообразие мотивов работы профессорско преподавательского корпуса и мотивации студентов, ус пешно «работающее» на понижение университетской иден тичности;

острота профессионально-нравственных и внут рикорпоративных конфликтов.

Рубрика «Намерения»:

* собрать «атомизированных индивидов» в универси тетское сообщество: их могут заново объединить именно общие, согласованные ценности и нормы;

* подать сигнал о готовности бороться с наглым и ци ничным попранием профессиональных и корпоративных норм;

* поддержать тех, кто (а) понимает необязательность совпадения профессионального и «денежного» успеха или вообще не ориентирован на распространенные критерии успеха, и тех, кто (б) амбициозен и нуждается в моральном оправдании своей ориентации на успех как в своих, так и в чужих глазах;

* показать скептикам, небезосновательно разочаровав шимся в университетских нравах: кодекс – не гарантия от нарушений профессиональной и/или корпоративной этики;

кодекс – не жесткий алгоритм или решебник (ответы в кон це задачника);

кодекс – своеобразная лоция для творческо го акта морального выбора в конкретных ситуациях научно образовательной деятельности;

кодекс – шанс: (а) поддер жать достоинство высокой профессии, (б) выдержать слож ные ситуации выбора;

* сориентировать менеджмент университета на небюро кратическое назначение кодекса, на роль кодекса в самопо знании, самоопределении и нравственном развитии уни верситета.

Раздел «Мировоззренческий ярус»

* Профессионал научно-образовательной деятельности как субъект морального выбора (нравственные искания, свободный выбор решения и ответственность), а не просто дисциплинированный исполнитель стандартов благопри стойности.

* Гуманистическая ориентация научно-образовательной деятельности и приоритетность мотива «служения в про фессии» (базовые профессии как высокие профессии).

* Профессиональное достижение, стремление к про фессиональному успеху как один из ориентиров современ ной научно-образовательной деятельности. Кодекс призна ет и поощряет стремление к вершинам профессионального успеха. Но полагает ограниченной оценку профессиона льного успеха лишь по уровню материального дохода: она уместна скорее в бизнесе. Суть профессионального успеха – в повседневном служении своему призванию, в стремле нии к успеху не обязательно громкому, но обязательно яв ляющемуся итогом профессионального достижения.

* Моральный выбор в ситуациях нравственного конф ликта, требующих поступиться одной нравственной ценно стью ради осуществления другой (при столкновении ценно стей общей морали и морали профессиональной;

ценно стей разных профессий;

ценностей одной и той же профес сии;

ценностей профессии – и корпорации-организации).

Раздел «Нормативный ярус»

Рубрика «“Моральное измерение” профессионализма»:

* в сфере базовых профессий научно-образовательной деятельности;

* в профессиях профилирующих специальностей уни верситета;

* профессионализм как бесспорная ценность научно образовательной деятельности.

Рубрика «Профессиональная этика преподавателя»:

* Честность в преподавании, оценке успехов студентов, карьерном продвижении и иных начинаниях, связанных с присвоением степеней;

последовательное исключение лжи, мошенничества, краж и других форм нечестного поведения, подрывающих качество образования.

* Взаимное доверие и взаимное уважение как особен ность университетской атмосферы, способствующей сво бодному обмену идеями, творчеству и личному развитию, независимо от иерархического статуса.

* Предписания профессиональной этики преподавателя относительно служебных (формализованных, ролевых), с одной стороны, и, с другой – личностных (партнерских, то варищеских, дружеских) отношений в образовательном процессе;

о равенстве и неравенстве между преподавате лем и студентом (равенство личности, претендующей на уважение своего достоинства, – и неравенство возраста, жизненного опыта, знаний, сил, психической и духовной ус тойчивости и т.д.).

Рубрика «Профессиональная этика исследователя»:

* Интеллектуальная свобода и социальная ответствен ность как ключевые ценности исследовательской деятель ности должны не конфликтовать, а усиливать друг друга.

* Нормативные требования этики науки, формирующие ся вокруг присущих научному поведению ориентаций: объ ективность, верифицируемость утверждений, непредвзя тость суждений, отсутствие личных пристрастий, творче ская свобода, здравый скептицизм, техническая рациональ ность, свобода эксперимента и обсуждение его результа тов, отклонение любых видов внешнего давления и т.п.

* Открытое столкновение мнений, беспрепятственное обсуждение спорных вопросов, атмосфера свободы выска зываний и соперничества направлений, школ. Демократи ческий стиль отношений с коллегами, умение адекватно воспринимать критику в свой адрес, быть готовым критиче ски оценивать деятельность коллег, невзирая на их автори тет, статусные позиции в обществе и в собственно научном сообществе. Сочетание научной добросовестности с лич ной честностью.

Рубрика «Профессиональная (деловая?) этика универ ситетского менеджера»:

* Менеджер в ситуации базовой дилеммы научно-обра зовательной деятельности: служение Идее университета или стремление к эффективности управления университе том-организацией в открытой экономике?

* Профессиональная компетентность менеджера и его нравственная позиция.

* Лидер как руководитель с высоким нравственным по тенциалом.

* Лидер как руководитель, стратегически обозначающий и обеспечивающий «зону ближайшего развития» универси тета, каждой из университетских структур.

* Этос власти менеджера.

Рубрика «Патос научно-образовательной практики»:

* Беспредельность границ педагогической солидарно сти, ложное понимание престижа профессии, «чести мун дира», уклонение от личной ответственности за «педаго гический брак»;

пороки системы образования: взяточниче ство, вымогательство, обмен неправедными услугами, практика фиктивных экзаменов, сексуальные домогатель ства и т.п.

* Недозволенные методы конкуренции исследователей, практика насаждения культов тех или иных ученых, созда ние «клик», групповщина, самовозвеличивание, «подсижи вание», зависть и т.п. как «загрязнение» научной атмосфе ры в университете.

* Патос менеджерства: бесчувственность по отношению к «управляемым», грубость и запугивание;

равнодушие и надменность;

стремление к личному благополучию за счет других;

утрата доверия подчиненных;

чрезмерная амбици озность, политиканство, постоянные попытки набить себе цену;

информационная скупость (информацию принимает, но не передает);

неспособность делегировать полномочия подчиненным и создавать команду;

сверхзависимость от покровителя и т.д.

Рубрика «Конфликты профессиональной и организа ционной этик в университете».

Раздел «Минимальный стандарт»

* «Минимальный стандарт» как способ совместить ри горизм и реалистичность в требованиях кодекса, преодо леть, с одной стороны, ханжество завышенных требований к субъектам научно-образовательной деятельности универ ситета в условиях вполне определенной ситуации в обще стве, с другой стороны – попустительские оправдания ссыл ками на нравы, оборачивающимися уцениванием должного.

«Минимальный стандарт» по силам большинству субъектов научно-образовательной деятельности университета уже сегодня.

* «Минимальный стандарт» в сфере профессиональной этики не тождествен стандартам «регламентов», «правил»

и т.п., не предполагающих акт выбора. Но и не рассчитан на нравственные коллизии повышенной сложности.

Пример близкой к формату «минимальный стандарт»

формулировки, примененной в некоторых кодексах: «пре подаватель не имеет права:...публично обсуждать личную жизнь студентов или их личностные недостатки;

обсуждать со студентами профессиональные и личностные недос татки своих коллег;

требовать дополнительную плату за образовательные услуги;

проводить на учебных занятиях явную политическую или религиозную агитацию;

удалять студента с учебных занятий за отсутствие конспекта лек ций;

выдвигать для сдачи экзамена или зачёта чрезмерно завышенные требования, выходящие за рамки учебной программы;

изменять критерии оценивания или условия пе ресдачи экзамена или зачёта в ходе самого экзамена, руко водствуясь своим настроением. Условия получения каждой оценки и возможности пересдачи должны быть формализо ваны и заранее оговорены».

Раздел «Императивы корпоративного поведения»

Императивы корпоративного поведения как надпрофес сиональные регуляторы организационного поведения субъ ектов базовых профессий научно-образовательной дея тельности университета.

Рубрика «Взаимоотношения в организации»:

* Возможный аналог: «основной принцип, которым руко водствуются все сотрудники – взаимное уважение, осно ванное на деловой этике, справедливость и честность в от ношениях как внутри коллектива, так и с партнерами уни верситета. В осуществлении деловой активности сотрудник университета предпринимает позитивные действия, обес печивающие равенство возможностей в профессиональной и личностной самореализации для всех, вне зависимости от социального статуса, возраста, пола, национальности, религии».

Рубрика «Стиль решения конфликтных ситуаций»:

* Возможный аналог: «решение конфликтов при помощи двухсторонних и многосторонних конструктивных перегово ров», «предупреждение потенциально конфликтных ситуа ций», соблюдение при разрешении конфликта принципов «естественной справедливости и процедурной честности».

Рубрика «Контрактность взаимных обязательств»

Рубрика «Забота корпорации о своей репутации»

Рубрика «Сочетание ценностей корпоративности с ценностями общественного масштаба»

* Возможный аналог: «осуществлять свою профессио нальную деятельность в соответствии с интересами обще ства и с полным уважением к достоинству личности;

откры то и честно информировать общественность о характере и качестве образовательных услуг».

Рубрика «Этикетные правила как регуляторы формальной стороны корпоративного поведения»:

* Правила корпоративного этикета как ориентир, упреж дающий, с одной стороны, скепсис и нигилизм привержен цев свободы как воли, с другой – бюрократический раж рег ламентирования.

* Нравственная значимость рационально осознанного содержания принципов, на которых построено все многооб разие правил этикета.

* Основные принципы этикета: вежливость и тактич ность. В гранях вежливости-корректности (официальность), учтивости (почтительность), деликатности (мягкость) заклю чена доброжелательность. Тактичность предполагает учет конкретности ситуации, проявление такта при выполнении этикетных предписаний.

Раздел «Этическая комиссия»

* Включение в кодекс этого раздела – итог взвешивания «за» и «против» самого решения о создании этической ко миссии. В том числе и потенциального вреда от ее возмож ной бюрократизации, способного превысить позитивный эффект (комиссия как особое «моральное начальство»).

* Включение в кодекс этого раздела – итог выбора ста туса комиссии: скорее институция саморегулирования про фессии – или скорее контрольная структура корпорации организации?

* Итог, проявившийся в выборе модели комиссии: не комиссия-суд с функцией наказания нарушителей, но ско рее экспертно-консультативная институция.

Раздел «Комментарии»

Конкретное содержание данного раздела предполага ется сформировать на заключительном этапе проектирова ния кодекса (тематические направления возможных ком ментариев представлены в «техзадании»).

4.2. Программирование экспертного опроса Программирование экспертизы исходило из ожидания от участников экспертного опроса аналитических суждений по поводу концептуальных оснований проектирования эти ческого кодекса университета, (не)приемлемости предло женных критериев этической идентичности проектируемого кодекса, (не)конструктивности модельных параметров фо рмата кодекса научно-образовательной корпорации.

Для повышения эффективности экспертизы подбор экс пертов предполагал многообразие концептуальных подхо дов и разносторонность практического опыта проектирова ния. Соответственно, в «заказе» коллегам были сформули рованы как инвариантная задача, так и персональные за дания.

Что касается общей для всех задачи, то она вытекала из целей электронной научно-практической конференции, на сайт которой были ориентированы участники проекта.

Направления экспертизы 1. Анализ концептуальных оснований проек тирования этического кодекса университета:

* степени адекватности критикуемых в рамках концепции этических документов современных университетов;

* степени актуальности проектирования эти ческого кодекса университета в современной си туации и прогнозирование вероятных последствий создания и внедрения кодекса;

* обоснованности идеи самоопределения уни верситета относительно дуализма корпоративной самоидентификации университета: универси тетская корпорация как «бюрократически организо ванное предприятие» в сфере индустрии образо вания и/или научно-образовательная корпорация, вдохновляемая ценностями высокой профессии;

реалистичности гипотезы об университетском при оритете корпоративных ценностей высокой про фессии над корпоративными ценностями «хозяйст вующего субъекта».

2. Определение приемлемости предложенных критериев этической идентичности проектируемого кодекса.

3. Оценка конструктивности модельных пара метров формата этического кодекса научно образовательной корпорации.

4. «Обмен опытом» – соотнесение модели ко декса с личным опытом участия эксперта в созда нии этических кодексов других университетов.

Что касается персонификации задач, то одним участни кам опроса предстояло отнестись к предложенным на экс пертизу материалам с точки зрения личного опыта проекти рования этических документов университета;

другим – взвесить концепцию Кодекса с точки зрения своих пред ставлений о феномене самоопределения университета;

третьим – с точки зрения своей концепции университетской этики.

* В предложении А.А.Гусейнову в качестве возможных предметов особого внимания говорилось (а) о совместимо сти идеи автора об этике профессора как аппликации норм общечеловеческой морали с предложенной на экспертизу моделью кодекса;

(б) о том, что известно множество сте реотипных аргументов против профессиональных кодексов как неэффективных инструментах (они приведены в преам буле к нашей модели кодекса): «могли бы вы с ними поспо рить?»;

(в) о том, что модель кодекса предполагает приори тет профессиональных ценностей (и именно эти ценности считает предметом университетской этики) над ценностями университета как корпорации-организации. Но большинство сегодняшних кодексов построено в прямо противоположном ключе: «мы ожидаем вашу экспертизу на эту тему. Осталь ные акценты вашей экспертизы – на усмотрение автора».

* В обращении к Ю.В.Казакову говорилось об ожидании от эксперта, во-первых, не холодной критики, а прежде все го консультации проектировщикам кодекса, консультации и теоретико-методологической, и конструкторской. Во-вторых, были названы возможные предметы «особого внимания»

эксперта: (а) стереотипные аргументы против профессио нальных кодексов как неэффективных инструментов (они приведены в преамбуле к модели кодекса): «могли бы вы с ними поспорить? или, наоборот, поддержать своими аргу ментами?»;

(б) речь в проекте идет о кодексе профес сиональной этики, а в большинстве университетов разраба тывают кодексы корпоративной (организационной) этики, причем в предложенной на экспертизу модели подчеркнуто, что императивы корпоративной (организационной) этики должны быть подчинены ценностям этики профессии. «Воз можно, вы подвергнете экспертизе этот подход?»;

(в) «воз можно, вы захотите сравнить предложенную модель с мо делями журналистских кодексов, которые вы исследовали, в том числе и с точки зрения их концептуальных основа ний?»;

(г) «конечно, в своей экспертизе-консультации вы не сможете пройти мимо рубрики “Минимальный стандарт”, в том числе и относительно места, предназначенного этой рубрике в модели кодекса»;

(д) «не считаете ли вы целесо образным примериться к модели кодекса университета с позиции такого формата, как журналистские “кодексы прак тики”?»;

(е) «возможно, вы предложите свой образ кодекса университета?».

* А.В.Прокофьеву предлагалось предпринять эксперти зу данной модели этического кодекса, соотнося ее с моде лью консультируемого им этического кодекса философско го факультета МГУ. Аналогичное предложение было напра влено и группе «Этический поворот», проектирующей этот кодекс.

* В приглашении А.Ю.Согомонову были подчеркнуты возможные предметы особого внимания коллеги: речь шла и о стереотипных аргументах против профессиональных ко дексов, и о представленной в модели кодекса идее подчи нения императивов корпоративной (организационной) этики ценностям этики профессии. «И, может быть, самое глав ное: не проанализируете ли вы (не)возможность существо вания-выживания-развития университетской этики прежде всего в ипостаси кодексов – в отечественных реалиях?!».

* О.Б.Томилину был сформулирован следующий «за каз»: (а) «хорошо бы услышать ваше суждение о роли раз работки таких кодексов в контексте заявленного властью процесса упорядочения и оптимизации отечественной выс шей школы, выявления и придания особого статуса универ ситетам»;

(б) об идее вмонтировать императивы корпора тивной этики в формат этического кодекса профессии, при установке на доминирование профессиональной этики над этикой корпоративной. (О.Б.Томилин участвовал в прежних экспертизах предшествующего проекта НИИ ПЭ, представ ляя «менеджеристскую» точку зрения по поводу миссии университета.) * Характерна ситуация с «заказом» Г.Л.Тульчинскому.

Получив его текст в ответ на инвариантную задачу, мы на правили коллеге «дополнительное задание». «1. Хорошо бы более обстоятельно дать ваш тезис о роли разработки этических кодексов в контексте наметившегося процесса упорядочения и оптимизации отечественной высшей шко лы, выявления и придания особого статуса университетам.

2. Вы, конечно, уже ответили в своем тексте по поводу идеи НИИ ПЭ вмонтировать императивы корпоративной этики в формат этического кодекса профессии. Но можно ли раз вернуть вашу позицию по поводу надуманности идеи дуа лизма профессиональной этики и корпоративного самосоз нания применительно к университету?».

Разумеется, эксперты обладали значительной степенью свободы в отношении к «заказу».

Так, Б.Н.Кашников на предложение принять участие в экспертизе ответил: «С интересом знакомлюсь с вашими материалами. Должен сразу предупредить, что я считаю со здание подобного кодекса делом в наших конкретных усло виях преждевременным и может быть даже вредным, по скольку провал здесь хуже чем бездействие. Не знаю, стоит ли мне дальше развивать эту мысль». Наш ответ был та ким: «Вы вольны все это подвергнуть критике (тотальной, частичной и т.д.). Кстати, один из экспертов слишком мини мизировал свой текст. А нам хотелось бы обстоятельного разбора. В том числе и от вас – по поводу преждевремен ности и даже вредности кодекса. И аргументации вашего тезиса о провале, который хуже чем бездействие».

А.В.Прокофьев принял «заказ» практически полностью, построив его «как обобщение параллельного опыта состав ления кодекса академического сообщества».

А.Ю.Согомонов предпочел включить поставленные пе ред ним вопросы в концептуальную проблематизацию эти ческого кодекса современного университета как социально го и нравственного феномена.

А группа «Этической поворот», не успевая дать сравни тельный анализ предложенной на экспертизу модели и той модели, по которой они работают в МГУ, заявила особую позицию: «представляется непродуктивным строить работу в области этической кодификации посредством критическо го разбора существующих разработок. На наш взгляд, без относительно к степени адекватности возможной критики таких инициатив, каждая из них представляет чрезвычайно ценную попытку создания рабочего языка описания той си туации, которая сложилась в российской высшей школе на настоящий момент. Здесь важно не столько обозначить эффективные критические ходы, сколько организовать по стоянную коммуникацию исследователей в области акаде мической этики».

Менее свободны оказались участники проекта, которым была предложена экспертиза модели Этического кодекса университета в режиме skype-интервью с авторами проек та. Например, для интервью с Н.Васильевене были сфор мулированы следующие вопросы. «1. Общее впечатление от модели кодекса? 2. Если бы вам пришлось проектиро вать этический кодекс университета, в который вы недавно перешли, что из нашей модели вы посчитали бы целесооб разным заимствовать? А что посчитали бы неприемлемым?

3. Считаете ли возможным применить к предложенной на экспертизу модели вашу концепцию соотношения профес сиональных этик и этики организации? 4. Как выглядит на ша модель при ее сравнении с известными вам корпора тивными кодексами? 5. Известны ли вам случаи, когда в корпоративных кодексах проблематизировались бы про фессионально-этические вопросы? Если “да”, то как эти во просы соотносились с этикой организации: подчиненно?

равно? приоритетно? 6. Есть ли в вашем личном опыте проектирования кодексов технология совмещения (согла сования) позиций профессионально-этических и позиций этики организации (позиций менеджеров)?».

4.3. Аналитический обзор Программа экспертизы не предусматривала анкеты как унифицированного задания. В то же время у этой эксперти зы была вполне очевидная прагматичная миссия – повли ять на следующий этап работы над моделью кодекса. По этому был построен особый алгоритм анализа суждений экспертов: о мотивах создания кодекса – о моральной субъектности – о «наивном рационализме» методологии проекта – о формате кодекса в связи с проблемой этиче ской инфраструктуры – о структуре кодекса – о смысле вы деления в кодексе двух видов этики: профессиональной и корпоративной – о действенности кодекса – уроки на пер спективу.

При этом сосредоточенность алгоритма обзора именно на такой проблематизации давала возможность, с одной стороны, проявить грани ноу-хау инновационной парадиг мы, с другой – извлечь уроки для его развития.

«Декларация о намерениях»?

«Кодекс представляется мне проектом утопическим, предметом самолюбования моральной философии как бессилия в действии», – написал Б.Н.Кашников. При этом предполагая, что разработчики модели совсем не озабоче ны рискованными последствиями своих благих намерений, в том числе превращением результата «самолюбования моральных философов» в инструмент моральной полиции.

В свою очередь А.А.Гусейнов понял мотивацию разра ботчиков предложенной для экспертизы модели иначе, по лагая, что модель отвечает на внешние и внутренние вызо вы современным университетам. «В основе модели лежат две главные идеи о противоречиях: 1) между профессио нальными и корпоративными интересами;

2) между про фессиональными (ориентированными на знания) и праг матическими (ориентированными на выгоду в целом) мо тивами в жизни университетского сообщества. Здесь, на мой взгляд, точно обозначены основные вызовы, перед которыми оказались университеты в современном демо кратически-рыночном обществе и которые задают ос новные линии напряжения и конфликтов как во внутрен ней жизни университетов, так и в их взаимоотношениях с внешним миром», – писал А.А.Гусейнов.

Кроме того, А.А.Гусейнов предположил, что у разработ чиков модели был пропедевтический мотив. С его точки зрения, эта модель «призвана стать своего рода этиче ской пропедевтикой, призванной помочь коллективу под ключиться к обсуждению, дать самые общие и необходи мые для этого этические знания. Если общий замысел предлагаемой модели заключался именно в таком теоре тико-методологическом обеспечении самого процесса коллективной разработки этического кодекса, то он вполне удался».

А.В.Прокофьев не обозначил задачу проникнуть в моти вацию проекта, но, представляется, эксперт предполагает его мотивацию очевидной. Основание для предположения – трактовка экспертом такого рода документов как норма тивных деклараций, которые фиксируют «ожидания сооб щества по отношению к своим членам». Благодаря кодек су сотрудники, у которых «развито чувство принадлежно сти к сообществу», могут «рассматривать соответст вие своего поведения определенным нормам не как абст рактный моральный долг, а как одно из проявлений про фессионализма и условие полноправной принадлежности к уважаемой и ценимой ими корпорации, в конечном итоге как условие сохранения связи со “значимыми другими”».

А.Ю.Согомонов внимательно отнесся к такому мотиву проектирования этического кодекса, как преодоление рас пространенных «антикодексных» стереотипов и проанали зировал феномен негативной солидарности в вопросе «Может ли современный университет обойтись без этичес кого кодекса?», определив в качестве его основы легитима ционный кризис, «утрату доверия как к современным нор мам и ценностям, так и, в первую очередь, к рескриптам, их закрепляющим. Чаще всего, соглашаясь на социально “предсказуемое” поведение, выстроенное в логике нрав ственного “мейнстрима”, современный человек проявля ет крайне негативную реакцию в отношении любых мо рализирующих текстов, особенно тех, которые регла ментируют “линию правильности” поведения организаци онного человека… Эту “линию правильности” он сам дер жит в себе и всегда раздражается, когда ему об этом на поминают, а тем более, когда поучают быть “правиль ным”. Быть нравственным внутри университетского со общества? Разумеется! Но для чего об этом писать и постоянно об этом напоминать? Мы же все взрослые лю ди и работаем не в начальном образовательном учрежде нии. Такова стандартная (абсолютно поверхностная) ре акция на университетские кодексы: без них вполне можно обойтись».

Разумеется, правы те из коллег, кто предупреждает о риске манипулятивных, имитационных мотивов в практике создания университетских кодексов. Нельзя упустить из ви ду феномен квазикодексов, кодексов-фикций, кодексов суррогатов. Но ответ на эту ситуацию может быть разным: в диапазоне от «не ввязываться из-за риска...» до «осознавая риск, профилактировать его в самой модели кодекса».

Не случайно одна из особенностей этой модели – об стоятельная Преамбула, в структуре которой (а не в «объ яснительной записке», как это принято в практике создания кодексов) специально выделены рубрики «Проблемная си туация». «Мотивы». «Намерения».

И разве не с осознанием отмеченных в критических за мечаниях экспертов вероятных последствий связаны две вполне внятно заявленные цели Этического кодекса уни верситета – самопознание профессии и «демонстрация флага»?

Актуальность самопознания профессии весьма возрас тает в проблемной ситуации, характеристика которой дает ся в одноименной рубрике предложенной на экспертизу модели кодекса. Представляется, что в своем экспертном заключении А.А.Гусейнов принял эту характеристику: «объ ективным является столкновение между мотивами про фессиональной добросовестности, в основе которых ле жит нацеленность на истину и ее трансляцию в педаго гическом процессе, и прагматическими мотивами, кото рые предполагают внешний успех, имеют, как правило, конъюнктурную природу. Существуют такие простран ства общественной жизни, для которых подчинение ме ханизмам рыночной эффективности является губитель ным. Пространство профессиональной научно-образова тельной деятельности несомненно – и даже в первую очередь – относится к ним. Здесь рыночные механизмы могут быть с пользой применены в крайне ограниченных размерах и только в тех пунктах, в которых речь идет об условиях научно-образовательной деятельности, но не о ней самой».

А теперь стоит обратиться к тексту предложенной на экспертизу модели кодекса. В рубрике «Мотивы» читаем:

«забота корпорации о репутации, доверии общества, о конкурентоспособности университета, необходимость “демонстрации флага”», а в рубрике «Намерения»: «сори ентировать менеджмент университета на небюрокра тическое назначение кодекса, на роль кодекса в самопо знании, самоопределении и нравственном развитии уни верситета».

Зададимся вопросом: можно ли сказать, что такого рода мотивация создания кодекса менее актуальна, чем его соз дание «в ответ на конфликтную ситуацию»? «Идеальным путем разработки кодекса» Р.Г. Апресян считает «случай»

философского факультета МГУ: «Решение о разработке этического кодекса и последовавшие проектные разра ботки были ответом на определенную конфликтную си туацию, получившую к тому же публичный резонанс».

Возможно, наоборот, не надо ждать возникновения такого рода ситуаций? Разумеется, в «случае философского фа культета МГУ» легче мотивировать коллектив на работу над кодексом. Но стоит ли этому завидовать?

Особая грань темы мотивов проектирования этических кодексов – их востребованность профессиональным сооб ществом, корпорацией-организацией, обществом, с одной стороны, проблема (со)авторства кодекса – с другой. В терминах некоторых из экспертов нашей модели – это про блема моральной субъектности.

О моральной субъектности и креации кодекса Точнее было бы сказать «еще раз о моральной субъ ектности»: этой теме (не в такой терминологии) посвящена значительная часть статьи о проектно-ориентированной ин ституционализации «духа университета» в этическом ко дексе научно-образовательной корпорации, предложенной участникам экспертизы на сайте проекта*.

«Главный недостаток проекта – отсутствие мо рального субъекта, от лица которого мог бы быть реа лизован кодекс. Кодекс явно не затребован ни преподава телями, ни студентами, ни, даже, чиновниками. Нет на него пока и заказа от высшего руководства. Хотя от дельные ректоры, конечно, могут заиметь каприз укра сить подобным декором фасад своего университета», – писал Б.Н.Кашников.

Солидарен с этой критикой и Р.Г.Апресян: «Хочу со слаться на замечание Б.Н.Кашникова относительно не обходимости прояснения – как на уровне теории, так и на уровне практики – того, кто выступает моральным суб ъектом в деле этического кодифицирования, а затем ре гулирования. В представленной модели этического ко декса университета “народ безмолвствует”. Не ясно, ка ким потребностям коллектива ТюмГНГУ, его отдельным профессиональным группам или группам интересов (ко торые не сводятся к интересам профессии) отвечает предлагаемая модель этического кодекса университета, на какие конфликты откликается? В этих условиях не исключено, что этический кодекс будет работать имен но на администрацию ТюмГНГУ и окажется дополнитель ным средством воздействия администрации на коллек тив и его отдельные подразделения».

КОММЕНТИРУЯ приведенные выше суждения двух экспертов в обзоре, я начал с фрагмента своего давнего – * Новое самоопределение университета. Ведомости. Вып.33 / Под ред. В.И.Бакштановского, Н.Н.Карнаухова. Тюмень: НИИ ПЭ, 2008.

около двух десятков лет – изобретения, «Кодекса для ко дификаторов», в котором есть такие правила: «Формирова ние кодекса “снизу” не панацея! “Запретительный” образ морали “внизу” так же силен, как и “наверху”;

Договари вайся! Профессиональная мораль – в отличие от этики любви и дружбы – живет по законам рациональности. Эти законы – “правила игры” – создаются на основе конвен ций».

В продолжение комментария – напоминание: в упо мянутой выше концептуальной статье – она была пред ставлена на форуме электронной конференции – в качест ве критериев идентичности формата «Этический кодекс университета» были заявлены (а) статус личности, на кото рую ориентирован кодекс: не просто «исполнитель стан дартов благопристойности», но субъект морального выбо ра;

(б) мотив морального творчества университетского со общества (в противоположность бюрократическому азарту регламентирования), заинтересованного в саморегулирова нии профессии.

Один из аргументов обоснования этих критериев в ука занной статье: не только общеобщественная или индиви дуальная мораль, но и их приложение к сегментированной жизни общества, к сфере профессии, основаны на возмож ности выбора и способности выбирать. Отмена этого ба зового условия моральности в некоторых т.н. «этических кодексах», которые были рассмотрены в обзоре практики кодифицирования, порождает лишь квазиэтические доку менты.

Еще один аргумент: и самого по себе формального предпочтения морального творчества бюрократическому азарту регламентирования не достаточно. Важен смысл, вкладываемый в понятие морального творчества приме нительно к аутентичности этического кодекса. Креация ко декса, если это не инициированный «сверху» бюрократиче ский регламент, предполагает отражение в его содержании фундаментального выбора субъекта в пользу моральности как самоопределения к той или иной системе нравственных ценностей;

феномена приложения как конкретизации обще общественной моральной системы применительно к «ма лым» системам.

Эксперт, обратившийся к тексту предложенной на экс пертизу модели кодекса, легко обнаружит, что концепту альный тезис о статусе личности как субъекта морального выбора представлен в качестве необходимого критерия. В соответствии с концепцией проектирования кодекса плани руется, что при трансформации модели в полный текст эти ческого документа статус субъекта морального выбора бу дет конкретизирован с помощью тезиса об осознанном ре шении относительно сложившихся в профессии нравов и отстаиваемых ею нравственных норм: либо намеренный выбор последовательного исполнения профессионального долга;

либо предпочтение позиции «двойной морали»;

либо циничное подчинение профессиональным деформациям.

Безусловно, креация кодекса предполагает отражение в его содержании проблемы творческого решения по приме нению моральных требований в поступке. В тексте модели трудно не заметить фрагмента о моральном выборе в си туациях нравственного конфликта, требующих поступить ся одной нравственной ценностью ради осуществления другой (при столкновении ценностей общей морали и мора ли профессиональной;

ценностей разных профессий;

цен ностей одной и той же профессии;

ценностей профессии – и корпорации-организации).

Речь идет, конечно, не о кодексе-решебнике. Самый ау тентичный и эффективный кодекс не отменяет последнюю инстанцию морального выбора – индивидуальное реше ние. Поэтому проектирование кодекса ориентировано на «фронезис», «этическое умение» в сфере принятия мо ральных решений.

Моральное творчество – «образ жизни» этического ко декса университета: способ его создания и способ сущест вования.

ОБРАТИВШИСЬ к программе проектирования кодекса, предложенной вниманию экспертов на сайте проекта, не трудно заметить особую роль «внутренней экспертизы», представляющей собой систему акций, организующих мо ральное творчество университетского профессионального сообщества.

Выделю, во-первых, цикл интервью с преподавателями и научными работниками университета по проблемам, сфо кусированным на анализе ситуации университета: (а) взвешивание потенциала саморегулирования базовых про фессий научно-образовательной деятельности универси тета (преподавателя и научного работника) через анализ университетской практики, выявление типичных ситуаций, предполагающих регулирование с помощью этического ко декса;

(б) рефлексия планируемых и не планируемых эф фектов применения этического кодекса университета: укре пление имиджа университета? профилактика коррупции?

повышение качества образования? укрепление солидари стических отношений в коллективе университета? и т.д.;

(в) анализ (не)возможности влияния этического кодекса на практикуемые профессиональные стратегии преподавате лей и научных работников, на существующий статус базо вых профессий научно-образовательной деятельности уни верситета, (не)уместности применения международного опыта этического регулирования университетов («Бухаре стская декларация...»);

(г) прогнозирование сферы приме нения этического кодекса университета (для чего и для кого он создается;

чему служит;

кому реально необходим). Вы делю, во-вторых, серию ректорских проблемных семина ров. Обе акции анализируются в главе 5.

Не смягчает ли эта программа и в целом описанный выше подход к проектированию кодекса приговор от имени Ролза и Хабермаса?

Следующий шаг в аналитическом обзоре материалов внешней экспертизы – прояснение ситуации с инициатора ми и авторами кодекса: по мнению Р.Г. Апресяна, в ТюмГН ГУ «этический кодекс, проект которого разрабатывает ся экспертами, задается “сверху”». И хотя «его автором выступает не администрация, а ученый совет», но «по существу» этот совет – «орган “верховного” управления».

Вряд ли технология проектирования кодекса нашего университета может быть определена как создание кодекса «сверху». Часть аргументов по этому поводу уже приведена в рамках рассуждений о «моральной субъектности».

Еще одно суждение об инициаторах и авторах кодекса.

«Как создается университетский этический кодекс?», – спрашивает А.Ю.Согомонов. И отвечает: «Это никем не кодифицировано. Ad libitum – как угодно!». И все-таки?

«Чаще все-таки он пишется “узким” авторским коллекти вом. Хотя проблема не столько в написании, сколько в его экспертизе и публичном предъявлении. Написать может, в принципе, и один человек, подобно тому, как один чело век создает новое знание. Но должен ли этический кодекс после этого обсуждаться и в дальнейшем редактиро ваться по результатам открытых дискуссий? Насколько публичными должны быть эти дискуссии? И кто в конце концов выступает “экспертом” по отношению к текстам этических кодексов в университетах?». И заключает: «На все эти и подобные вопросы нет готовых ответов».

Ответы есть, но они разные. С точки зрения Б.Н.Каш никова, правильные кодексы пишутся «профессионалами своего дела без участия профессиональных этиков». С точки зрения Р.Г.Апресяна, «участие специалистов (в об ласти этики или какой-либо иной, сопряженной с ней) це лесообразно, но, как показывает разнообразный мировой опыт создания этических кодексов, по большому счету, и не обязательно».

Есть свой ответ и у авторов проекта. И он мотивирован не «грозящей нам катастрофой» – безработицей, а правом и обязанностью «профессиональных этиков», работающих в сфере прикладной этики, участвовать в создании кодекса.

Тем более, если эти профессиональные этики служат в университете. Их право и обязанность быть как инициато рами, так и авторами этических документов, институализи рующих «дух университета». Точнее, соавторами – именно такую позицию предполагает технология «этического про ектирования».

И еще одна реплика. Комментируя критические сужде ния экспертов, полагающих, что предложенный на экспер тизу проект пренебрегает проблемой «моральной субъект ности», я в то же время не готов разделить своеобразную версию «моральной субъектности», которую, вероятно, имеет в виду Н.Васильевене: «В рубрике “Намерения” го ворится “поддержать тех, кто понимает необязатель ность совпадения профессионального и ‘денежного’ успе ха, или вообще не ориентирован на распространенные критерии успеха...”. Хотя в целом можно согласиться с этим тезисом, но всё же кодексы поддерживают не столько субъектов, сколько объективированные (разуме ется, принимаемые субъектами) ценности, принципы, нормы», – пишет Н.Васильевене. Риск такого подхода – в уверенности, что можно идентифицировать организацию в качестве морального субъекта. Ниже я вернусь к этому под ходу в рамках обзора суждений экспертов по поводу пред ставленной в модели кодекса позиции дуализма профес сиональной и корпоративной этик.

О «наивном рационализме»

и потенциале этосной методологии «Полагаю, что авторы придерживаются наивной модер нистской, рационалистической концепции морали. Они по лагают, что стоит создать рациональную систему мораль ных норм или кодексов, как все тут же изменится… Совре менная этика поступает иначе. Например, Ролз… вводит концепцию рефлективного равновесия, посредством ко торой мы сначала пытаемся прояснить моральную интуи цию, потом создаем соответствующую этическую концеп цию и далее движемся взад и вперед, подобно челноку… Нечто подобное имеет в виду и Хабермас, когда пишет, что облегчающий достижение консенсуса связующий принцип должен твердо установить, что в качестве действенных принимаются только те нормы, которые выражают всеоб щую волю».

Ряд аргументов, защищающих концептуальную модель этического кодекса университета от упрека в «наивном ра ционализме», уже приведены выше. Еще один аргумент содержится в самом тексте предложенной на экспертизу модели кодекса: «Метафора “минимальный стандарт” как этосный уровень системы моральных требований (“реаль но-должное”), соответствующий особенностям формирова ния профессиональной этики в становящемся гражданском обществе. “Минимальный стандарт” как способ совместить ригоризм и реалистичность в требованиях кодекса, преодо леть, с одной стороны, ханжество завышенных требований к субъектам научно-образовательной деятельности универ ситета в условиях вполне определенной ситуации в обще стве;

с другой стороны – попустительские оправдания ссыл ками на нравы, оборачивающимися уцениванием должного.

“Минимальный стандарт” по силам большинству субъектов научно-образовательной деятельности университета уже сегодня».

И ЕЩЕ ДВА «профилактических» аргумента «защиты»

от критики.

Во-первых, уже представленный выше критерий этиче ской идентичности кодекса – конвенциональность. Конвен циональность как процесс и результат организации этиче ского дискурса в университете. Конвенциональность как момент проектно-ориентированной рефлексии переходного характера ситуации в университетском сообществе. Мо дель проектируемого документа отражает ситуацию не столько зрелого профессионального сообщества, сколько протосообщества, этапа собирания профессиональной ко рпорации. Конвенциональность отражает и переходное со стояние нравственной ситуации в обществе. Для проекта важно различать: одно дело, когда на старте проекта его участники слышат буквальный перевод термина конвенция, и совсем другое – прийти к пониманию связи степени эф фективности формулируемых сообществом самообязатель ств и меры их конвенциональности. Конвенциальность – процесс и результат формирования идеи и текста кодекса на основе организованного этического дискурса, процедура которого, как известно, соответствует требованиям диало гичности, равенства участников процесса, установки на по нимание, поиска взаимоприемлемых решений, консульти рования ради конструктивности и т.д.

Второй из «профилактических» аргументов «защиты»

проекта, наглядно проявившийся в тексте модели кодекса:

сбалансированность сочетания в профессионально-этичес ких самообязательств высокой меры и минимального ста ндарта. Высокая мера (не путать со стереотипом «высоко мерие») не дает возможности в прагматических заботах за быть о должном – сохранении идентичности Университета, идентичности базовых профессий его научно-образова тельной деятельности как высоких профессий в ситуации риска – массовизации образования и его включенности в индустрию «образовательных услуг». Минимальный стан дарт показывает реалистичность смысло-ценностного са моопределения университета, возможность управления си туацией риска, преодоления гравитации патоса – деваль вирующих высокую профессию нравов «сферы услуг».

Этосный подход дает и возможность ответить утверди тельно на вопрос о трех вариантах масштаба модели ко декса университета, о которых спрашивает А.А.Гусейнов:

модель типовая? персонифицированная? общетеоретиче ская? «Какова связь предлагаемой модели с Тюменским государственным нефтегазовым университетом (ТюмГ НГУ)? Является ли она типовой моделью, разработанной в ТюмГНГУ, или она предназначена для ТюмГНГУ и ее сле довало бы именовать “Модель этического кодекса Тю менского государственного нефтегазового университе та”?».

Следует признать, что эксперт имел все основания за давать такой вопрос. В тексте предложенной на экспертизу модели не очень трудно обнаружить попытку решить сразу две задачи. Первая: разработать кодекс конкретного уни верситета. И в этом смысле она, говоря словами А.А.Гусей нова, «предназначена для ТюмГНГУ и ее следовало бы именовать “Модель этического кодекса Тюменского госу дарственного нефтегазового университета”». Вторая: зало жить основы модельного кодекса Университета, инвариан та, который мог быть предложен другим университетам, но не любым, а рефлексирующим ситуацию своего самоопре деления. И в этом смысле она является, говоря словами А.А.Гусейнова, «типовой моделью, разработанной в ТюмГ НГУ». Вот и Б.Н.Кашников полагает, что «авторы поста вили перед собой куда более дерзновенную задачу – очер тить контуры этического кодекса отечественного уни верситета как такового».

Нельзя не принять квалификацию модели кодекса как «типовой в общенаучном смысле – в ней предлагается общая, универсально-значимая структура и нормативная основа создания этического кодекса для современного университета. Понятая таким образом, она заслуживает высокой оценки)». В то же время, стоит поспорить с экспер том, заключившим, что эта модель типовая, «ибо в ней нет никакой привязки к Тюмени и нет никакого запаха нефти и газа». Запах нефти и газа – совсем не обязательный признак конкретизации кодекса. Хотя тема локальности ко декса актуальна и для этического дискурса в рамках внут ренней экспертизы концептуальной модели, и для внешней.

Так, например, А.Ю.Согомонов настаивает, что «совре менный университет не существует как инвариантная модель, в каждом конкретном случае мы имеем дело с культурно-институциональной индивидуальностью от дельного университета (“яркой и самобытной” или “серой и невзрачной” – в данном случае не имеет принципиально го значения)». И в рассуждениях Ю.В.Казакова, в семинар ских циклах которого к участию приглашаются в универси тетских городах и студенты, и преподаватели, о «духе уни верситета» как «специфике того особого, не уличного “воздуха”, которым напитаны аудитории и лаборатории Казанского, Уральского, Новосибирского, Ростовского, Воронежского, Поморского или Санкт-Петербургского университетов», мы видим, что эта специфика проявляет ся «характером участия в общей работе, реакциями на те ситуации профессионально-морального выбора, лич ного и группового самоопределения, которые предлага ются аудиториям в форме проблемных печатных и элек тронных публикаций, и т.д.».


Еще раз: дело не «в запахе нефти и газа». Важнее – содержание отражающих «болевые точки» и «точки роста»

данного университета норм и конфликтов, представленных в кодексе. И, безусловно, содержание заявленных в тексте кодекса мотивов его создания. В целом, важнее этосные признаки самоопределяющегося университета.

О формате кодекса в связи с проблемой этической инфраструктуры «В известной мне практике создание кодекса предпо лагает, что для него уже существует инфраструктура, обоснована необходимость кодекса, организована его “ак цептация”. В определённых местах текста модели видно, что этот этап не пройден: некоторые фразы показыва ют, что нет той точки отсчёта, откуда следует идти при сочинении кодекса. Например: относительно этиче ской комиссии (“А кто же судьи?”) или “антикодексных стереотипов”. Ответы на эти вопросы должны быть да ны до создания кодекса», – написала в своем экспертном тексте Н.Васильевене.

Комментарий к этому критическому суждению эксперта можно начать с помощью замечания другого эксперта – А.В.Прокофьева. «НИИ ПЭ оказался уполномочен опреде лять саму стратегию своего университета в вопросах профессиональной этики вплоть до выбора параметров этического режима и характера этической инфраструк туры», – пишет эксперт, цитируя фрагмент текста концеп туальной модели, в котором говорится, что «прежде всего, авторам кодекса предстоит взвесить “за” и “против” самого решения о создании этической комиссии. Весьма вероятно, что вред от ее возможной бюрократизации превысит пози тивный эффект». И сравнивает ситуации НИИ ПЭ с ситуа цией рабочей группы кафедры этики МГУ, которая «не мог ла ставить вопрос о необходимости комиссии и имела возможность лишь ограниченного обсуждения ее функций.

Факультетская комиссия по этике уже была создана к на чалу работы над кодексом. Более того, она рассматри валась администрацией как орган, который будет выпол нять не только экспертно-консультационные функции, но и функции разбора конфликтных случаев в режиме су дебной и согласовательной процедур».

Но как быть с требовательным замечанием еще одного эксперта, который не обнаружил в тексте модели раздела о внедрении кодекса? «Обсуждаемая в рамках электронной конференции модель этического кодекса ТюмГНГУ весьма интересна и продуктивна с точки зрения требований, предъявляемых к содержанию кодекса, но оставляет в стороне механизмы его внедрения. А это, на мой взгляд, сейчас главное», – пишет Л.А.Громова.

Достаточно ли в ответ привести замечание Г.Л.Тульчин ского? «Содержит модель и наметки относительно орга низационного обеспечения разработки и продвижения са мого кодекса. Без организационных решений такой про ект гарантированно зависнет, оставаясь ярким фактом личной биографии разработчиков – не более. И, как пред ставляется, авторы разработки нашли удачное решение, предполагая создание и деятельность этической комис сии. Именно комиссии с экспертно-консультационными функциями, – а не что-то типа суда чести, грозящего превратить такую организационную структуру в место межличностных разборок и дрязг», – пишет эксперт.

Вряд ли этот «ход» достаточен: не только «внешняя», но и «внутренняя» экспертиза показывает, что тема дейст венности кодекса и ее обеспечения должна быть представ лена и в самой модели. Даже если она соответствует опре деленному – предпочтенному в данной модели – формату кодекса. Мы еще вернемся к этой теме ниже. А здесь – предварительное объяснение.

«Каким бы ни был по форме или жанру документ, при званный регулировать поведение работников, он должен быть действенным. Его действенность не гарантиру ется собственно содержанием документа и тем более способом формулирования его положений. Его действен ность обеспечивается организационно, с помощью при нятых процедур – формализованных, прозрачных и из вестных», – пишет Р.Г.Апресян. Считая очевидным тезис о том, что действенность кодекса не гарантируется его со держанием, важно отметить, что действенность кодекса не гарантируется ничем. Считая очевидной зависимость дей ственности кодекса от развитой инфраструктуры, важно от метить, что действенность кодекса скорее поддерживает ся, а не обеспечивается этической инфраструктурой. Спор о словах?

Пять экспертов с разных сторон проблематизируют те му формата кодекса через ее связь с этической инфра структурой. Иначе: подчеркивают роль инфраструктуры бе зотносительно к избранному в проекте формату кодекса.

Точнее: один из экспертов «позавидовал» свободе авторов кодекса относительно модели этической комиссии и «пожа ловался» на несвободу рабочей группы, проектирующей ко декс своего факультета.

Действительно, ситуация, в которой создавалась пред ложенная на экспертизу концептуальная модель, дает вы сокую степень свободы. Но, во-первых, обречены ли колле ги из других университетов на необходимость смирения со своей ситуацией? И, во-вторых, действительно ли им при ходится именно смиряться – такой позиции требует отнюдь не любой формат кодекса.

Во многом формат предложенного на экспертизу кодек са университета – нормативно-ценностная декларация:

профессионалу, профессиональному сообществу, «городу и миру». Декларация ценностных ориентиров базовых про фессий научно-образовательной деятельности университе та, рекомендательный документ, предлагающий профес сионалам руководствоваться этими ценностями на основе самообязательства, исходящего из доверия общества к нравственному самоконтролю профессии.

Кодекс учитывает скептическое восприятие и универси тетским сообществом, и обществом в целом любых мо рально-акцентированных регулятивных документов и ори ентирован на то, чтобы показать скептикам: самообязатель ство, конечно, не гарантия от нарушений профессиональ ной этики, но и не маниловские упования или кастовое вы сокомерие. Декларируемые кодексом нормы и ценности не избавляют профессионалов от самостоятельного нравст венного выбора и решения (за кодекс нельзя спрятаться), но дают возможность на них опереться.

«Секрет» эффективности декларативного формата – не столько в этической инфраструктуре, о доминирующей роли которой пишут некоторые эксперты, сколько в пре зумпции морального доверия. Следование кодексу – внут реннее решение, свободное решение. Но не частного ли ца, а профессионала. Отвечающего перед профессией и за профессию, за ее социальную миссию. А потому решение ответственное.

Напомню, кстати, уже цитированное выше суждение А.В.Прокофьева о том, что в «декларативном» типе этиче ских кодексов «не ожидание возможных санкций, связанных с деятельностью этической инфраструктуры, а скорее чувство стыда оказывается основным психологическим регулятором».

При этом права Л.А.Громова, которая кроме уже извес тных замечаний экспертов по поводу обеспечения дейст венности кодекса с помощью этической инфраструктуры выделяет важность включения «требований соблюдения этического кодекса в политику университета и в его ос новополагающие документы – Устав, Программу стра тегического развития».

О структуре кодекса «Быть добрым, честным, порядочным преподавате лем – это само собой разумеющееся требование, без со блюдения которого не надо приходить работать в уни верситет. Кстати, во всем мире существует жесткая практика конкурсного отбора на право занять препода вательскую должность. В академической среде, как ни в какой другой, действует принцип рекомендации. Так надо ли прописывать в кодексе элементарные правила про фессии? Мне кажется, что для высокоразвитого типа рационального мышления университетского профессио нала такие напоминания излишни. Человеческая и про фессиональная порядочность – это плата за право быть включенным в академическую среду», – говорит Л.А.Громо ва в интервью разработчикам концептуальной модели ко декса.

Обращусь к уже использованному выше приему и при веду в качестве «контртезиса» суждения двух экспертов.

Первое из них принадлежит А.Ю.Согомонову: «“Мы не об манываем, не проявляем нечестность по отношению к любому другому, не крадем чужих достижений, не прояв ляем завистнической дискриминации…”. Именно такими – как может показаться банальными, а после заповедей христианской морали еще и избыточными – нормами за полнены многие этические кодексы современных универ ситетов. Другие учреждения, институты и/или корпора ции вряд ли могут позволить себе такой трюизм (их цели куда более прагматичные, а кодексы – более приземлен ные, а порой и просто этикетные). Но эта “банальность” и известная неконкретность университетских кодексов и составляет их главную особенность».

Второе суждение: ключевой рекомендацией от разра ботчиков модели называет А.В.Прокофьев «разграничение нормативных минимумов и максимумов, а также профес сионально-специфического и общекорпоративного содер жания кодекса. В принципе это очень ценное в теорети ческом плане разграничение». Замечу: эксперт говорит о включении в структуру кодекса не только раздела «Норма тивный ярус», но и «Минимальный стандарт» – раздела, конкретизирующего «само собой разумеющееся требова ние» – «быть добрым, честным, порядочным преподава телем», конкретизирующего для того, чтобы дать профес сионалу ориентиры в столь часто возникающих в его прак тике ситуациях нравственного конфликта.

«Тезис из рубрики “Проблемная ситуация” о “распро страненности ‘антикодексных’ стереотипов” – таких как “достаточно законов, десяти заповедей и регламентов” – целесообразно вынести и использовать на этапе предва рительной работы внутри организации по обеспечению функциональности кодекса», – полагает Н.Васильевене.

Как уже было отмечено выше, конструируемая в НИИ ПЭ структура кодекса не случайна. Эта структура соответ ствует формату нормативно-ценностной декларации, и об стоятельная Преамбула не может быть заменена предвари тельной работой. Более того, организация публичного дис курса по вопросам, поднимаемым в Преамбуле, – необхо димый элемент процесса ее создания.


Сравнивая структуру проекта кодекса философского факультета МГУ с «модельными параметрами кодекса по версии НИИ ПЭ», П.А.Сафронов отмечает, что определен ные соответствия «носят скорее тематический, нежели содержательный характер. В работе над проектом ко декса профессиональной этики философского факульте та мы стремились избежать какого бы то ни было мора лизаторского пафоса, который ощущается в проекте тюменских коллег. Кроме того, содержащиеся в проекте НИИ ПЭ формулировки “мировоззренческого яруса” выгля дят излишне описательно и неконкретно. На наш взгляд, отраженный в структуре проекта кодекса профессио нальной этики философского факультета, изложение принципов этического регулирования должно предпола гать возможность их последующей операционализа ции/конкретизации. Отдельной проблемой является ста тус этической комиссии. Исследовательская группа “Этический поворот” полностью разделяет точку зре ния, в соответствии с которой комиссия должна быть не карательной, а экспертно-консультативной инстанцией с рекомендательными функциями».

Радуясь поддержке нашими коллегами предложенной на экспертизу модели этической комиссии, считая целесо образным задуматься по поводу упрека в морализаторстве, разработчики проекта отложили комментарии по поводу ми ровоззренческого яруса кодекса до того момента, когда коллеги смогут увидеть не его каркас, а собственно текст кодекса.

О смысле выделения в кодексе двух видов этики – профессиональной и корпоративной «Представляется несколько надуманным дуализм про фессиональной этики и корпоративного самосознания применительно к университету. Именно и особенно на примере высшей школы профессиональная этика и корпо ративное самосознание не противостоят, а дополняют и проникают друг в друга... И как мне видится, подобные кодексы как раз и должны формализовать содержание этой задачи – без искусственных различений и противо поставлений. Да и сами авторы разработки видят своей целью вмонтировать императивы корпоративной этики в формат этического кодекса профессии при установке на доминирование профессиональной этики над этикой корпоративной. Но зачем сначала разводить единое (соз давать искусственное различение, дуализм), чтобы по том не менее искусственно вмонтировать одно в дру гое?» – пишет Г.Л.Тульчинский.

Хорошо бы просто противопоставить скепсису одного эксперта позитив другого: «Большинство положений моде ли совместимы с моим подходом. Например, тезис об ин теграции в Этический кодекс университета форматов “кодекс профессиональной этики” и “кодекс корпоратив ной этики”», – говорит Н.Васильевене. Но ведь не уйти от вопроса: на каких основаниях интегрировать в кодекс сразу две этики?

Вернемся к цитате из текста Г.Л.Тульчинского: «зачем искусственно разводить»? Именно затем, что известный конфликт двух этик существует на самом деле. Даже если учитывать пессимистический диагноз П.А.Сафронова: «Ин ициативы, подобные проекту НИИ ПЭ Тюменского неф тегазового университета, остаются единичными при мерами, только оттеняющими неприглядность общей картины. Говорить о “дуализме” корпоративной само идентификации университета при такой картине не приходится. Отечественный университет еще не стал в полном смысле этого слова ни профессиональной корпо рацией, ни образовательным предприятием. Более того, колебание между этими двумя полюсами создаёт ситуа цию опасной моральной неопределённости в поведении членов университетской среды».

И в модель кодекса, наряду с самостоятельными разде лами, посвященными каждой из двух этик, включена рубри ка «Конфликты профессиональной и организационной этик в университете».

Включена, учитывая прежний опыт инновационной па радигмы. Не случайно наш партнер по проекту ТЭМК, Ю.В.Казаков, отмечал, что «“не заметив” корпорации-орга низации, ТЭМК как бы не заметила и реальной меры не свободы журналиста на рабочем месте, его зависимости и от менеджеров крупной медиакорпорации, особенно в сфере электронных СМИ, и от ее реального владельца, хозяина. Тот факт, что прочтение долженствования в наших медиа слишком часто задается, предписывается журналисту не “горизонтальным” кодексом (кодексом кор порации-ассоциации) и даже не редактором, а менедже ром, представляющим интересы владельца, или же самим владельцем…, по ходу семинаров, конечно же, обсуждался.

А вот в текст документа не попал – даже и назывным предложением. Независимо от того, почему так случи лось, в конвенции-документе в итоге оказалась не обо значенной территория серьезного, жесткого внутрикор поративного (внутри “вертикальной” корпорации) кон фликта, в котором безусловно зависимый от работода теля журналист сплошь и рядом имеет дело с единст венной доступной ему свободой выбора: между рабочим местом (в редакции) – и местом на улице (на свалке, а не на рынке журналистского труда, даже и в городе средней величины практически отсутствующем)».

Даже эксперт, активно продвигающая идеи организаци онной этики, Н.Васильевене говорит о необходимости пре одоления этого конфликта. «Профессиональная и органи зационная этики в университете (как и вообще в хорошо – инновативно – управляемой организации) не должны конфликтовать. Когда организация берётся управлять ценностями (value management), ориентируется на экс пектации общества, а значит на политику социальной ответственности (corporate social responsibility) и чест ное (integrity) выполнение своей Миссии в обществе, то традиционный дуализм профессиональной и организаци онной этик – долга перед профессией и долга перед ра ботодателем – исчезает. Разумеется, не сам по себе, а при целенаправленной, научно обоснованной, институ ционализации профессиональной этики в организации».

Но, опять, в качестве реплики: на каких основаниях интегри ровать? «Искусственно вмонтировать одно в другое»? Но, не принимая определенной позиции в вопросе о соотноше нии требований двух этик, вряд ли можно уйти от их кон фликта.

«Работающий в организации обязан подчинить свою профессиональную ответственность корпоративной, так как его профессия служит достижению общей цели организации. Но в профессиональной среде, которая вы ступает референтной группой, его профессиональная ответственность за совершаемые действия превыше корпоративной ответственности. И если эти два вида ответственности приходят в противоречие друг с дру гом, перед человеком встает дилемма: уйти из организа ции или быть подвергнутым остракизму профессиональ ным сообществом», – говорит Л.А.Громова. Профилактику этой дилеммы она видит все же в корпоративном этиче ском кодексе, который «должен помочь гармонизировать интересы профессионала и организации». Но вот харак терное продолжение суждения эксперта: «Если организа ция неэтична, такую организацию нужно оставить, и пусть она вымрет сама – в ней не останется профессио налов», – говорит Л.А.Громова.

Реально ли ждать от профессионалов такого решения?

Может быть все же профилактировать неизбежность их ухода (исхода?) моральной поддержкой ценностей профес сии в кодексе?!

В то же время вариант разработчиков модели «одно в другое» как соединение в этическом кодексе университета двух «идеологий-форматов» университетских кодексов – «кодекса корпорации-профессии и кодекса корпорации предприятия», при котором кодекс корпорации-предприятия должен был подчинен кодексу профессии, – вызвал насто роженность у Р.Г.Апресяна. «Таким образом, получается, что корпоративность связывается с деловой активно стью, в то время как преподавание (но не предоставле ние образовательных услуг) – с “высокой” профессией. Но даже такая, скорректированная? “корпоративистская” спецификация академического кодекса и университета меня настораживает... Принимая во внимание семанти ческую неопределенность термина “корпорация” и к тому же юридическую неопределенность самого этого концеп та, считаю предпочтительным исходить из реального официального статуса университета как образователь ной организации (учреждения), в рамках которого легко актуализируются все те дополнительные ценностные смыслы, которые В.И.Бакштановский и Ю.В.Согомонов привносят с помощью идей “высокая профессия”, “дух уни верситета”, “мировоззренческий выбор” и т.п.».

Разумеется, можно было и не торопиться, подождать, когда будет преодолена «семантическая неопределен ность». Но как быть с реальной практикой кодифицирова ния, в которой беспрерывно рождаются корпоративные ко дексы в духе кодексов бизнес-организаций? Или все же стоит профилактировать тенденцию отождествления уни верситетов с бизнес-структурами? Ответ – в концептуаль ной модели.

О действенности кодекса Выше уже был дан ответ на некоторые из суждений экспертов по поводу (не)действенности Кодекса в предло женной на экспертизу модели.

В целом эта модель исходит из презумпции доверия нравственной свободе профессионала, неприемлемости страха перед непредсказуемостью его самоопределения к ценностям профессиональной этики. В избранном проектом формате Кодекс предполагает противостояние любым на мерениям патерналистски «опекать» свободное решение профессионала. При этом для такого формата Кодекса при суще различение свободы и своеволия, кодекс ценит как свободу морального выбора профессионала, так и его го товность отвечать за (не)принятие определенных профес сионально-нравственных ориентиров, за (не)способность следовать им в конкретных ситуациях.

Требования к действенности Кодекса определяются гра ницами самообязательства профессионала. Эти требования не сосредоточены на внешнем контроле и санкциях, не до пускают превращение этического по своей природе докумен та в репрессивный инструмент, в способ тотального контро ля за поведением профессионала. Кодекс предполагает бе режность и деликатность даже при непрямом использовании декларируемых в документе норм в кадровых процедурах – аттестации и т.п.

Действенность Кодекса повышается установкой на прео доление как ханжества, так и попустительства.

Университет по своей природе – «постоянно обучающая ся» институция. Соответственно, Кодекс – предмет постоян ного совершенствования и развития.

На следующем этапе Университету предстоит решить вопрос о создании этической инфраструктуры, поддержи вающей действенность Кодекса. Этическое регулирование в этом случае обеспечивается с помощью достаточно извест ных «поддерживающих инструментов»: структур (например, этической комиссии), процедур (например, этического ауди та);

избрания/назначения особых должностных лиц (напри мер, уполномоченный по профессиональной этике);

распре деления ответственности за решение этических проблем:

между сотрудниками, руководителями и подразделениями (например, консультант по разработке и внедрению этиче ских программ);

разработки программ повышения этической культуры профессионалов, распространения информацион ных и дидактических материалов, проведения деловых игр, тренингов и семинаров и т.д.

Разумеется, речь идет о соответствии такого рода ин фраструктуры формату Этического кодекса университета. В связи с постановкой вопроса о действенности Кодекса пер спективны следующие, весьма похожие, предложения двух участников экспертизы.

По мнению А.А.Гусейнова, «процесс формирования ко декса в чем-то более важен, чем сам кодекс. Он является прекрасным поводом и основанием для разговора на эти ческие темы, обсуждения и осмысления вопроса о мо ральной атмосфере в университете.

Я себе могу представить ситуацию, когда выработка кодекса растягивается на годы. И, может быть, такая ситуация является даже предпочтительной. В одном я убежден: нельзя ставить для этого каких-то жестких сроков и временных ограничений... Этический кодекс – не мероприятие, а знак определенного уровня, нравственно ответственного способа жизнедеятельности коллекти ва».

А.Ю.Согомонов полагает, что «этический кодекс мо жет и должен полноценно жить. Не восприниматься за конченным текстом, а постоянно переписываться и раз виваться. Но главное – он должен не абстрактно обсуж даться, но ad hoc применяться... Его последующая исто рия рано или поздно сделает “большой” кодекс (то есть первоначальный кодекс с прецедентным приложением) – визитной карточкой “этического университета”».

*** Как экспертиза повлияла на креацию Кодекса?

Содержащиеся в аналитическом обзоре материалов внешней экспертизы реплики, «отпоры», и т.п относительно суждений экспертов могут создать впечатление, что проце дура экспертизы не дала конструктивных решений. Однако, кроме укрепления в своих собственных концептуальных ос нованиях, НИИ ПЭ скорректировал и само концептуальное техзадание, и модель Кодекса.

Глава Технология креации кодекса Реализация концептуального «техзадания» представ лена в описании некоторых моментов процесса креации ко декса.

5.1. Формирование организованного университетского дискурса о кодексе В качестве комплексной технологии формирования уни верситетского дискурса о кодексе, своего рода способом «обогащения общественного мнения» университетского со общества, послужила электронная конференция «самооп ределение университета как научно-образовательной кор порации», организованная на странице НИИ ПЭ сайта ТюмГНГУ.

Способ работы конференции предполагал не передачу «готового» результата научного исследования «для неза медлительного внедрения», но организацию коллективного морального творчества университетского сообщества. Кол лектив университета в такой деятельности являлся не «объектом исследования», но реальным соавтором про цесса проектирования этического кодекса.

В процессе этой деятельности формировалась репре зентативная экспертная система публичного дискурса са моопределения университета. («Линейная» структура тра диционных «научно-практических» конференций – пленар ное заседание № 1, работа в секциях, пленарное заседание № 2 – малоэффективна для организации коллективной экс пертной и проектировочной деятельности.) Таблица 5. Структура материалов, размещенных в формате электронной конференции 1. Идеология и алгоритм конференции 2. Материалы для обсуждения:

Модель этического кодекса университета Материалы пилотных интервью 3. Дискуссия:

Б.Кашников, Р.Апресян, Н.Васильевене, О.Томилин, Г.Тульчинский, Л.Громова, П.Сафронов, Ю.Казаков, А. Согомонов и др.

4. Теоретические материлы:

«Институционализация “духа университета” в этическом кодексе научно-образовательной кор порации» (В.Бакштановский, Ю.Согомонов) «Университет versus профессий» (А.Согомонов) «Этика профессора» (А. Гусейнов) 5. Этические документы:

Миссия-Кредо Тюменского государственного не фтегазового университета Бухарестская декларация этических принципов высшего образования в Европе В целом дискурс об этическом кодексе университета как пространстве представленных на электронном форуме ком муникативных практик формировался с помощью ряда тех нологий.

* В индивидуальных интервью с университетскими пре подавателями – через экспертизу «болевых точек» и «точек роста» ситуации университета как своеобразных «задани ях» для содержания кодекса.

* В процессе анкетного опроса преподавателей уни верситета – через «взвешивание» потенциала кодекса в ра зрешении актуальных проблем научно-образовательной деятельности.

* На ректорских семинарах – через обсуждение форма та, мотивации, намерений, потенциала и содержания буду щего кодекса.

* Посредством экспертных интервью «Жизнь в профес сии» – через рефлексию морального измерения профес сионализма.

* В персональных заказах экспертам на разработку кон кретных фрагментов кодекса, например, через конструиро вание «этики профессора».

Публикация на форуме порождаемых этими коммуника тивными практиками текстов создавала возможность непо средственного и опосредованного вовлечения в дискурс более широкого круга университетских преподавателей.

Все эти практики (за исключением последней) – внут ренняя экспертиза.

Здесь будут описаны две из этих технологий.

5.2. Ректорские семинары как технология проектирования кодекса Ректорский семинар – институция гуманитарной экспер тизы стратегии развития ТюмГНГУ и постоянно действую щая экспертная система проектов НИИ ПЭ, предметом ко торых является самопознание и самоопределение универ ситета.

В рамках проекта, посвященного креации этического кодекса университета, созывались четыре семинара: «"Бу харестская декларация этических ценностей и принципов высшего образования в Европе" и проблемы проектирова ния Этического кодекса ТюмГНГУ»;

«Проектирование Эти ческого кодекса ТюмГНГУ: концептуальные «техусловия»

(два этапа)»;

«Модель кодекса»;

«Проект текста Профес сионально-этического кодекса». Краткий обзор некоторых из этих семинаров дает представление о технологии фор мирования дискурса о кодексе.

На первом из этих семинаров моделировалась вероят ная атмосфера, в которой будет создаваться этический ко декс ТюмГНГУ:

- с одной стороны, и это представлялось как очевидное обстоятельство, у такого проекта будут скептики;

- с другой стороны, и это менее очевидное обстоятель ство, вряд ли высока степень готовности тех, кто вовлечен в проект, конструктивно отвечать на аргументы скептиков;

- с третьей стороны, и это казалось весьма рискован ным обстоятельством, низкая степень готовности тех, кто принял решение создавать кодекс, профилактировать риск породить бюрократический документ, провоцирующий все общее равнодушие.

Чтобы заранее ответить на ожидаемые от коллег по университету аргументы против создания кодекса в самом тексте, участникам семинара было предложено задание «контркодекс». Его суть – коллективная рефлексия систе матизированных аргументов, которые в свое время выдви гали профессионалы из разных сфер жизни общества, во влеченные в работу над кодексами журналистов, депута тов, чиновников и т.д. Работа над заданием обеспечива лась циклом слайдов, содержание которых отражено в табл. 5.2.

Таблица 5. Контркодекс «Кодекс * «Достаточно “Десяти заповедей”»

излишен»: * «достаточно корпоративных регламентов»

* «что же, все преподаватели и менеджеры изначально хамы-грубияны-невежды и не способны работать без кодекса?»

* «что же, все преподаватели и менеджеры изначально коррумпированны?»

«Кодекс * «Был ли толк от морального кодекса стро бесполезен»: ителя коммунизма?!»

* «даже декалог не выполняется!»

* «никакой кодекс не может предотвратить злоупотребления»

* «реалистично ли требовать от нас быть более моральными, чем весь народ?»

«Кодекс * «Кодекс может обернуться бюрократичес вреден»: ким, формальным документом, провоцирую щим всеобщее равнодушие, либо инструмен том авторитарного управления.

* «”а судьи кто?”: чем члены этической ко миссии лучше тех, чьё поведение они будут обсуждать? Не превратят ли они кодекс в ин струмент инквизиции?»

Инвариантный вопрос участникам ректорского семина ра к этим слайдам: есть ли у нас ответы на скептические аргументы по поводу создания университетских кодексов?

(Аналогичная проблематизация была вынесена в проводи мый социологом НИИ ПЭ, М.В.Богдановой, анкетный опрос преподавателей, речь о котором – ниже.) СЕМИНАР, посвященный разработке модели кодекса, предполагал обоснование-оправдание места и содержания двух разделов этой модели: «мировоззренческий ярус» и «нормативный ярус».

Для взвешивания смысла принципа «университетский профессионал – субъект свободного морального выбора и профессионально-этической ответственности, а не про сто дисциплинированный исполнитель должностных ин струкций и стандартов благопристойности» участникам семинара предстояло обсудить вопрос: реалистичен ли этот принцип, востребован ли он университетской практи кой? может быть, университет как организация избавляет университетских профессионалов от проблем морального выбора и, тем самым, от индивидуальной профессиональ но-этической ответственности?



Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.