авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 | 8 |   ...   | 16 |

«Федеральное агентство по образованию Российской Федерации Центр кризисологических исследований при ГОУ ВПО «Шуйский государственный педагогический университет» ...»

-- [ Страница 6 ] --

ную в некоторых российских «коридорах власти»). Оно может Она обычно прячет себя под лживыми словами о правах и трАдиции и показаться мнением какого-то маргинала, далекого от глав- достоинствах человека. Между тем, как напоминает отец ных течений общественно-политической жизни современной Рафаил, все великое совершается в безмолвии. Тайна без России. Тем не менее, подобные пораженческие настроения молвия малопонятна для современного интеллигента, он встречаются не столь уж редко как среди столичной, так и в родился и живет в мире слов. Для него безмолвие — это не кругах провинциальной интеллигенции. полнота другой жизни, выразить которую слово бессильно, потенциАл трАдиции Вместе с тем в последние годы под давлением власти для него безмолвие — гробовая пустота. Интеллигент всег из политического пространства постоянно выдавливаются да шумит, — он немного похож на генератор, который хочет общественные силы православной, патриотической и кон- дать людям свет, но дает шум. Мысль о том, что ему нечего сервативной направленности, также имеющих определен- сказать звучит для него поражением. ЧАсть II. берегА Антикризисный ное число сторонников в среде российской интеллигенции. Правда, подобный взгляд не является общецерков Как нам представляется, политика исключения из участия ной позицией, поскольку иногда даже иерархи Церкви в российском общественно-политическом процессе право- делают благоприятные жесты в адрес интеллигенции. В славных, патриотических и консервативных сил, включая и частности, нынешний предстоятель Русской Православ поддерживающих их интеллектуалов, в конечном счете, мо- ной Церкви патриарх Кирилл (Гундяев), будучи еще ме жет оказаться опасной для самой власти. Де-факто это будет стоблюстителем патриаршего престола, так напомнил о 188 подпитывать внесистемные нонконформистские группы и трудах известного еще в советскую эпоху московского про структуры. И тогда значительную популярность могут при- тоиерея Всеволода Шпиллера: «С одной стороны, он был обрести совсем другие взгляды. очень талантливым, хорошо образованным человеком — Приведем характерный образец такого рода настрое- русским интеллигентом. И при этом он был человеком глу ний, когда публицист обращается к участникам первого боко православным и церковным. Сочетание образованно заседания Общественной палаты Российской Федерации в сти, интеллигентности, современности, глубокой веры и Георгиевском зале Кремля: «Уважаемые дамы и господа! традиционной церковности являются неким паролем для Вы для русских — никто. Титулы ваши — ничто. Вас в многих современных православных людей»12.

Кремль никто не приглашал. Говорить что-то — никто не А епископ Саратовский и Вольский Лонгин (Корчагин) просил. Хватать еду со стола — никто не разрешал. Поэто- обосновывал необходимость проведения в Саратове Пиме му помните: за аренду помещения, за вход, за банкет, за новских чтений прежде всего тем, что тем самым создается обслуживание, за продукты и пользование посудой вам новая площадка для обмена мнений между представителя однажды придется ВСЕ заплатить хозяевам — по счету. ми духовной и светской интеллигенции13.

Поэтому для вашего же блага: помните о ближайшем буду- Впрочем, подобные реверансы в адрес интеллигенции щем — кушайте поменьше, а жуйте молча».10 в церковных кругах современной России встречаются редко.

Ведь главными партнерами православных иерархов и Мартынов В. «Приоткрыть дверь невозможности…» // Завтра.

2007. № 15. С. пастырей в нынешних условиях являются представители Гаррос А. Золото Пармы против золота «Книги» // Эксперт. 2006.

власти и бизнеса.

№ 44 С. Но вполне вероятно, что деятельность антицерковных проблемы имяслАвия Там же. С. сил будет стимулировать общественные силы православной Там же ориентации, включая и некоторые круги столичной и про Орлова В. Мыслящая корпорация // Московские новости. 2007.

винциальной интеллигенции, к осуществлению более жест- № 36. С. кой и наступательной деятельности. Или, говоря словами Иноземцев В. Смерть традиции // Независимая газета. 2007, 8 ав известного православного публициста Егора Холмогорова, густа. С. это, возможно, будет «процесс», «предполагающий опреде- Кто заплатит за банкет? // Правый взгляд. СПб., 2006. № 2. С. ленную самодержавную концепцию власти в руках той или Рафаил (Карелин), архимандрит. Религиозные чувства интелли иной национальной (выделено нами — С. У.) силы». «Но генции // Рафаил (Карелин). Тайна спасения: Беседы о духовной трАдиции и жизни: Из воспоминаний. М., 2002. С. 80-89.

главное, — подчеркивает Е. Холмогоров, — необходимость В Москве собрались богословы и преподаватели Духовных школ // создавать Россию как государство и страну Веры. Кто-то это Церковный вестник. 2009. № 1-2. С.10.

может назвать «православным талибаном», да пусть хоть Новикова О., Волкова Н. Пименовские чтения «Церковь и образо горшком назовут, но главное — место Православия в обще вание: Значение православных духовно-нравственных ценностей в ственной жизни России, место Церкви в реальном контроле потенциАл трАдиции современной России» // Альфа и Омега. 2008. № 1. С.348.

за общественными процессами должны неуклонно повы Холмогоров Е. Видеть грядущее // Завтра. 2007. № 42. С. шаться. Собственно, Православие должно стать «фунда ментом» нашего мировоззрения, а все остальное — краси вой надстройкой над этим фундаментом. Другими словами, ЧАсть II. берегА Антикризисный «клерикализация» России — это магистральный путь, на котором мы решим значительную часть наших текущих на циональных проблем (…)»14.

Как бы то ни было, Православие отнюдь не потеряло своих возможностей в современной России. Но их исполь зование будет реальным, скорее всего, лишь в условиях 190 трудной и упорной борьбы за доминирование в обществен ной, духовной и культурной жизни России, а вовсе не в капитуляции перед новым глобальным миропорядком. И здесь немаловажное значение будут иметь весьма неодно значные процессы, протекающие внутри в среде современ ной российской интеллигенции.

ПРИМЕЧАНИЯ Архиепископ Серафим (Соболев). Русская идеология // Архиепи скоп Серафим (Соболев). Об истинном монархическом миросозер цании. М.— СПБ., 2002. С. Там же. С. Зимина Т. Письмо академиков президенту: что дальше? // НГ нау ка. 2007. № 12 (12 сентября). С. Сейчас в храмах можно увидеть, в основном, старушек Т. В. Грудкина и молодежь. Людей среднего возраста очень мало, практи Антикризисный потенциал чески нет. Даже сложилась такая тенденция, что дети по могают своим родителям придти к вере, а не наоборот. Это проблемы имяслАвия современной литературы случилось потому, что наше среднее поколение выросло ото рванным от своих духовных корней. Но душа тянется к Богу, Сейчас все говорят о кризисе. Но мировой финансовый и человеку хочется зайти в храм, но как там себя вести, что кризис — это только верхушка айсберга. Не видимая миру, делать, к кому обратиться — он не знает и спросить, как пра но всеми ощущаемая его истинная подоплека — кризис ду- вило, стесняется. Вот для таких читателей книги о. Алексан ховный. Прежде всего, кризис западной цивилизации, кото- дра Торика «Флавиан» и «Флавиан. Жизнь продолжается».

рая в погоне за материальным благополучием вовсе или поч- Эти повести — своеобразная православная энциклопедия, ти вовсе забыла о душе. Но кризис, это не только перелом, из которой можно узнать обо всем: об иконах и праздниках, трАдиции и тяжелое переходное состояние, это, прежде всего, острый как жить по-христиански, что такое исповедь, для чего нуж недостаток, нехватка чего-то. Нехватка духовности, и в Рос- но причащаться, можно ли принимать ИНН, является аборт сии, где мы живем, это очевидно. Какой-то острослов метко убийством, и, конечно, главное — какими неисповедимыми назвал наше время «постатеистическим». Воинствующий путями приходят люди к Богу.

атеизм ушел в прошлое, вместе с советской эпохой, оставив Главный герой повестей — иеромонах Флавиан, служа потенциАл трАдиции после себя руины человеческих душ, чьи благородные ком- щий в сельском храме одной из областей центральной Рос мунистические идеалы и вера в «светлое будущее» были в сии, — настоящий «пастырь добрый». И книги рассказывают одночасье разрушены. о жизни этого сельского прихода и о том, какие люди попада Есть ли, чем наполнить образовавшуюся духовную пу- ют в поле зрения батюшки и его прихожан, как наши совре ЧАсть II. берегА Антикризисный стоту? Кто-то обратился к оккультизму и спиритизму за лже- менники приходят к вере — молодые и пожилые, бандиты и духовностью, не требующей никаких усилий по очищению наркоманы, бизнесмены и нищие. Более того, являются во своей души, кто-то сочувствует еретическим, сектантским плоти святые, воскресают умершие, материализуются духи, движениям, не видя за вывеской всеобщего человеколюбия совершаются чудеса. Привнесение такого «чудесного» эле их меркантильной сущности, кто-то решительно отрицает мента в реалистическое повествование вполне оправдано:

все духовное, убеждая себя словами: «Если я чего-то не ви- новоначальные утверждаются в вере «призывающей благо 192 жу, значит, этого нет». Но, к счастью, жива подлинная ду- датью» (Призывающая (предваряющая) благодать — дар Бо ховная культура русского народа — Православие. Это тот жий, возбуждающий веру (см.: митр. Макарий. Православно спасительный источник, припав к которому и напившись, не догматическое богословие. Тутаев, 1999). Повести о Флавиа будешь жаждать вовек. Православная вера и православная не одновременно и очень глубокие, и очень доступные. На культура — то духовное содержание, которое противостоит пример, как прожить долго, спрашивает один герой у дру всякому кризису — и в жизни отдельного человека, и в жиз- гого, как люди в старину жили до 112–118 лет? — «Водку ни целой страны. постоянно не пить, стараться не грешить, вести здоровую Современная православная художественная литерату- жизнь, чистый воздух, вода и пища без химии» — вот и весь ра — это один из источников знакомства с верой и право- секрет. Или еще пример. — «Что человеку надо? — Телу — славными традициями и укрепления в ней. О чем людям чи- пищу и одежду, душе — веру, Церковь святую и молитву».

тать всего интереснее? Конечно, о себе самих. Современная Повести протоиерея А. Торика очень популярны далеко духовно-просветительская литература ориентирована на не случайно: они занимательны по сюжету, в них простые любого читателя — всех возрастов, социального положения читатели узнают самих себя и своих современников.

и, главное, духовного состояния. Она способна утолить ду- Современная православная литература ориентирована ховный голод всех слоев населения. и на молодежь, детей и подростков. Для самых маленьких добрые рассказы создает Максим Яковлев, о младших жизненные вопросы на приходах. Об этом — много литера школьниках и для них пишут прозаик Раиса Куликова и по- туры, самой разной. От беллетристики до очерков и воспо ет Юрий Бурдов. Для тех, кто постарше — книги Юлии Воз- минаний. Член Союза писателей России протоиерей Нико несенской. Это своеобразный «наш ответ» Джоан Роулинг лай Агафонов является автором нескольких очень интерес проблемы имяслАвия и ее романам о Гарри Поттере. Это «христианское фэнте- ных сборников рассказов «Неприкаянное юродство простых зи», наполненное чудесами, превращениями, волшебными историй», «Преодоление земного притяжения», «Чаю вос предметами. Только вместо заклинаний — молитвы, вместо кресения мертвых». Автор однажды сказал, что литература чернокнижников — священники. Это книги «Путь Кассан- для него — это возможность передать людям что-то из свое дры, или Приключения с макаронами», «Паломничество го личного опыта. Поэтому он много пишет о священниках, Ланселота», «Юлиана, или Игра в киднеппинг», «Юлиана, как непроста их жизнь, как нелегко строятся отношения в или Опасные игры», «Юлиана, или Игра в «дочки-матери». священнической среде и в миру, как приходилось жить свя Особый разговор — о романе Вознесенской «Мои по- щенникам при советской власти.

трАдиции и смертные приключения». Это увлекательная притча о жиз- Один из рассказов называется очень показательно — ни после смерти, о приключениях героини в загробном мире. «Командировка в иную реальность». Журналиста отправля Ангел-Хранитель и сатана, рай и ад — в этом романе есть ют в деревню «пропесочить» батюшку, мешающему лекторам все. Но есть в нем и нечто, что делает чтение не просто зани- атеистам. Только оканчивается эта командировка неожидан мательным, но и душеполезным. Святоотеческая мудрость но: «— Рассказывай, Андрюша, старику, как прошла твоя потенциАл трАдиции выражена в искренних словах, щедро сдобренных юмористи- командировка в «иную реальность».

— Да я и сам, дядя Яша, ческими пассажами. Автор тонко и легко раскрывает весьма иной явился, я ведь теперь крещеный. — Ох, чуяло мое сердце скользкую тему: что ждет человека после смерти. Это доброт- беду, ведь уговаривал тебя, откажись. — Да что же плохого, ная художественная иллюстрация к богословским трудам ЧАсть II. берегА дядя Яша, в том, что я крестился? — Да я не про то, Андрю Антикризисный о смерти свт. Игнатия Брянчанинова и Серафима Роуза. ша, а про то, что ты там за статью сочинил после того, Книга заставляет по-другому взглянуть на свою жизнь, по- как крестился. Если ты написал все правдиво, то тебя на новому осмыслить сущность бытия и каждого дня, и в этом верняка не напечатают. Но это еще полбеды. Беда в том, ее главная ценность. что это конец твоей журналистской карьере. Все твое об Очень поучительны для юношества повести и рассказы разование коту под хвост, вот о чем я хочу сказать. Лучше Александра Петрова «Летящий с Ангелом» и «Дети Света». бы ты сослался больным и не поехал. Здоровые-то нынче не 194 Главный герой «Детей Света» — Андрей, обычный современ- в цене». О священниках и их жизни — книги протоиерея Ми ный молодой человек, прошедший все искушения подростко- хаила Шполянского («Мой анабасис, или Простые рассказы о вого и юношеского возраста и пришедший, наконец, к Богу. непростой жизни»), Юлии Сысоевой («Записки попадьи. Осо Его жизнь, ошибки, прозрения, встречи — зеркало современ- бенности жизни русского духовенства», Алексея Солоницына ной молодежи. Автор не назидает. Что жить надо так-то, а не («Портрет отца Анатолия»).

иначе, он просто показывает, как живет человек. Например, Одним из последних трудов прот. Николая Агафонова на что чувствует герой после исповеди: «Вышел я от старца, как ниве православной литературы является исторический роман «Иоанн Дамаскин» — о жизненном пути и духовном станов на крыльях. Казалось, ноги не касались земли. На душе ца лении одного из величайших подвижников благочестия и та рил светлый мир. Я смотрел на людей и думал: какие же все лантливого гимнографа и поэта. В романе дана широкая исто красивые и добрые! Я смотрел на синее небо, зеленую траву, рическая панорама Византийской империи VIII века, коло цветы и думал: как прекрасен мир Божий! Я прислушивал ритно обрисована фигура заглавного героя и его современни ся к себе и думал: как счастлив я, что пришел к Богу!»

Людям воцерковленным и живущим приходской жиз- ков. Интерес к Византии, ее духовному наследию для России нью интересно читать о своем: как живут православные, и ее урокам сейчас возрос, и это связано, в немалой степени, как восстанавливаются храмы, как решаются непростые с нашумевшим фильмом архимандрита Тихона (Шевкунова).

«Гибель империи. Византийский урок». Фильм — о кризисе, о С совершенно другой точки зрения смотрит на Афон том, что духовный кризис порождает кризис власти, экономи- и его обитателей Станислав Сенькин в своей книге «По ки и, в итоге, гибель империи. каяние Агасфера. Афонские рассказы». На Афоне живут не Не только о белом священстве, но и монашестве — древ- ангелы, а люди — со своими страстями, грехами, дрязга проблемы имяслАвия нем и современном — можно узнать из современной лите- ми. Эта книга — не для новоначальных, а для людей более ратуры. Многие авторы обращаются к теме Афона — уни- крепких, потому что сложно устоять перед искушением и кальной монашеской республики. О паломничестве на Афон не разочароваться в святости монашеской республики. Еще повествуется в повести уже упомянутого протоиерея Алек- более спорная книга о современном монашестве — «Плач сандра Торика «Флавиан. Жизнь продолжается». Из впечат- третьей птицы» — автора, скрывшегося под псевдонимом лений его героев складывается загадочный, но радостный и «монахиня N». Эту книгу можно назвать иллюстрацией к манящий мир афонских монастырей, скитов и келий. известному высказыванию древнего подвижника о том, что «Едва я вслед за Флавианом перешагнул порог его ке- в миру люди борются со страстями, как с птицами, а в мо трАдиции и настырях — как с дикими зверями. В одном можно быть льи, как меня обдало волной характерного узнаваемого бла уверенным точно, прочтя эту резкую и жесткую книгу, ино гоухания.

ческий путь — это особое призвание, и в монастырь уходят — Миро? — удивленно посмотрел я на Флавиана.

не из-за несчастной любви или неудавшейся жизни, а по — Миро! — не менее удивленно подтвердил он.

Промыслу Божию.

потенциАл — Может, кто флакон с миром незакрытый здесь за трАдиции Известный ученый-богослов Александр Дворкин так же был? — предположил подошедший Игорь.

передал свои афонские впечатления в рассказах, написан Однако наши поиски в аскетическом интерьере го ных в жанре путевых заметок. Сам автор назвал их «тихи стевой кельи, состоящем из кровати (типа самой дешевой ми беседами на духовные темы», из которых складывается ЧАсть II. берегА «икеевской»), стола. Стула и вешалки, ничего не дали.

Антикризисный живой, яркий образ православного Афона. Афон — это не — Иконы! — озарило меня.

только само место, но и люди, живущие там — совершенно Но висевшие над кроватью небольшие «софринские»

особенные люди.

иконки Богородицы казанской и великомученика Панте Читатель вдумчивый, даже не пришедший к Право леимона были абсолютно сухими и не пахли ничем.

славию, а ищущий и сомневающийся, по достоинству оце Аромат не ослабевал. Мы недоуменно переглянулись.

нит очерки и рассказы православного журналиста Наталии — Афон! — пожав плечами, сказал Флавиан».

196 Поразительно, как преображает людей Афон. Один из Сухининой. Ее сборники «Где живут счастливые?», «Какого героев повести — телохранитель Игорь, добрейшей души цвета боль?», «Куда пропали снегири?» полны сочувствия ав двухметровый гигант с совершенно «зверским» выражением тора ко всему, что происходит вокруг, причем для Сухини лица, изуродованного ожогами после пожара в подбитом «ду- ной перо — это еще и шпага. Это ее средство борьбы, борьбы хами» БМП а Афганистане в 84-м, встречи с котором боялись со злом, с несправедливостью, борьбы за правду, за добро, самые отпетые бандиты и рэкетиры, понял афонскую жизнь которое — с кулаками.

по-своему: «Знаешь, Леха, я чувствую себя сейчас, как когда- Главная ценность, о которой пишет Н. Сухинина, — это семья. Семья, которая рушится, в которой жены и мужья то в молодости в Афгане: рядом война — чувства обостре спиваются, разводятся, дети оказываются на улице. Семья, ны, кровь играет, каждая минута жизни может быть по где никто никому не нужен. Так происходит с теми, чья ду следней, и потому проживаешь ее с особым наслаждением.

ша опустошена безверием. Православная вера оказывается Здесь, Леха, настоящая жизнь, настоящая мужская рабо той соломинкой, а точнее, столпом истины, который не дает та, здесь Бог так близко, что, кажется, Его можно руками семье погибнуть в современном мире жестокости, разврата и потрогать. Счастливые здесь монахи, Леха. Я ведь «боец по пьянства. С большой любовью и острой болью автор пишет жизни», и здесь сразу таких же — «своих», «бойцов» — учу о детях, искренних, верящих в чудеса, способных любить ял, настоящих ребят, серьезных. Здесь — жизнь!»

сильно и ни за что, любить не умом, но сердцем. Таков де- памяти, ибо память — источник всякого искусства. Фре вятилетний Рустик из рассказа «Брошка с мадонной». Его ски — это когда целое пишется по частям, то здесь, то мать пьет и бьет его, а он для нее ворует и ее жалеет, любит, там… Писать надо стараться быстро, пока все живо».

не смотря ни на что. Или еще пример, курьезный. Малолет- Поэтому рассказы М. Яковлева полны свежих впечатлений, проблемы имяслАвия ние преступники из хабаровского приюта, под руководством минутных ощущений, эмоциональных всплесков. Автор уме своего директора, отправились в паломничество по России. И ет «слушать» жизнь, он внимательно «всматривается» в нее, случился с ними в Оптиной Пустыни казус. у него нет ничего случайного, он способен ценить каждый «Послушник в гостинице предупредил: миг жизни. В этом же жанре коротких рассказов-зарисовок («фресок») пишет и игумен Валериан (Головченко). Свои рас — Дверь на ночь закрываю. Если хотите, чтобы вам сказы он назвал «Записками на полях души».

открыли, выучите пароль: «Господи, Иисусе Христе, Сыне Итак, современная православная духовная проза бо Божий, помилуй нас!» Без пароля не открою, и не просите.

гата именами, жанрами и темами. Но что делает эту ли Да что тут учить — легкота! Среди ночи троим по трАдиции и тературу православной? Православный взгляд на жизнь, надобилось выйти. Туалет на улице. Вышли, потом по на жизнь по заповедям Божиим, в любви к Богу и людям.

стояли на крылечке, потом дернули дверь, дверь закрыта.

В этом ее огромный антикризисный потенциал. Духовная Стали барабанить. Тишина. Пароль… Обомлели паломни проза в настоящее время выполняет миссионерскую функ ки, пароль-то из головы выветрился, как и не было. Стоят, цию: она рассказывает, объясняет, наставляет, — то есть, потенциАл вспоминают, в рубашечках, на босу ногу, филины кричат, трАдиции объединяет. Объединяет отдельных людей, робко в первый страшно… Опять стучат: откройте. Без толку. Тогда они раз переступающих порог храма или со всей силой души осторожно (навык есть навык) выставили стекло, увидели ищущих Бога, — в единое сообщество, которое на Руси при стоящего перед иконой на молитве послушника и шепотом нято называть собором. Очистить храм своей души и сде ЧАсть II. берегА ему, дабы не испугался.

Антикризисный лать его местом обитания Святого Духа — это и значит воз — Слышь ты, как тебя, помилуй нас!

родить православные храмы, возродить Россию, способную Вздрогнул послушник, увидев в проеме собственноруч противостоять любым кризисам.

но закрытого на зиму окна три детские физиономии с рас крытыми от ужаса глазами. Помиловал. Уж очень проси ли».

Никого не оставит равнодушным и крик детской души 198 на вопрос о том, кто главный в сказке «Красная Шапочка»:

«— Бабушка, — сказал один. — Волк, — сказал другой. — Дровосеки, — сказал третий. А один мальчик звонким го лосом выкрикнул на всю горницу: — Да нет же, нет! Мать у нее была, мать, понимаете?»

После прочтения книг Н. Сухининой возникает непрео долимое желание остановиться, оглянуться вокруг себя, пе реоценить свою жизнь, стать лучше, чище. Главное — успеть это сделать.

Православные писатели часто обращаются к жанру ма лой прозы, изрядно позабытой со времен И.С.Тургенева и его стихотворений в прозе. Такой интересный автор как Максим Яковлев позиционирует свои короткие рассказы как «фре ски». «Фрески — это когда пишут прямо по свежей штука турке;

по свежей. Впитывающей образ основе… по свежей жизненность персонажа он усиливает, сосредоточивая свое П. М. Тамаев внимание на лице героя;

оно не просто старое, оно оледене Пасхальная тема ло, его, словно снегом, занесло более того от него всего «веяло холодом». Хомяков художественно исследует причины такой проблемы имяслАвия в творчестве А. С. Хомякова метаморфозы. Трагизм жизни Петра Скруга заключается в том, что он поддался страстям, стал рабом социальной необ ходимости, что привело к разрыву всех связей его с людьми, Провиденциальный сюжет в жизни и творчестве Хо забвению душевно-сердечной чистоты и непосредственно мякова наиболее крупно проявляется в событиях-утратах:

сти детства, юности. По существу, Хомяков в изображении смерти близких ему людей, что и отразилось в письмах, сти этой истории идет вслед не только за оригиналом, повестью хотворениях, посмертных словах и других созданиях Алексея Диккенса;

она является своеобразной канвой, по которой Хо Степановича. Элегические темы, скорбные интонации, одна мяков вышивает свой узор, картину, при этом он не в мень ко, не всегда первенствовали в его произведениях. Хомяков трАдиции и шей степени использует художественный опыт Пушкина и поэт, да и человек, православный человек, знал, что в этом Гоголя и предшествующей словесности. В облике и судьбе регистре душа не может существовать;

да и страдание чело Петра Скруга угадываются жизненные истории пушкин век обязан нести безропотно, ибо он «дольник греха». «Мера ского Адрияна Прохорова и гоголевского Плюшкина. Как и каждого безмерна, как грех вообще, и в каждом она облег его русские предшественники, Хомяков стремится поразить потенциАл трАдиции чается милостию Божией»1. Подобное видение мира, может не только ум, но и сердце читателя страшными картинами быть, предопределило то, что мотив сокрушения плена греха разрушения человеческого образа. Физическое бытие чело и «плена могилы» будет ведущим в повести «Светлое Воскре века — лишь часть его существования в универсуме;

что же сение» 1844 года. Следует подчеркнуть, что Хомяков явил ожидает в вечном мире всех живущих на земле? Ответ на ЧАсть II. берегА Антикризисный ся, по существу, первым художником среди светских русских главный вопрос бытия требует вовлечение в повествование писателей Нового времени, кто начал разрабатывать пас дополнительных картин и образов. Поэтому в повести появ хальную тему. Примечательно, что это произведение впол ляется образ старого товарища Скруга. В помутившемся, в не вписывается в хомяковский провиденциальный сюжет, о смущенном воображении Петра его умерший приятель пред котором говорилось выше. Диккенсовскую «Рождественскую стает как пришелец из иного мира: «Лицо все то же, и тот же песнь в прозе» в Россию привез Дмитрий Валуев (1843), кото парик с хвостиком, сюртук, манжеты и длинный жилет, — но рого Хомяков называл сыном и братом и «драгоценнейшим 200 за ним тащилась хвостом длинная цепь из разных стальных из всех сотрудников в общем деле добра и истины» (VIII. 259).

кошельков, кованых ящиков, замков ключей» (85). Эти вери Однако этот светлый юноша внезапно умирает (1845), и Хо ги Марлев носит не на костях, они, будто паутина, опутали мяков, словно исполняя завещание умершего, переводит, его волю и совесть. Хомякова (как и Пушкина в «Гробовщи точнее, создает собственное превосходное произведение и по ке», «Скупом рыцаре» и Гоголя в «Мертвых душах, «Портре мещает его в издании, созданном Д.А. Валуевым, в журнале, те») в повести интересует судьба человека, и главное в его «Библиотека для воспитания».

жизни — вопрос о том, как жить. Повествование и сюжет в Повесть начинается с небольшого вступления, где автор «Светлом Воскресении» развиваются не в реальном време показывает степень падения человека, степень его омерт ни и в физическом пространстве. Продиктовано это обстоя вения. Главный герой повести Петр Скруг изображен в ту тельство и художественной задачей, и жанром произведе пору своей жизни, когда он физически вроде бы и жив, од ния. Эту вещь Хомякова с большой долей условности можно нако душа, и сердце его давно умерли: «То был старый, жад именовать повестью. Хроникальная природа «Светлого Вос ный, ненасытный скряга, неутомим, как камень, молчалив, кресения» лишь внешне напоминает ее сюжетное движение.

как рыба, скрытен и нелюдим, как улитка»2. Кажется, что События в его произведении совершаются в мистическом эта характеристика вполне исчерпывающа и можно было плане, их телеологичность определена во многом завязкой:

бы остановиться, но повествователю этих эпитетов мало: не герой нарушает освященные Христом людские установления людьми этого вечного события, в переживаемой детской и правила — быть милосердным, странноприимным, любить радости по наступлении Светлого Воскресения, в сценах детей, особенно обездоленных. Он не желает помогать устра- семейного праздника. Однако для Хомякова всего этого ивать приюты;

более того, он отрицает и саму веру в Бога и недостаточно — ему важно вновь убедить читателя в состо проблемы имяслАвия предпочитает ей пользу и выгоду. В человеке же он ценит, явшемся чуде Воскресения. Коллизия света и тьмы, солнца в первую очередь, умение быть «хорошим дельцом» (86). По- и холода, точнее «праведного солнца веры Христа» и «зимы сле отречения Петра Скруга от святых, жизнеустроитель- греховной», «льда неверия», «языческого кумирослужения» ных начал, в мире вдруг случилась катастрофа. Наступила составляет основу собственно авторского сюжета, который темная ночь, «ветер выл и крутил снегом» (85), словно мир воплощен не в фабульном виде, но словесном плетении.

вернулся к своему первоначальному хаотическому состоя- Хомяков, как и его предшественники, митрополит Илари нию. Человек в повести Хомякова оказался без опор, один он, Кирилл Туровский, использует весь арсенал ораторской на один со стихией. Тогда-то и выступают на арену высшие прозы. И в первую очередь прием амплификации, то есть трАдиции и силы. Далее повествование организуется уже вполне в духе усиления темы путем словесного нагромождения. В вводной английских романов ужасов и стиле древнерусских апокри- части текста ведущей является тема душевой гибели героя, фов и духовных стихов о Страшном Суде. Своей кульмина- старения сердца. Автор стремится к полному ее выраже ции эсхатологическая тема достигнет у Хомякова в четвер- нию: он не скупится на эпитеты, их качественную семантику том акте его повести-мистерии, когда Скругу Дух будущего усиливает цепь сравнений: «То был старый, жадный, нена потенциАл трАдиции показал посмертное бытие, где царит ужас Смерти. Однако сытный скряга, неутомим, как камень, молчалив, как рыба, над видимым динамично развивающимся сюжетом Хомяков скрытен, нелюдим, как улитка» (85). Далее распространение надстраивает свое авторское поэтическое повествование. Оно темы осуществляется с помощью метафор. Они завершают собственно уже начинается во вступлении, кстати, в оригина- портретную характеристику персонажа и введение. С ним ЧАсть II. берегА Антикризисный ле этой части нет. Данному структурному элементу художе- вполне рифмуется заключение первой части;

это фантасти ственного создания поэт и прозатор уделял особое внимание ческая картина торжества смерти. Все грозно и мрачно в (см., например, его суждения о роли увертюры в рецензии этом изображении, авторская фантазия схватывает несколь «Опера Глинки Жизнь за царя», 1844). Спустя несколько лет ко смутных, чудовищных образов, тревожных ощущений и он вновь выскажется в пользу значимости вступления в про- передает их в жалобных воплях и стенаниях. Перед нами изведении: «Введение много значит: оно ставит читателей на своеобразная поэтическая проза в духе средневековых слов и 202 ту точку и в то расположение, которые нужны для данной народной лирики, где царствует потрясающая душу какофо книги, и, следовательно, имеет влияние на первоначальный ния звуков: «Небо было по-прежнему сумрачно, но в воздухе успех» (VIII. 191). Итак, вступление задает тон всему тек- ему слышались странные звуки плача и стенанья, и каждый сту: здесь осуществляется переключение, перекодировка с голос, казалось, стонал себе и ему в обвиненье. И то же воз рождественской темы на пасхальную. Сделано это вроде бы дух «…» был полон, казалось, ему теней, мчавшихся туда и незаметно. В авторской характеристике героя появляется сюда со стоном и плачем, и каждая тень гремела своею це сравнение — «как камень», семантику которого читатель на- пью, и каждая цепь — своим особенным звуком» (87).

чинает понимать несколько позднее: во время путешествия Во второй части текста Хомякова начинает первенство Скруга с Духом прошлого в детство. «Говорящая» фами- вать тема детства, она постоянно нарастает по мере развития лия героя (Скруг-скряга) дополнено именем Петр, которое сюжета. Возникает этот мотив как светлая часть минувшего, придает повествованию новые оттенки: судьба персонажа вернувшегося с помощью Духа прошедшего. Гоголевский мо пасхального произведения Хомякова несет на себе печать тив минутного оживления человека: («И на этом деревянном судьбы евангельского героя Петра, трижды отрекшегося от лице вдруг скользнул какой-то теплый луч…»4) Хомяков раз Христа. Пасхальная тема у Хомякова получает в этом про- ворачивает в цепь внутренних монологов, эмоциональных, изведении многоплановую разработку: в картинах встречи говорящих о том, что Скруг когда-то был человеком, который верил, мечтал, радовался Божьему миру и еще не стал куми- мистерии (своеобразный центр произведения) Хомяков отме рослужителем. Алексей Степанович, в отличие от Диккенса, тит, что у Петра вдруг открывается сердечное зрение: начи усиливает степень зависимости героя от мира сего: для него навшаяся заря, словно снимает завесу с его глаз. Темные, божеством становится золото, то есть переводчик-соперник сумрачные, грязные, серые краски отступают на задний проблемы имяслАвия соотносит свое творение с духовной литературой, придавая план, и герою открывается в своем величии Божий мир. Все тексту притчевый характер, что сказалось в представляемом это выполнено в любимых Хомяковым образах и стиле: «Заря им типе: Скруг не столько социальная фигура, сколько — багровела на небе и багровым румянцем покрывала ледя выразитель определенной идеи: «…лучшие внушения души, ные громады «…» все виднелось в странном красноватом по благородные порывы мысли вяли и блекли один за другим лусвете. Но вот луч восходящего солнца прорезал туман, за под холодным дыханием золотого идола» (90). Проходят го- жег блестящею искрой шумно текущие волны и осыпал ты ды, люди, как и прежде по-детски, радуются Солнцу Христу. сячами радуг прозрачные движущиеся громады…» (92). По Повесть «Светлое Воскресение» населена детьми и людьми, существу перед нами авторская реминисценция, а точнее трАдиции и которые сохранили в себе детскость. Среди них Хомяковым поэтическая рефлексия на уже бывшую в творчестве Хомяко выделены маленький Степа, чьи дни уже сочтены в этом ми- ва тему — что есть природа? И как мы познаем ее? («Заря, ре и жена племянника Скруга, которая «казалась только что 1828). Традиционно это стихотворение рассматривают не ребенком, и в каждом движении ее еще виднелись вся (Е.А. Маймин, Б.Ф. Егоров) как опыт романтической фило свежесть и игривость детства» (96). Персонажи эти вполне софской поэзии: пред глазами поэта встает картина пульси потенциАл трАдиции узнаваемы: в первом отдана память умершему первенцу Хо- рующей вселенной как бы живого организма, который жи мякова Степану, а в молодой женщине угадываются черты вет, умирая и рождаясь заново, и поэту-гению удается про жены поэта Екатерины Михайловны, которые воспеты им в никнуть в тайны природы, не нарушив ее первозданной гар стихотворении «Лампада поздняя горела…», 1837 года: «Уста монии. В ином ключе прочитывает это произведение Хомя ЧАсть II. берегА Антикризисный с улыбкою спокойной, / Глаза с лазурной их красой, / Все чуд- кова современный исследователь В.П. Океанский. Он;

счита ным миром, мыслью стройной, / В тебе сияло предо мной»5. ет, что «Заря — небесная огненная сфера, озаряющая ланд Дорисовывают женский облик и воспоминания Марии Алек- шафт и свидетельствующая земле о небе»8. Вполне можно сеевны, дочери Хомяковых: «Сколько я помню мою мать, у допустить, что поэт держал в уме и это духовное значение нее, кроме красоты, было что-то ясное и детское, кроткое, данного образа. Однако завершенный духовный смысл он простое в выражении лица»6. И лишь вокруг Скруга расши- получает, скорее всего, может быть, не в стихотворении «За 204 ряется пространство немоты и пустоты: «…совершенно один ря», а в повести «Светлое Воскресение», о чем красноречиво на белом свете», — так сожалеет о Петре его бывшая невеста. говорит раздумье Скруга о чудности и светлости Божьего ми Однако автор верит, что не все потеряно и для «язычныя ры- ра: «Может быть, впервые после стольких лет взглянул он бы» (образ из «Слова в новую неделю по Пасце» Кирилла Ту- приветливо на Божий мир «…» Светлей и благодатней каза ровского) может чудесным образом наступить избавление: лось солнце, прозрачней, чище, благословенней небеса… и «…лед неверия богоразумением растаяся;

зима языческого как мелки, как ничтожны показались ему тогда все богат кумирослужения апостольским учением и Христовою верою ства и все золото людей, в котором еще недавно он полагал перестала есть»7. В хомяковском сюжете процесс оживления, всю свою душу» (92). Для Хомякова, православного человека, точнее воскресения, начинается исподволь. Скруг, как и в мыслителя, поэта эта идея являлась основополагающей:

рождественской песне Диккенса, проходит своеобразное чи- «Мир есть творение, мысль Божия и, сам по себе, он пред стилище, проходя, проживая со своими вожатыми Духами ставляет полную и строгую гармонию красоты и блажен вновь прошлое, настоящее и будущее, но Хомякову интерес- ства». Хомяков наставлял И.С. Аксакова и его брата Кон но другое — то, как совершаются внутреннее изменение ге- стантина: «воля Божия проявляется не для себя, а для разу роя. Изображение их (этих изменений) составит существен- много творения, человека» (VIII. 354;

курсив наш — П.Т.).

ную часть авторского сюжета. В третьем акте пасхальной К тому же, хомяковский образ зари в данном тексте имеет вполне пасхальное содержание: заря канун Пасхи, ее пред- с друзьями» словом о Светлом Воскресении, созданном в духе теча, она извещает о восходе солнца Христа Солнца. Ожив- слов Серапиона Владимирского, который в страшную годину ление духовных инстинктов — первый шаг, толчок к долгой, вековой тьмы рабства духовного и монгольского ига пытался напряженной внутренней работе. Второй этап восстания че- достучаться до сердец своих соплеменников. Его голос зву проблемы имяслАвия ловека — очищение души, душевное делание, а оно возмож- чит, словно колокол, о чем свидетельствует словесно-звуковая но тогда, когда желающий избавится от живущих в нем гре- мелодия-гудение его речи: «Не бысть казни, кая бы премину хов, плачем избавляется от них;

покаяние и слезы будут со- ла нас;

и ныне беспрестани казнимы есмы;

не обратихомся к провождать героя до полного исцеления. Третья часть «Свет- господу;

не покаяхомся о безаконии наших, не отступим злых лого Воскресения» завершается в духе гоголевского разду- обычаи наших, не оцестихомся калу греховного, забыхом мья: «Забирайте с собою все человеческие движения, не казни страшныя на всю землю нашу…»12 Гоголевский голос оставляйте их на дороге, не подымите потом! Грозна, страш- также призывен;

он напоминает о главном грехе своих со на грядущая впереди старость, и ничего не отдает назад и временников, о гордыне, которая привела русского человека трАдиции и обратно»9. Заключение этого акта хомяковской мистерии к тому, что он забыл Христа, более того: «Выгнал на улицу представляет собой своеобразную проповедь, которую произ- Христа, в лазареты и больницы, вместо того, чтобы призвать носит Дух настоящего;

она «относилась вообще ко всем лю- Его к себе в домы, под родную крышу свою, и думают, что они дям, а может быть, и к будущему, уже исправленному Скру- христиане!»13. В созданиях Хомякова и Гоголя много общего, гу» (97). Слезный дар, по мысли Игнатия Брянчанинова, а это сказалось в направленности мысли, в ее антиномизме, потенциАл трАдиции подталкивает человека к молитве: «Тогда слезы претворяют- определяющем образный строй. Жизнь Духа русских худож ся из горьких в сладостные»10. Такая, собственно, душевная ников приводит в трепет и неописуемый восторг, когда они работа совершается Петром Скругом. Хомяков, в отличие от пытаются воспроизвести праздник Светлого Воскресения, Диккенса, тщательно выписывает это состояние: «…он горь- это умонепостигаемое событие.

ЧАсть II. берегА Антикризисный ко и долго рыдал, его лицо было еще все в слезах «…» Но с В заключение разговора о повести-притче-мистерии каждой новой крупной слезою «…» грудь его дышала воль- Хомякова «Светлое Воскресение» повторим вслед за В.А. Ко нее «…» И каждая слеза эта оставляла за собой на очерстве- шелевым, что это произведение, в данной редакции, пред лом лице дотоле не замеченную светлую черту, приветливую ставляет собою «новый текст», о чем свидетельствует иное и улыбающуюся всему дольнему Божьему миру» (103). А да- содержание и художественный строй хомяковского созда лее следовала тихая душевная молитва, возвратившая героя ния. Рождение нового произошло в результате диалога с 206 в мир действительный. Заканчивается повесть-притча- оригиналом, «Рождественской песней» Диккенса. Приятие мистерия авторским словом-наставлением, что вполне соот- европейской культуры и спор с нею осуществлялись Хомя ветствует вступлению: они находятся в антитетических от- ковым в течение всей его жизни. Хомяков, заимствуя ху ношениях. Антиномия — падение человека и его восстание, дожественный опыт Диккенса, переплавляет его, придавая воскресение — составляет сюжетно-словесное ядро оратор- ему, в конечном счете, православно-христианское значе ской прозы древнерусской литературы: «Ныне «…» уньца — ние. Следует ли считать произошедшее в повести «стран кумирослужителя неверных стран, иже Христовым вочело- ное перерождение» главного героя утопией, мечтой, как вечением и апостольским учением и чюдесы ко святой церк- утверждает публикатор текста повести Хомякова?14 Дума ви возвратишися»11. Думается, Алексей Степанович исполь- ется, В.А. Кошелев подверстывает авторскую аксиологию зовал достижения средневековой словесности, книжной и под свою, исследовательскую концепцию. В программной народной, новой европейской и русской литературы, а также работе «Картина Иванова. Письмо к редактору «Русской бе собственный душевный опыт потерь и обретений. Подобное седы» Хомяков будет настаивать на том, что становление и художественно-духовное творчество на пасхальную тему в утверждение русской художественной школы как раз и осу 1840-е годы в отечественной словесности не было единствен- ществляется в процессе диалога культур и освобождения от ным. Н.В. Гоголь завершает «Выбранные места из переписки чужих влияний: «Любовью обнимает он (художник — П.Т.) все произведения всех школ, невольно увлекаясь ими, а иное качество — духовно-историческое. В одном из писем должен отрешиться от них, чтобы отыскать в самом себе то, этой поры он признается: «Я много в душе переменился.

что действительно ему самому присуще, что лежит в сердце Детство и молодость ушли. Жизнь для меня в труде, а про сердца, что потребовало бы художества и создало бы худо- чее все как будто во сне» (VШ. 211). Детство и молодость проблемы имяслАвия жество, если бы художество еще не существовало» (Ш. 358). в данном тексте — понятия не столько физиологическо В стихах «Кремлевская заутреня на Пасху» (1850) и «Вос- го состояния человека, сколько его умственно-духовного и кресение Лазаря» (1852). Пасхальная тема получит вполне творческого возраста: «…к детству не может, да и не дол личностное выражение. Первое стихотворение, как и многие жен, возвращаться человек. Его стремление должно быть произведения Хомякова, обычно прочитывают сквозь призму — придти «в меру возраста, в мужа совершенна» (Ш. 355).

славянофильской идеологии. Действительно, в последних Последние его создания (стихотворения, письма-статьи, по строках «Кремлевской заутрени…» поэт выражает желание, смертные слова) явятся результатом напряженной внутрен мечтает о восстановлении исторической истины, которую ней работы. За год до своей кончины в письме-наставлении к трАдиции и принес на землю «вестник искупления» Христос. В челове- И.С. Аксакову он выскажется: «Нам нужно все идти вглубь», ческом обществе должны восторжествовать братские отно- но это тяжелая работа (VШ. 373 — курсив наш. — П.Т.). По шения между людьми, дворянские заносчивость и упрямство видимому, Алексей Степанович чувствовал, что наступает та необходимо в себе изжить и замолить как великий грех. И часть жизненного пути, который характеризовался народом все же тема освобождения крестьян не определяет содержа- словом-образом: «седя на санех», поэтому в творениях своих потенциАл трАдиции ния всего стихотворения. Словарный состав его, смысловое он стремился освободиться от «личного произвола» и созда их сцепление нацелено на выражение иного значения: необ- вать «истинно-христианские художества» (Ш. 354). В октябре ходимо (уже в который раз) было напомнить о чуде, когда-то 1852 года появится стихотворение «Воскресение Лазаря»;

по бывшем. Однако далеко не все люди стремятся восхититься признанию самого Хомякова оно явилось откликом на ми ЧАсть II. берегА Антикризисный и вновь пережить великое событие — Воскресение Христово. стическое свидание с умершей женой, «встреча» эта состоя Вся вселенная, грады и веси находятся в ожидании чего-то лась во сне. Одно из наиболее биографических произведений необыкновенного. Поэт показывает удивительную, умонепо- Хомякова приобрело особый вид парафразы на тему Нового стигаемую перемену, свершившуюся в космосе: «безмолвие Завета и слов Иоанна Златоуста. Наиболее ощутима связь с под ризою ночной» оглашается «мощным звоном» (129), от ко- этими текстами в первой части стихотворения и в заключи торого весь воздух затрепетал. Однако это лишь часть мисте- тельных гимнических строках. Как и в духовных творени 208 рии ее, пролог, за которым последует «Победы песнь, песнь ях, Хомяков воспевает силу Слова Божьего, сокрушившего конченного плена» (130). Сущность всемирного события Вос- «плен могилы». Ораторские формулы (а именно они опреде кресения Христова может быть выражена только с помощью ляют стиль введения), наверное, можно было бы изобретать образных и словесных антиномий: безмолвие ночное сменя- и изобретать, чтобы в какой-то мере приблизиться к пости ет мощный звон колоколов. Последняя часть антитезы Хо- жению события-предтечи онтологического факта Нового За мяковым развернута и усилена: «Певучие серебряные громы вета: «Я есмь воскресение и жизнь;

верующий в Меня, если / Сказали весть святого торжества» (130). Абсолютной неиз- умрет, оживет» (Ин.11.25), но поэт даже здесь сдерживается.

менности, высоте и истинности слова «вестника искупления» Воскресение Лазаря, эту умонепостигаемую метаморфозу, противопоставлены мелочность земных забот, людские стра- Хомяков проецирует на себя: «Молю, да слово силы грянет, / сти. Поэта поражает человеческая глухота и невосприимчи- Да скажешь «встань» душе моей, / И мертвая из гроба вста вость к страданиям ближних. На земле торжествуют: упрям- нет / И выйдет в свет твоих лучей!» (131). Следует обратить ство, кичливость, равнодушие. внимание на то, как Хомяков переключает регистры: собы После 1852 года (в этот год он пережил смерть любимой тие вечной истории, мистерии он делает вполне личным.

жены, Екатерины Михайловны и Николая Васильевича Го- Осуществлено вроде бы незначительное изменение — Вос голя) жизнь и творчество Алексея Степановича приобретает крешение Лазаря в Новом Завете и «Слово на воскрешение Лазарево у Иоанна Златоуста»15;

у Хомякова же акт победы Цит по кн.: Кошелев В.А. Алексей Степанович Хомяков, жизнеопи сание в документах, в раздумьях и рассуждениях. М.,2000.С.166.

жизни над смертью поименован как Воскресение Лазаря, Слово Кирилла Туровского… С.56.

тем самым, подчеркивается личностный момент. Каждый Океанский В.П. Поэтика пространства в русской метафизической способен обновить человеческое естество, спасти себя погиб проблемы имяслАвия лирике ХIХ века: Е.А. Боратынский, А.С. Хомяков, Ф.И. Тютчев.

шего, а для этого необходимо «поспешить искренним и ре Иваново, 2000. С.60.

шительным покаянием возвратить сердцу чистоту, чистотою Гоголь Н.В. Мертвые души // Гоголь Н.В. Собр. соч.: В 9т.

дар терпения» 16. Если мертвый Лазарь «ожил и восстал» бла- М.,1994. Т5. С.118.

годаря «слову силы» Бога, то лирическому герою надо прило- Брянчанинов И., свят. Аскетические опыты // Брянчанинов И., жить много усилий, необходимо трудиться, страдать, молить- свят. Сочинения: В7т. 1993.Т.1.С.197.

ся. «Ум, очищенный Чашею Христовою, соделался зрителем Слово Кирилла Туровского… С. духовных видений: он начинает видеть всеобъемлющий, не- Поучения преподобного Серапиона Владимирского // Библиотека видимый для плотских умов промысел Божий»17. Повторим, литературы Древней Руси. СПб., 2000. Т.5. С.376–378.

трАдиции и Гоголь Н.В. Духовная проза. М., 1992. С.271.

что Хомяков, подобно своим великим предшественникам Кошелев В.А. [Вступление и примечания к повести А.С. Хомякова (древнерусским книжникам) и современникам (светским и «Светлое Воскресение] // Москва, 1991. №4. С. 83–84.

духовным писателям), вполне сознательно обозначает вехи Иоанн Златоуст в древнерусской литературе и южно-славянской своего жизненного пути, а по существу, провиденциального письменности ХI–ХVI. СПб., 1998. С.112.

сюжета, направление внутренней работы духа, устремляет потенциАл трАдиции Брянчанинов И., свят. Аскетические опыты // Брянчанинов И., свой взор внутрь и делится открытиями и прозрениями, ко- свят. Сочинения: В 7 т. 1993.Т.1.С.548.

торые рождались в его сердце в результате утрат, сомнений Там же.

и борений. Младший единомышленник Хомякова, Ю.Ф. Са марин, свидетельствует: «Он «…» не боялся «…» спускаться ЧАсть II. берегА Антикризисный в самые глубочайшие глубины скепсиса, и выносил оттуда свою веру во всей ее цельности и ясной, свободной, какой-то детской простоте» (VIII. 273).


210 ПРИМЕЧАНИЯ Хомяков А.С. Полн. собр. соч.: В 8т. М., 1900. Т.8. С.359. Далее письма и статьи Хомякова цитируются по этому изданию с указани ем в тексте статьи в скобках номера тома и страницы.

Хомяков А.С. Светлое Воскресенье. Повесть, заимствованная у Диккенса // Москва, 1991. №4. С. 84. Далее это произведение Хомя кова цитируется по данной публикации с указанием в тексте рабо ты в скобках номера страницы.

Слово Кирилла Туровского в новую неделю после Пасхи // Хресто матия по древней русской литературе. М., 1952.С.56.

Гоголь Н.В. Мертвые души // Гоголь Н.В. Собр. соч.: В 9т.

М.,1994.Т.5. С.117.

Хомяков А.С.Стихотворения и драмы. Л,1969 (Б-ка поэта. Боль шая серия). С.109. Далее стихотворения Хомякова цитируются по этому изданию с указанием в работе в скобках номера страницы.

учения И. Ильиным, кажется, ничего существенного добав Г.Г. Ермилова лено не было. Да и пафос его критики был подогрет неудачей Пафос падения «белого» движения в России, в которой он и обвинял разруши тельное в своем анархическом отрицании всех форм государ и восстановления проблемы имяслАвия ственной жизни «непротивленчество» Толстого.

в «Дневнике писателя» Совсем иначе обстоят дела с восприятием «Дневника писателя», интерес к которому время от времени вспыхи Ф.М. Достоевского вает, и надо сказать, с неослабевающим эмоционально интеллектуальным подъемом. М. Бахтин абсолютно прав, С самого момента своего появления в печати «Дневник сказав, что Достоевский говорит не о герое, а с героем, при писателя» Достоевского пользовался, как это убедительно сутствующем и слышащем его. Точно также он говорит и со показал покойный В.А. Туниманов, небывалой популярно- своим читателем. Но дело, конечно не только в тоне разго трАдиции и стью1. В его авторе видели учителя жизни, пророка, настав- вора, в диалогическом его развертывании, осуществляемом ника, мудреца. К нему обращались за частными советами, всерьез, без литературной условности. Дело и в содержании в нем искали, как в библейском царе Соломоне, арбитра в этого разговора.

затруднительных или прямо неразрешимых случаях жизни. Известно, как относился Достоевский к русским либера Но главное, в его писаниях видели пророчество о будущем лам;

именно он бросил им упрек в нелюбви к России, и даже потенциАл трАдиции России, ее судьбе, ибо пореформенная Россия остановилась в предательстве ее интересов. Русский либерализм он счи в своем развитии «на миг», как бы «колеблясь над бездной». тал инородным, неорганичным для России явлением, а его Вот этот образ «бездны» нашел понимание и созвучия в умах представителей склонен был относить к типу русского ски и сердцах современников Достоевского. К автору этой загад- тальца, оторвавшегося от «почвы», корней народной жизни, ЧАсть II. берегА Антикризисный ки: «удержится ли страна на краю пропасти, а если удержит- народных верований. Реакции с их стороны была достаточно ся, то благодаря каким силам?», — и были обращены вопро- агрессивной (что, в принципе, понятно)2, удивительно другое шающие взоры читателей «Дневника». — она и по сей день остается точно такой же.

Уже современники Достоевского сравнивали его «Днев- Самый свежий пример — статья Владимира Кантора ник» с «Выбранными местами из переписки с друзьями» Го- «Дневник писателя» Достоевского как провокация импер голя и поздней публицистикой Л. Толстого, видя во всех трех ского кризиса в России»3, автор которой с позиций неоли 212 гениях русской литературы пафос учительства, осознанный и берализма обвиняет Достоевского во всех смертных грехах.

осуществленный ими в конце жизни. Но вот что любопытно. По его мнению, все проблемы, затронутые Достоевским в Письма Гоголя и учительские тексты Толстого уже многими «Дневнике писателя», (судопроизводство, война с Турцией, их современниками воспринимались как явления архаиче- петровские реформы, судьба Константинополя, западниче ского порядка. Особенно это справедливо в отношении Гоголя, ство и славянофильство, русский радикализм, и прежде все о чем убедительно писал прот. Георгий Флоровский, отметив- го, самая главная проблема русского крестьянства, мужика) ший некоторую «задержанность» Гоголя в прошлых столети- решаются им с позиций жесткого антилиберализма, по свое ях и отчасти объяснивший этим фактом неудачу второго тома му не менее революционного, чем радикализм народников «Мертвых душ», «Выбранных мест». С Гоголем спорили (осо- бомбометателей. Ошибка Достоевского в том, что он нашел бенно страстно Белинский) в момент появления переписки, опору русской империи не в образованном либеральном но потом как-то быстро эти споры прекратились. Практиче- обществе, не в многоплеменном ее составе, а в православ ски то же произошло и с толстовским «непротивленчеством», ном (это вызывает особое возмущение В. Кантора) русском жизненный поток которого ушел на периферию жизни, в экс- мужике. Славянофильская утопия о духовной целостности травагантные еретические уклонения. После убедительной, русского народа, утверждаемая Достоевским идея о пря хотя и отдающей «немецким» схематизмом, критики этого мом взаимодействии русского народа и царской воли, не существовавшего на самом деле, и стали катализатором ре- Неужели сибирский хлыст-изувер Григорий Распутин волюционной катастрофы ХХ века. По мнению В. Кантора, был напророчен «Дневником писателя» и Достоевский, же Достоевский пытался своим «Дневником» воздействовать не лавший видеть советником у царского трона старца вроде только на общественное сознание, но и на политику прави- его Зосимы, так катастрофически-непоправимо ошибся?

проблемы имяслАвия тельства, сделать ее антиевропейской и националистиче- Не думаю. Если уж искать виновных, то в другом месте и в ской. И это ему якобы удалось. Оказывается, он же подго- другом времени. Это, скорее, Василий Розанов с его упоени товил духовную почву для появления близ царского трона ем «страдами» скопца Кондратия Селиванова, желавшего «старца из народа» Григория Распутина. этим духовно недоброкачественным «вином» напоить пози Открывая «Дневник писателя» Достоевский заявил: «Но тивистски отрезвевшие души своих современников. Это вся вообще скажу, что считаю себя всех либеральнее, хотя бы по атмосфера «серебряного века», пропитанная еретическими тому одному, что совсем не желаю успокаиваться»4. Что хотел скопческо-хлыстовскими уклонениями, что убедительно по сказать этими отчасти провокационными словами убежден- казано в исследованиях Александра Эткинда.

трАдиции и ный противник либерализма, несколько строками ранее зая- Отношение же Достоевского к этим мистическим раде вивший о том, что либерализм превратился у нас в ремесло, в ниям нет оснований называть сочувственными.

дурную привычку, что в нашем обществе «совершенно исчеза- Напомню, в потомственном скопческом доме Рогожиных ет понимание о том, что либерально, а что вовсе нет» (22, 7). (роман «Идиот») на неподобающем месте — над дверью, местом Предполагаю, что это хотя бы отчасти означало сво- распятия или иконы — висит копия картины Г. Гольбейна потенциАл трАдиции бодное отношение к провозглашаемым им идеям и, соот- младшего «Мертвый Христос», указывающая — именно ветственно, «оглядку» на его романное творчество: читатель здесь, в этом месте — на подмену Богочеловека «новым»

имел дело с дневником не столько учительным (в отличие скопческим христом-хлыстом. Суть скопчества составляет от гоголевской переписки), сколько поучительным. вера в непрерывное телесное пребывание Христа на земле, ЧАсть II. берегА Антикризисный Он приглашал читателя увидеть в «текущей» действи- в Его постоянное воплощение. В одном из духовных скопче тельности скрытые смыслы: «И он испытывает потребность ских стихов читаем:

создать как бы свою метафизическую газету, в которой бы Разливалась бела утрення заря, к злотекучести событий присоединить глубинный взгляд Объявился наш распятый Божий Крест, романиста»5;

«В тайник факта сокровенный он проникает У нас нынеча Второй Христос воскрес7.

и являет идейный его смысл — вселенский, как и в рома- Достоевский, так много писавший о чуде Боговоплоще 214 нах своих…»6. Все-таки противопоставление Достоевского- ния, не мог, даже в виде поэтической вольности, профаниро публициста Достоевскому-романисту (следует сказать об вать святыню.

этом со всей определенностью) вступает в противоречие с В том же «Идиоте» он подверг бесстрашной проверке авторским заданием, с его «указующим перстом», направ- дорогие ему идеи «русской цивилизации», «русского бога», ляющим читательское восприятие — откровенно и приот- призванного воссиять в отпор утратившему евангельский об кровенно — и в сторону его романов. раз Христа Западу. Я имею в виду проповедь Мышкина на А в романном мире писателя уже давно — и «при тро- званном вечере у Епанчиных. Единственный раз, и только не» — появился «старец из народа» Фома Фомич Опискин, здесь «светозарный» герой Достоевского, наделенный авто «завороживший» генеральшу (свою патронессу), вызвавший ром невиданным даром пророческого предвидения, пред в ее душе необъяснимое «мистическое уважение», оказавший ставлен дурачком, недотепой. И только здесь он вызывает «непостижимое и бесчеловечно-деспотическое влияние» на полное и единодушное неприятие всех гостей: «Из присут всех обитателей дома, в том числе и на его главу полковника ствующих в гостиной все знавшие князя боязливо (а иные и Ростанева. Ведь это скорее предупреждение власти, нежели со стыдом) дивились его выходке, столь не согласовавшейся подготовка «духовной почвы» для появления в русской исто- со всегдашнею и даже робкою его сдержанностью, с редким рии подобных персонажей. и особенным тактом его в иных случаях и с инстинктивным чутьем высших приличий» (8, 453). Рикошетом здесь доста- веру, но и страстно ожидающей прихода Мессии. Если в лось и Гоголю. «Слово» Мышкина осталось таким же мерт- 1860-е годы он делал акцент на первой части этого сравне вым для его слушателей, как и «слово» Гоголя для его со- ния, то в пору издания «Дневника писателя» — на второй.


временников (намек на провал «Выбранных мест из перепи- Он писал: «Настало время … практического решения» (22, проблемы имяслАвия ски с друзьями»). Но есть в проповеди Мышкина и прямые, 40);

«…все дело у нас в первом шаге» (22,82);

«…момент ско почти буквальные отсылки к финалу второго тома «Мертвых рее правдивый, чем рефлекторный» (22, 81) и т.п. Он не раз душ». Ср. у Достоевского: «Покажите ему [русскому челове- отмечает искренность исканий молодыми людьми истины, ку] в будущем обновление всего человечества и воскресение пишет об отзывчивости и благородстве «нашего общества», его, может быть одною только русскою мыслью, русским бо- о жажде деятельности, добра. И хотя не закрывает глаза на гом и русским Христом, и увидите, какой исполин могучий и страшные последствий реформ, выразившихся у некоторых правдивый, мудрый и кроткий вырастет пред изумленным русских людей в открытом ими «праве на бесчестие», тем не миром, изумленным и испуганным» (8, 453). И у Гоголя по- менее, не устает утверждать, что «царство правды» может трАдиции и является мужик-богатырь, представитель «бойкого народа», воцариться в России быстрее, чем где-либо. На чем основа от управляемой тройки-птицы которого «косясь, посторани- на эта уверенность? Нет ли в ней сентиментального безот ваются и дают ей дорогу другие народы и государства»8. ветственного прекраснодушия? Вопрос тем более уместный, Так вот, неужели Достоевский после такой «проверки» что начинается и заканчивается «Дневник», казалось бы, со славянофильски ориентированной идеи вернулся к ней же в всем не практичным вопросом о «золотом веке», стучащемся потенциАл трАдиции «Дневнике писателя» и уже себя самого выставил на посме- в двери. Я имею в виду одну из глав январского выпуска за шище перед всем честным народом? 1876 год под названием «Золотой век в кармане» и фанта Невозможно адекватное восприятие «Дневника» в аспек- стический рассказ «Сон смешного человека», помещенный те традиционной, «чистой» публицистичности. Не идеологиче- в апрельском выпуске 1877 года, посвященный все тому же ЧАсть II. берегА Антикризисный скую пропаганду «русской идеи» преследовал ее автор. Если бы «золотому веку», увиденному героем рассказа наяву.

это было так, мы бы относились к этому тексту как к историко- Начиная беседу со своими читателями, Достоевский литературному документу, ценному свидетельству эпохи. Не счел необходимым напомнить им о том, что в душе каждого более — без личной интеллектуально-эмоциональной взвол- из них есть есть искренность, простодушие, чистота, сердеч нованности. А в ней-то как раз все дело. ная веселость, добрые желания, ум. «О, милые гости, — об П.Фокин, исследовавший причины издания Достоевским ращается он ко всем присутствующим на рождественском ба 216 в 1876–77 годах «Дневника писателя» как самостоятельного ле, — клянусь, что каждый и каждая из вас умнее Вольтера, произведения, главной из них назвал намерение его автора чувствительнее Руссо, несравненно обольстительнее Алка улучшить не только жизнь, но и самого себя9: «Улучшить виада, Дон-Жуана, Лукреций, Джульетт и Беатричей. ….

жизнь» «Дневником писателя» Достоевский хочет, не бичуя Знаете ли вы, что даже каждый из вас, если б только захотел, пороки и провозглашая добродетели, а давая конкретные то сейчас бы мог осчастливить всех в этой зале и всех увлечь примеры праведных поступков, в том числе и своим пове- за собой? И эта мощь есть в каждом из вас, но до того глубоко дением показывая, как жить, как говорить и как поступать. запрятанная, что давно уже стала казаться невероятною. И И, надо признать, в целом Достоевскому удалось выполнить неужели, неужели золотой век существует только лишь на свой план»10. Он утверждал в своем «Дневнике»: «Прежде, одних фарфоровых чашках?» (22, 12-13). Может возникнуть чем проповедовать людям: «как им быть», — покажите это на впечатление, что Достоевский становится, как Лев Толстой, себе. Исполните на себе сами, и все за вами пойдут» (25, 63). последователем Руссо, отвергавшем, как известно, библей Достоевский, как и многие его современники, воспри- ский догмат о поврежденности всякой души грехопадение, нимал свое время как переходное, называя его «мятущим- много писавшем о том, что человек, родившись, представ ся», «зыбучим». Он не раз проводил параллели сегодняшне- ляет собой первообраз гармонии, правды, красоты, добра, и го «момента» с позднеримской эпохой, утратившей идеалы, попадает «в тон» учения ересиарха Пелагия (ок. 360 г., не позднее 430 г.), первым открывшего «первородную невин- Христова. Устами героя своего последнего романа он не уста ность» человека. Может быть, Константин Леонтьев имел вал повторять: «Будут братья, будет и братство»;

победи себя (то основания называть Достоевского «розовым христианином», есть усмири гордыню), и победишь мир;

спасись сам, и вокруг бросить ему серьезнейшее обвинение в ереси? тебя спасутся тысячи. Художественный мир Достоевского всег проблемы имяслАвия Ответить на все эти законно возникающие вопросы да был антропоцентрическим. Преображение в нем начиналось без разъяснения пафоса «Сна смешного человека» вряд ли с «малой» его составляющей — человека. И никогда иначе.

возможно. Поэтому-то так принципиально важна обращенность Прежде чем переходить к «практическим» вопросам, До- слова автора «Дневника писателя» не к какой-то бы то ни бы стоевскому важно было — в противовес обозначившейся язве ло социальной общности, а к атомической единице этого со «обособления», анатомирующей общество, разрушающей дух общества. Поэтому-то и настаивает он на важности «первого братского единения — указать на общую всем людям их ме- шага», увеличивающего сумму добра в этом «несовершенней тафизическую родину, а именно — рай, на его реальность. шем из миров», поэтому-то и восхищается «микроскопически трАдиции и Герой фантастического рассказа, увидевший рай воочию, по ми» действиями «маленьких» людей, творящих добро вопреки поводу возможности его повторения на земле высказывает очевидно торжествующему злу. Поэтому впервые публично два взаимоисключающих утверждения: 1) «…я видел истину, заговорил о своем каторжном опыте, а на основании одной из я видел и знаю, что люди могут быть прекрасны и счастливы, его «картинок» (воспоминание о мужике Марее) дал художе не потеряв способности жить на земле» (25, 118);

2) «…пусть, ственно убедительное доказательство истинности и святости потенциАл трАдиции пусть это никогда не сбудется и не бывать раю (ведь уже это- народных идеалов. Поэтому-то и обратился он к своим дет то я понимаю!), — ну, а я все-таки буду проповедовать» (25, ским воспоминаниям (а детство, по его убеждению, — «рай»

118–119). В математике есть метод доказательства от против- человеческой жизни), чтобы напомнить забывшим эту истину ного. Суть его в следующем: из двух противоположных сужде- взрослым людям о ее реальности.

ЧАсть II. берегА Антикризисный ний истинным является или одно, или другое, доказанность В апреле 1876 года, возможно, в светлую Пасхальную ложности одного предполагает истинность другого. Приме- седмицу Достоевский записал: «Христос — 1) красота, 2) нет нительно к суждениям «смешного человека» этот метод «не лучше, 3) если так, то чудо, вот и вся вера, засим уже про работает» — оба они истинны. Здесь имеет место не утопиче- поведь Иоанна Златоуста, аще в девятый час — помните.

ский рационализм с его математическими законами, а хри- … Где, смерть, твое жало, где, аде, победа?» (24, 202). «Сон стианский антиномизм, о котором много писали, начиная с смешного человека» писался годом спустя, в апреле 1877-го 218 Дионисия Ареопагита и кончая Н. Бердяевым, вл. Лосским. года, — и тоже в Пасхальную седмицу. Пасхальное ликование В контексте христианского антиномизма одновременно ощутимо на многих его страницах. Но пасхальной радости в сказанные и в равной мере истинные «да» и «нет» указывают нем предшествую крестные страдания — нет Пасхи без кре на расширение границ реальности, включение в ее пределы ста. Вот выстраданная героем «Сна» истина: «Я хочу мучения, «видимого» и «невидимого» миров. Невозможное в «мире сем» чтобы любить» (25, 112). «Смешной человек» мог бы сказать:

станет реальностью в «мире ином» — вот вера «смешного че- «Все мы родом из рая, только забыли об этом, но мир, соз ловека», ее-то он и проповедует. данный Творцом, несет в себе его неистребимые отблески, и Важно то, что «золотой век» увиден глазами преобразив- когда-нибудь, пройдя путь страдания и искупления, его врата шегося человека, очищенного страданиями и любовью. По откроются перед любящими сердцами. В это надо верить». А мысли автора «Дневника писателя», рай открывается только вера, по определению ап. Павла, «есть осуществление ожидае просветленному сердцу. Он убежден, что с «неготовыми» людь- мого и уверенность в невидимом» (Евр. 1, 1).

ми неосуществимы никакие правила, даже самые очевидные. Вместе со своими читателями Достоевский хочет про Социалисты грезили и грезят об изменении «среды», о ради- биться от «града земного» к «граду небесному». В этом «прак кальной перестройке мира «по новому штату», Достоевский тический» и «метафизический» пафос «Дневника писателя», об обожении человека, о восстановлении в его душе образа его устрояющий смысл.

ПРИМЕЧАНИЯ Н. В. Волохова Л. Н. Толстой и традиция См. об этом и: Александров М.А. Федор Михайлович Достоевский в воспоминаниях типографского наборщика 1872-1881 годах // мировой мудрости проблемы имяслАвия Ф.М. Достоевский в воспоминаниях современников: в 2 т. Т. 2. М., о воспитании 1990. С. 281.

Кавелин К.Д. Письмо Ф.М. Достоевскому // Кавелин К.Д. Наш «совершенного» человека умственный строй. Статьи по философии и истории русской исто рии и культуры. М., 1989. С. 465;

Мейер Г. Славянофильство и В современный век достижения науки и техники обеспе революция // Посев. 2005, № 12. С. 12;

Волгин И. Колеблясь над чили прогресс общества в материальной сфере, в то же вре бездной. Достоевский и императорский дом. М., 1988.

мя это составляет предмет серьезных дискуссий. Среди важ Вопросы литературы. 2007, № 1.

нейших причин противоречивого отношения к этому можно Достоевский Ф.М. Полн. собр. соч. : В 30 т. Л., 1972-1990. Т. 22.

трАдиции и С. 7. В дальнейшем ссылки на это издание в тексте с указанием назвать до сих пор господствующее в обществе антропоцен тома и страницы. Курсивом выделяются слова Достоевского, по- трическое сознание, технократическое мышление и — как лужирным шрифтом — мои. следствие их — дефицит духовности, нравственности. Чело Гачев Г. Исповедь, проповедь, газета и роман // Достоевский в кон веческая жизнь в настоящее время обрела такую сложность, це ХХ века. М., 1996. С.62.

что общество оказалось неподготовленным к осознанию свое потенциАл трАдиции Там же. С. 63.

го изменившегося положения. И вследствие этого нынешние Кельсиев В. Сборник правительственных сведений о раскольни его затруднения не только все более и более углубляются, но ках. Лондон. 1862. Вып. 3. О скопцах. С. 47.

и могут в не столь отдаленном будущем разрастись до ката Гоголь Н.В. Собр. соч.: В 7 т. Т.5. М., 1978. С. 236.

строфических размеров. Нынешний глобальный кризис яв ЧАсть II. берегА Фокин П.Е. К вопросу о генезисе «Дневника писателя» 1876– Антикризисный ляется прямым следствием неспособности человека поднять 1877 гг. Ф.М. Достоевского (Биографический аспект) // Достоев ся до уровня, соответствующего его новой, могущественной ский в конце ХХ века. С. 369–377.

Там же. С. 377. роли в мире, осознать свои новые обязанности и ответствен ность в нем. Проблема эта лежит в самом человеке, а не вне его, поэтому и возможное решение ее связано с ним.

Развитие цивилизации, быстрое изменение форм и со 220 держания общественной жизни на рубеже XXI века во многих странах, и особенно в России, обостряют проблемы воспита ния подрастающего поколения. Воспитание как деятельность по передаче социального опыта старшими поколениями и его активное усвоение и воспроизводство новыми поколениями, воспитание как целенаправленное воздействие на сознание и поведение человека с целью формирования определенных установок, понятий, принципов, ценностных ориентаций ста новится затруднительным, зачастую малоэффективным.

Одна из основных проблем воспитания заключает ся в определении позитивной модели (образа, структу ры), определении направления развития личности вос питанника. Какие качества и в каких сочетаниях, какие ценностно-нравственные установки конкретной личности предпочтительнее и почему? Существуют ли абсолютные координаты позитивного развития личности? Другая про- у Аристотеля, Канта, Гегеля, Бердяева и, конечно, Толстого.

блема: кто и при каких условиях может обеспечить эффек- Однажды он скажет: “Человек — это ангел, рождающийся из тивность воспитания подрастающего поколения? зверя”. Путь от “зверя” к “ангелу” лежит через воспитание, Наш жизненный опыт невообразимо мал в сравнении развитие, саморазвитие, духовное совершенствование чело проблемы имяслАвия с запасом опыта, знаний, богатством мыслей мудрых лю- века, через “взращивание” души.

дей. Одним из ярчайших представителей мудрецов, кото- Великий писатель предчувствовал катастрофу челове рые подарили миру целые тома мудрых изречений, явля- чества, если оно не пересмотрит свое отношение к челове ется Лев Николаевич Толстой. 0н утверждал, что мудрость ку, и прежде всего ребенку, его образованию и воспитанию.

человека может проявиться в любом большом или малом Традиционно образование было построено так (и остается до деле, важном или незначительном. В любом деле виден настоящего времени), что знания передаются учащимся как человек, его творческая инициатива, его душа. И неважно, непреложная истина. О несостоятельности такого подхода какое это дело — кладка печи или постройка корабля. Толстой писал: люди, во-первых, сами не знают, каким дол трАдиции и Л. Н. Толстой понимал мудрость как “знание вечных жен быть человек, то есть не владеют истиной, и, во-вторых, истин, приложимых к жизни”, как движение человека к воспитывающие люди несовершенны сами и никогда не до высшему идеалу, как жизнетворчество. Именно следование стигнут совершенства, но если они озабочены этой пробле призыву мудрых, направленного на культурное развитие мой, то будут самосовершенствоваться (“если они не мертвы, человека, на существенное улучшение человеческих качеств движутся и воспитываются”). Мысль Толстого-педагога со потенциАл трАдиции всех жителей планеты поможет нам остановить и повернуть стоит в том, что “школа должна иметь одну цель — передачу вспять стремительный бег навстречу гибели. сведений, знаний (instruction), не пытаясь переходить в нрав Человечество движется в поиске смысла жизни, истины, ственную область убеждений, верований и характера...”.

нравственности долгим и сложным путем, далеко не всегда Интересны его высказывания о знании, которые Л. Н. Тол ЧАсть II. берегА Антикризисный праведным. Как и предсказывал Л. Н. Толстой, от воспи- стой поместил в сборник “Круг чтения”, где наряду с собствен тания подрастающих поколений зависит будущее. Пробле- ными высказываниями включил наиболее яркие и глубокие мы воспитания в настоящее время выдвигаются на первый суждения мыслителей и писателей всего мира, органически план не только в сфере образования — они “стучатся” во все связав их в целостное видение мира человека. Это произведе сферы жизни. Рост дефицита духовности, совестливости, ние смело можно назвать истинным памятником софийности.

широкое распространение убеждения, что все средства хо- Он считал, что не стоит держать в голове много посред 222 роши, лишь бы цель была достигнута, охватило различные ственного мусора, гораздо ценнее знать что-то немногое, но стороны человеческой жизни, будь то отношение к природе, истинно хорошее, полезное и нужное. Полезными знания к земным благам, к людям — старикам или детям, связано ми можно пользоваться самому, можно, используя их, дать ли это с политической или экономической жизнью, с куль- кому-то добрый совет. Они помогают в жизни. А информа турой, средствами массовой информации и даже с образова- ция, даже в большом количестве, которая не несет ценных нием. Можно сказать, что существует проблема выработки знаний, — просто балласт.

нового императива выживаемости, который требует отказа Знания он сравнивает с монетой, которой можно гор от прежних моделей развития цивилизации и перехода на диться, если ты добыл ее своим трудом и потом, и совершен модель управляемой социоприродной эволюции. Это застав- но не испытать этих чувств, получив ее в виде подачки от ляет обратиться к категории качества жизни, под которой какого-либо прохожего. Знания, добытые большими усилия подразумевается система качеств духовных, материальных, ми, будут давать большую отдачу, чем та информация, ко социокультурных, экологических и демографических ком- торую человек добыл легко. Подсмотренная, подслушанная понентов жизни. Говоря о философии качества, можно об- идея не принесет такого морального удовлетворения.

ратить внимание на становление нового квалитативизма, Развитие личности ребенка, вооружение его знания как базы нового мировоззрения, истоки которого мы находим ми и навыками, необходимыми в жизни, стимулирование творческих сил детей Л. Н. Толстой рассматривал как самое Поэтому неудивительно, что такое большое значение Л.

существенное в работе учителя, как высокую и благородную Н. Толстой уделял свободе как основному педагогическому цель, ради достижения которой стоит жить и работать. Он принципу. Свободное воспитание представлялось ему процес убедительно поставил вопрос о пересмотре традиционных сом самопроизвольного раскрытия высоких нравственных ка проблемы имяслАвия взглядов на личность ребенка и особенности его роста и честв, изначально присущих детям, процессом обогащения их развития, считал, что душа ребенка не представляет собой сознания при осторожной помощи педагога, который не имеет чистой доски, на которой можно написать все, что хочешь. права “принудительно” влиять на формирование взглядов де Вместе с тем Толстой опроверг наличие у родившегося ре- тей. В данном случае Л. Н. Толстой выступил как предтеча бенка каких-либо отрицательных черт и качеств. “Здоровый современной гуманистической педагогики, предвосхитил мно ребенок родится на свет, вполне удовлетворяя требовани- гие ее идеи. Выражаясь современным языком, он стоит на пути ям безусловной гармонии в отношении правды, красоты и учителя — фасилитатора, где фасилитация рассматривается добра, которые мы носим в себе. Родившись, человек пред- как совокупность ценностей, особая педагогическая филосо трАдиции и ставляет собой первообраз гармонии, правды, красоты и до- фия, неразрывно связанная с личностным способом бытия че бра”. Детский возраст, по мнению Л. Н. Толстого, является ловека. По Толстому, это и есть педагогика ненасилия, которая первообразом гармонии, которая нарушается неправильным строится на убеждении в личностном достоинстве каждого че воспитанием. Цель воспитания и образования должна за- ловека, и прежде всего ребенка, значимости для каждой лич ключаться в том, чтобы способствовать наибольшей гармо- ности способности к свободному выбору и ответственности за потенциАл трАдиции нии нравственных качеств, которые дети носят в себе. Тезис его последствия, в радости учения как творчества.



Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 | 8 |   ...   | 16 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.