авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 6 | 7 || 9 | 10 |

«БЛИЖНИЙ ВОСТОК И СОВРЕМЕННОСТЬ 27 27 Москва 2006 БЛИЖНИЙ ВОСТОК И СОВРЕМЕННОСТЬ 28 ...»

-- [ Страница 8 ] --

В этой связи актуализируется весь комплекс вопросов, связанных с созданием системы коллективной безопасности в регионе Ближнего Востока и Северной Африки, с быстрейшим политическим урегулированием ближневосточного конфликта, ликвидацией питательной почвы для сепаратистских и экс тремистских сил и движений, для международного террориз ма через экономические и политические реформы, эффектив ное управление.

http://www.eia.doe.gov/emeu/cabs/Algeria.html (EIA Country Analysis Briefs Algeria. January 30.2001).

World Bank. Summary Tables Severely Indebted Middle-Income Countries.

Global Development Finance. Vol. 1, 1997, с. 206–207.

The Middle East and North Africa. 2004. L., 2004, с. 137–140.

The Middle East Economic Digest. L., 2005, № 10, с. 54–55.

http//www.eia.doe.gov/emeu/cabs.sudan.html (EIA Country Anal ysis Brief Sulan. November 2000).

Ближний Восток: проблемы региональной безопасности. – М.:

Институт изучения Израиля и Ближнего Востока, 2000.

И.В.Гордеев ДОБЫЧА УГЛЕВОДОРОДОВ В СТРАНАХ БЛИЖНЕГО ВОСТОКА И СЕВЕРНОЙ АФРИКИ И ПРОБЛЕМА ЭНЕРГЕТИЧЕСКОЙ БЕЗОПАСНОСТИ (НА ПРИМЕРЕ ЛИВИИ) Анализ основных тенденций экономического развития арабских стран во второй половине ХХ – начале ХХI вв. свиде тельствует о том, что имеющие основополагающее значение для преодоления хозяйственной слаборазвитости и перифе рийного сырьевого характера национальных экономик струк турные преобразования последних десятилетий протекают с немалыми трудностями. Хотя прогресс, достигнутый многими арабскими странами, прежде всего продуцентами нефти и га за, в диверсификации отраслевой структуры национальных хо зяйств, значителен, он носит замедленный характер и сопро вождается кризисными явлениями в экономике.

Это проявляется в целом ряде характеристик современных национальных экономик стран Ближнего Востока и Северной Африки, включая Ливию:

– в относительно скромных масштабах современных отрас лей, особенно таких, как машиностроение, радиоэлектроника и т.п.;

– в невысоком уровне развития такой ключевой отрасли, как сельское хозяйство, и потому – в сохранении исключитель ной зависимости от импорта многих жизненно важных видов продовольствия;

– в низкой доле продукции обрабатывающей промышлен ности в валовом внутреннем продукте (ВВП) и в целом в невы сокой доле товарного экспорта (исключая углеводороды и про дукты их переработки) в суммарной стоимости национального экспорта;

– в относительно невысоких темпах экономического роста и, главное, в их заметной неустойчивости, зависимости от внешних, конъюнктурных факторов (от уровня цен на энерго носители, в особенности).

– в сохраняющейся на протяжении длительного времени монотоварности, однобокости структуры национальных экономик.

В силу вышесказанного, несмотря на достигнутые успехи в экономическом развитии за последние полвека, большинство арабских стран-продуцентов нефти и газа и среди них один из крупнейших мировых производителей нефти – Ливия – все еще в сильной мере зависят от состояния нефтегазового комплек са. Доходы от добычи, переработки и экспорта углеводородов, как и 50 лет назад, формируют на 95% валютные резервы, до 50% и более – государственный бюджет и до 1/3 и более – ВВП этих стран.

В свою очередь, состояние нефтегазовой отрасли опреде ляется множеством динамично меняющихся взаимосвязанных внутренних (национальных) и внешних (международных) факто ров, особенно стабильностью и безопасностью хозяйственной деятельности разнообразных объектов нефтегазовой сферы.

Среди всего круга проблем, связанных с растущей необхо димостью гарантированно обеспечить стабильную работу нефтегазовой отрасли в странах Ближнего Востока и Северной Африки, с начала текущего столетия особое место занимают следующие вопросы:

– обеспечение безопасности в районах разработки место рождений нефти и газа, прохождения коммуникаций, по кото рым осуществляется транспортировка жидких и газообразных углеводородов и продуктов их переработки, объектов по пере работке добытых энергоносителей и т.д.;

– постоянное пополнение разведанных запасов углеводо родов с тем, чтобы не допустить преждевременного исчерпа ния извлекаемых запасов на разрабатываемых месторождени ях и не нанести невосполнимый ущерб эксплуатируемым ис точникам нефти, что ведет к их преждевременному истощению;

– привлечение в нефтегазовую отрасль современных тех нологий, позволяющих не только повысить степень извлекае мости углеводородного сырья, но и сдерживать рост издержек при добыче и переработке энергоносителей и т.п.;

– своевременное развитие транспортных и прочих коммуни каций для доставки нефти и газа, а также продуктов их перера ботки потребителю, особенно их экспортных составляющих;

– наращивание перерабатывающих мощностей для полу чения продукции с высокой степенью добавленной стоимости, мировые рынки которой отличаются относительно высокой устойчивостью в условиях колебаний политической и экономи ческой конъюнктуры;

– реформирование институциональной и управленческой си стем в нефтегазовой отрасли с целью ее гибкого и скорейшего приспособления к быстро меняющимся условиям мирового хо зяйства в условиях глобализации и некоторого отставания национальных экономик арабских стран в адаптации к новым тенденциям регионального и глобального измерения (масшта ба).

Ливия относится к числу тех стран региона, которые в 80– 90-е годы ХХ в. в силу известных обстоятельств была обвинена в поддержке международного терроризма, против СНЛАД были введены на длительный период жесткие международные санк ции, ее территория подверглась локальным ракетно-бомбовым ударам со стороны Соединенных Штатов Америки, обвинявших Триполи в поддержке международных террористических группи ровок, выступающих под знаменем ислама. Международные санкции наряду с острой конфронтацией с Соединенными Шта тами Америки и возросшей напряженностью в отношениях с Европой привели к дестабилизации международной обстанов ки вокруг Ливии и прилегающих к ней районов, заблокировали нормальное воздушное сообщение с этой страной, ограничили ее международные, в том числе деловые контакты, лишили возможности привлекать иностранные инвестиции, импортиро вать многие жизненно важные виды производственного обору дования, в том числе для нефтегазовой сферы.

Все это самым отрицательным образом сказалось на со стоянии и развитии ключевой отрасли ливийской экономики – добыче, переработке и экспорте углеводородов и продуктов их переработки. Хотя в период обострения международной об становки вокруг СНЛАД хозяйственная деятельность в нефте газовой сфере не прекращалась и в целом, сократившись, оставалась на относительно высоком уровне, в отрасли посте пенно складывались предпосылки, которые угрожали прекра щением добычи на основных нефтепромыслах, остановкой ря да ключевых объектов по транспортировке и переработке энергетического сырья, падением важнейших показателей ее хозяйственной деятельности.

Существовала и росла по мере продолжения санкций угроза нанесения невосполнимого ущерба ценнейшим источникам (ме сторождениям) нефти. В этом отношении показательно то, что происшедшее более чем двукратное падение добычи в Ливии – до 70 млн. т в 1970–74 гг. по сравнению со 160 млн. в 60-е годы так и не было вплоть до настоящего времени восстановлено.

В период действия санкций, главным образом со второй половины 90-х годов ХХ в., отмечается также существенное замедление темпов роста разведанных запасов, почти полное отсутствие открываемых крупных месторождений нефти.

Между тем по мере отдаления от начального периода экс плуатации ливийских месторождений нефти, а с того времени прошло уже более полувека, все острее вставали вопросы ин тенсификации разведочных работ, привлечении новейших за рубежных технологий с целью продления сроков службы нахо дящихся в эксплуатации месторождений и недопущения их преждевременной утраты в результате превышения допусти мых норм добычи.

Хотя доказанные ливийские запасы нефти достаточно внушительны, в том числе в сравнении с уровнем годовой до бычи (29,5 млрд. барр. хватит на 59 лет), по оценкам экспертов ведущих промышленно развитых стран, в течение необычно длительного периода времени – с 1995 по 2002 гг. – ливийские разведанные запасы нефти оставались на уровне середины последнего десятилетия ХХ в.

За период действия международных санкций (вторая по ловина 80-х годов – начало ХХI в.) заметно ухудшились многие важные макроэкономические показатели, которые свидетель ствовали о серьезном кризисном состоянии национальной эко номики страны и даже деградации ее отдельных отраслей. По следнее особенно относится к такому ключевому сектору ли вийской экономики, как инфраструктура страны, которая явля ется важнейшим базовым элементом нормальной хозяйствен ной деятельности нефтегазового комплекса.

Тяжелым бременем на экономику Ливии ложились и непо мерно высокие расходы на содержание армии, которые хотя и сократились в 90-е годы из-за падения доходов от экспорта нефти и кризисных явлений в экономике, все же оставались достаточно высокими, превышая 1 млрд. долл.

Между тем в период действия международных санкций из за физического и морального устаревания основных производ ственных фондов не только нефтегазовый комплекс, но и мно гие отрасли ливийской экономики остро нуждались в модерни зации. По оценкам экспертов, Ливии требовалось до 30 млрд.

долл. для технического перевооружения ее экономики. Их мог дать только нефтегазовый комплекс, а также приток иностран ных инвестиций, полностью зависящий от положения дел в нефтегазовом хозяйстве.

Таким образом, в начале ХХI в. Ливия стояла перед насто ятельной необходимостью добиться отмены международных санкций, включая те, которые были введены против нее Со единенными Штатами Америки;

покончить с изоляционистским курсом с тем, чтобы обеспечить нормальную хозяйственную деятельность ключевого звена ее национальной экономики – нефтегазовой отрасли, привлечь в необходимых объемах ино странные инвестиции и новейшие технологии и на этой основе продолжить экономическое развитие. Актуальность решения этой задачи, тесно сопрягающейся с проблемой экономической безопасности страны, особенно рельефно обозначилась в про цессе развертывания процессов глобализации в мире, несов местимости международной изоляции с экономическим ростом и социальным прогрессом.

Таким образом, международные санкции, осознание всей па губности политики изоляционизма привели на рубеже ХХ-ХХI вв.

к глубокому пересмотру ливийским режимом внешней политики, отказу Триполи от наиболее одиозных целей своего внешнепо литического курса, вызывавших тревогу и беспокойство среди мирового сообщества. Новая внешняя политика СНЛАД, откры вающая простор для восстановления партнерских отношений с Европой и Соединенными Штатами Америки, другими центрами мировой экономики, способствовала улучшению международно го климата вокруг Ливии, притоку иностранных инвесторов в различные сферы экономики, прежде всего в нефтегазовую.

Тем самым создаются необходимые условия и предпосыл ки – экономические, политические – для ослабления угроз как внутренних, так и международных для нормальной деятельно сти нефтегазового комплекса Ливии.

Кукушкин В. Нефтегазовая промышленность Африки // Стра ны Африки. 2002. – М.: Институт Африки РАН, 2002, с. 24.

The Middle East and North Africa. 2004. L., 2004, с. 137–140.

The Middle East and North Africa. 2004. L., 2004, с. 800.

Middle East Economic Digest. L., 2005, № 10, с. 54–55.

Ближний Восток: проблемы региональной безопасности. – М.:

Институт изучения Израиля и Ближнего Востока, 2000, с. 134.

The Petroleum Economist. L.

Л.П.Зудина ВОПРОСЫ УКРЕПЛЕНИЯ ВНУТРЕННЕЙ БЕЗОПАСНОСТИ: СОЦИАЛЬНЫЙ АСПЕКТ (ОПЫТ ТУНИСА) Проблема обеспечения безопасности является важным условием развития Туниса, успешного выполнения постав ленных им целей политического, экономического, культурного развития, проведения намеченных в этих областях реформ.

В эпоху глобализации, быстрого развития межгосударствен ных, региональных и межрегиональных связей на всех уров нях и во всех сферах современной жизни, в условиях воз растания угрозы международного терроризма большое зна чение приобретают также вопросы стабилизации внутренне го положения в стране. К слову, противодействие террориз му, религиозному экстремизму и организованной преступно сти стало важным направлением внешней политики совре менного Туниса.

Задача обеспечения безопасности затрагивает целый ком плекс взаимосвязанных аспектов, включающих как непосред ственное укрепление силовых структур, так и демократизацию политической жизни, проведение структурных реформ и либе рализацию экономики, решение острых социальных проблем в интересах развития страны и др. В условиях активизации борьбы с международным терроризмом во всем мире почти двадцатилетний опыт Туниса по стабилизации внутреннего по ложения может представлять определенный интерес.

В своем обращении к соотечественникам после прихода к власти в ноябре 1987 г. президент Зин аль-Абидин бен Али, приняв присягу, провозгласил верность Туниса международ ным обязательствам и обещал проведение широких экономи ческих и политических реформ с целью покончить с беспоряд ками и коррупцией, содействовать развитию демократического процесса, улучшить положение трудящихся и отвести угрозу исламского терроризма в стране.

В середине 80-х годов в условиях нарастания кризисных явлений в экономике и ухудшения материального положения трудящихся основная угроза внутренней безопасности исходи ла не от оппозиционных партий, поскольку правящая партия Демократическое конституционное объединение (ДКО) факти чески пользовалась монополией в политической жизни страны, а от экстремистски настроенных религиозных групп. Поэтому одним из важных аспектов укрепления внутренней стабильности стала жесткая политика по отношению к любым проявлениям религиозного экстремизма. После серии терактов в начале 90-х годов в результате арестов и последовавших судебных процес сов против руководителей и членов экстремистских исламских группировок их организационные структуры были разрушены, а сами группировки запрещены. Был принят закон, запретивший пропаганду и использование ислама в политических целях.

После прихода Бен Али к власти более активно стал про водиться курс на осуществление либеральных экономических реформ и модернизацию экономических структур с целью даль нейшей их интеграции в мировой рынок. После присоединения Туниса к ЕС в качестве ассоциированного члена в 1995 г. и сня тия в перспективе всех таможенных барьеров перед тунисским руководством встала проблема преодоления возможных нега тивных последствий этого шага в виде разорения неконкурен тоспособных предприятий, кризисных явлений в экспортных отраслях промышленности, роста безработицы, которая и так значительна и др. Было принято решение ускорить рыночные реформы, модернизировать предприятия в соответствии с международными стандартами, ускорить создание новых рабо чих мест с ориентацией на иностранную финансовую помощь, поскольку структурные реформы и осуществлялись в соответ ствии с рекомендациями МВФ.

Важным звеном структурной перестройки хозяйства стала провозглашенная в 80-е годы приватизация государственной собственности. Ее целью является не только сокращение обременительного для государства дотирования малоэффек тивных предприятий, но и расширение социальной базы режи ма, содействие росту не только мелкой, но и средней и крупной буржуазии, представители которой могли бы в будущем взять в свои руки крупные тунисские промышленные предприятия, в том числе и в стратегических отраслях, находящихся пока под контролем государства.

В середине 90-х годов в частном секторе экономики бы ло сосредоточено более 50% инвестиций, в дальнейшем их удельный вес предполагалось довести до 70%. Частный сек тор финансирует около 63% капиталовложений в промыш ленность, а в туристический сектор – до 98%. Продолжа лась либерализация внешней торговли, снижались таможен ные пошлины на многие категории товаров. Уже к 1995 г.

свободные цены были введены на 90% в сфере производ ства и на 50% в сфере распределения.

Следует, правда, оговориться, что проводимая приватиза ция отстает от запланированных темпов, сталкиваясь с трудно стями как чисто технического, так и социального плана. К концу выполнения IX-го пятилетнего плана развития хозяйства (1997– 2001 гг.) из 159 государственных предприятий, подлежавших приватизации, было приватизировано лишь 78. Доля иностран ного участия в них составляла 64%.

Стабильное экономическое и валютно-финансовое поло жение привлекает в страну иностранных инвесторов. В Тунисе создан благоприятный инвестиционный климат. Кодекс про мышленных инвестиций, принятый в 1987 г., установил, в част ности, новые льготы и гарантии для иностранных вкладчиков, включая право свободного перевода за рубеж вложенного в твердой валюте капитала, прибылей и средств от продажи или ликвидации активов, находящихся в стране. Тунисский инве стиционный кодекс является одним из самых либеральных среди стран МЕНА (группа стран Ближнего Востока и Северной Африки). В последние годы наблюдается рост прямых ино странных инвестиций в Тунисе. В 1997–2001 гг. Тунису удалось привлечь в страну 2,8 млрд. долл. в виде инвестиций по срав нению с 2,4 млрд. долл. в 1992–1996 г. В 2002 г. они составили 670,2 млн. долл., а в 2003 г. – уже около 1 млрд. долл. Эти ка питаловложения позволили создать 910 новых компаний, а всего число фирм с иностранным участием достигло 2300, что к концу 2001 г. обеспечило занятость 212 тыс. человек.

Вместе с тем, по подсчетам тунисских экономистов, как уже отмечалось, ассоциация с Европейским Союзом и снятие таможенных барьеров может привести к разорению многих ту нисских предприятий, не выдержавших конкуренции, спаду в промышленном производстве и, следовательно, к росту безра ботицы. Поэтому правительство Туниса приняло ряд мер для смягчения этих отрицательных для экономики последствий.

В частности, осуществляется специальная программа по ре структуризации подлежащих приватизации и других предприя тий, направленная на их модернизацию в соответствии с евро пейскими стандартами и переобучение кадров. Так, по данным министерств профессионального образования и занятости, ежегодно придется переобучать или повышать квалификацию примерно 10 тыс. рабочих с реструктурируемых промышлен ных предприятий. Согласно данным о выполнении IX-го плана развития (1997–2001 гг.) к концу 2001 г. более 2000 компаний приняли правительственную программу модернизации и повы шения эффективности производства. Половина из них уже ре структурировала свои предприятия, что потребовало вложений в сумме 1,6 млрд. долл. 130 компаний получили специальные сертификаты соответствия необходимым стандартам.

Ассоциация с ЕС открыла перед Тунисом новые дополни тельные возможности для получения финансовых средств для модернизации экономики. Так, в 2003 г. Европейский инвести ционный банк предоставил Тунису ссуды на цели стабилизации экономики на рекордную сумму в 395 млн. евро, что составило 35% от всех иностранных вложений.

Меры по последовательному внедрению в экономику ры ночных механизмов, приватизация части госсобственности и либерализация цен при усилении налогового контроля со сто роны государства, а также финансовая помощь от междуна родных финансовых организаций (МВФ, МБРР, Европейского инвестиционного банка) привели к положительным сдвигам в хозяйстве, росту ВВП, сокращению дефицита бюджета, сниже нию инфляции. Так, темпы роста ВВП увеличились с 2,4% в среднем за год в 1982–1986 гг. до 4,6% в 1992–1996 гг. и до 5,3% в 1997–2001 гг. План развития на 2002–2006 гг. ставит целью достижение прироста ВВП в 5,5% в год. В 2003 г. ВВП составил 22 млрд. долл., а в расчете на душу населения до стиг в 1999 г. 5,3 тыс. долл. (третье место после Ливии и ЮАР на континенте). В настоящее время Тунис является одной из наиболее динамично развивающихся стран региона.

Реформы в области экономики сопровождались демокра тизацией политического процесса, потеплением политического климата в стране. Стремясь завоевать симпатии широких народных масс, сгладить в какой-то мере существовавшие противоречия, власти наряду с реорганизацией экономических структур сделали упор на развитие социальной сферы. Были, в частности, разработаны и приняты специальные программы развития отсталых районов страны (строительство инфра структурных объектов, школ, современного жилья, обеспече ние населения качественной питьевой водой и др.), повыша лась минимальная заработная плата в промышленности и в сельском хозяйстве, были внесены изменения в существую щую систему медицинского обслуживания с целью сделать ее более доступной для беднейших слоев населения.

Выдвигая задачу достижения социального равновесия и стремясь сгладить трения в обществе, правительство в 1993 г.

учредило Фонд национальной солидарности для добровольных пожертвований отдельных лиц и организаций (так называемый Счет 26–26). По словам Садока Шаабана, бывшего советника президента, основание Фонда имело целью «создать специ альный механизм, благодаря которому бедняк не чувствует себя заброшенным, а богатый знает, что его долг перед наци ей состоит в оказании помощи другим». Средства, аккумули рованные на этом счете, направляются администрацией на ре ализацию программ помощи отсталым районам: на строитель ство коммуникаций, водопроводов, жилых домов, школьных зданий и других объектов хозяйственного и культурного назна чения, создающих новые источники доходов. На счет Фонда поступали немалые средства, в середине 90-х годов они оце нивались в 34–38 млн. тунисских динаров, причем суммы по жертвований все время росли, составляя до 5% суммы прямых налогов. Помощь малоимущим слоям населения оказывали также политические партии и различные благотворительные организации.

В последние годы реализуются специальные дополни тельные программы помощи престарелым гражданам: повы шены государственные дотации семьям, имеющим на иждиве нии престарелых людей, оказывается поддержка организаци ям, занимающимся проблемами престарелых, улучшаются условия проживания в домах престарелых, поощряется иници атива создания частных домов престарелых.

Население Туниса на конец 2003 г. составляло около 10 млн. человек. Из них в категорию престарелых, по оценкам тунисских специалистов, входит 421 тыс. человек. Традиции общества таковы, что практически все тунисские пожилые люди живут в своих семьях, и лишь 700 человек находились на пол ном содержании государства, проживая в домах-интернатах.

Постоянно растет число людей, получающих различные виды социальных пособий: их доля возросла с 54,6% в 1987 г. до 82,6% в 1998 г. и 83,1% в 2000 г. О внимании властей к соци альной сфере говорит и тот факт, что в современном Тунисе на нее расходуется до 20% ВВП.

В результате улучшения условий жизни, качества меди цинского обслуживания, расширения охвата им беднейших слоев населения постепенно возрастает и продолжительность жизни тунисцев: если в 1966 г. она составляла лишь 51 год, то в 1996 г. – 71 год, а к 2001 г. она возросла до 72,2 лет. Тунису также удалось добиться существенного сокращения уровня смертности: с 15 человек на 1000 населения в 1966 г. до 5,7 че ловек в 1999 г.

Неуклонно повышается и качество жизни, особенно в сельской глубинке. Так, уровень снабжения населения чи стой питьевой водой увеличился здесь с 76% в 1996 г. до 80% в 2001 г., уровень электрификации сельских районов вырос за те же годы с 76 до 90%, а число архаичных домов без всяких удобств сократилось соответственно с 2,7% до 1,2%. Что же касается обеспеченности жильем в целом, то к 2002 г. каждые 8 семей из 10 проживали в собственных до мах, и этот факт также красноречиво свидетельствует об уровне жизни населения.

Несмотря на то, что все еще продолжают сохраняться ре гиональные диспропорции и имущественное неравенство меж ду отдельными слоями тунисского общества, следует все же признать, что достигнутая в последние годы стабилизация эко номики, устойчивый экономический рост положительно отрази лись на положении населения, и по многим параметрам в со циальной сфере Тунису удалось добиться больших успехов в этой области, чем некоторым другим странам региона с таким же примерно уровнем жизни.

В сфере экономики поставленную в середине 80-х годов цель стабилизации можно считать достигнутой. В настоящее время Тунис, как известно, является одной из наиболее дина мично развивающихся стран арабского региона. Стабильно раз виваются отрасли обрабатывающей промышленности: электро механическая, химическая, текстильная, кожевенно-обувная, пищевая, парфюмерная. Особенно впечатляет рост электрон ной промышленности: экспорт производимых ею компонентов приносит стране доход в 0,5 млрд. долл. в год.

Об успешном развитии обрабатывающей промышленности и развитии экономики в целом свидетельствуют данные о ро сте доли готовых изделий в ВВП и экспорте. Так, если в 1980– 1989 гг. этот показатель составлял 11,7%, а в экспорте – 49,4%, то в 1990–1999 гг. эта доля возросла соответственно до 21,2% и 74,9%. И это наиболее высокие показатели среди стран региона МЕНА.

Проводимый в стране курс на поощрение частной инициа тивы, создание благоприятного инвестиционного климата дали импульс для роста в первую очередь мелкой буржуазии, по численности самой многочисленной в стране (450 тыс. чело век);

имеет тенденцию к росту и средняя буржуазия.

Более всего от либеральных экономических реформ и бла гоприятной политической и экономической конъюнктуры выиг рал средний класс, значительно укрепивший свои позиции. По официальным данным, его численность в Тунисе к настоящему времени достигла 80% населения. А ведь именно средний класс является основой для формирования гражданского об щества, гарантом укрепления внутренней стабильности. Этот показатель кажется очень высоким. Некоторые источники ука зывают цифру в 60%. При оценке этого показателя следует учитывать, что в Тунисе эта социальная прослойка к моменту завоевания независимости была значительно весомее, чем в других странах Магриба. Создание же благоприятных условий для роста частного капитала в последние годы, несомненно, стимулировало ее быстрый рост. Поэтому уровень численно сти среднего класса в Тунисе можно с достаточной степенью уверенности оценить как высокий. Об этом косвенно может свидетельствовать и общее улучшение условий существова ния тунисского населения. Среднестатистический тунисец стал жить лучше. Темпы роста доходов на душу населения выросли с 1,15% в среднем в год в 1981–1986 гг. до 2,44% после 1987 г. Успешное развитие народного хозяйства обу словило постепенный рост доходов населения. Показатель уровня доходов на душу населения увеличился с 1800 долл. в 1996 г. до 2200 долл. в 2001 г.

Облегчение ощутили и бедные слои населения. Показа тель «абсолютной бедности» упал с 11,2% в 1985 г. до 6,2% в 1995 г. Сейчас только один тунисец из 20 живет ниже офици альной границы бедности, а в 70-х годах это соотношение со ставляло 1:3. Число тунисцев, живущих в бидонвиллях и дру гих архаичных строениях, сократилось с 9% в середине 80-х годов до 2,5% в настоящее время.

Активизация политического процесса, продуманная и гиб кая экономическая и социальная политика укрепили доверие тунисского населения к власти, содействовали стабилизации внутреннего положения и консолидации тунисского обще ства. Данные проведенных Национальным бюро социологи ческих исследований опросов населения свидетельствуют о значительной степени доверия граждан к существующему режиму.

Однако несмотря на положительные в целом сдвиги в об ласти экономики и в социальной сфере, существует проблема, вызывающая озабоченность властей. Это проблема безрабо тицы, которая сохраняется на высоком уровне, несмотря на принимаемые меры (12–15%). А среди молодых людей в воз расте 18–26 лет уровень безработицы достигает 40%. Дело заключается в том, что ввод новых рабочих мест не поспевает за численностью лиц, ежегодно впервые выступающих на рын ке труда, хотя число новых рабочих мест год от года увеличи вается. В пятилетии 1992–1999 гг. было создано 280 тыс. ра бочих мест, а в 1997–2001 гг. – уже 323 тыс. В 1982–1986 гг.

вновь созданные рабочие места обеспечили 61,7% потребно стей в них, а в 1997–1999 гг. уже 89,2%. Таким образом, меры по сокращению безработицы принимаются, но она, похоже, приняла хронический характер и рассасывается с трудом.

Это обстоятельство при возможном нарастании кризис ных явлений в экономике может вызвать дестабилизацию внутреннего положения. Правительство держит ситуацию под контролем. Х-й план экономического развития на 2002–2006 гг.

предусматривает принятие специальной программы создания региональных высокотехнологичных бизнес-зон, в которых научные исследования были бы тесно связаны с потребностя ми промышленных и сельскохозяйственных предприятий. Эти научно-производственные центры, в свою очередь, были бы связаны с сетью подобных международных центров с тем, чтобы тунисские предприниматели могли использовать но вейшие научные разработки и технологии на практике. Со здание в стране указанных «хай-тек» зон потребует каче ственно нового уровня подготовки специалистов и ввода весьма значительного количества новых рабочих мест, что даст новый импульс развитию производства.

«Инвестиции – в знания» – таков девиз текущего пятилет него плана развития. По мнению тунисского руководства, не обходимые меры экономического характера совместно с ре формами в политической, социальной и культурной сферах позволят к 2007–2008 гг. поднять Тунис до уровня средизем номорских государств (типа Греции или Португалии).

В октябре 2004 г. Бен Али был избран президентом на чет вертый срок подавляющим большинством голосов. Он не скрывает, что одной из основных целей своей деятельности на этом посту считает дальнейшую интеграцию Туниса в мировую экономику. По его словам, территория страны должна стать «расширенным европейским пространством». Устойчивый экономический рост и стабильная внутренняя обстановка будут способствовать достижению этой цели.

Садок Шаабан. Тунис. Путь к политическому плюрализму. М., 1996, с. 104.

Там же.

The Middle East. L., Nov. 2002, с. 36.

Ibid.

The Middle East. Nov. 2002, с. 36.

Ibid.

Садок Шаабан. Указ. соч., с. 104.

Monde Arabe. Maghreb-Machrek. P. 1997, № 157, с. 12.

ИТАР-ТАСС, 03.10.2003.

The Middle East. Nov. 2002, с. 36.

Ibid, с. 34, 36.

Middle East and North Africa Working Paper Series. The World Bank, Wash., VIII 2002, с. 8.

Зудина Л. Как живет средний тунисец // Год планеты 2001.

М., 2001, с. 485.

Тhe Middle East. Nov. 2002, с. 36.

ИТАР-ТАСС, Компас, № 43, 21.10.2004.

Е.И.Миронова РЕФОРМЫ И СТАБИЛЬНОСТЬ: ОПЫТ АЛЖИРА Весной 2004 г. перед избирателями Алжира встал вопрос о выборе политического и социально-экономического курса страны до 2009 г. Он возник в связи с окончанием первого пре зидентского срока А.Бутефлики. Алжирцам предстояло сделать выбор между двумя фаворитами президентской кампании: Аб дельазизом Бутефликой и премьер-министром Али Бенфли сом. Но главное – речь шла о поддержке одного из двух поли тических курсов, имеющих принципиальные различия.

А.Бутефлика – старейший политический деятель Алжира.

Еще в 60–70-е годы был в составе правительства и отвечал за внешнеполитическое ведомство страны. Это политический ли дер «старой формации», сторонник авторитарных методов правления. Вместе с тем в течение пятилетнего срока руковод ства страной он добился улучшения внутриполитической об становки в условиях борьбы с мусульманскими экстремистами, стабилизации финансового и в целом экономического положе ния, выхода Алжира из международной изоляции, в которой он оказался в 90-е годы – в один из самых тяжелых периодов сво ей новейшей истории.

Бутефлика – противник поспешной ломки старых социаль но-экономических структур и форсированного перехода к рын ку, в том числе ускоренной приватизации государственных предприятий. Хотя контролируемые государством предприятия уже не безраздельно господствуют в экономике, тем не менее на долю государства в 2003 г. все еще приходилось 60% всех капиталовложений. Алжирское государство до сих пор сохра няет командные позиции в ключевых сферах экономики.

Его соперник Али Бенфлис – реформатор, защитник демо кратических свобод в стране, один из учредителей Алжирской лиги по правам человека. Юрист по образованию, он занимал пост министра юстиции в 1988–1992 гг., в том числе в «прави тельстве реформаторов», сформированном Касди Мербахом после вооруженного выступления алжирцев в 1988 г. Подал в отставку в 1992 г. в знак протеста против нарушений прав че ловека, когда в Алжире начались массовые аресты исламистов, особенно после запрета Исламского фронта спасения (ИФС) – организации, поставившей своей целью захват власти и пре вращение Алжира в исламское государство по типу Ирана.

Али Бенфлис вернулся к политической деятельности по сле избрания депутатом парламента в 1997 г. Он принимал активное участие в поддержке кандидатуры А.Бутефлики на президентских выборах 1999 г., а после его избрания занял пост директора кабинета президента и участвовал в выработке решений, касавшихся управления страной.

В 2000 г. Бутефлика поручил ему сформировать кабинет министров. Али Бенфлис сформировал коалиционное прави тельство, так как считал, что алжирский кризис не может быть ликвидирован только одной партией. Поэтому в правительство наряду с представителями светских партий вошли умеренные исламисты.

Хотя Бенфлис считался доверенным лицом президента, между ними тем не менее существовали принципиальные раз ногласия, касающиеся, например, методов достижения граж данского согласия в алжирском обществе в период разгула му сульманских экстремистов. Он считал, что достижение граж данского согласия в обществе не должно происходить в ущерб демократическим ориентирам, в то время как терроризм и вы текающая из него преступность должны быть ликвидированы без всяких уступок со стороны власти. В экономической сфере А.Бенфлис был нацелен на свертывание предпринимательских функций государства, продолжение начатых реформ и разви тие рыночных отношений с «учетом социального фактора».

Еще до выборов 2004 г. многие политические деятели Ал жира рассматривали Бенфлиса в качестве основного претен дента на пост главы государства. Политические обозреватели и европейские наблюдатели в период президентской кампании прогнозировали, что в поединке Бутефлика – Бенфлис разница в голосах составит максимум 3–4% и потребуется второй тур голосования. Вопреки ожиданиям, А.Бутефлику и его полити ческий курс поддержали 85% проголосовавших избирателей.

Что же определило победу А.Бутефлики, к которому у ал жирцев было очень много претензий как в политической, так и в экономической сферах. Решающую роль сыграл, на наш взгляд, исламистский фактор, т.е. определенные успехи Бутефлики в урегулировании внутриполитической ситуации в стране.

Последнее десятилетие ХХ в. стало самым драматичным за 43-летнюю историю независимого Алжира, сравнимым по накалу страстей с войной за независимость (1954–1962 гг.).

Мусульманские экстремисты, используя сложную социально экономическую ситуацию, сложившуюся в стране, и бедствен ное положение широких масс, предприняли попытку захватить власть и создать в Алжире исламское государство. Противо стояние алжирских силовых структур и наиболее реакционных исламистских течений угрожало перерасти в гражданскую вой ну. По официальным данным, только за семь лет этого воору женного противостояния погибли свыше 100 тыс. алжирцев, в той или иной мере пострадали свыше 1 млн. жителей Алжира.

Материальный ущерб от действий экстремистов оценивался в 3 млрд. долл.

А.Бутефлика, став президентом Алжира в апреле 1999 г., обещал найти пути к гражданскому миру в стране, в частности, путем нейтрализации исламистского «центра» и привлечения на свою сторону его умеренного крыла. Поэтому первым шагом А.Бутефлики стал закон о «гражданском согласии», который позволил 6 тысячам боевиков, не совершивших злостных пре ступлений, воспользоваться амнистией и вернуться к мирной жизни. Самораспустилась и прекратила вооруженную борьбу Исламская армия спасения (ИАС) – боевой отряд ИФС, которая образовалась в 1992 г. в результате слияния Вооруженного исламского движения (ВИД) и отрядов Высшего совета воору женных и исламских сил (ВСВИС). Ее формирования отлича лись дисциплинированностью и строгой подчиненностью сло жившейся в армии иерархии. До перемирия она специализиро валась на классических операциях партизанской войны – заса дах и атаках на силовые структуры и представителей власти.

Формирования ИАС были размещены в специальных лагерях, расположенных по всей территории Алжира.

Антитеррористические операции силовых структур и пере ход части боевиков к мирной жизни ослабили кампанию наси лия экстремистов против мирного населения. Однако несмотря на определенные успехи в ходе реализации политики «нацио нального согласия», окончательное восстановление мира в стране еще не достигнуто. И хотя исламизм в целом терпит военные поражения, он еще остается весьма влиятельной си лой. В стране продолжают действовать «непримиримые» во оруженные формирования, способные наносить жесткие уда ры, оказывать психологическое воздействие на население, держать в постоянном напряжении государственные структуры.

Наиболее опасными районами остаются алжирский запад и южная часть Кабилии, где сохраняются формирования Во оруженной исламской группы (ВИГ) и Салафитской группы проповеди и джихада (СГПД), отличающиеся особой жестоко стью.

Кроме «полевых» отрядов в Алжире существуют так называемые спящие группы. Их члены живут в городах и ве дут «мирный», на первый взгляд, образ жизни. Время от времени они объединяются в боевые группы для соверше ния терактов с использованием оружия, хранящегося в тай никах, а затем вновь растворяются среди мирного населе ния. По данным военного командования, за 10 лет внутри алжирского противостояния через вооруженные исламист ские формирования прошли в общей сложности 36 тыс. че ловек. Обездоленная молодежь и безработные – основная питательная среда экстремистов.

Пока руководству страны удалось покончить с террориз мом как «массовым явлением», но угроза нового наступления мусульманских экстремистов остается сегодняшней реально стью Алжира.

Намерения продолжить борьбу с мусульманскими экстре мистами до полной стабилизации внутриполитической обста новки и уже проделанная работа в этом направлении, а также улучшение социально-экономического климата стали главными козырями Бутефлики в борьбе за президентское кресло.

Важно отметить, что армия, которая является одной из ве дущих политических сил Алжира, также не оказала поддержки Бенфлису, хотя накануне выборов Бутефлика открыто кон фликтовал с генералами, занимавшими высокие посты. Она проявила полный нейтралитет, открыто не становясь на сторо ну ни одного из кандидатов.

Как отмечалось выше, не менее важным фактором, обеспе чившим Бутефлике победу, стала стабилизация экономического положения в стране, а затем и реализация планов по подъему экономики и решению социальных проблем. Алжир переживал в 90-е годы глубокий финансово-экономический кризис. В 1994 г.

он находился на грани финансового краха и был вынужден вре менно прекратить внешние платежи. Его выплаты по обслужи ванию долга сравнялись с экспортными поступлениями, а рост ВВП выражался отрицательным показателем.

Благодаря помощи МВФ и благоприятной конъюнктуре ми рового рынка углеводородов, Алжиру удалось избежать банк ротства и начать проведение рыночных реформ.

После прихода к власти Бутефлики (1999 г.) финансовое положение страны продолжало улучшаться главным образом за счет доходов от нефти и газа, на долю которых приходится свыше 95% экспортных поступлений, свыше 40% ВВП и более половины бюджетных доходов. В 2003 г. поступления от жидкого топлива исчислялись в 24 млрд. долл. Они дали возможность Алжиру накопить значительные валютные запасы и сократить внешнюю задолженность. К началу выборной кампании валютные резервы составили 33 млрд. долл. против 4,4 млрд. долл. в 1999 г.

Страна сократила свой внешний долг примерно на 35%. К мо менту президентской кампании он был равен 22 млрд. долл.

Несмотря на большие валютные доходы, алжирская эко номика все еще требует модернизации ненефтяного сектора, последовательного проведения рыночных реформ и прежде всего ускорения процесса приватизации.

В 1998 г. Алжир выставил на продажу свыше 300 предпри ятий. Приватизация затронула разные отрасли экономики:

строительную, агропромышленную, механическую. Она рас пространилась также на черную металлургию, телекоммуника ции, химическую и фармацевтическую промышленность, гор нодобывающие предприятия и сферу услуг.

В январе 2000 г. руководство Алжира объявило о планах в последующие три года приватизировать еще 184 предприятия центрального и местного подчинения. Из них 121 предприятие предполагалось полностью передать в частные руки. Для разгосударствление должно было носить частичный характер.

Однако эта задача не была решена полностью из-за устарев шего оборудования на промышленных предприятиях, высокого налогообложения, а также бюрократических препон. Из круп ных предприятий удалось продать только металлургический завод в Эль-Хаджаре, 70% акций которого приобрела индий ская компания ИСПАД, и один золотой прииск.

Важно отметить, что процесс либерализации затронул и нефтяной сектор, где компания СОНАТРАК оставалась глав ным национальным монополистом до начала 2005 г., так как социально-политические факторы преобладали над экономи ческим прагматизмом. Хотя ее филиалы по переработке нефти и сбыту нефтепродуктов имели статус автономных, тем не ме нее их капитал полностью принадлежал государству.

Первые шаги по либерализации отрасли были сделаны в начале 90-х годов. В 1991 г. был принят закон о допуске ино странных инвесторов в качестве партнеров СОНАТРАК к сов местной эксплуатации уже действующих нефтепромыслов, а также к разведке и разработке газовых месторождений, что привело к расширению нефтегазовых ресурсов Алжира и росту его производственного потенциала. В настоящее время дока занные запасы нефти составляют 1652 млн. т, т.е. возросли на 28% по сравнению с 1992 г., а ее добыча в период 1995–2004 г.

увеличилась с 36 до 55 млн. т. Выросло число совместных предприятий и в области добычи природного газа.

С приходом к власти А.Бутефлики наметились шаги в сто рону разгосударствления отрасли. Так, в 2001 г. президент предложил открыть иностранным компаниям прямой доступ к алжирским энергоресурсам. Однако этот законопроект был за блокирован руководством ВСАТ (Всеобщий союз алжирских трудящихся) и обеими палатами парламента. В 2004 г. переиз бранный на второй президентский срок А.Бутефлика вернулся к этому вопросу и внес некоторые незначительные поправки в законопроект, который был утвержден в марте 2005 г.

В соответствии с новым законом иностранные фирмы по лучили право действовать в качестве операторов без обяза тельного партнерства с СОНАТРАК, а также участвовать в ли цензионных конкурсах на нефтяные и газовые проекты. Внед рение конкурентных и рыночных элементов в ключевую от расль страны вселяет надежды на дальнейшее развитие ры ночных отношений в алжирской экономике.

С подъемом экономики тесно связано решение социаль ных проблем. В настоящее время около 30% трудоспособного населения Алжира не имеет работы, а среди молодежи до лет этот показатель достигает 50%. По оценкам ООН, более млн. алжирцев живут за чертой бедности.

В 2001 г. алжирское руководство разработало план эконо мического подъема страны на 2001–2004 гг. На его реализа цию было выделено 7 млрд. долл. Из них 8,6% ассигнуются на поддержку реформ, 12,4 на подъем сельскохозяйственного производства, 21,7 – на развитие регионов, 40,1 – на обще ственные работы и 17,2% – на социальные нужды.

План уделяет большое внимание строительству и обнов лению объектов экономической и социальной инфраструктуры (дороги, плотины, жилье и др.). Особое место занимает про грамма создания новых рабочих мест, в том числе и в сельской местности (700 тыс.).

Комментируя темпы социально-экономических преобразо ваний периода президентства А.Бутефлики, один алжирский журналист сказал: «Преобразований, конечно, хочется… не все в стране благополучно. Но как бы эти преобразования не ухудшили ситуацию. Опыт многих стран, возникших на постсо циалистическом пространстве, показал, что реформы протека ют не всегда гладко. Алжиру пока удалось избежать «хищниче ского растаскивания общественной собственности».

Несмотря на нерешенность еще очень многих проблем, начало стабилизации политической жизни страны и финансо во-экономического положения, а также успехи Алжира на меж дународной арене в период первого президентского срока А.Бутефлики (1999–2004 гг.) обеспечили поддержку его про граммы на последующие годы.

БИКИ, № 75, 06.06.2004.

Миронова Е.И. Алжир: смена приоритетов развития. М., 2004.

Marches tropicaux, 11.06.2004, с. 1313.

Marches tropicaux. Paris, 15.11.2002, с. 2416.

Компас, № 16, 15.04.2004, c. 62.

В.А.Миронова ПОЛИТИЧЕСКИЙ ВЫБОР ПРАВЯЩИХ ЭЛИТ МАГРИБА:

ДЕМОКРАТИЯ ИЛИ АВТОРИТАРИЗМ?

На Востоке издавна именно политические факторы, в частности, правящая элита, во многом определяли направ ление общественного развития, формы его экономической и политической трансформации, место человека в структуре социальных отношений. Поэтому изучение исторической, политической, социальной эволюции правящих элит заслу живает особого внимания.

Страны Магриба, являясь частью обширного и стратеги чески важного региона мира, а также исламской цивилиза ции, играют заметную роль в системе международных отно шений. Происходящие в них процессы во многом определя ют ситуацию не только на Ближнем Востоке и в Северной Африке, но и во всем мире, что обусловливает значимость исследования политической культуры правящих элит, оказы вающей прямое влияние на внутри- и внешнеполитический курс рассматриваемых арабских государств.

В сравнительном анализе политической культуры пра вящих элит Алжира, Марокко и Туниса на разных этапах их исторического развития основной упор был сделан на выяв лении роли внешних и внутренних факторов в формировании политической культуры правящих элит стран региона.

В период колонизации в странах Магриба наряду с пред ставителями традиционной доколониальной элиты – носите лями мусульманской ортодоксальной идеологии политиче ская элита разрастается за счет европеизированной нацио нальной интеллигенции, предпринимателей, получивших ев ропейское образование и приобщившихся к различным поли тическим течениям Запада. Общение с представителями ко лониальных управленческих структур, обучение в школах, созданных европейцами, возможность получения образова ния в Европе способствовали формированию у представите лей элиты новых политических интересов и ориентаций.

Большое влияние на состояние политической культуры стран Магриба оказало перенесение в них европейских по литических институтов – создание в заморских владениях Франции некоего подобия правительств по образцу европей ских стран, при этом в некоторых странах – Марокко, Тунис – сохранялись и традиционные институты управления. Поли тическая система колониального общества, таким образом, состояла из двух подсистем: европейской и традиционной.

Подобный дуализм отразился и во взглядах тонкой прослой ки местного населения – политической элиты, – которая бы ла непосредственно связана с колониальными управленче скими структурами. В ее политическом сознании зарожда лась двойственность: на традиционные формы политическо го поведения постепенно накладывались стереотипы запад ноевропейской модели политической культуры.

В ходе колонизации стран Магриба в среде местной по литической элиты произошел раскол на сторонников и ак тивных участников национально-освободительной борьбы и противников движения за независимость. К последним отно сились представители традиционной элиты – паши и каиды, назначавшиеся колониальными властями, часть родовой знати и крупных торговцев, некоторые преподаватели уни верситетов и религиозные деятели, активно сотрудничавшие с колонизаторами и получавшие от подобного сотрудниче ства значительную выгоду.

Первые реформаторские движения, трансформировав шиеся затем в национальные движения за независимость, зарождались в среде местных торговцев и предпринимате лей, интеллигенции, европеизированной знати, недовольных притеснениями колонизаторов, ущемлением своих прав.

Трансформация политических движений из культурно-про светительских в националистические выражалась в эволю ции их идейно-политической направленности: от ассимиля ционизма к арабскому национализму, сыгравшему основопо лагающую роль в борьбе арабских народов за национальное освобождение, в становлении и развитии независимых араб ских государств. Националистические движения возникали как оппозиционные в ходе антиколониальной борьбы. Сле довательно, возглавлявшие их политические деятели явля лись контрэлитой по отношению к колониальным властям и местной политической элите, сотрудничавшей с колонизато рами. Именно представители контрэлиты стали во главе арабских государств после завоевания независимости и со ставили основу правящих элит независимых стран Магриба.


Социальный состав и политическая культура правящих элит независимых стран Магриба определялись характером преобразований, проводимых в ходе колонизации, и тем, каким образом развивалось антиколониальное движение в странах.

Сохранение традиционных институтов управления в Ма рокко, предоставление им формальной власти, в результате чего не всегда имело место почтительное отношение к сул тану и представителям махзана (двора), авторитет которых у населения по мусульманским законам был непререкаем, способствовали тому, что султан (впоследствии король) стал символом национального суверенитета. Вокруг монарха происходило укрепление представителей политической эли ты – крупной торговой буржуазии, берберских и арабских феодалов, – выступавшей за создание независимого нацио нального государства. В то же время правящая элита в лице короля и его махзана была против передачи всей полноты власти парламенту и правительству и выступала за укрепле ние позиции трона. Умение монарха опереться на различных представителей многоукладного арабо-берберского обще ства способствовало превращению Марокко в централизо ванное, патерналистски-абсолютистское по методам управ ления государство, ориентация которого зависит от структу ры правящего блока, характера господствующей в этом бло ке социально-политической фракции.

В Тунисе колониальным властям удалось привлечь местную традиционную элиту к сотрудничеству, поэтому национально-освободительное движение возглавили пред ставители нового поколения местной элиты – интеллиген ция, представители свободных профессий и чиновничество, как правило, имевшие университетское образование, недо вольные притеснениями колониальных властей. Курс на до стижение «почетного компромисса» с Францией, т.е. предо ставление Тунису автономии, на арабизацию государствен ного аппарата дал возможность добиться независимости мирным путем в ходе переговоров.

В Алжире в условиях продолжительной и кровопролитной войны за независимость высшие военные чины, социальный состав которых можно определить как мелко-буржуазный, су мели сконцентрировать в своих руках властные полномочия и поддержать программу радикальных социальных преобразова ний, на десятилетия определившую направление социально экономического и политического развития страны.

Строгий контроль колониальных властей за происходив шими в обществе в ходе колонизации политическими процес сами, оппозиционными протестными движениями, ограниче ние прав местного населения привели к тому, что, наследуя колониальные административные институты и структуры, страны Магриба получали не столько демократические, сколько авторитарные традиции. В итоге демократические ценности либо отсутствовали, либо не укоренялись как в по литической культуре масс, так и в политической культуре элит. Последствия этого наряду с другими факторами и при чинами до известной степени отразились в формировании в независимых странах Магриба властных структур, а именно: в предпочтении президентских режимов парламентским.

Соприкосновение с западной цивилизацией в ходе коло низации и борьбы за независимость оказало влияние на формирование политической культуры как политической элиты стран Магриба (в значительной мере), так и всего населения в целом (в наименьшей степени). На уровне мас сового общественного сознания деформации, а порой и раз рушения в экономической, социальной и культурной обла стях жизни стран Магриба, вызывавшиеся сознательно и ме тодически с целью обеспечить власть господствующей дер жавы и экономические интересы ее граждан, до известной степени принудительный, насильственный характер прово димых метрополией преобразований привели к конфликту мусульманских традиций, шариата и европейских (заимство ванных) политических систем и политической культуры, что отразилось в негативном отношении части местного населе ния ко всему европейскому, а позднее, после завоевания независимости, вылилось в появление фундаменталистских движений, остающихся до сих пор весьма влиятельной си лой, оппозиционной правящим режимам.

Иначе влияние колонизации сказалось на реформирова нии политических взглядов местной элиты. В силу обще ственного положения у политической элиты было больше возможностей приобщиться к достижениям европейской ци вилизации и осознать необходимость трансформации тради ционных политических институтов для дальнейшего успеш ного развития общества, что привело к началу процесса ре формирования традиционалистской политической культуры местной элиты стран Магриба. При этом желание сохранить национальную идентичность и сила традиций, законов ша риата, оказывавших в течение столетий влияние на форми рование сознания местного населения и политической элиты, в частности, сказались в попытке сочетать традиционные и западные ценности, что нашло отражение в привнесении за падных политических институтов, с одной стороны, и в де монстрации уважения к традиционным ценностям, – с другой.

После завоевания независимости правящие элиты стран Магриба столкнулись с необходимостью становления нацио нальной государственности. Создаваемая система управле ния должна была отвечать интересам социально-экономи ческого и духовного развития общества, вступившего на путь независимого развития. Вместе с тем на формирование гос ударственных институтов и структур в странах Магриба, на выработку социально-экономического курса сильнейший от печаток наложили как общие черты, так и особенности исто рико-цивилизационного развития каждой из них. Это, в част ности, нашло свое выражение, с одной стороны, в предпо чтительном использовании патерналистско-клиентельных отношений в политическом руководстве. С другой стороны, направление развития освободившихся государств во мно гом определялось социальным происхождением и направле нием политической социализации правящей элиты незави симых стран Магриба. Для представителей крестьянства, торговцев, мелкого и среднего предпринимательства, воен ных, к которым можно в значительной мере отнести правя щую элиту Алжира и Туниса, понятнее и ближе оказалось создание однопартийных систем. В то же время правящая традиционная элита Марокко укрепляла свои позиции, опи раясь на разнонаправленные политические силы общества, в некоторой степени поощряя развитие многопартийности.

При рассмотрении основных компонентов политической системы Марокко в ней выделяется первостепенная роль королевского двора, который контролирует государственный аппарат, парламент, значительную часть духовенства, во оруженные силы, регулирует межпартийные отношения. В то же время относительная развитость политической структуры Марокко не позволяет говорить о полностью абсолютистском характере власти. Парламент и кабинет министров, хотя и находятся в зависимости от короля, играют значительную роль в выработке и проведении внутри- и внешнеполитиче ского курса. Монархия не может не считаться и с политиче скими партиями, которые «не являются исключительно по рождением государственной воли», но «отражают некую ре альность самого марокканского общества», а именно: посте пенный рост политического сознания марокканской интелли генции, широкого спектра других социальных групп.

Результативность и эффективность деятельности пра вящей элиты, укрепление у власти представителей опреде ленных слоев общества связаны с системой рекрутирова ния элиты. Во всех трех странах Магриба преобладает но менклатурная система рекрутирования элиты. Суть номен клатурной системы в подборе элиты сверху: на все сколько нибудь значимые руководящие должности назначаются ли ца с согласия и по рекомендации соответствующих власт ных структур и органов, например, партийных. Негативные социальные последствия функционирования этой системы усиливались ее всеобъемлющим характером, полным устранением конкурентных механизмов в экономике и поли тике, а также такими критериями отбора, как идеологиза ция, политизация и непотизация (доминирование родствен ных связей). Политика в лице номенклатурной бюрократии приобретала в этих государствах до известной степени гос подствующее положение над экономикой. Вхождение в по литическую номенклатуру, приобщение к власти и управле нию становились первопричиной экономического и соци ального господства. Для представителей этого поколения правящей элиты была также характерна идеализация само бытного аспекта социально-политического и экономическо го развития нации, что отразилось в поисках иного, отлич ного от «западного» пути развития.

Помимо политического фактора необходимо учитывать и характер социальной эволюции общества в целом. В ходе его развития отмирают многие старые и возникают новые потребности, функции и ценностные ориентации. Это приво дит к постепенному вытеснению носителей наиболее важных для своего времени качеств новыми политическими фигура ми, более, чем прежние, отвечающими современным требо ваниям. Необходимость модернизации предполагает посте пенный переход от традиционных форм общественной жизни к современным. В политической сфере это выражается в реформировании традиционной политической культуры и прежней политической структуры. В частности, подход к пар тийному строительству характеризуется переходом от одно партийности к многопартийности. Конечно, наличие большо го числа политических партий не свидетельствует о высокой степени политического плюрализма в обществе. Многие пар тии малочисленны, порой бывает трудно определить их по литико-идеологическую направленность. Нередко оппозици онные партии слабы, а их участие в политическом процессе определяется, вопреки логике, традициями, лояльностью по отношению к правящему режиму. Однако наличие даже и таких партий свидетельствует о постепенном росте полити ческого сознания граждан. В новом подходе к партийному строительству проявляется модернизация политической культуры как всего общества, так и правящей элиты, в част ности. А своеобразие партийного строительства, доминиру ющая в политическом процессе роль главы государства от ражают стремление к сохранению культурной самобытности, к совмещению модернизации с сохранением ценностей, практики и институтов традиционной культуры.


Важная, а на отдельных этапах решающая роль в поли тической жизни стран Магриба принадлежит армии. Неспо собность или недостаточная готовность правящей элиты решать насущные социально-экономические проблемы, обострение кризисной ситуации – это те условия, когда во енные, обладая силовыми средствами обеспечения повино вения, являясь, как правило, наиболее организованной си лой, могут привести к смене власти или настоять на измене нии политического курса. В частности, в Тунисе армия спо собствовала приходу к власти нового поколения правящей элиты, сумевшей провести преобразования, способствовав шие экономическому развитию, повышению уровня жизни широких слоев населения.

Развитие политической ситуации в постколониальном Алжире показывает, что влияние военных на политическое развитие тем сильнее, чем слабее государственные институ ты и структуры гражданского общества. Отсутствие сложив шейся развитой системы государственного управления в стране накануне завоевания независимости, а также тот факт, что именно военные руководили антиколониальной борьбой, обусловили приход военных к власти. Строгая ар мейская дисциплина, свойственная военным привычка само стоятельно принимать решения в трудной ситуации, с одной стороны, социальное происхождение, распространенные в среде высшего офицерства политические взгляды, влияние событий в соседних арабских странах, таких как Египет, с другой, оказали влияние на становление политической куль туры правящей элиты Алжира, на десятилетия определила направление политического развития, социально-экономи ческого курса правящего режима. Неспособность военных разрешать кризисные ситуации мирным путем определили своеобразие смены поколений правящей элиты в основном в результате либо военных переворотов, либо верхушечной смены власти.

В Марокко неудачные попытки военных переворотов не привели к ослаблению роли традиционной элиты. Однако косвенным образом повлияли на изменение политических и экономических воззрений правящих кругов. Проведение ограниченных демократических преобразований привело к укреплению позиций частного предпринимательства в стране, способствовало эволюции политической системы Марокко от традиционной монархии к конституционной.

Таким образом, в каждой из стран изучаемого региона армия, а главным образом высшие военные, наложили отпе чаток на формирование политической культуры правящей элиты, способствовали становлению государственных инсти тутов и влияли на пути и формы политического развития страны.

С завоеванием независимости североафриканские госу дарства приступили к проведению экономической политики, содержание которой, помимо прочих факторов, определя лось характером политических сил, пришедших к власти, влиянием традиций и опытом, накопленным в колониальный период.

Для постколониального развития североафриканских государств была характерна ключевая роль государства в преобразованиях, что в значительной мере было обусловле но слабостью национального частного капитала. Создание обширного госсектора, контролировавшего основные сферы национальной экономики, рассматривалось в качестве одно го из главных путей преодоления отсталости. Развитие гос сектора сопровождалось ростом численности государствен ных служащих и административно-технического персонала, повышением социального статуса и престижа этого обще ственного слоя, на базе которого складывались привилегиро ванные группы, превратившиеся в источник формирования бюрократической элиты, частично трансформировавшейся впоследствии (конец 80-х – начало 90-х годов) в технократию.

Приход к управлению государством нового поколения специалистов стал одним из наиболее знаковых процессов в государственной жизни стран Магриба. Новые управленцы – либералы по взглядам – занимают ключевые посты в прави тельстве, являются видными деятелями региональных ад министраций. Они, как правило, хорошо образованы (пре имущественно экономисты и юристы), некоторые имеют уче ные степени, стажировались в промышленно развитых стра нах (например, новый глава МВД Марокко – Дрис Джету).

Основные черты группы управленцев, которую условно мож но назвать «новой бюрократией», заключаются в следую щем. Во-первых, они реформаторски ориентированы. Для них реформы – это безальтернативный путь развития. Во вторых, «новые бюрократы» имеют значительный опыт ра боты в госаппарате. Они не отделяют себя от государства, что, с одной стороны, позволяет им придерживаться либе ральных идей, а с другой, – представители этого слоя не редко замыкаются на чисто бюрократических способах ре шения проблем, что сопряжено с определенными, порой немалыми, общественными издержками. Такой подход не противоречит и логике принятия решений военно-бюрокра тической верхушкой по вопросам государственной полити ки, что, в свою очередь, сопряжено с возникновением и (или) обострением кризисных ситуаций в обществе, как это произошло, например, в Алжире в конце прошлого века (впрочем, это – далеко не единственный пример в регионе и за его пределами).

«Новая бюрократия» – это не некая пропартийная, спло ченная команда в общегосударственном масштабе. Скорее можно говорить не о команде, а о более или менее сплочен ной группе, которая состоит из представителей нескольких поколений с различной ментальностью, способных как к ком промиссам с традиционной бюрократией, так и к тому, чтобы занять непримиримую позицию по тем или иным вопросам государственного развития.

Взаимоотношения «новой бюрократии» со старой, тра диционной, начавшей свою карьеру в 60-е годы, отличаются противоречивостью. С одной стороны, они обречены на со трудничество. С другой, – существуют коренные противоре чия между реформаторством «новых бюрократов» и иммо билизмом «старых». От того, кто станет ведущей силой, в значительной степени зависит облик стран Магриба в долго срочной перспективе. Благополучное будущее социально экономического и политического развития стран Магриба за висит также от способности эффективно воспринять положи тельный опыт развитых стран в сочетании с учетом и ис пользованием местных традиций.

С точки зрения исторических условий становления по литической культуры правящих элит период после обрете ния независимости можно разделить на два этапа: в 1960– 1980 гг. у власти находилось первое поколение, с 1980 г. до наших дней – второе поколение правящей элиты. Методы политического руководства как первого, так и второго поко лений продолжают во многом оставаться авторитарными.

Доминирование авторитарных форм правления объясняет ся лидерами обоих поколений одинаково: необходимостью решить острейшие или обостряющиеся социально-эконо мические проблемы, стремлением добиться консолидации нации. При этом сосредоточение власти в руках одного че ловека (и его ближайшего окружения) оправдывается тра диционными представлениями о власти, обосновывается с религиозной точки зрения и особенностями национального менталитета.

Важным направлением деятельности лидеров второго поколения можно считать стремление к проведению некото рых демократических преобразований, о чем свидетельству ет тенденция перехода от однопартийных режимов к много партийным, ограниченное реформирование политической системы и обновление соответствующих государственных институтов. При этом для того, чтобы демократические ре формы в обществе не привели к усилению исламского фак тора, как это произошло в Алжире, внимание правящей эли ты направлено на декларирование решения острейших эко номических и социальных проблем. Президенты Туниса и Алжира, король Марокко в своих выступлениях постоянно подчеркивают, что от уровня жизни населения, его образо ванности и политической сознательности во многом зависят стабильность и успех общественного развития этих стран.

Таким образом, политическая культура правящей элиты испытывает на себе возрастающее влияние роста политиче ской культуры населения, которое все более учитывает раз ницу между жестким авторитарным правлением и просве щенным авторитаризмом. Сочетание сильной власти и де мократических преобразований ведет к развитию такого яв ления, как «контролируемая демократия». В политической культуре правящей элиты, представленной в разных странах различными по происхождению и положению группами – традиционной, военной, партийной элитой, это выражается в попытке сочетать европейские ценности с традиционными представлениями о власти.

Исторически главным оплотом национальной самобыт ности стран Магриба является ислам. Синтез религии и по литики, заложенный в самой исламской традиции, выводит ислам за рамки религии, позволяет говорить об исламе как об особой цивилизации и культуре. В рамках этой культуры сформировалось богатое идейное наследие, включающее и политико-правовые концепции. Можно говорить о том, что духовная, мировоззренческая и политико-правовая культура подавляющей части населения Магриба формируется под влиянием ислама. Поэтому несмотря на постулирование светского характера государств Магриба, исламские пред ставления о власти, праве, политике играют важную роль в жизни общества. Наряду с элементами и базовыми принци пами европейского права Коран и законы шариата опреде ляют правовые нормы, которые в большей или меньшей сте пени являются составными частями многих конституционных актов и положений современных стран Магриба.

Религия, представляя неотъемлемую часть жизни обще ства, его духовной жизни, оказывает непосредственное вли яние на проводимую главами государств политику, а следо вательно, является важным фактором формирования поли тической культуры правящей элиты. Представляя важный структурный элемент политического сознания, религия ак тивно используется политическими деятелями в качестве законодательного и идейно-мировоззренческого фундамента проводимых преобразований. Используя положения ислама для придания власти символики исполнителя высшей Воли, руководство арабских стран стремилось таким образом воз действовать на сознание широких слоев населения, чтобы привлечь его к выполнению поставленных задач. Подчерки вание верности принципам ислама является неотъемлемым фактором легитимности правящего режима.

В Тунисе и Алжире можно говорить об отделении свет ской власти от религии в силу многих причин, в том числе – исторически сложившейся политической структуры этих гос ударств. В то же время стремление правящей элиты контро лировать исламское духовенство, поставить его на службу правящего режима не способствовало превращению ислама исключительно в религиозное учение в этих странах. В Марокко тот факт, что король – верховный правитель и с по литической, и с религиозной точек зрения, дает возможность говорить о доминанте светской власти, но не о разделении политики и религии.

В условиях, когда общество по социальным характери стикам не вполне готово к проводимым преобразованиям, а светская оппозиция слаба, исламские партии остаются практи чески единственным источником, через который население может выразить недовольство правящим режимом. Жесткая борьба правящей элиты с радикальными исламистами, стрем ление увязать социально-экономические и политические ре формы с исламскими ценностями находят отражение в попыт ках создать концепции «иного» исламского пути развития, с одной стороны, а с другой, – свидетельствуют о том, что ислам не только остается неотъемлемой частью политической куль туры как правящей элиты, так и общества в целом, но и явля ется одним из определяющих факторов при разработке про грамм общественного развития. Такое положение дает воз можность говорить о сосуществовании в политической куль туре правящих элит двух субкультур: исламской и светской.

Деятельность политической элиты подчинена опреде ленным канонам, складывающимся в течение всей истории развития общества, распространенной в нем системе цен ностных ориентаций. Авторитарные традиции, лежащие в основе политических режимов арабских стран, продолжают оказывать воздействие на поведение лидеров и политиче ской элиты. Полученное ими высшее образование в демо кратических странах сочетается с местными арабскими тра дициями и выражается в их двойственности, в том, что поли тические деятели – арабы и мусульмане, когда они занима ются внутренними делами королевства или дипломатией, и чистые продукты Запада, когда имеют дело с европейцами.

Подобное существование индивидов в разных измерениях так же, как «одновременное существование различных соци альных групп, слоев, организаций, укладов, относящихся к различным стадиям развития человечества и различным ци вилизациям, свидетельствует о многомерности арабского общества». Попытка правящих элит осуществить мобилиза цию масс на развитие и (или) контроль над толпой в подоб ном многомерном обществе нередко ведет к насилию, авто ритаризму и даже к диктатуре.

Авторитарные механизмы управления в арабских стра нах в определенной мере отражают также формировавшиеся на протяжении многих поколений традиционные, религиозно обоснованные, соответствующие шариату формы отношений между населением и представителями власти, при которых лидер – уважаемая и почитаемая личность, решения которой справедливы, должны строго соблюдаться и не могут быть оспорены. О глубоко укоренившихся традициях авторитарно го стиля управления говорит сосредоточение всей полноты власти в руках главы государства, опирающегося на предан ных, «своих» людей. Сила авторитарных традиций объясня ется также отсутствием исторически развивавшейся тради ции демократического управления, низкой политической культурой широких слоев общества, слабостью институтов гражданского общества, политической оппозиции.

То, что правящая элита в силу своего общественного положения подверглась наибольшему влиянию западной культуры, сказалось на формировании политической культу ры этого руководящего слоя общества. При проведении пра вящей элитой арабских стран политического курса, основные положения которого могут быть заимствованы на Западе, всегда акцентируется местная специфика, необходимость адаптации к местным условиям и традициям.

При анализе воздействия внешних факторов на форми рование взглядов политической элиты стран Магриба необ ходимо учитывать такой важный процесс, протекающий в мире, как глобализация, содержанием которой является рас тущее взаимовлияние, взаимное приспособление культур, цивилизаций. Любое социальное явление или структура в странах Магриба в настоящее время представляет «синтез традиционного и заимствованного, в какие бы одежды – за падные либо сугубо национальные – оно ни облачалось».

Фактически в арабских странах происходит приспособление традиционных ценностей, таких как общинность, корпора тивность, почтение к авторитету, к современным условиям существования. В то же время в странах с развитой, сло жившейся мусульманской цивилизацией государство, по строенное в значительной мере по западным образцам, сталкивается с традиционными политической культурой и общественными институтами, правом, социальной психоло гией, что, в свою очередь, может привести к взрыву фунда ментализма и социальным катаклизмам. Так, например, раз витие событий в Алжире на рубеже 80-х – 90-х годов, прове дение демократических преобразований в мусульманской стране, переживающей острый социально-экономический и политический кризис, привело к появлению политико-рели гиозных течений, тормозящих и препятствующих проводи мым прогрессивным преобразованиям. А попытки нейтрали зации подобных течений силой приводят к экстремальному обострению внутриполитической ситуации – гражданской войне. Поэтому правящей элите пришлось строить политику таким образом, чтобы вывести Алжир из разгоравшейся гражданской войны. Избежать подобных последствий, веро ятно, можно лишь при наличии сильной, авторитетной, обя зательно просвещенной власти и (или) устойчивых, укоре ненных элементов и структур политической демократии, а также при преуспевающем либеральном экономическом кур се. Легитимность власти традиционно основывается на «мо ральном авторитете» правящей элиты. Следовательно, от характера правящей элиты, от ее кругозора и правильного выбора приоритетов зависит в значительной степени эф фективное решение возникающих перед арабскими обще ствами проблем.

Развитие политической ситуации в странах Магриба на рубеже XXI в. показывает, что модернизация общественной жизни перестает быть синонимом вестернизации, распро странения западных ценностей. Правящие элиты стран Ма гриба стремятся осуществлять модернизацию без вестерни зации, совместить модернизацию с сохранением ценностей, практики и институтов коренной культуры того или иного об щества. Ответом арабских стран на вызов модернизации в условиях глобализации становится поиск национальной идентичности. При этом правящие элиты стран Магриба особое внимание уделяют приспособлению традиционных институтов и ценностей, политической культуры к изменяю щемуся миру.

Максименко В.И. Политические партии в переходном обще стве. Марокко, Алжир, Тунис. 20–80-е гг. М., 1985, с. 72.

Васильев А.М. Африка – падчерица глобализации. М., 2003, с. 13.

Л.Р.Сюкияйнен МУСУЛЬМАНСКО-ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА И ПРОБЛЕМЫ БЕЗОПАСНОСТИ В СЕВЕРНОЙ АФРИКЕ И НА БЛИЖНЕМ ВОСТОКЕ Исламская политическая и правовая культура, пред определяющая многие особенности современной ситуации в странах Северной Африки и Ближнего Востока, имеет отно шение и к их безопасности. Прежде всего она может активно влиять на решение такой конкретной задачи, как противо действие международному терроризму, прибегающему к ис ламскому прикрытию.

Нам уже приходилось неоднократно писать о том, имеет ли исламская политико-правовая мысль достаточный потен циал для противостояния идеологии экстремизма и террориз ма, выдвигающих исламские лозунги, и насколько успешно он может использоваться в борьбе с этой опасностью. Пред ставляется, что основания для положительного ответа на по ставленные вопросы есть. Во всяком случае как в традицион ной, так и, особенно, в современной мусульманско-правовой науке отчетливо прослеживается линия на осуждение агрес сии и насилия, неприятие любых действий, угрожающих анар хией и распрями между мусульманами, наносящих ущерб ис ламу в целом. Другое дело, что сегодня от мусульманского сообщества требуются значительно более энергичные усилия по включению такой исламской аргументации в арсенал средств борьбы с экстремизмом.

Вместе с тем безопасность исламского мира зависит не только от результативности его непосредственного участия в противостоянии терроризму и радикализму, в том числе и на идейном исламском направлении, но не в последнюю очередь от решения некоторых стратегических проблем, напрямую связанных с его развитием в ближайшем будущем. Речь идет главным образом о перспективах глобализации в условиях исламского мира, а также об основных направлениях и фор мах его демократизации. Понятно, что исламское правоведе ние не может оставаться в стороне от этих принципиальных вопросов. Более того, от его позиции во многом зависит поиск ответов на них.

Современные мусульманские мыслители – политологи и юристы – по-разному оценивают глобализацию. Это понятно, если учесть, что в исламском мире данное явление понимает ся как повсеместное распространение или даже навязывание всем одинаковых стандартов не только в технологической, ин формационной и экономической областях, но и в сфере куль туры, политики и права, включая основы построения и функци онирования государственной власти и права человека. Такое восприятие глобализации вполне объяснимо, поскольку уча стие исламских стран в общемировых процессах не ограничи вается торговлей, связью, информацией и даже естественно техническим образованием, но неизбежно предполагает актив ное вторжение в жизнь мусульман новых для них культурных, нравственных и политических ориентиров, часто весьма дале ких, если не сказать чуждых, традиционному мусульманскому обществу.



Pages:     | 1 |   ...   | 6 | 7 || 9 | 10 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.