авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 | 8 |   ...   | 9 |

«ПРОГРАММА «МЕЖДУНАРОДНОЕ ЧАСТНОЕ И ГРАЖДАНСКОЕ ПРАВО», II КУРС МАГИСТРАТУРЫ, МП ФАКУЛЬТЕТ МГИМО (У) МИД РФ КАФЕДРА МЧиГП ...»

-- [ Страница 6 ] --

Определением от 26 января 2007 года № 25-О Конституционный Суд Российской Федерации отказал Климановой Тамаре Петровне в принятии к рассмотрению ее жалобы, указав, что признание гражданства Российской Федерации по рождению родителей в соответствии с Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 16 мая 1996 года № 12-П является в силу принципа «права крови», действовавшего согласно законодательству и в период существования СССР, основанием признания гражданства Российской Федерации по рождению и их ребенка – независимо от места его рождения на территории бывшего СССР, если только он не утратил это гражданство по собственному свободному волеизъявлению.

Выяснение же того, утратило ли лицо гражданство Российской Федерации по собственному свободному волеизъявлению или по вынуждающим обстоятельствам и приобрело ли гражданство другого государства в период проживания за пределами Российской Федерации, связано с установлением и исследованием фактических обстоятельств, от чего Конституционный Суд Российской Федерации воздерживается во всех случаях, когда это входит в компетенцию других судов или иных органов (часть четвертая статьи 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»). В данном случае это возложено на органы, уполномоченные рассматривать вопросы гражданства, и на суды общей юрисдикции, для которых правовая позиция Конституционного Суда Российской Федерации по вопросу об утрате гражданином России российского гражданства является обязательной.

Что касается законодательных требований о необходимости наличия у иностранных граждан и лиц без гражданства, имевших гражданство СССР, прибывших в Российскую Федерацию из государств, входивших в состав СССР, регистрации по месту жительства на территории Российской Федерации по состоянию на 1 июля 2002 года либо разрешения на временное проживание в Российской Федерации или вида на жительство, то позиция Конституционного Суда Российской Федерации по данному вопросу, в том числе применительно к заявительнице, также была выражена в указанном Определении.

Конституционный Суд Российской Федерации констатировал, что данные требования, оцениваемые во взаимосвязи с положениями законодательства Российской Федерации о порядке пребывания (проживания) иностранных граждан в Российской Федерации, не могут рассматриваться как нарушающие права и свободы, гарантированные Конституцией Российской Федерации, и как исключающие возможность при соблюдении установленного порядка приобрести гражданство Российской Федерации.

Исходя из изложенного и руководствуясь частью второй статьи 40, пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации определил:

Страница 132 из 216    ПРОГРАММА «МЕЖДУНАРОДНОЕ ЧАСТНОЕ И ГРАЖДАНСКОЕ ПРАВО», II КУРС МАГИСТРАТУРЫ, МП ФАКУЛЬТЕТ МГИМО (У) МИД РФ КАФЕДРА МЧиГП КУРС «АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ МЧП»

1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы Климановой Тамары Петровны, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.

2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.

Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.ЗОРЬКИН Судья-секретарь Конституционного Суда Российской Федерации Ю.М.ДАНИЛОВ Страница 133 из 216    ПРОГРАММА «МЕЖДУНАРОДНОЕ ЧАСТНОЕ И ГРАЖДАНСКОЕ ПРАВО», II КУРС МАГИСТРАТУРЫ, МП ФАКУЛЬТЕТ МГИМО (У) МИД РФ КАФЕДРА МЧиГП КУРС «АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ МЧП»

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 12. ОПРЕДЕЛЕНИЕ от 12 мая 2006 г. № 155-О ПО ЖАЛОБЕ ГРАЖДАНИНА УКРАИНЫ Х.

НА НАРУШЕНИЕ ЕГО КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ ПУНКТОМ 2 СТАТЬИ ФЕДЕРАЛЬНОГО ЗАКОНА «О ПРЕДУПРЕЖДЕНИИ РАСПРОСТРАНЕНИЯ В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ЗАБОЛЕВАНИЯ, ВЫЗЫВАЕМОГО ВИРУСОМ ИММУНОДЕФИЦИТА ЧЕЛОВЕКА (ВИЧ-ИНФЕКЦИИ)», ПУНКТОМ СТАТЬИ 7 И ПУНКТОМ 13 СТАТЬИ 9 ФЕДЕРАЛЬНОГО ЗАКОНА «О ПРАВОВОМ ПОЛОЖЕНИИ ИНОСТРАННЫХ ГРАЖДАН В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ»

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д.

Зорькина, судей Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, С.М.

Казанцева, М.И. Клеандрова, А.Л. Кононова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В.

Мельникова, Ю.Д. Рудкина, Н.В. Селезнева, А.Я. Сливы, В.Г. Стрекозова, О.С.

Хохряковой, Б.С. Эбзеева, В.Г. Ярославцева, заслушав в пленарном заседании заключение судьи В.Г. Ярославцева, проводившего на основании статьи 41 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» предварительное изучение жалобы гражданина Украины Х., установил:

1. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации гражданин Украины Х. оспаривает конституционность пункта 2 статьи 11 Федерального закона от марта 1995 года «О предупреждении распространения в Российской Федерации заболевания, вызываемого вирусом иммунодефицита человека (ВИЧ-инфекции)», согласно которому в случае выявления ВИЧ-инфекции у иностранных граждан и лиц без гражданства, находящихся на территории Российской Федерации, они подлежат депортации из Российской Федерации в порядке, установленном законодательством Российской Федерации. Кроме того, им оспаривается конституционность положений Федерального закона от 25 июля 2002 года «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации», согласно которым если иностранный гражданин не имеет сертификата об отсутствии у него заболевания, вызываемого вирусом иммунодефицита человека (ВИЧ-инфекции), то разрешение на временное проживание ему не выдается, а ранее выданное разрешение аннулируется (пункт 13 статьи 7);

по этому же основанию иностранному гражданину не выдается и вид на жительство, а ранее выданный вид на жительство аннулируется (пункт 13 статьи 9).

Как следует из представленных материалов, гражданин Украины Х., зарегистрированный по месту жительства в городе Одессе, имеет заболевание, вызываемое ВИЧ-инфекцией. В 2003 году он заключил брак с гражданкой Российской Федерации, в 2004 году у них родилась дочь, имеющая в настоящее время гражданство Российской Федерации;

обе они постоянно проживают в городе Москве. Пребывая на территории Российской Федерации временно и зная, что наличие у него указанного заболевания препятствует законному проживанию на территории Российской Федерации, гражданин Х. обратился к депутату Государственной Думы с просьбой о содействии в Страница 134 из 216    ПРОГРАММА «МЕЖДУНАРОДНОЕ ЧАСТНОЕ И ГРАЖДАНСКОЕ ПРАВО», II КУРС МАГИСТРАТУРЫ, МП ФАКУЛЬТЕТ МГИМО (У) МИД РФ КАФЕДРА МЧиГП КУРС «АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ МЧП»

получении от уполномоченных органов разъяснения, возможно ли оформление разрешения на временное проживание в Российской Федерации без предоставления сертификата об отсутствии заболевания, вызываемого вирусом иммунодефицита человека (ВИЧ-инфекции). Паспортно-визовое управление ГУВД города Москвы в письме от ноября 2004 года разъяснило, что в соответствии с пунктом 8 Положения о выдаче иностранным гражданам и лицам без гражданства разрешения на временное проживание (утверждено Постановлением Правительства Российской Федерации от 1 ноября года № 789) при подаче заявления иностранный гражданин представляет сертификат об отсутствии у него ВИЧ-инфекции;

отсутствие же сертификата в соответствии с пунктом 13 статьи 7 Федерального закона «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации» является основанием для отказа в выдаче разрешения на временное проживание.

По мнению заявителя, пункт 2 статьи 11 Федерального закона «О предупреждении распространения в Российской Федерации заболевания, вызываемого вирусом иммунодефицита человека (ВИЧ-инфекции)», пункт 13 статьи 7 и пункт 13 статьи Федерального закона «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации» не соответствуют Конституции Российской Федерации, ее статьям 2, 7, (часть 4), 17 (часть 1), 18, 19 (часть 2), 38 (части 1 и 2), 41 (часть 1) и 55 (части 2 и 3), поскольку нарушают его права проживать совместно с семьей, заботиться о ребенке и воспитывать его, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, устанавливают дискриминационные правила, нарушающие баланс прав и свобод человека и их допустимых в демократическом обществе ограничений. Заявитель указывает, что документы, необходимые для получения разрешения на временное проживание, не принимаются без представления сертификата об отсутствии у него ВИЧ-инфекции;

в случае же представления им данных о наличии у него ВИЧ-инфекции неизбежно и незамедлительно будет инициирована процедура его депортации из Российской Федерации, последствием чего в силу статьи 27 Федерального закона «О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию» станет запрет на въезд в Российскую Федерацию в течение пяти лет со дня депортации, о чем будет проставлена соответствующая отметка в документе, удостоверяющем личность.

2. Согласно статьям 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» гражданин вправе обратиться в Конституционный Суд Российской Федерации с жалобой на нарушение своих конституционных прав и свобод законом и такая жалоба признается допустимой, если оспариваемый закон, затрагивающий его конституционные права, применен или подлежит применению в деле заявителя.

Между тем применение либо возможность применения в деле гражданина Украины Х. пункта 13 статьи 9 Федерального закона «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации», предусматривающего основание для отказа иностранному гражданину в выдаче вида на жительство, имеющимися документами не подтверждается, – заявитель ставил перед уполномоченными органами вопрос лишь о выдаче ему разрешения на временное проживание в Российской Федерации. Следовательно, его жалоба в этой части не может быть признана допустимой.

3. Согласно Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью;

признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина – обязанность государства (статья 2). К числу конституционно защищаемых ценностей относится здоровье как неотъемлемое и неотчуждаемое благо, принадлежащее Страница 135 из 216    ПРОГРАММА «МЕЖДУНАРОДНОЕ ЧАСТНОЕ И ГРАЖДАНСКОЕ ПРАВО», II КУРС МАГИСТРАТУРЫ, МП ФАКУЛЬТЕТ МГИМО (У) МИД РФ КАФЕДРА МЧиГП КУРС «АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ МЧП»

человеку от рождения и охраняемое государством (статья 7 часть 2;

статья 17 часть 2;

статья 41 Конституции Российской Федерации).

3.1. Федеральный закон от 30 марта 1995 года «О предупреждении распространения в Российской Федерации заболевания, вызываемого вирусом иммунодефицита человека (ВИЧ-инфекции)», как следует из его преамбулы, принят исходя из того, что заболевание, вызываемое вирусом иммунодефицита человека, приобретает массовое распространение во всем мире, остается неизлечимым и приводит к неотвратимому смертельному исходу, вызывает тяжелые социально-экономические и демографические последствия для Российской Федерации, создает угрозу личной, общественной, государственной безопасности, а также угрозу существованию человечества, что вызывает необходимость защиты прав и законных интересов населения и применения своевременных эффективных мер комплексной профилактики этого заболевания.

Данный Федеральный закон распространяется на граждан Российской Федерации, на находящихся на территории Российской Федерации иностранных граждан и лиц без гражданства, в том числе постоянно проживающих в Российской Федерации (статья 3), устанавливает гарантии соблюдения прав и свобод ВИЧ-инфицированных – граждан Российской Федерации (статья 5), условия въезда в Российскую Федерацию иностранных граждан и лиц без гражданства (статья 10) и последствия выявления ВИЧ-инфекции (статья 11). К числу таких последствий пункт 2 его статьи 11 относит депортацию из Российской Федерации в установленном законодательством Российской Федерации порядке иностранных граждан и лиц без гражданства, находящихся на территории Российской Федерации. При этом согласно пункту 13 статьи 7 Федерального закона «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации» разрешение на временное проживание иностранному гражданину не выдается, а ранее выданное разрешение аннулируется в случае, если данный иностранный гражданин не имеет сертификата об отсутствии у него заболевания, вызываемого вирусом иммунодефицита человека (ВИЧ-инфекции).

Кроме того, Постановлением Правительства Российской Федерации от 2 апреля года № 188 болезнь, вызванная вирусом иммунодефицита человека (ВИЧ-инфекция), включена в Перечень инфекционных заболеваний, представляющих опасность для окружающих и являющихся основанием для отказа в выдаче либо аннулирования разрешения на временное проживание иностранным гражданам и лицам без гражданства, или вида на жительство, или разрешения на работу в Российской Федерации.

3.2. Законодательство Российской Федерации рассматривает депортацию иностранных граждан и лиц без гражданства как законную меру административного принуждения, не являющуюся мерой административного наказания. Так, согласно Федеральному закону «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации» депортацией признается принудительная высылка иностранного гражданина из Российской Федерации в случае утраты или прекращения законных оснований для его дальнейшего пребывания (проживания) в Российской Федерации (пункт 1 статьи 2);

иностранному гражданину, подвергшемуся депортации, в течение пяти последующих лет разрешение на временное проживание в Российской Федерации, вид на жительство и разрешение на работу не выдаются (пункт 3 статьи 7, пункт 3 статьи 9, подпункт 3 пункта 9 статьи 18).

Федеральный закон «О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию» предусматривает, что иностранный гражданин или лицо без гражданства, не покинувшие территорию Российской Федерации в установленный срок, подлежат депортации (часть пятая статьи 25.10);

если в период своего предыдущего Страница 136 из 216    ПРОГРАММА «МЕЖДУНАРОДНОЕ ЧАСТНОЕ И ГРАЖДАНСКОЕ ПРАВО», II КУРС МАГИСТРАТУРЫ, МП ФАКУЛЬТЕТ МГИМО (У) МИД РФ КАФЕДРА МЧиГП КУРС «АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ МЧП»

пребывания в Российской Федерации иностранный гражданин или лицо без гражданства депортировались, въезд в Российскую Федерацию такому иностранному гражданину или лицу без гражданства не разрешается в течение пяти лет со дня депортации (подпункт части первой статьи 27).

В случае наличия принятого в установленном порядке решения должностного лица федерального органа исполнительной власти, ведающего вопросами внутренних дел (его территориального органа), о депортации из Российской Федерации иностранного гражданина, который не выехал из Российской Федерации в установленный срок после сокращения срока его временного пребывания в Российской Федерации, или аннулирования его разрешения на временное проживание в Российской Федерации (вида на жительство), или после предупреждения его о нежелательности пребывания в Российской Федерации, органы пограничного контроля и федеральный орган исполнительной власти, ведающий вопросами внутренних дел (его территориальный орган), проставляют в документах, удостоверяющих личность иностранного гражданина, отметку, свидетельствующую о запрещении его въезда в Российскую Федерацию (подпункт «в» пункта 1 Постановления Правительства Российской Федерации от 30 июня 2003 года № 382 «О проставлении отметки о запрещении въезда в Российскую Федерацию некоторых категорий иностранных граждан и лиц без гражданства»).

3.3. Федеральный законодатель, таким образом, исходя из конституционно значимых целей и с учетом конституционно защищаемых ценностей (статья 55, часть 3, Конституции Российской Федерации), основой которых является право на охрану государством здоровья граждан, может ограничить федеральным законом право на временное проживание в Российской Федерации иностранных граждан (а значит, и гражданина Украины Х.), инфицированных ВИЧ-инфекцией.

При таких обстоятельствах нельзя сделать вывод о том, что оспариваемые заявителем законоположения нарушают в данном случае его конституционные права, а потому его жалоба не может быть принята Конституционным Судом Российской Федерации к рассмотрению.

4. Согласно статье 62 (часть 3) Конституции Российской Федерации иностранные граждане и лица без гражданства пользуются в Российской Федерации правами и несут обязанности наравне с гражданами Российской Федерации, кроме случаев, установленных федеральным законом или международным договором Российской Федерации. Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 17 февраля 1998 года № 6-П по делу о проверке конституционности положения части второй статьи 31 Закона СССР «О правовом положении иностранных граждан в СССР», из данной статьи Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьей 17 (часть 2) и другими статьями, касающимися прав и свобод человека и гражданина, следует, что речь идет о случаях, устанавливаемых лишь применительно к таким правам и обязанностям, которые являются правами и обязанностями именно гражданина Российской Федерации, т.е.

возникают и осуществляются в силу особой связи между государством и его гражданами.

С учетом этого в Российской Федерации иностранным гражданам и лицам без гражданства должны быть гарантированы права в сфере семейной жизни, охраны здоровья и защита от дискриминации при уважении достоинства личности согласно общепризнанным принципам и нормам международного права (статья 7;

статья 17, часть 1;

статья 19, часть 2;

статья 21;

статья 38, части 1 и 2;

статья 41, часть 1, Конституции Российской Федерации).

4.1. В Декларации о приверженности делу борьбы с ВИЧ/СПИДом (принята Генеральной Ассамблеей ООН 27 июня 2001 года) подтверждается ключевая роль, Страница 137 из 216    ПРОГРАММА «МЕЖДУНАРОДНОЕ ЧАСТНОЕ И ГРАЖДАНСКОЕ ПРАВО», II КУРС МАГИСТРАТУРЫ, МП ФАКУЛЬТЕТ МГИМО (У) МИД РФ КАФЕДРА МЧиГП КУРС «АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ МЧП»

которую играет семья в уходе за лицами, затрагиваемыми и инфицированными ВИЧ/СПИДом, в их поддержке и лечении, и констатируется необходимость принятия к 2003 году соответствующего законодательства и иных мер для ликвидации всех форм дискриминации в отношении лиц, инфицированных ВИЧ/СПИДом, для обеспечения полного осуществления ими прав человека, в частности доступа к образованию, правам наследования, трудоустройству, охране здоровья, социальным и медицинским услугам, поддержке, лечению и правовой защите при соблюдении принципов конфиденциальности и неприкосновенности частной жизни, а также разработки стратегии борьбы с клеймением и социальной изоляцией, связанными с эпидемией.

В Руководящих принципах по обеспечению уважения прав человека в связи с ВИЧ/СПИДом (приняты второй Международной консультацией по ВИЧ/СПИДу и правам человека, созванной Верховным комиссаром ООН по правам человека и Объединенной программой ООН по ВИЧ/СПИДу (ЮНЭЙДС) в Женеве 23 – 25 сентября 1996 года) отмечается, что международное право гарантирует право на равную защиту закона и свободу от дискриминации по каким бы то ни было признакам – таким как раса, цвет кожи, пол, язык, религия, политические или иные убеждения, национальное или социальное происхождение, имущественное, сословное или иное положение;

Комиссия по правам человека подтвердила, что выражение «иное положение», содержащееся в текстах международных договоров о правах человека, касающихся недискриминации, следует толковать как охватывающее состояние здоровья, включая ВИЧ/СПИД (резолюции 1995/44 от 3 марта 1995 года и 1996/43 от 19 апреля 1996 года);

признанию семьи основной ячейкой общества препятствует политика, имеющая своим последствием отрицание единства семьи;

при рассмотрении заявлений на въезд в страну гуманитарные соображения, такие как воссоединение семьи и необходимость в убежище, должны превалировать над экономическими.

Меры государственного принуждения и ограничения, применяемые на основании оспариваемых в жалобе гражданина Украины Х. законоположений, могут затрагивать права как самого заявителя, так и членов его семьи. Конвенция о правах ребенка возлагает на государства-участники обеспечение того, чтобы ребенок не разлучался со своими родителями вопреки их желанию, за исключением случаев, когда компетентные органы в силу судебного решения, принятого на основании закона, определяют, что такое разлучение необходимо в интересах ребенка (пункт 1 статьи 9);

в соответствии с этим обязательством заявления детей или их родителей с просьбой о въезде в государство участник или выезд из него с целью воссоединения семьи должны рассматриваться государствами-участниками позитивным, гуманным и оперативным образом;

государства участники обеспечивают, чтобы представление такой просьбы не приводило к неблагоприятным последствиям для заявителей и членов их семьи (пункт 1 статьи 10).

Вместе с тем Конвенция допускает, что разлучение ребенка с родителями может быть следствием решения, принятого государством-участником, например при высылке или депортации (пункт 4 статьи 9).

Статья 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод закрепляет право каждого на уважение его личной и семейной жизни (пункт 1), при этом не допускается вмешательство со стороны публичных властей в осуществление этого права, за исключением случаев, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц (пункт 2).

Страница 138 из 216    ПРОГРАММА «МЕЖДУНАРОДНОЕ ЧАСТНОЕ И ГРАЖДАНСКОЕ ПРАВО», II КУРС МАГИСТРАТУРЫ, МП ФАКУЛЬТЕТ МГИМО (У) МИД РФ КАФЕДРА МЧиГП КУРС «АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ МЧП»

В делах о высылке ВИЧ-инфицированных иностранных граждан Европейский Суд по правам человека демонстрирует гибкость и индивидуальный подход, имея в виду возможности системы здравоохранения страны гражданства заявителя и стадию заболевания, на которой высылка заявителя из страны вступала бы в противоречие с требованиями статьи 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, содержащей запрет на бесчеловечное и унижающее достоинство обращение (Постановление от 21 апреля 1997 года по делу «Д. против Великобритании»). Суд отмечал, что право иностранца на въезд или проживание в какой-либо стране как таковое не гарантируется Конвенцией, однако высылка лица из страны, в которой проживают близкие члены его семьи, может нарушать право на уважение семейной жизни, гарантированное пунктом 1 статьи 8 Конвенции (Постановление от 18 февраля 1991 года по делу «Мустаким (Moustaquim) против Бельгии»). Ввиду того что решения Договаривающихся государств о депортации иностранцев могут препятствовать реализации права, защищаемого пунктом 1 статьи 8 Конвенции, данная мера должна быть необходимой в демократическом обществе, т.е. оправданной крайней необходимостью, и в особенности – соразмерной преследуемой цели (Постановление от 6 февраля 2003 года по делу «Якупович (Jakupovic) против Австрии»).

4.2. Конституция Российской Федерации предусматривает возможность ограничения прав и свобод человека и гражданина федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства (статья 55, часть 3). Однако, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях, при регулировании общественных отношений федеральный законодатель связан конституционным принципом соразмерности и вытекающими из него требованиями адекватности и пропорциональности используемых правовых средств;

в тех случаях, когда конституционные нормы позволяют законодателю установить ограничения закрепляемых ими прав, он не может осуществлять такое регулирование, которое посягало бы на само существо того или иного права и приводило бы к утрате его реального содержания;

даже имея цель воспрепятствовать злоупотреблению правом, он должен использовать не чрезмерные, а только необходимые и обусловленные конституционно признаваемыми целями таких ограничений меры (Постановление от 14 ноября 2005 года № 10-П по делу о проверке конституционности положений статей 48 и 58 Федерального закона «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации», статей 63 и 66 Федерального закона «О выборах депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации»).

Из этого следует, что при наличии коллизии между равно защищаемыми конституционно значимыми ценностями правоохранительные органы и суды при решении вопроса о временном проживании лица, имеющего заболевание, вызванное вирусом иммунодефицита человека, на территории Российской Федерации вправе учитывать фактические обстоятельства конкретного дела, исходя из гуманитарных соображений.

Таким образом, положения, содержащиеся в пункте 2 статьи 11 Федерального закона «О предупреждении распространения в Российской Федерации заболевания, вызываемого вирусом иммунодефицита человека (ВИЧ-инфекции)» и пункте 13 статьи 7 Федерального закона «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации», не исключают, что правоприменительными органами и судами – исходя из гуманитарных соображений – учитываются семейное положение, состояние здоровья ВИЧ инфицированного иностранного гражданина или лица без гражданства (в том числе Страница 139 из 216    ПРОГРАММА «МЕЖДУНАРОДНОЕ ЧАСТНОЕ И ГРАЖДАНСКОЕ ПРАВО», II КУРС МАГИСТРАТУРЫ, МП ФАКУЛЬТЕТ МГИМО (У) МИД РФ КАФЕДРА МЧиГП КУРС «АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ МЧП»

клиническая стадия заболевания) и иные исключительные, заслуживающие внимания обстоятельства при решении вопроса о том, является ли необходимой депортация данного лица из Российской Федерации, а также при решении вопроса о его временном проживании на территории Российской Федерации. При этом в любом случае данное лицо не освобождается от обязанности соблюдать предписанные в соответствии с законом профилактические меры относительно недопущения распространения ВИЧ-инфекции.

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктами 2 и 3 части первой статьи 43 и частью первой статьи 79 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации определил:

1. Признать жалобу гражданина Украины Х. не подлежащей дальнейшему рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации, поскольку для разрешения поставленного заявителем вопроса не требуется вынесение предусмотренного статьей 71 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» итогового решения в виде постановления.

2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.

3. Настоящее Определение подлежит опубликованию в «Вестнике Конституционного Суда Российской Федерации».

Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.ЗОРЬКИН Судья-секретарь Конституционного Суда Российской Федерации Ю.М.ДАНИЛОВ Страница 140 из 216    ПРОГРАММА «МЕЖДУНАРОДНОЕ ЧАСТНОЕ И ГРАЖДАНСКОЕ ПРАВО», II КУРС МАГИСТРАТУРЫ, МП ФАКУЛЬТЕТ МГИМО (У) МИД РФ КАФЕДРА МЧиГП КУРС «АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ МЧП»

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 13. ОПРЕДЕЛЕНИЕ от 2 марта 2006 г. № 55-О ПО ЖАЛОБЕ ГРАЖДАНИНА ГРУЗИИ ТОДУА КАХАБЕРА НА НАРУШЕНИЕ ЕГО КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ ПУНКТОМ 7 СТАТЬИ ФЕДЕРАЛЬНОГО ЗАКОНА «О ПРАВОВОМ ПОЛОЖЕНИИ ИНОСТРАННЫХ ГРАЖДАН В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ»

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д.

Зорькина, судей Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, Г.А.

Жилина, С.М. Казанцева, М.И. Клеандрова, А.Л. Кононова, Л.О. Красавчиковой, С.П.

Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, Н.В. Селезнева, А.Я. Сливы, В.Г. Стрекозова, Б.С. Эбзеева, В.Г. Ярославцева, заслушав в пленарном заседании заключение судьи С.М. Казанцева, проводившего на основании статьи 41 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» предварительное изучение жалобы гражданина Грузии К.

Тодуа, установил:

1. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации гражданин Грузии К. Тодуа оспаривает конституционность пункта 7 статьи 7 Федерального закона «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации», согласно которому разрешение на временное проживание иностранному гражданину не выдается, а ранее выданное разрешение аннулируется в случае, если он неоднократно (два и более раза) в течение одного года привлекался к административной ответственности за нарушение законодательства Российской Федерации в части обеспечения режима пребывания (проживания) иностранных граждан в Российской Федерации.

По мнению заявителя, названное законоположение, как допускающее отказ в выдаче разрешения на временное проживание иностранным гражданам, состоящим в браке с гражданами России и имеющим детей – граждан России, противоречит статьям 7 (часть 2), 17 (часть 1), 38 (части 1 и 2) и 55 (часть 2) Конституции Российской Федерации, а также статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, поскольку в результате его применения нарушается право каждого на уважение его частной и семейной жизни.

Как следует из представленных материалов, К. Тодуа, состоящий в браке с гражданкой России и имеющий ребенка, 16 марта 2004 года (за один день до истечения срока действия визы и временной регистрации по месту пребывания) обратился в ГУВД Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о выдаче разрешения на временное проживание на территории Российской Федерации. 31 декабря 2004 года, т.е. с нарушением установленного статьей 6 Федерального закона «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации» шестимесячного срока, на основании пункта 7 статьи 7 названного Федерального закона ГУВД Санкт-Петербурга и Ленинградской области отказало К. Тодуа в выдаче разрешения в связи с тем, что в течение 2004 года он был дважды, 28 августа и 12 октября, привлечен к Страница 141 из 216    ПРОГРАММА «МЕЖДУНАРОДНОЕ ЧАСТНОЕ И ГРАЖДАНСКОЕ ПРАВО», II КУРС МАГИСТРАТУРЫ, МП ФАКУЛЬТЕТ МГИМО (У) МИД РФ КАФЕДРА МЧиГП КУРС «АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ МЧП»

административной ответственности за нарушение режима пребывания в Российской Федерации.

Решением Выборгского районного суда Санкт-Петербурга от 20 июня 2005 года Постановление от 12 октября 2004 года о привлечении К. Тодуа к административной ответственности было отменено, однако Смольнинский районный суд Санкт-Петербурга отказал в удовлетворении его заявления об отмене решения ГУВД Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 31 декабря 2004 года, поскольку на момент его принятия имели место факты неоднократного привлечения К. Тодуа к административной ответственности в течение одного года, а также поскольку заявителем, вопреки требованию пункта статьи 7 Федерального закона «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации», не были представлены доказательства возможности содержать себя и членов своей семьи в Российской Федерации в пределах прожиточного минимума, не прибегая к помощи государства (решение от 14 июля 2005 года).

Кроме того, судя по представленным материалам, до настоящего времени К. Тодуа с заявлением о выдаче разрешения на временное проживание в Российской Федерации повторно не обращался, пределы Российской Федерации добровольно не покидал, депортации не подвергался и продолжает без законных оснований проживать в Санкт Петербурге.

2. Конституция Российской Федерации гарантирует каждому, кто законно находится на территории Российской Федерации, право свободно передвигаться, выбирать место пребывания и жительства (статья 27, часть 1), а также устанавливает, что забота о детях, их воспитание – равное право и обязанность родителей (статья 38, часть 2). При этом данные права в силу статьи 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Согласно статье 62 (часть 3) Конституции Российской Федерации иностранные граждане и лица без гражданства пользуются в Российской Федерации правами и несут обязанности наравне с гражданами Российской Федерации, кроме случаев, установленных федеральным законом или международным договором Российской Федерации. Иными словами, правовой статус иностранных граждан и лиц без гражданства определяется как общим, так и специальным законодательством. Так, на общих основаниях с гражданами Российской Федерации иностранные граждане подлежат административной ответственности, что соответствует принципам и нормам международного права (статьи 1.1 и 2.6 КоАП Российской Федерации). Регламентация же правового положения иностранных граждан, их пребывания (проживания) в Российской Федерации, в том числе в части предоставления им разрешений на временное пребывание (проживание) в Российской Федерации, осуществлена Федеральным законом от 25 июля 2002 года «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации».

К числу административных правонарушений, являющихся в силу пункта 7 статьи названного Федерального закона основанием для отказа иностранному гражданину в выдаче разрешения на временное проживание в Российской Федерации (или аннулирования ранее выданного разрешения), статья 18.8 КоАП Российской Федерации относит нарушение установленных правил въезда в Российскую Федерацию, отсутствие документов, подтверждающих право на пребывание (проживание) в Российской Федерации, утрату таких документов при неподаче заявления об их утрате в соответствующий орган, несоблюдение установленного порядка регистрации либо передвижения или порядка выбора места жительства, уклонение от выезда из Российской Страница 142 из 216    ПРОГРАММА «МЕЖДУНАРОДНОЕ ЧАСТНОЕ И ГРАЖДАНСКОЕ ПРАВО», II КУРС МАГИСТРАТУРЫ, МП ФАКУЛЬТЕТ МГИМО (У) МИД РФ КАФЕДРА МЧиГП КУРС «АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ МЧП»

Федерации по истечении определенного срока пребывания и несоблюдение правил транзитного проезда через территорию Российской Федерации.

Указывая в качестве санкции за нарушение правил пребывания (проживания) в Российской Федерации штраф (налагается органами внутренних дел) с административным выдворением за пределы Российской Федерации (решение о назначении которого принимается судом) или без такового и при этом не дифференцируя перечисленные правонарушения по степени тяжести и общественной опасности и не закрепляя критерии применения того или иного наказания к правонарушителям из числа иностранных граждан, статья 18.8 КоАП Российской Федерации тем самым относит разрешение данного вопроса к дискреции органов внутренних дел. Применяя же пункт 7 статьи Федерального закона «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации», уполномоченные органы исполнительной власти должны, по буквальному смыслу содержащихся в нем требований, ограничиваться лишь установлением факта неоднократности привлечения иностранного гражданина в течение одного года к административной ответственности за нарушение режима пребывания (проживания) в Российской Федерации – без учета степени общественной опасности совершенного правонарушения, личности правонарушителя, его семейного положения.

Между тем, исходя из общих принципов права, установление ответственности за нарушение порядка пребывания (проживания) иностранных граждан в Российской Федерации и, соответственно, конкретной санкции, ограничивающей конституционные права граждан, должно отвечать требованиям справедливости, соразмерности конституционно закрепленным целям (статья 55, часть 3, Конституции Российской Федерации), а также отвечать характеру совершенного деяния. Данный вывод корреспондирует международно-правовым предписаниям, согласно которым каждый человек при осуществлении своих прав и свобод должен подвергаться только таким ограничениям, какие установлены законом, необходимы для обеспечения должного признания и уважения прав и свобод других лиц, для охраны государственной (национальной) безопасности, территориальной целостности, публичного (общественного) порядка, предотвращения преступления, защиты здоровья или нравственности населения (добрых нравов), удовлетворения справедливых требований морали и общего благосостояния в демократическом обществе и совместимы с другими правами, признанными нормами международного права (пункт 2 статьи 29 Всеобщей декларации прав человека, пункт 3 статьи 12 Международного пакта о гражданских и политических правах, пункт 2 статьи 10 и пункт 2 статьи 11 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также пункт 3 статьи 2 Протокола № 4 к ней).

Европейский Суд по правам человека неоднократно отмечал, что лежащая на государствах ответственность за обеспечение публичного порядка обязывает их контролировать въезд в страну и пребывание иностранцев и высылать за пределы страны правонарушителей из их числа, однако подобные решения, поскольку они могут нарушить право на уважение личной и семейной жизни, охраняемое в демократическом обществе статьей 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, должны быть оправданы крайней социальной необходимостью и соответствовать правомерной цели (Постановления от 26 марта 1992 года по делу «Бельджуди (Beldjoudi) против Франции», от 21 июня 1988 года по делу «Беррехаб (Berrehab) против Нидерландов», от 18 февраля 1991 года по делу «Мустаким (Moustaquim) против Бельгии», от 19 февраля 1998 года по делу «Далиа (Dalia) против Франции», от 7 августа 1996 года по делу «С. против Бельгии», от 28 ноября 1996 года по делу «Ахмут (Ahmut) против Нидерландов» и др.).

Страница 143 из 216    ПРОГРАММА «МЕЖДУНАРОДНОЕ ЧАСТНОЕ И ГРАЖДАНСКОЕ ПРАВО», II КУРС МАГИСТРАТУРЫ, МП ФАКУЛЬТЕТ МГИМО (У) МИД РФ КАФЕДРА МЧиГП КУРС «АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ МЧП»

Оценивая нарушение тех или иных правил пребывания (проживания) иностранных граждан в Российской Федерации как противоправное деяние, а именно как административный проступок, и, следовательно, требующее применения мер государственного принуждения, в том числе в виде высылки за пределы Российской Федерации, отказа в выдаче разрешения на временное пребывание или аннулирования ранее выданного разрешения, уполномоченные органы исполнительной власти и суды обязаны соблюдать вытекающие из Конституции Российской Федерации требования справедливости и соразмерности, которые, как указал Конституционный Суд Российской Федерации, предполагают дифференциацию публично-правовой ответственности в зависимости от тяжести содеянного, размера и характера причиненного ущерба, степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств, обусловливающих индивидуализацию при применении взыскания (Постановление от 15 июля 1999 года № 11-П по делу о проверке конституционности отдельных положений Закона РСФСР «О государственной налоговой службе РСФСР» и Законов Российской Федерации «Об основах налоговой системы в Российской Федерации» и «О федеральных органах налоговой полиции»).

Поскольку отказ в выдаче разрешения на временное проживание или аннулирование ранее выданного разрешения за неоднократные нарушения установленного порядка пребывания (проживания) иностранных граждан в Российской Федерации в отношении иностранного гражданина, состоящего в браке с гражданкой Российской Федерации и имеющего ребенка, влечет его обязанность в течение 15 дней добровольно покинуть Россию, что представляет собой серьезное вмешательство в сферу личной и семейной жизни, право на уважение которой гарантируется статьей 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, такие меры могут быть применены уполномоченным органом исполнительной власти и судом только с учетом личности правонарушителя и характера совершенного административного правонарушения, т.е. степени его общественной опасности.

Таким образом, сам по себе пункт 7 статьи 7 Федерального закона «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации», предполагающий при решении вопроса о выдаче или об аннулировании разрешения на временное проживание иностранному гражданину, неоднократно (два и более раза) в течение одного года привлекавшемуся к административной ответственности за нарушение законодательства Российской Федерации в части обеспечения режима пребывания (проживания) иностранных граждан в Российской Федерации, учет уполномоченными органами исполнительной власти и судом личности этого иностранного гражданина, его семейного положения, характера и степени общественной опасности совершенных им административных правонарушений, не может рассматриваться как нарушающий конституционные права и свободы заявителя.

Что касается вопроса о проверке законности и обоснованности вынесенных по делу гражданина Грузии К. Тодуа правоприменительных актов, то его разрешение к полномочиям Конституционного Суда Российской Федерации, как они определены статьей 125 Конституции Российской Федерации и статьей 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», не относится.

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43 и частью первой статьи 79 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации Страница 144 из 216    ПРОГРАММА «МЕЖДУНАРОДНОЕ ЧАСТНОЕ И ГРАЖДАНСКОЕ ПРАВО», II КУРС МАГИСТРАТУРЫ, МП ФАКУЛЬТЕТ МГИМО (У) МИД РФ КАФЕДРА МЧиГП КУРС «АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ МЧП»

определил:

1. Признать жалобу гражданина Грузии Тодуа Кахабера не подлежащей дальнейшему рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации, поскольку для разрешения поставленного в ней вопроса не требуется вынесение предусмотренного статьей 71 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» итогового решения в виде постановления.

2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.

3. Настоящее Определение подлежит опубликованию в «Собрании законодательства Российской Федерации» и «Вестнике Конституционного Суда Российской Федерации».

Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.ЗОРЬКИН Судья-секретарь Конституционного Суда Российской Федерации Ю.М.ДАНИЛОВ Страница 145 из 216    ПРОГРАММА «МЕЖДУНАРОДНОЕ ЧАСТНОЕ И ГРАЖДАНСКОЕ ПРАВО», II КУРС МАГИСТРАТУРЫ, МП ФАКУЛЬТЕТ МГИМО (У) МИД РФ КАФЕДРА МЧиГП КУРС «АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ МЧП»

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 14. ОПРЕДЕЛЕНИЕ от 5 ноября 2004 г. № 381-О ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ОТКРЫТОГО АКЦИОНЕРНОГО ОБЩЕСТВА «СВЕРДЛОВЭНЕРГО»

НА НАРУШЕНИЕ КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ И СВОБОД ПОЛОЖЕНИЯМИ ПУНКТА 3 СТАТЬИ 4, СТАТЕЙ 20 И 21 ФЕДЕРАЛЬНОГО ЗАКОНА «ОБ ИНОСТРАННЫХ ИНВЕСТИЦИЯХ В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ»

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д.

Зорькина, судей М.В. Баглая, Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М.

Жарковой, Г.А. Жилина, С.М. Казанцева, М.И. Клеандрова, А.Л. Кононова, Л.О.

Красавчиковой, Ю.Д. Рудкина, Н.В. Селезнева, А.Я. Сливы, В.Г. Стрекозова, О.С.

Хохряковой, Б.С. Эбзеева, В.Г. Ярославцева, заслушав в пленарном заседании заключение судьи Н.С. Бондаря, проводившего на основании статьи 41 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» предварительное изучение жалобы ОАО «Свердловэнерго», установил:

1. В жалобе ОАО «Свердловэнерго» оспаривается конституционность положений пункта 3 статьи 4, статей 20 и 21 Федерального закона «Об иностранных инвестициях в Российской Федерации», которыми устанавливается правовой режим деятельности филиалов иностранного юридического лица на территории Российской Федерации и определяется порядок создания и ликвидации коммерческой организации с иностранными инвестициями и филиала иностранного юридического лица.

Как следует из представленных материалов, Арбитражный суд Свердловской области решением от 14 февраля 2000 года, оставленным без изменения апелляционной и кассационной инстанциями, взыскал с ОАО «Свердловэнерго» в доход бюджета таможенную пошлину и налог на добавленную стоимость за ввозившийся им из Республики Казахстан уголь (экспортер – компания «А.С. Индастрис Лимитед», Мальта, действовавшая через свое представительство в Российской Федерации). В своем решении суд, не согласившись с утверждением ОАО «Свердловэнерго» о том, что в данном случае налог на добавленную стоимость взиматься не должен, поскольку контракт на поставку угля заключался с резидентом Российской Федерации, имеющим статус юридического лица, а ввозимый уголь является товаром, происходящим с территории государств – участников Содружества Независимых Государств, указал, что согласно Федеральному закону «Об иностранных инвестициях в Российской Федерации» на территории Российской Федерации создаются юридические лица, являющиеся коммерческими организациями с иностранными инвестициями, и филиалы иностранного юридического лица;

создание же представительств иностранных юридических лиц законодательство Российской Федерации не предусматривает.

Те или иные положения Федерального закона «Об иностранных инвестициях в Российской Федерации» в данном деле судом не применялись. Однако этот факт, по мнению заявителя, не исключает для него возможность оспаривания конституционности положений пункта 3 статьи 4, статей 20 и 21 Федерального закона «Об иностранных Страница 146 из 216    ПРОГРАММА «МЕЖДУНАРОДНОЕ ЧАСТНОЕ И ГРАЖДАНСКОЕ ПРАВО», II КУРС МАГИСТРАТУРЫ, МП ФАКУЛЬТЕТ МГИМО (У) МИД РФ КАФЕДРА МЧиГП КУРС «АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ МЧП»

инвестициях в Российской Федерации», поскольку отсутствие в действующем федеральном законодательстве четкого определения понятий «представительство», «постоянное представительство», «место нахождения», «обособленные подразделения предприятий, находящиеся на территории Российской Федерации и самостоятельно реализующие товары» приводит к неопределенности нормативного содержания положений Федерального закона «Об иностранных инвестициях в Российской Федерации», порождает противоречивую правоприменительную практику относительно установления субъекта налогообложения и, следовательно, ведет к нарушению закрепленного статьей 19 (часть 1) Конституции Российской Федерации принципа равенства всех перед законом и судом, а также статьи 57 Конституции Российской Федерации, в соответствии с которыми каждый обязан платить законно установленные налоги и сборы.

2. В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Федерального закона «Об иностранных инвестициях в Российской Федерации» филиал иностранного юридического лица, созданный на территории Российской Федерации, выполняет часть функций или все функции, включая функции представительства, от имени создавшего его иностранного юридического лица (далее – головная организация) при условии, что цели создания и деятельность головной организации имеют коммерческий характер и головная организация несет непосредственную имущественную ответственность по принятым ею в связи с ведением указанной деятельности на территории Российской Федерации обязательствам. Статьи 20 и 21 названного Федерального закона определяют, соответственно, порядок создания и ликвидации коммерческой организации с иностранными инвестициями и порядок создания и ликвидации филиала иностранного юридического лица.

Оспаривая конституционность данных законоположений, заявитель фактически исходит из того, что именно этими нормами должны быть определены значимые для налоговых правоотношений понятия «представительство», «постоянное представительство», «место нахождения», «обособленное подразделение предприятия, находящееся на территории Российской Федерации и самостоятельно реализующее товары» применительно к иностранным юридическим лицам;

отсутствие же в названных статьях соответствующих определений предопределяет нарушение прав других субъектов-налогоплательщиков, вступающих в отношения с иностранными организациями и их представительствами.

Вместе с тем согласно пункту 1 статьи 1 Федерального закона «Об иностранных инвестициях в Российской Федерации» данный Федеральный закон регулирует отношения, связанные с государственными гарантиями прав иностранных инвесторов при осуществлении ими инвестиций на территории Российской Федерации. Основания же возникновения и порядок исполнения обязанностей по уплате налогов и сборов относятся к предмету регулирования законодательства о налогах и сборах (пункт 1 статьи Налогового кодекса Российской Федерации).

Налоговое регулирование предполагает установление такого порядка налогообложения, чтобы каждый точно знал, какие налоги (сборы), когда и в каком порядке он должен платить (пункт 6 статьи 3 Налогового кодекса Российской Федерации).

Непротиворечивость, ясность актов законодательства о налогах и сборах обеспечивается в том числе установленным Налоговым кодексом Российской Федерации порядком применения институтов, понятий и терминов гражданского, семейного и других отраслей законодательства Российской Федерации. Как вытекает из пункта 1 статьи 11 Налогового кодекса Российской Федерации и в силу правовой позиции Конституционного Суда Страница 147 из 216    ПРОГРАММА «МЕЖДУНАРОДНОЕ ЧАСТНОЕ И ГРАЖДАНСКОЕ ПРАВО», II КУРС МАГИСТРАТУРЫ, МП ФАКУЛЬТЕТ МГИМО (У) МИД РФ КАФЕДРА МЧиГП КУРС «АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ МЧП»

Российской Федерации, выраженной в Определении от 6 июня 2002 года по жалобе гражданки Г.Ю. Притулы на нарушение ее конституционных прав положениями статей 11, 39, 143 и 235 Налогового кодекса Российской Федерации, в тех случаях, когда Налоговый кодекс Российской Федерации содержит определение того или иного юридически значимого термина, в налоговых отношениях он должен использоваться именно в таком, специальном значении, если даже в других отраслях законодательства ему придается иной смысл.


В Налоговом кодексе Российской Федерации применительно к налогу на добавленную стоимость определено, что иностранные организации имеют право встать на учет в налоговых органах в качестве налогоплательщиков по месту нахождения своих постоянных представительств в Российской Федерации (пункт 2 статьи 144). При этом под постоянным представительством иностранной организации в Российской Федерации понимается филиал, представительство, отделение, бюро, контора, агентство, любое другое обособленное подразделение или иное место деятельности этой организации, через которое организация регулярно осуществляет предпринимательскую деятельность на территории Российской Федерации, причем факт осуществления иностранной организацией на территории Российской Федерации деятельности подготовительного и вспомогательного характера не приводит к образованию постоянного представительства (пункты 2 и 4 статьи 306). В свою очередь, обособленным подразделением организации является любое территориально обособленное от нее подразделение, по месту нахождения которого оборудованы стационарные рабочие места;

признание обособленного подразделения организации таковым производится независимо от того, отражено или не отражено его создание в учредительных или иных организационно-распорядительных документах организации, и от полномочий, которыми наделяется указанное подразделение. При этом рабочее место считается стационарным, если оно создается на срок более одного месяца. Местом нахождения обособленного подразделения российской организации является место осуществления этой организацией деятельности через свое обособленное подразделение (пункт 2 статьи 11). Согласно же пункту 3 статьи 55 ГК Российской Федерации представительства и филиалы не являются юридическими лицами;

они наделяются имуществом создавшим их юридическим лицом и действуют на основании утвержденных им положений. В этой же статье дается определение понятий «представительство» (пункт 1) и «филиал» (пункт 2).

Таким образом, утверждение заявителя о том, что в действующем законодательстве отсутствует значимое для налогообложения определение понятий «представительство», «постоянное представительство», «место нахождения», «обособленные подразделения предприятий, находящиеся на территории Российской Федерации и самостоятельно реализующие товары» и что создаваемые в соответствии с российским законодательством постоянные представительства обладают признаками юридического лица, нельзя признать обоснованным.

3. Согласно части второй статьи 36 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» основанием к рассмотрению дела Конституционным Судом Российской Федерации является обнаружившаяся неопределенность в вопросе о конституционности оспариваемой нормы;

если же такая неопределенность отсутствует или является мнимой, соответствующее обращение не может быть признано допустимым по смыслу Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации».

Поскольку неопределенность в вопросе о соответствии статьям 19 (часть 1) и Конституции Российской Федерации пункта 3 статьи 4, статей 20 и 21 Федерального Страница 148 из 216    ПРОГРАММА «МЕЖДУНАРОДНОЕ ЧАСТНОЕ И ГРАЖДАНСКОЕ ПРАВО», II КУРС МАГИСТРАТУРЫ, МП ФАКУЛЬТЕТ МГИМО (У) МИД РФ КАФЕДРА МЧиГП КУРС «АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ МЧП»

закона «Об иностранных инвестициях в Российской Федерации» отсутствует, жалоба ОАО «Свердловэнерго» не может быть принята Конституционным Судом Российской Федерации к рассмотрению.

Кроме того, ОАО «Свердловэнерго» в своей жалобе фактически выражает несогласие с принятыми арбитражными судами решениями по делу с его участием.

Между тем проверка правильности выбора и истолкования норм, подлежащих применению в конкретном деле, на чем, по сути, настаивает заявитель, к полномочиям Конституционного Суда Российской Федерации не относится.

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктами 1 и 2 части первой статьи 43 и частью первой статьи 79 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации определил:

1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы открытого акционерного общества «Свердловэнерго», поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба признается допустимой, и поскольку разрешение поставленного в ней вопроса Конституционному Суду Российской Федерации неподведомственно.

2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.

3. Настоящее Определение подлежит опубликованию в «Вестнике Конституционного Суда Российской Федерации».

Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.ЗОРЬКИН Судья-секретарь Конституционного Суда Российской Федерации Ю.М.ДАНИЛОВ Страница 149 из 216    ПРОГРАММА «МЕЖДУНАРОДНОЕ ЧАСТНОЕ И ГРАЖДАНСКОЕ ПРАВО», II КУРС МАГИСТРАТУРЫ, МП ФАКУЛЬТЕТ МГИМО (У) МИД РФ КАФЕДРА МЧиГП КУРС «АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ МЧП»

VII. АКТЫ ЕСПЧ 1. Решение Европейского Суда по правам человека от 6 апреля 2004 г. по делу № 75116/ «Karalyos and Huber v. Hungary and Greece»

SECOND SECTION CASE OF KARALYOS AND HUBER v. HUNGARY AND GREECE (Application no. 75116/01) JUDGMENT STRASBOURG 6 April FINAL 06/07/ This judgment will become final in the circumstances set out in Article 44 § 2 of the Convention. It may be subject to editorial revision.

In the case of Karalyos and Huber v. Hungary and Greece, The European Court of Human Rights (Second Section), sitting as a Chamber composed of:

Mr J.-P. Costa, President, Mr A.B. Baka, Mr C.L. Rozakis, Mr L. Loucaides, Mr K. Jungwiert, Mr M. Ugrekhelidze, Mrs A. Mularoni, judges, and Mr T.L. Early, Deputy Section Registrar, Having deliberated in private on 16 March 2004, Delivers the following judgment, which was adopted on that date:

PROCEDURE 1. The case originated in an application (no. 75116/01) against the Republic of Hungary and the Hellenic Republic and lodged with the Court under Article 34 of the Convention for the Protection of Human Rights and Fundamental Freedoms («the Convention») by two Hungarian nationals, Mr Csaba Karalyos and Ms Krmen Huber («the applicants»), on 7 June 2001.

2. The Hungarian Government were represented by their Agent, Mr L. Hltzl, Deputy State-Secretary, Ministry of Justice.

3. On 10 September 2002 the Court decided to communicate the application to the Government. Under the provisions of Article 29 § 3 of the Convention, it decided to examine the merits of the application at the same time as its admissibility.

THE FACTS I. THE CIRCUMSTANCES OF THE CASE 4. The applicants were born in 1967 and 1969 respectively and live in Budapest.

Страница 150 из 216    ПРОГРАММА «МЕЖДУНАРОДНОЕ ЧАСТНОЕ И ГРАЖДАНСКОЕ ПРАВО», II КУРС МАГИСТРАТУРЫ, МП ФАКУЛЬТЕТ МГИМО (У) МИД РФ КАФЕДРА МЧиГП КУРС «АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ МЧП»

5. The first applicant is an illusionist and the second applicant is his partner.

6. On 1 March 1994 the applicants entered into a contractual relationship with E. Cruise Lines, a Greek company, with a view to performing the applicants’ show on board the cruiser Pallas Athene for 8 months. On 24 March 1994 the Greek company shipped the applicants’ equipment on board Pallas Athene where, on the same day, it was destroyed by a fire. The applicants had no insurance.

As the Greek company refused to pay compensation for the damage, on 25 January the applicants brought an action before the Hungarian Pest Central District Court.

7. On 2 February 1995 the District Court ordered the applicants to complete their statement of claims. The applicants complied with this order on 22 March 1995. On 7 April the court exempted the applicants from payment of an advance on court fees.

8. On 3 July 1995 the court ordered the applicants to submit documents with a view to attaching them to the request for information on Greek law to be sent to the Greek authorities.

The applicants complied with the order within ten days.

9. On 15 December 1995 the Hungarian Ministry of Justice received the reply of the Greek authorities requesting further information on the case. On 22 May 1996 the District Court sent the completed request to the Hungarian Ministry of Justice.

10. In reply to the applicants’ enquiry with the District Court as to whether the requested information on Greek law had been obtained, the Ministry of Justice informed the District Court that, due to an administrative mistake, the request had had to be re-sent to the Greek authorities on 27 January 1997.

11. The Greek authorities’ reply was served on the District Court on 12 May 1997. In their observations of 20 June 1997 the applicants found the Greek authorities’ answer incomprehensible and requested the District Court to obtain more information from the Greek authorities.

12. On 1 September 1997 the applicants submitted evidence.

13. The District Court having completed the request for information according to the applicants’ observations, on 23 February 1998 the Hungarian Ministry of Justice forwarded the request to the Greek Ministry of Justice. The latter’s reply reached the District Court on 29 May 1998.


14. On 23 December 1998 the defendant company received the District Court’s summons of 21 October 1998.

15. At the applicants’ request, on 27 October 1998 the District Court granted priority to the case.

16. On 20 April 1999 the District Court held a hearing. The representative of the defendant company, Mr K., a lawyer, failed to attend. The District Court was unable to establish whether the applicants’ pleadings and the summons issued by the District Court had been validly served on Mr K. in Greece. Therefore, the District Court ordered an adjournment and, through the Ministry of Justice, requested that:

(i) the public prosecutor attached to the first instance court of Pireus verify whether service of the pleadings and the summons on Mr K. was valid under Greek law and whether Mr. K. was employed by the defendant company or whether he had a valid power of attorney;

(ii) the first instance court of Pireus certify whether E. Cruise Lines was an existing company under the law of the place of registration, or whether it had merged with another company, and if so, whether the latter was the successor of the former.

Assuming that the service was valid under either Hungarian or Greek law, the District Court ordered the defendant company to respond to the applicants’ pleadings within 30 days from the day of service.

Страница 151 из 216    ПРОГРАММА «МЕЖДУНАРОДНОЕ ЧАСТНОЕ И ГРАЖДАНСКОЕ ПРАВО», II КУРС МАГИСТРАТУРЫ, МП ФАКУЛЬТЕТ МГИМО (У) МИД РФ КАФЕДРА МЧиГП КУРС «АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ МЧП»

17. On 4 November 1999 the Greek Ministry of Justice replied that they were not in a position to fulfil the request for information about specific matters, on which only a lawyer could give an opinion. In their reply of 29 November 1999 the Hungarian Ministry of Justice reminded the Greek authorities that under the relevant provisions of the Greek-Hungarian bilateral Treaty on Legal Assistance and of the European Convention on Information on Foreign Law, they were obliged to provide the information requested.

18. On 20 January 2000 the District Court informed the applicants that – according to the documents submitted by the Ministry of Justice on 14 January 2000 – the defendant company «had refused to be served with the pleadings and the summons without giving a reason» and that no information had been submitted concerning the state of Greek law.

19. On 14 July 2000 the District Court again informed the applicants that the information concerning Greek law had not been submitted.

20. On 1 February 2001 the District Court informed the applicants that – according to the Ministry of Justice – the Greek authorities had refused to provide the information requested.

21. The continued efforts of the Hungarian Ministry of Justice and the Ministry of Foreign Affairs to urge the Greek authorities by notes verbales and telephone contacts on 7 March, September, 12 November 2001, 16 January, 21 August and 19 September 2002 were unsuccessful.

22. In the meantime, the Hungarian Ministry of Justice suggested to the District Court to apply Hungarian law instead of Greek law, a possibility provided under section 5 § 3 of Law Decree no. 13 of 1979 on International Private Law, having regard to the protracted exchange of correspondence. On 3 June 2002 the District Court replied to the Ministry that the information on Greek law was still necessary. It considered that the Greek authorities’ refusal to provide information on a complex legal issue did not render impossible, as such, the establishment of the contents of the foreign law in question. The District Court therefore held that Hungarian law could not be applied.

23. On a renewed enquiry, the Greek Ministry of Justice informed the Hungarian Ministry of Justice that it had taken all necessary steps in the case but had not yet received any information from the competent authorities.

24. The proceedings are still pending before the District Court.

II. RELEVANT DOMESTIC LAW 25. Section 5 §§ 1 and 3 of Law-Decree no. 13 of 1979 on International Private Law reads as follows:

«Establishing the content of foreign law (1) A court/authority shall ex officio request information about any foreign law unknown to it. If necessary, it shall obtain the opinion of experts and may take into account evidence submitted by the parties.

(3) In case the content of the foreign law cannot be established, Hungarian law shall be applied.»

THE LAW I. ALLEGED VIOLATION OF ARTICLE 6 § 1 OF THE CONVENTION BY HUNGARY 26. The applicants complained that the length of the proceedings instituted in Hungary had been incompatible with the «reasonable time» requirement provided in Article 6 § 1 of the Convention, which reads as relevant:

Страница 152 из 216    ПРОГРАММА «МЕЖДУНАРОДНОЕ ЧАСТНОЕ И ГРАЖДАНСКОЕ ПРАВО», II КУРС МАГИСТРАТУРЫ, МП ФАКУЛЬТЕТ МГИМО (У) МИД РФ КАФЕДРА МЧиГП КУРС «АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ МЧП»

«In the determination of his civil rights and obligations..., everyone is entitled to a...

hearing within a reasonable time by [a]... tribunal...»

27. The Government contested that argument.

28. The period to be taken into consideration began on 25 January 1995 and has not yet ended. It has thus lasted more than nine years to date before one court instance.

A. Admissibility 29. The Court notes that the complaint concerning the length of the proceedings against Hungary is not manifestly ill-founded within the meaning of Article 35 § 3 of the Convention. It further notes that it is not inadmissible on any other grounds. It must therefore be declared admissible.

B. Merits 30. The Government argued that the case was rather complex owing to the international character of the proceedings. They further claimed that the defendant company contributed to the protraction of the proceedings by failing to comply with orders and not accepting the service of summons.

31. The applicants contested this.

32. The Court reiterates that the reasonableness of the length of proceedings must be assessed in the light of the circumstances of the case and with reference to the criteria established by its case-law, particularly the complexity of the case, the conduct of the applicants and of the relevant authorities and what was at stake for the applicants in the dispute (see, among many other authorities, Frydlender v. France [GC], no. 30979/96, § 43, ECHR 2000-VII).

33. Notwithstanding that the case gave rise to difficult legal issues of foreign law, the Court considers that the length of the case cannot be explained by this fact alone.

34. As to the conduct of the applicants, the Court considers that they cannot be reproached for having caused any unnecessary delay. It was for the District Court in the first place to ensure the proper administration of justice in the case.

35. As to the conduct of the judicial authorities, the Court notes that the first and only hearing was held on 20 April 1999 and that no judgment has so far been delivered in the case. It is regrettable that, after a period of nine years, the District Court was led to conclude that the content of the relevant Greek law could not be established. It has not been explained to the Court why the District Court did not investigate the possibility of locating a legal expert in the matter in Hungary. It notes that this possibility is foreseen in section 5 § 1 of Law-Decree no. 13 of 1979 on International Private Law (see paragraph 25 above);

nor is the Court persuaded by the District Court’s reasons for not availing itself of section 5 § 3 of the same Law-Decree in order to allow Hungarian law to be applied to the dispute. The use of the possibilities provided for in section 5 of this instrument could have speeded up the proceedings.

36. It is also to be noted that, when requesting information from the Greek authorities, the District Court first failed to send all the necessary documents with the result that the request had to be completed and re-sent. The renewed request was then served on the defendant, rather than on the Greek Ministry of Justice on account of an administrative mistake. This delay of approximately one and a half years is attributable to the Hungarian authorities.

37. Lastly, as regards the efforts made by the Hungarian Ministry of Justice, the Court observes that, although they contacted the Greek authorities at regular intervals, they did so by means of ordinary correspondence. It was only after five years that they availed themselves of the possibility of contacting those authorities by notes verbales and telephone in order to obtain answers more speedily.

38. In these circumstances, the Court finds that the delays in the case were largely imputable to the Hungarian State.

Страница 153 из 216    ПРОГРАММА «МЕЖДУНАРОДНОЕ ЧАСТНОЕ И ГРАЖДАНСКОЕ ПРАВО», II КУРС МАГИСТРАТУРЫ, МП ФАКУЛЬТЕТ МГИМО (У) МИД РФ КАФЕДРА МЧиГП КУРС «АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ МЧП»

Having regard to the overall length and to the fact that a single hearing has been held in the case and that no judgment has been delivered to date, the Court concludes that the applicants’ case was not heard within a reasonable time. There has accordingly been a violation of Article § 1 of the Convention.

II. ALLEGED VIOLATION OF ARTICLE 6 § 1 OF THE CONVENTION BY GREECE 39. The applicants also complained that the Greek authorities have contributed to the protraction of the proceedings instituted in Hungary by failing to provide the information requested by the Hungarian District Court. They invoke Article 6 § 1 of the Convention.

Admissibility 40. The Court observes at the outset that the impugned proceedings were instituted in Hungary rather than in Greece. In these circumstances, the acts or omissions of the Hungarian court hearing the case can only engage the responsibility of Hungary.

In so far as the applicants’ complaint concerns the Greek authorities’ apparent reluctance to co-operate with their Hungarian counterparts, the Court reiterates that it is competent to assure the respect of the text of the European Convention on Human Rights and not that of any other international agreement (Calabro v. Italy and Germany, no. 59895/00, 21 March 2002). In the circumstances of the present case, any possible failure on the part of the Greek authorities to respect the Greek-Hungarian bilateral Treaty on Legal Assistance or the European Convention on Information on Foreign Law cannot be the subject matter of a case before the Court.

It follows that the applicants’ complaint does not concern an interference with their Convention rights by the Greek authorities. Accordingly, the application is incompatible ratione personae with the provisions of the Convention, within the meaning of Article 35 § 3, and must be declared inadmissible pursuant to Article 35 § 4 of the Convention.

III. APPLICATION OF ARTICLE 41 OF THE CONVENTION 41. Article 41 of the Convention provides:

«If the Court finds that there has been a violation of the Convention or the Protocols thereto, and if the internal law of the High Contracting Party concerned allows only partial reparation to be made, the Court shall, if necessary, afford just satisfaction to the injured party.»

A. Damage 42. The applicants claimed 6,740,000 Hungarian forints (HUF), jointly, in respect of pecuniary damage and HUF 3,000,000 for each of them in respect of non-pecuniary damage.

43. The Government found the applicants’ claims excessive.

44. The Court does not discern any causal link between the violation found and the pecuniary damage alleged;

it therefore rejects this claim. On the other hand, it awards each of the applicants EUR 10,000 in respect of non-pecuniary damage.

B. Costs and expenses 45. The applicants did not make any claim under this head.

C. Default interest 46. The Court considers it appropriate that the default interest should be based on the marginal lending rate of the European Central Bank, to which should be added three percentage points.

FOR THESE REASONS, THE COURT UNANIMOUSLY 1. Declares the complaint against Hungary admissible;

2. Declares the complaint against Greece inadmissible;

3. Holds that there has been a violation of Article 6 § 1 of the Convention by Hungary;

4. Holds Страница 154 из 216    ПРОГРАММА «МЕЖДУНАРОДНОЕ ЧАСТНОЕ И ГРАЖДАНСКОЕ ПРАВО», II КУРС МАГИСТРАТУРЫ, МП ФАКУЛЬТЕТ МГИМО (У) МИД РФ КАФЕДРА МЧиГП КУРС «АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ МЧП»

(a) that Hungary is to pay each of the applicants, within three months from the date on which the judgment becomes final according to Article 44 § 2 of the Convention, EUR 10, (ten thousand euros) in respect of non-pecuniary damage, to be converted into the national currency of Hungary at the rate applicable at the date of settlement, plus any tax that may be chargeable;

(b) that from the expiry of the above-mentioned three months until settlement simple interest shall be payable on the above amount at a rate equal to the marginal lending rate of the European Central Bank during the default period plus three percentage points;

5. Dismisses the remainder of the applicants’ claim for just satisfaction.

Done in English, and notified in writing on 6 April 2004, pursuant to Rule 77 §§ 2 and 3 of the Rules of Court.

T.L. Early J.-P. Costa Deputy Registrar President KARALYOS AND HUBER v. HUNGARY JUDGMENT KARALYOS AND HUBER v. HUNGARY JUDGMENT Страница 155 из 216    ПРОГРАММА «МЕЖДУНАРОДНОЕ ЧАСТНОЕ И ГРАЖДАНСКОЕ ПРАВО», II КУРС МАГИСТРАТУРЫ, МП ФАКУЛЬТЕТ МГИМО (У) МИД РФ КАФЕДРА МЧиГП КУРС «АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ МЧП»

2. Решение Европейского Суда по правам человека от 12 июля 2001 г. по делу № 42527/ «Prince Hans-Adam II of Liechtenstein v. Germany».

CASE OF PRINCE HANS-ADAM II OF LIECHTENSTEIN v. GERMANY (Application no. 42527/98) JUDGMENT STRASBOURG 12 July In the case of Prince Hans-Adam II of Liechtenstein v. Germany, The European Court of Human Rights, sitting as a Grand Chamber composed of the following judges:

Mrs E. Palm, President, Mr C.L. Rozakis, Mr G. Ress, Mr J.-P. Costa, Mr A. Pastor Ridruejo, Mr I. Cabral Barreto, Mr M. Fischbach, Mr V. Butkevych, Mr J. Casadevall, Mr B. Zupani, Mrs N. Vaji, Mr J. Hedigan, Mr M. Pellonp, Mrs M. Tsatsa-Nikolovska, Mr K. Traja, Mrs S. Botoucharova, Mr A. Kovler, and also of Mr M. DE Salvia, Jurisconsult, for the Registrar, Having deliberated in private on 31 January and 27 June 2001, Delivers the following judgment, which was adopted on the last-mentioned date:

PROCEDURE 1. The case originated in an application (no. 42527/98) against the Federal Republic of Germany lodged with the European Commission of Human Rights («the Commission») under former Article 25 of the Convention for the Protection of Human Rights and Fundamental Freedoms («the Convention») by His Serene Highness Prince Hans-Adam II of Liechtenstein («the applicant»), on 28 July 1998.

2. The applicant was represented before the Court by his counsel. The German Government («the Government») were represented by their Agent, Mr K. Stoltenberg, Ministerialdirigent.

3. The applicant alleged, in particular, that he had been deprived of an effective access to a court in respect of his claim for restitution of property, namely a painting confiscated by the former Czechoslovakia under Presidential Decree no. 12. He also complained that the German Страница 156 из 216    ПРОГРАММА «МЕЖДУНАРОДНОЕ ЧАСТНОЕ И ГРАЖДАНСКОЕ ПРАВО», II КУРС МАГИСТРАТУРЫ, МП ФАКУЛЬТЕТ МГИМО (У) МИД РФ КАФЕДРА МЧиГП КУРС «АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ МЧП»

court decisions to declare his action inadmissible, and the consequential return of the painting to the Czech Republic, violated his right to property. He relied on Article 6 § 1 of the Convention and Article 1 of Protocol № 1, taken alone and in conjunction with Article 14 of the Convention.

4. The application was transmitted to the Court on 1 November 1998, when Protocol № 11 to the Convention came into force (Article 5 § 2 of Protocol № 11).

5. The application was allocated to the Fourth Section of the Court. On 6 June 2000 it was declared admissible by a Chamber of that Section, composed of Mr A. Pastor Ridruejo, President, Mr G. Ress, Mr I. Cabral Barreto, Mr V. Butkevych, Mrs N. Vaji, Mr J. Hedigan, and Mr M. Pellonp, judges,and Mr V. Berger, Section Registrar [Note by the Registry. The Court’s decision is obtainable from the Registry].

The Government of Liechtenstein, having been informed of their right to intervene (Article 36 § 1 of the Convention and Rule 61 § 1 of the Rules of Court), indicated that they had no intention of so doing.

On 14 September 2000 the Chamber relinquished jurisdiction in favour of the Grand Chamber, none of the parties having objected to the relinquishment (Article 30 of the Convention and Rule 72).

6. The composition of the Grand Chamber was determined according to the provisions of Article 27 §§ 2 and 3 of the Convention and Rule 24. Due to the withdrawal of Mr L. Wildhaber, the President of the Court, Mrs E. Palm replaced him as President of the Grand Chamber in this case and Mr K. Traja participated as judge.

7. A hearing took place in public in the Human Rights Building, Strasbourg, on January 2001 (Rule 59 § 2).

There appeared before the Court:

(a) for the Government (b) Mr K. Sthr, Ministerialrat, Deputy Agent, (c) Mrs S. Wasum-Rainer, Ministerialrat, Adviser;

(b) for the applicant Mr A. Goepfert, of the Dsseldorf Bar, Counsel, Mr P. Rdler, of the Dsseldorf Bar, Mr D. Blumenwitz, Professor of law at Wrzburg University, Mrs G. Klein, Advisers.

The Court heard addresses by Mr Goepfert, Mr Rdler, Mr Blumenwitz and Mr Sthr, and their answers to questions put by some of the judges.

8. The applicant and the Government each filed observations on the question of just satisfaction under Article 41 of the Convention.

THE FACTS I. THE CIRCUMSTANCES OF THE CASE 9. The applicant is the monarch of Liechtenstein, born in 1945 and living in Vaduz (Liechtenstein).

A. The background of the case 10. The applicant’s late father, the former monarch of Liechtenstein, had been the owner of the painting Szene an einem rmischen Kalkofen (alias Der groe Kalkofen) of Pieter van Laer, which had formed part of his family’s art collection since at least 1767. Until the end of the Second World War the painting had been in one of the family’s castles on the territory of the now Czech Republic.

Страница 157 из 216    ПРОГРАММА «МЕЖДУНАРОДНОЕ ЧАСТНОЕ И ГРАЖДАНСКОЕ ПРАВО», II КУРС МАГИСТРАТУРЫ, МП ФАКУЛЬТЕТ МГИМО (У) МИД РФ КАФЕДРА МЧиГП КУРС «АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ МЧП»

11. In 1946 the former Czechoslovakia confiscated the property of the applicant’s father which was situated in its territory, including the painting in question, under Decree no. 12 on the «confiscation and accelerated allocation of agricultural property of German and Hungarian persons and of those having committed treason and acted as enemies of the Czech and Slovak people» (dekretu prezidenta republiky. 12/1945 Sb. o konfiskaci a urychlenm rozdlen majetku Nmc, Mad’ar, zrdc a neptel), issued by the President of the former Czechoslovakia on 21 June 1945 («the Bene Decrees» – «Beneovy dekrety»).

12. On 21 November 1951 the Bratislava Administrative Court (sprvn soud) dismissed the appeal lodged by the applicant’s father.



Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 | 8 |   ...   | 9 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.