авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 10 |

«Константин Константинович Романенко Почему ненавидят Сталина? Враги России против Вождя Издательский текст ...»

-- [ Страница 3 ] --

сятилетний опыт сидения «вольными хозяевами на вольной земле» убеждал, что в одиночку вырвать ся из нищеты и кабалы невозможно. Основная мас са крестьян шла в колхозы добровольно, активно под держав как сплошную коллективизацию, так и лик видацию кулачества. Философ А. Зиновьев пишет:

«Простые люди на уровне здравого смысла понима ли, что возврат в прошлое невозможен. И если бы де ревня действительно воспротивилась коллективиза ции, то ее не остановили бы никакие репрессии».

Историки долго скрывали тот факт, что на сообще ния о развернувшемся в деревне произволе Сталин отреагировал сразу. Уже через месяц после начала операции по «ликвидации кулацкого актива», 2 марта 1930 г. «Правда» опубликовала его знаменитую ста тью «Головокружение от успехов». И только в конце столетия стало известно, что причиной ее появления стал конкретный факт. Дело в том, что еще 20 января Бюро Средне-Волжского крайкома ВКП(б) издало по становление «Об изъятии и выселении контрреволю ционных элементов и кулачества в деревне».

Это постановление обязывало руководителей на местах «немедленно провести по всему краю мас совую операцию по изъятию из деревни активных контрреволюционных, антисоветских и террористиче ских элементов в количестве 3000 человек. Указан ную операцию закончить к 5 февраля;

…приступить к подготовке выселения кулацко-белогвардейских эле ментов вместе с семьями… с 5 по 15 февраля… до 10 тысяч хозяйств».

Для реализации постановления крайкома был со здан штаб во главе с секретарем крайкома Хатае вичем. В него вошли председатель крайисполкома, крайпрокурор и представитель реввоенсовета При волжского военного округа. Подобные штабы форми ровались в округах и районах края. Однако Хатаеви чу этих мер показалось недостаточно. И через восемь дней 29 января было решено «довести общее количе ство арестованных до 5 тыс. вместо ранее намечен ных 3 тыс. человек, а выселенных семей – до 15 тыс.

(против 10 тыс., заявленных на начало операции)».

Одновременно требовалось, что «работа по изъятию путем ареста кулацких контрреволюционных элемен тов должна быть развернута во всех районах и окру гах вне зависимости от темпа коллективизации…»

В новой директиве Хатаевич потребовал: «движе ние в деревне за снятие колоколов и закрытие церк вей (курсив мой. – К.Р.) должно быть охвачено пар тийным руководством». Казалось бы, какое дело ру ководителю, создающему колхозы, до религии? Но в том и проявлялся «революционный» экстремизм лю дей, подобных Хатаевичу, что они не ограничивались хозяйственными и политическими задачами сельско хозяйственной реформы. Впрочем, и этого секретарю крайкома показалось мало.

Уже на следующий день, 30 января краевой штаб решил всю работу по изъятию кулацкого актива за кончить к 3 (!) февраля. При этом «тройке» при ГПУ было дано указание «с 4 февраля приступить к рас смотрению дел наиболее злостных элементов, приго воры вынести и реализовать (т. е. расстрелять) не позднее 10 февраля»20. В новой директиве предписы валось:

«1) Немедленно провести по всему краю массовую операцию по изъятию из деревни активных контрре волюционных антисоветских и террористических эле ментов в количестве 3000 человек. Указанную опера цию закончить к 5 февраля.

2) Одновременно приступить к подготовке проведе ния массового выселения кулацко-белогвардейских элементов вместе с семьями, проведя эту операцию с 5 по 15 февраля.

3) Считать необходимым провести выселение ку лацких хозяйств вместе с семьями в количестве до 10 000 хозяйств».

Автором приведенных документов являлся Мен дель Маркович Хатаевич. Сын торговца из Гомеля, Кожинов В. Россия. Век XX (1901–1939). М., 2002. С. 358.

зубной техник по профессии – в конце Гражданской войны он стал начальником политотдела одной из ди визий Западного фронта Тухачевского! Это было на чалом его партийной карьеры. С июля 1921 года он секретарь Одесского губкома, а с 1925 г. – Татарско го обкома ВКП(б). Коллективизацию он возглавил на посту секретаря Средне-Волжского крайкома. Приме чательно, что Хатаевича арестуют 9 июля 1937 года.

27 октября, за участие в контрреволюционной терро ристической организации, его приговорят к смертной казни, а в 1956 году необоснованно реабилитируют.

Узнав о желании Хатаевича увеличить количество репрессированных кулаков, в этот же день 30 янва ря Сталин послал всем крайкомам и обкомам ВКП(б) зерновых районов гневную директиву: «С мест полу чаются сведения, говорящие о том, что организации в ряде районов бросили дело коллективизации и сосре доточили свои усилия на раскулачивании. ЦК разъяс няет, что такая политика в корне неправильна. ЦК ука зывает, что политика партии состоит не в голом рас кулачивании, а в развитии колхозного движения, ре зультатом и частью которого является раскулачива ние.

ЦК требует, чтобы раскулачивание не проводи лось вне связи с ростом колхозного движения, что бы центр тяжести был перенесен на строитель ство новых колхозов, опирающееся на действи тельное массовое движение бедноты и середняков.

ЦК напоминает, что такая установка обеспечива ет правильное проведение политики партии»21.

На следующий день (!) 31 января Сталин, Молотов, Каганович направили в Самару новую срочную шиф рограмму: «Ваша торопливость в вопросе о кула ке ничего общего с политикой партии не имеет. У вас получается раскулачивание в худшем виде …»22.

Шифрограмма предписывала остановить беззаконие.

Хатаевич отреагировал на требование центра 1 февраля. Он сообщил Сталину: «Телеграмма при нята к строгому руководству». Однако тут же при знался, что «арест кулацко-белогвардейского акти ва приостановить не можем, ибо он почти закон чен». Он сразу же постарался оправдаться: «Мы уве рены, что допущенная нами ошибка… не принесет вреда делу коллективизации» 23. Сталин считал иначе.

Именно действия Хатаевича заставили его предпри нять меры по обузданию начавшейся местнической стихии раскулачивания. Направив на места директи ву ЦК, он резко предупредил перегибщиков о недопу Цит по: Семанов С. Сталин: уроки жизни и деятельности. М., 2002.

С. 234.

Кожинов В. Россия. Век XX (1901–1939).

Там же. С. 360.

стимости сосредотачивать создание колхозов на ре прессивных действиях.

Но он не ограничился этим. В тот же день (1 февра ля) ЦИК и СНК СССР приняли постановление «О ме роприятиях по укреплению социалистического пере устройства сельского хозяйства в районах сплошной коллективизации и по борьбе с кулачеством». С це лью возвращения процесса раскулачивания в русло правовой законности 4 февраля ЦИК и СНК утверди ли дополнительную инструкцию: о возложении права ареста и выселения кулаков только на ОГПУ.

Однако умерить пыл радикально настроенных ру ководителей коллективизации оказалось не просто.

Сводки сообщали, что к 20 февраля было коллекти визировано около 50 % крестьянских хозяйств стра ны. Но Сталин уже не доверял победным рапортам с мест. Чтобы получить информацию из первых рук, для ознакомления с положением дел он разослал членов Политбюро в регионы страны. 24 февраля состоя лось экстренное совещание ЦК по обсуждению ситу ации. Она была критической. В правительство хлыну ли потоки жалоб, отражавших возмущение методами проведения политики раскулачивания, но на предо стережения ЦК руководство республик и областей не реагировало. С мест в Москву поступали лишь побед ные рапорты. Чтобы остановить вакханалию левых перегибов, требовалось экстренное и неординарное решение.

И Сталин нашел его. 2 марта «Правда» опубликова ла его знаменитую статью «Головокружение от успе хов. К вопросам колхозного движения». Пресекая ра дикализм партийных чиновников, он заявил о своей позиции гласно, не допуская кривотолков и инсинуа ций. Это было предупреждение партократам.

Люди особой психологии, многие из которых стал кивались с крестьянством в период хлебозаготовок, они желали решить крестьянскую проблему одним махом. Они презирали кулаков, разбогатевших на хлебной торговле, и сразу рубили под корень. Факти чески раскулачивание стало особой формой классо вой борьбы, в которой с одной стороны участвовал слой местной партийной элиты, своего рода совет ское «дворянство», а с другой – вся масса деревни, разделенная на бедняков и богатеев. По обе сторо ны баррикад его участники отстаивали свои интере сы, во многом шкурные, но это противостояние не за кончится коллективизацией. Население страны не за будет урок, преподнесенный ей партократией, даже та часть, которая разойдется из деревень – на фабрики и заводы.

Позже народ примет самое активное участие в чистке высшего эшелона власти. Поэтому совершен но закономерно, что из числа 71 члена ЦК – избран ных в его состав в 1934 году на «съезде победителей»

– в 1937–1939 гг. будет репрессировано 46. Из 46 пар тийцев, непосредственно руководивших коллективи зацией, будет осуждено более 30, а более 20 из них – расстреляно. В их числе такие партийные зубры, как Эйхе, Балицкий, Евдокимов, Зеленский, Икрамов, Ка баков, Криницкий, Постышев, Разумов, Чернов, Яго да, Яковлев.

То был особый слой людей, воспитанных рево люцией и Гражданской войной. Поэтому имевших и свои субъективные взгляды на политику, и совсем не склонных к сентиментальности. Людей, прошедших огонь, воду и медные трубы. Они далеко не были по корны. Политику они приспосабливали к своим же ланиям. Властвуя в регионах, они формировали там своеобразные кланы;

и, в случае объединения сил, – этих будущих участников «съезда победителей» не смог бы остановить даже Сталин.

Поэтому статья Сталина как публично оглашенный окрик не могла не вызвать недовольство партийной элиты. Даже спустя годы после смерти вождя пропа ганда будет лживо утверждать, что он якобы хотел переложить ответственность за перегибы на «истин ных коммунистов». Конечно, Сталин прекрасно осо знавал, что этой публикацией он вызовет недоволь ство. Скрывая то, что он остановил произвол уже че рез месяц после его проявления.

Он резко остановил и антикулацкую истерию. Он понимал, что ситуацию необходимо разрядить неза медлительно, не допустив дискредитации самой идеи коллективизации. Фактически он размежевался со «старыми большевиками». Отметив в своей статье положительные моменты в ходе коллективизации, Сталин писал: «Успехи нередко пьянят людей, при чем у людей начинает кружиться голова, теряться чувство меры, теряется способность понимания дей ствительности… появляются авантюристические по пытки «в два счета» разрешить все вопросы социа листического строительства».

И, не скрывая своего раздражения, Сталин вопро шал: «Кому нужны эти искривления, это чиновни чье декретирование колхозного движения, эти недо стойные угрозы по отношению к крестьянам?

Никому, кроме наших врагов! Я уже не говорю о тех, с позволения сказать «революционерах», которые де ло организации артели начинают со снятия с церквей колоколов. Снять колокола, – подумаешь какая ррре волюционность!…. Нельзя насаждать колхозы си лой. Это было бы глупо реакционно. Колхозное дви жение должно опираться на активную поддержку со стороны основных масс крестьянства…»

Он резко осудил методы, доводившие коллективи зацию до абсурда. Это не было предусмотрено его планами: «Дразнить крестьянина-колхозника «обоб ществлением» жилых построек, всего молочного ско та, всего мелкого скота, домашней птицы, когда зер новая проблема еще не разрешена, когда артельная форма колхозов еще не закреплена, – разве не ясно, что такая «политика» может быть угодной и выгодной лишь нашим заклятым врагам?»

Он пояснял, что «теми, кто сгоняет крестьян в ком муны», ставится под угрозу решение зерновой про блемы. Обвинив ретивых обобществителей в «разло жении и дискредитации» колхозного движения, он на звал их методы провокацией, – действиями, «льющи ми воду на мельницу наших классовых врагов». При звав партию положить конец «искажениям» и настро ениям, порождавшим их, Сталин заключил: «Искус ство руководить есть серьезное дело. Нельзя отста вать от движения, ибо отстать – значит оторваться от масс. Но нельзя и забегать вперед, ибо забежать впе ред – значит потерять массы и изолировать себя».

Одновременно с его статьей «Правда» помести ла текст «Примерного устава сельскохозяйственной артели», принятого постановлением ЦИК и СНК от 1 марта 1930 года. А 3 марта Сталин командировал членов Политбюро на Украину, в Центрально-Черно земную область и на Северный Кавказ. Для оказания помощи местным работникам «в исправлении оши бок», укреплении колхозов и подготовке к весеннему севу. На следующий день ЦК ВКП(б) принял постанов ление «О льготах для колхозов». Они предусматри вали: «отмену на 2 года взимание налога на колхоз ный скот и сокращение общей суммы с/х-налога на 1930/1931 гг».

Сталин не ограничился публикацией своей статьи.

10 марта на ее основе было принято секретное по становление ЦК ВКП(б) «О борьбе с искривлениями партлинии в колхозном движении». В нем требова лось: «Немедленно прекратить в какой бы то ни бы ло форме насильственную коллективизацию. Реши тельно бороться с применением каких бы то ни бы ло репрессий по отношению к крестьянам… немед ленно проверить списки раскулаченных и исправить допущенные ошибки…»24.

Но даже после публикации статьи Сталина экстре мизм на местах полностью не прекратился. 22 марта Серго Орджоникидзе сообщил Сталину о действиях руководства Криворожского округа Украины: «Пере кручено здесь зверски. Охоты исправлять мало… Всё хотят объяснить кулаком, не сознают, что перекрути ли, переколлективизировали. Большое желание еще Кожинов В. Указ. соч. С. 361.

большим нажимом выправить положение, выражают желание расстрелять в округе человек 25–30…».

Поэтому 2 апреля Сталин разослал всем партий ным организациям закрытое письмо с требованием о снижении темпов коллективизации. В его директиве было указано, что «политика укрепления союза с се редняком при опоре на бедноту и беспощадной борь бы с кулачеством стала подменяться насквозь враж дебной ленинизму политикой командования в отно шении середняка».

Это создало ситуацию для массовых крестьянских волнений, при которой мог быть сорван сев, подорва но колхозное строительство и поставлено под угрозу внутреннее и внешнее положение страны. Действи тельно, на коллективизацию кулак отреагировал не только антисоветской агитацией. Его сопротивление перерастало в войну. Только на Украине, где за пять месяцев было раскулачено 90 тыс. кулацких хозяйств, произошло 1,5 тыс. террористических актов против колхозных активистов. На Урале в январе – марте бы ло 260 случаев кулацкого терроризма, в Новгород ском округе Ленинградской области – 50, в Централь но-Черноземной области – 192. В Сибири за 9 меся цев было совершено более тысячи терактов, из них 624 – убийства и покушения. В феврале и за первые две недели марта 1930 г. на Украине волнениями бы ло охвачено 500 населенных пунктов.

Одновременно активизировала антисоветскую де ятельность эмиграция. Так, в марте на территории Афганистана состоялось совещание баев-эмигран тов. Было решено направить на территорию Туркмен ской ССР крупный отряд басмачей во главе с курба ши Шайтаном для вывода за границу людей из кла нов местных баев, имущества и угона скота. По дан ным ОГПУ, в Казахстане действовало 82 банды чис ленностью 1925 человек, а казахи-скотоводы начали массовую откочевку в Китай.

В сентябре Дальневосточное совещание русских белоэмигрантских организаций в Харбине выпустило обращение к населению Сибири и Дальнего Востока с призывом «к всеобщему восстанию против коммуни стов». Еще в марте провозгласил «Крестовый поход»

против СССР папа римский Пий XI. И наиболее тре вожной стала ситуация на Западной Украине, где на границах с Польшей и Румынией население «букваль но вышло из-под контроля органов советской власти».

В 1930 году произошло 13 754 массовых выступле ния в деревнях;

из них 3712 «бабьих бунтов». За год ОГПУ ликвидировало «206 белогвардейско-кулацких подпольных групп в Московской области», «32 контр революционные организации и 190 кулацких групп» в Нижне-Волжском крае, «церковно-монархическую ор ганизацию» в Вятке. Большое число групп кулаков и белогвардейцев было арестовано в Поволжье, Цен трально-Черноземной области, в Западной Сибири, на Северном Кавказе и на Дону.

Тревожной оставалась обстановка и в Западной Сибири. И в марте 1931 года Комиссия ЦК ВКП(б) по спецпереселенцам, возглавляемая А. Андреевым, приняла предложение полномочного представителя ОГПУ по Западной Сибири Л. Заковского о переселе нии в течение мая – июля 40 тысяч кулацких хозяйств в северные районы края.

Глава Дело о «КУЛАЦКОЙ ССЫЛКЕ»

Одним из наиболее распространенных приемов «антисталинистов» является гротескное преувеличе ние масштабов репрессий в отношении кулаков. При чем это не простое заблуждение, а преднамеренное извращение истины. Так Солженицын в придуманном им кондовом псевдорусском стиле писал: «… был по ток 29—30-го годов, с добрую Обь, протолкнувший в тундру и тайгу миллионов пятнадцать мужиков (а как-то и не поболе)». В действительности все было не «поболе» и не «по фене» и даже не по блатным «понятиям». Оправдывая корни своей фамилии, про ходимец, не знавший подлинной статистики и пиарив ший лишь свою «славу», беззастенчиво солгал. Но обратимся к документам.

В соответствии со справкой Отдела по спецпере селенцам ГУЛАГа ОГПУ «Сведения о выселенном ку лачестве в 1930–1931 гг.»25 в этот период на спецпо селение было отправлено 381 026 семей общей чис ленностью 1 803 392 человека 26. Таким образом, всего Ивницкий Н. Коллективизация и раскулачивание. М., 1996. С. 69.

ГАРФ, ф.9479, оп.1, д.89, л.205. Цит. по: Земсков В.Н. Судьба «ку было выселено 381 173 семьи, из них 136 639 человек были переселены лишь внутри края, а 244 534 были выселены в другие районы.

Примерно такое же количество высланных в до кладной записке 12 октября 1931 г. привел и Ягода. Он сообщил Сталину, что выселение кулачества из рай онов сплошной коллективизации, производившееся с 20 марта по 25 апреля и с 10 мая по 18 сентября, за кончено. За это время было перевезено 162 962 се мьи (787 241 человек), в том числе мужчин – 242 776, женщин – 223 834 и детей – 320 731.

То есть вместе с выселенными в 1930 г. количество переселенцев составит 240 757 семей (1 158 986 че ловек)27. Таким образом, солженицынский «поток с добрую Обь» из «15 миллионов мужиков» сразу «усы хает» в 62 раза. Чувствуете разницу? Вот так «жить не по лжи» призывал Солженицын. Впрочем, новояв ленный «классик» лжет и про «тундру» и про «тай гу». В докладной записке Ягоды Сталину от 4 января 1932 г. сообщались данные о расселении спецпере селенцев по состоянию на конец 1931 года:

лацкой ссылки». 1994, № 1. С.118–120.

Ивницкий Н. Коллективизация и раскулачивание. М., 1996. С. 194, 242.

То есть у Солженицына «тяжело» не только с «циф рами», но и со знанием географии. Это с какого бо дуна – Казахстан, Среднюю Азию, Украину, Нижего родский край можно отнести к тундре или тайге? Ну, Ленинградская область, при хорошей фантазии, воз можно, может потянуть на приполярную глушь, но Кавказ, даже Северный – никогда! Правда, из приве денной таблицы видно, что общее количество кула ков в местах расселения на конец 1931 г. состави ло 1 421 380 чел., а выслано было, как мы помним, 1 803 392. Куда «исчезли» 382 012 человек? Но не будем пугать читателя страшилками интеллигентов.

С 1932 по 1940 год число «беглых кулаков» состави ло 629 042 человека, из них пойманы и возвращены только 235 120 человек.

До июля 1931 г. вопросами расселения, трудо устройства и быта спецпереселенцев занимались краевые и областные исполкомы. Позже постановле нием СНК СССР от 16 августа 1931 г. № 174с о созда нии специальных (трудовых) поселений для выслан ного кулачества ответственность за надзор, устрой ство, хозяйственно-бытовое обслуживание и трудо использование выселенных кулаков – была возложе на уже на ГУЛАГ. Конечно, бежавших спецпоселенцев пытались вернуть. Но даже в феврале 1939 года в до кладной записке в ЦК ВКП(б) руководство Отдела тру довых поселений ГУЛАГа жаловалось:

«Пользуясь ослаблением режима, многие трудпо селенцы разъехались из трудпоселков, проникли на заводы оборонного значения, электростанции и дру гие предприятия в краевых, областных центрах и раз личных городах. Снятие их оттуда и водворение в трудпоселки встречает затруднения в связи с тем, что они работают на этих предприятиях ряд лет, приобре ли квалификацию, многие сумели получить паспорта, вступили в брак с другими рабочими и служащими и обзавелись в ряде случаев своими домами и хозяй ством».

Вместе с тем, не все высланные расселялись в трудпоселках. В момент их прибытия сотрудники орга нов ОГПУ-НКВД сами производили сортировку высе ленных. Одни из них освобождались, другие направ лялись в лагеря ГУЛАГа. Так, в рапорте от 20 мая 1933 г. начальник ГУЛАГа М. Берман докладывал за местителям председателя ОГПУ Агранову и Проко фьеву:

«По сообщению СИБЛАГа ОГПУ, из числа прибыв ших в Томск контингентов с Северного Кавказа, по со стоянию на 20 мая с.г., произведена согласно Вашим указаниям проверка 9868 человек. Из этого количе ства решением Тройки ПП ОГПУ ЗСК вовсе освобож дено – 85 человек, освобождено с ограничениями – 2422, осуждено в лагеря – 64, а остальные 7297 чело век направляются в трудпоселки».

Массовое выселение кулаков было прекращено в 1931 году. Правда, в существенно меньших масшта бах, продолжалось и в 1932–1933 гг. Данные о ди намике численности спецпереселенцев за 30-е годы приводятся в таблице 28:

ГАРФ. Ф. 9479. Оп.1. Д.89. Л. 216.

1 – в данных за 1932–1933 гг. учтены также спецпе реселенцы, возвращенные в спецпоселки по отбытии срока наказания в лагерях и тюрьмах, а также пере данные внутри области (края) из одних хозорганов в другие.

2 – в данных за 1932–1933 гг. учтены осужденные, «неправильно высланные», переданные на иждиве ние и перемещенные внутри области (края);

за 1935– 1937 гг. – освобожденные на учебу и вышедшие замуж за свободных. В этот контингент входил и городской деклассированный элемент, выселенный (преимуще ственно в 1933 г.) по постановлениям «троек» ОГПУ за отказ выехать за 101-й километр из Москвы, Ленин града и других режимных центров в связи с паспорти зацией.

На жительство в трудпоселки направлялись также лица, осужденные органами ОГПУ-НКВД и судами на срок от 3 до 5 лет (кроме «особо социально опас ных»), которым отбывание наказания в местах лише ния свободы заменялось высылкой. Но в документах НКВД они числились как «бывшие кулаки». Тем не ме нее трудпоселки не были «лагерями». Более того, в отличие от обычных граждан, до 1 января 1934 г. спец поселенцы были освобождены от всех налогов и сбо ров, а некоторым эта льгота была продлена до 1 ян варя 1935 г. В оплате труда они приравнивались ко всем рабочим и служащим, за исключением того, что их не принимали в профсоюз.

Правда, первоначально все выселенные кулаки были лишены избирательных прав. Но уже с 1933 г.

такое право стали получать их дети. В постановле нии Президиума ЦИК СССР от 17 марта 1933 г. «О порядке восстановления в избирательных правах де тей кулаков» указывалось: «Дети высланных кулаков как находящиеся в местах ссылки, так и вне ее, и до стигшие совершеннолетия, восстанавливаются в из бирательных правах районными исполкомами по ме сту их жительства при условии, если они занимаются общественно полезным трудом и добросовестно ра ботают».

Более того, по постановлению СНК СССР и ЦК ВКП(б) от 15 декабря 1935 г. «О школах в трудпо селках» детей трудпоселенцев, окончивших непол ную среднюю школу, разрешалось принимать на об щих основаниях как в техникумы, так и в другие спе циальные средние учебные заведения, а окончивших среднюю школу – допускать на общих основаниях в высшие учебные заведения.

С 1932 и до 1935 года восстановление избиратель ных прав получали и взрослые спецпереселенцы, до казавшие «своей честной работой, высокой произво дительностью труда и поведением лояльное отноше ние к Советской власти…» Одновременно они полу чали «право выезда из спецпоселка» наравне со все ми «правами граждан СССР». 25 января 1935 г. все бывшие кулаки были восстановлены в избирательных правах наравне с другими гражданами СССР. Однако это не давало им права совсем покинуть установлен ное место жительства.

Продолжался и процесс освобождения бывших ку лаков. Тысячи людей были освобождены в связи с на правлением на учебу, вступлением в брак с нетрудпо селенцами и по другим причинам. С октября 1938 года постановлением СНК СССР «детям спецпереселен цев и ссыльных при достижении ими 16-летнего воз раста, если они ничем не опорочены» – паспорта ста ли выдавать на общих основаниях, не чиня «им пре пятствия к выезду на учебу или на работу».

Примечательно, что после начала Великой Отече ственной войны поток заявлений об освобождении из трудссылки сильно сократился. Наоборот, «от ранее освобожденных трудпоселенцев стали поступать за явления с просьбой разрешить вернуться в трудпосе лок и снова встать на учет трудпоселений». Ибо ста тус трудпоселенца спасал как от военной службы, так и от отправки на фронт.

И лишь 11 апреля 1942 г. Государственный Комитет Обороны принял Постановление № 1575сс, соглас но которому за период с 15 апреля по 15 мая 1942 г.

надлежало призвать в Красную Армию «35 000 чело век за счет тщательного отбора детей переселенцев и переселенцев призывного возраста». Всего с нача ла войны было призвано в армию 60 747 человек. По сле окончания войны началось массовое освобожде ние бывших кулаков, остававшихся к этому времени на спецпоселении. Так, на 1 апреля 1947 г. их состо яло на учете 481 186, на 1 января 1948 г. – 210 556, на 1 июля 1949 г. – 124 585, а на 1 июля 1952 г. – 009 человек. Такова истинная, а не вымышленная ис тория «кулацкой ссылки».

Приостановка темпов коллективизации вызвала массовый выход крестьян из колхозов. Уже весной 30 го года уровень обобществленных по стране хозяйств упал до 23,6 %. Хлебная проблема продолжала оста ваться важнейшей. Поэтому, регулируя свои отноше ния с деревней, в ходе продолжения коллективиза ции правительство предпринимало различные эконо мические и организационные меры. Так, еще в апре ле 1930 г. был принят «Закон о хлебозаготовках». Он обязывал колхозы сдавать государству лишь от трети до четверти, а в незерновых регионах – не более од ной восьмой части валового сбора. В начале 1932 г. VI съезд Советов СССР утвердил решение о вводе рас чета с колхозниками по трудодням, а в феврале вы шло постановление ЦК ВКП(б) «Об очередных меро приятиях по организационно-хозяйственному укреп лению колхозов». В нем предлагалось создать в кол хозах производственные бригады с постоянным со ставом колхозников.

В июне ЦИК СССР принял постановление «О плане государственных заготовок продовольствия на 1932 год». Уже с 1931 г. хлебозаготовки в стране про водились на основе контрактации в сочетании с вве дением колхозной торговли. Согласно первой, колхоз и его члены могли торговать хлебом только после вы полнения плана хлебозаготовок, засыпки семенных и страховых фондов. Казалось, что все складывается благоприятно, но события стали развиваться по ино му сценарию, отличному от того, который задумывало руководство страны. Увы, но «власть» не была все сильной. В процессе участвовали миллионы людей, которые чаще всего руководствовались не буквой за кона и не голосом разума, а инстинктом личных инте ресов определенных классов общества, часто порож давших волны стихии.

А волны экономической стихии, как и природные катаклизмы, накатывающиеся на разных временных этапах цивилизации не только на отдельные страны, но и на целые континенты, чаще всего не подвластны властям. С некоторых пор бездарные политики отко ловшейся от России Украины, вынесенные на верши ну власти стихией «оранжевой революции», по понят ным причинам стали цинично спекулировать темой об «украиноморе» в 1933 году.

Спекуляции украинских националистов строятся исключительно на предположительных подсчетах о возможном демографическом приросте населения республики на отрезке в 13 лет. Однако не на основе реальных сведений статистики, а косвенным методом «тыка» в потолок;

приеме, столь излюбленном неум ными людьми. Поэтому, прежде чем поговорить «о на циональных особенностях» деторождения на Украи не, обратимся к этой же проблеме в Америке.

Б. Борисов пишет: «Если верить американской ста тистике, за десятилетие с 1931 по 1940 год по дина мике прироста населения США потеряли ни много ни мало 8 миллионов 553 тысячи человек. Причем пока затели прироста населения меняются сразу, одномо ментно, в два(!) раза точно на рубеже 1930–1931 гг., падают и замирают на этом уровне ровно на десять лет. И так же неожиданно, спустя десятилетие, воз вращаются к прежним значениям.

Итак, 7 миллионов 394 тысячи человек по состо янию на 1940 год просто отсутствуют. Никаких офи циальных объяснений по этому поводу нет. Начало тридцатых – настоящая гуманитарная катастрофа в истории США. В 1932 году число безработных достиг ло отметки 12,5 млн человек. Это при всем населении Штатов, включая детей и стариков, в 125 миллионов.

Пик пришелся на начало 1933 года, когда безработ ных в Америке было уже до 17 миллионов – с членами семей это примерно полностью безработная Франция или Британия.

По данным АФТ (Американской федерации тру да), в 1932 году полностью занятыми остались все го 10 процентов рабочих! Массовое бродяжничество, нищета, детская беспризорность стали приметой вре мени. Появились заброшенные города, города-при зраки, все население которых ушло в поисках еды и работы. Около 2,5 миллиона человек в городах лиши лись жилья и стали бездомными. В Америке начался голод. Даже в наиболее благополучном и самом бо гатом городе страны, Нью-Йорке, люди массово уми рали от недоедания, что вынудило городские власти начать раздачу бесплатного супа на улицах. Вот под линные воспоминания ребенка о тех годах: «Мы за меняли нашу привычную любимую пищу на более до ступную… Вместо капусты мы использовали листья кустарников, ели лягушек… В течение месяца умерли моя мама и старшая сестра…» (Jack Griffin).

Что интересно, официальная американская стати стика (задним числом) показывает не рост, а сниже ние(!) смертности населения в 1932–1933 гг. Это на фоне более пяти миллионов беженцев, 2,5 миллиона потерявших жилье и 17 миллионов полностью поте рявших работу и средства к существованию…» Дей ствительно, стихия экономического кризиса, накатив шегося на Америку в 1929 году, терзала страну вплоть до начала Второй мировой войны. Но пиком стал пе риод с 1932 по 33-й год. Под каток кризиса попал каж дый шестой американский фермер. Десятки миллио нов людей шлялись по стране в поисках хлеба и ра боты. Лишенные земли, денег, родного дома и имуще ства, они отправлялись – в никуда. Они умирали на пространстве пустынь и полупустынь, на улицах отда ленных поселков и больших городов, погибали в дра ках с бандитами и такими же голодными людьми.

На основе сведений американской статистики Бо рисов делает вывод, что «в поколении рожденных в 1930-е бросается в глаза недостача в 5 миллионов 573 тысяч американцев – прямых жертв голодомора 1932–1933 гг. в США». Правда, респектабельные аме риканские политики не стали ронять престиж своей страны. И задним числом подправили статистику, по казав не сокращение, а прирост нации в голодные го ды. Оно и правильно, чем истерично демонстриро вать свою слабость и, взывая к сочувствию другие на роды, протягивать руку с просьбой о милостыне, при личнее сохранить свое лицо. Американцы не стали делать трагедии и из своего ГУЛАГа. Наоборот, они представили его как своего рода благотворительность Рузвельта.

Массы «ненужного» населения направили на «об щественные работы». В общей сложности в 1933– 1939 годах, не считая заключенных, в строительстве «каналов, дорог и мостов (зачастую в необжитых и бо лотистых малярийных районах) единовременно бы ли заняты до 3,3 млн чел.». Всего через чрево аме риканского ГУЛАГа «общественных работ» прошло 8,5 млн человек. Возглавил эту американскую каторгу министр внутренних дел Г. Икес. Начиная с 1932 года, он водворил в лагеря для безработной молодежи око ло двух млн американцев. Причем «из 30 долларов номинальной заработной платы обязательные выче ты составляли 25 долларов. Пять долларов за месяц каторжного труда в малярийном болоте». К слову ска зать, что если в СССР заключенные строили каналы, то и американские безработные в эти же годы выстро или ряд плотин гидроэлектростанций, в частности на Ниагаре.

Но вернемся на Украину. Когда историки и полити ки рассуждают о голоде 1933 года, то в основном они обращают внимание лишь на неудовлетворительную заготовку хлеба. Между тем причиной голода стала не столько «хлебная забастовка». Не в меньшей, если не в большей степени продовольственные затруднения «голодного» 33-го обусловило животноводство.

Историки и обыватели считают, что с началом кол лективизации, построив свой личный скот чуть ли не в колонны и под конвоем работников ГПУ, под по любившуюся интеллигенции сентенцию: «шаг влево, шаг вправо – расстрел», колхозники привели своих коров в коллективные хозяйства. В действительности это было не так наивно – скот остался в личном поль зовании крестьян. В колхозное стадо передавались животные, купленные у кулаков;

правда, по государ ственным ценам и, конечно, – если те его не зарезали перед раскулачиванием. Но в 30-м году скот забивали не только кулаки. Опасаясь обобществления в прину дительном порядке, его стали пускать на мясо и всту пающие в колхозы крестьяне. Правительство не оста вило проблему животноводства без внимания. Когда в 1930 году был собран высокий урожай, то появилась возможность для значительного увеличения в стране поголовья лошадей, крупного рогатого и мелкого ско та.

Поэтому уже 30 июля 1931 г. ЦК ВКП(б) и СНК СССР приняли постановление «О развертывании социали стического животноводства». Оно предусматривало создание в колхозах животноводческих ферм. И этим постановлением, в частности, предлагалось: переда вать для колхозных ферм скот из числа поступившего по мясозаготовкам. И, одновременно, «организовать покупку у колхозников молодняка для общественного животноводства коллективных хозяйств».

Однако власти на местах отреагировали на это по становление тем, что стали обобществлять скот кол хозников. В связи с этим ЦК ВКП(б) резко выступил с заявлением. 26 марта 1932 г. было опубликовано постановление «О принудительном обобществлении скота». В нем говорилось: «Только враги колхозов мо гут допускать принудительное обобществление коров и мелкого скота у отдельных колхозников». Это «не имеет ничего общего с политикой партии»;

«задача партии состоит в том, чтобы у каждого колхозника бы ли своя корова, мелкий скот, птица».

В постановлении предлагалось немедленно: «1) пресечь всякие попытки принудительного обобществ ления коров и мелкого скота у колхозников, а винов ных в нарушении директивы ЦК исключать из партии;

2) организовать помощь и содействие колхозникам… в покупке и выращивании молодняка для личных по требностей» («Правда», 1932. 26 марта).

Конечно, Сталин понимал, что решить продоволь ственную проблему только организационно-партий ными решениями невозможно. Требовались экономи ческие меры. Поэтому Декретом от 23 сентября 1932 г.

«О мясозаготовках» с начала следующего месяца на чалось вручение колхозам, колхозным дворам и еди ноличным хозяйствам обязательств по госпоставкам – сдаче мяса государству, «имеющим силу налога».

С целью подъема сельского хозяйства Сталин ис пользовал и другие рычаги. Для компенсации «кулац кого забоя» уже в 1930 г. по сравнению с 29-м годом правительство в два раза увеличило общий импорт племенного скота, а 1932 г. импорт овец и коз вырос более чем в три раза – до 1 045 004 голов.

Импорт в СССР лошадей, крупного рогатого и мелкого скота (тыс. голов) Однако деревня не только не увеличивала поголо вье скота, она усердно поедала мясо сама. В 1932 г.

(по сравнению с 1931 г.) количество крупного рогато го скота уменьшилось на 7,2 млн голов, овец и коз – на 25,5 млн, свиней – на 2,8 млн. В результате наряду с прочими обстоятельствами сокращение количества скота стало одной из главных причин голода 33-го го да.

Поголовье лошадей и скота в СССР (тыс. голов) Причем крестьяне забили на мясо и рабочий скот.

В 1932 г., по сравнению с предыдущим годом, общее поголовье лошадей сократилось в стране на 6,6 млн голов;

в том числе рабочих лошадей – на 3,36 млн.

Поэтому осенью часть посевной пашни под озимые оказалась незасеянной. Под нож крестьяне пустили и волов, которые являлись основной тягловой силой в основных хлебопроизводящих районах – Кубани, Кав каза и УССР.

Но сосредоточим свое внимание на Украине, где пятна «голода» проступили наиболее выразительно и стали предметом спекуляции политиков, демагогов и историков. Украинцы осуществляли коллективиза цию успешно. Уже к 1 октября 1931 г. в республике бы ло коллективизировано 72 % пахотных земель и 68 % крестьянских хозяйств, но 28 % земли еще принадле жало частному сектору.

Еще в 1957 году профессор колледжа Уильямса Фредерик Шуман, путешествовавший в 30-е годы по Украине в качестве туриста, писал об украинских се лянах: «Их оппозиция вначале приняла форму выра жения в виде забоя своего скота и лошадей, предпо читая это коллективизации. В результате был нане сен серьезный удар по советскому сельскому хозяй ству…»

Действительно, уже в 1929 году на Украине забили 301,6 тыс. волов, в 30-м г. – 339,7;

в 31-м г. – 141 тыс.

Но в 1932 г. волов под нож отдали только 8 тысяч.

Зато в этом году украинцы пустили на колбасу 1 млн 649 тыс. лошадей. Причем лошадей на колбасу на Украине пустили на 314 тысяч больше, чем их съело население остальных республик. Еще 3 млн 541 тыс.

лошадей украинцы съели в голодном 1933 году.

Поголовье в УССР рабочего скота (тыс. голов) Забой в республике волов и лошадей руководство страны компенсировало тем, что постоянно увеличи вало в республике парк тракторов.

Наличие тракторов в УССР Но чем можно было компенсировать плохой труд украинских крестьян? Желанием работать не горе ли ни колхозники, ни единоличники. Только осенью 1931 года неоправданные потери урожая в респуб лике составили 200 миллионов пудов! В ряде райо нов обмолот зерна предыдущего года продолжался вплоть до марта 1932 г. (!). Многие зажиточные кре стьяне «самораскулачились». Они даже пошли в кол хозы, правда, заняв там «чиновничьи» места. И уже с осени 1931 года украинское крестьянство начало своеобразную забастовку – «итальянку», как назвал ее позже в письме Шолохову Сталин. Крестьян можно понять, но как понять тех, кто сваливает вину за са ботаж на Сталина? Так, на Украине площадь озимых в 31-м году засеяли на 2 млн га меньше, чем в 30-м;

еще 0,8 млн га за зиму вымерзло.

Весной 1932 г. крестьяне безобразно провели но вую посевную. Причем из предоставленной ЦК ВКП(б) в марте – июне семенной помощи часть зерна была использована в колхозах как продовольствие. А в на чале лета в ряде районов выкашивались на корм ско ту несозревшие на колхозных полях озимые и выка пывалась для еды еще молодая картошка. Поскольку МТС пока обслуживали не все колхозы, то массовый забой волов вызвал снижение количества пахотных земель, затягивал сев, а затем и вывозку урожая с по лей. По данным газеты «Правда», на 15 мая 1932 г. на Украине засеяли лишь 42 % всей посевной площади.

К началу уборочной в июле осталось незасеянными более 2,2 млн га яровых, а летом в хозяйствах не про водилась прополка посевов.

Чтобы материально заинтересовать колхозников в сборе урожая, им выдавали натуральный аванс зер ном, в размере до 15 % заработанного на трудодень, но это не стимулировало труд. Крестьяне не рвались работать в коллективном хозяйстве в полную силу, а многие вообще не выходили на работу. Предпочитая ей торговлю или побочный заработок. В результате колхозный хлеб погибал в поле от сорняков и осыпа ния, терялся во время жатвы и транспортировки. При обмолоте часть зерна колхозники «старались пустить в солому и полову», чтобы собрать эти «озадки»;

зер но уносили и просто за пазухой.

Впрочем, крали не только в колхозе. В публицисти ке хрущевского периода «пишущая интеллигенция» с упоением комментировала закон от 7 августа 1932 г., язвительно называя его «законом о трех колосках», она представляла его как меру, направленную против «голодных детей», которые хотели «сварить кашу» из колосьев, собранных на колхозных полях. Конечно, это не более чем вздор нечистоплотных людей. Речь шла о других преступлениях. 20 июля Сталин писал Кагановичу и Молотову: «За последнее время участи лись: во-первых, хищения грузов на желдортранспор те (расхищают на десятки млн руб.), во-вторых, хище ния кооперативного и колхозного имущества. Хище ния организуются главным образом кулаками (раску лаченными) и другими антиобщественными элемен тами… По закону эти господа рассматриваются как обычные воры, получают два-три года тюрьмы (фор мально!), а на деле через 6–8 месяцев амнистируют ся. … Терпеть дальше такое положение немыслимо.

Предлагаю издать закон (в изъятие или отмену суще ствующих законов), который бы:

а) приравнивал по своему значению железнодо рожные грузы, колхозное… и кооперативное имуще ство – к имуществу государственному;

б) карал за расхищение (воровство) имущества указанных категорий минимум десятью годами заклю чения, а как правило – смертной казнью;

в) отменил применение амнистии к преступникам таких «профессий». Без этих (и подобных им) дра коновских социалистических мер невозможно устано вить новую общественную дисциплину, а без такой дисциплины – невозможно отстоять и укрепить наш новый строй. … …Если будут возражения против моего предложе ния об издании закона против расхищения коопера тивного и колхозного имущества и грузов на транспор те, – дайте следующее разъяснение.

Капитализм не мог бы разбить феодализм, он не развился бы и не окреп, если бы не объявил прин цип частной собственности основой капиталистиче ского общества, если бы он не сделал частную соб ственность священной собственностью… Социализм не сможет добить и похоронить капиталистические элементы и индивидуально-рваческие привычки, на выки, традиции (служащие основой воровства)… ес ли он не объявит общественную собственность (ко оперативную, колхозную, государственную) священ ной и неприкосновенной».

Вряд ли к этому объяснению требуются коммента рии, но напомним, что в благопристойной Англии го лодного ребенка судили даже за кражу одной булоч ки. Впрочем, смысл закона формулировало уже его название: «Об охране имущества государственных предприятий, колхозов и кооперации и укреплении общественной социалистической собственности».

Да, он был суров. За хищение колхозного и коопе ративного имущества, хищение грузов на железнодо рожном и водном транспорте закон предусматривал расстрел, а при смягчающих обстоятельствах лише ние свободы на срок не ниже 10 лет. Одновременно обуславливались «меры судебной репрессии по де лам об охране колхозов и колхозников от насилий и угроз со стороны кулацких элементов» – лишением свободы на срок от 5 до 10 лет. Причем осужденные по этому закону амнистии не подлежали.

Правда, в нем была статья, определяющая наказа ние и за «мелкие кражи», включая растаскивание кол хозного зерна. Согласно статистике НКЮ и ГПУ СССР, за август – январь 1932–1933 гг. его применяли ме нее чем в 30 % случаев и преимущественно – в отно шении колхозного актива (глав колхозов, бухгалтеров, завхозов, весовщиков и т. д.). Но мера наказания бы ла несравнимо меньше.

По данным Верховного суда СССР, на 15 февраля 1933 г. по закону от 7 августа в целом по стране бы ло осуждено 103 тыс. человек. Из них приговорено к высшей мере наказания 6,2 % (более 6 тыс.), к 10 го дам лишения свободы 33 %. Из общего числа осуж денных 62,4 % приходилось на колхозников, 9,4 % – на работников совхозов и 5,8 % – на единоличников.

На самом деле преступлений было значительно боль ше. Так, с 7 по 17 августа 1932 года газета «Правда»

организовала на Украине рейд по борьбе с кражами зерна;

в нем приняли участие 100 тысяч «ударников печати». Позже, 4 января 1933 г., в письме участника рейда из колхоза «Новая жизнь» Артемовского райо на так описывалась сельская страда:

«Во время уборочной кампании и обмолота воца рились полнейший кавардак и беспорядок. Бригады распались, в поле выходил – кто хотел, работа орга низована не была. Работу игнорировали, хлеб осы пался. Разворовывание пошло вовсю, днем и ночью с поля возили на глазах у всех, растаскивали кол хозный хлеб. Учета не было. Какой был урожай, по сей день неизвестно. Хлебозаготовки колхоз выпол нил на 5 процентов!» Воровство зерна на Украине бы ло повсеместным, и власть ничего не могла поделать с этой, почти общенациональной привычкой;

она бы ла бессильна.

Председатель ВУЦИК ССР Г. Петровский, обследо вавший состояние дел в колхозах, писал в записке ЦК КП(б)У в декабре 1932 года: «По Донецкой области имеет место широкий саботаж по обмолоту, хлебоза готовкам и особенно массовые кражи хлеба почти в каждом селе и колхозе. Особенно резко это явление отмечается в селе Пески, где кулацкое влияние так сильно сказалось, что огромное количество хлеба при обмолоте было пущено в озадки, в полову». Впрочем, и в 1931 году потери урожая от плохой уборки и массо вых краж были огромны. На партконференции в июле 1932 года Косиор оценил их в 120–150 млн пудов, а Скрипник – до 200 млн. Это составляло до половины годового плана хлебозаготовок республики!

В новом году – все повторялось. Озабоченные со стоянием дел в республике, 16 августа Сталин и Мо лотов направили телеграмму (для Политбюро) Кага новичу: «Ввиду тяжелого положения на Украине счи таем совершенно необходимым срочное привлече ние войск как к уборочной, так и прополочной рабо те». И в конце августа на Украине в помощь колхозни кам были брошены воинские части. Однако, несмотря на привлечение к работе армии, интенсивность убор ки и обмолота урожая 1932 была крайне низкой. За то в колхозах господствовала подлинная «демокра тия» – так любимая каждой украинской душе. Воров ство процветало во всех видах и формах. В нем широ ко было задействовано руководство колхозов и люди, связанные с колхозными чиновниками родственны ми связями. Это влекло непропорциональное пере распределение продовольствия между колхозниками, имевшими большое количество трудодней, в пользу членов семей административного аппарата и их род ственников.

Царившее в селах воровство не лучшим образом стимулировало труд рядовых колхозников. Поэтому во многих районах Украины уборочная кампания про шла не только неэффективно, но и с большим запоз данием. Кроме того, на полях не проводилось скирдо вание. В результате не убранный колос зерна обсы пался, а использование лобогреек без зерноуловите лей приводило к большим потерям 29. Вместе с тем, Лобогрейка – простейшая жатвенная машина, применявшаяся для в основной массе колхозов проводилась поспешная выдача натуральных авансов, значительно превыша ющих нормы, а во время работ щедро устанавлива лись завышенные пайки общественного питания. Не рассчитывая на трудодни, остальное «самообеспече ние» в массовом порядке колхозники добирали воро ванным зерном.

Был ли смысл крестьянам ломать хребет и соби рать хлеб, чтобы потом сдать его государству? Ищи те дураков! Урожай «испарялся», как спирт из блюд ца. Кстати о спирте… Общеизвестно, что спирт укра инские селяне не пьют. Всем дарам Бахуса они пред почитают «гарный» самогон, а на варку «горилки» ну жен тот же хлеб.

Но самогон без хорошей закуски – не еда. Достой ная украинская еда – это сало и колбаса. Как говори лось выше, с 1930 года продовольственную проблему украинское село решало массовым забоем волов. И их поголовье сократилось с 805,5 тыс. голов в 1929 г.

до 105,2 тыс. в 32-м г. Поэтому за 1932 год на колба су забили 1 млн 649 тыс. лошадей. Но, видимо, это го показалось мало и на «харчевание» украинцев до полнительно ушло 637,5 тыс. голов из коровьего ста да, 749,6 тыс. свиней и 1 млн 255,3 тыс. овец и коз.

уборки основных зерновых культур (рожь, пшеница, овес, ячмень).

Животноводство УССР (тысяч голов) Нельзя не удивиться: как при таком «мясожоре»

украинцы умудрились уморить голодом, по их утвер ждениям, – почти треть населения республики? Но еще более поразительно другое. Каким образом исто щенные «голодом» крестьяне Украины сумели прове сти посевную и найти силы, чтобы собрать в 1933 го ду богатый урожай?!

Сложившаяся в республике ситуация тревожила Сталина. В письме Кагановичу от 11 августа 1932 г. он писал: «Самое главное сейчас Украина. Дела на Укра ине из рук вон плохи. Плохо по партийной линии. Гово рят, что в двух областях Украины (кажется, в Киевской и Днепропетровской) около 5-ти райкомов высказа лись против плана хлебозаготовок, признав его нере альным. В других райкомах обстоит дело, как утвер ждают, не лучше. На что это похоже? Это не партия, а парламент, карикатура на парламент.

Вместо того чтобы руководить районами, Косиор все время лавировал между директивами ЦК ВКП и требованиями райкомов и вот – долавировался до ручки. … Плохо по линии советской. Чубарь – не ру ководитель. Плохо по линии ГПУ. Реденсу не по плечу руководить борьбой с контрреволюцией в такой боль шой и своеобразной республике, как Украина. Если не возьмемся теперь же за выправление положения на Украине, Украину можем потерять. Имейте в виду, что Пилсудский не дремлет, и его агентура на Украи не во много раз сильнее, чем думает Реденс или Ко сиор. Имейте также в виду, что в Украинской компар тии (500 тысяч членов) обретается не мало… гнилых элементов, сознательных и бессознательных петлю ровцев, наконец – прямых агентов Пилсудского. Как только дела станут хуже, эти элементы не замедлят открыть фронт внутри (и вне) партии, против партии.


Самое плохое это то, что украинская верхушка не ви дит этих опасностей.

Так дальше продолжаться не может. Нужно: а) взять из Украины Косиора и заменить его Вами с оставлением Вас секретарем ЦК ВКП(б);

б) вслед за этим перевести на Украину Балицкого на пост преда украинского ГПУ (или ПП Украины, так как должности преда ГПУ Украины, кажется, не существует) с остав лением его замом председателя ОГПУ, а Реденса сде лать замом Балицкого по Украине;

в) через несколько месяцев после этого заменить Чубаря другим товарищем, скажем, Гринько или кем либо другим, а Чубаря сделать замом Молотова в Москве (Косиора можно сделать одним из секретарей ЦК ВКП);

г) Поставить себе целью превратить Украину в крат чайший срок в настоящую крепость СССР, в дей ствительно образцовую республику. Денег на это не жалеть. Без этих и подобных им мероприятий (хо зяйственное и политическое укрепление Украины, в первую очередь – ее приграничных районов и т. п.), повторяю – мы можем потерять Украину».

По-видимому, Каганович не захотел оставлять Москву и ехать на Украину не согласился, поэтому Ко сиор сохранил свой пост. Но все-таки был или не был голод на Украине, удовлетворявшей свои националь ные аппетиты салом, колбасой и самогоном? Говорят, что был. И одной из расхожих баек является утвер ждение, будто бы продовольственные трудности на Украине в 1933 году были обусловлены тем, что рес публике якобы давались завышенные планы. Одна ко открытие архивных материалов позволяет сделать вывод, что это не так. Впрочем, проследим хроноло гию.

Еще в начале 1932 года хлебозаготовки в респуб лике были запланированы в размере 434 миллиона пудов, но уже 6 мая ЦК и правительство сократили их до 356 млн пудов. Говоря иначе – до 5831,3 тыс.

тонн. В том числе по колхозам 4751,2 тыс. т. Из них по хозяйствам, обслуживаемым МТС, – 3160 тыс. т и по единоличному сектору 1080,1 тыс. т. То есть сокра щение составило почти 18 %.

Правда, 21 июля, по предложению Любченко и Чу баря, Политбюро ЦК ВКП(б) произвело перераспре деление плана. План хлебозаготовок на Украине уста навливался по колхозам в 4835,2 тыс. т. В том числе МТС – 3263 тыс. т, для единоличников – 996, а всего – 5831,3 тыс. тонн. Однако на 25 октября выполнение годового плана хлебозаготовок по Украине составля ло только 39 %. Обратим внимание, что на это же вре мя в предыдущем году было заготовлено 123 млн пу дов. Почти в два раза больше.

Осенью 1932 года правительству стало ясно, что план по заготовке хлеба в стране под угрозой срыва.

На этот раз «хлебную забастовку» начали колхозы.

Город и промышленные районы оказались под угро зой голода. Нужны были экстренные меры. И после совещания всех секретарей парторганизаций Северо кавказского региона, прошедшего в начале октября в Ростове-на-Дону, комиссия по хлебозаготовкам под руководством Кагановича приняла резолюцию:

«В связи с постыдным провалом плана заготовки зерновых заставить местные парторганизации сло мить саботаж, организованный кулацкими контрре волюционными элементами, подавить сопротивле ние сельских коммунистов и председателей колхозов, возглавляющих этот саботаж».

Стремясь поправить положение, 22 октября 1932 решением политбюро ЦК ВКП(б) в основ ных хлебопроизводящих регионах были образова ны Чрезвычайные хлебозаготовительные комиссии (ЧХК). На Украину был командирован сам председа тель Совнаркома СССР Молотов с группой в соста ве – Калмановича, Саркиса, Маркевича, Кренцеля. На Северном Кавказе и в Поволжье комиссии возглавили секретари ЦК Каганович и Постышев.

Но это не было выламыванием рук, наоборот, Мо лотов поддержал украинцев. И в постановлении По литбюро ЦК ВКП(б) от 29 октября 1932 указыва лось: «Согласиться с предложением т. Молотова и ЦК КП(б)У о дополнительном снижении плана хлебозаго товок по Украине на 70 млн пудов – по совхозам – на 12,1 млн пудов, по колхозам – на 39 млн пудов, по единоличникам – на 18,9 млн пудов» 30.

Теперь план хлебозаготовок УССР был установлен в 286 млн пудов. То есть по сравнению с первоначаль ным планом он уменьшался в целом на 148 млн пу дов.

30 октября в Киеве прошло совещание предста вителей политбюро и партбюро ЦК КП(б)У. Исходя из решения ЦК ВКП(б) «о дополнительном снижении для Украины годового хлебозаготовительного плана на 70 млн пудов», было решено обеспечить выполне ние хлебозаготовок на все 100 %. Для принятия ор ганизационных мер решили командировать: в Одес скую область Косиора, Чубаря и Скрыпника;

в Дне пропетровскую – Затонского и Саркиса;

в Киевскую – Любченко и Сухомлина;

в Винницкую область – Голо да и Карлсона и т. д. Хатаевичу поручалась работа по Харьковской области. Для работы по усилению хле бозаготовок в районах в помощь областным парторга низациям направлялось свыше 100 человек из числа руководящих работников центральных учреждений.

Начиналась битва за урожай. Решение совещания обязывало все парторганизации «развернуть широ кую разъяснительную работу среди трудящихся еди ноличных крестьян в связи с произведенным умень Пирiг Р. Голодомор 1932–1933 рокiв в Українi. Г61;

НАН України. Iн т iсторiї України. «Києво-Могилянська академiя». 2007. С. 1128.

шением плана. Но допускались и жесткие меры. Так, в отношении к единоличникам, уклоняющимся от вы полнения плана, наряду с мерами общественного воз действия позволялось: «взыскание штрафов в разме рах рыночной стоимости несданного хлеба, отказ в от пуске некоторых промтоваров и судебные репрессии в отношении укрывателей хлеба».

Особое внимание уполномоченным предписыва лось уделить делу организации обмолота. Его следо вало завершить: по пшенице к 10 ноября, а всех зер новых – к 20–25 ноября. В целях поощрения районов и колхозов за выполнение плана хлебозаготовок пред лагалось «усилить отпуск им промтоваров за счет со кращения отпуска промтоваров районам и колхозам, которые не обеспечивают выполнение плана хлебо заготовок». Ноябрьский план хлебозаготовок по рес публике был утвержден в размере 90 млн пудов.

5 ноября ЦК КП(б)У предложило Наркомюсту на чать на местах проведение выездных сессий, «при меняя особо суровые меры к спекулянтам, перекуп щикам хлеба». Прокурорам предписывалось – «уста новить специальный надзор использования админи стративного удержания (штрафов) по отношению к не сдающим хлеб». Вместе с этим прокуратура была обязана «надзирать, чтобы административные орга ны не допускали извращений… В частности, не допус кать, чтобы штрафы накладывали на бедняцкие хо зяйства. Одновременно органам юстиции предписы валось «бдительно надзирать, чтобы полностью со блюдали революционную законность при проведении хлебозаготовок, давая решительный отпор перегиб щикам линии партии и правительства».

В постановлении ЦК КП(б)У о мероприятиях по уси лению хлебозаготовок от 18 ноября 1932 года ука зывалось: «В колхозах, допустивших разворовывание колхозного хлеба и злостно срывающих хлебозаготов ки, применять натуральные штрафы в виде установ ления дополнительного задания по мясозаготовкам в размере 15-месячной нормы сдачи для данного кол хоза мяса как по обобществленному, так и индивиду альному скоту колхозника. Применение этого штрафа проводится райисполкомом с предварительного раз решения в каждом отдельном случае облисполкома.

Причем райисполкомы устанавливают сроки взыска ния и размеры штрафа для каждого колхоза (в преде лах 15-месячной нормы мясосдачи) применительно к состоянию отдельных колхозов».

К выполнению хлебозаготовок подключились и че кисты. 22 ноября председатель ГПУ УССР Реденс разработал план операции «по выявлению контрре волюционных центров, организующих саботаж и срыв хлебозаготовок». Операция должна была охватить 243 района. Всего за август – ноябрь органами ГПУ привлечено к ответственности 21 197 человек. В том числе: за хищения, разбазаривание и утайку хлеба – 6940 чел., за агитацию против хлебозаготовок – 6449, за спекуляцию хлебом – 3715, за сопротивление вы возу хлеба – 2022, за террор и поджоги – 441, за вре дительство в колхозах и совхозах – 348.

Впрочем, масштабы репрессий не были чрезмер ными. Из общего числа привлеченных Судебной Тройкой и Особым Совещанием при Коллегии ГПУ УССР было осуждено только 1108 человек. Из них: к высшей мере 31 чел;

заключению на 10 лет – 116;

на 5 лет – 419;

на 3 года – 92;

в ссылку 443;

к другим мерам – 8. То есть всего – 627 чел. Органами Нарко мата юстиции Украины было осуждено: за агитацию 496 чел., за спекуляцию хлебом 466, за хищение, раз базаривание и утайку хлеба 146.

Правда, более продуктивно действовала рабо че-крестьянская милиция. За август – ноябрь мили ция привлекла к ответственности 12 896 человек.

Из них: за хищения, разбазаривание и утайку хле ба 10 863 чел, за спекуляцию хлебом 2 033. ГПУ республики отличилось на ином поприще. За ноябрь – январь 1932/33-го было вскрыто и ликвидировано 1 208 внутриколхозных групп, арестовано 6 682 чел. В том числе: «кулацкоповстанческих и контрреволюци онных организаций и групп – 71;

национальные контр революционные группы – 2;

хищение и разбазарива ние хлеба – 757;

расхищение прочей социалистиче ской собственности – 97;

саботаж хлебозаготовок – 105;

вредительство в колхозах – 65;

сопротивление хлебозаготовкам – 119;

прочие антисоветские группы – 99».

Однако начавшиеся репрессии существенных ре зультатов для выполнения плана хлебозаготовок не дали. 29 ноября Политбюро ЦКП(б)У издало поста новление «О ходе исполнения постановлений Полит бюро от 30 октября и 18 ноября», в котором указыва лось: «Поступающие с мест сведения… показывают, что в ряде районов эти постановления недостаточно поняты и пользуются ими часто неправильно и неуме ло. В связи с этим ЦК считает необходимым дать неко торые дополнительные указания:


1. Постановление ЦК КП(б)У о фондах в колхозах на местах упрощают и искажают. ЦК еще раз пре дупреждает, что применение этого решения являет ся делом, требующим большой гибкости, знания дей ствительного положения в колхозах… Нужно умело выбирать колхозы с таким расчетом, чтобы там действительно обнаружить злоупотребле ния и скрытый хлеб. … В ряде случаев выгоднее применять скрытую проверку фондов, не сообщая колхозу о проверке. Там, где заведомо известно, что проверка не даст серьезных результатов и нам не вы годна, лучше от нее отказаться заранее.… 2. В применении репрессий как к единоличникам, так в особенности против колхозов и колхозников во многих районах уже сбиваются на механическое и огульное их применение, рассчитывая, что само по себе применение голых репрессий должно дать хлеб.

Это неправильная и безусловно вредная практика.

… Как раз наоборот. Именно применение репрессий как крайней меры воздействия делает нашу партий ную работу более сложной. … Борьба с кулац ким влиянием в колхозах есть прежде всего борьба с воровством, с укрывательством хлеба в колхозах.

Это борьба с теми, кто обманывает государство, кто прямо или косвенно ведет работу против хлебозаго товок, кто организует саботаж хлебозаготовок. … Против воров, рвачей и расхитителей хлеба, против тех, кто обманывает пролетарское государство и кол хозников…»

Оперативным приказом от 5 декабря 1932 г. пе ред органами ГПУ Украины была поставлена основ ная и главная задача – «немедленного прорыва, вскрытия и разгрома контрреволюционного повстан ческого подполья и нанесения решительного удара по всем контрреволюционным кулацко-петлюровским элементам, активно противодействующим и срываю щим основные мероприятия советской власти и пар тии на селе». С целью вскрытия контрреволюцион ного подполья в ГПУ УССР была организована Удар но-Оперативная группа.

В общей сложности с начала ноября 1932 до 25 ян варя 1933 г. на Украине было арестовано 37 797 чело век: из них 15 312 по единоличному сектору и 15 449 – по колхозному и совхозному. Причем в числе аресто ванных оказались 10 210 – председателей колхозов, бухгалтеров, счетоводов, кладовщиков, членов прав ления и прочих членов руководящего звена. Рядовых членов колхозов – 7906, середняков – 8187, кулаков – 5825. Всего было рассмотрено 12 076 дел на обвиня емых. Из них 719 осужденных приговорено к высшей мере социальной защиты, 8003 к лишению свободы, 2533 к высылке, 281 к принудительным работам 31.

В архиве СБУ сохранился документ, в котором со общалось, что «органы ГПУ и милиции за период с 1 декабря по 25 января нашли 14 956 ям, 621 «чер ный амбар» и 1359 других тайников, из которых бы ло изъято 1 718 500 пудов зернохлеба». В это коли чество входило зерно, скрытое коллективно и выяв ленное у перекупщиков. Чтобы избежать ответствен Пирiг. Р. Голодомор 1932–1933 рокiв в Українi. С. 2007. С. 1128.

ности, воры начали даже уничтожать запасы наворо ванного хлеба. «В начале 1933 года властями реги стрировались случаи выбрасывания украденного ра нее зерна в овраги, колодцы и реки».

И все-таки, несмотря на решительные меры, за три месяца своего существования ЧХК «заготовила» в украинском селе только 87 млн пудов хлеба. До 1 но ября в целом по УССР было собрано только 136 млн пудов. Одновременно в республике была провалена уборка сахарной свеклы и картофеля. Из-за отсут ствия рабочих лошадей осенью в ряде областей для озимого сева в качестве тягловой силы были исполь зованы коровы. Значительно задерживался и обмо лот хлеба.

Как пишет А. Булок, английский путешественник, побывавший осенью 32-го года на Украине: «Поле за полем были усеяны сгнившим зерном… Можно было ехать целый день и видеть вокруг себя поля почер невшей пшеницы». Однако англичанин ошибался, то было не «сгнившее зерно». В полях стояла неубран ная и осыпающаяся необмолоченная пшеница. Такой была агрономическая технология уборки хлебного бо гатства на Украине: «Нехай с ней, с пшеницей, – зем ля новую народит!»

На 1 декабря по Одесской области было еще не об молочено зерновых с площади 300 тыс. га, Днепро петровской – 85 тыс. га, Харьковской – 190 тыс. га и Донецкой – 150 тыс. га. Обдуваемый ветрами и омы ваемый дождями хлеб сыпался на щедрую украин скую землю.

Впрочем, сошлемся еще на один антисоветский ис точник. В 1934 году в статье Исаака Мазепы – бывше го премьера правительства Петлюры и лидера укра инских националистов, так рассказывалось о системе кулацкого противостояния коллективизации:

«Во-первых, были беспорядки в колхозах, а еще были убиты коммунистические служащие и их агенты, но позже получила предпочтение система пассивно го сопротивления, которая была нацелена на систе матическое расстройство планов большевиков по по севу и сбору урожая… Осенняя и весенняя посевные кампании провалились. Целые поля остались незасе янными, а в дополнение, когда урожай был собран… во многих местах, особенно на юге, 20, 40 и даже 50 процентов его осталось на полях и было или вооб ще не убрано, или потеряно при молотьбе».

Конечно, национальный патриотизм, выраженный в такой радикальной форме – чтобы навредить со ветской власти, оставим хлеб на полях! То есть умо рим себя же голодом! Выглядит, по меньшей мере, как слабоумие и варварство. Но не согласимся с героем украинского национал-фашизма. Хлебные трудности в 30-е годы обусловил не только саботаж крестьян ства. Существовали и более прозаические причины.

В то время основным агроприемом был трехполь ный севооборот, с чередованием культур по принци пу – пар, озимые, яровые. Это обуславливалось са мим примитивным способом ведения единоличного крестьянского хозяйства на малых площадях.

Поэтому из-за отсталости агроприемов после Граж данской войны в сельском хозяйстве длительное вре мя прогрессировало нарастание «утомления почв» и падение почвенного плодородия. Одновременно шло увеличение засоренности полей, массовое развитие вредителей и болезней. Возросли вспышки массово го размножения грызунов, особенно в лесостепных и степных районах. Этому способствовали «нарушение сроков уборки и условий хранения зерна»32.

Коллективизация позволила применить многополь ные севообороты. Говоря иначе, сразу после револю ции в сельском хозяйстве нужно было вводить не нэп, а начинать коллективизацию и создавать крупные хо зяйства!

Сильная засуха 1931 г. привела не только к паде нию урожайности и валового сбора зерна. Она обу словила последующее распространение вредителей Бубеннов С. Термический способ борьбы с пыльной головней // Сб.

ВИЗРа. 1933, вып. 5.

и рост заболеваний хлебных культур. Одним из край не опасных грибковых заболеваний была головня. На 7-м Всесоюзном съезде по защите растений отмеча лось, что в 1925 году в Крыму зараженность посевов головней составляла 30 % 33. С целью борьбы с этой болезнью в 1931–1932 гг. было проведено несколь ко совещаний, в том числе Всесоюзная конференция, и издано множество научных публикаций. Сотрудник Всесоюзного института защиты растений А.И Борг гардт писал в 1932 году, что «причиной сильного раз вития головни и постоянного наличия ее, являлась форма индивидуального землеиспользования…»

В 1932 году ситуация не только не улучшилась, а даже ухудшилась. Всесоюзный съезд работников от делов борьбы с вредителями констатировал, что по Украине «пораженность головней составляла 2,8 %, по Центральным Черноземным областям – 3,6 %» 34.

Зараженность головней в 1 % означала, что болез нью заражен каждый сотый колос, имевший на себе нескольких сотен миллионов спор грибков, что приво дило к гибели 20–30 % посевов. В 1932 году заражен ность, в зависимости от культуры колебалась от 0,6 до Борггардт А. Основы построения системы мероприятий по ликви дации головни. II серия: Фитопатология. 1932, вып. 1. С. 24.

Пройда П. Усилим борьбу с головней // Сборник ВИЗРа. 1933, вып.

5. С. 73–78.

4,1 %, и наиболее подверженной болезни культурой был овес. Вспышке головни в 1932 году способство вало «низкое качество работ по протравливанию и не выполнение инструкций по предотвращению зараже ния». Заражение зерна головней резко ухудшало ка чество муки и вызывало отравление людей.

Однако головня была не единственной болезнью хлебных полей. В 1932 г. во всех зерновых районах СССР посевы пшеницы были сильно поражены ржав чиной. На Северном Кавказе это вызвало 50 % по тери урожая, по Украине до 20–30 %. На 7-м Всесо юзном съезде по защите растений констатировалось, что большой недобор урожая в 1932–1933 гг. был свя зан с еще одной болезнью – фузариозом.

Опасность заключалась и в том, что «зараженность зерна фузариозом может вызвать симптомы алко гольного отравления – т. н. «пьяный хлеб». Наибо лее часто такие отравления отмечались в Примор ском крае, Московской, Ивановской, Горьковской об ластях и Карелии. Наблюдались вспышки размноже ния и других вредителей сельхозкультур. В 1931– 1932 гг. свыше 20 областей страны охватила эпизоо тия по луговому мотыльку, а в специальном постанов лении СНК РСФСР 1931 года указывалось на «ката строфические размеры размножения кукурузного мо тылька». В 1932 году во всех южных районах СССР «наблюдались массовое размножение и миграция са ранчи».

Всесоюзное совещание по борьбе с сорной расти тельностью при ВИЗРа отметило в 1932 году, что еже годные потери от сорной растительности составляли 200–300 млн центнеров хлеба. «Засоренность полей озимой пшеницы «в Степной зоне по Украине соста вила от 18 до 84 % в сырой массе, по яровой пшенице – 33–76 %, на Северном Кавказе – 34–97 %, по Ниж ней Волге (на яровой пшенице) – от 4 до 89,5 %».

Позже на XVII съезде ВКП(б) Косиор признает, что снижение урожайности было вызвано несоблюдени ем базовых принципов ведения сельского хозяйства:

«Мы несколько лет делали одну и ту же ошибку, рас ширяя площади посевов на Украине без учета тех нужд, тех требований агротехники, которые ребром также были поставлены товарищем Сталиным и ЦК, когда выявлялись наши недостатки, наши ошибки.

Действительно, перегрузка заданиями по техниче ским культурам вредно отражалась на нашем сель ском хозяйстве. Перегрузка посевными заданиями без учета необходимости оставления парового клина, без учета необходимости введения правильного се вооборота давала понижение урожайности и толкала целый ряд земельных организаций к механическому распределению государственных заданий между кол хозами, к пренебрежению конкретной обстановкой в том или другом колхозе».

Выше уже говорилось, что летом 1932 года, по письму Сталина и Молотова, к прополке сорняков на Украине были привлечены воинские части, а 6 янва ря 1933 г. правительством был объявлен Всесоюзный комсомольский поход на сорняки. Однако и это не все беды украинского села. Кулацкая привычка пря тать зерно в «ямы-схроны» вызвала вспышку размно жения грызунов. Этому способствовали и «благопри ятные метеорологические условия (обилие осадков) и оставление неубранного, необмолоченного хлеба в скирдах на полях, а также не разрушаются норы, мел кая пахота. То же наблюдалось и в других районах.

В Ставрополье зимой 1932–1933 гг. в скирдах половы находили до 4000 мышей – до 70 мышей на кубиче ский метр!

Массовое размножение мышевидных грызунов от мечалось в южных и юго-восточных районах СССР уже с весны 1932 года. К осени сплошным мышиным «нашествием» была охвачена вся Степная зона от Бессарабии (Молдова) до Дона и предгорий Кавка за. В отдельных районах плотность нор доходила «до Фалькенштейн Б. Мышевидные грызуны в СССР в 1932—33 гг. // Сборник ВИЗРа. 1933, вып. 7. С. 77–82.

5000 на гектар – Джанкойский и Ишуньский районы Крыма, 3000 на гектар – Днепропетровская и Одес ская области Украины, 10 000 нор на гектар – по всему Северному Кавказу, Калмыкии и Поволжью». Но наи более пораженными стали районы Северного Кавка за, Дагестана, Нижней Волги, Урала, Казахстана – 10 000 нор на га;

в Восточной Сибири – 9000 нор;

в Крыму, Якутии и Западной Сибири – 5000–6000 нор на гектар. Катастрофическое размножение грызунов вызвало вспышки тяжелых инфекционных заболева ний, влекущих смерть людей.

Но вернемся к хлебозаготовкам. Много ли заби рало правительство зерна у села? Был ли «голод»

1933 года следствием «ограбления» государством крестьян? Нет! Государственные заготовки вообще не были чрезмерными – они составляли менее трети урожая.

И поскольку российские историки так и не разо брались с вопросом, где «дырка у хлебного бубли ка»? – обратимся к мнению иностранных професси оналов. Согласно усредненным данным оценок уро жая, поставок и остатков зерна на селе, сделанных американскими специалистами «по истории колхоз ного строительства в СССР», эти показатели были та ковы:

Сбор и поставки зерна в СССР (млн т) Из таблицы видно, что и зимой 1932/33 г. поставки зерна государству не были чрезвычайно высокими. В распоряжении крестьян оставалось столько же зерна, как и в 1934 г., и намного больше, чем в 1936 г., одна ко голода в эти годы не возникало. Итак, к концу осе ни Украина не выполнила и сниженный план заготов ки зерна. На 6 декабря было собрано лишь 63,5 %.

Особенно плохо выполняли хлебозаготовки Днепро петровская, Харьковская и Одесская области и еди ноличный сектор. На 8 декабря по республике следо вало заготовить еще 94,0 млн пудов. С наступлением зимы правительству стало ясно, что наверстать сбор урожая практически невозможно. Итоги хлебозагото вок были рассмотрены на объединенном пленуме ЦК и ЦКК ВКП(б).

В речи «О работе в деревне», произнесенной 11 ян варя 1933 г., Сталиным отмечалось: «Наконец, еще одна причина недостатков нашей работы в деревне.

Состоит она, эта причина, в недооценке роли и от ветственности коммунистов в деле колхозного строи тельства, в недооценке роли и ответственности ком мунистов в деле хлебозаготовок.

Говоря о трудностях хлебозаготовок, коммунисты обычно взваливают ответственность на крестьян, утверждая, что во всем виноваты крестьяне. Но это совершенно неверно и, безусловно, несправедливо.

Крестьяне тут не при чем. Если речь идет об от ветственности и виновности, то ответственность па дает целиком на коммунистов, а виноваты здесь во всем – только мы, коммунисты. ……Если мы допус каем нередко ряд грубых, непростительных ошибок, скажем, по линии хлебозаготовок, то виноваты в этом мы, и только мы.

Мы виноваты в том, что не разглядели отрицатель ных сторон колхозной торговли хлебом и допустили ряд грубейших ошибок. … Мы виноваты в том, что целый ряд наших товари щей все еще переоценивает колхозы, как форму мас совой организации, не понимая, что дело не столько в самой форме, сколько в том, чтобы самим взять на себя руководство колхозами и вышибить из руковод ства колхозами антисоветские элементы.

Мы виноваты в том, что не разглядели новой об становки и не уяснили себе новую тактику классового врага, действующего тихой сапой.

Спрашивается, при чем тут крестьяне?

Я знаю целые группы колхозов, которые развива ются и процветают, аккуратно выполняют задания го сударства и крепнут в хозяйственном отношении изо дня в день. С другой стороны, я знаю и такие колхозы, расположенные по соседству с предыдущими колхо зами, которые, несмотря на одинаковый с ними уро жай и одинаковые с ними объективные условия, – чах нут и разлагаются.

В чем причина? Причина в том, что первой группой колхозов руководят настоящие коммунисты, а второй группой руководят «шляпы», правда, с партийным би летом в кармане, но все же «шляпы».

Спрашивается, при чем тут крестьяне? … Не в крестьянах надо искать причину затруднений в хлебозаготовках, а в нас самих, в наших собственных рядах. Ибо мы стоим у власти, мы располагаем сред ствами государства, мы призваны руководить колхо зами, и мы должны нести всю полноту ответственно сти за работу в деревне.

Таковы главные причины, определившие недостат ки нашей работы в деревне».

И 12 января 1933 г. в постановлении СНК СССР бы ло заявлено об очередном уменьшении годового пла на по хлебозаготовкам из урожая 1932 года. Так, для УССР снижение было на 26 млн пудов. И «послед ний» план заготовок для республики составлял лишь 260 млн пудов (без учета гарнцевого сбора).

План заготовок снижался и по другим регионам. По Северо-Кавказскому краю он был уменьшен на 2 млн пудов (годовой план 112,4);

по Уральской области на 0,5 млн пуд (62,5 млн пудов) и на столько же (0,5) по Казахской АССР – до 43 млн пудов. К 1 февраля 1933 г. Украина заготовила еще 3 млн 876 тыс. тонн зерна, и 6 февраля хлебозаготовки были официаль но прекращены. Таким образом, к 5 февраля перво начальный план хлебозаготовок в 356 млн пудов для Украины в 1932 году был снижен трижды. В общей сложности на 174 млн пудов. Но и по последнему сни женному плану, вместо положенных 260 млн пудов хлеба, республика реально заготовила лишь – 255.

Кроме того, республика имела задолженность по гарнцевому сбору, т. е. плате за перемол зерна на государственных мельницах. Она составляла 16 млн 640 тыс. пудов, и ее следовало погасить до 1 июля 1933 г., то есть фактически уже из нового урожая.

Практически Украина недодала народу страны от уро жая 1932 года 195 млн 640 пудов хлеба! И мы еще вернемся к этой цифре… В целом по стране в 1932 г. было заготовлено лишь 188,4 млн ц. хлеба. При этом Госфонд и неприкосно венный фонд хлебофуража для всего СССР устанав ливался в 1932 г. в размере 55 и 120 млн пудов со ответственно. Впереди предстояла трудная зима, но нужно было сохранить зерно и для посева в новом го ду. В связи с этим 29 января вышло постановление ЦК ВКП(б). В нем указывалось: «Все зерно, заготов ленное с 1 февраля по 1 апреля сверх годового пла на хлебозаготовок по Киевской, Винницкой областям и по Молдавии, как полностью выполнившим установ ленный для них годовой план хлебозаготовок, и по Харьковской области, как выполнившей годовой план по колхозам, оставить в распоряжении ЦК КП(б)У на семена для ярового сева.

1. Настоящее постановление не распространяется на гарнцевый сбор, который полностью (90 %) должен поступать в распоряжение государства.

2. По Одесской, Днепропетровской, Донецкой и Черниговской областям, как не выполнившим плана хлебозаготовок, оставлять 30 % в распоряжении госу дарства и 70 % в распоряжении ЦК КП(б)У на семена для ярового сева из зерна, заготовленного в период с 1 февраля по 1 апреля.

Как видно из содержания этого постановления, об молачиваемое в последующий период зерно с Украи ны не вывозилось. Не вывозилось и зерно, принадле жавшее государству. Оно оставалось на элеваторах республики в качестве семенного фонда для ярового сева и частично как госрезерв.

С конца 80-х годов в общественном употребле нии появилось мнение будто бы «Сталин организовал коллективизацию для получения денег на индустри ализацию путем экстенсивного экспорта сельхозпро дукции (преимущественно зерновой)». На самом де ле этот миф не более чем выдумка невежд, не осве домленных о существе проблемы. Действительно, за период 1926–1933 гг. зерна было экспортировано на 672,8 млн рублей. В тыс. рублей экспорт составил:

1926/27 – 202,6;

1927/28 – 32,8;

1928/29 – 15,9;

1930 – 207,1;

1931 – 157,6;

1932 – 56,8.

Однако конъюнктурные историки шкодливо умал чивали, что за этот же период в страну было импор тировано на 306 миллионов рублей техники – как раз для подъема сельского хозяйства. Импорт сельско хозяйственных машин и тракторов (в тыс. рублей):

1926/27 – 25 971;

1927/28 – 23 033, 1928/29 – 45 595;

1929/30 – 113 443;

1931 – 97 534, 1932 – 420.



Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 10 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.