авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 10 |

«А.Л.Пунин АРХИТЕКТУРА ПЕТЕРБУРГА СЕРЕДИНЫ X I X ВЕКА Лениздат-1990 Б Б К 85.11 П8 8 ...»

-- [ Страница 4 ] --

Сочетание наружных кирпичных стен с внутренними опорами в виде чугунных колонн применялось в много этажных промышленных зданиях самого различного назначения. В качестве примера можно привести и кор пуса сахаро-рафинадного завода М. Карра на набереж ной Большой Невки (Выборгская набережная, 13), воз веденные в 1840—1850-х годах архитекторами Л. Л. Бон штедтом и Е. И. Ферри-де-Пиньи (в 1862 году завод перешел к другому владельцу — Л. Е. Кенигу и был зна чительно расширен и перестроен). В одном из корпусов завода Карра было применено оригинальное сочетание массивных чугунных колонн и опирающихся непосред ственно на них кирпичных сводов 1 6.

Пролеты одноэтажных корпусов промышленных зда ний начиная с 1830-х годов стали перекрывать не только деревянными, но и железными стропильными фермами.

В середине XIX века железные фермы — более долговеч Завод М. Карра.

Архитекторы Л. Л. Б о н ш т е д т и Е. И. Ф е р р и - д е - П и н ь и, конец 1 8 4 0 - х — 1850-е гг.

О б щ и й вид и разрез производственного корпуса. Проект.

Ц Г И А Л. Публикуется впервые.

ные и надежные в противопожарном отношении — стали быстро вытеснять деревянные фермы старых типов. Ж е лезные покрытия применялись и на предприятиях легкой промышленности, но особенно распространены были на сталелитейных, металлообрабатывающих и механических заводах, где они нередко выполнялись силами самих предприятий.

Среди производственных зданий с металлическими покрытиями, возведенных во второй трети XIX века, сле З а в о д Карра.

Р а з р е з производственного корпуса.

Ц Г И А Л. Публикуется впервые.

Спуск 1 2 0 - п у ш е ч н о г о к о р а б л я « Р о с с и я », п о с т р о е н н о г о в э л л и н г е Н о в о г о А д м и р а л т е й с т в а в 1839 г.

Гравюра 1841 г.

дует особо отметить большой судостроительный эллинг Нового Адмиралтейства, построенный в 1833—1838 го дах у самого берега Невы, немного западнее Ново-Адми ралтейсчого канала. Его стены были сложены из кирпи ча, а пролет между ними, равный 26 метрам, был пере крыт железными решетчатыми арками. Это здание откры ло новый этап в развитии конструкций промышленных зданий с большими пролетами. Сооружение, отличавшееся высоким для своего времени техническим совершенством, исправно прослужило почти 120 лет и было разобрано только в 1950 году.

Начало применения каркасных систем в архитектуре гражданских зданий. Применение несущих металличес ких колонн и балок, успешно начавшееся в промышлен ной архитектуре, привело к формированию качественно новой конструктивной системы — каркасной. Блестяще освоенная в промышленных зданиях, она стала постепен но проникать и в гражданскую архитектуру — сначала в виде отдельных элементов и конструктивно-планировоч ных узлов, а затем и в виде целостных композиционных решений.

В 1820—1830-х годах стали р а с п р о с т р а н я т ь с я столь полезные в сыром петербургском к л и м а т е металлические «зонтики»— н а в е с ы н а д п о д ъ е з д а м и. Они п о д д е р ж и в а л и с ь л и б о ж е л е з н ы м и или чугунными кронштейнами, ли бо чугунными к о л о н к а м и. П р о п о р ц и и этих колонок имели у ж е с о в е р ш е н н о иной х а р а к т е р — не о т в е ч а ю щ и й худо ж е с т в е н н ы м нормам к л а с с и ц и з м а, но з а т о их о ч е р т а н и я (в отличие от в н е ш н е массивных колонн Московских во ро, в ы д е р ж а н н ы х в к а н о н а х дорического о р д е р а ) гораз до более откровенно и реалистически в ы я в л я л и техни ческие с в о й с т в а чугуна, его высокую прочность.

В числе н а и б о л е е ранних примеров и с п о л ь з о в а н и я т а к и х тонких чугунных колонн «неклассических» очерта ний м о ж н о н а з в а т ь м е т а л л и ч е с к и й навес ( т а к н а з ы в а е мую « п а л а т к у » ) над крыльцом П а в л о в с к о г о д в о р ц а, ве д у щ и м в Собственный с а д и к : она б ы л а с о з д а н а архитек тором К. И. Росси в 1820-х годах. П о з д н е е, н а ч и н а я с 1830-х годов, подобные н а в е с ы появились перед подъез д а м и многих д о м о в П е т е р б у р г а и стали х а р а к т е р н о й чер той о б л и к а его улиц. К с о ж а л е н и ю, впоследствии боль шинство из этих «зонтиков» исчезло, но представление о них д а ю т некоторые с о х р а н и в ш и е с я о б р а з ц ы. Один из самых старых —«зонтик» над подъездом особняка Э. Д. Н а р ы ш к и н а на Сергиевской улице (улице Чайков ского, 7 ), перестроенного и р а с ш и р е н н о г о архитектором Г. А. Боссе в н а ч а л е 1840-х годов (проект з д а н и я был р а з р а б о т а н в 1841 г о д у ). Интересен «зонтик» с ф о н а р я ми, з а к р е п л е н н ы м и на консолях, р а с п о л о ж е н н ы й у вос точного п о д ъ е з д а з д а н и я С т а р о г о Э р м и т а ж а на н а б е р е ж ной Невы, вблизи угла Зимней к а н а в к и : он был сооружен в 1850-х годах при реконструкции з д а н и я, осуществлен ной а р х и т е к т о р о м А. И. Ш т а к е н ш н е й д е р о м. Изготовлен ный по его же проекту металлический «зонтик» более с л о ж н о й композиции, в к л ю ч а ю щ и й перильные о г р а ж д е ния и осветительные ф о н а р и - т о р ш е р ы, с о х р а н и л с я перед п о д ъ е з д о м Н о в о - М и х а й л о в с к о г о д в о р ц а на Д в о р ц о в о й н а б е р е ж н о й, 18.

В первой четверти XIX века передовые з а п а д н о е в р о пейские архитекторы Д ж о н Нэш, К а р л Ш и н к е л ь и дру гие с т а л и все смелее и с п о л ь з о в а т ь тонкие чугунные ко л о н н ы в и н т е р ь е р а х д в о р ц о в ы х помещений, при этом в их тонких, стройных о ч е р т а н и я х в ы с о к а я прочность чугу на в ы я в л я л а с ь со всей откровенностью.

П е р в ы м в России з д а н и е м о б щ е с т в е н н о г о назначе ния, в котором были применены внутренние несущие чу гунные колонны, о б р а з у ю щ и е подобие ярусного к а р к а с а, было у ж е упоминавшееся здание кирхи Святого Петра на Невском проспекте, построенное в 1833—1838 годах архитектором А. П. Брюлловым. Церковь была перекры та кирпичными сводами, опирающимися на кирпичные столбы. В ее боковых пролетах (нефах) были устроены боковые трехъярусные балконы — так называемые эмпо ры, которые поддерживались тонкими чугунными колон нами — по две колонны в пролете м е ж д у кирпичными столбами. Эти колонны в натуре не сохранились, так как интерьер церкви впоследствии был переделан. Но они хо рошо видны и на проектном чертеже (он был утвержден в июле 1833 года), и з о б р а ж а ю щ е м продольный разрез здания, и на рисунке ее интерьера, исполненном в начале 1840-х годов.

Колонны и опирающиеся на них балки образовали пространственную систему, которую можно рассматри вать как прототип многоярусного каркаса. Новаторское конструктивное решение боковых эмпор, стройные очер тания чугунных колонн внесли в интерьер здания совер шенно новые черты, не свойственные старым историчес ким стилям, но зато правдиво отражающие технические особенности металла.

Эти примеры свидетельствовали о том, что металли ческая каркасно-стеновая система, родившаяся в про мышленной архитектуре и быстро доказавшая свою ра циональность, стала проникать и в гражданскую архи тектуру, активно вмешиваясь в процесс формирования новых художественно-стилистических закономерностей в тот период, когда классицизм стал вытесняться эклекти кой. И хотя число таких построек поначалу было неве лико, тем не менее их место в истории архитектуры ока залось весьма значительным: они стали своего рода ве хами на пути формирования того нового —«железного»

стиля, который в конце XIX— начале XX века во многом определил,характер архитектуры и ее стилистику.

Апология металлических конструкций в теоретических воззрениях. К 1830-м годам относятся и первые попытки теоретически осмыслить эстетическое значение широкого внедрения металлических конструкций. Одна из них при надлежит не архитектору, а писателю. Н. В. Гоголь в статье «Об архитектуре нынешнего времени» писал:

«В нашем веке есть такие приобретения и такие но вые, совершенно ему принадлежащие стихии, из которых бездну м о ж н о з а и м с т в о в а т ь никогда п р е ж д е не воздви г а е м ы х з д а н и й. В о з ь м е м, например, те в и с я щ и е у к р а ш е ния, которые н а ч а л и п о я в л я т ь с я недавно. П о к а м е с т вися щ а я а р х и т е к т у р а только п о к а з ы в а е т с я еще в л о ж а х, б а л к о н а х и н е б о л ь ш и х мостиках. Но если целые э т а ж и повиснут, если перекинутся смелые арки, если массы вместо т я ж е л ы х колонн о ч у т я т с я на сквозных чугунных подпорах, если дом обвесится снизу доверху б а л к о н а м и с узорными чугунными перилами и от них в и с я щ и е чугун ные у к р а ш е н и я, в т ы с я ч а х р а з н о о б р а з н ы х видов, обле кут его своею легкой сетью, и он будет глядеть сквозь них, как с к в о з ь п р о з р а ч н ы й вуал когда эти чугунные с к в о з н ы е у к р а ш е н и я, обвитые около круглой прекрасной б а ш н и, полетят вместе с нею на небо — какую легкость, к а к у ю эстетическую в о з д у ш н о с т ь приобретут тогда дома наши!» 1 8.

З а в е р ш а я свою с т а т ь ю в о с т о р ж е н н ы м призывом к « в о з д у ш н о с т и » архитектуры, основанной на широком и смелом и с п о л ь з о в а н и и свойств м е т а л л а, Гоголь тем са мым как бы б р о с а л вызов к а н о н а м к л а с с и ц и з м а — кано нам у с т а р е в ш и м, не способным откликнуться на новые я в л е н и я в области строительной техники.

Интересной и л л ю с т р а ц и е й с т а н о в л е н и я новых рацио налистических архитектурных воззрений я в л я ю т с я замет ки о состоянии архитектуры в р я д е стран З а п а д н о й Ев ропы, о п у б л и к о в а н н ы е в 1838 году в « Ж у р н а л е Мини стерства путей с о о б щ е н и я » инженером М. С. Волковым.

О т м е ч а я б о л ь ш и е д о с т и ж е н и я английских строителей в и с п о л ь з о в а н и и чугуна и ж е л е з а, Волков писал, что «зда ния, построенные а н г л и ч а н а м и, о т л и ч а ю т с я своею красо тою», к о т о р а я «происходит естественным о б р а з о м от то го, что все части з д а н и я имеют измерения, соответствую щие д е й с т в у ю щ и м в них силам, и в с я к а я из них располо ж е н а л у ч ш и м о б р а з о м д л я удовлетворения условиям цели с о о р у ж е н и я ». Особенно высоко оценил Волков т в о р ч е с т в о в ы д а ю щ е г о с я а р х и т е к т о р а - н о в а т о р а К- Шин келя: « П е р в е н с т в о в практических сведениях строитель ного искусства в Пруссии п р и н а д л е ж и т теперь архи тектору г. Ш и н к е л ю. Он отлично хорошо изучил свой ства м а т е р и а л о в. З д а н и я его, как, например, Строи т е л ь н а я А к а д е м и я в Берлине, принимают формы и укра шения, с о о б р а з н ы е со свойствами употребляемого мате р и а л а. Это условие, на которое до сих пор о б р а щ а л и ма ло в н и м а н и я, поставит искусство на стезю новых vcne хов» 19.

И н т е р ь е р л ю т е р а н с к о й церкви С в я т о г о П е т р а.

А р х и т е к т о р А. П. Б р ю л л о в, 1 8 3 3 — 1 8 3 8 гг.

Рисунок н а ч а л а 1840-х гг.

Московский а р х и т е к т о р Н. В. Д м и т р и е в был в числе первых з о д ч и х - п р о ф е с с и о н а л о в, которые стремились по новому осмыслить з н а ч е н и е инженерно-технического ас пекта а р х и т е к т у р ы. В своей речи, произнесенной на тор ж е с т в е н н о м а к т е Московского д в о р ц о в о г о архитектурного у ч и л и щ а 19 с е н т я б р я 1840 года, он говорил, что к р а с о т а в а р х и т е к т у р е « о с н о в ы в а е т с я на проявлении н а з н а ч е н и я и конструкции» и что «всякое отступление от этого вред но искусству». Д м и т р и е в у т в е р ж д а л, что « м е х а н и ч е с к а я конструкция с о с т а в л я е т единственное основание красоты в а р х и т е к т у р е », и считал, что одной из в а ж н е й ш и х з а д а ч зодчего я в л я е т с я умение « п р о я в и т ь простую механичес кую конструкцию з д а н и я, в о з в ы ш е н н у ю искусством чело века до с о з д а н и я и з я щ н о г о » 2и.

Эти в ы с к а з ы в а н и я иллюстрируют н а ч а л о одного из самых в а ж н ы х и прогрессивных явл'ений в архитектуре второй трети XIX века — н а ч а в ш и й с я процесс формиро в а н и я новой т в о р ч е с к о й концепции — концепции «рацио нальной а р х и т е к т у р ы ». Она была с в я з а н а с развитием новых в з г л я д о в на ф у н к ц и о н а л ь н у ю и конструктивно техническую сторону зодчества и на их соотношение с х у д о ж е с т в е н н о - о б р а з н о й стороной его.

Идеи «рациональной архитектуры». Н е м а л ы й в к л а д в р а з в и т и е прогрессивного р а ц и о н а л и с т и ч е с к о г о творческо го метода внес в ы д а ю щ и й с я а р х и т е к т о р А. П. Б р ю л л о в — и к а к з о д ч и й - п р а к т и к, и как архитектор-педагог, профес сор Академии х у д о ж е с т в.

Один из его учеников в некрологе Б р ю л л о в а, напеча танном в ж у р н а л е «Зодчий» в 1877 году, писал: «Покой ный никогда не был «классиком» в т о г д а ш н е м смысле этого с л о в а. П р о н и к н у в ш и с ь античными о б р а з ц а м и, сво бодно в л а д е я всеми стилями, он не н а г р о м о ж д а л их там, где они были не нужны. П о с т р о й к а, по его мнению, дол ж н а п р е ж д е всего у д о в л е т в о р я т ь своему назначению, быть осмысленно р а с п л а н и р о в а н а, а затем облечена в красивую, но непременно р а ц и о н а л ь н у ю форму. Это те п е р ь — х о д я ч а я истина. В 30-х же годах, когда к а ж д о е казенное з д а н и е неминуемо строилось с колоннадами и ф р о н т о н а м и, когда к а ж д ы й помещичий дом имел неиз б е ж н ы й б е л ь в е д е р и претензию с м а х и в а т ь на храм — это б ы л о нечто смелое, новое. В этом н а п р а в л е н и и ска з а л о с ь его в л и я н и е на п о д р а с т а ю щ и е поколения моло д ы х русских а р х и т е к т о р о в. «Архитектура есть п р е ж д е всего искусство р а с п р е д е л я т ь и к о м б и н и р о в а т ь простран ство»,— г о в а р и в а л он. Когда ученик, п о к а з ы в а я ему свой проект, в котором очень часто, не в ы р а б о т а в п л а н а, при искивал симметричный ф а с а д или ф а н т а с т и ч е с к и й си луэт, Б р ю л л о в т р е б о в а л от него п л а н а и р а з р е з а, говоря:

„В п л а н е мы ходим, в р а з р е з е д ы ш и м и ж и в е м " » 2 1.

В своей практической деятельности Б р ю л л о в с л е д о в а л своим творческим принципам — это я р к о п р о я в и л о с ь в таких его произведениях, как з д а н и е П у л к о в с к о й обсер ватории, А л е к с а н д р и й с к а я б о л ь н и ц а, д а ч и в П а в л о в с к е (см. с. 167—168, 158—159, 2 3 8 — 2 3 9 ), в которых «искус ство р а с п р е д е л я т ь и к о м б и н и р о в а т ь п р о с т р а н с т в о » про явилось в полной мере и п о з в о л и л о с о з д а т ь постройки, очень совершенные в ф у н к ц и о н а л ь н о м отношении и о б л а д а ю щ и е реалистическими и в ы р а з и т е л ь н ы м и а р х и т е к т у р ными о б р а з а м и.

П е р в о е систематическое научное и з л о ж е н и е новой творческой концепции « р а ц и о н а л ь н о й а р х и т е к т у р ы » д а л видный петербургский а р х и т е к т о р - п е д а г о г середины XIX века инженер А п о л л и н а р и й Каэтанович Красовский (1816—1875).

А. К. К р а с о в с к и й п р и н а д л е ж а л к числу представите лей передовой технической школы русских и н ж е н е р о в путейцев. Сын п р е п о д а в а т е л я физики Виленского уни верситета К. Н. К р а с о в с к о г о, он в 1836 году окончил Ин ститут Корпуса и н ж е н е р о в путей с о о б щ е н и я (ныне Л е нинградский институт инженеров железнодорожного транспорта имени В. Н. О б р а з ц о в а ) и был оставлен при институте п р е п о д а в а т е л е м, а имя его, к а к л у ч ш е г о сту дента выпуска, было занесено на м р а м о р н у ю доску. В 1845 году К р а с о в с к и й в в о з р а с т е 29 лет был у т в е р ж д е н профессором архитектуры в П у т е й с к о м институте и одно временно н а ч а л п р е п о д а в а т ь а р х и т е к т у р у в Горном ин ституте. Вся д а л ь н е й ш а я ж и з н ь К р а с о в с к о г о б ы л а посвя щена н а п р я ж е н н о й педагогической д е я т е л ь н о с т и. С по 1860 год он з а н и м а л д о л ж н о с т ь инспектора Строитель ного училища (ныне Л е н и н г р а д с к и й инженерно-строи тельный институт), проводя б о л ь ш у ю а д м и н и с т р а т и в н у ю работу по улучшению учебного процесса (в частности, по инициативе К р а с о в с к о г о в у ч и л и щ е был введен учеб ный проект по промышленному с т р о и т е л ь с т в у ) 2 2.

Красовский был одним из видных а р х и т е к т о р о в - п е дагогов середины XIX века. Ш и р о т а его интересов пора зительна: например, в н а ч а л е 1850-х годов он одновре менно п р е п о д а в а л в р а з л и ч н ы х в ы с ш и х учебных з а в е д е ниях практическую механику, а н а л и т и ч е с к у ю геометрию, г р а ж д а н с к у ю архитектуру и теорию и з я щ н ы х искусств, А. К. К р а с о в с к и й — и н ж е н е р и теоретик архитектуры.

Ф о т о г р а ф и я середины XIX в. Публикуется впервые.

а также написал ряд статей по самым разнообразным вопросам строительной и транспортной техники.

В 1875 году журнал «Зодчий», в некрологе Красов ского, отмечая его «честность, недюжинные способности, светлый ум и обширную образованность», писал, что он «между инженерами и архитекторами приобрел громкую известность своим сочинением, которым положил прочное основание преподаванию гражданской архитектуры как науки в наших технических высших учебных заведе ниях» 23.

Книга А. К. Красовского «Гражданская архитектура», изданная в 1851 году, представляла собой учебник по строительному делу и конструкциям гражданских зда ний, предназначенный для студентов высших технических учебных заведений и охватывающий широкий круг вопро сов, связанных с конструированием и строительством зданий.

Эта книга сразу же привлекла внимание современни ков своей научной глубиной, четкостью методики и мас терством изложения разнообразных вопросов архитекту ры и строительного искусства. Вскоре ее автор был из бран почетным вольным о б щ н и к о м Академии х у д о ж е с т в (это было большой честью д л я и н ж е н е р а - п у т е й ц а ) и на г р а ж д е н орденом Святой Анны 2-й степени.

Соединение широкого и н ж е н е р н о г о к р у г о з о р а.с боль шой культурой и разносторонней о б р а з о в а н н о с т ь ю по зволило Красовскому разработать последовательную и стройную концепцию, основанную на новаторских прин ципах « р а ц и о н а л ь н о й а р х и т е к т у р ы ».

Архитектурные в о з з р е н и я К р а с о в с к о г о были впервые и з л о ж е н ы в статье « О б щ и й в з г л я д на г р а ж д а н с к у ю архи тектуру», н а п е ч а т а н н о й в 12-м томе « Ж у р н а л а Г л а в н о г о у п р а в л е н и я путей с о о б щ е н и я и публичных з д а н и й » за 1850 г о д 2 4. Этот текст был затем предпослан им в ка честве «Введения» к учебнику « Г р а ж д а н с к а я архитекту ра», изданному в 1851 году 2л.

С у щ н о с т ь идей « р а ц и о н а л ь н о й архитектуры», изло женных в т р у д а х А. К. Красовского, з а к л ю ч а е т с я в сле дующих основных п о л о ж е н и я х.

«Истины, и з л а г а е м ы е в науке а р х и т е к т у р ы, — писал Красовский,— д о л ж н ы о с н о в ы в а т ь с я на н а ш и х потребно стях, свойствах м а т е р и а л о в и б л а г о р а з у м н о й экономии.

Потребности н а ш и с о с т а в л я ю т цель, д л я которой з д а н и е строится;

свойства м а т е р и а л о в о б у с л о в л и в а ю т способы д о с т и ж е н и я этой цели;

наконец, соблюдение правил эко номии дает в о з м о ж н о с т ь у д о в л е т в о р и т ь н а и б о л ь ш е м у числу наших потребностей».

Эти потребности К р а с о в с к и й о б ъ е д и н и л в две основ ные категории: « п е р в а я з а к л ю ч а е т в себе потребности утилитарные ( п о л ь з а ), в т о р а я — потребности эстетичес кие ( к р а с о т а ) ». Отметив, что оба рода т р е б о в а н и й обыч но сочетаются, Красовский вместе с тем у к а з а л, что, на пример, в культовых с о о р у ж е н и я х п р е о б л а д а е т элемент эстетический, а при постройке обыкновенного городско го дома — элемент утилитарный.

Поскольку а р х и т е к т у р а д о л ж н а у д о в л е т в о р я т ь двум категориям о б щ е с т в е н н ы х потребностей, ее р а з в и т и е т а к ж е носит двойственный х а р а к т е р. С одной стороны, архитектура п р и з в а н а р е ш а т ь р я д чисто технических вопросов, и поэтому ее р а з в и т и е тесно с в я з а н о с прогрес сом техники и естествознания. С другой стороны, «подчи ненность г р а ж д а н с к и х зданий эстетическим условиям вводит архитектуру в р а з р я д х у д о ж е с т в, или и з я щ н ы х творческих искусств».

Р а с с м а т р и в а я соотношение технических и функцио нальных ф а к т о р о в с ф а к т о р а м и эстетическими в с а м о м процессе архитектурного т в о р ч е с т в а, К р а с о в с к и й д а е т на этот ц е н т р а л ь н ы й вопрос теории архитектуры четкий от вет: « Л о з у н г н а ш — п р е о б р а з о в а н и е полезного в и з я щ ное». Т а к и м о б р а з о м, в р а с с м а т р и в а е м о й им генетичес кой с в я з и «полезного» и «прекрасного» («изящного», по терминологии а в т о р а ) К р а с о в с к и й первенствующее зна чение придал ф у н к ц и о н а л ь н ы м и конструктивно-техни ческим з а к о н о м е р н о с т я м зодчества ( « п о л е з н о м у » ). Эти з а к о н о м е р н о с т и он считал первоосновой р а з в и т и я архи тектуры, п р е д в о с х и щ а ю щ е й и п р е д о п р е д е л я ю щ е й эволю цию ее художественно-эстетических качеств.

В ы д в и н у в тезис о « п р е о б р а з о в а н и и » полезного, прак тически ц е л е с о о б р а з н о г о в прекрасное, Красовский тем с а м ы м проявил глубокое понимание внутренней д и а л е к тической в з а и м о с в я з и этих двух категорий в процессе а р х и т е к т у р н о г о т в о р ч е с т в а. Р а з в и в а я эту мысль, Красов ский п о д ч е р к и в а л, что « м е ж д у конструкциею, создаю щей ф о р м ы, и х у д о ж е с т в е н н о ю обделкой их необходи мо в з а и м о д е й с т в и е, без которого нельзя представить себе ни истинной к р а с о т ы произведений архитектуры, ни вер ных ее н а ч а л ».

К р а с о в с к и й считал органичное соответствие архитек турных форм техническим особенностям применяемых м а т е р и а л о в а к с и о м о й архитектурного творчества, глав ным з а л о г о м р а ц и о н а л ь н о й архитектуры. П о е г о мнению, технические особенности с о о р у ж е н и й д о л ж н ы предопре д е л я т ь их а р х и т е к т у р н ы е ф о р м ы, ибо «свойство материа ла и в о з м о ж н о лучший способ его с о п р я ж е н и я опреде л я е т способ построения или конструкцию, а конструкция о п р е д е л я е т н а р у ж н у ю форму частей з д а н и я ».

П о д ч е р к и в а я п е р в е н с т в у ю щ е е значение конструктивно технических ф а к т о р о в, К р а с о в с к и й вместе с тем п р а в и л ь н о о ц е н и в а л з н а ч е н и е того эстетического воздействия, кото рое п р о и з в е д е н и я архитектуры о к а з ы в а ю т на человека.

П о э т о м у он считал, что з а д а ч а а р х и т е к т о р а - т в о р ц а состоит «в сообщении грубым ф о р м а м техники художественной за конченности». К р а с о в с к и й особо о т м е ч а л, что включение живописи и скульптуры в а р х и т е к т у р н у ю композицию при д а е т з д а н и я м б о л ь ш е «блеску, и з я щ е с т в а и б о г а т с т в а », с п е ц и а л ь н о отметил он и а к т и в н у ю роль цвета в архитек туре. О д н а к о п р и з н а в а я необходимость «украшений» (ор наментов, ж и в о п и с н ы х панно, статуй и т. п.), К р а с о в с к и й п о д ч е р к и в а л, что г л а в н а я сила эстетического воздействия построек з а к л ю ч а е т с я не в обилии д е к о р а т и в н ы х элемен тов, а в с о в е р ш е н с т в е пропорций и законченности объемно п р о с т р а н с т в е н н о й композиции: « П р о и з в е с т и на зрителя в п е ч а т л е н и е о б щ н о с т ь ю з д а н и я — вот цель, к которой должна с т р е м и т ь с я а р х и т е к т у р а, к а к и з я щ н о е искусство, и потому девиз ее — гармоническое с о г л а с и е п р а в и л ь н ы х масс».

Красовский н а с т а и в а л на том, что к а ж д ы й архитек турный элемент з д а н и я д о л ж е н всегда с о х р а н я т ь свое кон структивное значение, д а ж е при с а м о й и з ы с к а н н о й худо жественной о б р а б о т к е. По его с л о в а м, «соблюдение этого правила придает строению качество, известное под н а з в а нием архитектурной истины», а именно она и с о с т а в л я е т «главное и первенствующее условие, которому д о л ж н ы подчиняться все другие п р а в и л а о б р а з о в а н и я а р х и т е к т у р ных форм». Он о с у ж д а л «колоннады, не п р и н о с я щ и е столь часто никакой пользы, аттики, фронтоны и прочие части, употребленные без цели», и п р е д о с т е р е г а л молодых архи текторов мудрыми с л о в а м и о том, что « с в о е в о л ь н а я и не о б у з д а н н а я истиною ф а н т а з и я вместо форм р а ц и о н а л ь н ы х и обусловленных конструкциею с о з д а е т ф о р м ы бесполез ные и л о ж н ы е ».

Красовский впервые д а л научную к л а с с и ф и к а ц и ю ар хитектурных течений XIX века, выделив три основных на правления:

а ) «классиков», с т р е м я щ и х с я о б о г а щ а т ь современную архитектуру с помощью а р с е н а л а форм античного зодчес тва;

б) «романтиков», в о с к р е ш а ю щ и х р а з л и ч н ы е нацио н а л ь н ы е стили с р е д н е в е к о в ь я ;

в) « р а ц и о н а л и с т о в », которые, с ч и т а я искусство «зерка лом современности», п р и з ы в а ю т найти новые а р х и т е к т у р ные формы, о т к а з а в ш и с ь от в с я к о г о п о д р а ж а н и я и стили заторства.

П о д о б н а я к л а с с и ф и к а ц и я а р х и т е к т у р н ы х школ XIX ве ка не у с т а р е л а и до сих пор. Но особенно ценно д л я нас то, что сам а в т о р полностью с о л и д а р и з и р о в а л с я со сторон никами р а ц и о н а л и с т и ч е с к о г о н а п р а в л е н и я, прямо н а з ы в а я его «истинным н а п р а в л е н и е м ».

С позиции у б е ж д е н н о г о а р х и т е к т о р а - р а ц и о н а л и с т а подходил К р а с о в с к и й и к столь острой д л я зодчества сере дины XIX века проблеме и с п о л ь з о в а н и я а р х и т е к т у р н о г о наследия. Он р е к о м е н д о в а л студентам « и з у ч а т ь все стили, конечно, не д л я р а б с к о г о п о д р а ж а н и я всем им, но д а б ы постичь все то, что к а ж д ы й стиль имеет в о о б щ е хорошего и применимого к современным потребностям».

При этом К р а с о в с к и й у т в е р ж д а л, что если архитекто ры, следуя принципам « р а ц и о н а л и с т о в - т е х н и к о в », будут р а з р а б а т ы в а т ь а р х и т е к т у р н ы е ф о р м ы з д а н и й, с т р е м я с ь до стичь технической и ф у н к ц и о н а л ь н о й ц е л е с о о б р а з н о с т и, « Х р у с т а л ь н ы й д в о р е ц » — павильон В с е м и р н о й выставки, 1851 г. в Л о н д о н е.

Г р а в ю р а из «Художественного листка», 1851 г.

то «возникнут части зданий, сообразные нашему климату, нашим материалам и нашим вещественным и нравствен ным потребностям», и в итоге образуется «рациональный, современный и национальный стиль, которого невозмож но искать a priori».

О б о б щ а я основные положения своей концепции «ра циональной архитектуры», Красовский пришел к очень важному выводу о том, что прогресс строительной техни ки, появление новых строительных материалов и конструк ций должны оказать определяющее воздействие на разви тие новых архитектурных форм, и в конечном итоге — и на формирование нового архитектурного стиля.

«Техника или конструкция есть главный источник архи тектурных форм»,— писал Красовский. Касаясь вопроса о применении металла, Красовский отмечал, что ж е л е з о вошло в употребление сравнительно недавно и поэтому «влияние его на образование архитектурного стиля еще не ощутительно». Тем не менее он был убежден, что «железу предстоит участь совершить переворот в архитектурных формах и произвести новые оригинальные, современные формы, которые и составят, вероятно, новый стиль». «Для содействия р а з в и т и ю этого нового с т и л я, — писал К р а с о в ский,— не надобно у д а л я т ь с я от истины и п о д д е л ы в а т ь с я металлом под ф о р м ы каменных и д е р е в я н н ы х построек, но и з ы с к и в а т ь д л я него с а м о с т о я т е л ь н ы е ф о р м ы ».

Вслед за К р а с о в с к и м подобные мысли в ы с к а з ы в а л и его современник — а р х и т е к т о р А. И. Песке. В статье, опубликованной в петербургском ж у р н а л е «Архитектур ный вестник» в 1860 году, он писал, что «введение чугуна и ж е л е з а в строительную технику п р е д с к а з ы в а е т великую б у д у щ н о с т ь д л я а р х и т е к т у р ы » и что « я в я т с я г е н и а л ь н ы е люди, которые воспользуются удивительными к а ч е с т в а м и нового м а т е р и а л а и откроют новые ф о р м ы, н а и б о л е е спо собные к у д о в л е т в о р е н и ю прочности и эстетического вкуса» 2В.

Р у с с к а я а р х и т е к т у р н а я критика 60-х годов XIX века приветствовала появление новых м е т а л л и ч е с к и х конструк ций. В. В. С т а с о в р а с с м а т р и в а л н о в а т о р с к у ю « ж е л е з о стеклянную архитектуру» как одно из с а м ы х в а ж н ы х до стижений современности, ибо она «была полна какой-то беспримерной в летописях искусства смелости, она д е р з к о шла наперекор всем п р е д а н и я м и принятым п р а в и л а м, но тут же с о о р у ж а л а чудные п а л а т ы, п о р а з и т е л ь н ы е волшеб ством впечатления, воздушной легкостью, г р о м а д н ы м и п р о с т р а н с т в а м и, з а л и т ы м и светом» 27.

С т а с о в очень высоко оценил первое в истории архитек туры общественное з д а н и е из м е т а л л а и с т е к л а —«Хрус тальный д в о р е ц » Л о н д о н с к о й всемирной выставки года, сооруженный по проекту Д ж.

П э к с т о н а. С т а с о в оха р а к т е р и з о в а л его к а к «первый шаг, смелый до д е р з о с т и, невероятный до безумия», с которого н а ч и н а е т с я « н о в а я архитектура Европы». Это з д а н и е о к а з а л о сильное воздей ствие на чувства и умы современников и в ы з в а л о в свое время острую дискуссию. Д л я Н. Г. Ч е р н ы ш е в с к о г о оно п о с л у ж и л о п р о о б р а з о м той архитектуры б у д у щ е г о, кото рую он н а р и с о в а л в романе «Что д е л а т ь ? », в ф а н т а с т и ческом «Четвертом сне Веры П а в л о в н ы ». К о л л е к т и в н ы е ж и л ы е дома б у д у щ е г о Ч е р н ы ш е в с к и й мыслил как огром ные с о о р у ж е н и я из м е т а л л а и стекла, п р о н и з а н н ы е све том, в о з в ы ш а ю щ и е с я «среди нив и лугов, с а д о в и р о щ ».

М ы с л ь о том, что р а з в и т и е строительной техники д о л ж но о к а з а т ь а к т и в н о е воздействие на эволюцию архитек туры, б ы л а с ф о р м у л и р о в а н а в 1850 —1860-х годах и в в ы с к а з ы в а н и я х р я д а з а р у б е ж н ы х а р х и т е к т о р о в и худо жественных критиков: Т е о ф и л я Готье, Ж. В и о л л е - л е - Д ю ка и других. В частности, В и о л л е - л е - Д ю к у т в е р ж д а л, что « а р х и т е к т у р а примет новые ф о р м ы только в том слу чае, если она о т к р ы т о пойдет туда, куда поведет ее подлин но н о в а я, р а з у м н а я с т р о и т е л ь н а я техника, с о з д а н н а я на шей эпохой... И не с м е ш и в а я стили, не н а г р о м о ж д а я без причины формы всех времен, м о ж н о будет найти ту ар хитектуру, к о т о р а я н у ж н а нашей эпохе, откровенно при б е г а я к помощи индустрии» 28.

В р а з в и т и и идей « р а ц и о н а л ь н о й архитектуры» теоре т и ч е с к а я мысль в 50—60-х годах XIX века з а м е т н о опере ж а л а а р х и т е к т у р н у ю практику. В России это было особен но з а м е т н о в силу ее экономического и технического отста в а н и я о т р я д а с т р а н З а п а д н о й Европы, р а н ь ш е с т а в ш и х на рельсы к а п и т а л и с т и ч е с к о г о р а з в и т и я и р а н ь ш е вступив ших в с т а д и ю промышленной революции. Тем не менее принципы « р а ц и о н а л ь н о й а р х и т е к т у р ы » н а ч а л и проклады в а т ь себе дорогу, в той или иной мере в н е д р я я с ь в практи ческую д е я т е л ь н о с т ь русских зодчих.

ОБЩЕСТВЕННЫЕ ЗДАНИЯ Середина XIX века в истории русской а р х и т е к т у р ы представляет собой переходный этап от з о д ч е с т в а пе риода позднего к л а с с и ц и з м а к а р х и т е к т у р е пореформен ной эпохи, когда бурное р а з в и т и е к а п и т а л и с т и ч е с к и х отношений, н а ч а в ш е е с я после р е ф о р м 1860-х годов, предъявило спрос «на совершенно иные постройки, не похожие ни по своей архитектуре, ни по своей величине на старинные з д а н и я п а т р и а р х а л ь н о й эпохи» 1. Это очень наглядно проявилось в архитектуре общественных зданий.

С одной стороны, п р о д о л ж а л о с ь строительство з д а н и й тех типов, которые с ф о р м и р о в а л и с ь еще в первой трети XIX века. В их числе — к а з а р м ы и а д м и н и с т р а т и в н ы е уч реждения, некоторые школьные и больничные построй ки с традиционной планировкой, т е а т р ы (компоновка зрительного з а л а, в ы р а б о т а н н а я е щ е в X V I I I — н а ч а ле XIX века, п р о д о л ж а л а применяться и в п о с л е д у ю щ и е десятилетия). Особенно к о н с е р в а т и в н ы м и по своим пла нировочным и о б ъ е м н о - п р о с т р а н с т в е н н ы м р е ш е н и я м бы ли з д а н и я церквей, как п р а в о с л а в н ы х, т а к и других веро исповеданий: в них т р а д и ц и о н а л и з м компоновок стимули ровался и с л о ж и в ш и м с я регламентом б о г о с л у ж е н и я, и определенными идейно-художественными установками, целенаправленной ориентацией на о б р а з ц ы средневеко вого зодчества. Тем не менее и в этих т и п а х з д а н и й на метились поиски новых, более р а ц и о н а л ь н ы х п л а н о в, при менялись новые виды конструкций, а стилистика ф а с а дов и интерьеров, в соответствии с о б щ е й стилевой эво люцией архитектуры, к а р д и н а л ь н о изменилась: класси цизм был вытеснен эклектикой.

С другой стороны, именно в середине XIX века начал ся процесс ф о р м и р о в а н и я зданий новых типов, с в я з а н ных и со сферой м а т е р и а л ь н о г о производства (промыш ленные з д а н и я и с о о р у ж е н и я ), и с н у ж д а м и транспор та ( в о к з а л ы, д е п о ), и со сферой т о в а р н о - д е н е ж н ы х от ношений ( п а с с а ж и ), и с потребностями науки, культуры и образования.

Архитектура о б щ е с т в е н н ы х з д а н и й П е т е р б у р г а в се редине XIX века п р е д с т а в л я е т д о в о л ь н о с л о ж н у ю и пест рую картину, в которой т р а д и ц и о н н о е и новаторское п е р е п л е т а ю т с я самым причудливым о б р а з о м. В этом от р а з и л с я и х а р а к т е р с о ц и а л ь н о г о з а к а з а эпохи, ее противоречия, в ы з в а н н ы е у г л у б л я ю щ и м с я кризисом фео дально-крепостнической системы, охранительскими уст ремлениями правительства Николая 1, дальнейшим р а з в и т и е м капиталистических отношений. Д в и ж е н и е об щественной мысли, успехи русской науки, бурный рас цвет л и т е р а т у р ы, музыки, т е а т р а, живописи — все это, в свою очередь, в л и я л о на р а з в и т и е зодчества, о т р а ж а ясь, в той или иной мере, в а р х и т е к т у р е общественных зданий.

К а к у ж е о т м е ч а л о с ь, в соответствии с программными у с т а н о в к а м и нового творческого метода, пришедшего на смену к л а с с и ц и з м у, ф у н к ц и о н а л ь н о е н а з н а ч е н и е по стройки р а с с м а т р и в а л о с ь как в а ж н е й ш и й фактор, пред определяющий характер «художественного впечатле ния». Это с о з д а в а л о все более явную д и ф ф е р е н ц и а ц и ю а р х и т е к т у р н ы х о б р а з о в, у с у г у б л я ю щ у ю с я применением н а с л е д и я «всех стилей» на основе принципа выбора. По этому ц е л е с о о б р а з н о архитектуру общественных зданий р а с с м о т р е т ь по типологическому принципу — в соответ ствии с ф у н к ц и о н а л ь н ы м и особенностями зданий.

Здания административных учреждений и военного ведомства. Военно-бюрократический режим, установ ленный п р а в и т е л ь с т в о м Н и к о л а я I, его о х р а н и т е л ь с к а я в н у т р е н н я я политика были п р и з в а н ы сохранить ф е о д а л ь но-монархический строй и крепостное право. Р а с т у щ а я и усложняющаяся бюрократическая государственная м а ш и н а и опора власти — м н о г о т ы с я ч н а я а р м и я требо в а л и строительства новых о б ш и р н ы х к а з а р м и много численных з д а н и й д л я р а з м е щ е н и я министерств, депар т а м е н т о в, о р г а н о в полиции и других а д м и н и с т р а т и в н ы х учреждений.

В ряде случаев присутственные места у д а в а л о с ь р а з местить в откупленных в казну частных д о м а х, соответ ствующим о б р а з о м переделанных внутри. Ф а с а д ы зда ний при этом могли о с т а в а т ь с я в прежнем виде. Так, в бывшем доме Л о б а н о в а - Р о с т о в с к о г о на углу А д м и р а л тейского проспекта и И с а а к и е в с к о й п л о щ а д и, построен ном О. М о н ф е р р а н о м в 1 8 1 7 - 1 8 2 0 годах, р а з м е с т и л о с ь Военное министерство.

В середине XIX века в центре П е т е р б у р г а было по строено много новых а д м и н и с т р а т и в н ы х зданий.

В а ж н ы м этапом в ф о р м и р о в а н и и а н с а м б л я И с а а к и е в ской площади было строительство двух з д а н и й, р а с п о л о женных по сторонам площади, м е ж д у правым берегом Мойки и Б о л ь ш о й Морской улицей (ныне улица Герце н а ). П р о е к т ы зданий были р а з р а б о т а н ы Николаем Ефи мовичем Е ф и м о в ы м (1799 1851) - одним из ведущих петербургских а р х и т е к т о р о в тех лет. Он же руководил строительством зданий, причем, как писал он в рапор те начальству, на нем, как на «главном р а с п о р я д и т е л е работ», л е ж а л а о б я з а н н о с т ь «сочинять и с о с т а в л я т ь все чертежи р а з л и ч н ы х конструкций и у к р а ш е н и й, в х о д я щ и х в состав частей отделки, и иметь непосредственный над зор и ответственность за п р а в и л ь н о с т ь и прочность стро ения и за чистоту и и з я щ н о с т ь отделки» 2.

З д а н и е, з а н я в ш е е северо-восточную сторону И с а а к и евской п л о щ а д и (дом № 4 ), п р е д н а з н а ч а л о с ь д л я раз мещения четырех д е п а р т а м е н т о в Министерства государ ственных имуществ. Его проект был у т в е р ж д е н 10 а в густа 1844 года, и тогда же была н а з н а ч е н а н о в а я гра ница противоположной стороны п л о щ а д и — строго па р а л л е л ь н о ф а с а д у министерства. 6 ф е в р а л я 1847 года был у т в е р ж д е н проект второго, п р о т и в о л е ж а щ е г о з д а н и я ( И с а а к и е в с к а я п л о щ а д ь, дом № 1 3 ), в котором р а з м е с тилась резиденция с а м о г о министра, а т а к ж е к а н ц е л я р и я, архив министерства и т и п о г р а ф и я. З д а н и е министерства было окончено летом 1850 года, дом министра —• в году. Отделкой дома министра с 1852 года, после смер ти Е ф и м о в а, руководил архитектор Л. Л. Б о н ш т е д т.

Д о м министра государственных имуществ н а п о м и н а е т дворец: предписывалось, что «чистая о т д е л к а, по цели назначения его, д о л ж н а быть произведена с б о л ь ш е ю роскошью и искусством». О б щ а я стоимость з д а н и я до стигала 400 тысяч рублей. В отделке дома министра при нимали участие скульпторы А. И. Теребенев, Д. И. Иен сен и другие, « о р н а м е н т а л ь н у ю чугунную решетку», за в е р ш а ю щ у ю ф а с а д ы, изготовил з а в о д Б е р д а. Б и о г р а ф Дом министра государственных имуществ на Исаакиевской площади.

А р х и т е к т о р Н. Е. Е ф и м о в, 1 8 4 7 — 1 8 5 3 гг.

Фотография автора.

Н. Е. Ефимова в статье, помещенной в журнале «Зод чий» в 1872 году, отмечал, что дом министра государст венных имуществ «может считаться у нас образцом изящного» как по своим общим пропорциям, так и по «грациозным деталям и по удачному общему расположе нию частей» 3.

Фланкирующие Исаакиевскую площадь дома минист ра и Министерства государственных имуществ, одинако вые по высоте и близкие по композиционному решению ф а с а д о в, о б р а з у ю т у р а в н о в е ш е н н у ю, почти симметрич ную композицию. М а с ш т а б з д а н и й х о р о ш о с о г л а с о в а н с р а з м е р а м и п л о щ а д и. Ансамблевый, г р а д о с т р о и т е л ь н ы й подход к их проектированию м о ж н о р а с с м а т р и в а т ь как прямое п р о д о л ж е н и е высокого взлета г р а д о с т р о и т е л ь н о й мысли, которым о т л и ч а л а с ь эпоха к л а с с и ц и з м а.

Но стилистическое решение ф а с а д о в этих з д а н и й у ж е досгаточно д а л е к о от норм к л а с с и ц и з м а. 11оэтажное раз м е т е н и е о р д е р а, арочные окна, с п е ц и ф и ч е с к а я форма наличников окон верхних л а ж е й, построенная на со четании арочного окна и прямоугольной рамки, з а в е р шенной сверху прямым с а н д р и к о м, - все эти приемы за имствованы из а р с е н а л а форм и т а л ь я н с к о г о ренессанса конца X V - - X V I века*.

О б р а б о т к а ф а с а д о в п р о т и в о с т о я щ и х зданий б л и з к а, но не идентична: здание, п р е д н а з н а ч а в ш е е с я для р а з мещения министерства, о ф о р м л е н о скромнее —- пиляст рами. Ф а с а д дома министра о б р а б о т а н более пышно и пластично: в нем применены т р е х ч е т в е р т н ы е колонны Р а з н а я о б р а б о т к а зданий была п р о д и к т о в а н а п р е ж д е всего их н а з н а ч е н и е м : резиденцию министра с л е д о в а л о выделить более нарядной, «дворцовой» отделкой ф а с а д а.

Но в то же время пластика ф а с а д о в обоих зданий хоро шо с о г л а с о в а н а и с их неодинаковой о с в е щ е н н о с т ь ю : дом министра, ориентированный па северо-восток, освещен слабее, и его более в ы п у к л а я, более п л а с т и ч н а я обра ботка придает о б щ е й а н с а м б л е в о й композиции точно н а йдс иное ра в и о в ее и е.

Ф а с а д ы обоих зданий но с р а в н е н и ю с постройками к л а с с и ц и з м а д е к о р и р о в а н ы более обильно. З а многочис ленными лепными д е т а л я м и почти исчезает с а м а плос кость стены: архитектор словно боится о с т а в и т ь ее не украшенной, нерасчлененной (для с р а в н е н и я напомним, как э ф ф е к т н о выглядит г л а д к а я плоскость стены в про * Во время пенсионерской п о е з д к и в И т а л и ю Н. Е. Е ф и м о в, не сомненно, х о р о ш о изучил п р о и з в е д е н и я а р х и т е к т о р о в эпохи В о з р о ж дения. и том числе и те, у которых основой композиции ф а с а д а был п о э т а ж н о р а з м е щ е н н ы й о р д е р. В числе этих з д а н и й и т а к и е х о р о ш о известные постройки, к а к п а л а ц ц о Р у ч е л л а и в о Ф л о р е н ц и и ( а р х и т е к торы Л. - Б. А л ь б е р т и и Б. Р о с с е л и н о, 1446—1451 г г. ), п а л а ц ц о К а н ч е л л е р и я в Р и м е ( а р х и т е к т о р ы А. Б р е н ь о и Д. Б р а м а н т е, 1483— 1526 г г. ). Но особенно о т ч е т л и в о с х о д с т в о с р е н е с с а н с н ы м прототи пом о щ у щ а е т с я при с о п о с т а в л е н и и п о с т р о е к Е ф и м о в а н а И с а а к и е в ской п л о щ а д и с д в о р ц о м М а л ь в е ц ц и ди М е д и ч и в Б о л о н ь е, постро енным а р х и т е к т о р о м Б а р т о л о м е о Т р и а ч и н и в 1560-х г о д а х. О д н а к о, скорее всего, Е ф и м о в не п о в т о р я л к а к о й - т о к о н к р е т н ы й прототип, а опирался на общие закономерности архитектуры Возрождения, твор чески их и н т е р п р е т и р у я.

изведениях Д ж. К в а р е н г и, И. С т а р о в а, К- Р о с с и ). Б л а г о р о д н а я простота к л а с с и ц и з м а у ж е не с о о т в е т с т в о в а л а х у д о ж е с т в е н н ы м вкусам середины XIX века;

напротив, обилие у к р а ш е н и й с т а л о в о с п р и н и м а т ь с я как один из г л а в н ы х критериев красоты.

Г р а д о о б р а з у ю щ е е значение а д м и н и с т р а т и в н ы х зда ний, построенных в П е т е р б у р г е в середине XIX века, бы ло н е о д и н а к о в ы м. В одних с л у ч а я х они становились ак тивными компонентами а н с а м б л е й (например, з д а н и е Ш т а б а г в а р д е й с к о г о корпуса, построенное А. П. Брюл ловым на восточной стороне Д в о р ц о в о й п л о щ а д и в 1837—1843 годах, з д а н и я Министерства государственных и м у щ е с т в и д о м а министра на И с а а к и е в с к о й п л о щ а д и, построенные Н. Е. Е ф и м о в ы м ), в других — в к р а п л и в а л и с ь в с л о ж и в ш у ю с я ранее з а с т р о й к у п л о щ а д е й и улиц.

На в ы х о д я щ е й к Невскому проспекту Д у м с к о й улице, р я д о м с угловой б а ш н е й, построенной в 1799—1804 го дах, на месте возведенного одновременно с ней город ского м а г и с т р а т а — Р а т г а у з а, в 1847—1852 годах было с о о р у ж е н о т р е х э т а ж н о е з д а н и е Городской думы, спроек т и р о в а н н о е а р х и т е к т о р о м Н. Е. Е ф и м о в ы м (после смерти Е ф и м о в а строительство з а к о н ч и л Л. Л. Б о н ш т е д т ) *.

Его ф а с а д ы были т о ж е о ф о р м л е н ы мотивами итальян ского р е н е с с а н с а, хотя и в несколько иной трактовке, чем у домов, построенных Е ф и м о в ы м на И с а а к и е в с к о й пло щ а д и. Выбор стилевого прототипа во всех этих произве дениях Е ф и м о в а о п р е д е л я л с я художественными установ к а м и тех лет: предпочтение было отдано именно ренес сансу, с присущей ему с д е р ж а н н о с т ь ю и спокойствием а р х и т е к т у р н о г о д е к о р а, что, как считалось, н а и л у ч ш и м о б р а з о м отвечает с о ц и а л ь н о й функции административ ных з д а н и й.

Х а р а к т е р н о й чертой архитектурного п е й з а ж а никола евского П е т е р б у р г а стали т а к н а з ы в а е м ы е с ъ е з ж и е д о м а.

Это был специфический, с л о ж и в ш и й с я в России тип ад м и н и с т р а т и в н о г о з д а н и я, с о е д и н я в ш е г о в себе функ ции местного полицейского у п р а в л е н и я и п о ж а р н о й час ти. К а к п р а в и л о, з д а н и я эти з а в е р ш а л и с ь высокой б а ш н е й - к а л а н ч о й, с которой д е ж у р н ы й п о ж а р н ы й следил за окрестностями. Со временем т а к а я к а л а н ч а приобрела значение « с и м в о л а, вечного а т р и б у т а всякого дома по л и ц е й с к о г о у п р а в л е н и я, не только в Петербурге, но и во всей России, от А р х а н г е л ь с к а и, вероятно, до Кам * З д а н и е Г о р о д с к о й д у м ы б ы л о н а д с т р о е н о четвертым и пятым э т а ж а м и в 1913—1914 г о д а х ( а р х и т е к т о р В. А. К е н е л ь ). В 1986 году верхний э т а ж был р а з о б р а н.

чатки»,— писал позднее, в 1874 году, в ж у р н а л е «Зод чий» архитектор Н. Ф. Брюлло 4. К середине XIX века в Петербурге было построено несколько с ъ е з ж и х домов.

Некоторые из них с о х р а н и л и с ь полностью или частич но. От первой трети XIX века о с т а л а с ь п о ж а р н а я к а л а н ча Литейной части (улица Ч а й к о в с к о г о, 4 9 ). З д а н и е Ка занской части, с т о я щ е е на углу С а д о в о й улицы (дом № 58) и Б о л ь ш о й П о д ь я ч е с к о й, б ы л о возведено е щ е в первой трети XIX века, в 1840-х годах оно приобрело об лик, близкий к современному, хотя позднее частично п е р е с т р а и в а л о с ь. В проектировании и строительстве у ч а с т в о в а л и архитекторы В. Беретти, В. М о р г а н, А. Л ы т кин и др.

З д а н и е с ъ е з ж е г о дома Коломенской части, построен ное в середине 1840-х годов архитектором Р. А. Ж е л я з е вичем, стало архитектурной д о м и н а н т о й К а л и н к и н о й пло щади ( п л о щ а д ь Репина, 1). Оно з а в е р ш а е т с я высокой башней-каланчой. Стилистическим прототипом этой постройки послужили ратуши и т а л ь я н с к и х городов, воз веденные в период позднего с р е д н е в е к о в ь я и В о з р о ж д е ния: в этом т о ж е м о ж н о усмотреть с в о е о б р а з н о е вопло щение принципа «умного в ы б о р а ». Архитектурные мотивы ренессанса, умело претворенные Желязевичем, по зволили с о з д а т ь в ы р а з и т е л ь н ы й а р х и т е к т у р н ы й о б р а з, р а с к р ы в а ю щ и й специфическую а д м и н и с т р а т и в н у ю функ цию з д а н и я. Интересной особенностью постройки я в л я ется о б н а ж е н н а я кирпичная к л а д к а. Т щ а т е л ь н о выпол ненная, она своей ф а к т у р о й и своим цветом с о з д а е т то сочетание деловитости и некоторой суровости, ко торое о п р е д е л я е т и оригинальность, и особую в ы р а з и тельность облика с ъ е з ж е г о д о м а. Это, несомненно, один из наиболее интересных п а м я т н и к о в а р х и т е к т у р ы Петербурга середины XIX века, а новаторский прием о б н а ж е н н о й кирпичной кладки п о з в о л я е т с ч и т а т ь это з д а н и е в числе первых примеров того р а ц и о н а л ь н о г о «кирпичного стиля», который позднее, в последней трети XIX века, станет одним из наиболее интересных н а п р а в лений русской архитектуры.

В П е т е р б у р г е —- «военной столице»— были р а с к в а р тированы многие гвардейские и а р м е й с к и е полки. В се редине XIX века п р о д о л ж а л о с ь строительство новых, более вместительных и к а п и т а л ь н ы х з д а н и й к а з а р м, ма нежей, госпиталей, а р с е н а л о в. Нередко они о б р а з о в ы вали б о л ь ш и е комплексы, з а н и м а в ш и е целые к в а р т а л ы.


Таков, например, обширный комплекс к а з а р м С в о д н о г о к а з а ч ь е г о полка н а О б в о д н о м к а н а л е (дома № 2 1 — 2 5 ), С ъ е з ж и й д о м К о л о м е н с к о й части.

А р х и т е к т о р Р. А. Ж е л я з е в и ч, с е р е д и н а 1840-х гг.

Фотография автора.

построенный архитектором И. Д. Ч е р н и к о м в 1846— годах. Он же совместно с а р х и т е к т о р о м Р. А. Ж е л я з е в и чем в 1 8 4 3 - 1 8 4 8 годах возвел р я д корпусов в комплек се к а з а р м л е й б - г в а р д и и Конного полка: с о л д а т с к у ю ка з а р м у ( К о н н о г в а р д е й с к и й б у л ь в а р, 4 ), с л у ж е б н ы е кор пуса (улица Якубовича, быв. Н о в о - И с а а к и е в с к а я, 6) и др. Б о л ь ш о й к в а р т а л вдоль Е к а т е р и н и н с к о г о к а н а л а (ныне канал Грибоедова, 133) з а н я л комплекс к а з а р м Морского гвардейского э к и п а ж а, построенный в 1850-х годах (военный инженер М. А. П а с ы п к и н и д р. ).

Суровый, с д е р ж а н н ы й, по-военному подтянутый, а нередко и просто монотонный облик к а з а р м т о ж е стал од ной из х а р а к т е р н ы х черт н и к о л а е в с к о г о П е т е р б у р г а. В их архитектуре явно п р е в а л и р о в а л и д е л о в и т о с т ь и прак тицизм. В этом отношении н и к о л а е в с к а я эпоха резко о т л и ч а л а с ь от первых десятилетий XIX века, когда, в пе риод расцвета к л а с с и ц и з м а, в архитектуре воинских ка зарм стремились з а п е ч а т л е т ь п а м я т ь о подвигах русских солдат и о ф и ц е р о в, «покрытых с л а в о ю чудесного похо да и вечной п а м я т ь ю Д в е н а д ц а т о г о года», как это сде лал, например, В. Г1. Стасов, п р и д а в ш и й а р х и т е к т у р н о м у облику к а з а р м ы л е й б - г в а р д и и П а в л о в с к о г о полка на М а р с о в о м поле отчетливо в ы р а ж е н н ы й героический, во енно-мемориальный х а р а к т е р.

О д н а к о и в середине XIX зека при постройке зданий воинских к а з а р м на ответственных в архитектурном от ношении у ч а с т к а х в центральных р а й о н а х П е т е р б у р г а их облик стремились с д е л а т ь в ы р а з и т е л ь н ы м, а застрой ке придать а н с а м б л е в ы й х а р а к т е р. Но эти з а д а ч и реша лись у ж е иными х у д о ж е с т в е н н ы м и с р е д с т в а м и и в иной архитектурной стилистике: как правило, переходной от сухого « к а з а р м е н н о г о » к л а с с и ц и з м а к неоренессансу •— но т о ж е в очень с д е р ж а н н о й безордерной его т р а к т о в к е, отвечающей функции з д а н и й.

Один из наиболее интересных примеров группа зданий, построенных в середине 1840-х годов на набе режной Мойки, по обеим сторонам в ы х о д я щ е й к ней Б л а говещенской улицы (ныно улица Т р у д а ). К востоку от н а ч а л а улицы Труда вдоль Монки (современным а д р е с — улица Герцена, 67) вытянулся дли ними корпус к а з а р м ы офицеров л е й б - г в а р д и и Конного полка, построенный ар хитектором И. Д. Черником. З д а н и е в основном двух э т а ж н о е, на высоком гранитном цоколе, п р о р е з а н н о м окнами. Ц е н т р а л ь н ы й р и з а л и т и короткие б о к о в ы е риза литы выполнены более высокими — т р е х э т а ж н ы м и. Ф а с а д оштукатурен, о б р а б о т а н неглубоким рустом и вы крашен в кирпично-красный цвет. Стилистика ф а с а д а — К о м п л е к с к а з а р м н а н а б е р е ж н о й Мойки о к о л о П о ц е л у е в а моста, п о с т р о е н н ы х в с е р е д и н е 1840-х гг. С л е в а — « К р ю к о в с к и е к а з а р м ы »

Ф л о т с к о г о э к и п а ж а, военный и н ж е н е р М. А. Пасыпкин. П р а в е е — з д а н и е к а з а р м ы о ф и ц е р о в л е й б - г в а р д и и К о н н о г о полка, а р х и т е к т о р И. Д. Черник.

Л и т о г р а ф и я Ш. Б а ш е л ь е по рисунку И. Ш а р л е м а н я, 1850-е гг.

переходная от позднего сдержанного классицизма (су ховатые наличники окон первого этажа, плоский гранит ный портал в центре, украшенный ампирной воинской атрибутикой) к неоренессансу («брамантовы окна»* второго этажа, карнизы, завершенные массивными парапетами). На соседнем участке, между улицей Труда и Крюковым каналом, стоит принадлежавшее морскому ведомству здание Флотского экипажа — так называемые Крюковские казармы, построенные по проекту военного ин женера М. А. Пасыпкина, разработанному и утвержден ному в 1844 году 5. Его фасады, выполненные в обнажен ной кирпичной кладке, по общей архитектурной харак теристике, прорисовке деталей (наличников, парапетов) и по цвету перекликаются с соседним зданием Конно гвардейской офицерской казармы и образуют на набе * Т е р м и н о м « б р а м а н т о в ы о к н а » в с е р е д и н е X I X века н а з ы в а л и с ь окна с н а л и ч н и к а м и о с о б о г о, х а р а к т е р н о г о д л я р е н е с с а н с а т и п а : в виде п р я м о у г о л ь н о й рамки, о х в а т ы в а ю щ е й арочный проем. Одним из первых т а к и е окна и с п о л ь з о в а л а р х и т е к т о р Д. Б р а м а н т е в п а л а ц ц о Канчел л е р и я в Риме.

режной Мойки вблизи П о ц е л у е в а моста с в о е о б р а з н ы й ансамбль.

Примером удачного а н с а м б л е в о г о р е ш е н и я я в л я ю т ся два жилых з д а н и я д л я к в а р т и р о ф и ц е р о в л е й б - г в а р дии Конной а р т и л л е р и й с к о й б р и г а д ы, построенных в начале 1850-х годов на н а б е р е ж н о й Невы, у н а ч а л а Л и тейного проспекта: к этому времени было снесено постро енное еще в XVIII веке с т а р о е з д а н и е Л и т е й н о г о д в о р а, и Литейный проспект решено было продлить до Невы.

Д о м а, спроектированные а р х и т е к т о р о м А. П. Гемилиа ном, о б р а з у ю т хорошо у р а в н о в е ш е н н у ю а н с а м б л е в у ю композицию — своего рода пропилеи у н а ч а л а Л и т е й ного проспекта. Их ф а с а д ы решены в ф о р м а х ордер ной разновидности неоренессанса — с и с п о л ь з о в а н и е м п о э т а ж н о г о ордера в виде пилястр. П е р в ы е э т а ж и обра ботаны рустом, окна вторых э т а ж е й получили н а р я д н ы е ренессансные наличники — в виде портиков из неболь ших пилястр коринфского о р д е р а, о х в а т ы в а ю щ и х ароч ные оконные проемы и з а в е р ш е н н ы х ф р о н т о н ч и к а м и — треугольными и лучковыми. Этот тип оконных налични ков, п о я в и в ш и х с я в а р х и т е к т у р е и т а л ь я н с к о г о ренессанса в начале XVI века, был позднее неоднократно исполь зован петербургскими а р х и т е к т о р а м и. С о з д а н н а я Геми лианом « п р о п и л е е о б р а з н а я » композиция из двух с х о ж и х по архитектуре з д а н и й, быть м о ж е т, в какой-то мере бы ла п о д с к а з а н а постройками Н. Е. Е ф и м о в а на И с а а к и е в ской п л о щ а д и. В свою очередь, этот прием о ф о р м л е н и я н а ч а л а улицы идентичными з д а н и я м и был подхвачен и в д а л ь н е й ш е м неоднократно применен петербургскими ар хитекторами во второй половине X I X — н а ч а л е XX века.

В. о р ы м крупным произведением А. Г1. Г е м и л и а н а яв л я е т с я комплекс з д а н и й А р с е н а л а на Выборгской стороне (улица Комсомола, быв. С и м б и р с к а я, 1, 2, 3 ), с о з д а н ный в 1844—1849 годах (строительство з а в е р ш и л архи тектор Л. А. Т о н ). В 1881 году ж у р н а л « Н е д е л я строи теля» отмечал, что комплекс зданий А р с е н а л а «по зна чительности и конструкции о б р а щ а е т и теперь на себя внимание» 1 '. Д е й с т в и т е л ь н о, это один из лучших о б р а з ц о в своеобразного а н с а м б л я утилитарных производствен ных зданий военного ведомства. Их с д е р ж а н н ы е ф а с а д ы, выполненные в о б н а ж е н н о й кирпичной кладке, р а з м е ренный ритм арочных окон, хорошо найденные пропор ции с о з д а ю т по-своему в ы р а з и т е л ь н ы е а р х и т е к т у р н ы е о б р а з ы, органично о т в е ч а ю щ и е функции и конструктив ным особенностям построек.

Одно из самых монументальных и значительных в а р х и т е к т у р н о - х у д о ж е с т в е н н о м отношении зданий, возве денных в центре П е т е р б у р г а в середине XIX века,— ог ромный корпус А р с е н а л а, построенный на территории К р о н в е р к а П е т р о п а в л о в с к о й крепости, на северном бе регу К р о н в е р к с к о г о протока. Он был с о о р у ж е н в 1850 — 1860 годах по проекту а р х и т е к т о р а П. И. Т а м а н с к о г о.

Вскоре, н а ч и н а я с 1869 года, в А р с е н а л е стали хранить т р о ф е й н ы е пушки, з н а м е н а, ш т а н д а р т ы, а з а т е м, в году, в нем был с о з д а н Артиллерийский музей (ныне -• Военно-исторический музей артиллерии, инженерных войск и войск с в я з и ). К о н с т р у к ц и я з д а н и я Арсенала, в соответствии с его специфической функцией, отличается мощностью. М а с с и в н ы е стены были с л о ж е н ы из извест няковой плиты и о б л и ц о в а н ы кирпичом. Следует особо отметить высокое качество кирпичной кладки: она с т а л а в а ж н ы м х у д о ж е с т в е н н ы м компонентом архитектурного облика з д а н и я. В а р х и т е к т у р е А р с е н а л а переплелись р а ц и о н а л и з м (это один из примеров н а ч и н а ю щ е г о с я «кирпичного с т и л я » ) и с в о е о б р а з н о претворенные роман тические тенденции: суровые массивы стен прорезаны немногочисленными о к н а м и - а м б р а з у р а м и, ворота оформ лены п о р т а л а м и со с т и л и з о в а н н ы м и и з о б р а ж е н и я м и кре постных б а ш е н. Все это создает выразительный худо жественный образ, р а с к р ы в а ю щ и й специфику з д а н и я, принцип «умного в ы б о р а » и в этом случае с р а б о т а л очень удачно. К и р н и ч н о - к р а с н ы й массив Арсенала перекли к а е т с я с б а с т и о н а м и П е т р о п а в л о в с к о й крепости, возвыша ю щ и м и с я на п р о т и в о п о л о ж н о м берегу Кронверкского протока, с и м в о л и з и р у я историческую в з а и м о с в я з ь кре пости и к р о н в е р к а.


Культовые постройки: церкви, часовни, монастыри.

Выдвинутая правительством Николая I официозная «триединая» идеологическая формула: «самодержавие, п р а в о с л а в и е, н а р о д н о с т ь » — д е к л а р и р о в а л а идейный и политический союз с а м о д е р ж а в н о г о строя и церкви. Это во многом о п р е д е л и л о р а з м а х строительства культовых з д а н и й, их р а з м е щ е н и е в городском пространстве и сти листику их а р х и т е к т у р ы.

О п р е д е л е н н у ю роль в р а з в и т и и церковной архитек туры сыграли и некоторые аспекты духовной культуры того времени, п р е ж д е всего историзм научного и худо жественного мышления, порожденное романтизмом стремление в ы р а з и т ь в а р х и т е к т у р е исторические духов ные и а р х и т е к т у р н о - х у д о ж е с т в е н н ы е т р а д и ц и и н а р о д а, уходящие своими корнями в средневековье. Выше, при описании становления «национального направления»

в русской архитектуре 1830-х годов и возникшего в куль товом зодчестве « р у с с к о - в и з а н т и й с к о г о стиля», эти проб лемы р а с с м а т р и в а л и с ь в их архитектурно-стилистичес ком аспекте.

О д н а к о необходимо отметить и другой аспект - ар хитектурно-градостроительный. Во второй трети строи тельство культовых зданий в П е т е р б у р г е приобрело, по ж а л у й. больший р а з м а х, чем в п р е д ы д у щ и й период. Бо лее весомой с т а л а и г р а д о о б р а з у ю щ а я роль церковных зданий: они р а з м е щ а л и с ь в у з л о в ы х т о ч к а х городского пространства — на п л о щ а д я х, перекрестках улиц, о ж и в ленных м а г и с т р а л я х, с т а н о в я с ь активными д о м и н а н т а ми архитектурного л а н д ш а ф т а столицы. В этом т а к ж е можно усмотреть определенный в о з в р а т к т р а д и ц и я м русского средневекового г р а д о с т р о и т е л ь с т в а. П о д н я в шиеся в петербургское небо купола, колокольни и многочисленные л у к о в и ч н ы е маковки Церквей внесли в силуэт города новые черты, в ы з ы в а ю щ и е отчетливые ас социации со старинными городами России и несколько о с л а б и в ш и е его классицистический «европеизм». О д н а к о с к а з а н н о е в большей мере относится к периферийным рай онам столицы, ибо в центре города одной из главных высотных д о м и н а н т стал позолоченный гигантский ку пол И с а а к и е в с к о г о с о б о р а, п о д н я в ш и й символ п р а в о с л а вия крест — на стометровую высоту.

Строительство грандиозного И с а а к и е в с к о г о с о б о р а, возведенного в 1818 -1858 годах по проекту и под руко водством а р х и т е к т о р а О. М о н ф е р р а н а, с т а л о одной из в а ж н е й ш и х строек николаевской эпохи. О г р о м н ы е р а з м е ры з д а н и я, его д о р о г а я отделка, великолепные интерь еры с их многочисленными росписями и м о з а и к а м и, соз данными по эскизам в ы д а ю щ и х с я х у д о ж н и к о в К- П. Б р ю л лова, Ф. А. Бруни, В. К. Ш е б у е в а, Т. А. Н е ф ф а и р я д а других, обильное скульптурное у б р а н с т в о ф а с а д о в, ис полненное из бронзы з а м е ч а т е л ь н ы м и с к у л ь п т о р а м и монументалистами И. П. Витали, А. В. Л о г а н о в с к и м, Ф. Л е м е р о м, П. К. Клодтом, И. Германом и другими,— все это с о з д а в а л о величественный о б р а з г л а в н о г о к а ф е д рального собора столицы Российской и м п е р и и '. Он при зван был с предельной убедительностью демонстриро вать мощь и незыблемость российского с а м о д е р ж а в и я, его тесный идейный и политический союз с п р а в о с л а в ной ц е р к о в ь ю — т а к о в о было идейно-художественное со держание архитектурного образа собора.

Архитектурные формы И с а а к и е в с к о г о собора, спро е к т и р о в а н н о г о в период позднего к л а с с и ц и з м а, соответст вуют нормам этого стиля. О д н а к о о п р е д е л е н н а я ги г а н т о м а н и я в выборе р а з м е р о в з д а н и я, в ы з в а в ш а я р я д не т о л ь к о технических трудностей, но и м а с ш т а б н ы х не соответствий, может р а с с м а т р и в а т ь с я как одно из сви д е т е л ь с т в н а ч а в ш е г о с я кризиса к л а с с и ц и з м а. Строитель ство собора з а т я н у л о с ь, и т а к как в это время в резуль т а т е о б щ е й стилевой эволюции русской архитектуры к л а с с и ц и з м с м е н и л с я эклектикой, это не могло не отра зиться в о т д е л к е с о б о р а, особенно в его интерьере, где при о б щ е й классицистической структуре композиции по я в и л и с ь мотивы «внеклассицистического» х а р а к т е р а, за и м с т в о в а н н ы е из х у д о ж е с т в е н н о г о наследия ренессанса и б а р о к к о. И все же в целом И с а а к и е в с к и й собор воспри н и м а е т с я к а к п а м я т н и к эпохи к л а с с и ц и з м а — той позд ней стадии стиля, когда он вступил в полосу кризиса.

А р х и т е к т у р н а я стилистика п о д а в л я ю щ е г о большинст ва культовых з д а н и й, построенных во второй трети XIX века, с т а л а у ж е иной: она о п р е д е л я л а с ь установками нового творческого метода, который в о с т о р ж е с т в о в а л в а р х и т е к т у р е тех лет.

Выдвинутый эклектикой принцип соответствия стиля ф а с а д а функции з д а н и я воплотился, в его своеобраз ном преломлении, и в а р х и т е к т у р е культовых построек — в этом отношении период эклектики о к а з а л с я качествен но новым этапом в эволюции з д а н и й этого т и п а.

В период к л а с с и ц и з м а архитектурные формы ф а с а д о в культовых з д а н и й были почти индифферентны по отно шению к их ф у н к ц и о н а л ь н ы м особенностям, обусловлен ным к о н ф е с с и о н а л ь н ы м и р а з л и ч и я м и : з д а н и я иноверчес ких церквей внешне мало о т л и ч а л и с ь от п р а в о с л а в н ы х х р а м о в. Их ф а с а д ы у к р а ш а л и «те же колонны, тот же фронтон». Н а г л я д н о й иллюстрацией могут с л у ж и т ь по строенные Ю. М. Фельтеном в конце 1760—1770-х годах а р м я н с к а я церковь на Невском проспекте ( м е ж д у дома ми № 4 0 и 42, в глубине к в а р т а л а ) и две лютеранские кирхи (на Б о л ь ш о м проспекте В а с и л ь е в с к о г о острова, дом № 1, и на улице С а л т ы к о в а - Щ е д р и н а, быв. Кироч ной, дом № 8, ныне кинотеатр « С п а р т а к » ), Аналогич ную компоновку получила и Ф и н с к а я церковь, постро е н н а я учеником Фельтена архитектором Г.-Х. Паульсеном в 1803—1805 годах (улица Ж е л я б о в а, быв. Б о л ь ш а я К о н ю ш е н н а я, 8 ). П р и с у щ а я к л а с с и ц и з м у художествен но ковь Б л а г о в е щ е н и я на Благовещенской площади.

Архитектор К- А. Тон, 1843—1849 гг.

Фотография конца XIX в.

н а я у н и ф и ц и р о в а н н о с т ь форм отчетливо п р о я в и л а с ь и в з д а н и и католического костела в Ц а р с к о м О л е. соиру.

ж е н н о м в 1825 1826 годах а р х и т е к т о р а м и Л. и Л. Ада мини при участии В. II. С т а с о в а (современный адрес у л и ц а Андрея Васенко, ! 5 ). Хотя при проскгнртатн« п р а в о с л а в н ы х х р а м о в а р х и т е к т о р ы - к л а с с и и т rw нере;

»-. о б р а щ а л и с ь к т р а д и ц и о н н о м ' ' п я т т л а в н ю. тем но м* ие»

о б щ е е архитектурно-стилистическое решение храмов i v цело п о д ч и н я л о с ь художественным нормам клас. иди а С т р е м я с ь преодолеть стилевой « у н и в е р с а л и з м » клас с и ц и з м а и с о з д а т ь более д и ф ф е р е н ц и р о в а н н у ю с истом\ архитектурных о б р а з о в культовых здании, о т р а ж а ю щ у ю особенности их религиозной функции, архигектюры-^клек тики о б р а т и л и с ь к и с п о л ь з о в а н и ю разных исторических стилен, в ы б и р а я тот стилевой прототип, который. по мнению, полнее с о о т в е т с т в о в а л традициям '.лчы'ч pe.t:»

ГЦ и.

« Р у с с к о - в и з а нтииский о ил!••. как у ж е отмечад выше, потому и стал госиодстну ю a u iм а „ ф х т е к ' Л р с пер к вей и монастырей, что, в представлении современна ков, о т в е ч а л «идее п р а в о с л а в н о г о храма-'/, «то ф м ж н и опальной специфике и культовым - ф а д и ц и ы рлчч xof;

п р а в о с л а в н о й церкви. П е р в ы м и примерами *того сгиле во го н а п р а в л е н и и в а р х и т е к т у р е П е т е р б у р г а были иерк ви Святой Е к а т е р и н ы и Введения во храм П р е с в я т ы Б о г о р о д п н ы, построенные 4 в 18:Ю н а ч а л е 1840-х ге-цш з а ч и н а т е л е м крусско-ви ш1. архитектором К. А. Тоном тийского стиля» в петербургской а р х и т е к т у р е и его • деннейшим апологетом (см. с, 47 5!).

В 40 50-х годах XIX века в Петербурге но проек там К. А. Топа п р о д о л ж а л о с ь строительство полковых церквей, р а с п о л о ж е н н ы х вблизи к а з а р м гвардейских пол ков. На Б л а г о в е щ е н с к о й п л о щ а д и (ныне п л о щ а д ь Тру д а ), около к а з а р м К о н н о г в а р д е й с к о г о полка в 1840-х годах п о я в и л а с ь Б л а г о в е щ е н с к а я церковь. На Обводном к а н а л е в 1 8 4 9 - 1 8 5 4 годах построили церковь Святого М и р о н и я — д л я л е й б - г в а р д и и Егерского полка.

Б л а г о в е щ е н с к а я церковь (снесена в 1929 году) была с к о м п о н о в а н а в виде д о в о л ь н о грузного куба, з а в е р ш е н ного ш а т р о в ы м п я т и г л а в и е м. Ш а т р ы и кокошники «рус ского стиля» с о е д и н я л и с ь в композиции церкви с моти в а м и в духе ренессанса (люнеты во ф р о н т о н а х и аттике) и к л а с с и ц и з м а ( п р о ф и л и р о в к а а н т а б л е м е н т о в ). Порта лы дверей и наличники окон повторяли в увеличенных р а з м е р а х а н а л о г и ч н ы е д е т а л и Теремного д в о р ц а в Мос ковском Кремле, построенного в XVII веке. П о в т о р я я Церковь Святого Мирония на н а б е р е ж н о й О б в о д н о г о канала.

Архитектор К. А. Тон, 1849—1854 гг.

Фотография конца XIX в.

композиционные приемы и архитектурные мотивы, харак терные для русского зодчества XVI—XVII веков, Тон не сумел усвоить присущее древним зодчим чувство масш таба и меры в соотношении частей и целого.

Более удачной «вариацией на русские темы» была церковь Святого Мирония (снесена в 1930-х годах). Пре увеличенность масштаба в данном случае не о щ у щ а л а с ь так резко, так как церковь располагалась в свободном пространстве на северном берегу Обводного канала (Об водный канал, 9 9 ). В разработке ее общего силуэта и в трактовке отдельных деталей (пучки тонких колонн, «ра ковины» в закомарах) Тон сумел ближе подойти к ис торическим прототипам, и все же опытный глаз легко об наруживает разницу между ними и тоновской стилиза цией. Она ощущается в несогласованности соотношений отдельных объемов (например, колокольня словно «во ткнута» в нижний четверик), в сухой, жесткой прорисовке самого силуэта церкви и ее отдельных элементов. Разли чие у с у г у б л я е т с я и механической повторяемостью дета лей — этим постройка Тона резко о т л и ч а е т с я от произ ведений древних зодчих, которые очень умело и тонко в а р ь и р о в а л и ф о р м ы наличников, порталов, кокошников, главок, и эта «рукотворность» архитектурных деталей п р и д а в а л а произведениям древнерусского зодчества осо бую поэтичность и з а д у ш е в н о с т ь.

Ц е р к в и Тона своими л у к о в к а м и и ш а т р а м и внесли новые черт],! в силуэт П е т е р б у р г а. Они противоречил:!

традиционному классицистическому х а р а к т е р у п р.хите к турных а н с а м б л е й его центра, но именно это и нрави л о с ь с о в р е м е н н и к а м Тона.

О д н а к о в д а л ь н е й ш е м отношение к произведениям К. Л. Т о н а, весьма в о с т о р ж е н н о е при его жизни, стало меняться. Новые идейно-эстетические течения, возникшие в пореформенной России, выдвинули и новое решение проблемы « н а ц и о н а л ь н о г о стиля» в русской архитекту ре. Т о н о в с к а я а р х и т е к т у р а с т а л а восприниматься одно сторонне: видя в ней т о л ь к о воплощение официозной и те ологической п р о г р а м м ы, а р х и т е к т у р н а я критика послед них д е с я т и л е т и й XIX века почти игнорировала то обсто ятельство, что «русско-византийский стиль» был все же первой попыткой решения проблемы национально)! са мобытности русской архитектуры. Характерно, что В. В. Стасов, ведущий х у д о ж е с т в е н н ы й критик последней трети XIX века, считал, что в творчестве Топа «нацио нальность эта была совершенно о ф и ц и а л ь н а я, искус с т в е н н а я, н а с и л ь с т в е н н а я и поверхностная»*. Д о в о л ь н о сурово о т н о с и л а с ь к постройкам Тона и х у д о ж е с т в е н н а я критика н а ч а л а XX века. У с у г у б л я ю щ е е с я негативное отношение к «русско-визаптийско.му стилю» как порож дению николаевской реакции, а с другой стороны апо логетика к л а с с и ц и з м а, х а р а к т е р н а я для архитектурных воззрений советских зодчих, привели к тому, что компо зиционное в з а и м о д е й с т в и е тоновских церквей с архитек турным л а н д ш а ф т о м города на Неве с т а л о воспринимать ся как н е ж е л а т е л ь н ы й диссонанс. Р а з в е р н у в ш а я с я на р у б е ж е 1920-х и 1930-х годов борьба против «религиозно го м р а к о б е с и я » привела к массовому з а к р ы т и ю церквей, а многие к у л ь т о в ы е з д а н и я были перестроены либо пол ностью снесены Судьба архитектурного наследия К. А. Тона о к а з а л а с ь особенно печальной: в 1930-х го дах, в связи с н а м е ч а в ш и м с я, по так и не осуществлен ным строительством гигантского Д в о р ц а Советов в Моск ве, на берегу Москвы-реки, был взорван храм Христа С п а с и т е л я, с п р о е к т и р о в а н н ы й Тоном в 1832 году как па Церковь Святой царицы Александры на Бабигонских высотах около Петергофа.

Архитектор А. И. Штакеншнейдер, 1851 — 1 8 5 4 гг.

Чертеж середины XIX в.

мятник избавлению Москвы от наполеоновского нашест вия и осуществленный в 1839—1889 годах. Из пяти церк вей, построенных Тоном в Петербурге, четыре были ра зобраны в конце 1920—1930-х годов, и сохранилась, да и то в сильно перестроенном виде, только одна — церковь Преображения на Аптекарском острове, построенная в 1839—1845 годах.

К мотивам «русского» и «русско-византийского» сти ля вслед за Тоном обратились и другие архитекторы.

По проектам Н. Е. Ефимова были построены церковь Святого Николая на Захарьевской улице (1845—1851 гг., находилась на участке дома № 18 по улице Каляева) и Воскресенская церковь в Коломне (1847—1859 гг., стоя ла в центре квадратной площади, ныне носящей имя Ку либина). Обе они были разобраны в начале 1930-х годов.

По компоновке и архитектурной стилистике эти произве дения Н. Е. Ефимова напоминали постройки Тона.

А. И. Штакеншнейдер построил в 1851 — 1 8 5 4 годах вблизи Петергофа, на Бабигонских высотах, церковь Святой царицы Александры — одно из наиболее приме чательных произведений «русского стиля» в архитектуре середины XIX века. Архитектор сумел не только довольно удачно повторить силуэтное построение и детали, харак терные для московских церквей XVII столетия, но и очень Новодевичий монастырь на Царскосельском проспекте.

Архитектор Н. Е. Ефимов, 1848—1861 гг.

Колокольня с о о р у ж е н а в 1891 — 1 8 9 5 гг., архитекторы Л. Н. Бенуа и В. П. Цейдлер.

Фотография конца XIX в. НИМАХ. Публикуется впервые.

органично вписать свою постройку в живописный холмис тый ландшафт, проявив при этом тонкое понимание ком позиционных приемов старых русских зодчих.

В середине XIX века в ближайших окрестностях Пе тербурга было возведено несколько крупных монастыр ских комплексов.

Эффектно возвышался среди полей и небольших рощ Воскресенский Новодевичий монастырь на Царскосель ском проспекте (ныне Московский проспект, 100), по строенный по проекту архитектора Н. Е. Ефимова в 1848— 1861 годах (после смерти Н. Е. Ефимова строительство завершал архитектор Н. А. Сычев). В центре стоял пя тиглавый монастырский собор, увенчанный большим зо лоченым куполом и четырьмя малыми. Горизонтали двух этажных корпусов, в которых размещались кельи мона хинь, прерывались вертикалями двух домовых церквей, завершенных малыми пятиглавиями и шатро выми колокольнями. Проектируя монастырь, Ефимов ста рался опереться на традиции древнерусского зодчества.

Ему удалось создать интересный, живописный силуэт.

Однако симметричность композиции, разномасштабность собора и боковых церквей, а главное, суховатая, жест кая прорисовка деталей делают постройку Ефимова типичным произведением стилизаторской архитектуры се редины XIX века.

В конце XIX века ансамбль Новодевичьего монасты ря был дополнен высокой колокольней, спроектирован ной архитектором Л. Н. Бенуа при участии В. П. Цейд лера. Колокольня, «похожая по архитектуре на колоколь ню Ивана Великого в Москве» 1 0, сделала силуэт монас т ы р е более живописным, приблизив его к традиционным силуэтам древних русских монастырей (она не сохра нилась).

Своеобразной художественной вариацией на темы рус ского зодчества XVII века было большое здание келий со «святыми воротами», построенное А. М. Горностаевым в конце 1 8 4 0 — н а ч а л е 1860-х годов в Троице-Сергиевой пустыни — привилегированном монастыре, расположен ном вблизи Петербурга, у Петергофской дороги. Им же был создан комплекс зданий на острове Валаам ". В цен тре Петербурга А. М. Горностаев построил по заказу церкви несколько зданий, в том числе несохранившуюся часовню Спаса Нерукотворного на Невском проспекте, у портика Перинной линии ( 1 8 5 9 — 1 8 6 0 гг.) и подворье Троице-Сергиевой пустыни (набережная Фонтанки, 4 4 ), ф а с а д которого, к сожалению, полностью утратил свою прежнюю отделку, выполненную в 1850-х годах. Произве дения А. М. Горностаева знаменовали начало нового эта па в развитии национального направления в русской ар хитектуре XIX века. Становление историко-архитектурной науки сопровождалось накоплением все более обширной и точной информации о памятниках древнерусской архи тектуры и о путях ее исторической стилевой эволюции | 2.

Это выдвинуло задачу «научного конструирования наци онального стиля» 13. В ее решении А. М. Горностаеву при надлежала немалая заслуга, что отмечалось В. В. Стасо вым. В произведениях Горностаева чувствуется стремле ние более последовательно опираться на наследие рус ской архитектуры XVI—XVII веков, в частности на- тот расцвет декоративного «узорочья», которым была отмече на архитектура второй половины XVII века. Так в рус ской архитектуре середины XIX века начались те процес сы, которые позднее привели к мощному развитию «рус. ского стиля» в архитектуре последней трети XIX столе тия.

Строительство православных церквей, часовен и мо настырей «в древнем возобновленном стиле» (по опре Троице-Сергиева пустынь.

Корпус келий с надвратной церковью.

Архитектор А. М. Горностаев, 1844—1861 гг.

Рисунок второй половины XIX в.

делению И. И. Свиязева) было связано прежде всего с тем, что они стали восприниматься общественным созна нием середины XIX века как «символ нации, националь ной культуры, ее исторической неповторимости и значе ния» 1. Определенную роль сыграли и функциональные соображения, связанные с принципом «умного выбора».

И все же произведения национального направления ока зались в сложных, неоднозначных взаимоотношениях с их историческими прототипами. Хотя родственность, функции способствовала повторению в церквах XIX века композиционных приемов древнерусского зодчества и его стилистики, тем не менее разница между ними все же оказалась весьма значительной.

Зодчие Древней Руси были выходцами из народа и в своих произведениях воплощали его веру, его чаяния, его представления о прекрасном. Древнерусская архитектура Часовня Спаса Нерукотворного у Г о с т и н о г о д в о р а на Невском проспекте.

Архитектор А. М. Г о р н о с т а е в, 1 8 5 9 — 1 8 6 0 гг.

Гравюра 1860-х гг.



Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 10 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.