авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 5 | 6 || 8 | 9 |   ...   | 12 |

«TRANSACTIONS OF THE STATE HERMITAGE ТРУДЫ ГОСУДАРСТВЕННОГО ЭРМИТАЖА XL XL THE CULTURE AND ART КУЛЬТУРА И ...»

-- [ Страница 7 ] --

при Дворе состояли 10 арапов, в послед ние годы царствования императрицы А. И. Шарлемань. Рисунок формы придворных арапов. 1856–1857. РГИА штатом было предусмотрено только шесть арапских должностей (РГИА. Ф. 468.

Оп. 43. Д. 273. Л. 35 об.;

Д. 272. Л. 37 об.;

шерстяная шаль длиной более трех метров с причудливым восточным узором. В отдел ОР РНБ. Ф. 855. Шереметевы. Д. 2. Л. 56).

ке костюма широко использовались золотой галун, шнуры из золоченых и шелковых В. Плешков приводит данные о том, что нитей, канитель. В начале XX в. пошив такого костюма (без стоимости аксессуаров – в начале XIX в. обязанности выездных шарфа, шали, чулок и туфель) обходился казне в 463 руб. 49 и коп. (РГИА. Ф. 476. Парадный костюм придворного арапа. ГЭ лакеев и лакеев на выходе выполняли Оп. 1. Д. 2222. Л. 27–39 об.) 20 арапов10. С середины XIX в. по 1880-е гг. по штату полагалось восемь арапов (РГИА.

В состав повседневного костюма входили две куртки – красная (нижняя) и темно-зе Ф. 469. Оп. 9. Д. 113. Л. 62;

ОР РНБ. Ф. 1000. Собрание отдельных поступлений. Оп. 2.

леная (верхняя) – с высоким красным воротником и кистями на полах, широкие красные Д. 672. Л. 66).

брюки навыпуск, кушак, красная суконная шапочка с белым кисейным платком, зеленые В конце XIX в., когда придворнослужительское сословие было фактически упразд кожаные башмаки. Костюм отделывался узким золотым басоном и золоченым шнуром.

нено, вакансии слуг Императорского двора заняли вольнонаемные лица. В «Высочай Траурный костюм, сшитый из черного сукна, состоял из курток-бамбетов (верхней ше утвержденном» в 1891 г. придворном штате состояли четыре «араба»: два старших и нижней), шароваров, черного кашемирового кушака, шапочки с кистью, черного и два младших, и это положение сохранялось вплоть до 1917 г. (РГИА. Ф. 468. Оп. 14.

платка и черных кожаных башмаков. Все предметы обшивались черной шерстяной тесь Д. 1609. Л. 19 а).

мой и шнурами. Верхний бамбет украшали две черные шерстяные кисти;

его подкладку На рубеже XIX–XX столетий арапы оставались привилегированной частью при шили из черного стамеда;

нижний бамбет имел белую коленкоровую подкладку.

дворнослужителей, хотя занимали промежуточное положение между лакеями, скоро Как известно, темнокожие люди выполняли функции служителей во многих стра ходами, камер-казаками и швейцарами и служителями высшей категории, к которым нах Западной Европы. Принято считать, что в России арапы-слуги появились в пет принадлежали камер-фурьеры, гоф-фурьеры, камердинеры и официанты (мундшенки, ровское время, причем их можно было видеть не только при царском и позднее Импе кофешенки, тафельдекеры, кондитеры и метрдотели). Вакансии «арабов Высочайшего раторском дворе, но и при великокняжеских, княжеских и вельможных дворах и даже двора» всегда были заняты.

у частных лиц.

230 «АРАБЫ ВЫСОЧАЙШЕГО ДВОРА» НА СЛУЖБЕ У РОССИЙСКИХ ИМПЕРАТОРОВ… Н. И. ТАРАСОВА Должность «араба» была придворнослужительской должностью «подвижного соста- В продолжение более чем двух столетий существования в России должности арапов ва» – придворный «араб» всегда обязан был следовать («передвигаться») за Высочай- при Высочайшем дворе произошла смена их функций: к середине XIX в. они перестали шим двором. Годовые выплаты «старшему арабу» составляли в начале XX в. 800 руб. использоваться в качестве комнатных лакеев и лакеев на выезде. Как лакеи на выходе (400 руб. – жалованье, 400 руб. – столовых), «младшему арабу» – 600 руб. (соответствен- арапы принимали участие в торжественном въезде императора в Москву перед корона но по 300 руб. жалованья и столовых) (РГИА. Ф. 476. Оп. 1. Д. 2021. Л. 46 об., 47). Всем цией. В грандиозном шествии им отводилось место «по два в ряд, в парадной ливрее, им бесплатно предоставлялись казенные квартиры;

к каждому празднику Рождества пешком» после придворных лакеев, камер-лакеев и скороходов11 (РГИА. Ф. 473. Оп. 3.

Христова и Пасхи они получали добавочные деньги: «старшие арабы» – по 66 руб. Д. 292. Л. 1 об.).

67 коп., «младшие» – по 50 руб. (РГИА. Ф. 476. Оп. 1. Д. 2021. Л. 57). А если к этому Во дворцах арапы исполняли роли главным образом «придверного служителя» во присовокупить обеспечение одеждой, возможность получения значительной ссуды или внутренних залах, близких к жилым покоям императорской фамилии.

накопления средств в системе так называемого «придворнослужительского капитала», Местами постоянного дежурства «арабов» в Зимнем дворце были в первую очередь возможность получения в случае необходимости отпуска с сохранением жалованья Арапский зал и расположенные рядом с ним Ротонда и Малахитовый зал. В этих поме и бесплатного лечения в придворном госпитале, наконец, возможность чуть ли не каж- щениях арапы стояли при дверях и могли также провожать дипломатов или иных вы дый день видеть «сильных мира сего» – становится понятной притягательность службы сокопоставленных лиц к кабинету его величества12. Устанавливалась очередность дежур в качестве «арабов Высочайшего двора». ства (вполне возможно, один «старший араб» и один «младший») через две недели;

за Их обязанности проследить достаточно сложно. По крайней мере, обнаружить выполнением графика следили гоф-фурьеры. В случае необходимости к исполнению «должностные инструкции» придворных «арабов» в документах конца XIX – начала обязанностей могли привлекаться все штатные арапы.

XX в. пока не удалось. Отдельные архивные документы, мемуаристика и изобрази- Функции слуг при дверях арапы выполняли и в других помещениях главной им тельные материалы позволяют в общих чертах определить круг обязанностей темно- ператорской резиденции, а также в других царских дворцах, если там находились их кожих слуг при Российском дворе следующим образом. величества. «На больших собраниях в императорских дворцах до того как распахивались Торжественный въезд в Москву. Лист из Коронационного альбома Александра III.

К. А. Ухтомский. Арапский зал, или Большая столовая Зимнего дворца. 1861. ГЭ Фрагмент. 1883. ГЭ 232 «АРАБЫ ВЫСОЧАЙШЕГО ДВОРА» НА СЛУЖБЕ У РОССИЙСКИХ ИМПЕРАТОРОВ… Н. И. ТАРАСОВА двери перед Их Величествами и кортежом всегда были заметны две огромные чер ные ладони (вряд ли это было возможно – во время подобных церемоний все слуги надевали белые перчатки. – Н. Т.) на дверных ручках, готовые мгновенно открыть двери…» – вспоминал посланник США в России Эндрю Диксон Уайт13. Арапы не пременно дежурили у дверей при встрече первых лиц государств, высокопоставлен ных иностранных особ и послов в Зимнем дворце либо командировались в Петергоф и Царское Село для подобных дворцовых церемоний (РГИА. Ф. 476. Оп. 1. Д. 371.

Л. 15, 15 об.).

Особое место в церемониальной жизни Двора занимал Малахитовый зал. Во время торжественных высочайших выходов из внутренних апартаментов в Большой собор Зимнего дворца арапы стояли у дверей, ведущих из Малахитового зала в Концертный.

«За полчаса до назначенного времени члены императорской фамилии собираются… в Малахитовом зале, доступ в который имеют только высочайшие особы. Придворные арапы в парадных костюмах охраняют вход в этот зал»14.

Не менее эффектно смотрелись арапы и во время придворных балов. «Оркестр игра ет полонез. Церемониймейстеры трижды ударяют своими жезлами. Арапы раскрывают двери Малахитового зала, и все склоняются…» – вспоминал о начале бала А. А. Мосо лов15. «Арабы» ставили и «последнюю точку» в торжественных церемониях, закрывая золоченые двери Малахитового зала и замирая в почтительном молчании.

К обязанностям слуг при дверях у арапов добавлялись обязанности официантов на коронационных обедах в Грановитой палате Московского Кремля, когда арапы разно сили высоким гостям напитки на золоченых подносах16. Присутствие арапов в этом Обед в Грановитой палате Московского Кремля.

случае диктовалось не «производственной» необходимостью, а стремлением привнести Лист из Коронационного альбома Александра II. Фрагмент. 1856. ГЭ яркий, экзотический элемент в торжественные церемонии. Арапы прислуживали за сто лом также во время больших придворных обедов в императорских дворцах, устраивав Удалось установить, что обладателями заветной придворнослужительской должно шихся в честь коронованных особ или глав иностранных государств17.

сти «араб Высочайшего двора» в разные годы в конце XIX – начале XX в. были девять Впрочем, был в этой размеренной, подчиненной строгому ритму придворной жиз человек: Иосиф Абдулла, Ассан Ассанагеньюх, Константин и Николай Апти, Борис ни особый период, когда арапы становились участниками важного и пока еще не до Бадаса, Джеймс Геркюлес, Михаил Маляко, Георгий и Сергей Мариа. Все они были конца осмысленного церемониала. Гофмаршальская часть занималась устройством подданными Российской империи и исповедовали христианство. Чтобы получить раз рождественских праздников при Высочайшем дворе. Украшения для елок к праздникам решение для принятия присяги на подданство России, иностранные граждане, служив покупали в Санкт-Петербурге и частично выписывали из-за границы. А вот подарки, шие «по Министерству Императорского двора», должны были представить ходатайство «жалуемые на елку», приобретали «по непосредственному указанию Их Императорских министру Двора и приложить следующие документы: «а.) метрические свидетельства Величеств состоящими при Их Величествах арабами» (РГИА. Ф. 476. Оп. 1. Д. 100.

или формулярные о службе списки;

б.) свидетельства об отбытии на родине воинской Л. 16 об.).

повинности;

в.) увольнительные из прежнего подданства свидетельства и г.) виды на Сделав соответствующие покупки, «арабы» представляли счета в Гофмаршальскую жительство» (РГИА. Ф. 476. Оп. 1. Д. 36. Л. 1).

часть, откуда финансовые документы передавали для оплаты в Кабинет Его Величества.

В фондах Российского государственного исторического архива в ходе поисков ин Возможно, рождественская «миссия» придворных арапов была связана с евангельским формации о придворных служителях были обнаружены не только все девять послужных сюжетом о дарах волхвов, один из которых в западноевропейской традиции, начиная списков «арабов Высочайшего двора», но и пять их фотографий. Фотографические ви с эпохи Великих географических открытий, олицетворял собой представителей черной зитные карточки размерами примерно 9 6 см со штемпелем охраны Зимнего дворца расы или одну из частей света – Африку18.

придворнослужители обязаны были иметь при себе, находясь на дежурстве. Потеря кар Как складывалась жизнь темнокожих слуг в столице Российской империи? Ответить точки влекла за собой денежный штраф в размере 5 руб. (РГИА. Ф. 476. Оп. 1. Д. 298.

на этот вопрос помогли архивные документы, но, в первую очередь, ливрейные платья Л. 16, 16 об.).

арапов, поскольку работники ливрейной кладовой надписывали химическим каранда Старший из перечисленных выше арапов – Иосиф Сергеевич Абдулла, родивший шом фиолетового или синего цвета на подкладках одежды фамилии носивших ее при ся в Абиссинии 4 апреля 1838 г. и 18-летним юношей (21 января 1856 г.) принявший дворнослужителей.

234 «АРАБЫ ВЫСОЧАЙШЕГО ДВОРА» НА СЛУЖБЕ У РОССИЙСКИХ ИМПЕРАТОРОВ… Н. И. ТАРАСОВА присягу на верность России. За месяц до принятия российского подданства он был определен на службу ко Двору «младшим арабом». Через 10 лет Иосиф получил долж ность «старшего араба». За свою долгую жизнь при Дворе (И. Абдулла умер 25 июня 1904 г.) он принимал участие в коронации императоров Александра III и Николая II.

Его послужной список изобилует перечислением многочисленных российских и ино странных наград, которых он удостоился в связи с разными событиями. Для «принятия и ношения» награды необходимо было получить «Высочайшее соизволение», о чем из давался специальный приказ по Гофмаршальской части. Главные награды И. Абдул лы, непосредственно связанные со службой, – серебряная медаль «За усердие» (1893), предназначенная для ношения на ленте ордена Св. Станислава, и золотая медаль «За усердие» (1902) для ношения на ленте ордена Св. Анны (РГИА. Ф. 476. Оп. 1. Д. 141.

Л. 18 об., 19;

Д. 2077. Л. 13–13 об.;

Д. 2088. Л. 119 об., 120).

Как известно, медаль «За усердие» была учреждена в 1801 г. Первоначально этой наградой отмечали «купцов, крестьян и мещан за крупные пожертвования в казну и раз личные услуги, оказанные правительству»19. Впоследствии золотыми и серебряными ме далями «За усердие» для ношения на груди и на шее на орденских лентах стали награж дать представителей нижних чинов армии и флота, казачьих войск, конвойной стражи, полиции, пожарных команд, гражданских лиц, в том числе и женщин, всех ведомств за особо усердную службу20.

Были в среде придворных арапов и свои семейные династии: Апти и Мариа. Кон- Старый Придворнослужительский дом. Фото автора. стантин Евгеньевич Апти родился 18 августа 1859 г.

в городе Смирна в Малой Азии и ко времени поступления его на службу очередную провинность на 20 руб., в 1901 г. потерял свою фотокарточку со штемпелем «арабом» двора его высочества принца охраны Зимнего дворца, в 1910 г. устроил драку с арапом Б. Бадаса во время дежурства А. П. Ольденбургского в 1882 г. он уже был и вновь был наказан сокращением денежного содержания. Тем не менее его не уволили, русским подданным православного веро- он принимал участие в коронационных торжествах в 1896 г., в праздновании 100-летия исповедания, по социальному положению Отечественной войны и 300-летия Дома Романовых. Высокопоставленные иностран числился «санкт-петербургским мещани- ные гости жаловали рослого (судя по его сохранившейся одежде), красивого Констан ном». С 1890 по 1917 г. К. Апти служил тина Апти своими наградами. Это были не только денежные суммы, распределявшиеся при Высочайшем дворе. Вместе с женой между придворнослужителями, откомандированными для встречи и приема гостя, но Евгенией Михайловной и четырьмя детьми и ордена, медали, знаки. К. Е. Апти имел награды Болгарии, Сербии, Германии, Фран (еще трое детей умерли в младенчестве) ции, Сиама, Бухары. В 1910 г. он получил звание личного почетного гражданина.

занимал казенную квартиру № 61 в так на- Во время Первой мировой войны помогал императрице Александре Федоровне в ра зываемом Прачечном доме на Сергиевской боте по пополнению складов медикаментами и медицинским оборудованием, за что улице (современный адрес – ул. Чайков- был удостоен знака «Склада Ея Императорского Величества». Золотой «Знак для лиц, ского, д. 2/7, во дворе). Видимо, квартира принимавших деятельное участие в работах складов Ее Императорского Величества была достаточно просторной, посколь- в Санкт-Петербурге, Петергофе и Харбине;

а также в лазаретах и военно-санитарных ку с разрешения Гофмаршальской части поездах имени Его Императорского высочества Наследника Цесаревича Алексея Ни К. Е. Апти «принимал на жительство» свое- колаевича» был утвержден 23 апреля 1906 г.21 В январе 1918 г. К. Е. Апти был «уволен го брата «турецкого подданного Магомет- от службы в связи с упразднением Гофмаршальской части», и приказом Народного Хаджи Табибъ Оглу» (РГИА. Ф. 476. Оп. 1. комиссариата имуществ Республики ему было назначено постоянное годовое пособие Д. 481. Л. 21). в размере 266 руб. 67 коп. (РГИА. Ф. 476. Оп. 1. Д. 2080. Л. 121 об., 122, 126 об., 127;

Особой дисциплинированностью Апти- Д. 2084. Л. 133 об.–135). Больше о нем пока ничего не известно.

старший не отличался: в 1895 г. возвра- Еще меньше сведений о его сыне Николае, родившемся 11 мая 1892 г. Как следует тился с опозданием из отпуска, в 1896 г. из документа, Апти-младший был воспринят при крещении от купели «Именем Ея приказом гофмаршала был оштрафован за Величества Государыни Императрицы Марии Федоровны», о чем Гофмаршальская К. Е. Апти. Фото начала XX в. РГИА 236 «АРАБЫ ВЫСОЧАЙШЕГО ДВОРА» НА СЛУЖБЕ У РОССИЙСКИХ ИМПЕРАТОРОВ… Н. И. ТАРАСОВА часть объявила счастливому отцу. (Следует отметить, что не только арапы, но и другие придворнослужители довольно часто обращались с просьбами получить разрешение воспринять от купели новорожденного именем императора или императрицы.) 6 декаб ря 1911 г. Николай поступил служить «младшим арабом», но уже через два года «уво лен от службы для отбывания воинской повинности» (РГИА. Ф. 476. Оп. 1. Д. 2084.

Л. 139 об., 140).

Отец и сын Мариа – представители еще одной «арабской» придворнослужитель ской семьи. Мариа-старший – Жорж, или Георгий Николаевич, родился 25 декабря 1858 г. Как значится в документе, он был «португальский подданный (негр). Уроженец мыса Зеленого Острова. Православного исповедания» (РГИА. Ф. 476. Оп. 1. Д. 2078.

Л. 81 об.). В возрасте 20 лет он прибыл в Россию и поступил на службу к Высочайше му двору. Георгий Мариа – участник коронационных торжеств в Москве по случаю вступления на престол Александра III и Николая II. В его послужном списке указаны многочисленные награды: медаль в память коронования Александра III (1884), сереб ряная медаль «За усердие» на ленте ордена Св. Станислава, серебряная медаль в память Александра III, медаль в память коронования Николая II, болгарская серебряная ме даль с короной (1896), медали Германии, Франции, Сиама (1898), болгарский орден Св. Александра VI степени (1900), серебряная медаль «За усердие» на ленте ордена Св. Анны, итальянская серебряная медаль (1903), Бухарская серебряная медаль (1908), Знак Склада Ее Величества Государыни Императрицы Александры Федоровны.

В 1910 г. Мариа получил звание потомственного почетного гражданина. Вместе со своим семейством – женой Екатериной Семеновной и девятью детьми – Георгий Ма Новый Придворнослужительский дом. Фото автора. риа жил в новом Придворнослужительском доме на Сергиевской улице (ныне ул. Чай ковского, 2/7). С разрешения Гофмаршальской части в квартире проживала и теща Мариа – Елизавета Лапшина. Умер Георгий Николаевич в 1912 г. Семья продолжала жить в казенной квартире. Из сумм кабинета Его Величества вдове Екатерине Мариа было назначено постоянное годовое пособие в 200 руб. и еще 200 руб. на содержа ние детей до достижения ими двадцатилетнего возраста (РГИА. Ф. 476. Оп. 1. Д. 2080.

Л. 120 об., 121;

Д. 2084, Л. 131 об., 132;

Д. 481. Л. 63 об., 79 об., 145 об.).

Детей к тому времени оставалось в живых лишь четверо, среди них – Сергей Геор гиевич Мариа, 1893 года рождения, с 1913 г. – «младший араб Высочайшего Двора».

В июле 1917-го Сергея освободили от службы, и дальнейшая его судьба неизвестна (РГИА. Ф. 476. Оп. 1. Д. 2084. Л. 140 об., 141).

Несколько больше известно о некогда подданном Великобритании «арабе» Джеймсе Дериковиче Геркюлесе, родившемся 30 января 1867 г. На службе при Российском им ператорском дворе находился с 1891 г., принимал участие в коронационных торжествах 1896 г. и во многих других придворных церемониях. Видимо, его имел в виду послан ник США в России Эндрю Диксон Уайт, когда рассказывал о церемонии бракосоче тания великой княжны Ксении Александровны и великого князя Александра Михай ловича летом 1894 г. в Большом Петергофском дворце. Оказавшемуся в гуще толпы посланнику предложил выбраться «нубиец», как его именовал Уайт. «По своему выго вору он, несомненно, был одним из моих соотечественников, и, несмотря на некоторое изумление от этого открытия, я машинально принял его приглашение, после чего он открыл дверь, позволил нам протиснуться и удержал толпу»22. Д. Геркюлес прослужил С. Г. Мариа. Фото начала XX в. РГИА при Дворе 19 лет, своей семьи так и не создал, проживал в отделении для холостых Г. Н. Мариа. Фото начала XX в. РГИА 238 «АРАБЫ ВЫСОЧАЙШЕГО ДВОРА» НА СЛУЖБЕ У РОССИЙСКИХ ИМПЕРАТОРОВ… Н. И. ТАРАСОВА в новом придворнослужительском доме. Заслуживает внимания тот факт, что трижды он «увольнялся в отпуск за границу» (сроком от полутора до шести месяцев) и каждый раз с сохранением причитающегося жалования (РГИА. Ф. 476. Оп. 1. Д. 2077. Л. 45 об.;

Д. 2084. Л. 135 об., 136).

К сожалению, достаточно сложно выяснить, каким образом вышеупомянутые «ара бы» появились в России, и кто содействовал их поступлению на службу Высочайшему двору (не считая, разумеется, сыновей арапов). Лишь о трех темнокожих слугах можно говорить точно, опираясь на архивные документы.

1 декабря 1897 г. на службу ко Двору Николая II поступают два молодых абиссин ца – Шанколь Бадаса и Улямо Маляко. Оба они – уроженцы юго-западной Абиссинии (Бадаса из племени шанколя, Маляко – из племени улямо). В 1897 г. все вакансии «ара бов Высочайшего двора» были заняты, однако Управлению Гофмаршальской части было «Высочайше повелено зачислить (их) на службу… Арабами младшего разряда»

(РГИА. Ф. 468. Оп. 14. Д. 1609. Л. 24, 25) сверх штата.

В конце XIX в. между Россией и Эфиопией установились тесные отношения. Во первых, Россия не участвовала в колониальном разделе Африки и даже потенциально не представляла угрозы для Эфиопии. Во-вторых, большую роль в сближении двух стран играли духовные связи, поскольку «эфиопское христианство (монофизитского толка. – Н. Т.) было окружено в России почти что легендой и рассматривалось как Б. Бадаса. Фото начала XX в. РГИА М. Маляко. Фото начала XX в. РГИА вероисповедание, очень близкое к православию»23. Интерес к эфиопским вопросам в то время проявляли российская наука и публицистика, много сделали для сближе Через четыре года Негус Менелик прислал в подарок Николаю II львов (РГИА.

ния обеих стран и русские путешественники. В 1890 г. Россия отказалась признать Ф. 468. Оп. 14. Д. 1609. Л. 25), которых сопровождал Ассан Ассанагеньюх, происхо протекторат Италии над Эфиопией. Дружественная позиция России во время итало дивший из Галасской провинции Иолло (Уолло), из города Десси. 1 июля 1901 г. его абиссинской войны 1894–1896 гг. вызвала ответную благодарность в адрес русского зачислили на службу «младшим арабом» сверх штата. Изначально магометанин по ве правительства, прежде всего со стороны Негуса Менелика II. В 1896 г. в одном из роисповеданию, он принял в 1902 г. православие, получил имя Александр Михайлович, посланий министру иностранных дел А. Б. Лобанову-Ростовскому он писал: «Бог да обитал в казенном доме по Сергиевской улице и уволился со службы в 1910 г. (РГИА.

пребудет с вами за то сочувствие, которое вы проявили к Эфиопии. Эфиопский на Ф. 476. Оп. 1. Д. 2080. Л. 125 об., 126;

Д. 2084. Л. 138 об., 139).

род никогда не забудет этого великого доброжелательства» и далее: «Я посылаю од Трагически сложилась судьба Михаила Маляко. Он часто болел и, несмотря на все ного слона из сада царя царей на память русскому народу от африканских христиан.

старания врачей Дворцового госпиталя, умер в начале 1902 г., прожив в России чуть Я прошу вашу великую страну принять этот маленький дар с радостью»24. В 1897 г.

больше четырех лет. Перед смертью он составил духовное завещание, согласно кото между Россией и Эфиопией были установлены официальные дипломатические от рому все имущество Михаила переходило Борису Бадаса (РГИА. Ф. 468. Оп. 14. Д. 1609.

ношения. И еще много раз Негус будет выражать свою признательность России осо Л. 173, 174;

Ф. 476. Оп. 1. Д. 2088. Л. 124 об., 125).

бенным образом, присылая в качестве подарков породистых скакунов и экзотических Борис Георгиевич Бадаса (родился 6 апреля 1876 г.) служил при Дворе вплоть до упразд животных25.

нения Гофмаршальской части революционными властями. В его биографии – участие Бадаса и Маляко прибыли в Россию вместе с секретарем Менелика II Ато-Иосифом в торжествах 1912 и 1913 гг., в церемониях и праздниках в Зимнем дворце и других импе и сопровождавшим его начальником Африканской экспедиции Императорского гео раторских резиденциях. В послужном списке зафиксированы всевозможные награды:

графического общества Н. С. Леонтьевым летом 1897 г. Из Одессы гости последовали французская серебряная медаль (1903), серебряная медаль «За усердие» для ношения на в Санкт-Петербург, где Ато-Иосиф и Леонтьев были размещены в гостинице «Фран шее на ленте ордена Св. Станислава (1908), эфиопская золотая медаль (1909), медали ция». Вскоре в столицу прибыли и присланные в подарок Негусом «5 чистокровных в память Отечественной войны 1812 г. (1912) и в честь 300-летия Дома Романовых (1913), местной породы лошадей в сопровождении 2-х абиссинцев и 2-х русских конюхов, золотая медаль «За усердие» для ношения на груди на ленте ордена Св. Анны (1914) которые были помещены… до возвращения Высочайшего Двора из путешествия в зда (РГИА. Ф. 476. Оп. 1. Д. 2080. Л. 123 об., 124;

д. 2084. Л. 137 об., 138). В том же списке ниях Придворной Конюшенной части» (РГИА. Ф. 476. Оп. 1. Д. 162. Л. 12 об., 41).

сухо отмечены недели и месяцы болезней, отпуск на родину в 1909 г. «по домашним 17 ноября Ато-Иосиф представился императору в Александровском дворце, а две не обстоятельствам» на срок 10 месяцев с сохранением положенного содержания, а также дели спустя «двух абиссинцев… пожелавших остаться в России», зачислили на службу зафиксированы серьезные нарушения дисциплины с наложением денежного штрафа.

(РГИА. Ф. 476. Оп. 1. Д. 162. Л. 41).

240 «АРАБЫ ВЫСОЧАЙШЕГО ДВОРА» НА СЛУЖБЕ У РОССИЙСКИХ ИМПЕРАТОРОВ… Н. И. ТАРАСОВА …Погибла великая империя, ушли в небытие придворные арапы. Однако память об этих необычных придворнослужителях по-прежнему живет в названии одного из парадных залов Зимнего дворца – Арапский.

Палеолог М. Царская Россия накануне рево- Плешков В. Указ. соч. С. 46.

1 люции. М., 1991. С. 146. Description du sacre et du couronnement Мосолов А. А. При дворе последнего импера de Leurs Majestes Imperiales LEmpereur de тора. Записки начальника Канцелярии Ми- toutes les Russies Alexandre III et LImperatrice нистра Двора. СПб., 1992. С. 197. Marie Feodorovna en lannee 1883. SPb., 1883.

Палеолог М. Указ. соч. С. 126.

Ил. между С. 6 и 7.

В современном русском языке, как и в источ Палеолог М. Указ. соч. С. 345.

никах XVIII в., этих слуг принято называть Плешков В. Указ. соч. С. 49.

арапами. Поэтому слово «араб» мы заключа- Мосолов А. А. Указ. соч. С. 193.

ем в кавычки как термин, заимствованный из Там же. С. 200.

архивных документов Придворной Конто- Description du sacre et du couronnement de ры и Гофмаршальской части Министерства Leurs Majestes, Imperiales L’Empereur Ale Императорского двора середины XIX – на- xandre II et L’Imperatrice Marie Alexand чала XX в. rovna / Dess.: Monigetti, Zichy, Bagantz et al.

Гнамманку Д. Абрам Ганнибал. Черный пре St. Peterbourg: Impr. De l, Acad. Impr. des док Пушкина. М., 1999;

Плешков В. Черно Sciences, 1856. С. 70, 71.

телый человек жарких стран. Американские Всемирная иллюстрация. 1897. Т. LVII. № 18.

негры при Дворе российских императоров // С. 410.

Родина, 2003. № 3. Blakely A. Russia and the Новый Завет. Евангелие от Матфея. Матф. 2, Negro. Blacks in Russian History and Thought.

12;

Аверинцев С. С. Волхвы // Мифы народов Washington. 1986;

Curtiss M. Some Ameri Арапский зал Зимнего дворца. 2005 мира: В 2-х т. М., 1980. Т. 1. С. 243–245.

can Negroes in Russia in the 19-th Century // Петерс Д. И. Наградные медали России XIX – The Massachusetts Review. 1968, Spring. Vol. 9.

начала XX веков: Кат. М., 1989. С. 18.

Не слишком ли высоко в конце XIX – начале XX в. ценили при Российском импера- N 2;

Saul N. E. Distant Friends. The Unated Там же. С. 19–23.

торском дворе темнокожих слуг? Скорее всего, эта оценка была адекватной, ведь арапы States and Russia. 1763–1867. Lawrence (Ka).

Патрикеев С. Б., Бойнович А. Д. Наградные 1991.

играли далеко не последнюю роль в формировании имиджа блестящего, благополуч знаки России. М.;

СПб., 1995. С. 171.

Общий архив Министерства Императорско ного, сильного своими традициями Двора.

Плешков В. Указ. соч. С. 49.

го двора. Описание дел и бумаг. Высочай Как видим, не все «российские» арапы были выходцами из Африки и не все афри- Бартницкий А., Мантель-Нечко И. История шие повеления по придворному ведомству.

канцы обязательно происходили из Эфиопии, хотя традиция относила арапов именно Эфиопии. М., 1976. С. 380.

1723–1730. СПб., 1886. С. 45.

к этой стране. При наличии вакантных мест в штате придворнослужителей в конце Проблемы востоковедения. 1960. № 1. С. 151.

Там же. С. 88, 91.

XIX – начале XX в. «в арапы нанимались» и подданные европейских государств. Барановский А. Бледнокирпичные болотные Там же. С. 97.

Думается, что большинство вышеупомянутых «арабов» сумели адаптироваться к су- слоны Петербурга // Лев. 2005. № 1.

Эти сведения автору любезно предоставила историк О. Г. Агеева (ИРИ РАН, Москва). Палеолог М. Указ. соч. С. 345.

ровым для южан природно-климатическим условиям, сумели в какой-то степени вос принять национальные особенности российской жизни, и Россия стала для них второй родиной – об этом свидетельствуют сроки их службы, их русские жены и многочислен ное потомство. Следует заметить, что придворные арапы умели не только говорить, но и писать по-русски (хотя пока неясно, в какой степени, и кто их обучал). В финансовых и наградных документах Гофмаршальской части лишь Джеймс Геркюлес (среди тех, о ком речь шла выше) не подписывался по-русски (РГИА. Ф. 476. Оп. 1. Д. 76. Л. 130 об.).

Положение арапов в иерархии придворнослужителей было достаточно прочным, они бравировали этим и совершали проступки, за которые иные слуги были бы немедленно уволены. Но стоило арапам оказаться после событий 1917 г. вне службы при Дворе, как они приобрели, по словам наблюдательного М. Палеолога, «жалкий вид»26.

ЗОЛОТОШВЕЙНЫЕ ПЛАТКИ И КОСЫНКИ...

платки и косынки. Особое значение принадлежит изданиям, содержащим публикации предметов изобразительного искусства, в первую очередь портретов. Живописные и гравированные портреты, а также фотографии позволяют более точно определить место бытования платков и косынок, а также датировать исследуемый материал. Несом ненную ценность представляет знакомство с фондами краеведческих, художественных и историко-архитектурных музеев, обладающих коллекциями золотошвейных изделий региона. Перечисленные источники позволили с большей или меньшей точностью атрибутировать материалы, составляющие коллекцию золотошвейных платков и косы Е. Ю. Моисеенко нок Отдела истории русской культуры.

Описания и изображения женщин с золотошвейными платками и косынками позволяют убедиться, что использовались платки как в городской среде – в купеческих ЗОЛОТОШВЕЙНЫЕ ПЛАТКИ И КОСЫНКИ семьях, среди мещанских слоев, так и в обиходе крестьянства. Исследователи упоми В СОБРАНИИ ОТДЕЛА ИСТОРИИ РУССКОЙ КУЛЬТУРЫ нают ряд губерний, где были особенно популярны золотошвейные головные уборы и платки. Среди них следует указать Москву и Подмосковье, а также Ярославскую, Кост ромскую, Нижегородскую, Тверскую и Олонецкую губернии. Достаточно упомянуть Золотошвейные платки и косынки относятся к тем эффектным и богатым головным Всероссийскую кустарную выставку 1902 г., организованную в Петербурге, на которой уборам, которые сопутствовали в праздничные дни женским и девичьим народным были представлены золотошвейные изделия из Владимирской, Московской, Пермской, русским костюмам. Первоначально они покрывали кокошники, повойники, сборники, Тульской, Костромской, Тамбовской, Казанской губерний. Немалое количество наград а позднее ими стали заменять головные уборы. Самые значительные собрания этих из получили изделия школы рукоделия, которой руководила М. А. Львова (Московская делий сосредоточены в центральных музеях Москвы и Санкт-Петербурга (ГИМ, ГРМ, губерния, Клинский уезд), где помимо других типов вышивок выполняли и шитье зо РЭМ и др.), а также в ряде фондов областных музеев таких городов, как Нижний Нов лотной и серебряной нитями1.

город, Тверь, Архангельск, Каргополь и др. Наиболее крупные коллекции насчитывают Широкое распространение золотошвейных платков во второй половине ХIХ сто сотни экземпляров. Основная их масса была выполнена во второй половине ХIХ в., но летия объясняется развитием ремесленного производства в этот период. Подъем раз значительное количество относится к первой половине XIX в. Только отдельные экзем личного профиля промыслов после отмены крепостного права отмечался многими пляры можно датировать второй половиной ХVIII столетия.

исследователями. Немалую роль в ХIХ в. сыграли развитие торговли в Поволжье и все Несмотря на неоднократное обращение представителей этнографической науки увеличивающее количество ярмарок. «Ярмарка была не только местом торговли, но и искусствоведов к золотошвейному искусству, платки и косынки с отделкой метал и школой мастеров нижегородского народного искусства», – отмечал один из иссле лической нитью не вызывали особого интереса. Исследователи только приступили дователей народных промыслов Д. В. Прокопьев2. Это относилось и к золотошвей к выявлению специфики изделий разных регионов и определению центров их производ ному искусству, произведения которого пользовались большим спросом у населения ства. Некоторые данные о платках и косынках были получены при исследовании рус Поволжья. Немалое значение имело появление в России фабрик, выпускавших различ ской вышивки из фондов различных музеев. О приемах выполнения изделий с золотым ные сорта нити для золотошвейных работ. Отечественное производство такого товара шитьем в одном из наиболее значительных центров, Торжке Тверской губернии, извест появилось еще в ХVIII в. В ХIХ в. работало уже несколько больших предприятий, спе но по работам С. А. Давыдовой, Н. Л. Шабельской, Е. Половцевой. Обращалась к это циализировавшихся на изготовлении пряденой нити, канители, проволоки, грани, пла му материалу искусствовед Н. Т. Климова, труды которой были посвящены искусству щенки, пряденой мишуры (медной посеребренной или позолоченной нити), трунцала вышивки Нижегородской губернии. Упоминались золотошвейные платки и косынки и пр. В Москве особой известностью пользовались предприятия «Московский дом»

и в работах Г. С. Масловой, а также некоторых других исследователей, занимавших В. С. Алексеева, фабрика Вишняковых, И. Е. Сытова, П. Л. Рыбина;

в Петербурге ра ся разработкой орнаментики русской вышивки. Но перечисленные авторы дают не ботало заведение Шнейдера и Вульфа, неоднократно получавших похвалу и медали за полные сведения о местах производства и особенностях изделий различных регионов.

образцы своего производства3.

Таким образом, для атрибуции интересующего нас материала мы обратились к источ Следует отметить, что использование традиционного народного костюма в значи никам разного плана. Среди письменных – воспоминания, записки, а также дневнико тельной мере зависело от количества старообрядцев, проживавших в том или ином вые записи сотрудников музеев в период экспедиционной работы по сбору материалов регионе Европейской России, на Урале и в Сибири. Придерживаясь старых традиций, у населения. Использовались также статистические сведения, содержащие данные о раз женщины старообрядческих семей переходили к новым городским покроям костюма витии промыслов и ремесел, обзоры кустарных и промышленных выставок, докумен и головным уборам довольно медленно. Во второй половине XIX в. женские головные тальные материалы из архивов, в том числе архива Российского географического об уборы, которые ранее дополнялись платками и фатой, нередко заменялись ими. Потреб щества и Областного архива Нижегородской области. Привлекались также публикации ность определенных слоев населения в богатых золотошвейных уборах, продиктованная музейных собраний, в которых воспроизводились или упоминались золотошвейные 244 ЗОЛОТОШВЕЙНЫЕ ПЛАТКИ И КОСЫНКИ...

Е. Ю. МОИСЕЕНКО укладом их жизни и быта, и наличие навыков художественного вышивального мастер ства у населения служили стимулом для развития золотошвейного искусства в некото рых губерниях.

Место производства золотошвейных платков и косынок в немалой степени опре деляется районом их бытования. В ХIХ столетии, когда золотошвейное мастерство превращалось в промысел, им занимались во многих селах, в городских мастерских, а также в монастырях. Золотым шитьем славились мастерицы-золотошвеи в крупных промышленных центрах Поволжья, северных и северо-западных губерниях Европей ской России, на Урале и в Сибири. Особое значение в то время приобретали монастыр ские мастерские, выполнявшие, помимо предметов украшения и одежд представителей православного культа, немалое количество золотошвейных отделок на костюмах, голов ных уборах, платках светского назначения. Но следует отметить, что к рубежу ХIХ– ХХ вв. золотошвейные вышивки на предметах народного русского костюма постепен но выходили из обихода.

В Отделе истории русской культуры Государственного Эрмитажа хранится одна из наиболее значительных коллекций русских золотошвейных платков и косынок, насчитывающая 90 образцов. Ранее научная обработка коллекции не проводилась, и настоящий обзор является первой попыткой определить особенности изделий, мес то их бытования и выполнения. Художественное своеобразие вышивок, орнаментика, приемы работы, используемые материалы позволяют выявить несколько групп изделий со сходными особенностями и отнести их к разным регионам, известным своим золо тошвейным мастерством. В эрмитажной коллекции наибольшее количество изделий происходит из центрального региона, в частности из Нижегородской губернии. Четыр надцать платков, в основном из экспедиционных поступлений, относятся к изделиям каргопольских мастериц. Несколько образцов можно отнести к району Торопца.

К наиболее ранним изделиям относятся семь платков, имеющих немало общего Ил. 1. Платок. Торопец. Рубеж XVIII–XIX вв. Инв. № ЭРТ- в своем художественном облике. Пяти экземплярам из этой группы свойственны вы рисунки вышивки полностью не повторяются. Только на двух, из сиреневого шелка, сокое качество шитья, а украшающая их вышивка из растительных мотивов включает имеющих к тому же и одинаковые размеры, орнаменты аналогичны, что позволяет узоры, характерные для тканых орнаментов ХVIII столетия (инв. № ЭРТ-6146, 14800, предполагать происхождение изделий из одной мастерской (инв. № ЭРТ-14800, 18233).

14801, 18223, 11731;

ил. 1). Последнее обстоятельство позволяет отнести эти платки Один из четырех экземпляров, выполненный из светло-коричневого шелка, несколько к изделиям рубежа ХVIII–ХIХ вв. Платки выполнены из тонкой шелковой ткани или отличается от трех остальных большей простотой орнамента и тем, что вместо вазона кисеи, в обшивку некоторых из них включен атлас. Кроме белого цвета, встречаются си здесь вышит букет цветов. Фон заполнен мелкими веточками трилистника.

реневый, светло-коричневый. Все изделия объединяют набор нитей и приемы работы.

Пятый образец, из красно-коричневого шелка, во многом подобен другим четырем Помимо бити и пряденой нити в орнаменте встречаются и сканые – крученные из двух по расположению орнамента и приемам выполнения. Но растительные мотивы его узо нитей. Включение разных нитей – блестящей бити, более матовой пряденой и скани – ра получили более сложную разработку, а также округлые формы листьев и цветов придают вышитому орнаменту богатый вид. Наряду с приемом работы «в прикреп»

(инв. № ЭРТ-11731). Отличает платок и его бордюр – широкая лента из сетки, харак (шелковой, льняной нитью), использовался также тамбурный шов. Им выполнены стеб терной для тканых платков ХVIII в.

ли и орнамент по краю. В узор включен также прием, подражающий тканым рисункам Два платка из семи выполнены из белой кисейной ткани и шелка. Их отличает более ХVIII столетия, – в виде накладной сетки, закрепленной по краю прикрепами. Следует схематичный, свободный орнамент в виде двух гирлянд цветов, которые завершаются отметить, что каждый платок выполнен только в золотых или серебряных тонах. Узор на углах букетами. Гирлянды скомпонованы из более мелких мотивов цветов различной на всех семи располагается «на угол», он покрывает половину платка, и только проти формы. Фон заполняют мелкие ветки цветов.

воположный конец остается без отделки. У четырех экземпляров узор скомпонован из Учитывая, что на одном из пяти богато орнаментированных платков сохранилась бу крупных растительных мотивов, гирлянд с разнотипными цветами и перистыми листья мажная нашивка с надписью, указывающая место его приобретения, а именно город То ми, на углах – вазоны. По краю располагается ограничивающий композицию бордюр ропец Псковской губернии, можно предположить, что и остальные четыре экземпляра из узкого волнообразного или петельчатого пояска. Несмотря на свою однотипность, 246 ЗОЛОТОШВЕЙНЫЕ ПЛАТКИ И КОСЫНКИ...

Е. Ю. МОИСЕЕНКО относятся к изделиям этой же губернии. Что касается двух платков с менее изысканным своему»7. Там же дана зарисовка художника А. Шохина 1840-х гг. группы торопчанок оформлением, то, как свидетельствуют документы, они были приобретены во время в аналогичных головных уборах. В одном из последних изданий по истории народ экспедиции в Костромскую и Ярославскую губернии, что позволяет предположить вы- ного костюма, подготовленном на материале Российского этнографического музея полнение их в этих губерниях. Н. Н. Сосниной и И. И. Шангиной, представлена фотография молодой женщины из О том, что в районах Верхнего Поволжья носили легкие золотошвейные платки, Пскова в парадном костюме и платке, датированная 1867 г.8 В альбоме «Народное ис или «фаты», неоднократно упоминали очевидцы. Так, историк М. И. Семевский, описы- кусство Российской федерации» подобного типа платок атрибутирован как изделие на вая костюмы женщин и девушек из города Торопца, сообщал, что у девушек «…с венца чала ХIХ в. из Торопца9.

ниспадает на спину белый платок, нередко шелковой, шитый золотом;

чтобы платок Таким образом, обследование платков данного типа позволяет отнести их к издели шире лежал на спине, под него кладется накрахмаленой плат или особая картонная ям Псковской губернии и региона Верхнего Поволжья, выполнявшимся и бытовавшим подкладка, платок подвязан под подбородком узлом»4. Женщины торопчанки, по его в этих местностях с рубежа ХVIII–ХIХ вв.

словам, покрывали платками кокошники, платок клином спускался на спину, и под него Наиболее близкие торопецким платкам, но относящиеся к значительно более позд также подкладывали накрахмаленный платок. О кисейных платках с вышивкой метал- нему времени – это изделия, которые этнографическая наука относит к произведениям лической нитью и битью в городе Торжке Тверской губернии упоминается в Памятной каргопольских золотошвей (ил. 3). Они имеются в коллекциях многих музеев северного книге Тверской губернии 1868 г.5 При описании костюмов ярославских купчих также региона, а также в собраниях крупных музеев Москвы и Петербурга. В фондах Отдела встречаются аналогичные головные уборы: «На голове носят шелковые простые или истории русской культуры насчитывается четырнадцать платков такого типа. Четыре из шитые золотом и серебром платки…»6 (ил. 2). них находились в составе фондов музея до 1940 г., и происхождение их не известно. Де Доказательством использования золотошвейных платков в районах Верхнего Повол- сять получены сотрудниками Эрмитажа во время экспедиции в области Севера в 1964 г.;

жья и в Псковской губернии, где находился Торопец, служат также женские портреты. ранее они находились в одном из храмов Каргополя. Платки однотипные, выполнены Изображения торопчанок в подобных платках, покрывающих псковского типа кокош- из недорогого хлопчатобумажного полотна белого цвета, аналогичны по приемам ра ники, датированные 1820–1840-ми гг., представлены в альбоме «Для памяти потомству боты и нитям. Их художественное оформление – характер орнамента и расположение Ил. 2. Платок. Верхнее Поволжье. XIX в. Инв. № ЭРТ-6140 Ил. 3. Платок. Каргополь. Конец XIX – начало XX в. Инв. № ЭРТ- 248 ЗОЛОТОШВЕЙНЫЕ ПЛАТКИ И КОСЫНКИ...

Е. Ю. МОИСЕЕНКО декора – также имеет много общего. Шитье исполнялось только пряденой нитью Центральной фигурой третьей группы платков является вазон с ручками-завитками и битью, в отдельных случаях оно дополнялось блестками. Как и в торопецких плат- и крупным стилизованным цветком. У этого типа платков встречается наибольшее ко ках, использовались золотные нити и бить, реже – серебряные материалы. Вышивали личество повторяющихся деталей (инв. № ЭРТ-6142, 9365, 14653, 17209). А на трех – типичным для золотошвейных русских изделий приемом «в прикреп» – высоким швом рисунки почти полностью совпадают. На основании этого можно было бы предполо с подкладкой картона и бумаги. Прикрепы выполнялись в большинстве случаев шел- жить выполнение их одной мастерицей. Однако изделия приобретены в разное время ковой нитью «косым рядом», значительно реже встречается шов «денежка» и «городок». и от разных лиц, а по краю их вышито: на одном – год 1873 и инициалы «Ю.Н.К.», на Помимо вышивки гладью в узор включался и тамбурный шов, который не только слу- другом – «…шила Авдотья Гавриловна шна» (Шеина?). Таким образом, несмотря на жил обводкой деталей, но и заполнял внутренние части мотивов. Следует отметить повторение узора, мы не можем быть уверены в работе одной золотошвеи.

и такую особенность, как выполнение каждой детали узора – листьев, цветов – различ- На двух платках – изображение солярного знака в форме круга, т. е. солнца, который ными приемами и нитями аналогично тому, как это производилось мастерицами торо- у местного населения назывался «месяцем» (инв. № ЭРТ-17205 и 17207).

пецких платков. Этот прием значительно обогащал вышивку светотеневыми эффекта- Особым богатством и своеобразием декора отличается один платок (инв. № ЭРТ-17206), ми. Своеобразным украшающим приемом служило и включение в контурную обводку угол которого украшает реалистично переданная ветка цветов, а по борту распола таких деталей, как петельки. гается гирлянда в виде широкой ветви. Орнамент этого изделия аналогичен узорам Помимо единства материалов и приемов работы, характерной особенностью карго- на парчовых платках и отличается большим художественным вкусом и мастерством польских платков являются расположение вышивки, а также повторение композиций исполнения. Можно предположить, что изделие создавалось по заказу состоятельной и отдельных деталей. Вышивка располагалась «на угол», при этом декор покрывал толь- горожанки.

ко один угол и не распространялся на всю половину платка. Основной мотив находился Таким образом, каргопольские платки эрмитажного собрания обладают рядом ха на вертикальной оси угла, над ним в шахматном порядке вышивали отдельные ветки рактерных особенностей, которые заключаются в единстве материалов, технике выпол цветов. По борту, с двух сторон от центрального мотива, располагались гирлянды или нения, композиционном построении орнамента и в используемых тканях. В рисунках вьющиеся ветви. По самому краю находился бордюр из мелких листьев, а на некоторых вышивки прослеживается воздействие орнаментики, характерной для парчовых плат платках – текст, посвящение, в котором указывались имя мастерицы или заказчицы. ков, в том числе изображение вазона с цветами, перистых листьев, крупных стилизован Кроме общности построения композиции, встречается значительное количество по- ных цветов с мелкой разработкой и бордюр по краю из поясков с мелкими листьями.

вторений одного и того же мотива цветов, листьев или несколько видоизмененные де- Одновременно в декор золотошвеи включали традиционные местные изображения тали. Некоторые платки подрублены, а вышитый угол обшит золотой или серебряной типа «месяца», берегинь, двуглавого орла и пр. В этих изделиях объединены мотивы да бахромой. Полученные экспедицией сотрудников Эрмитажа платки не обработаны по лекого прошлого и XIX в., художественное творчество местного населения сочеталось краю и, вероятно, представляют собой работы вышивальщиц, которые окончательно с веяниями городской культуры с учетом вкусов мастерицы и заказчицы. Следует отме могли отделывать владелицы изделий. Однотипность художественной отделки платков тить, что среди хранящихся в фондах различных музеев и опубликованных платков, свидетельствует о работе мастериц одного региона. считающихся изделиями каргопольских мастериц, встречаются близкие эрмитажным По различию в орнаментах изделия можно объединить в несколько групп. У пяти варианты10. При этом некоторые изделия не только полностью совпадают по приемам платков (инв. № ЭРТ-17210–17214) центром узора служит овальной формы цветок работы и отдельным деталям орнаментов, но и почти точно повторяют весь рисунок или цветок лилии, над которым веером располагаются продолговатые и сердцевидные (инв. № ЭРТ-14653). Этот факт является доказательством существования в Каргополе листья. По борту вышита гирлянда с цветами, фон покрыт мелкими ветками. Как гир- и его окрестностях значительного количества мастериц, которые могли, общаясь между лянды, так и цветочные ветки идентичны, но не повторяются полностью. Отмеченные собой, обмениваясь опытом и рисунками, создавать произведения в едином художест различия свидетельствуют о многообразии вариантов существовавших в этом регионе венном стиле.

декоративных мотивов шитья. Следует также отметить, что среди весьма обобщенных Золотошвейное искусство Каргополя и близлежащих поселений получило наиболь и стилизованных орнаментов помимо растительных мотивов встречаются фигурки шую известность в 1860–1880-х гг. Именно эти даты встречаются в вышитых текстах, птиц, двуглавых орлов, берегинь, т. е. зооморфные и антропоморфные изображения, сохранившихся на некоторых изделиях. Одним из наиболее известных изданий, ука типичные для народного искусства северных губерний Европейской России. зывающих на наличие в районе Каргополя производства золотошвейных платков, яв Два платка украшает мотив аналогичного цветка овальной формы, но в более сво- ляется «Систематическое описание коллекций Дашковского этнографического музея»

бодной, легкой разработке (инв. № ЭРТ-17208, 11736). Один из них получен из соб- В. Ф. Миллера. Он упоминает, что: «В Каргопольском уезде и в немногих деревнях рания известного коллекционера И. А. Гальнбека, другой – из Каргополя. Декор этих других уездов встречаются старинные „золотые“ и „серебряные“ платки. Эти платки двух платков имеет много общего. Узор располагается свободно по фону, в него вклю- вышиваются мастерицами и раскольницами по белому коленкору или полотну золотом чены оригинальные детали, а гирлянда по борту представляет собой две параллельно или серебром. Рисунки при этом обыкновенно бывают – цветы. Стоимость их от 10 до направленные полосы, состоящие из мелких листьев. Подобный вариант узора более 60 рублей»12. Различия в стоимости, несомненно, служат указанием на сложность рабо характерен для городских мастериц. ты и художественное качество изделий.


250 ЗОЛОТОШВЕЙНЫЕ ПЛАТКИ И КОСЫНКИ...

Е. Ю. МОИСЕЕНКО Десять платков, вышитых тамбурным швом металлической нитью, можно разделить на три типа. Следует отметить, что платки с отделкой такого вида наименее исследова ны. В большинстве случаев их относят к изделиям нижегородских мастериц. Но отли чия их от других золотошвейных платков этой губернии настолько значительны, что не исключено выполнение их и в других районах Верхнего Поволжья.

Как известно, вышивка тамбурным швом использовалась сравнительно широко для украшения женской одежды (рубах) в центральных губерниях, на северо-западе, но вы полнялась она белой нитью. Тамбурное шитье металлической нитью в наибольшей степени связано с декором платков и косынок. Этот прием сочетался с гладевыми шва ми в более восточных регионах, в том числе в районе Нижнего Новгорода. Что касается платков с отделкой только тамбурным швом, то место их выполнения до настоящего времени можно указать лишь ориентировочно.

К наиболее ранним изделиям, исполненным на рубеже ХVIII–ХIХ столетий и в на чале ХIХ в., можно отнести два образца из нашего собрания (инв. № ЭРТ-6141, 18014).

Их отличают от остальных экземпляров рисунок вышивки и сложная разработка ор наментальных мотивов, в которых помимо тамбурного шва включен шов «стягами»

и счетной гладью. Подобное сочетание характерно для изделий с белым тамбуром по кисее или тончайшему батисту для рубах к народному костюму. Вышивка распо лагается «на угол», занимает половину платка и весьма близка по своим орнаменталь ным мотивам золотошвейным платкам торопецкого типа. Но рисунок узора более изящный и свободный. Центральным мотивом служит стилизованный букет в вазоне, гирлянда по борту также отличается легкостью и более разреженным расположением растительных мотивов по сравнению с вышивками на платках из Торопца. Своеоб- Ил. 4. Платок с вышивкой тамбурным швом. Начало XIX в. Инв. № ЭРТ- разным декором служит особая разработка изображений цветов и листьев мелкими металлическими блестками. Тонкость работы и стилистические особенности, харак терные для европейского искусства, позволяют предполагать выполнение изделия по подобен предыдущим образцам, но значительно скромнее по формам и разработкам.

заказу горожанок, и не исключена возможность – в одной из крепостных мастерских Отсутствуют вышитые решетки, проще и мельче детали орнамента. Расположение узо центральных губерний. ра на поле также повторяет второй тип – гирлянда по краю, букеты на углах и мелкие К более поздним вариантам вышитых тамбуром платков относятся четыре образ- цветочки по центральному полю. Черная нить не встречается. Вышивка выполнена ца (инв. № ЭРТ-6136, 6149, 6150, 7115), также объединенные единством декора и зна- золотной нитью, битью, канителью и мелкими блестками. Детали узора повторяются чительно отличающиеся от представленных ранее (ил. 4). Эти изделия, типичные для или весьма близки по рисунку. Вероятно, именно такого типа платки служили в празд середины – второй половины ХIХ столетия, из полупрозрачной белой ткани с запол- ничные дни украшением женщин мещанского сословия, в то время как более богато нением вышивкой всего поля. Характерным для них является использование черной украшенные (вторая группа) приобретались купчихами. Следует отметить, что платки шелковой нити наряду с золотой. Вышивка выполнена тремя параллельно идущими с тамбурным шитьем обычно подшивались белым полотном, что усиливало цвет бело швами – двумя золотыми и черным между ними. Орнамент плотный, из мелких расти- го фона и выявляло отчетливее рисунок вышивки.

тельных мотивов, среди которых – изображения роз, гвоздик, цветов граната и бантов. Сопоставление платков с тамбурной вышивкой позволяет предположить выполне На углах – вазоны с букетами цветов или букеты, перевязанные бантами. По борту – ние их в различных центрах вышивального искусства и в разное время. Как известно, гирлянда с такими же цветами, перевитая ажурными лентами. Фон украшают мелкие модному женскому костюму ХIХ столетия европейского покроя подобные дополне веточки цветов, как и на всех тканых и вышитых платках расположенные в шахматном ния мало соответствовали. Платки с тамбурной вышивкой, обшитые бахромой со всех порядке. На одних платках некоторые детали украшены ажурными решетками, шитыми сторон, но имеющие два «пропуска» – без бахромы, должны были носить в качестве белой нитью, на других платках включены в орнамент решетки, шитые битью в при- головного убора в «роспуск», широким полотнищем спуская на спину. Ими покрыва креп. Рисунки и расположение узора аналогичны. Помимо трех платков к этой группе ли кокошник или другой головной убор. Таким образом могли использовать платки относится косынка, вероятно сшитая из платка. с вышивкой по всему полю. Что касается двух экземпляров с шитьем «на угол», более Третий тип платков, отделанных тамбуром, насчитывает четыре экземпляра: три характерным для вышивального русского искусства первой половины ХIХ столетия, полных платка и один фрагмент (инв. № ЭРТ-6139, 7391, 14260, 14802). Узор вышивок то их складывали по диагонали и накидывали на голову, тоже поверх головного убора, 252 ЗОЛОТОШВЕЙНЫЕ ПЛАТКИ И КОСЫНКИ...

Е. Ю. МОИСЕЕНКО платка, или покрывали ими плечи. Учитывая характерные особенности этих платков, в первую очередь вышивку, в которую включены решетки, шитые изящной многооб разной строчкой, можно полагать выполнение их в Костромской или Владимирской губерниях, где подобные приемы работы были хорошо известны.

На основании изучения эрмитажной коллекции можно сделать вывод, что выши тые тамбуром платки, без исключения, выполнялись по льняной кисейной ткани, в том числе с тканым орнаментом в клетку. Кисейные платки упоминаются у ряда исследо вателей, в частности в работах Г. С. Масловой, как характерные для районов Верхнего Поволжья, в том числе для Нижегородской губернии, а именно для Арзамаса, Городца, села Павлово. Н. Т. Климова дополняет этот перечень, упоминая село Ворсмы в Гор батовском уезде, и повторяет сведения о Городце. Но в качестве места их выполнения Г. С. Маслова предполагает Костромскую губернию13.

Значительная часть платков и косынок из собрания ОИРК с золотым шитьем ха рактерна для изделий мастериц Нижегородской губернии. Сохранилось немало сведе ний об использовании золотошвейных платков и косынок в этом районе. В описании костюмов женщин Нижегородской губернии, представленных в Дашковском этног рафическом музее и описанных В. Ф. Миллером, встречается следующее сообщение:

«…на голове они носят шелковые платки, вышитые серебром и золотом, покупаемые на Макарьевской ярмарке». При описании ярмарки около села Богородицкого в 1877 г.

вновь упоминается, что «На девушках головки (косынки. – Е. М.) и кафтанчики, как жар горят, все шиты золотом»14. В Городце той же губернии у женщин на голове «расши тое серебром или золотом покрывало с серебряной или золотой бахромою». Носили Ил. 5. Платок. Нижегородская губерния. Арзамас (?) подобные головные уборы и в районе Макарьева: «В Макарьевском уезде любимый го- Первая половина XIX в. Инв. № ЭРТ- ловной убор черная треугольная шелковая косынка (или косинка), вышитая золотом»15.

О золотошвейных платках сообщает священник А. Крылов, описывая костюмы в Луко- типа относится также обводка деталей узора своеобразной «бахромой» из скани и бити яновском уезде: «…для больших праздников платки шелковые – левантиновые и тафтя- с включением блесток между ними. При этом в одних изделиях фон полностью по ные, у некоторых расшитые (негусто) золотом и серебром…» Девушки завязывали пла- крыт вышивкой, в других он просматривается. Отличительными чертами изделий яв ток концами «под шею», а женщины – поверх повойника концами назад16. Но платки ляются профессиональная работа, хорошее качество материалов, богатство орнамента.

и косынки с золотым шитьем носили и в других губерниях Верхнего Поволжья, о чем Обычно использовались позолоченные нити, но на ряде экземпляров отдельные дета имеются упоминания в «Губернских ведомостях», этнографических очерках и других ли вышиты серебряными. Композиция построена по принципу строгой симметрии от источниках, что свидетельствует об использовании подобных головных уборов в Яро- средней линии угла. В основе угла – вазон с букетом или букет с бантом. Среди цветов славской, Владимирской и Костромской губерниях17. встречаются розы, гвоздики, ромашки, мелкие цветы типа незабудок. Обязательный Золотошвейные платки и косынки, которые некоторые авторы относят к изделиям элемент орнамента – грозди винограда. По борту располагается вьющаяся лента, пере нижегородских золотошвей, по своим художественным особенностям можно распреде- хваченная бантами. Изображения цветов даны стилизованно, развернутыми в плоско лить на несколько типов: наиболее богато украшенные платки со сплошным шитьем сти, отдельные детали не связаны друг с другом. Это типичное произведение народного «на угол»;

платки с растительным орнаментом, расположенным по всему фону;

косынки творчества, построенное на принципах декоративности, симметрии, плоскостности с плотным узором на очелье в форме трех лопастей;

косынки с более свободным орна- изображаемого и старательного заполнения узором всего фона. В орнаментике чувству ментом на очелье и на концах. ется обращение мастериц к декору тканых платков ХVIII столетия, в которых пышные Наиболее пышным и своеобразным орнаментом отличаются восемь платков из тем- узоры с букетами роз и анемонов занимали главенствующее положение. К характерным ных тонов тафты (фиолетовые, синие), с вышивкой «на угол» (инв. № ЭРТ-6147, 7076, чертам орнаментики ткани того периода относится и использование излюбленного мо 11728, 11734, 16616, 17109, 18631, 19473;


ил. 5). Климова определяет такие платки как тива в виде вьющейся ленты, которая длительное время включалась в узоры на платках изделия мастериц Городца. Вышивка располагается в виде сплошного узора, покрыва- и использовалась в качестве обрамляющего бордюра. Что касается гроздей винограда, ющего половину платка. Особый эффект вышивке придают использование блестящих которые часто встречаются на золотошвейных изделиях нижегородских мастериц, то, и матовых материалов (крученая нить, бить, скань, блестки) и сочетание высокого шва по мнению исследователей, источником этого изображения служила деревянная резь «по карте» с прокладкой картона и гладью в прикреп. К особенностям шитья этого ба, в которой этот мотив был одним из главных.

254 ЗОЛОТОШВЕЙНЫЕ ПЛАТКИ И КОСЫНКИ...

Е. Ю. МОИСЕЕНКО К этим платкам наиболее близка по своим художественным характеристикам группа «лопастей» занимают сильно стилизованные, развернутые в плоскости соцветия роз, косынок, состоящая из одиннадцати экземпляров и двух комплектов вышивок для таких гвоздик, ромашки, грозди винограда, аналогичные по форме тем, что на платках пре косынок (инв. № ЭРТ-6123, 6126, 6128, 6130, 6131, 6134, 7107, 16948, 16949, 17994, 19569, дыдущей группы. Некоторые изделия имеют настолько близкие рисунки шитья, ма 20879 а–г, 20880 а–г). Они выполнены из тонкой тафты фиолетового, алого, зеленого, териалы, стилевые особенности, что их можно причислить к одной мастерской белого цветов. Типичным декором является плотная вышивка «кованым швом» на оче- (инв. № ЭРТ-6126, 6131). Исполнение косынок можно отнести ко второй половине лье в форме трехлопастной фигуры. В шитье использован ограниченный набор нитей ХIХ в. и рубежу ХIХ–ХХ вв., поскольку более ранним свойственны плавные контуры и приемов работы, а именно плотно спряденные золотные нити и скань. Последняя орнамента, более поздним – суховатый, обобщенный узор с плоским рельефом.

заполняет промежутки в узоре, шитом «по карте». На фоне встречается небольшое ко- Близкими к данному типу косынок следует считать три пары изделий, у каждой из личество блесток. Кованый шов создает плотный, рельефный орнамент. На трех углах которых имеются особенности, позволяющие представить их парами (инв. № ЭРТ-6120, в большинстве случаев свободно располагаются ветки с цветами, не повторяющиеся 17853;

6125, 17794;

6133, 13046;

ил. 6). Общим для всех изделий является многообразие по рисунку, – это, вероятно, творчество самой вышивальщицы. Встречаются косынки, материалов (нить, скань, бить, канитель, блестки.) Для первой и второй пар характерно углы которых заполнены таким же плотным орнаментом, как и на очелье. Узор плот- изображение на очелье в форме трехлопастной фигуры, но со свободным располо ных вышивок очень устойчив, он повторяется с весьма незначительными вариантами. жением растительных мотивов. Центром композиции является крупный ординарный В нижней части, по центру – букет с розой, перевязанный бантом. Еще три букета – или двойной бант. Детали с разработкой – в виде решетки из нитей или канители. Об в боковых крыльях и в верхней части. Последний дан в перевернутом виде, так как рамлением орнамента служат удлиненные петли, образующие своеобразную бахрому, должен смотреться на спине. По сторонам центрального букета располагаются фигурки и округлые петли (на второй паре). Совпадение орнамента и приемов работы позволя птиц в профиль. Они имеют несколько отличающихся форм. Остальное пространство ют отнести две первые косынки к изделиям одной мастерской, а две другие могли быть выполнены разными золотошвеями.

Третья пара значительно отличается от предыдущих. Очелье этих косынок украшает очень плотная вышивка в форме округлых крыльев. Узор с высоким рельефом;

у од ной – из канители, у другой – из канители и рубленого перламутра (перламутровых зе рен). На обеих контур орнамента обрамляет золотная нить. Центром композиции также является крупный бант. В целом орнаменты почти полностью повторяются, на одной косынке отделаны вышивкой и ее углы. Приемы работы и форма вышивки на очелье наиболее близки образцам с трехлопастным орнаментом.

Сравнивая все представленные образцы, можно сделать вывод об однотипности платков и косынок с трехлопастным декором и отделкой в форме крыльев. Учитывая все особенности этих изделий, полагаем, что платки выполнялись на протяжении все го ХIХ столетия. Косынки с плотным узором более типичны для середины – второй половины ХIХ в., а изделия с более свободным орнаментом следует отнести к рубежу ХVIII–ХIХ вв. и к первой половине ХIХ в. Черты сходства позволяют предпола гать исполнение их в нескольких находящихся поблизости центрах золотошвейного искусства.

Среди платков и косынок, которые исследователи связывают с районом Нижегород ской губернии, встречается немало экземпляров, в основном из черной шелковой тка ни (тафты, атласа), главное место в декоре которых отводится шитью битью, с допол нением пряденой нити, канители и блесток (ил. 7). В собрании ОИРК насчитывается семь платков и восемь косынок такого типа (инв. № ЭРТ-6148, 7113, 7114, 16826, 17048, 18632, 20500, 6109, 6110, 6116, 6117, 6118, 6121, 6137, 7108). Вышивки этих изделий от личаются тем, что не имеют обычного для подобных работ подкладочного материала с левой стороны. Бить пришивалась в прикреп, без настила (из простых нитей под вышивкой), узор получался плоскостным, но некоторые детали выполнялись шитьем «по карте» с прокладкой бумаги. Используется и канитель, в узор включается тамбур ный шов. Особой оригинальностью отличаются рисунки вышивок: они компонуются Ил. 6. Косынка. Нижегородская губерния. Арзамас (?) из мелких изогнутых лепестков, образующих цветы и листья. Широкая или узкая кайма Середина XIX в. Инв. № ЭРТ- 256 ЗОЛОТОШВЕЙНЫЕ ПЛАТКИ И КОСЫНКИ...

Е. Ю. МОИСЕЕНКО Ил. 8. Косынка. Нижегородская губерния. Северные уезды.

Вторая половина XIX в. Инв. № ЭРТ- Орнамент вышивки сложный, состоит из спиралевидных завитков и мелких, пере плетающихся между собой веток с листьями и цветами. В центральной части узор более Ил. 7. Косынка. Половина платка. Нижегородская губерния. Северные уезды. плотный, насыщенный, нередко выделяется рельефным шитьем или внесением допол Вторая половина XIX в. Инв. № ЭРТ-6109 нительных материалов – канители, блесток, перламутра. На концах свободно распола гаются ветки с цветами и ягодами. Для вышивок этих косынок использовались более создается гирляндой, а наугольники – из букетов и веток цветов. По фону, в шахматном разнообразные материалы: пряденая и сканая нить, бить, канитель, блестки. Полного порядке, располагается декор из отдельных веточек. Имеются образцы, в которых фон повторения орнаментов не встречается, но построение узора и его основные компо остается открытым. На наиболее богатых изделиях поле расшито не менее старательно, ненты можно встретить. Аналогичны и приемы работы: сочетание шитья в прикреп чем кайма. В орнаментах этой группы платков и косынок встречаются грозди винограда. и тамбурного шва. При этом основная часть орнамента выполнена плоскостно би Изогнутые, как бы в движении, изображения цветов и листьев напоминают китайскую тью, а часть вышита нитью и сканью «по карте». На большинстве косынок в орнамент орнаментику (шинуазери) в мотивах барокко ХVIII столетия. На платках и косынках включены спиралевидные завитки, заполняющие пространство в верхней части очелья.

такого типа, хранящихся в Эрмитаже, полного повтора узоров не обнаружено, несмотря По нижнему краю повторяется узор из наклонно расположенных листьев, соединенных на идентичность их орнаментов. Такой вид изделий исследователи связывают с бытом стеблем. В музейных собраниях встречаются настолько близкие по художественному старообрядцев. Местные жители сообщали, что платки накидывались на плечи, в то оформлению и материалам изделия, что можно сделать вывод о существовании круп время как косынками (с декором другого типа) покрывали голову. Но не исключено, что ного центра по изготовлению подобных косынок18.

платки носили и «в роспуск» по спине, закладывая два смежных конца под подбородком От представленных косынок несколько отличаются экземпляры, в узорах которых (АРГО. Разр. 23. Д. 138. Л. 12). отсутствуют спиралевидные завитки, а нередко – и бордюр из листьев. Часть их узора, Не исключено, что со старообрядцами связана и многочисленная группа косынок, выполненная «по карте», создает выпуклый рельеф. Особый интерес вызывают вышив имеющая своеобразный золотошвейный декор (ил. 8). Для этих изделий характерна ши- ки на концах косынок, представляющие собой ветки в «восточном» стиле, характер рокая полоса вышивки на очелье с закругленными верхними углами. Климова относит ные для черных платков, о которых говорилось выше. Таким образом, в этих косынках исполнение таких косынок к селу Кавернина Макарьевского уезда Костромской губернии. объединились две отчетливо выраженные стилевые особенности, свойственные платкам В собрании Отдела истории русской культуры хранятся двенадцать подобных изделий и косынкам с очельями. Подобное объединение орнаментов позволяет говорить о су (инв. № ЭРТ-6111, 6112, 6119, 6122, 6124, 6127, 16827, 16828, 17265, 17851, 17852, 18404). ществовании и тех и других в одном регионе. Отметим также, что в последней группе 258 ЗОЛОТОШВЕЙНЫЕ ПЛАТКИ И КОСЫНКИ...

Е. Ю. МОИСЕЕНКО косынок имеется оригинальный вариант, где на очелье свободно располагается компо- и отделаны золотошвейным орнаментом. Из многочисленных образцов косынок, имею зиция из мелких веток с цветами. Из трех экземпляров орнаменты двух мало различа- щихся в музейных собраниях, псковские отличаются своеобразием орнамента и его рас ются по рисунку и приемам работы. Последние косынки наиболее близки к платкам положением. Декором служит вышивка пряденой нитью «высоким швом», полностью с «китайским» декором (инв. № ЭРТ-6124, 6127, 17852). закрывающая фон ткани. Мелкие просветы фона заполнены золочеными блестками.

Как уже упоминалось, в изданиях, где опубликованы произведения народного при- Орнамент статичен и повторяется с весьма незначительными отклонениями на трех ве кладного искусства, атрибутированные как изделия нижегородских мастериц ХIХ сто- щах. Он состоит из сложных композиций с цветами-розетками, полувенками и листьями летия, можно встретить изображения золотошвейных платков и косынок, подобных удлиненной формы, характерными только для этих изделий. Именно такая форма сти представленным в данном обзоре. Изучая золотошвейное искусство Нижегородской лизованных растительных мотивов придает своеобразие всей композиции. Прикрепы губернии, Н. В. Панфилова, Н. Т. Климова, Н. Н. Соснина и другие авторы сделали по- выполнены шелковой нитью с подкладкой ткани. Используемые материалы и характер пытку более точно определить районы их бытования. В их исследованиях отмечаются орнамента имеют некоторые различия, что указывает на работу разных мастериц. Псков отдельные уезды, города и села Нижегородской губернии, где занимались выполнением ским косынкам свойственно особое расположение вышитых деталей узора: на широком золотошвейных платков и косынок. Суммируя эти сведения и основываясь на иссле- конце находится крупная овальной формы вышивка, являющаяся центром композиции.

довании музейных фондов, можно сделать заключение о том, что платки и косынки Ближе к очелью, по той же оси, – небольшой цветок-розетка с двумя парами листьев по с «восточным» орнаментом и с очельем, украшенным мелкими растительными мотива- сторонам. Узкие концы заполнены широкой овальной формы лопастью, а на самом их ми, исполнены в северных регионах Нижегородской губернии во второй половине конце вышита веточка из трех листьев. Это необычное расположение шитья связано со ХIХ – начале ХХ в.19 способом носить косынку: плотно охватывая голову и полностью ее закрывая, концы Отличаются от выше представленных косынок три экземпляра, которые по ряду при- перекрещивались на затылке и завязывались надо лбом. В этом случае исключались ка знаков можно определить как изделия мастериц Псковской губернии (инв. № ЭРТ-6129, кие-либо висящие концы. Когда косынка была надета, создавалось полное впечатление 6132, 20390;

ил. 9). Они выполнены из фиолетовой и красновато-коричневой тафты цельного головного убора, украшенного золотым шитьем со всех сторон. На портретах купчих и мещанок Центрального региона и Северо-Запада, опубликованных в альбоме «Для памяти потомству своему», можно видеть такого покроя из темных материалов ко сынки, концы которых завязывались надо лбом. Следовательно, представленные нами косынки соответствуют по своим формам женским головным уборам этих регионов.

Наличие таких косынок в Псковском архитектурно-художественном музее-заповеднике подтверждает предположение о бытовании их в Псковской губернии. Происхождение косынок эрмитажного собрания документально не определено. Однако в ряде районов Псковской области, по сведениям исследователей-этнографов, такие косынки использо вались местным населением. Описание одного из таких уборов полностью соответству ет типу псковских косынок: «Праздничные косынки – шелковые, у богатых – вышитые золотом… Косынка эта сделана из лилового шелка, вышитого золотом по лбу, затылку и концам. Способ вышивки – гладь с подстилкой, орнамент растительный. Косынка за крывает часть лба, концы ее перевиваются на голове сзади, а затем спереди закалываются булавкой. Надетая таким образом косынка похожа на шапочку»20.

Особым художественным своеобразием отличались косынки, которые надевали в праздничные дни уральские казачки. В начале ХIХ столетия не только женщины из казацких семей носили русское платье – сарафан, рубаху, головной убор с косынкой;

такие костюмы встречались и в купеческих семьях. В одном из изданий Вольного эко номического общества читаем: «На голову надевают большие парчовые и шитые по шелковой материи серебром и золотом платки, а в простые дни разные шелковые».

Платки и фату носили жительницы городов Кунгура, Соликамска, Чердыни, Екатерин бурга. «Покрываются разными фатами, особливо флером, часто шитом золотом и се ребром», – упоминается в том же издании при описании костюмов жительниц Перми21.

К рубежу ХIХ–ХХ вв., когда народного типа костюмы с сарафанами, вышитыми ру кавами и косынками из купеческого быта стали исчезать, косынки продолжали носить представительницы более приверженного к старине казачества.

Ил. 9. Косынка. Псковский тип. Вторая половина XIX в. Инв. № ЭРТ- 260 ЗОЛОТОШВЕЙНЫЕ ПЛАТКИ И КОСЫНКИ...

Е. Ю. МОИСЕЕНКО и Южного Урала. Стоит упомянуть, что входящие в состав костюмов рубахи в наиболее богатых экземплярах имели рукава, вышитые в таком же стиле. Следовательно, костюм заказывался полностью в одной мастерской.

Значительно труднее определить место создания и бытования изделий, одиночных по своему облику и приемам выполнения. К таким платкам относятся два образца из тонкой шелковой ткани типа кисеи ярких расцветок и со скромным декором из бити в виде полосы по борту и небольших букетов на углах (инв. № ЭРТ-16948, 16949).

Вышивка выполнена гладью «на проем» – приемом, не характерным для русской вы шивки металлической нитью. Можно предположить, что происходят они из город ских мастерских в качестве дополнения к маскарадным костюмам или к платьям для театральных постановок. Одна из таких золотошвейных мастерских находилась в Пе тербурге, на Васильевском остове. В 1870-е гг. и позднее она принадлежала В. А. Про хорову и изотовляла предметы народного костюма, в том числе фаты и платки. В Моск ве русские народные головные уборы с 1858 г. выполняла мастерская К. А. Соловкина и М. И. Поляковой23.

Затруднительно определить происхождение платка из белой льняной ткани с зо лотым шитьем «на угол» высоким швом растительного орнамента, аналогии которому не найдены. Своеобразный декор еще одной шелковой косынки напоминает вышивки мастерских типа созданных Тенишевой, возрождавших производство русских ремесел и нередко использовавших образцы шитья ХVII столетия.

Атрибутировать произведения прикладного искусства, не получивших при пос туплении в музей указаний на место и время их исполнения, всегда затруднительно.

Как упоминалось ранее, ярмарки способствавали широкому распространению произ ведений народного творчества далеко за пределами не только уезда, но и губернии.

Учитывая те источники, которые были перечислены в начале обзора, следует особо подчеркнуть важность экспедиционных работ сотрудников музея для приобретения из делий народного искусства, помогающих решению этого вопроса. Таким образом была определена специфика каргопольских и ряда нижегородских изделий. Остальные цент ры золотошвейного искусства известны нам значительно меньше. Конкретные сведения о золотошвейных платках и косынках следует искать в первую очередь в фондах местных Ил. 10. Косынка к костюму уральской казачки.

музеев, среди материалов областных архивов. Тем не менее характерные особенности Конец XIX в. Инв. № ЭРТ- представленных в нашем обзоре изделий позволяют высказать определенное мнение В собрании Отдела истории русской культуры косынки к костюмам уральских каза- и указать ряд мест их выполнения. Обозначены основные особенности изделий То чек представлены тремя экземплярами (инв. № ЭРТ-15147, 19258, 20889;

ил. 10). Они ропца, Каргополя, Пскова, менее известны изделия золотошвей Костромской, Ярослав расшиты битью с незначительным дополнением блесток. Минимальное количество ской и Владимирской губерний. Что касается нижегородских золотошвей, которые, по видов нитей сочетается с изяществом оригинального орнамента, более характерно- видимому, были основными поставщиками платков и косынок для Верхнего Поволжья го для городского шитья. Композиция орнамента включает гирлянду цветов на оче- и Урала, то определение очень различных по своему художественному облику изделий лье, букеты на концах и обрамление в виде фестонов на большинстве изделий. Узор еще не завершено. Можно только предположить, что в северных уездах – Балахнинском, очелья дополнен своеобразным декором над гирляндой в виде веерообразно располо- Горбатовском, Нижегородском, Макарьевском – создавались платки и косынки со сво женных извивающихся лент. Костюмы уральских казачек богатством своего оформ- бодным декоративным орнаментом. Один платок, приобретенный сотрудниками Эрми ления неоднократно привлекали внимание исследователей и публиковались. И в каж- тажа в районе Городца Балахнинского района Нижегородской области, демонстриру дом из таких костюмов мы встречаем косынки, украшенные вышитыми орнаментами, ет особенности изделий этого района (инв. № 16826). Надпись на платке определяет которые повторяют варианты, имеющиеся на косынках эрмитажного собрания22. По- и год его выполнения –1884. Именно подобного типа платки исследователи относят добная аналогичность узоров шитья служит указанием на выполнение косынок в од- к образцам, характерным для старообрядческих семей второй половины ХIХ в. Среди ном центре, возможно в одном из монастырей, существовавших в районах Среднего центров, где они выполнялись, указывались Городец Балахнинского уезда, Красный Бор 262 ЗОЛОТОШВЕЙНЫЕ ПЛАТКИ И КОСЫНКИ...

Е. Ю. МОИСЕЕНКО Нижегородского уезда, в Макарьевском уезде села Лысково и Варнавинка на реке Ветлу- Соснина Н. Н., Шангина И. И. Русский тра- Колышко И. Очерки современной России.

8 диционный костюм. СПб., 1998. Ил. между СПб., 1887. С. 62;



Pages:     | 1 |   ...   | 5 | 6 || 8 | 9 |   ...   | 12 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.