авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 8 |

«Содержание НОВЫЕ ТЕНДЕНЦИИ В РАЗВИТИИ РОССИЙСКОЙ СОЦИОЛОГИИ Автор: Ж. Т. ТОЩЕНКО...................... 2 "КЛЕТОЧНАЯ ГЛОБАЛИЗАЦИЯ" И ТЕНДЕНЦИИ В СЕЛЬСКИХ СООБЩЕСТВАХ БЛИЖНЕГО СЕВЕРА ...»

-- [ Страница 2 ] --

Изменчивость и пластичность повседневных практик. Сельские старики убеждены в скором вымирании деревни. Они считают себя последним "законным" поколением, умеющим жить в деревенской среде. Этот пессимизм не разделяется приезжими из городов. "Всегда найдутся люди, которые любят и хотят жить в деревне...". Мотивировки скорее эмоциональные и культурные.

Изменение восприятия географического пространства. Не раз в разговорах с респондентами фигурировала мысль о том, что транспортная доступность в 500 - 600 км является не затрудняющим, а, наоборот, облегчающим практики миграций и делающие последние достаточно комфортными ("Ужинаем накануне в Москве, потом ночной поезд и - завтракаем в родной избе в Хлябишино..."). Такова важная характеристика клеточной глобализации - подчеркнутая географическая мобильность, готовность "сдвигаться" в пространстве, иммиграционная нацеленность.

Изменение в организации и восприятии социального пространства. Субъектам становятся неинтересными (иначе говоря, бесполезными, неэффективными) вертикальные этажи стратификации. Налаживаются равноправно и равномерно нагруженные горизонтальные сети межсемейной поддержки. В рамках и пространстве этих сетей уравниваются права и достоинства, профессиональные и экономические позиции членов сетей.

Множественность культурных феноменов. Содержание принципа и индикатора клеточной глобализации - "Каждый может быть любым" и связанное с этим произвольное формирование культурных гибридов из составных частей - обнаруживается в сельской социальной среде с большим трудом. Можно сказать, что такого рода формула поведения скорее импортируется в наборе внешних форм - приверженность к нетрадиционным товарам (одежда, обувь), культурным атомам (музыка, кассеты с фильмами и клипами).

Говорить о выраженной нравственной и культурной анархии, броуновском движении культурных фрагментов можно лишь применительно к молодежи, приезжающей к родителям, бабушкам на каникулы, а также к детям дачников.

Новые шкалы престижен в потреблении только начинают вырисовываться, прежде всего, в появлении технологических новинок в сельском быте (домашняя техника и технологии), мелкого производства (инструменты, химические препараты и пр.).

Примордиальные феномены и гражданское общество. Рост интереса к этничности, подчеркнутая самоидентификация ("кто я", "откуда" и пр.) проявляются в практиках сельских жителей, связанных с коренными принципами досоветского жизнеустройства крестьян. Эти чувства и интересы подогреваются интересом горожан к продуктам и артефактам сельской жизни (старинные прялки, колокольцы, половики, деревянные изделия, этническая посуда). И если раньше деревня экспортировала эти предметы, теперь, судя по некоторым высказываниям и действиям, начинает их "придерживать".

Цель, видимо, двоякая: дождаться роста цены и сберечь знак крестьянского рода и жизненного локуса.

Полагание на свои силы- важный индикатор "клеточной глобализации", Self-reliance "никто не поможет мне, если не я сам" - в практиках глубинной российской деревни происходит систематически. Необходимо только учитывать, что такой индикатор -не результат выбор стратегии, а вынужденная необходимость. Опора на собственные силы имела место даже при колхозной жизни, поскольку коллективное хозяйство могло предоставить своему члену лишь энергоагрегаты (трактор, лошадь) и колса (тележка, автомобиль). Остальное лежало на плечах субъекта (накосить, нарубить, заготовить и стр. пр.). В настоящее время услуги предоставляются частниками в обмен на деньги. Самогон жидкая валюта - вытесняется из трансакций, приобретающих денежную форму. Но это же обстоятельство сплачивает людей: субъекты, полагаясь на себя, рассчитывают на сети поддержки, где возможны уступки, авансы и отложенные платежи.

Принцип "Имею право быть таким, каким хочу" можно наблюдать лишь в его внешних, культурно-демонстрационных формах. Это, кроме всего прочего, выражается в том, что "чужака", нового человека принимают, если он не педалирует собственные отличия.

Можешь делать, что хочешь, быть своеобразным, - если у твоих практик понятный и разгадываемый смысл.

Замедленная кристаллизация институтов гражданского общества: свободное обсуждение вопросов общего интереса, создание групп по представлению интересов населения, наличие свободных неформальных лидеров, - происходит спорадически и, как правило, среди своих, неформально близких людей (соседи, родные и т.п.).

Городские жители ("дачники"), обосновывающиеся в сельской местности. Появление в селе новых людей - важнейший индикатор клеточной глобализации. Особого внимания заслуживают чисто потребительское отношение к своей собственности, вложение средств в не, возникновение деловых отношений с местным населением, установление взаимовыгодных социальных союзов.

Перспективы выхода сельских сообществ из порочного круга угасающего развития в условиях глобализации связаны с переориентацией и перепрофилированием деятельности местных хозяйств. Попытки реанимировать путем прямых инвестиций производство традиционной товарной сельхозпродукции при ее высокой себестоимости и неустойчивости по параметрам качества в условиях членства в ВТО бесперспективны.

Сельские сообщества Севера России нуждаются в реализации иных моделей хозяйственной деятельности. В противном случае им грозит вымирание на фоне усугубления социальных проблем.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ Бобылев С. Н. Экономические матрицы развития сельских сообществ: общее и частное // Город и село в современной России: перспектива структурного воссоединения. М.:

Сообщество профессиональных социологов (далее - СОПС), 2004: 41 - 60.

Бобылев С. Н., Палт М. В., Шелест А. С. Ландшафтный капитал и экологический туризм // Угорский проект: экология и люди Ближнего Севера. М.: СОПС, 2008: 10 - 26.

Гунько М. С. Экологические и социально-экономические аспекты строительства ЦБК в Манту-ровском районе Костромской области // Настоящее и будущее Ближнего Севера:

экономика, экология, сообщества. М.: СОПС, 2012.

Дроздов А. В. Экологический туризм: концепции и практика // Угорский проект: экология и люди Ближнего Севера. М.: СОПС, 2008: 26 - 56.

Дроздов А. В. Потенциал эколого-культурного туризма в долине Унжи // Настоящее и будущее Ближнего Севера: экономика, экология, сообщества. М.: СОПС, 2012.

Нефедова Т. Г. Российская глубинка глазами ее обитателей // Угорский проект: экология и люди Ближнего Севера. М.: СОПС, 2008: 98 - 120.

Нефедова Т. Г. Предистория и возможное будущее проектов ЦБК в Костромской области // Угорский проект: экология и люди Ближнего Севера. М.: СОПС, 2008: 143 - 148.

Нефедова Т. Г. Костромская периферия в фокусе проблем периферийных районов России // Северное село: традиции и инновации. М.: СОПС, 2010: 40 - 69.

Нефедова Т. Г. Две жизни современной нечерноземной глубинки // Настоящее и будущее Ближнего Севера: экономика, экология, сообщества. М.: СОПС, 2012.

Покровский Н. Е. Введение. Тенденции клеточной глобализации в сельских сообществах современной России: теоретические и прикладные аспекты // Город и село в современной России: перспектива структурного воссоединения, М.: СОПС, 2004: 4 - 41.

Покровский Н. Е. Российский Север: что в будущем? // Перспективы российского Севера.

М.: СОПС, 2007:19 - 65.

Покровский Н. Е. Северная Атлантида, исчезающая и возрождающаяся // Угорский проект: экология и люди Ближнего Севера. М.: СОПС, 2008: 5 - 10.

Покровский Н. Е. Настоящее и будущее северной стороны // Северная Атлантида, исчезающая и возрождающаяся // Настоящее и будущее Ближнего Севера: экономика, экология, сообщества. М.:СОПС, 2012:8 - 15.

стр. ЭМИГРАЦИЯ УЧЕНЫХ ИЗ РОССИИ: "ЦИРКУЛЯЦИЯ" ИЛИ Заглавие статьи "УТЕЧКА" УМОВ Автор(ы) С. В. РЯЗАНЦЕВ, Е. Е. ПИСЬМЕННАЯ Источник Социологические исследования, № 4, Апрель 2013, C. 24- СОЦИОЛОГИЯ НАУКИ Рубрика Место издания Москва, Россия Объем 80.7 Kbytes Количество слов Постоянный адрес http://ebiblioteka.ru/browse/doc/ статьи ЭМИГРАЦИЯ УЧЕНЫХ ИЗ РОССИИ: "ЦИРКУЛЯЦИЯ" ИЛИ "УТЕЧКА" УМОВ Автор: С. В. РЯЗАНЦЕВ, Е. Е. ПИСЬМЕННАЯ РЯЗАНЦЕВ Сергей Васильевич - член-корреспондент РАН, доктор экономических наук, профессор, руководитель Центра социальной демографии и экономической социологии Института социально-политических исследований РАН (E-mail: riasan@mail.ru);

ПИСЬМЕННАЯ Елена Евгеньевна - доктор социологичекских наук, профессор Финансового университета при правительстве РФ, ведущий научный сотрудник Института социально-политических исследований РАН (E-mail: nikitaR@list.ru).

Аннотация. В статье рассматриваются последствия эмиграции из России ученых и специалистов высокой квалификации. На основе сопоставления данных российской и зарубежной статистики оценен масштаб утечки умов" за период 2002 - 2010 гг. специалистов с высшим образованием, докторов и кандидатов наук. Выявлены каналы эмиграции на основе интервью с учеными и специалистами, проживающими в разных странах мира более одного года.

Ключевые слова: эмиграция * " утечка умов" * "циркуляция мозгов" * российская научная диаспора Эмиграция из России традиционно характеризовалась высокой долей людей с высшим образованием. Особенно масштабным этот процесс стал после распада СССР, когда российские ученые, врачи, преподаватели, программисты в поисках лучших условий труда и зарплаты эмигрировали в США, Западную Европу и другие государства [Утечка..., 2012]. Многие развитые страны мира должны быть благодарны России за то, что она "подарила" им безвозмездно тысячи готовых ученых и высококвалифицированных специалистов, которые сформировали самую крупную в мире научную диаспору.

На словах многие чиновники самого высокого ранга неоднократно признавали, что эмиграция отрицательно влияет на социально-экономическое развитие страны и развитие науки. Например, Д. Ливанов (ныне министр образования и науки РФ) в свое время заявил:"... с 1989 г. по 2004 г. из России уехали порядка 25 тыс. ученых, а 30 тыс.

работают за рубежом по временным контрактам. Это наиболее востребованные ученые, находящиеся в продуктивном научном возрасте. Сегодня число занятых в науке в России составляет порядка 40% от уровня 1990-х годов" [Утечка..., 2012]. Но дальше слов дело не шло. Практически ничего не делалось для того, чтобы выяснить, что же является истинными причинами, подталкивающими российских ученых к эмиграции за границу, каковы их миграционные установки, выезжают ли они временно или навсегда, хотят и могут ли они вернуться на родину, какие условия для этого необходимы?

Исследование проведено в рамках проекта по гранту Президента Российской Федерации для государственной поддержки молодых российских ученых N МД-2107.2011.6.

стр. Только в последнее время стали предприниматься некоторые шаги по возвращению российских ученых из-за рубежа для работы на родине. Был запущен беспрецедентный по своим затратам в новейшей истории России проект развития "новой науки" - "Сколково".

Справедливости ради отметим, что результаты его пока не сильно заметны ни с точки зрения научных достижений, ни с точки зрения возращения ученых на родину. Кроме того, вызывает серьезное сомнение идея относительно того, как можно создать научные школы "с нуля", игнорируя опыт и наработки Российской академии наук и ведущих вузов страны. Были открыты программы государственных грантов на несколько миллионов рублей через Министерство образования и науки РФ для ученых, готовых вернуться домой. При этом ученым, сохранившим научные школы в России, почему-то не было предложено адекватного финансирования. Насколько эти меры оказались эффективными для поддержки и развития российской науки?

На некоторые из поставленных вопросов предпринята попытка ответить в данной статье.

Она основана на материалах статистического и социологического исследования, которое проводилось авторами в 2011 - 2012 гг. Статистические методы представляли собой сбор, обобщение и сопоставление данных российской и зарубежной статистики эмиграции ученых и высококвалифицированных специалистов из России, а также о численности российской научной диаспоры в разных странах мира. Социологический метод включал глубинные интервью с 25 российскими учеными, работающими более 1 года за границей.

Выбор респондентов осуществлялся на основе личных контактов и рекомендаций российских и зарубежных коллег. Мы пытались охватить разные направления науки, сферы занятости и государства. Это обеспечивает репрезентативность исследования, насколько это возможно в условиях современной, весьма ограниченной статистики.

Интервью брались в странах проживания ученых в ходе личного общения и через Интернет в режиме диалога через скайп. В основе исследования лежал путеводитель интервью, включавший вопросы о причинах эмиграции, трудоустройстве за границей, проблемах адаптации в местный социум, миграционных установках на перспективу.

Источники статистической информации об эмиграции ученых из России.

Первый источник- данные Федеральной службы государственной статистики (Росстата), которые ежегодно публикуются в сборниках "Численность и миграция населения Российской Федерации" и "Демографический ежегодник России". Однако эти сведения имеют существенный недостаток - они учитывают только тех, кто снялся с регистрации по месту постоянного жительства в России, "упуская из вида" многочисленную когорту эмигрантов, которые живут и работают за пределами, не "выписываясь" из своего жилья.

Второй источник - данные Федеральной миграционной службы, которые отражают численность россиян, выехавших для временного трудоустройства за границу. Эти сведения доступны с 2002 г. и публикуются в сборнике "Мониторинг легальной трудовой миграции в России" и "Труд и занятость в России". Их можно посмотреть в разрезе уровня образования, выделив россиян с высшим образованием, выехавших на работу в разные страны. Но определить численность людей с ученой степенью на основе данной статистики не представлялось возможным. Еще одним недостатком данного массива информации является учет только тех временных трудовых мигрантов, которые трудоустроились через официальные каналы (фирмы, имеющие лицензию ФМС на трудоустройство, а также непосредственно через ФМС). Многие наши граждане в настоящее время находят работу за рубежом, минуя официальные каналы, выезжая в различные страны по рабочим, деловым, туристическим и гостевым визам, напрямую выходя на работодателей. Можно утверждать, что масштабы временной трудовой эмиграции на порядок выше, чем это показывают данные ФМС.

Третий источник - данные национальной статистики стран, принявших основные потоки мигрантов из России. Сведения систематизируются и публикуются Организацией экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) ежегодно в сборнике "Обзор миграции". Они доступны с 1996 г. по ключевым странам мира. Сведения зарубежной статистики, на наш взгляд, более адекватно отражают численность российских мигрантов.

Но эти сведения лишены качественного среза - нельзя видеть структуру стр. Таблица Эмиграция из России в 2002 - 2010 гг. (чел.) Численность Общая численность Численность эмигрантов с эмигрантов на Годы эмигрантов высшим образованием постоянное место жительства с ученой степенью Выезд на Выезд на Выезд на Выезд на постоянное постоянное Доктора Кандидаты временное временное место место наук наук трудоустройство трудоустройство жительства жительства 2002 89 589 49 265 16 479 19 696 22 2003 79 380 47 241 14 463 16716 14 2004 66 759 55 903 12 675 14 934 23 2005 59 228 60 928 12215 20 882 19 2006 46 398 65 747 10 798 20 901 23 2007 40 941 69 866 10013 25 082 9 2008 35 439 73 130 9085 24 607 40 2009 29 086 66 285 8173 31 517 38 2010 29 863 70 236 8595 27 647 32 2002 - 476 683 558 601 102 496 201 982 220 Итого 1 035 284 304 478 Источник: Численность и миграция населения Российской Федерации. М.: Росстат, 2009.

потока мигрантов по уровню образования и наличию ученой степени. Кроме того, в некоторых государствах до сих пор учитывают граждан всего бывшего СССР.

Четвертым источником информации являются экспертные оценки. В ходе исследования использовались сообщения прессы и научные публикации. Источниками этой информации были ректоры вузов, директора академических институтов, профсоюзные лидеры РАН, сотрудники Министерства образования и науки и международных организаций (MOM, MOT, ЮНЕСКО), лидеры ассоциаций российских граждан за рубежом.

В итоге был использован комплексный подход к оценке всех имеющихся в наличии данных в основных странах, принявших максимальное число российских ученых. По этим данным ежегодно нашу страну покидает более 200 тыс. человек с высшим образованием [Утечка..., 2003]. Масштабы эмиграции через официальные каналы на постоянное место жительства и по временным трудовым контактам в 2002 - 2010 гг. составили 30 - 35 тыс.

специалистов с высшим образованием, в том числе от 10 до 40 докторов наук и от 30 до кандидатов наук в год (см. табл. 1). Учитывая ограничения российской статистики, и, как следствие, существенный недоучет эмигрантов, можно согласиться с оценками прессы в том, что масштабы эмиграции из России людей с высшим образованием значительно выше.

Была выявлена новая значимая тенденция в эмиграции ученых и высококвалифицированных специалистов. За период с 2002 по 2010 гг. практически в раза уменьшилась численность эмигрантов с высшим образованием, выехавших на постоянное место жительства, и, наоборот, в 2 раза выросло число выехавших с целью временного трудоустройства. Это свидетельствует о том, что трансформировались каналы эмиграции российских квалифицированных ресурсов. Эмиграция формально ("де-юре") становится в большей степени временной, чем постоянной, поскольку люди сохраняют на родине жилье, регистрацию и гражданство. Однако "де-факто" многие сохраняют такую связь только для того, что общаться с родственниками, но это отнюдь не означает, что они собираются возвращаться на работу в Россию.

И все-таки некоторый шанс вернуть на родину эмигрантов с высшим образованием при определенных условиях можно. И помочь в этом могут нам отнюдь не такие проекты как "Сколково", "Роснано" и мегагранты министерств для выдающихся "зарубежных" ученых российского происхождения. Эти неуклюжие действия государства стр. лишь создают иллюзию увеличения затрат на науку, но при этом только обостряют социальную поляризацию ученых, усугубляют проблемы деградации научных школ и коллективов, оставшихся за бортом этих "оазисов", а, следовательно, стимулируют новый виток эмиграции. Парадоксально, но факт остается фактом - сегодня лучше эмигрировать из России, а потом быть в нее приглашенным из другой страны в качестве выдающегося ученого!

Чтобы вернуть тех, кто уже уехал и не потерять тех, кто может уехать в будущем, прежде всего, необходимо ликвидировать "выталкивающие" факторы эмиграции, создав нормальные условия ученым, которые работают в России. К сожалению, упомянутые выше "проекты" государства в области "поддержки и развития науки" ("Сколково", нанотехнологии, мегагранты и т.п.) не ликвидируют выталкивающих факторов эмиграции.

Это необходимо признать как можно скорее и направить средства на развитие десятилетиями складывающиеся, но сильно пострадавшие, чудом выжившие и продолжающие работать научные коллективы в Российской академии наук и ведущих вузах страны. Причем необходимо равномерно развивать разные направления наук, включая гуманитарные, а не только связанные с нанотехнологиями.

Статистические оценки эмиграции ученых из России. "Утечка умов" происходит практически из всех отраслей, но, в большинстве своем из сферы космических технологий, прикладной и теоретической физики, компьютерных и тонких химических технологий, биохимии, микробиологии, генетики, математики, программирования.

Эмиграция происходит из тех направлений науки, с которыми власти связывают свои надежды на инновационный "прорыв" страны. Среди эмигрировавших в этот период уезжали кандидаты и доктора наук, имевшие высокий индекс цитирования, характеризовавшиеся коллегами как лидеры научных школ и исследовательских направлений. В 1996 г. из 100 наиболее известных российских ученых в области естественных наук 50 жили и работали за рубежом.

По экспертным оценкам в 1990 - 2000-е годы. Россию покинули 70 - 80% ведущих математиков и 50% ведущих физиков-теоретиков. Несколько примеров из интервью. Из Всероссийского научно-исследовательского института экспериментальной физики (Арзамас-16), являющегося ведущим центром по ядерным исследованиям, за рубеж за последние двадцать лет выехало более 5 тыс. специалистов. Из НПО "Импульс", специализирующегося на производстве систем наведения, электронно-оптического и другого электронного оборудования преимущественно военного назначения, за рубеж уехали 1,8 тыс. ученых и инженеров. За десять лет (с середины 1980-х до середины 1990-х годов.) Российский научный центр вирусологии и биотехнологии ("Вектор"), занимающийся, в том числе, и разработками в области биологического оружия, покинули 3,5 тыс. человек. Математический институт имени Стеклова за двадцать лет потерял ученых, в том числе 20 человек выехали за границу [Мозги..., 2009]. Таким образом, эмиграция высококвалифицированных специалистов и ученых, несмотря на определенную трансформацию, продолжает оставаться процессом "утечки умов". Россия в мировой процесс "циркуляции умов", к сожалению, пока не включена в такой цивилизованной форме, как страны Западной Европы.

С 1989 г. в страны дальнего зарубежья по официальным данным выехало более 1,2 млн.

человек. Основными странами выезда россиян были и остаются Германия, Израиль и США. Среди новых направлений эмиграции можно выделить страны Европы (Финляндию, Испанию, Великобританию и пр.), Канаду, Австралию, Новую Зеландию, Китай. В России действует множество фирм, оказывающих посреднические услуги по выезду за границу на постоянное место жительства, приобретению недвижимости и бизнеса за рубежом, получению вида на жительство и гражданства различных стран. Это в принципе свидетельствует о серьезном расширении форм и географии эмиграции из страны. Исследования показывают, что у 40,5% иммигрантов, прибывших в Израиль из бывшего Советского Союза, общий срок обучения составляет 13 лет и более. При этом аналогичный уровень образования имеют лишь 24,2% израильтян [Метелев, 2006].

Уровень образования российских эмигрантов в Австралию также достаточно высок. По нашим данным, более 54% имели высшее образование. Это закономерный стр. Таблица Эмиграция из России в США людей с высшим образованием и ученой степенью в 2002 - 2010 гг. (чел.) Годы Общая численность Численность эмигрантов с Численность эмигрантов высшим образованием эмигрантов на постоянное место жительства с ученой степенью Выезд на Выезд на Выезд на Выезд на Доктора Кандидаты постоянное временное постоянное временное наук наук место трудоустройство место трудоустройство жительства жительства 2002 1948 1739 707 1121 5 2003 2048 2237 718 327 3 2004 1799 5891 673 429 3 2005 2898 7409 735 214 3 2006 2195 13 457 713 408 1 2007 1552 11 542 639 835 1 2008 1357 13 698 596 572 2 2009 1142 9740 538 6570 4 2010 1226 12 070 592 669 3 2002 - 16 165 77 783 5911 11 145 25 Итого 93 948 17 056 результат селективной миграционной политики Австралии, которая в первую очередь дает "зеленый свет" высококвалифицированным специалистам. Молодые и образованные специалисты, как правило, прибывают по приглашениям австралийских фирм и университетов, либо через балльную программу иммиграции, которая отдает приоритет ученым и высококвалифицированным специалистам.

Сравнительный анализ данных российской статистики с данными статистики стран, принимающих эмигрантов, показывает что американские данные от 2 до 6 раз (в разные годы) превышают российские относительно численности эмигрантов (см. табл. 3). Данные по Германии в 2 - 3 раза выше, по Канаде - 3 - 6, по Израилю - в 5 - 6, по Франции в 12 - раз. Объясняется подобное расхождение тем, что статистика фиксирует легальный выезд на постоянное место жительства.

Таким образом, эмиграционные потоки, фиксируемые российской официальной статистикой, нужно брать с существенной поправкой. По нашим расчетам, российские данные следует умножить, как минимум в 3 - 4 раза. В этой связи, реальные потери "утечки умов" в страны "дальнего" зарубежья за период 2002 - 2010 гг. составляют от тыс. до 1 млн. человек с высшим образованием, в том числе порядка 1,2 - 1,6 тыс.

докторов и кандидатов наук. Это косвенно подтверждают экспертные оценки.

Председатель профсоюзов Российской академии наук В. Калинушкин отметил, что с г. Россию покинули от 500 до 800 тыс. ученых. По оценкам ректора МГУ В. А.

Садовничего, за 1990-е годы Россия лишилась приблизительно 1/3 своего интеллектуального потенциала. Только из МГУ выехало около 20% всех профессоров и преподавателей [Аммосов, 2003].

Российская научная диаспора как результат эмиграции: определение и масштабы.

"Утечка умов" привела к формированию крупной российской научной диаспоры. Как отмечает И. Дежина, "ядро российской научной диаспоры составляют исследователи контрактники в области естественных наук, а персональный состав ее изменчив". Она исключает из ее состава тех, "кто полностью ассимилировался и порвал всякие связи с Россией и со своими соотечественниками, а также тех, кто, поддерживая связи с русскоязычными коллегами за рубежом, не имеет и не хочет иметь с Россией никаких отношений" [Дежина, 2009: 22]. Мы согласны с первой частью определения, относительно ассимиляционных процессов среди ученых. Однако не согласны, что из состава российской научной диаспоры следует исключить тех, кто общается только с соотечественниками, не поддерживая контактов с родиной. По стр. лагаем, что коммуникация с соотечественниками, даже проживающими за рубежом, это уже есть свидетельство причастности к диаспоре и опосредованные контакты с Россией.

Поэтому наше определение опирается на более широкую трактовку. Мы предлагаем следующее определение российской научной диаспоры - это ученые и высококвалифицированные специалисты, которые получили подготовку в России, заняты в сфере научных исследований или в высокотехнологичных отраслях, активно поддерживающие деловые контакты с соотечественниками, проживающими за рубежом и коллегами, работающими в России.

Под наше определение попадают примерно 100 - 150 тыс. человек, которых можно отнести к российской научной диаспоре. Эта оценка более значительна, чем приведенная С. Егеревым, который писал о максимальной численности диаспоры в 20 - 30 тыс. человек [Егерев, 2002: 277]. Но наши оценки значительно ниже приводимых в прессе 800 тыс. или даже 1,5 млн. человек -ученых из России [Прусс, 2006:1]. Скорее всего, последняя цифра имеет отношение к общим масштабам эмиграции, чем к российской научной диаспоре.

Исследование показало, что российская научная диаспора главным образом сконцентрирована в Америке. По экспертным оценкам, 70% россиян-исследователей работают в США [Прусс, 2006: 2]. По нашим расчетам, за 2002 - 2010 годы в США эмигрировали более 17 тыс. человек из России с высшим образованием, в том числе доктора и кандидата наук (см. табл. 2). С учетом поправочного коэффициента по американской статистике в реальности эта цифра может составлять около 120 - 150 тыс.

человек за период 1990 - 2010 гг. Многие специалисты приезжают в США по временным рабочим визам, но, как правило, в течение 1 - 2 лет эти визы трансформируются в виды на жительство в США.

Согласно исследованиям И. Дежиной, более 40% с докторской степенью в США являются иностранцами. Ситуация отличается по отраслям науки. Например, в технических и компьютерных науках эта цифра доходит до 57%. Распределение иностранных ученых по странам происхождения, приехавших в США, показывает, что лидерами являются китайцы (22%), индусы (14%), англичане (7%). Выходцы из стран бывшего СССР составляют 6%, из Канады, Германии и Южной Кореи (по 4%), Ирана и Японии (по 2%) [Дежина, 2009: 22].

По оценкам Национального научного фонда США, из России выехало около 70 - 80% математиков и 50% физиков-теоретиков - специалистов мирового уровня, начиная с момента распада СССР. В настоящее время 17 ученых-эмигрантов из России являются членами Национальной академии наук США. На кафедрах ведущих университетов США работают много выходцев из России. Например, в университете Миннесоты на кафедре теоретической физики с 1994 г. русский даже стал рабочим языком [Прусс, 2006: 3]. При достойной оплате труда и в условиях наличия возможностей нормально вести исследования ученые из России добиваются за рубежом значительных успехов. Так, в 2003 г. Нобелевскую премию получил физик А. Абрикосов, работающий в США. В г. Филдсовской медалью за решение алгебраической проблемы Бернсайда был награжден математик Е. Зельманов, эмигрировавший в США. Такую же медаль получил другой российский математик В. Воеводский [Перминова, 2004: 68]. Анализ, проведенный на основе базы Scopus, показал, что более 50% публикаций российской научной диаспоры идут из США. При этом наиболее цитируемые российские ученые также работают в США: на их долю приходится 44% всех ссылок после 2003 г. Лидируют по индексу цитируемости выпускники МГУ, вторые - выпускники МФТИ. На долю русских ученых, работающих в России, приходится всего 10 % ссылок [Утечка..., 2012].

Российские программисты и специалисты в области информационных технологий и компьютерной техники работают в технологических парках США [Постсоветские..., 2009:

9]. Например, каждая третья разработка корпорации "Майкрософт" приходится на программистов-выходцев из России. Главный район проживания наших высококвалифицированных специалистов- штат Калифорния. Численность русской технологической общины в Силиконовой долине составляет 30 - 50 тыс. специалистов.

Большая часть - инженеры и ученые. Причем, как подчеркивают эксперты, русские принадлежат стр. Таблица Численность эмигрантов из России в 1996 - 2009 гг.

по данным российской и зарубежной национальной статистики (тыс. чел.) 1996 1997 1998 1999 2000 2001 2002 2003 2004 2005 2006 2007 2008 Австралия 0,2 0,1 0,1 0,1 0,1 0,1 0,2 0,4 0,4 0,3 0, (НД/РД) 0,3 0,2 0,2 0,2 0,2 0,1 0,2 0,2 0,2 0,2 0,1 0,2 0, Германия 31,9 24,8 21,3 27,8 32,7 35,9 36,5 31,8 28,5 23,1 16,4 15,0 15,1 15, (НД/РД) 48,4 46,2 47,9 40,4 43,7 42,2 36,9 31,9 21,5 8,2 6,5 4,9 4, Греция 4, (НД/РД) 0,9 0,9 0,5 0,3 0,2 0,2 0,2 0,2 0,2 0,1 0,1 0,1 0, Израиль 50,8 33,6 18,5 12,4 10,1 9,4 7,5 6,5 5,6 6, (НД*/РД) 12,9 12,8 20,0 9,4 4,8 2,8 2,1 1,7 1,8 1,4 1,2 1,0 0, Канада 2,5 3,7 4,3 3,8 3,5 4,1 3,7 3,5 3,7 3, (НД/РД) 1,3 1,2 1,2 0,8 0,8 0,7 0,7 0,8 0,6 0,6 0,6 0,5 0, Польша 0,4 1,1 1,1 1,6 2,0 2,1 2,1 1,9 1,8 1,6 1,8 1, (НД/РД) 0,4 0,4 0,2 0,1 0,1 0,1 0,1 0,1 0,1 0,1 0,1 0,1 0, США 19,7 16,6 11,5 12,3 16,9 20,3 20,8 13,9 17,4 18, (НД/РД) 9,1 6,9 5,9 4,8 4,5 3,1 3,2 2,9 4,0 3,1 2,1 1,7 1, Франция 0,6 0,7 0,9 1,0 1,2 1,4 1,9 2,4 2,9 3,0 2,5 2,3 3,0 2, (НД/РД) 0,1 0,1 0,2 0,2 0,2 0,2 0,2 0,2 0,3 0, Финляндия 2,0 2,4 2,5 2,2 2,5 2,5 2,0 1,7 1,9 2,1 2,1 2,5 3,0 2, (НД/РД) 0,9 1,0 1,0 1,1 1,0 1,1 0,7 0,9 0,7 0,7 0,7 0,6 0, Эстония 0,2 0,2 0,3 0,4 0,4 0, (НД/РД) 0,7 0,6 0,6 0,4 0,4 0,3 0,4 0,3 0,2 0,3 0,3 0,3 0, Чехия 0,4 0,7 0,5 0,6 0,4 0,7 2,4 1,8 2,0 3,3 4,7 6,7 5,8 4, (НД/РД) 0,2 0,2 0,2 0,2 0,2 0,2 0,3 0,4 0,4 0, Швеция 0,8 0,7 0,8 1,0 1,0 1,0 1,0 1,0 1,3 1, (НД/РД) 0,2 0,2 0,3 0,2 0,2 0,2 0,2 0,2 0,1 0,1 0,1 0,2 0, Примечание: НД - данные национальной статистики, РД - данные российской статистики, * - данные по бывшему СССР Источники: Демографический ежегодник России 2010: Статистический сборник. М.:

Росстат, 2010, С. 444;

Демографический ежегодник России 2007: Статистический сборник.

М.: Росстат, 2007, С. 456;

Демографический ежегодник России 2005: Статистический сборник. - М.: Росстат, 2005. -С. 518;

InternationalMigrationOutlook, AnnualReport Edition, OECD, 2007, P. 303 - 316;

International migration outlook 2011, SOPEMI 2011, OECD, 2007, С 345 - 361.

стр. к числу "жизненно необходимых сотрудников" [Аммосов, 2003: 47]. За русских специалистов компании держатся до последнего, потому что они способны в самый последний момент прийти с решением, которое может спасти компанию. В Силиконовой долине работает американская ассоциация специалистов из России ("American Business Association of Russian Expatriates"). Цель организации создать сеть, помогающую встраиваться в американский и, шире, мировой высокотехнологический бизнес членам российской диаспоры.

Вторая страна приема высококвалифицированных специалистов - это Германия. По данным российской статистики, в Германию в 2002 - 2010 гг. эмигрировали около 40 тыс.

специалистов, в том числе 140 докторов и кандидатов наук. С учетом поправочного коэффициента на национальную статистику Германии эта цифра в реальности значительно выше. Специфической ее особенностью является преобладание среди иностранных ученых выходцев из стран Европы. По данным И. Дежиной, в Институте Макса Планка на долю россиян приходится примерно 5%, на китайцев, индусов и американцев - по 4%. Это отражает довольно типичную картину в Германии в целом.

Здесь обосновались такие известные ученые: геолог Л. Дубровинский, работающий в области геологии в Университете Байройта, а также физики В. Мукханов, К. Ефетов, А.

Утинов, Р. Сюняев и А. Мирлин [Максимов, 2008].

Из европейских стран, принявших большое число российских ученых, можно отметить Великобританию, Францию и Швейцарию. В Институте высших научных исследований во Франции работает известный математик Н. Некрасов - специалист по математической физике, который внес значительный вклад в развитие теории струн [Максимов, 2008: 41].

В Университете Пьера и Марии Кюри во Франции работает геолог Е. Буров, который создает числовые модели термомеханических процессов, происходящих в литосфере (растяжений и сжатий горных пластов), изучает столкновения литосферных плит, возникновение горных хребтов и эволюцию магматических систем. Физики А. Гейм и К.

Новоселов, работающие в Манчестерском университете в Великобритании, в 2004 г.

создали принципиально новый материал графен - двухмерный слой графита толщиной в один атом, у которого находят все больше удивительных свойств, за что были удостоены Нобелевской премии. Математики М. Концевич и А. Веселов работают во Франции и Великобритании;

геологи А. Оганов - в Швейцарии, Н. Шапиро - во Франции, Ю.

Подладчиков - в Норвегии, Т. Геря - в Швейцарии;

физик М. Шапошников - в Швейцарии [Максимов, 2008].

В Израиле российские ученые работают в университетах, исследовательских центрах, клиниках, больницах. По примерным оценкам, 40% научного потенциала Израиля приходится на иммигрантов из России [Перминова, 2004: 68].

В перечне стран эмиграции появились государства, которые в последние годы существенно усилили внимание к научным разработкам и увеличили финансирование науки. Российские ученые работают в Латинской Америке, Юго-Восточной Азии и Китае, добиваясь там значительных успехов. Например, в 2005 г. научную премию ЮНЕСКО получил российский ученый А. Баланкин, проживающий в Мексике, "... за выдающиеся достижения в развитии фрактальной механики и их технологические приложения, внесшие вклад в промышленное развитие в его собственной стране и во всем мире" [Булгакова, 2005: 14]. По экспертным оценкам, примерно 30 тыс. специалистов из бывшего СССР из разных стратегических областей (ракетная промышленность, ядерная сфера, производство оружия) работают в развивающихся странах [Перминова, 2004: 68].

Приведенные выше факты показывают, что Россия стала страной экспорта интеллектуальных ресурсов. Согласно некоторым данным, прямые потери российского бюджета составили не менее 60 млрд. долларов [Киреев, 2010]. По расчетам Министерства образования и науки, с отъездом одного ученого страна в среднем теряет 300 тыс. долларов [Киреев, 2010]. Как утверждает ректор Российского нового университета В. Зернов, если бы специалисты, которые выехали за границу из России с 1970-х по 2000-е гг., готовились в университетах США и Западной Европы, то на их подготовку пришлось бы потратить более 1 трлн. долларов [Утечка..., 2012]. Отток высококвалифицированных трудовых ресурсов сопровождается реальными и потенциальными потерями результатов исследований, разработок, ноу-хау и других видов стр. интеллектуальной продукции. Подобная интеллектуальная эмиграция обостряет проблему научно-технического отставания России от экономически развитых стран.

Каналы эмиграции российских ученых. В ходе исследования были взяты интервью у российских ученых, работающих в США, Великобритании, Японии, Финляндии, Германии, Австралии, Вьетнаме и Бразилии. Анкета включала вопросы, направленные на выявление истории эмиграции и "выталкивающих" причин из России;

"притягивающих" факторов особенностей адаптации в принимающих странах;

установок на возвращение и факторов, препятствующих реализации установок на возвращение на родину. Анализ интервью позволил выделить, как минимум, шесть форм (каналов) эмиграции научных кадров из России.

Первый канал - целенаправленная эмиграция ученых и высококвалифицированных специалистов на постоянное место жительства за границу с заблаговременным или последующим поиском работы. Данная форма преобладала в начале 1990-х годов, хотя сохраняется и до настоящего времени. Интервью показывают, что некоторые специалисты целенаправленно ищут работодателя за рубежом, использую различные связи, контакты, Интернет, агентства по трудоустройству за рубежом. Приведем некоторые данные.

Специалист по информационным системам, женат, имеет троих детей. Работал в провинциальном российском городе в университете преподавателем, кандидат физико математических наук. Случайно от знакомых узнал о возможности иммиграции в Австралию. Стал искать работу через Интернет. Получил приглашение от университета в Аделаиде. После этого подал документы на иммиграцию в посольство Австралии. Прошел по балльной системе как необходимый специалист этой стране.

Сейчас работает в университете Южной Австралии, в городе Аделаида, преподает информатику.

Второй канал - это трудовая эмиграция по временным контрактам, которые постепенно трансформируются в вид на жительство или гражданство принимающей страны. По примерным оценкам 70 - 80% работающих российских ученых за рубежом имеют временные контракты [Дежина, 2009:22]. Как правило, люди в момент выезда не ставят "во главу угла" стремление остаться навсегда в стране проживания, а имеют целью поработать некоторое время, заработать денег и вернуться на родину. Однако, обстоятельства и особенности работы подталкивают их к постоянному проживанию в принимающей стране.

Доктор наук, из Санкт-Петербурга, первый временный контракт на работу в Японии получил в качестве преподавателя университета в Саппоро на 3 года. Затем контракт был продлен на 5лет. Хорошо адаптировался в Японии. Выучил японский язык, свободно владеет им. Имеет постоянную ставку профессора. Его устаивает заработная плата, условия труда, образ жизни. В настоящее время занимается экономическим анализом.

Сохраняет российское гражданство, но возвращаться в Россию не желает.

Третий канал - это эмиграция через стажировки и постдокторские программы, которые имеют многие университеты мира для приема ведущих ученых и специалистов в определенных отраслях и направлениях исследований.

Кандидат наук, политолог, родом из Сибири, первый раз в США поехал по программе Фулбрайт, пройдя конкурс, получил стажировку. Принимающей стороной был университет в Калифорнии. После завершения программы стажировки был приглашен на работу по временному контракту. Женился на гражданке США. После завершения временного контракта получил постоянную работу. Занимается исследованиями в области политических наук, читает лекции. Имеет возможность получить грант и не преподавать. Иногда этим пользуется. В России таких возможностей не имел.

Возвращаться не собирается. Планирует перевезти родителей в США.

Четвертый канал - это эмиграция с преобладанием семейных причин, в том числе через заключение брака с гражданами принимающей страны, с последующим трудоустройством. В большинстве своем этот канал эмиграции более характерен для российских женщин.

Женщина, родом из Калмыкии, кандидат наук. Училась в Ленинградском университете, на факультете востоковедения, специалист по Тибету. Вышла замуж в стр. студенческие годы за гражданина ГДР своего однокурсника. После окончания вуза вместе с мужем закончили аспирантуру в Ленинграде. Затем уехали на родину мужа, в Лейпциг. Муж ушел из науки в бизнес, работает в крупной компьютерной компании, она в филиале Института молодежи в небольшом городке на востоке Германии, занимается социологическими исследованиями, переводами с русского языка на немецкий язык.

Поддерживает тесные контакты с родиной.

Пятый канал -переход в науку из другой сферы. Это довольно сложный вариант эмиграции, поскольку "пробиться" в науку из другой сферы в чужой стране достаточно трудно, но возможно. Главный фактор успеха - свободное владение языком, наличие опыта и знаний, целеустремленность. Как показывает практика, да и отмечали неоднократно сами респонденты, именно выходцам из России и стран бывшего СССР, эти свойства характера более всего присущи.

Молодая женщина, родом из Карелии. Закончила факультет иностранных языков в университете в Петрозаводске. Владеет финским и английским языками. Приехала на работу в Финляндию в качестве переводчика. Затем получила место в университете в небольшом городке в средней части страны. В настоящее время работает исследователем в области социологии, ведет организационную работу по научно исследовательским проектам. Получила финское гражданство, но сохраняет российское.

Имеет активные научные контакты с коллегами в России, в том числе в Москве, Санкт Петербурге, Петрозаводске.

Шестой канал - эмиграция молодых людей (студентов и аспирантов) через канал обучения и стажировки. Это новое, но уже весьма распространенное явление. Можно констатировать, что в России сформировалась особая модель "трамплинной эмиграции", когда молодые люди (студенты, аспиранты) специально поступают на учебу в те вузы, лаборатории и центры, которые имеют широкие контакты за рубежом, преследуя цель эмиграции в будущем. Причем это может быть обучение как внутри России, так и за рубежом. По данным ЮНЕСКО, в 2002 г. примерно 25 тыс. российских студентов обучались за границей. Около половины из них решили остаться там, еще 20% хотели бы продолжить учебу после получения диплома, только 18% были настроены вернуться в Россию [Прусс, 2006: 1].

Москвичка, закончила факультет востоковедения в университете в Санкт-Петербурге.

Будучи аспиранткой одного из институтов РАН в Москве, приняла участие в одной из первой программ фонда "Сороса" в 1990-е годы, который организовал стажировку молодых российских исследователей в Англии. Прошла конкурс и получила возможность стажироваться в Оксфорде. Уже во время стажировки стала задумываться о том, как остаться для продолжения образования. С ее слов, в Англии осталось более половины всех стажеров из ее группы. С трудом, но получила деньги на продолжение образования от благотворительного фонда. Осталась на постоянное жительство, адаптировалась к жизни в стране очень легко и быстро. Муж выходец из России, также гражданин Великобритании, у них двое детей. Постоянной ставки в университете нет, но работает на краткосрочных проектах, приглашенным исследователем. По ее мнению, возвращать ученых в Россию не нужно, а нужно создать условия для развития в стране научной и творческой среды, тогда люди сами захотят жить в России.

Директор по исследованиям фонда "Открытая экономика" И. Стерлигов отмечает, что после 2000 г. в основном уезжают молодые исследователи и студенты - более 4 тыс.

человек в год. Причем учиться в вузы едут в основном в Германию, где сейчас приблизительно 12,5 тыс. студентов из России. Получать же степень доктора философии (PhD) наши молодые специалисты предпочитают в США, где в 2006 г. защитились человека [Утечка..., 2012]. По примерным оценкам, около 60% россиян, победителей международных олимпиад, уезжают на работу за границу [Покровский, 2006]. Домой возвращаются единицы. Через очень короткое время они интегрируются в ту среду и остаются там или ездят по миру, не проявляя интереса к возвращению домой. Многие, уезжая за границу, думают, что они выехали на 2 - 3 года. Однако они оказываются в достаточно благоприятной среде с широкими возможностями для работы и повышения своего материального благополучия. И постепенно временная миграция трансформируется в постоянную.

стр. Выталкивающие факторы и перспективы возвращения. В научной литературе последних лет существует точка зрения, что процесс интенсивной миграции высококвалифицированных специалистов является мировой тенденцией, обусловленной глобализацией. Возник термин "циркуляция умов", который стал все более активно применяться в отношении эмиграции специалистов. "Циркуляция" умов подразумевает, что миграция высококвалифицированных специалистов и ученых происходит вслед за движением капитала и проектов, носит временный и возвратный характер. С точки зрения миграционной теории можно предполагать, что в этом случае преобладают факторы "притяжения" в странах приема, а отнюдь не факторы "выталкивания" в странах оттока.

Конечно, классический пример представляет собой миграция ученых из стран Западной Европы в США. По данным исследований фонда "Открытая экономика", из Великобритании ежегодно на работу в США и другие страны выезжают 1,4 млн. людей с высшим образованием, из Германии - более 800 тыс. человек [Утечка..., 2012]. В этой ситуации вряд ли европейский ученый покидает свой университет и лабораторию по причине маленькой заработной платы на родине. Скорее всего, его привлекает комплекс лучших условий в США (материальных, организационных, карьерных), которые проводят активную (а порой просто агрессивную) политику привлечения ведущих умов в свои центры, университеты и лаборатории.

Является ли эмиграция ученых свидетельством включенности России в международную "циркуляцию умов"? В ситуации с эмиграцией высококвалифицированных специалистов из России, стран СНГ, развивающихся стран доминируют "выталкивающие" факторы на родине. Прежде всего, это низкая оплата труда, отсутствие достаточных средств и оборудования для исследований, не финансируются командировки, нельзя потратить без лишней бюрократии средства грантов, плохие жилищные условия. Бюджет научных учреждений практически не включает затраты на научные исследования, что подорвало их материальную базу, их качество. Средняя заработная плата ученого в России едва достигает 1 тыс. долларов в месяц, в то время как в США она составляет 5 - 7 тыс.

долларов. Зарплата высококвалифицированного программиста из России, работающего в крупной компании типа Alcatel, может доходить до 100 - 120 тыс. долларов в год (при 5 - тыс. на родине) [Перминова, 2004: 68].

Эмиграционный потенциал среди ученых и высококвалифицированных специалистов в России остается очень высоким. По примерным оценкам 200 - 250 тыс. программистов из России хотят эмигрировать из страны на работу за границу. Около 10% российских ученых ищут рабочее место за границей, 40% работают с зарубежными организациями и фондами, 20% ориентируются на временную трудовую эмиграцию за рубеж. Только 30% ученых в России не имеют эмиграционных настроений [Перминова, 2004: 68].

Проблема высококвалифицированной миграции приобретает глобальный характер. В конкурентной борьбе за лучшие умы в выигрыше остаются страны, которые привлекают специалистов и ученых высокой заработной платой и хорошими условиями труда. Прежде всего, это США, Австралия, Канада, Япония, страны Западной Европы. А в последнее время к ним присоединяются Китай, Сингапур, страны Персидского залива. Если в большинстве социально ориентированных стран перемещение интеллектуалов за рубеж связано с повышением миграционной подвижности населения в условиях доминирования факторов "притяжения", то в России это обусловлено действием фактором "выталкивания" (прежде всего, низкой оплатой труда и отсутствием нормальных условий работы в науке). Вполне обоснованно считать этот процесс применительно к России именно "утечкой умов". Она имеет интенсивный характер, расширяющуюся географию, приобретает многообразные формы, носит ярко выраженный социально-экономический характер. Российская наука теряет не только отдельных ученых и высококвалифицированных специалистов, но и целые научные школы, исследовательские коллективы и перспективные направления в математике, физике, генетике и других направлениях наук. С горечью необходимо признать, что эмиграция ученых при нынешнем отношении государства к высококвалифицированным специалистам, скорее всего, будет носить безвозвратный характер.

стр. СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ Аммосов Ю. Калифорния ставит на нас // Эксперт. 2003. N 32.

Булгакова Н. Мексиканский гамбит // Поиск. 2005. N 47.

Дежина И. Никогда не говори "навсегда" // Поиск. 2009. Демографические перспективы России/ Под ред. акад. Г. В. Осипова и проф. С. В. Рязанцева. М.: ИСПИ РАН, 2008.

Егерев С. Диалоги с диаспорой // Отечественные записки. 2002. N 7.

Киреев М. Исход ученых умов // Der Spiegel. 2010. 8 октября. URL:

http://www.inopressa.ru/spiegel/2010/10/08/13:27:00/science (дата обращения 13.06.2012).

Максимов Н. Возвращаться - плохая зарплата // Русский ньюсуик. 2008. N 45.

Метелев С. Е. Международная трудовая миграция и развитие российской экономики. М.:

ЮНИТИ-ДАНА, 2006.

Мозги, которые мы потеряли // Независимая газета. 30.10.2009.

Перминова Е. Рыночная гримаса на лице российской науки// ВВП. 2004. N 3.

Покровский В. Утечка мозгов в эпоху глобализации// Независимая газета. 09.05.2006.

URL: http://www.ng.ru http://www.ng.ru/education/2006 - 05 - 05/9_utechka.html (дата обращения 13.06.2012).

Прусс И. Мозги утекают навсегда // Взгляд. 2006. Постсоветские трансформации:

отражение в миграциях / Под ред. Ж. А. Зайончковской и Г. С Витковской. М.: Адамантъ, 2009.

Утечка мозгов// Википедия. Свободная энциклопедия. URL: http://ru.wikipedia.org/wiki/ (дата обращения 13.06.2012).


Шалманов С. Россия потеряла от "утечки умов" 1 триллион долларов// SNews. 28.04.2003.

URL: http://www.silicontaiga.ru/home.asp?artld=1449 (дата обращения 13.06.2012).

стр. Заглавие статьи ВОЗМОЖНОСТИ ИННОВАЦИОННОЙ МОДЕРНИЗАЦИИ РОССИИ ГЛАЗАМИ РАЗНЫХ ПОКОЛЕНИЙ НАУЧНО-ТЕХНИЧЕСКОЙ ИНТЕЛЛИГЕНЦИИ Автор(ы) А. Л. АНДРЕЕВ Источник Социологические исследования, № 4, Апрель 2013, C. 35- СОЦИОЛОГИЯ НАУКИ Рубрика Место издания Москва, Россия Объем 29.6 Kbytes Количество слов Постоянный http://ebiblioteka.ru/browse/doc/ адрес статьи ВОЗМОЖНОСТИ ИННОВАЦИОННОЙ МОДЕРНИЗАЦИИ РОССИИ ГЛАЗАМИ РАЗНЫХ ПОКОЛЕНИЙ НАУЧНО-ТЕХНИЧЕСКОЙ ИНТЕЛЛИГЕНЦИИ Автор: А. Л. АНДРЕЕВ ВОЗМОЖНОСТИ ИННОВАЦИОННОЙ МОДЕРНИЗАЦИИ РОССИИ ГЛАЗАМИ РАЗНЫХ ПОКОЛЕНИЙ НАУЧНО-ТЕХНИЧЕСКОЙ ИНТЕЛЛИГЕНЦИИ АНДРЕЕВ Андрей Леонидович - доктор философских наук, главный научный сотрудник ИС РАН (E-mail: sympathy_06@mail.ru).

Аннотация. По материалам социологического исследования приведены результаты опроса представителей научно-технической интеллигенции в отношении перспектив возрождения производственного потенциала, перехода к высоким технологиям и модернизации России в XXI веке.

Ключевые слова: модернизация * изменения стратегии развития * инновационное развитие Решение задачи перехода страны к инновационному развитию предполагает учет ряда взаимосвязанных социальных, социально-экономических, социокультурных и социотехнических факторов. Некоторые из них стали объектом внимания политиков и социологов;

другими интересуются мало или не интересуются вовсе, то ли не замечая их, то ли полагая, что они "сами собой приложатся" к "более важным" вопросам, таким, как привлечение иностранных инвесторов, вступление России в ВТО, состояние фондового рынка, "преодоление патерналистского отношения к государству" и внедрение Статья написана в рамках работы по ФЦП "Научные и научно-педагогические кадры инновационной России".

Проект N НК-582П-60.

стр. в общественное сознание либеральных ценностей. Между тем на предшествующих этапах модернизации страны некоторые из таких факторов играли важную, если не решающую роль. Это относится, в частности, к такому фактору, как налаживание взаимопонимания между представителями высшей политической власти и социальной группой, которая в силу своих качеств и профессиональной подготовки способна к производству знаний как фундаментальной основы инновационных процессов. Речь идет о российской научной интеллигенции.

По мере вхождения в повседневную жизнь разнообразных машин и технических новшеств, включая электрические и электронные устройства (в наше время это ПК и мультимедийная техника), общество начинает функционировать и развиваться уже не столько как социальная, сколько как социотехническая система [Андреев, Бутырин, Горохов, 2009]. Маркс зафиксировал этот переломный момент истории, констатировав отделение умственного труда от физического и превращение работника в простой придаток к машине. Сто лет спустя Ю. Хабермас вышел на проблему безудержной "колонизации" таких сфер нашего жизненного мира, как искусство, дружеские отношения и семья. Современная индустриальная цивилизация, опираясь на новейшую технику, на СМИ, осаждает эти, казалось бы, "частные" и неприкосновенные сферы. С полным основанием можно говорить и о "технической колонизации" (данное выражение не обязательно имеет негативный смысл).

Если мы в самом деле намерены рассуждать о логике социотехнического развития, то ключевым вопросом инновационной эффективности обществ индустриального и постиндустриального типа является место, отводимое социальным группам, жизнедеятельность которых связана с осуществлением научно-технического прогресса. В первую очередь это научно-техническая интеллигенция, а также эксперты по социальной оценке техники, специалисты в области инженерной психологии и педагогики, историки науки и техники и иные социальные исследователи, разрабатывающие проблематику современной технонауки и ее социальных последствий.

Как воспринимается нынешняя заявка на переход России к инновационному типу развития и ее продвижение в число мировых технологических лидеров в среде научно технической интеллигенции? Насколько она удовлетворена данной программой? Считает ли она ее осуществимой, и что она думает по поводу различных ее аспектов? Чтобы дать ответы на эти вопросы, в рамках Федеральной целевой программы "Научные и научно педагогические кадры инновационной России" предпринято специальное социологическое исследование. Оно было разделено на два этапа. Осенью 2010 г.

проводился экспертный опрос высокостатусных представителей научно-технической элиты2, весной 2011 - массовый опрос будущих специалистов, обучающихся по научно техническим дисциплинам. Всего на втором этапе исследования было опрошено студентов (начиная со 2 курса) и аспирантов, обучающихся в ведущих центрах технического образования Москвы- МГТУ им. Н. Э. Баумана, МХТУ им. Д. И.

Менделеева, МЭИ, МАИ, МТУСИ, ВЭИ (только аспиранты). Опросные документы, которые использовались на первом и втором этапах исследования, содержали примерно половину общих вопросов, что позволяет оценить как степень сходства, так и поколенческие различия в представлениях респондентов и дает известную основу для прогнозов перспективы взаимоотношений между властвующей финансово-политической элитой и научно-технической интеллигенцией страны.

Компетентна ли научная молодежь для вынесения суждений по проблемам стратегии научно-технического развития? Разумеется, не в той степени, как их старшие коллеги с профессиональным и жизненным опытом. Тем не менее это их мнение, которым они будут руководствоваться в своем социальном поведении. Заметим, что многие старшекурсники и студенты ведущих технических вузов Москвы активно интегрируются в научную и проектно-конструкторскую деятельность, так что их суждения во Результаты этого этапа исследований опубликованы в "Социологических исследованиях". См.: [Андреев, 2011:

66 - 76].

стр. Таблица Распределение ответов на вопрос: "Верите ли Вы в возможность технологического рывка современной России" (в % от числа опрошенных) Ответы Научно Варианты прогнозов Студенты и техническая аспиранты элита 1. Да, это может произойти через 5 - 10 11,8 14, лет 2. Да, это может произойти через 11 - 15 35,9 32, лет 3. Да, но это произойдет не раньше, чем 34,7 28, через 20 лет 4. Нет, в ближайшие 30 - 40 лет этого не 10,6 17, произойдет 5. Затрудняюсь ответить 7,1 8, многих случаях основаны на определенном личном опыте. Свыше трети опрошенных студентов и аспирантов привлекались к участию в научно-технических проектах, более четверти уже имеет научные публикации (при том, что доля аспирантов в составе выборки составляет около 10%), а 33 человека (свыше 3%) даже имеют патенты на изобретения.

Исследование показало, что научно-техническая элита страны, представители старшего поколения российской научно-технической интеллигенции и научная молодежь почти одинаково оценивают то место, которое Россия занимает ныне в той области науки и техники, в которой опрошенные являются специалистами. Почти половина (46% профессоров и 39,4% аспирантов и студентов естественнонаучных и технических вузов) помещают Россию в середину списка стран мира. Среди факторов, препятствующих переходу России к инновационной модели развития, обе группы опрошенных подавляющим большинством голосов поставили на первое место коррупцию соответственно, 74% и 75%. Тем не менее, и те, и другие воспринимают программу перехода страны к инновационной модели развития с умеренным оптимизмом.

Распределение мнений в обоих случаях оказалось достаточно близким, хотя студенты и аспиранты отличаются несколько большим оптимизмом (см. табл. 1).

Эти сходные оценки встроены в существенно различающиеся смысловые и мировоззренческие контексты. Социальное мышление молодежи более "рыночное".

Отвечая на вопрос о том, какие экономические структуры наиболее чувствительны к технологическим новациям и способны наладить плодотворную исследовательскую и конструкторскую работу, студенты и аспиранты безоговорочно выдвинули на первое место частный бизнес (46%), тогда как у профессуры он котируется практически наравне с государственными предприятиями (соответственно 34% и 32%). Представители старшего и младшего поколений научно-технической интеллигенции согласны в том, что молодые, продвинутые предприниматели более восприимчивы к требованиям научно технического прогресса, чем представители директорского корпуса старой советской закалки. Но у молодежи преимущество первых над вторыми выражено в соотношении 1:6, тогда как у ее старших коллег оно меньше - 1:3,5.

Отвечая на вопрос, какой политический строй более всего подходит для решения задачи инновационного прорыва России, старшее поколение выбирают либо либеральную демократию западного образца (23%), либо либерализованный советский строй (примерно 20%), либо "какой-то новый вариант мягкого, просвещенного авторитаризма" (16,5%). За либеральную демократию выступает часть молодежи (19,5%), но в качестве альтернативы ей выдвигаются совершенно непопулярные у старших коллег традиционная российская монархия (12,5%) и даже диктатура сталинского типа (около 12%). Нынешний режим представляется на этом фоне мало привлекательным: в его поддержку высказалось 7% профессуры и только 4% студентов и аспирантов.

Специалисты, имеющие немалый опыт в руководстве и реализации научно-технических проектов, очень критически оценивает возможности нынешних управлен стр. Таблица Мнения научно-технической интеллигенции по поводу создания инновационного центра в Сколково (в% к числу опрошенных) Техническая Студенты и Оценки элита и аспиранты профессура Инициатива полезная, но плохо проработана, 32,9 28, шансы на успех низкие Это настоящий прорыв в будущее 3,5 9, Не верю в серьезность данного проекта 30,6 23, В принципе инициатива неплохая, но надо 12,9 20, вкладывать средства и в иные проекты Имею об этом мало информации 14,1 14, Затрудняюсь ответить 5,9 3, ческих кадров и бизнес-сообщества в проведении заявленной руководством страны программы модернизации. Большинство (60%) респондентов этой категории считают, что ни чиновничество, ни руководители бизнес-структур в настоящее время не обладают той мерой моральной ответственности и компетентности, которая позволила бы вывести Россию на новый виток развития. Студенты и аспиранты несколько оптимистичнее: в данной среде недоверие к уровню руководства экономикой и страной снижается с 60% до 47%. Кроме того, 12,5% высокостатусных научно-технических кадров и 10,5% их молодых коллег считают, что с выдвижением данной программы опоздали, так как научно-технический потенциал страны уже необратимо разрушен.


Различия во мнениях по поводу уровня компетентности нынешней политической элиты и кадров государственного управления сказываются на оценках некоторых озвученных "на самом верху" проектов, направленных на развитие научно-технического потенциала России, таких как создание инновационных городов по примеру Силиконовой долины в Калифорнии. В целом и старшее поколение, и молодежь в равной мере склоняются к умеренно позитивному восприятию этой идеи (и в той, и в другой категории свыше 40% опрошенных заявили о поддержке данной идеи, несмотря на сомнения в том, что в наших условиях это "сработает"). Но о безоговорочной поддержке строительства инноградов молодые люди заявляли значительно чаще, чем представители научно-технической элиты (26% против 15%). Среди последних в 2 раза чаще встречается однозначно негативное восприятие данной идеи ("я против - не нужны нам такие многомиллиардные игрушки").

Профессура сдержанно высказывается по поводу конкретного плана создания крупного инновационного центра в Сколково. Впрочем, научная молодежь также не продемонстрировала в этой связи особого энтузиазма (см. табл. 2). Видимо, пиар сопровождение данного проекта произвело обратный эффект и вызвало у наших респондентов настороженность, укрепив их во мнении, что все это представляет собой лишь чисто пропагандистскую акцию [Андреев, 2011: 71].

Старшее поколение, воспитанное в духе служения обществу и государству, склонно распространять эти сформировавшиеся в другое время и в других условиях категории своего мышления на реалии современной эпохи. Для этого поколения призыв, исходящий от государства, - главный мотивирующий фактор, и разговаривать тут не о чем. Вот почему когда об отечественной науке наконец "вспомнили" наверху, старшее поколение технической интеллигенции, несмотря на критический настрой, испытало определенное чувство ностальгии и примирения, отчасти похожее на то, какое весной 1945 г.

испытывали некоторые белоэмигранты, увидев на улицах европейских городов советских офицеров-победителей с золотыми погонами на плечах. Представители только входящего в жизнь поколения настроены более прагматично. Об этих различиях в мышлении косвенно говорит характер ответов на вопрос о том, что могло бы привлечь в Россию квалифицированных ученых и инженеров, покинув стр. ших ее в последние два десятилетия. Если среди профессуры возобладало мнение, что самое важное здесь - научная политика и "общая ситуация" в российской науке, то их младшие коллеги на первое место выдвинули условия, которые им будут созданы. Надо полагать, что и для себя они тоже ждут соответствующих условий.

С начала 1990-х до сих пор мы слышим жалобы чиновников из Минобразования и других государственных ведомств на то, что выпускники многих российских вузов, в особенности технических, не идут работать в соответствии с полученной ими специальностью. Однако, как показало проведенное исследование, определенно сменить направление своей профессиональной деятельности хотел бы лишь каждый десятый студент. Большинство все же хотело бы, если это будет возможно, работать по полученной специальности. Таким образом, вопрос упирается в эту выделенную курсивом формулировку - иначе говоря, все в те же условия, на которые могут рассчитывать у нас молодые специалисты. В этой связи мы предложили нашим молодым респондентам список из 14 центров развития мирового класса с тем, чтобы они оценили по 10-балльной шкале уровень их научно-образовательного потенциала и предоставляемых ими возможностей для работы и творческого роста. В список вошли 4 российских города (обе столицы, Новосибирск и Владивосток), столица Украины - Киев, а также Париж, Лондон, Берлин, Нью-Йорк, Сан-Франциско (из-за расположенной неподалеку Силиконовой долины), Хельсинки, Пекин, Токио и Бразилиа. Первые 3 места в этом списке заняли Токио, Сан-Франциско и Пекин (с оценками соответственно 8,24;

8,01 и 7,68 балла).

Москва оказалась в нем только восьмой (5,98 балла), Петербург десятым (5,71), Новосибирск одиннадцатым (5,12). Владивосток же на 0,13 балла отстал от Киева, замкнув список со средней оценкой 4,35.

Как видим, результаты для России отнюдь неутешительные. И это непосредственно отражается на жизненных планах научной молодежи. Еще сравнительно недавно - в первые годы после отставки Ельцина - социологические опросы фиксировали значительный спад эмиграционных настроений в студенческой среде. Первые шаги нового руководства страны порождали надежды на то, что наука и образование вновь будут нужны стране. Россия, казалось бы, вновь становилась подходящим местом для приложения сил, знаний и талантов. Теперь, по прошествии десятилетия, эти настроения в значительной мере померкли. Разумеется, 1990-е годы не сравнить с нынешним положением вещей. Студенты и аспиранты в целом достаточно позитивно оценивают условия профессиональной деятельности по будущей специальности. Однозначно негативно они оценивают, пожалуй, только один параметр - возможность составить себе имя в науке. Но... у них есть возможность сравнивать, и они хорошо видят, что происходившие в последние годы улучшения все равно не ставят их в равное положение с теми, кто работает в научных центрах США, Западной Европы и бурно развивающихся стран Восточной Азии.

Лет 15 назад месячная зарплата в 500 долл. показалась бы российскому ученому, даже в самом высоком ранге профессора, пределом мечтаний. Сейчас это время ушло в прошлое и может вызвать у нас только грустную улыбку. Но... Вот я слушаю рассказ вернувшегося из командировки университетского товарища о том, как живет его китайский коллега заведующий кафедрой в одном из ведущих вузов Пекина: пентхауз на охраняемой территории, многочисленный обслуживающий персонал.... Разумеется, это не уровень миллионера (которых в Китае тоже хватает). Но кто из самых видных и заслуженных российских ученых может позволить себе что-то подобное? Конечно, научная молодежь все это видит и понимает. Соответственно, эмиграционные настроения вновь стали расти.

По данным нашего исследования, четко нацелены на работу в России лишь четверть молодых респондентов. В то же время свыше 17% совершенно определенно хотели бы выехать за рубеж, и еще столько же ответили, что не исключают такой возможности, и все зависит от условий, которые им предложат. Есть еще одна категория опрошенных - те, которые в принципе предпочли бы работать в России, но хотят пройти стажировку и поработать за границей. Таковых в нашей выборке оказалось примерно 38%.

Теоретически они для нас не стр. потеряны. Однако именно теоретически. Опыт давно уже убедил нас в том, что стажировки и временная работа - это не что иное, как инструмент негласного отбора, первое звено сложного механизма утечки мозгов. Дальше вступают в действие другие механизмы, призванные закрепить кадры там, где в них заинтересованы. Продолжить свою карьеру в западных фирмах предложат, конечно, не всем. Но, разумеется, самым лучшим и перспективным.

Было бы, впрочем, неправильно полагать, что изменение настроений студенчества и молодых ученых связано только с несоответствием их представлений о "достойной" оплате труда и той зарплатой, на которую они могут рассчитывать в России. Немалое значение имеет слабая социальная защищенность россиян, а также не согласующаяся ни с какими разумными соображениям бюрократизация научной деятельности, в результате которой она становится уже не столько исследованием, сколько составлением донельзя детализированных отчетов. Особо следует сказать в этой связи о реформах в образовании, упорное проведение которых идет вразрез с мнением образовательного сообщества и, невзирая на многочисленные публичные скандалы, выглядит как некая совершенно иррациональная акция. Среди студентов и аспирантов московских технических вузов полностью согласны с политикой в области образования 1,6% (!), более или менее склоняются в ее пользу около 7%, в то время как 38% считают, что многое в ней вызывает серьезные возражения, 46% признали ее совершенно неправильной. Согласно представлениям этой части учащейся молодежи, вопросы развития образования должны решаться: на многосторонней основе с участием всех заинтересованных сторон, мнения которых одинаково важны (28% полученных нами ответов);

согласно мнению экспертов, специалистов (26%), а также педагогов и педагогических коллективов (25%). Готовы предоставить в этой области решающий голос политикам и правительству только 2%, работодателям, бизнесу 4%, самим учащимся 5,5%.

Сравним распределение мнений по вопросу о том, кому должен принадлежать решающий голос в образовании, с тем, что думают наши респонденты по поводу формирования политики в области науки и научно-технического развития. Здесь картина получилась еще более выразительной. На первое место подавляющим большинством в 2/3 голосов были выдвинуты эксперты-специалисты. В пользу финансово-экономических слоев, бизнеса, а также правительства высказались лишь по 2,5% опрошенных. Можно, конечно, спорить с таким подходом, настаивая на его односторонности. И в этом, наверно, есть определенный резон. Для нас, однако, сейчас важна не мера справедливости рассматриваемой точки зрения, а само ее существование и ее социальная значимость.

Данные, полученные в ходе исследования, перекликаются с результатами более ранних опросов, показавшими, что в российской научно-технической интеллигенции сильны технократические настроения, которые воспроизводятся и в младшем ее поколении, и то, что она хотела бы, чтобы с нею считались при определении политического курса страны, в особенности в вопросах, непосредственно относящихся к ее профессиональной компетенции. Между тем сложившийся на сегодня общественно-политический строй и превалирующий дискурс сконструированы иначе. Доминирует тенденция к закреплению ведущих организационно-управленческих ролей за новыми социальными персонажами менеджерами. Как-то само собой, без особых дискуссий в качестве аксиомы утвердилось представление, что менеджер просто по определению выступает носителем некоего особо ценного качества - эффективности. При этом функции менеджера абсолютизируются и в значительной степени отделяются от содержания деятельности. Предполагается, например, что если г-н N проявил себя в управлении сетью супермаркетов или преуспел в качестве банкира, то он легко справится и с организацией медицинского обслуживания или с задачами развития энергетики. Уже пробивает себе дорогу идея назначения "эффективных менеджеров" руководителями научных учреждений и вузов, а то и заведующими кафедрами. Впрочем, как это ни парадоксально, в перечисленных новациях не так уж трудно стр. разглядеть хорошо забытое старое: в чем-то они напоминают немного подзабытую практику советской "номенклатуры", представители которой могли назначаться на самые разные должности, по принципу "куда партия пошлет": скажем, сегодня, ты руководишь профсоюзом, а завтра, к примеру, искусством или потребкооперацией. Наверно, история действительно движется по кругу... Впрочем, тогда данный подход действовал не везде, некоторые наиболее сложные и ответственные участки в советское время все же предпочитали поручать профессионалам: медицину- врачам, науку - крупным математикам и физикам, а оборонную промышленность - инженерам соответствующего профиля.

Что в складывающейся ситуации остается на долю научной и инженерно-технической интеллигенции? Очевидно, что если отмеченная выше тенденция сохранится, она будет постепенно утрачивать перспективу доступа к функциям управления. Что касается мест "на самом верху", то они уже заранее зарезервированы. Не для нее, а для детей крупных чиновников и аффилированных с ними представителей крупного бизнеса, которым, по получении за границей степени магистра делового администрирования, уже сегодня немедленно предоставляются высокие посты в правлении крупных банков и корпораций.

Если исключить какие-то особые, исключительные случаи, резко повышающие личный статус индивида (Нобелевская премия, премия Филдса и т.п.), для научно-технической интеллигенции остается роль наемных служащих, не отягощенная какими-либо романтическими реминисценциями типа "к творческим людям нужен особый подход". В некотором смысле это тоже своего рода "повторение пройденного" - складывающаяся в перспективе ситуация в известном смысле напоминает "покупку" интеллекта, практиковавшуюся в первые послеоктябрьские годы. Не обернется ли повторение такой социальной политики повторением и ее результатов в плане торможения модернизации и вырождения ее в простую смену политической фразеологии? Вряд ли молодые ученые и будущие инженеры размышляют на эти темы аналитически. Однако они хорошо знают названные нами социальные факты и реагируют на складывающуюся ситуацию интуитивно. Отсюда и идет несколько гипертрофированное, но в основе своей понятное, представление о том, что по крайней мере в области научной и технической политики, а также в образовании решающую роль должны играть специалисты, поскольку только они могут учесть все относящиеся к тому или иному делу нюансы.

В этой связи отмечу, что, несмотря на критический настрой по поводу различных конкретных аспектов правительственной политики и отдельных ее деятелей, старшее поколение более или менее лояльно воспринимает сложившуюся в последние годы государственную бюрократию: только 13,5% профессуры высказали мнение, что последняя не способна руководить процессом перехода страны к инновационному развитию и 5,5% считают, что для успешного развития российской науки необходимо предоставить академическим сообществам больше возможностей влиять на государственную политику. В отличие от этого младшее поколение научно-технической интеллигенции склонно воспринимать имеющийся сегодня налицо аппарат управления как главный фактор торможения модернизации: доля считающих, что чиновники просто неспособны руководить переходом страны к инновационному развитию, в этой категории респондентов повышается до 2/3, т.е. примерно в 5 (!) раз.

Обобщая приведенные данные, можно придти к выводу, что упования некоторых российских социальных теоретиков и определенной части нынешнего финансово политического истеблишмента на то, что естественная смена "советских" поколений на постсоветские сама собой облегчит воплощение в жизнь их представлений о том, как должна развиваться Россия, достаточно иллюзорны. Скорее всего уже в недалеком будущем российские политические и бизнес-элиты встретят в лице младшего поколения научно-технической интеллигенции значительно более требовательного партнера, чем это было раньше. А налаживание диалога с этим партнером, которое необходимо для их выживания в условиях формирующегося глобального мира, опре стр. делению потребует смены социальных приоритетов и существенной трансформации сложившейся в последние годы модели олигархического капитализма.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ Андреев А. Л., Бутырин П. А., Горохов В. Г. Социология техники. М.: Альфа-М, 2009.

Андреев А. Л. Перспектива инновационного развития России глазами научно-технической интеллигенции // Социол. исслед. 2011. N 6.

Келле В. Ж. Состоится ли инновационная модернизация России? // Социология науки и технологий. 2010. Том. 1. N 1. С. 40 - 51.

Herf J. Reactionary Modernism. Technology, Culture and Politics in Weimar and the Third Reich. Cambridge, N. Y., Melbourne, 1984.

стр. О МЕТОДАХ ОПРЕДЕЛЕНИЯ ТОЛЕРАНТНОСТИ В ИЗЛОЖЕНИИ Заглавие статьи ИСТОРИИ В УЧЕБНИКАХ Автор(ы) Н. В. КОРЫТНИКОВА Источник Социологические исследования, № 4, Апрель 2013, C. 42- СОЦИОЛОГИЯ НАУКИ Рубрика Место издания Москва, Россия Объем 42.4 Kbytes Количество слов Постоянный адрес http://ebiblioteka.ru/browse/doc/ статьи О МЕТОДАХ ОПРЕДЕЛЕНИЯ ТОЛЕРАНТНОСТИ В ИЗЛОЖЕНИИ ИСТОРИИ В УЧЕБНИКАХ Автор: Н. В. КОРЫТНИКОВА КОРЫТНИКОВА Надежда Владимировна - кандидат социологических наук, доцент кафедры методов социологических исследований Харьковского национального университета имени В. Н. Каразина (E-mail: kort-nadeshda@yandex.ru).

Аннотация. Представлено обобщение методологической стратегии исследований толерантности в учебниках истории с использованием контент-анализа. Выделены пять единиц анализа: политическая диверсификация, персонализация истории, тематические направления, групповая идентичность и пропаганда терпимости.

Подход позволяют сделать заключение о приоритетности идеи толерантности и культурного разнообразия, а также критически рассмотреть стереотипы и способы их преодоления.

Ключевые слова: виды контент-анализа * семантический и контекстный уровень * единица анализа * толерантность * учебники по истории Проведение мониторингов школьных учебников по истории представляет интерес с учетом того, что важной задачей современной школы становится воспитание этико правовой культуры и толерантного поведения. Ценностная рамка восприятия исторических событий, наряду с их интерпретацией в русле господствующей идеологии влияли на подачу материала в учебниках. По выражению В. Ярузельского, "политика "заражена" историей, а история "заражена" политикой" [Jaruzelski, 2006]. Это высказывание применимо не только к недавним польским спорам, но и к иным политическим "вторжениям" в область передачи истории. Весь период пребывания Л.

Кучмы Президентом Украины (1994 - 2004 гг.) официальная историческая политика сводилась к тому, чтобы не поднимать спорные вопросы, несущие угрозу раскола. При В.

Ющенко (2005 - 2010 гг.) вопросы исторического образования в высшей степени политизировались, о чем свидетельствует появление многочисленных президентских указов по историческим вопросам.1 Очередной поворот происходит при Указ N 1330/2005 Про заходи у зв'язку з 60-ю річницею примусового виселення етнічних українців з території Польщі;

Указ N 250/2007 "Про заходи у зв'язку з 75-ми роковинами Голо стр. нынешнем Президенте и правительстве. Министр образования и науки Д. Табачник, подводя итоги Форуму министров образования европейских стран (сентябрь 2011 г.), среди главных приоритетов европейской интеграции среднего образования выделил два направления: "Historia est magistra vitae" ("История - наставница жизни") и "Толерантность - новая идеология европейской молодежи". Он также обратил внимание на то, что история умеет залечивать раны прошлого и объединять народы для будущего [Зеленина, 2011: 3].

Цель статьи - представление концептуальной модели изучения толерантности в учебниках по истории. Рассматриваются особенности количественных и качественных видов анализа учебников, семантический и контекстный уровень контент-анализа, подбор единиц анализа для изучения толерантности. Описание конкретных исследований в отношении толерантности в образовательном дискурсе и в содержании учебников истории выходит за рамки статьи.



Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 8 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.