авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 6 |

«Институт этнологии и антропологии им. Н.Н. Миклухо-Маклая РАН на правах рукописи Воробьев Денис Валерьевич ...»

-- [ Страница 2 ] --

распространялось на все упоминавшиеся в источниках отдельные локальные (территориальные) группы алгонкинов Лабрадора. По всей видимости, представители разных локальных групп первоначально не осознавали составными частями единого народа, называемого монтанье. Локальные групп представляли собой отдельные общности и не являлись единым этническим образованием.

Алгонкины Северного побережья залива Святого Лаврентия или восточного сектора Лабрадора (монтанье) долгое время не обладали единым этническим самосознанием. Так, в 1663 г. иезуитский миссионер А. Нувель упомянул о том, что когда он собирался посетить стойбище индейцев-папинаши на р. Маникуаган, монтанье Тадуссака отговаривали его от путешествия, мотивируя это тем, что страна папинаши очень сурова, и он умрет там от голода. 3 Таким образом, даже соседние локальные группы при почти полном культурном и языковом сходстве не осознавали себя как одну этническую общность, а, напротив, рассматривали себя, вероятно, как отдельные народы. Для самого миссионера второй половины XVII в. жители окрестностей Тадуссака и р. Маникуаган – это еще две разных «нации». Последних он никогда не называет монтанье.

Наскапи Этноним "наскапи" появляется несколько позднее и применяется главным образом по отношению к индейцам севера и северо-востока Лабрадора. Почти все авторы отмечают условность деления алгонкинов Лабрадора на монтанье и наскапи, но такая градация все-таки существует. Нередко под наименованием наскапи подразумеваются разные группы. Чаще всего к ним относят представителей северных территориальных подразделений (Дейвис Инлет, Баррен Граунд, наскапи Унгавы). Однако иногда этот этноним распространяют и на другие локальные группы алгонкинского населения Charlevoix P-F.X. Histoire et description gnrale de la Nouvelle France: avec le journal historique d’un voyage fait par ordre du Roi dans l’Amerique Septentrionale. Vol. 1. P., 1744.

P. 343.

Jesuit Relation. Vol. 49. P. 38.

Лабрадора. В целях прояснения данного вопроса обратимся к ранним письменным источникам.

Согласно широко распространенному мнению, впервые термин «наскапи»

появился в сообщении миссионера П. Лоре в 1730 г. Ю.П. Аверкиева отмечала, что обращенные в христианство южные монтанье дали прозвище гунескапи (Guneskapi) (в переводе это означает «язычники») северным группам этого народа, еще не затронутым христианизацией. 4 Ф. Г. Спек также отмечал, что наскапи в переводе означает «язычники» или «нецивилизованный народ». 5 По словам современного канадского исследователя Р. Савара, который ссылается на ранние источники, в XVIII в.

миссионеры называли словом кунескапи (Cuneskapi), ведущим происхождение из языка монтанье, население, жившее к северу от оз. Ашуанипи в верховьях р. Муази. Однако на деле данный термин появился не в XVIII в. Он был известен еще столетием раньше. Так, в реляции иезуитов за 1643 г. содержится упоминание о индейцах унашкапиуек (Ounachkapiuek), которые были локализованы в ней на Северном побережье залива Святого Лаврентия восточнее Сет-Иля. 7 Вероятней всего, именно от этого этнонима впоследствии появилось искаженное наскапи.

В трудах миссионеров и светских путешественников XVIII–XIX вв. слово «наскапи» действительно фигурирует, но относится главным образом к не подвергшимся христианизации группам, которые придерживались исключительно традиционных верований. Так, в 1823 г. епископ Квебека послал распоряжение на имя кюре сел. Зеленый Остров, где, в частности, обязал его 15–20 мая прибыть в пос.

Тадуссак, а затем подняться по р. Сагеней в пост Шикутими. В распоряжении отмечалось, что если наскапи прибудут туда в достаточном количестве, то кюре, согласно распоряжению, должен подготовить их к процедуре крещения. 8 В документе, датированном 1839 г., речь идет о необходимости организовать миссию у наскапи, Аверкиева Ю.П. Индейцы Северной Америки. От родового общества к классовому.

М., 1974. С. 43. См. также: Hind H.J. Explorations in the Interior of the Labrador Peninsula.

Vol. 1. L., 1863. P. 34;

Speck F.G. Montagnais-Naskapi Bands and Early Eskimo distribution in the Labrador Peninsula // Amer. Anthropologist. 1931. Vol. 30. № 4. P. 576.

Savard R. Le rire prcolombien dans le Qubec d’ajourd’hui. Qubec, 1977. P. 40.

Jesuit Relation. Vol. 24. P. 154;

Rodgers E.S., Leacock E. Montagnais-Naskapi // Handbook of North American Indians: Subarctic. Vol. 6. Wash., 1981. P. 185.

Rapport de l’archiviste de la province du Qubec. Qubec, 1933/34. P. 389.

«народа неверного и обитающего далеко от королевских постов…». С этой целью служащий Компании Гудзонова залива должен был удерживать их в фактории под различными предлогами до тех пор, пока туда не прибудет миссионер. Таким образом, понятие «наскапи» могло распространяться на любые еще не столкнувшиеся с христианизацией группы коренного населения данного региона. Этим термином крещеные индейцы, а вслед за ними и европейцы могли называть различные группы аборигенов, населявшие наиболее отдаленные и труднодоступные районы п-ова Лабрадор и не испытавшие на себе влияния миссионеров. Не исключено даже, что, приняв крещение, индивид или группа в глазах европейцев могли из состояния наскапи переходить в состояние монтанье. Хотя для самих индейцев это вряд ли означало изменение этнического самосознания.

Тем не менее утверждение, что этноним «наскапи» появился исключительно под влиянием христианизации, представляется спорным. Как уже было сказано выше, первое упоминание о наскапи датируется 40-ми годами XVII в. В этот период подавляющее большинство самих южных монтанье, за исключением незначительного числа постоянных насельников миссии Силлери, 10 было знакомо с христианством в лучшем случае понаслышке. Поэтому они вряд ли могли назвать кого-либо язычниками. Скорее всего, северные группы были так названы южными не столько под косвенным влиянием миссионеров, сколько по причине осознания своего отличия от них. В данном случае вступала в силу оппозиция «мы – они». Существует мнение, что этноним «наскапи» правильнее будет перевести не как «язычники», а как «дикий, грубый, неотесанный». Так, Бернар Ассиниви в словаре, посвященном аборигенным топонимам, гидронимам и этнонимам Канады, дает такой вариант перевода: «Наскопи или наскапи (яз. монтанье) – суровый, грубый, неотесанный…». 11 О варианте «язычники» он не упоминает. Это обстоятельство можно объяснить тем, что жителям южной части Лабрадора их северные соседи из более суровых по природным условиям внутренних областей северной тайги и тундры действительно могли казаться дикарями.

Rapport de l’archiviste de la province du Qubec. Qubec, 1938/39. P. 308.

Morrison K.M. The embattled Northeast. The elusive ideal of alliance in Abenaki Euramerican relations. Berkeley, 1984. P. 77–78.

Assiniwi B. Lexique des noms indiens en Amerique. Noms geographiques. Vol. 1. Ottawa, 1973. P. 86.

Фактор христианизации не послужил первопричиной появления данного этнонима. Однако он удачно совпал с бытовавшими и прежде представлениями.

Термином «наскапи» стали именоваться в первую очередь любые удаленные, особенно северные и северо-восточные, группы коренного населения, контактировавшие с европейцами лишь эпизодически. Естественно, эти люди даже формально не были христианами, а придерживались своих традиционных верований.

В связи с этим можно согласиться с мнением канадского антрополога П. Шарэ, согласно которому этноним «наскапи» выражает не конкретную локализованную этничность, а представляет собой термин, применявшийся для обозначения различных алгонкинских групп, которых объединяло лишь то, что все они жили вдалеке от торговых путей и почти не имели отношений с европейскими торговцами, в отличие от групп, локализовавшихся в сравнительной близости от торговых постов. Такая трактовка делает вполне справедливым еще один вариант перевода слова наскапи – «люди за горизонтом», т. е. «те, которые живут далеко от нас». Это хорошо согласуется как с освоением людьми, фигурирующими под этим этнонимом, удаленных внутренних таежно-тундровых территорий, так и с редким их появлением на европейских торговых постах.

Для большинства алгонкинских групп Канадской Субарктики был характерен подвижный ритм освоения территорий с протяженными маршрутами перемещений. По этой причине наскапи могли появляться и в южных областях региона. (Вспомним упоминавшееся здесь появление наскапи в Шикутими на р. Сагеней, протекающей на юге Лабрадора.) В подобных случаях грань между монтанье и наскапи становилась нечеткой. Это обстоятельство свидетельствует о расплывчатости и неопределенности самого понятия «наскапи».

Со временем этноним «наскапи» все-таки стал приобретать признаки локализованной этничности. Под ним стали подразумеваться конкретные этнические группы. Однако по данным посвященной им литературы далеко не всегда представляется возможным окончательно понять, кого же все-таки следует считать наскапи.

Charest P. La suppose disparition des Atikamekw et des Montagnais // Le Soleil. 1996. mars. P. B7.

Особенно запутан вопрос об этнической принадлежности групп, населяющих Северное побережье залива Святого Лаврентия севернее и восточнее Сет-Иля. Местное население одни исследователи определяют как монтанье, другие как наскапи.

В сводке, посвященной состоянию французских концессий на Северном побережье залива Святого Лаврентия и датируемой 1760-ми годами, говорится, что «дикари, живущие во всех этих постах, известны под тремя различными названиями.

Те, что живут вдоль берега моря, называются монтанье. Они живут во внутренних областях только зимой и добывают там средства для жизни охотой. Те, которые держатся во внутренних областях, называются тигестигон и наскапи. Эти последние уходят для охоты на самые большие расстояния». Основываясь на данном сообщении, можно предположить, что этнонимическое разнообразие могло базироваться на факторе освоения территорий. Группы, осваивающие главным образом материковые таежные районы, отмечены как наскапи.

Те же, чей хозяйственный цикл более тесно связан с сезонными перекочевками к побережью, а сами маршруты кочевий – не столь протяженные, названы монтанье.

Здесь мы вновь сталкиваемся с пониманием наскапи как тех, кто живет в глубине материка, в стороне от торговых путей и европейской цивилизации, и ничего не можем сказать о том, подразумевались ли под ними какие-либо конкретные группы или нет.

Локальные группы алгонкинского населения Северного побережья залива Святого Лаврентия в ту эпоху все без исключения вели мобильную, насыщенную частыми перекочевками жизнь и бльшую часть года проводили в удаленных от побережья таежных областях. Они, как правило, спускались к побережью только летом, и находились там не более нескольких недель. Но некоторые семьи в силу различных причин могли проводить в прибрежной полосе или около располагавшихся там постов больше времени, чем остальные. Вероятно, именно на основе этих критериев и производилось деление на монтанье и наскапи.

Путешественник и католический миссионер Луи Бабель в 1867 г. встретил на посту в устье р. Норт-Вест-Ривер нескольких наскапи, которые сообщили, что пришли Rapport de l’archiviste… 1933–34. P. 219.

сюда из района оз. Петитсикапо (центр северного Лабрадора). 14 Исследователь северного Лабрадора конца XIX в. А.П. Лоу писал, что торговый пост на Норт-Уэст Ривер посещается индейцами как монтанье, так и наскапи. «Первые охотятся между заливом Гамильтон и заливом Святого Лаврентия, а вторые – к западу и северо-западу от залива Гамильтон». 15 В таком случае группу индейцев из района р. Пакуа-Сипи (Сент-Огюстен), жившую южнее залива Гамильтон, следует относить к монтанье. Но этот район представляет собой этноконтактную зону, где встречались эти два этнических подразделения. Кроме того, отдельные индивиды, семьи или охотничьи объединения один год могли вести промысел на территориях к северу от водораздела, ассоциирующихся с наскапи, а на следующий год – в бассейнах рек, впадающих в залив Святого Лаврентия, т. е. на землях, которые рассматриваются как принадлежащие монтанье. Таким образом, эти люди в зависимости от географического положения осваиваемых угодий становились то монтанье, то наскапи.

В 1929 г. А. Хэллоуелл отметил огромное сходство между монтанье и наскапи и охарактеризовал их разделение как произвольное и даже ошибочное. 16 А.Г. Бейли попытался уточнить географическую локализацию двух общностей. Этот исследователь также указал на произвольность разделения по критериям культуры монтанье и наскапи и отметил, что различия могут сохранять какую-либо значимость исключительно на географической основе. Исходя из географических критериев, он локализует наскапи как группы, живущие к северу от водораздела, отделяющего бассейны р. Святого Лаврентия и Гудзонова залива от бассейнов рек, впадающих в Северный Ледовитый океан. В то же время они же занимают побережье от Сет-Иля до пролива Белл-Айл.

Монтанье, с его точки зрения, включают в себя «аттикамек реки Сен-Морис, группы Квебека, Тадуссака, Бетсиамита и от реки Маникуаган до Сет-Иля, а также Huard V.A. Labrador et Anticosti. Journal de voyage – Histoire – Topographie – Pecheurs canadiens et Acadiens – Indiens Montagnais. Montreal, 1897. P. 27.

Low A.P. Report on Explorations in the Labrador Peninsula Along the East Main, Koksoak, Hamilton, Manicuagan and Portions of Other Rivers, in 1892–93–94–95. Geological Survey of Canada, Annual Report. 1896. Цит. по: Savard R. Op cit. P. 40.

Hallowell A.J. The Physical Characteristics of the Indians of Labrador // J. de la Sosiete des Americanistes. 1929. Vol. 21. P. 337.

несколько групп, населяющих внутренние области». 17 Из этого следует, что жители поселков Минган, Наташкуан, Ромен и Сент-Огюстен, причисляемые большинством исследователей к монтанье, в данном случае входят в состав наскапи. Р. Савар, задачей которого было выявление этнической принадлежности группы, стоявшей летом в устье р. Сент-Огюстен, сведя воедино и подытожив приведенные здесь данные, приходит к выводу, что, согласно двум точкам зрения, «индейцы Сент-Огюстена становятся то монтанье, то наскапи. Таким образом, вопрос является неясным, даже если его ограничить исключительно географическим планом». В современных работах также нет единого мнения относительно этого вопроса.

По этому в них часто можно встретить самые разные трактовки. Несмотря на то что многие исследователи уделяли внимание вопросу проведения границы между монтанье и наскапи, остается нерешенным вопрос относительно жителей востока и северо востока полуострова. Группы северо-восточной части Северного побережья залива Святого Лаврентия – население Сент-Огюстена, Ромэна, а также жителей бассейнов рек Наскопи и Норт-Уэст Ривер – по-прежнему чаще определяют как монтанье, но иногда – как наскапи. 19 Бернар Ассиниви относит к наскапи те группы, которые занимают всю северо-восточную и восточную часть Лабрадора к северу от Сет-Иля. Согласно его определению, слово «наскапи» означает «реку, впадающую в озеро Мелвилл, и название индейской группы алгонкинской языковой семьи, двоюродных братьев монтанье, но живущих на Лабрадоре от Сет-Иля до Унгавы». 20. Если придерживаться этой точки зрения, то в состав наскапи следует включить и бльшую часть групп монтанье Северного побережья.

В некоторых изданиях обнаруживается еще более широкий спектр точек зрения на этот вопрос. Это приводит к отсутствию какой-либо ясности. Выходящими за пределы общего русла представляются оценки, содержащиеся в одном из статистических сборников, где рассматриваются различные стороны жизни коренного населения провинции Квебек. Согласно этим оценкам, к наскапи наряду с такими классическими Bailey A.G. The Conflict of European and Eastern Algonkian Culture 1504–1700: A Study in Canadian Civilisation. Toronto, 1969. P. 3.

Savard R. Op. cit. P. 41.

Traditional linguistic and cultural affiliation of Canadian Indian bands. Dep. of Citizenchip and Immigration. Indian Affairs Brach. Ottawa, 1963. P. 10.

Assiniwi B. Op. cit. P. 86.

северными «наскапскими» группами, как Шимо, Баррен-Граунд и Дейвис-Инлет, относят даже мистассини и вашванипи. 21 Как известно, эти группы занимают юго западный сектор обозначенного нами ареала и обычно, особенно вашванипи, причисляются к восточным кри.

Итак, в науке отсутствует единая позиция относительно количества этнических подразделений алгонкинского населения Квебек-Лабрадорского региона и степени их дифференциации. Многие исследователи проводят четкую границу между отдельными этническими группами и общностями. Так, Ж. Руссо, подчеркивая их тесное этнокультурное родство, тем не менее с определенностью указал на одинаковое число алгонкинских народов бореального леса, представляющих, с его точки зрения, самостоятельные этнические общности: наскапи, монтанье, мистассини, тет-де-буль, оджибве, собственно алгонкины и кри. Наиболее широко распространена точка зрения, согласно которой монтанье и наскапи представляют собой один и тот же народ. Именно эта позиция представлена в «Канадской энциклопедии», где сказано, что между монтанье и наскапи не существует реального различия. Для обозначения народа обычно применяется составной термин монтанье-наскапи, но предпочтительнее использовать слово наскапи. Часто в лингвистическом, а вслед за ним и в этническом отношении не только собственно монтанье, но и почти все коренное население Квебек-Лабрадорского региона, за исключением инуитов, рассматриваются в литературе как монтаньеговорящие народы. Так, в частности, жителей пос. Руперт-Хаус (восточные кри), а затем и все коренное население Лабрадора Дж. М. Купер определяет как монтаньеговорящих. Supplementary materials on location, numbers and socio-economic conditions of Indians and Eskimos // A Survey of the aboriginal populations of Quebec and Labrador. Eastern Canadian Anthropological Ser. Montreal, 1955. № 1. P. 109, 115.

Rousseau M., Rousseau J. Le dualisme religieux des peuplades de la fret boreale // Acculturation in the Americas. Proceedings and Selected Papers of the XXIXth International Congress of Americanists. Chicago, 1952. P. 118;

Rousseau J. Astam mitchoun! Essai sur la gastronomie amrindienne. Montral, 1957. № 22. P. 199.

Naskapi // Encyclopedia Canadiana. Vol. 7. Ottawa, 1958. P. 241–242.

Cooper J.M. Supreme Being concept of the Montagnais-Speaking peoples // Anthropos.

(Wien), 1935. Vol. 30. № 1/2. P. 228;

Idem. Northern Algonquian Supreme Being // Primitive Man. 1933. Vol. 6. № 3/4. P. 41–111.

Восточные кри Население восточного побережья залива Джеймс и юго-восточного побережья Гудзонова залива относится к восточным кри. Восточные кри (Джеймс-Бей кри, или Ист-Мейн кри 25 ) – современный термин, охватывающий всех алгонкинов северо западного Квебека. В состав этой общности входят жители общин Руперт-Хаус (Васкаганиш - Waskaganish), Немаска, Ист-Мейн, Форт Джордж (Шисасиби - Chisasibi), Веминиджи - Weminidji, Пост-де-ля-Бален (Уапмагустуи – Whapmagoostui), а также группы Вашванипи и Мистассини. Пос. Немаска, выделяемый в настоящее время в качестве отдельной общины, еще в 50-е гг. ХХ в. представлял собой лишь зимний лагерь трапперов из Руперт-Хауса. 26 Восточные кри подразделяются на береговых (Руперт-Хаус, Ист-Мейн, Форт Джордж, Веминиджи, Уапмагустуи) и внутренних (Немаска, Мистассини и Вашванипи). В то же время очень сложно провести четкую грань между восточными кри и монтанье-наскапи в культурном, а также этническом отношениях. Иногда между двумя этими подразделениями ставят знак равенства. Как уже отмечалось, и восточные кри, и монтанье-наскапи рядом исследователей определяются как монтаньеговорящие. Что касается хозяйственной деятельности и системы жизнеобеспечения в целом, то более или менее существенные различия наблюдаются между береговыми группами кри, живущих на низменных, заболоченных, покрытым редколесьем территориях (маскег), прилегающих к Гудзонову заливу и заливу Джеймс, и внутренними кри, которые, как и монтанье-наскапи, осваивают более возвышенные таежные и лесотундровые земли и по культуре от них практически не отличаются. Неясен вопрос с группами, тяготеющими к озерам Ничикун и Каниаписко. Эти озера расположены в центральной части северного Лабрадора. В одних работах Preston R.J. East Main Cree // Handbook of North American Indians. Subarctic. Vol. 6.

Washington, 1981. P. 196.

Supplementary materials… P. 110.

Morantz T. Economic and Social Accommodation of the James Bay Inlanders to the Fur Trade // The Subarctic Fur Trade. Native Social and Economic Adaptation. Vancouver, 1984.

P. 55–56.

Morantz T. Op. cit. P. 61;

Файнберг Л.А. Охотники Американского Севера (индейцы и эскимосы). М., 1991. С. 79.

население данной местности фигурирует как западные наскапи, в других – как кри. Существует также мнение, что на протяжении исторического периода озерная система Каниаписко являлась этноконтактной зоной. Земли к западу от озера занимали восточные кри из Мистассини, восточная сторона была населена монтанье, а на севере обитали наскапи, живущие теперь в районе Шеффервила и Сет-Иля. 30 В то же время в литературе мистассини далеко не всегда отождествляются с кри. Отличить наскапи от монтанье в этом регионе также не всегда представляется возможным. По своей экологической культуре все местное население, независимо от этнической принадлежности, почти ничем не отличается от таких групп, как наскапи Дейвис Инлет и Баррен Граунд.

Жители общин, населяющие бассейны рек Гранд Бален и Птит Бален или Грейт Уейл Ривер (Уайт Уейл Ривер) и район залива Унгава (северо-западный Лабрадор), известны и как кри, и как наскапи Унгавы. Группу Грейт Уейл Ривер обычно рассматривают как кри, 31 а группу Шимо или наскапи Унгавы – как наскапи. 32 Такое деление не соответствует самоидентификации самих индейцев. По данным В.Д. Стронга, в 1920-е годы наскапи Дейвис Инлет по отношению к самим себе термин «наскапи» не употребляли, но использовали его для обозначения соседних групп Баррен Граунд, Унгава и Уайт Уейл Ривер. 33 Последних исследователи относят к кри.

Жизнеобеспечение всех этих групп до последнего времени базировалось на промысле карибу, что обусловливало культурную идентичность. Отдельные хозяйственные объединения нередко включали в себя представителей различных групп, 34 что не всегда было обусловлено практикой экзогамии.

Индейцы северного Лабрадора (Новый Квебек и Ньюфаундленд) делают одинаковые по форме и технологии изготовления изогнутые каноэ. В работе, посвященной берестяным каноэ и кожаным лодкам коренного населения Канады Preston R.J. Op. cit. P.205.

Hanks Ch.C. An Ethnoarcheological Approach to the Seasonality of Historic Cree Sites in Central Quebec // Arctic. J. of the Arctic Institute of North America. (Montreal), 1983. Vol.

36. № 4. P. 351.

Traditional linguistic and cultural affiliation of Canadian Indian bands… P. 8–9.

Ibid. P. 9.

Labrador Winter: The Ethnographic Journals of William Duncan Strong, 1927–1928.

Wash.;

L., 1994. P. 3.

Ibid. P. 35.

изогнутые каноэ рассматриваются в разделе "Восточные кри". Он озаглавлен как «Восточные кри». Региональные особенности конструкций каноэ рассматриваются здесь в качестве этнодифференцирующего фактора. Ареал распространения каноэ такой формы охватывает северный Лабрадор 35 и полностью совпадает с территорией расселения наскапи.

Итак, грани, отделяющие восточных кри от наскапи и от монтанье, оказываются такими же зыбкими, как и различия между наскапи и монтанье.

Мистассини населяют юго-запад Квебека. Они сконцентрированы в районе одноименного озера – самого крупного в данной провинции. Большинство исследователей рассматривает их как особую группу восточных кри, географически тяготеющую к восточной, удаленной от побережья части региона Джеймс-Бей. 36 Другое также весьма распространенное направление в литературе причисляет их к монтанье. Кроме того, ряд исследователей выделяют их как самостоятельную этническую общность. Как уже было отмечено выше, такой точки зрения придерживался Ж. Руссо.

Согласно Р. Дж. Престону, мистассини и вашванипи не входят в состав восточных кри и монтанье 38 Иногда мистассини по языку и культуре относят к собственно алгонкинам. Вашванипи (wa·wa·nipi·wilnu 40 ) – группа, обычно причисляемая к кри и занимающая территории к юго-западу от мистассини. Однако Франк Спек относил их, как и мистассини, к монтанье. 41 Иногда их вместе с мистассини рассматривают как наскапи, о чем уже было сказано выше.

Аттикамек К коренному населению востока канадской Субарктики также относятся аттикамек («белая рыба») – алгонкиноязычная группа, населяющая район верхнего течения р. Сен-Морис – левого притока р. Святого Лаврентия, протекающего в южной части провинции Квебек. Подавляющее большинство исследователей рассматривает Adney E.T., Chapelle H.I. Bark Canoes and Skin Boats of North America. Wash., 1964. P.

100–101.

Morantz T. Op. cit.;

Tanner A. Bringing Home Animals: Religious Ideology and Mode of Production of the Mistassini Cree Hunters. St.John's, 1979.

Speck F.G. Op. cit. P. 592.

Preston R.J. Op. cit. P. 196.

Traditional linguistic… P. 8.

Rodgers E.S., Leacock E. Op. cit. P. 186.

Speck F.G. Op. cit. P. 592.

аттикамек как самостоятельную этническую общность. Но существуют и иные точки зрения. Бернар Ассиниви интерпретирует слово «аттикамек» как «название индейского племени бассейна р. Сен-Морис» и добавляет, что «на самом деле – это кри». 42 Иногда аттикамек приравнивают к монтанье. Как уже отмечалось, такой точки зрения придерживался А. Хэлловел. Традиционно в состав аттикамек включают три общины:

Ваймонташин, Манован и Обедживан. 43 В то же время иногда эту группу в лингвистическом и этническом плане относят к собственно алгонкинам. При этом при этом языки, на которых говорят монтанье, наскапи и кри рассматриваются как отдельные диалекты. Аттикамек же причисляют к некому алгонкинскому диалекту наряду с группами собственно алгонкинов бассейна р. Оттава. 44 По мнению других авторов, аттикамек говорят на языке сходном с р-диалектом кри, т. е. с диалектом некоторых западных групп кри. Это обстоятельство отличает их от некоторых алгонкинских групп субарктической зоны Квебек-Лабрадорского региона, в том числе от восточных кри. По данным некоторых источников, помимо трех указанных (Ваймонташин, Обедживан, Манован) в состав аттикамек включаются также общины Десерт-Ривер и Лак-Барьер, которые чаще причисляют к собственно алгонкинам. Этноним «аттикамек» начиная с 1630-х годов часто упоминается как отдельная «нация» в реляциях иезуитов. 47 Однако на рубеже 1670–1680 годов упоминания об аттикамек исчезают. Вместо них в источниках появляются названия жан-де-терр (Gens des terres) – дословно «люди земли», или жан-де-ля-мэр дю норд (Gens de la Mer du Nord) – «люди моря Севера». 48 Позднее во французских источниках население Assiniwi B. Op. cit. P. 16.

McNulty G.E., Gibbert L. Atticamek (Tte de Boule) // Handbook of North American… P.

213;

Guy C. Le cant d’ecorce Weymontaching. № 20. Ottawa, 1970. P. 2.

Traditional linguistic… P. 8.

McNulty G.E., Gibbert L. Op. cit. P. 213.

Supplementary materials…. P. 111, 114.

Jesuit Relations. Vol. 16. P. 72;

Vol. 24. P. 160;

Vol. 56. P. 156;

McNulty G.E., Gibbert L.

Op. cit. P. 208.

Jesuit Relation. Vol. 55. P. 98.

верховьев реки Сен-Морис и близлежащих областей именуется тет-де-буль (круглоголовые). Уже Ж.Ф. Лафито называет их именно так. Ряд авторов полагают, что аттикамек - это исчезнувшая группа. В частности Ж.

Руссо, относя тет-де-буль к числу ныне существующих алгонкинских народов Квебека, попутно упоминал об аттикамек, или «белых рыбах», также входивших в состав алгонкинской языковой семьи, но к настоящему моменту исчезнувших. 50 Исчезновение аттикамек в конце XVII в. обычно объясняют эпидемиями оспы, существенно сократившими их численность, и набегами ирокезов, в результате которых они ушли к соседним группам и в итоге ассимилировались в их среде. Позднее место аттикамек заняли тет-де-буль, представлявшие собой уже иную этническую общность.

Более широко распространенное мнение, высказанное в частности Г.Е. Мак Нолти и Л. Гибберт, состоит в том, что в истории существования по сути одной и той же этнической общности можно выделить следующие периоды: 1) период аттикамек до 1680 г., 2) период тет-де-буль 1680–1820, 1821–1913, 1914–1972 гг., 3) новый период аттикамек с 1972 г. Многие исследователи считают, что этноним «тет-де-буль» - эквивалент появившегося в источниках немногим раньше термину «жан-де-терр». Таким эпитетом французы могли наделять различные этнические группы, имевшие одну общую черту.

Все они были локализованы во внутренних районах, удаленных от центров колонизации, и этим отличались от индейцев, старавшихся селиться или прокладывать маршруты сезонных передвижений поблизости от торговых путей и факторий. 52 Таким образом, этнонимы «наскапи» и «тет-де-буль» имели одинаковый смысл. Исходя из данной гипотезы, П. Шарэ полагает, что аттикамек не исчезли, а, испытав на себе воздействие эпидемий, ушли подальше от торговых постов – источников оспы и затем получили новое наименование. Как бы там ни было, преемственность между аттикамек и тет-де-буль у большинства исследователей не вызывает сомнений, и, по всей видимости, эта точка Lafiteau J.F. Moeurs des sauvages amercains compares aux moeurs des premiers temps.

Vol. 1. P., 1983. P. 172–173.

Rousseau J. Op. cit. P. 199.

McNulty G.E., Gibbert L. Op. cit. P. 209, 211, 213.

Ibid. P. 209.

Charest P. Op. cit. P. B7.

зрения является более верной. Этноним «аттикамек» был возрожден усилиями традиционалистски настроенных индейских активистов в 1972 г.

Итак, положение аттикамек в этнической номенклатуре исследуемого региона, по сравнению с общностями, о которых говорилось выше, вырисовывается с достаточной долей определенности. Однако и в этом случае однозначно определить их этнический статус не представляется возможным. Тогда как по своей экологической культуре они почти ничем не отличаются от других групп, населяющих область бореального леса Канадской Субарктики.

Инну В настоящий момент в среде коренного населения широкое распространение получил этноним «инну», который постепенно вытесняет прежние наименования монтанье и наскапи. Инну – современное самоназвание восточных монтанье и илну – южных монтанье переводится как «человеческие существа». 54 Наскапи так же предпочитают называть себя инну. 55 Безусловно, данный термин нельзя считать изобретением конца ХХ в. Отдельные алгонкинские группы Лабрадора изначально именовали себя инну, т. е. «люди». Как известно, словом «люди» переводится значительное число эндоэтнонимов различных народов Земного шара. В настоящее время почти все алгонкинское население Квебек-Лабрадорского региона называет себя именно так, что вполне объяснимо в условиях значительного сходства диалектов различных групп. В процессе роста этнического самосознания во второй половине ХХ в. коренные жители стали отдавать предпочтение своему исконному самоназванию, а не европейским наименованиям (монтанье и наскапи). Некоторые современные исследователи в своих работах также предпочитают пользоваться именно этим этнонимом. Однако единство термина самоидентификации отдельных групп ко времени появления европейцев, даже двумя, а то и тремя столетиями позже, вовсе не влекло за собой существования более или менее консолидированной общности инну (илну) или Rodgers E.S., Leacock E. Op. cit. P. 186.

Arctic Profiles. William Brooks Cabot (1858–1949) // Arctic. 1987. Vol. 40. № 2. P. 168.

Armitage P. The Innu. New York, 1991;

Idem. Land Use and Occupancy Among the Innu of Utshimassit and Sheshatshit. Sheshatshiu, 1990 Innu Nation;

Henriksen G. The Mushuau Innu of Labrador: Self-Government, Innovation and Socio-Cultural Continuity by Georg Henriksen // Proactive. 1994. Vol. 13. № 1. P. 2–22.

монтанье-наскапи. Помимо общего компонента, означающего «люди», «человеческие существа», в названии той или иной группы всегда существовал дифференцирующий компонент, который мог являться маркером, использовавшимся какой-либо группой для обозначения отличия от соседей, либо экзоэтнонимом, с помощью которого группа фиксировала разницу между «ими» и «нами». Так, группа, населявшая район оз.

Пекуагами (Сен-Жан) именовалась пекуагами-вилнутс (piekwgami·wilnts) – «люди плоской воды» («люди плоского озера»), самоназвание монтанье бассейна р. Бетсиамит – петсиамивилнутс (petsimiwilnts) – «люди Бетсиамита», 57 а наскапи Баррен Граунд – му-шава-винну (mu·awa·winnu) – «люди тундры». Итак, рассматривать монтанье, наскапи и тем более инну в качестве единых племен или этнических общностей, безусловно, неправомерно. В противном случае могут время от времени появляться высказывания наподобие следующего: «…на языке наскапи слово “индеец” будет “инну”». 59 Если данное высказывание перефразировать так: «на языке инну слово “инну” будет “инну”», то, полагаю, его смысл не изменится.

Справедливости ради следует отметить, что на волне национального подъема в настоящий момент этноним «инну» получает все большее распространение в качестве объединяющего самоназвания алгонкинов Лабрадора. Так, жители четырех общин Северного побережья залива Святого Лаврентия (Минган, Наташкуан, Ромен и Пакуа Сипи) объединились в организацию «Мамит Иннуат» ("Mamit Innuat") и стали так себя именовать. Однако это не свидетельствует об исчезновении прежних четырех этнических подразделений.

Локальные группы Алгонкины Квебек-Лабрадора, гомогенные в культурном и лингвистическом (диалекты отдельных групп имели незначительные расхождения, и их носители легко общались друг с другом) отношении, не представляли собой подобного монолита в этническом плане. В позднюю аборигенную и колониальную эпоху каждая из отдельных локальных групп алгонкинов Квебек-Лабрадорского региона обладала своим этническим самосознанием, отделяющим ее от других таких же групп. На деле в совокупности эти группы не составляли единых этнических общностей монтанье, Rodgers E.S., Leacock E. Op. cit. P. 186.

Ibid. P. 187.

Ингстад Х. По следам Лейва Счастливого. Л., 1969. С. 197.

наскапи (монтанье-наскапи), кри и не имели племенной структуры. Об этом свидетельствуют многочисленные этнонимы аборигенного происхождения, зафиксированные в ранних письменных источниках.

Иезуиты в своих трудах приводят множество наименований различных «наций», которые представляли собой отдельные этнические группы коренного населения.

Причем, поскольку все эти наименования явно имеют алгонкинское происхождение, миссионеры вероятнее всего узнавали их от самих индейцев. Таким образом, палитра этнического разнообразия не была представлена тремя народами (монтанье, наскапи и кри). А на деле она оказалась более сложной.

Согласно сообщениям иезуитских миссионеров, монтанье Тадуссака контактировали со множеством «наций Севера» – группами, обитавшими по Северному побережью залива Святого Лаврентия и внутренних районов. Ими упоминаются «какушаки – те, которые находятся в Мауачихитоннам (Maouatchihitonnam). Это место, где гуроны собираются для торговли с нациями Севера. Микуашаки (Mikoua chakhi), утакуамиуек (Outakouamiouek), мистассиниуек (Mistassiniouek), укесестигуек (Oukesestigouek), мушауаустиириниуек (Mouchaouaouastiiriniouek), унашкапиуек (Ounachkapiouek), еспамишкон (Espamichkon), астурегамигук (Astouregamigoukh), уеперигуйеауек (Oueperigoueiaouek), упапинашиуек (Oupapinachiouek), убестамиуек (Oubestamiouek), аттикамеггуек (Attikameggouek)». 60 Далеко не все из этих групп представляется возможным отождествить с современными этническими подразделениями северных алгонкинов.

Кри залива Джеймс во французских источниках фигурируют не как одно племя, а как множество отдельных «наций». Миссионер-иезуит Ш. Албанель писал: «На его западной окраине (залива Джеймс. – Д.В.) живут кинистинон (Kinistinons), а на заливе матаукиринуек (Mataoukirinouek) и монсуник (Monsounik). Каждая нация отделена от другой большой рекой. Люди моря живут на северо-восточной стороне реки Мискутанагасит (Miskoutanagasit), где мы были, выдающейся на двадцать лье в море.

Это длинный скалистый выступ, где дикари всегда собираются для торговли. Дальше на северо-восток расселены пичибутунибуек (Pitchiboutounibuek), куакуикуесиуек (Kouakouikouesiouek) и много других наций. В трех днях пути по заливу на северо-запад Jesuit Relations. Vol. 24. P. 154.

есть большая река, которую одни дикари называют Кишесипиу (Kichesipiou) – “Большая река”, а другие Мусусипиу (Mousousipiou) – “Лосиная река”, на которой живет много наций». 61 Итак, наименование «кинистинон», от которого впоследствии произошел этноним «кри», локализовалось на западном берегу залива Джеймс, на современной территории другой группы кри ("Уэст-Мейн кри"), а восточная часть его побережья, где сейчас расселяются восточные ("Ист-Мейн") кри была населена мно жеством отдельных групп.

Список приведенных этнонимов коренного населения современных провинций Квебек и Ньюфаундленд не является исчерпывающим.

Первоначально и сами европейцы рассматривали эти группы как отдельные общности и не соотносили их с более крупными подразделениями. Например, во времена миссионера П. Лоре (1730 г.) мистассини считались отдельным народом. Вопрос об их принадлежности к кри или монтанье тогда вовсе не стоял. То же самое можно сказать и о других группах, хотя со временем все большее число локальных групп европейцы заносили в разряд монтанье (позднее – наскапи). В итоге и сами индейцы с большей или меньшей степенью определенности стали ассоциировать себя с этими этнонимами.

Однако прежние самоидентификации хотя и трансформировались, но не исчезли, а продолжали существовать. Даже в начале ХХ в. осознание себя как единой общности у монтанье, наскапи или восточных кри окончательно, по-видимому, так и не сформировалось. В.Д. Стронг во время экспедиции 1927–1928 гг. к наскапи Дейвис Инлет и Баррен Граунд зафиксировал следующие термины, которыми пользовались наскапи Дейвис Инлет для обозначения других общностей: «1. M’cawani’nits: Баррен Граунд, 2. Wask’gani’nits: Унгава, 3. Wampu’ksti’nits: Птит Бален, 4. Csa’tsi’nits: Норт-Уэст-Ривер, 5. Mstcbi’nits: Ля-Гранд (Форт-Джордж. – Д.В.), 6. Petiskpaui’nits: Петискапо, 7. Nitcikini’nits: Ничикун, 8. Mists’nnits:

Мистассини, 9. Waca’uinits: Сет-Иль, 10. Pukwutc’binits: Сент-Огюстен, 11. Muskwa’ninits: Мускуаро, 12. Nata’ckwaninits: Наташкуан, 13. Ikwa’nsi’nits:

Ibid. Vol. 57. P. 202.

Ibid. Vol. 68. P. 42.

Минган». 63 Последний компонент этнонимов (-i’nits) означает «люди» (инну). В состав этого списка входят общины, причисляемые и к наскапи, и к монтанье, и к кри.

Подобная дробность автохтонной номенклатуры разного рода этнических общностей свидетельствует в пользу существования большого количества самостоятельных, не осознававших себя как единые общности, но лингвистически родственных групп.

*** Подводя итоги, следует отметить, что в среде исследователей так и не сложилось единого мнения относительно этнического состава алгонкинского населения Квебек Лабрадоского региона. В литературе по данной теме можно обнаружить разные и даже взаимоисключающие точки зрения на этот вопрос. Три основных этнических подразделения алгонкинского населения – монтанье, наскапи и восточные кри – в плане этнической идентификации порой рассматриваются как единая общность, а иногда между ними проводятся четкие границы. Более мелкие локальные группы алгонкинов Лабрадора обычно включаются в состав какого-либо из этих подразделений, причем одна и та же группа может быть разными авторами отнесена к разным крупным подразделениям или рассматриваться как самостоятельная этническая единица.

Этнонимы «монтанье», «наскапи» и «кри» возникли под воздействием европейцев, которые в зависимости от времени и географического положения могли обозначать ими различные группы аборигенного населения. Но в дальнейшем, приблизительно с середины XVIII в., возникают устойчивые представления, согласно которым монтанье считались жителями восточной и южной, наскапи – северной и северо-восточной, а кри – западной части региона. Сами индейцы даже в сравнительно недавние времена обычно не отождествляли себя ни с одним из этих подразделений.

Для этнического самосознания алгонкинского населения, несмотря на общность культуры и языка, была характерна значительная дробность, проявившаяся на уровне локальных групп. Таким образом, реальная этническая дивергенция не соответствует делению коренного населения Квебек-Лабрадорского региона на монтанье, наскапи и кри, но она наблюдается на уровне составляющих их локальных групп. В то же время Labrador Winter … P. 60.

сами локальные группы часто не обладали четкой структурой и имели аморфный характер. Этому способствовал подвижный образ жизни охотничьих коллективов, которые могли состоять из представителей различных локальных групп.

Существование в прошлом объединяющего бльшую часть алгонкинского населения этнонима «инну» (илну) не может служить доказательством в пользу его этнической консолидированности. Этот термин, в переводе означающий «люди», являлся составным компонентом названий почти всех локальных групп. Тем не менее в настоящее время на волне подъема различных национальных движений он стал символом выражения этнической консолидации всех алгонкинов Лабрадора.

Глава 2.

Основные характеристики системы природопользования северных алгонкинов.

§1 Охотники или рыболовы? К вопросу о природопользовании северных алгонкинов в доколониальный период.

Способы хозяйственного освоения человеком территорий – экосистем, обладающих определенным набором ресурсов, а также предпочтение одних способов другим, являются важными составными частями системы традиционного природопользования. В то же время, они обусловлены всем комплексом особенностей природной среды обитания людей, включающим в себя ландшафтные и климатические характеристики, преобладание тех или иных видов флоры и фауны. В связи с этим ответ на вопрос, какой вид хозяйственной деятельности, охота на сухопутных животных или рыболовство, имел приоритет у алгонкинских групп восточного сектора Канадской Субарктики в доколониальный период, позволяет выявить главные факторы, образующие систему природопользования, а значит и весь их жизнеобеспечивающий комплекс. По поводу данной проблемы среди исследователей не сложилось единого мнения. В отечественной литературе внимание этому вопросу уделяли Ю.П.

Аверкиева и Л.А. Файнберг.

По мнению Ю.П. Аверкиевой, у алгонкинов канадской тайги на протяжении всего годового хозяйственного цикла изначально преобладал уклад с превалирующим значением рыболовства и менее существенной ролью охоты на крупных копытных, а следовательно, и с переменно-оседлым, характеризующимся невысокой степенью подвижности, образом жизни. Только после появления здесь в XVI веке первых европейцев, в связи с переориентацией жизнеобеспечения индейцев на торговлю мехами, они стали вести более динамичный образ жизни, передвигаясь в поисках пушных зверей. Значение рыболовства и потребительской (не товарной) охоты при этом существенно снизилось. Подтверждение своей точки зрения исследовательница находила в ряде работ зарубежных исследователей и в «Реляциях иезуитов» – ранних письменных источниках, содержащих информацию по данному региону. Л.А. Файнберг, нигде прямо не полемизируя с Ю.П. Аверкиевой, придерживался, тем не менее, противоположной точки зрения, согласно которой основу жизнеобеспечения этих групп составляла охота на копытных (оленя-карибу, американского оленя и лося), а рыболовство имело подсобное значение и становилось преобладающим только в случаях неудачной охоты. Мне представляется справедливой позиция Л.А. Файнберга.

Система природопользования населения таежных регионов Северной Америки и Евразии обычно имеет комплексную структуру при существовании не слишком значительных локальных вариаций. Выделить какой-либо преобладающий способ хозяйственной деятельности обычно бывает очень сложно. Этому благоприятствует разнообразие ресурсов. Наиболее успешная адаптивная стратегия заключается в их гибкой эксплуатации и в возможности безболезненного перехода от одного вида ресурсов к другому в случае необходимости.

Если принять в расчет изобилие водоемов в границах Канадского Кристаллического Щита, то отрицание той важной роли, которую рыболовство играло в системе жизнеобеспечения индейцев Субарктики, будет, безусловно, ошибочным.

Тем не менее, точка зрения, согласно которой этот вид хозяйственной деятельности у северных алгонкинов до и накануне европейской колонизации превосходил потребительскую охоту на копытных, представляется не совсем справедливой.

Полагаю, что в отличие, например, от Аляски, ресурсы водной фауны этого региона, характер биологических особенностей ее представителей, а также техническая оснащенность людей орудиями рыболовства, не позволяли базировать на этом виде промысловой деятельности годовой цикл жизнеобеспечения. Наиболее важным и даже необходимым условием для этого является наличие большого количества различных разновидностей проходных рыб, идущих на нерест в массовом количестве, каждая в Аверкиева Ю.П. Индейцы Северной Америки. От родового общества к классовому.

М., 1974. С. 40-71.

Файнберг Л.А. Охотники Американского Севера (индейцы и эскимосы). М., 1991. С.

74-87.

Аверкиева Ю.П. Указ соч. С. 50.

свой сезон. В данном случае разнообразие проходных рыб и интенсивность их хода оказались недостаточными, чтобы рыболовство могло стать основой жизнеобеспечения.

По мнению Л.А. Файнберга, рыбная ловля в восточном секторе Канадской Субарктики не могла играть доминирующую роль, и переход к этому виду деятельности часто был у алгонкинов вынужденной мерой. Он отмечает, что рыболовство здесь «было гораздо менее эффективным способом получения протеина, чем на западе у атапасков, живущих по берегам рек тихоокеанского побережья, в которых нерестился лосось». 4 Следует отметить, что во многие канадские водные артерии, относящиеся к бассейну Атлантического океана, также заходит лосось. Но в реках Атлантического побережья Лабрадора (Бетсиамит, Маникуаган, Муази, Наташкуан, Сент-Огюстен и т. д.) нерестится только один вид лосося (атлантический лосось или семга, Salmo salar). 5 На Сагенее и его притоках нерест происходил с 20-го октября по 10 ноября. 6 По данным французских источников XVII в., во время массового хода этой рыбы монтанье Северного Берега залива Святого Лаврентия добывали ее в больших количествах. 7 Однако масштабы путины и результативности лова вряд ли могли идти в какое-либо сравнение с промыслом лососевых на Тихоокеанском побережье, где морские ресурсы были несравненно богаче, а в реки на нерест заходило, по меньшей мере, шесть разновидностей лососевых рыб. 8 Кроме того, на внутренних водоемах такое явление, как массовый ход косяков рыбы не существовало вовсе, а многие группы инну центральных районов полуострова не совершали сезонных перекочевок к побережью.

Наряду с ловлей атлантического лосося, большое значение имела сезонная добыча угрей, в изобилии идущих осенью по реке Св. Лаврентия. Этот вид промысловой активности действительно был одним из важнейших элементов Файнберг Л. А. Охотники Американского Севера … С. 76.

Путнам Д., Бруйетт Б., Керр Д., Робинсон Дж. Канада. Географические районы. М., 1955. С. 47.

Roy J-E. Au royaum du Saguenay. Voyage en Tadussac. Qubec, 1889. P. 213.

Thwaites R.G. ed. The Jesuit Relations and allied documents. Travels and exploration of the Jesuit missionaries in New-France 1610-1791. New York, 1959. Vol. 50. P. 32. (далее Jesuit Relations) Путнам Д. … Указ. соч. С. 49.

комплексной системы природопользования ряда групп монтанье. Миссионерам и путешественникам часто доводилось наблюдать, как индейцы коптили и запасали огромное количество этих рыб. Поль Ле Жен, оставивший после себя наиболее полное описание образа жизни монтанье реки Св. Лаврентия, в 1633 г. отмечал, что со времени массового хода рыбы до начала зимнего охотничьего сезона «у дикарей большей частью нет других источников пищи кроме этого до тех пор, пока не выпадут снега для охоты на лося». 9 Францисканский миссионер Г.T. Сагар писал об этом же пятнадцатью годами раньше. 10 Согласно свидетельству С. Шамплена, путина приблизительно начиналась 15 сентября, а заканчивалась 15 октября. В источниках зафиксированы два основных способа лова угрей. При первом способе применялась простая по конструкции разновидность запорного сооружения, представлявшего собой вершу, которую клали на песчаное дно реки на мелководье и по обеим сторонам от нее ставили загородки. Такая верша была способна за раз вместить до 500-600 рыб. Второй, не такой продуктивный, но весьма распространенный метод состоял в ночном лове с каноэ. Для него требовались усилия двух человек, один из которых управлял лодкой, а второй, держа в одной руке факел из березовой коры, бил сплывавшихся на свет угрей острогой. За одну ночь таким способом можно было добыть около 300 рыб. Итак, данные способы позволяли делать запасы рыбы на длительный период времени, и этот род занятий был очень важным компонентом хозяйственной деятельности. Однако ловля проходных рыб представляет собой кратковременное явление и может производиться только во время сравнительно короткого периода путины. Это условие определяет их интенсивный промысел с целью быстро сделать запасы, но постоянной и стабильной основой существования быть не может. Осенняя ловля угрей практиковалась лишь теми группами, которые регулярно каждый год выходили к побережью реки. На внутренних озерах и реках подобный промысел было вообще невозможно вести. Ареал расселения северных алгонкинов вовсе не Clark Ch.U. Voyageurs, Robes Noires et Coureurs de Bois. New York, 1934. P. 14.


Sagard G.T. Histoire du Canada et voyages que les fraires mineurs Recollects y ont faict pour la conversion des infideles depuis l’an 1615. Paris, 1866. Vol. 1. P. 160.

Champlain S. Les voyages du sieur de Champlain. Ann Arbor, 1966. P. 191-192.

Jesuit Relations. Vol. 6. P. 308-310.

исчерпывался бассейном реки Св. Лаврентия. Следовательно, этот промысел, также как и ловля лосося, имел лишь локальное распространение и не является свидетельством в пользу преобладания рыболовства над охотой.

У групп, осваивавших территории, удаленные от побережья, рыболовство наверняка играло еще меньшую роль, поскольку на внутренних озерах, возле которых, как предполагала Ю.П. Аверкиева, вся территориальная группа в полном составе должна была жить летом оседло и компактно, не заходили проходные виды рыб. Ловля полупроходных и круглогодично рассредоточенных по водоему туводных пород имевшимися средствами не могла удовлетворить потребности людей. Единственной известной мне проходной рыбой, жизненный цикл которой связан с внутренними водоемами, является уананиш (Salmo ouananiche) – пресноводная форма атлантического лосося. Эта рыба обитает главным образом в озере Сен-Жан, а на нерест поднимается по впадающим в это озеро рекам. 13 По размеру уананиш существенно уступает морскому атлантическому лососю. С языка монтанье это слово переводится как «заблудившийся малыш», 14 то есть, в отличие от своих более крупных сородичей так и не нашедший путь к морю.

Единственный вид, причем имеющий ограниченный ареал распространения, естественно, не мог модифицировать систему природопользования в широких масштабах и увеличить значимость рыбной ловли.

Таким образом, условия природной среды – видовое разнообразие и биология рыб – не позволяли рыболовству выйти на первый план в экологической культуре алгонкинов Канадской Субарктики.

А.В. Головнев на материале исследований, проведенных у народов Западной Сибири, убедительно показал, что рыболовство на водоемах, расположенных во внутренних таежных и тундровых областях, могло стать стабильным источником существования в течение всего года только при условии промысла рыб туводных пород. 15 Для этого, в свою очередь, необходимо наличие развитого запорного рыболовства с разнообразными по конструкции запорными сооружениями. Одних Roy J-E. Op. cit. P. 217-218.;

Путнам Д. Указ. соч. С. 47.

Assiniwi B. Lexique des noms indiens en Amerique. Noms gographiques. Ottawa, 1973.

Vol. 1. P. 100.

Головнев А.В. Говорящие культуры: традиции самодийцев и угров. М., 1995. С. 45.

крючков, острог и плетеных из ветвей верш явно недостаточно. А этих сооружений у индейцев лабрадорской тайги, судя по источникам, не было. В этом заключается одно из важных отличий местного населения в сфере природопользования от атапасков Аляски и групп Северо-Западного побережья, которые широко применяли разнообразные изгороди сложных конструкций. Такая ловля получила подробное описание в литературе. 16 Что же касается алгонкинов Канадской Субарктики, то здесь сведения о практике городьбы рек носят фрагментарный характер. Так, в статье, посвященной северным оджибве, Э.С. Роджерс и Дж.Г. Тайлор не дают однозначного ответа о существовании у этой группы в XVII-XVIII веках рыболовных запоров, но отмечают их наличие в XIX и XX веках, не оговаривая при этом особенностей конструкций данных сооружений. 17 Упоминавшееся выше достаточно примитивное запорное сооружение, которое сооружали монтанье реки Святого Лаврентия, в данном случае большого значения не имеет, так как оно использовалось лишь во время массового хода угрей, то есть для добычи проходных, а не туводных рыб. Возможно, за неимением другой информации, именно это сообщение Ле Жена приводят исследователи, когда говорят о способах запорного лова рыбы северными алгонкинами период. в раннеколониальный Конструирование стационарных запоров, перегораживающих реку и позволявших получать стабильный регулярный улов, по всей вероятности, алгонкинами не практиковалось. Их экологическая культура была в большей степени ориентирована на охоту.

Наряду с такими причинами, как особенности природной среды и наличие ресурсов, техническая оснащенность также не позволяла рыболовству занять главенствующие позиции.

Когда речь идет о способах лова рыбы у групп аборигенного населения, осваивавших территории в границах Канадского Кристаллического Щита, чаще всего Snow Jeanne H. Ingalik // Handbook of North American Indians: Subarctic. Washington, 1981. Vol. 6. P. 604-606.;

Mac Fadyen Clark A. Koyukon // Ibid. P. 588-589.;

Laguna F. de Tlingit // Handbook of North American Indians: North West Coast. Washington, 1990. Vol. 7.

P. 210-211.

Rogers E.S. and Taylor J.G. Northern Ojibwa // Handbook of North American Indians:

Subarctic. Washington, 1981. Vol. 6. P. 234.

Rogers E.S. and Leacock E.B. Montagnais–Naskapi // Handbook of North American Indians: Subarctic. Washington, 1981. Vol. 6. P. 174.

упоминаются ловля на крючки, донная удочка и добыча с помощью остроги. Широко была распространена ловля на нигог (nigog). Нигог представляет собой острогу, острие которой снабжено двумя зажимами по бокам, удерживающими рыбу. Багрение, как правило, производилось ночью с лодки при горящем факеле из бересты. (Рыба плыла на свет). Этот способ стал пользоваться большой популярностью и у канадцев европейского происхождения. В языке франко-канадцев существует глагол nigoger – ловить рыбу на нигог, добывать острогой. 19 Особенно успешно на нигог ловились лососи и, о чем уже говорилось выше, угри. Добыча рыб туводных пород была менее результативной. 20 Городьба рек, будучи наиболее результативным способом, практиковалась северными алгонкинами намного реже и являлась скорее исключением, нежели правилом.

Еще одним важным условием продуктивности рыболовства является применение ставных жаберных сетей. Эти приспособления, невзирая на пассивный характер ловли, обладают несколькими важными и полезными качествами. Во-первых, они позволяют получать сравнительно большой улов независимо от времени года и даже в периоды спада активности у рыб. Во-вторых, такие сети пригодны для разных типов водоемов с разнообразными ландшафтными особенностями. В третьих, в отличие от сетей неводного типа, ловля ставными сетями при значительной результативности не требует больших затрат времени и усилий. Их следует только установить и проверять не чаще, чем раз в день. Это вполне по силам одному человеку. Наконец, это орудие лова ничем не ограничивает мобильность человеческих коллективов и хорошо подходит для подвижного образа жизни, который вели группы Субарктики. В целом справедливый и ставший общепринятым тезис об оседлом образе жизни рыболовов в данном случае не является безальтернативным фактором, оказывающим влияние на образ жизни и систему природопользования.

Л.А. Файнберг справедливо отметил, что у северных оджибве рыболовство на внутренних водоемах получило широкое развитие только после появления и укоренения в экологической культуре ставных жаберных сетей. Служащие Компании Гудзонова залива поставляли индейцам сети и пропагандировали их применение, так Lafleur N. La vie traditionnelle du Coureur de Bois aux XIX-e et XX-e sicles. Qubec, 1973. P. 296.

Ibid. P. 139.

как они представляли собой наиболее эффективное орудие лова рыбы при кратковременных остановках на берегах рек во время пути к торговому посту. Однако лов рыбы этим типом сетей прививался медленно, и в начале XIX в. они еще использовались в ограниченных масштабах. Но даже ограниченное использование такого эффективного орудия существенно увеличило роль рыбы в рационе северных оджибве. 21 Канадский биолог и этнограф Жак Руссо также указывал на то, что на севере Квебека ставные жаберные сети, пригодные как для открытой воды, так и для подледного лова, появились и стали широко применяться сравнительно недавно, а прежде на озере Мистассини, за неимением сетей, на форель, белую рыбу и налима ставили неподвижную донную удочку, которая представляла собой веревку из волокон ивовой коры, с деревянным крючком. 22 (Интересно, что в литературе не встречаются упоминания об изготовлении индейцами каких-либо ловушек сетного типа из таких веревок). Крючковые снасти малопродуктивны и не могут сделать рыболовство доминирующей отраслью хозяйственной деятельности.

Таким образом, появление европейцев в итоге не ослабило позиции рыболовства в жизнеобеспечении северных алгонкинов и всех индейцев Субарктики, а даже в некоторой степени упрочило их.

Стараясь доказать преобладание рыболовства над охотой в аборигенный период, Ю.П. Аверкиева, ссылаясь на работы канадских ученых Э. Роджерса и Ж. Руссо, отмечала, что даже во второй половине XX в., когда товарный промысел пушнины серьезно деформировал изначальную систему жизнеобеспечения, рыболовство для мистассини являлось «более важным, чем охота, источником пищи в течение всего года». 23 Побывавший в 1672 г. на озере Мистассини иезуитский миссионер Шарль Албанель действительно был удивлен огромным количеством обитавшей там промысловой рыбы – осетров, белой рыбы, щук, налимов и рыб прочих разновидностей. 24 Временами, особенно в неблагоприятные для промысла крупных Файнберг Л.А. Охотники Американского Севера … С. 81.;

Его же. Об изменениях в культуре северных оджибве под европейским влиянием // Америка после Колумба:

взаимодействие двух миров. М., 1992. С. 87.

Rousseau J. L’Indien de la fort borale, lment de la formation cologique. Socit Royale du Canada. Ottawa, 1958. P. Аверкиева Ю.П. Указ. соч. С. 49.

Jesuit Relation. Vol. 56. P. 180.


животных годы, рыбная ловля преобладала там над охотой и становилась основным источником пищи, 25 но исследования Ж. Руссо и Э. Роджерса хронологически относятся к XX в., когда рыболовство, благодаря появлению под влиянием европейцев ставных жаберных сетей, смогло стать более продуктивным, нежели было прежде, и обогнать охоту. Это орудие лова позволяет добывать большое количество рыб, в том числе и туводных пород, почти круглогодично, и не затрачивать при этом много времени и труда. По всей видимости, преобладание на Мистассини рыболовства над охотой являет собой не отголосок доконтактной эпохи, а напротив, культурную инновацию, сформировавшуюся под косвенным воздействием европейцев.

Итак, приходится согласиться с положением, что индейцы Канадской Субарктики, за исключением самых западных групп, как до появления европейцев, так и в раннеколониальный период, по всей видимости, вовсе не имели такого продуктивного орудия лова как ставные сети, а стационарными запорными сооружениями пользовались редко и в ограниченных масштабах.

В то же время существуют и сведения противоположного характера, которые мы в данном случае не можем проигнорировать.

По поводу применения индейцами сетей существуют разные точки зрения.

Некоторые авторы утверждают, что уже в ранних французских источниках содержатся упоминания о том, как гуроны в начале XVII в. поставляли жаберные сети группам Восточной Субарктики. 26 Однако мне не удалось найти подтверждения этих данных в источниках. Как бы там ни было, проникновение их в отдаленные районы севера и северо-востока Лабрадора представляется мне сомнительным.

Иезуитский миссионер Анри Нувель во время своего второго путешествия с индейцами-папинаши вверх по реке Маникуаган в 1664 г. обратил внимание на то, как, остановившись в месте, где река делает изгиб и «растянув там свои сети, дикари добыли огромное количество крупных щук», что надолго обеспечило путешественников провизией». Таким образом, ловля сетями практиковалась Rousseau J. L’Indien de la fort borale … P. 44.;

Его же. Astam mitchoun! Essai sur la gastronomie amerindienne // Chaiers des Dix. Montral, 1957. No 22. P. 204.

Hanks Ch.C. An Ethnoarcheological Approach to the Seasonality of Historic Cree Sites in Central Quebec // Arctic. Montreal, 1983. Vol. 36. N.4. P. 352.

Jesuit Relation. Vol. 50. P. 26.

индейцами уже в этот ранний период. К сожалению, в сообщении отсутствуют сведения, указывающие на происхождение этих орудий и на то, из какого материала они изготовлялись. В эту эпоху контакты некоторых групп монтанье Северного Побережья залива Святого Лаврентия с французами не были редким явлением в данном регионе. Не исключено, что сети были получены индейцами обменным путем. Так, миссионер Албанель во время посещения большой летней стоянки умамиуэ (Oumamiois) и ушессигириниуек (Ouchessigiriniouek) (группы монтанье, которые на тот момент еще очень мало контактировали с европейцами) в районе поста Годбу в 1669 г.

подарил индейцам не что иное, как рыболовную сеть. У групп, населяющих северную тайгу, лесотундру и тундру, было зафиксировано использование кожаных сетей, которые, возможно, имеют доевропейское происхождение.

Атапаски, жившие к востоку от реки Макензи (видимо, чипевайан), еще во второй половине XVII в. ставили на озерах и реках сети, сплетенные из коротких сыромятных ремешков из оленей кожи. В этот период влияние на них европейцев было минимальным. Причем по конструкции это были именно ставные сети, которые можно установить и на открытой воде, и подо льдом. Служащий Компании Гудзонова Залива С. Хёрн в отчете о путешествии вглубь будущих Канадских Северо-Западных территорий оставил описание зимнего лова такими сетями, которые применялись наряду с использованием крючковых снастей. Этот автор отметил, что в сети попадалось достаточно щук, форелей и сигов, чтобы он сам и его индейские спутники не умерли от голода, но к самой рыбной ловле они обратились только тогда, когда на протяжении нескольких дней не удалось добыть ни одного карибу. Подобные орудия лова были известны и наскапи, однако сведения о них относятся к более позднему времени. Уильям Д. Стронг в своем полевом дневнике зимой 1927-1928 гг. подробно обрисовал технику изготовления сетей и процесс ловли ими форели на внутренних озерах у наскапи групп Дейвис-Инлет и Баррен-Граунд на северо-востоке Лабрадора. Каждая семья имела, по меньшей мере, одну сеть. К этому Jesuit Relations. Vol. 53. P. 88.

Hearn S. A Journey from Prince of Wales Fort in Hudson’s Bay to the Northern Ocean in the Years 1769, 1770, 1771 and 1772. Toronto, 1958. P. 170.;

Моуэт Ф. Следы на снегу.

Путешествие на Коппермайн. Уводящий по снегу. М.,1985. С. 46-47.

времени материалом для их изготовления служила простая бечевка, которую без сомнения получали обменным путем. Однако все индейцы утверждали, что веревочные сети появились совсем недавно. До этого сети были короче и их плели из ремешков, нарезанных из кожи карибу. На одну сеть уходило в среднем две шкуры, а на длинную три. Исторические предания северных наскапи также сообщают об использовании сетей, сплетенных из кожи карибу. У.Д. Стронг записал рассказ, в котором речь идет о том, как в очень давние времена группа наскапи продвигалась к Дейвис-Инлет, страдая от голода. В итоге умерли почти все за исключением двух женщин и мальчика, которые нашли на льду реки Упатик убитого волками оленя и сплели из его кожи сеть. Это спасло им жизнь, и в итоге они встретили других наскапи с реки Джордж. 31 Пожилые информанты рассказывали Стронгу о случаях голодовок, которые происходили оттого, что не удавалось добыть карибу, а ловить рыбу было невозможно из-за большой толщины льда. В данном случае встает вопрос о реальной давности этих событий. По-видимому, изложенные в данном рассказе события произошли не ранее 30-х гг. XIX в. Индейцы шли в расположенную на побережье факторию Дейвис-Инлет, которая была открыта Компанией Гудзонова Залива в 1831 году. 33 Первоначально Компания Гудзонова Залива основывала фактории во внутренних областях полуострова, поближе к добытчикам пушнины. Но транспортировка товаров обходилась дорого, и с середины XIX века внутренние торговые посты начинают закрываться, а на побережье основываются новые. 34 Кроме того, период частых случаев голода у наскапи приходится как раз на 50-60-е гг. XIX в., когда количество карибу стало сокращаться. Таким образом, эти сведения не могут являться неопровержимым свидетельством существования рыболовных сетей до появления европейцев. Так, Э. Роджерс вообще Labrador Winter: The Ethnographic Journals of William Duncan Strong, 1927-1928. Edited by Leacock E.B. and Rothchild N.A. Washington and London, 1994. P. 83.

Ibid. P. 133-134.

Ibid. P. 134.

Henriksen G. Davis Inlet // Handbook of North American Indians. Subarctic. Washington, 1981. Vol. 6. P. 666.

Savard R. Le rire prcolombien dans le Qubec d’ajourd’hui. Qubec, 1977. P. 48.

Hind H. J. Explorations in the Interior of the Labrador Peninsula. London, 1863. Vol. 1. P.

15.

ставит под сомнение факт существования таких сетей у алгонкинов Субарктики в аборигенный период. 36 Если даже практика плетения кожаных сетей и появилась независимо от европейского воздействия, что представляется мне вполне реальным, то это не противоречит тезису о преобладании охоты на копытных над рыболовством. Во первых, сыромятная кожа, в отличие от хлопчатобумажных, позднее капроновых или иных синтетических нитей, быстро намокает и растягивается. Во-вторых, кожаная сеть хорошо видна в воде, и рыба по возможности ее обходит. Все это, естественно, негативно сказывается на продуктивности и эффективности ловли с помощью данного орудия. Еще одно важное обстоятельство видится в том, что необходимым условием изготовления таких сетей является охота на карибу, поскольку шкуры этих животных являлись источником сырья для их плетения. В данном случае рыболовство без охоты оказывается невозможным.

Для ответа на вопрос о количественном соотношении рыболовства на внутренних водоемах и охоты на копытных животных в таежных и тундровых областях, и у северных алгонкинов в частности, представляется уместным привести для сравнения данные о рыболовном хозяйстве аборигенов Северной Евразии. Речь пойдет о населении севера Туруханского района Красноярского края. Эта местность по природным условиям, (климат, фауна, большое количество озер) во многом сходна с территорией, занимаемой Канадским Щитом. В настоящий момент жизнеобеспечение живущих здесь эвенков базируется на рыболовстве, которое ведется круглогодично, за исключением коротких периодов ледостава и таянья льда. Чуть ли не единственным орудием ловли являются ставные жаберные сети, которые, по всей вероятности, также появились не ранее прихода русских.

Не следует полагать, что коренным жителям прежде были совершенно не известны орудия рыболовства сетного типа. Многие народы сибирской тайги широко практиковали применение разнообразных рыболовных ловушек сетного типа, сплетенных из лыка, волокон крапивы или конопли. Данная практика возникла задолго до русской колонизации Сибири. Так, В.И. Васильев, посвятивший запорному Rogers E.S. Subsistence areas of the Cree-Odjibwa of the eastern subarctic: a preliminary study. National Museum of Canada. Ottawa, 1966. N. 204. Р. 111.;

Rogers E.S. and Taylor J.G. Northern Ojibwa … P. 234.;

Хелм Дж. и Ликок Э.Б. Охотничьи племена субарктической Канады // Североамериканские индейцы. М., 1978. С. 365.

рыболовству обских угров специальную работу, наряду с запорными сооружениями самых разных конструкций описывает всевозможные верши, морды, ставные и плавные сетные ловушки. Однако в итоге он приходит к выводу, согласно которому «Появление на территории Обь-Иртышского бассейна таких сетных орудий как фитили, кривды, стержневые и ставные невода, плавные и многочисленные ставные сети (выделено мной – Д.В.) … связано с русским и татарским влиянием». 37 Этот вывод сделан по отношению к народу, в системе жизнеобеспечения которого рыболовство традиционно играло очень большую роль. Таким образом, для большинства групп сибирского населения тезис о появлении у них ставных сетей под влиянием русской колонизации представляется вполне обоснованным.

Охота на дикого северного оленя в жизнеобеспечении туруханских эвенков имеет в настоящий момент несравненно меньшее значение. Привозные продукты питания, безусловно, играют существенную роль, но, тем не менее, уступают в этом отношении рыбе. В сложившейся здесь системе ценностей рыболовство выступает в качестве наиболее престижного занятия. Однако наряду с этим в культуре местного населения (особенно это проявляется в воспоминаниях о былой охотничьей практике) прослеживается черты, представляющие собой архаичный пласт культуры охотников на дикого северного оленя, характерный прежде, хотя и с небольшими вариациями, для всего тундрово-лесотундрового пространства и Евразии, и Северной Америки. В частности это выражалось в многочисленных воспоминаниях и рассказах о распространенной здесь ранее индивидуальной охоте на диких оленей с маскировочными щитками, или с оленем-манщиком. (Последний способ в Америке, безусловно, был неизвестен). Сохраняются связанные с оленем запреты. Следует уважительно относиться к добытому животному, не бросать где попало его кости. Сходные представления существовали и у алгонкинов Лабрадора. Думается, рыболовство окончательно здесь упрочило свои позиции в конце XIX начале XX веков, когда хозяйственная деятельность была переориентирована на Васильев В.И. Проблема происхождения запорного рыболовства обских угров // Труды Института этнографии им. Н.Н. Миклухо-Маклая. Новая серия. Сибирский этнографический сборник. М., 1962. Т. IXXVIII. № 4. С. 152.

ПМА. 1999.

Labrador Winter … P. 144-145.

товарный промысел рыбы. Только с появлением относительно регулярных поставок привозных продуктов пусть и в незначительных масштабах, а также с внедрением в экологическую культуру ставных сетей, рыба смогла стать важнейшим компонентом жизнеобеспечения, а охота на оленя по существу стала нужна лишь для получения шкур, из которых шили зимнюю одежду и покрытия чумов. Прежде же массовая добыча этих животных во время миграций стад была намного важнее рыболовства.

Материал, из которого изготовлены сети, оказывает существенное воздействие на количество и качество улова. Эвенки предпочитают красить в зеленый цвет даже сети из тонких капроновых нитей, чтобы они были незаметны для рыбы. В 40-е гг. XX в. они пользовались сетями из мешковины, которые, по словам рыбаков, быстро приходили в негодность. Это, естественно, сказывалось на результативности промысла. 40 В отличие от сетей из синтетических материалов, которые могут находиться в воде неограниченное количество времени, такие сети дают меньший по объему улов, а сети из сыромятных ремней, в свою очередь, уступают в этом отношении сетям из нитей растительного происхождения. Изменение качества материалов для плетения этих орудий лова часто является существенным фактором, влияющим на возрастание значения рыболовства в жизнеобеспечении таежного и лесотундрового населения.

Таким образом, тезис о преобладании рыболовства в доколониальный период и снижении его роли в хозяйстве алгонкинов востока Канадской Субарктики в связи с появлением европейцев и переходе их к добыче пушнины, представляется не совсем верным. Вероятнее всего, в ту эпоху этот компонент системы природопользования уступал по своему значению охоте на карибу и лося. Более того, в результате охоты на крупных животных люди получали не только пищу. Шкуры использовались при пошиве одежды, изготовлении покрытий жилищ, а помимо этого еще в самых разных (вспомним сети из кожаных ремней) сферах деятельности. Этот промысел также служил источником кости и рога, которые являлись важным поделочным материалом.

Продукция рыболовства не может иметь такого широкого применения. Полагаю, роль этой отрасли хозяйства увеличилась под влиянием европейцев на традиционную культуру алгонкинов, так же как это произошло с промыслом пушных зверей. Можно ПМА. 1999.

также поспорить с утверждением, что именно развивающаяся торговля мехами обусловила отказ индейцев от оседлого рыболовства и переход их к жизни номадов, кочующих в поисках пушных зверей. 41 Как свидетельствуют данные, полученные в ходе исследования природопользования туруханских эвенков, лов рыбы вполне совместим с товарным промыслом пушнины, и даже способствует ему. Еще в 40-60-е годы XX века охотники, отправляясь проверять ловушки (пасти), часто брали с собой сети, так как рыба шла для приманки, а так же служила пищей самому охотнику. Материалы Севера Евразии дают подтверждение основному положению данной работы. В экологической культуре алгонкинских групп Квебек-Лабрадора охота на карибу и лося играла более существенную роль по сравнению с рыболовством.

В заключении хотелось бы остановиться еще на одном спорном моменте. Ю.П.

Аверкиева обнаружила общие черты в культурах монтанье и индейцев Северо Западного побережья. По ее мнению, сходство проявлялось в одинаковых приемах и орудиях лова рыбы, а также в том, что «и на северо-востоке и на северо-западе важнейшее значение имела добыча лососей». 43 Несмотря на данное наблюдение, следует отметить, что две эти общности все-таки представляют собой яркий пример двух разных типов стратегии жизнеобеспечения, где у первых в качестве доминирующего источника ресурсов и жизненного пространства выступал лес и внутренние материковые районы, а у вторых море и сравнительно неширокая прибрежная полоса.

Одно из подтверждений своей точки зрения Ю.П. Аверкиева находит в работе Б.

Гоффмана, который, проанализировав ряд исторических документов об открытии европейцами этого района в первой половине XVI века, в особенности сообщений о плаваниях Жака Картье, приходит к заключению, «что рыболовство и промысел морского зверя в реке и заливе Св. Лаврентия были в то время главным занятием индейцев этого района». 44 Б. Гоффман действительно отмечает, что «Канадские ирокезы не только совершали путешествия к заливу Белл-Айл для охоты на тюленей и торговли, но также приходили на полуостров Гаспе, где весь июль ловили сетями Аверкиева Ю.П. Указ. соч. С. 51.

ПМА. 1999.

Аверкиева Ю.П. Указ. соч. С. 49.

Там же.

макрель». 45 Он также пишет о преобладании в целом рыболовства и охоты на морских животных над сухопутной охотой и земледелием в системе жизнеобеспечения данной группы и приходит к вполне справедливому выводу об особой важности морской пищи в «канадской модели жизнеобеспечения» (Canadian subsistence pattern). В этой связи он выявляет определяющее значение двух первых компонентов этой модели, основываясь на описываемом в источниках изобилии всевозможных рыб, обитающих в этом регионе. Однако необходимо учитывать, что изыскания Б. Гоффмана посвящены стадаконской группе лаврентийских ирокезов, населявших низовья реки Св. Лаврентия в XVI веке. Представляется очевидным, что, выделяя «канадскую модель жизнеобеспечения», этот автор имел в виду исключительно эту группу. Рыболовство и промысел тюленя были основными занятиями северной группы лаврентийских ирокезов, более ориентированных в области освоения ресурсов окружавшей их среды на узкую прибрежную, как морскую, так и речную, экосистему, чем на лесные ресурсы.

О монтанье, которые к началу XVII века сменили на этой территории лаврентийских ирокезов, а прежде, возможно, являлись их северными соседями, и тем более о населении внутренних областей Лабрадорского плато речь здесь конечно не идет.

Несмотря на некоторые общие моменты в системе природопользования этих двух совершенно разных общностей, выразившиеся в освоении (кстати, слабо сопоставимом по масштабам его интенсивности) и теми и другими прибрежной зоны, культурно экологический тип алгонкинского населения Лабрадора был связан с тайгой, а не побережьем. Таким образом, рассматривать экологическую культуру лаврентийских ирокезов как тождественную той, которой обладали сменившие их затем в этом регионе алгонкины, будет, с моей точки зрения, неправомерно. Лаврентийских ирокезов в плане жизнеобеспечения все же можно, хотя и со значительными оговорками, отнести к ирокезской культурной общности. По культуре эту группу, на мой взгляд, следует причислить не к Субарктике, а к Северному Вудленду. (Вудленд – историко-культурная область Северо-Востока США, района Великих озер и крайнего юго-востока Канады).

Hoffman B. Cabot to Cartie: Sources for a Historical Ethnography of Northeast North America 1497-1550. Toronto, 1961. P. 210.

Ibid. P. 209-210.

В источниках содержатся сведения о летних перемещениях лаврентийских ирокезов на полуостров Гаспе, 47 но нигде не говорится о сезонных перекочевках в район Лаврентийской возвышенности и верховья притоков р. Св. Лаврентия. В то время как монтанье, жившие между Квебеком и Тадуссаком, целенаправленно осваивали эти территории, поэтому и получили от французов свое наименование, означающее в переводе «горцы». 48 Наконец, и сама Ю.П. Аверкиева писала о Б.

Гофмане как об исследователе, в данном случае, только лаврентийских ирокезов времен Жака Картье, но в сфере экологической культуры почему-то ставит знак равенства между ними и северными алгонкинами.

Итак, система традиционного природопользования северных алгонкинов характеризовалась комплексной структурой, в которой, в силу достаточного разнообразия природных условий и ресурсов тайги, отдельные виды хозяйственной деятельности уравновешивали и при случае дополняли или заменяли друг друга. Тем не менее, можно сделать вывод, что в доколониальный период, а также в эпоху ранних контактов с европейцами охота на сухопутных животных, в особенности на карибу и лося, как правило, преобладала над рыболовством.

§2 Лес или побережье? Номадизм или оседлость?

Лес или побережье?



Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 6 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.