авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 10 | 11 || 13 |

«Федеральное агентство по образованию Федеральное государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования «Сибирский федеральный университет» ...»

-- [ Страница 12 ] --

Сериал «Трудно быть мужчиной» ( ) режиссера Ямада Ёдзи, первый фильм которого был снят в 1969 г., можно назвать самым «дол гоиграющим» в мире. Героя картины, забавного неудачника-коробейника и путешественника Тора-сан, постоянно возвращающегося в родной токийский квартал к родным и соседям, чтобы «зализать раны», кинозрители в Японии настолько близко приняли к сердцу, что потребовали дальнейшего продол жения его странствий и приключений. Создано уже более сорока фильмов, cdxix выпускаемых с тех пор ежегодно (а то и по два в год), каждый из которых собирал у киноэкранов примерно 2 млн. зрителей — цифра огромная для ны нешних времен. Феномен популярности Тора-сан изучают критики и психо логи, сходясь во мнении, что в первую очередь это ностальгия людей по вре мени, когда соседи и родственники жили не столь разобщенно, как теперь. Да, материально-то стало много лучше, но теплота и непосредственность чело веческих отношений неизбежно исчезает. Вот и получилось, что чудаковатый, но внутренне свободный Тора-сан стал в стране символом человеческого те пла и доброжелательности. Интересно, что этот экранный герой как бы при обрел черты реально существующего лица. Один репортер даже опубликовал «интервью» с Тора-сан, а токийский район Сибамата, малая родина героя, превратился в место паломничества экскурсантов.

Интересным явлением в кинематографе Японии и нашей страны отме чены 70-е гг., когда было создано несколько совместных лент. Такой шедевр, как «Дерсу Узала» с Юрием Соломиным в главной роли, во многом своим успехом обязан прикосновению Маэстро — Акиры Куросавы. Но и другие картины — «Москва — любовь моя», «Шаг» Александра Митты, «Мелодии белой ночи» Сергея Соловьева — были с интересом встречены в обеих стра нах. Кто-то считал эти ленты конъюнктурными, но не надо забывать, что они создавались в годы, когда весь мир был охвачен антисоветской волной, и эти картины, трогательные, лиричные, волнующие, построенные отчасти на до кументальной основе и рассказывающие о дружеских и теплых чувствах рус ских и японцев, вносили свою лепту в налаживание добрососедских, челове ческих связей между народами наших стран.

Кризис кино, начавшийся не только в Японии, но и во всем мире из-за наступления «голубого экрана» — ТВ и видео, привел к тому, что резко упа ло количество производимых картин, возникли проблемы проката, а самое главное — заметно снизился художественный уровень большинства фильмов.

На потребу публике появились во множестве фильмы о якудза — японской мафии, дешевые эротические поделки на грани порнографии. В прокате зна чительно увеличилась доля зарубежного кино, особенно американского: в 1994 г., например, в Японии было показано 553 картины, из них 251 — япон ская и 180 — американских. Катастрофически снижалось число зрителей в кинотеатрах: от 150 млн. в 70-х до 123 млн. в 90-х.

Но японское кино, несколько сдав свои позиции, продолжало «выжи вать». Новый импульс получило движение «независимых» — молодых ре жиссеров Т. Морикава, А. Такэда, С. Кояма. Ставка делалась на неослабе вающий интерес к мелодраме, фильмам о женских судьбах, на динамичные молодежные картины, стали ставить богатые постановочные ленты, обрати лись к римейкам — повторным экранизациям фильмов прошлых лет. Та лантливые новички Ё. Морита, Д. Итами, К. Огури исследовали в своих ра ботах главным образом насущные современные проблемы. Больших успехов cdxx добились японские кинодокументалисты, мастера научно-популярного кино.

Такие ленты, талантливо и технически великолепно снятые вездесущими, кажется, японцами, завоевали признание у зрителей многих стран мира. Раз вивается мультипликационное кино, появившееся еще в 20-е гг. Японские полнометражные «мультики» сейчас, пожалуй, самые популярные во всем мире. Во многом своим высоким творческим уровнем и известностью они обязаны выдающемуся мастеру Тэдзука Осаму, которого часто называют японским Диснеем.

Поскольку золотой век японского кино миновал, киноиндустрии, чтобы идти в ногу со временем, пришлось прибегнуть к всевозможным ухищрениям.

Изменилась структура проката — исчезли огромные кинозалы, в которых по казывались одни и те же фильмы по соседству и одновременно. На смену им пришли маленькие, уютные залы на 100–300 зрителей. Поскольку трудно было справиться с конкуренцией видеофильмов, не всегда отличающихся хорошим вкусом, прокатчики сконцентрировали свое внимание на показе ка чественных фильмов, которые не были выгодны большим кинотеатрам и не имели широкого распространения в видеопрокате.

Начиная с 80-х гг. большое развитие получила практика организации нескольких международных кинофестивалей в Японии, среди которых круп нейший — ежегодный Токийский международный фестиваль, впервые со стоявшийся в 1985 г. Он очень популярен, поскольку дает возможность лю бителям кино увидеть лучшие ленты со всего мира, что не всегда можно сде лать вне фестиваля. Не только Токио и большие города увлеклись такого ро да мероприятиями: в префектуре Оита, например, на фестивале «Юфуин»

ежегодно показывают новые работы современных японских режиссеров.

В Японии, как и повсюду в мире, множество фильмов сейчас ставится специально для телевидения. Эта тенденция, как считают многие поклонники кино, осложняет положение нового поколения режиссеров, имеющих свои уникальные идеи и видение. Многие молодые и талантливые кинематографи сты испытывают серьезные трудности с добыванием средств для осуществ ления своих творческих планов, немногим удается найти желаемую сумму.

Между тем интерес к лучшим произведениям японского кинематогра фа не угасает, и отрадное свидетельство тому было получено в июле 1999 г., когда на ХХI Московском международном кинофестивале «Гран-при» полу чил фильм патриарха японского кино Канэто Синдо «Жажда жизни».

По материалам энциклопедии «Япония от А до Я»

http://www.japantoday.ru/japanaz/k80.shtml cdxxi Вопросы и задания для самоконтроля:

Как и когда появилось караоке (две версии)?

1.

Как вы думаете, почему караоке завоевало большую популяр 2.

ность не только в Японии, но и во всем мире?

Опишите процесс игры в патинко.

3.

Есть ли способы обмануть автомат?

4.

Дайте определение понятию «онсен».

5.

Перечислите правила поведения на источниках.

6.

Почему в последние годы во многих источниках вход разрешён 7.

только коренным жителям?

Проанализируйте значение иероглифов в названиях жанров япон 8.

ского кино:

Как они отражают содержание, особенности обозначаемых жан ров?

В чем проявлялось влияние театра на японское кино на ранних 9.

этапах его развития?

10. В чем заключаются основные черты своеобразия японского кино?

11. Назовите режиссеров следующих фильмов: «Токийская повесть», «Семь самураев», «Жажда жизни».

12. Что означают следующие термины: оннагата, кодан, кацудося син, бэнси?

Темы докладов (на выбор):

Японская мультипликация: анимэ.

1.

Акира Куросава: жизнь и творчество.

2.

Такеши Китано и его фильмы.

3.

Кино и телевидение сегодня: J-Drama.

4.

cdxxii 6.8. Экологические проблемы.

Защита окружающей среды – одна из самых первоочередных проблем, стоящих перед Японией. В наследство от эпохи сверхвысоких темпов эконо мического роста она получила целый ряд острых экологических проблем.

Подрыв биосферы на ограниченной территории с высокой плотностью го родского населения приобрел характер национального бедствия. Поначалу основными источниками загрязнения окружающей среды были бумажная, химическая и горнодобывающая промышленность. Затем все более осязае мую лепту в разрушение сокровищ природы стали вносить нефтехимические комплексы, автомобильный, железнодорожный и авиатранспорт, а также атомная энергетика и индустрия досуга.

В 60-е годы неблагоприятные ситуации возникали в результате практи чески полного игнорирования экологического фактора и предприниматель скими кругами, и государством. На то была веская причина: отсутствие на циональных экологических стандартов давало Японии пусть и временные, но значительные преимущества перед западными конкурентами, «обременен ными» такими стандартами.

Однако постепенно стало очевидным, что экономия, получавшаяся от забвения интересов природы, многократно перекрывается колоссальным уроном, наносимым атмосфере, и разнообразными затратами, связанными с его покрытием. В 1975 г., например, ущерб от ухудшения качества воды, воздуха и почв оценивался в 6 трлн.иен. Огромных средств потребовало воз мещение ущерба здоровью людей в районах со значительным превышением допустимых уровней загрязнения. Ежегодная сумма выплат жертвам болезни минамата5 за 1972—1987 гг. составила 7,6 млрд.иен. Аналогичные выплаты за загрязнение воздуха в период с 1974 по 1981 г. увеличились с 4 млрд. до 73, 2 млрд.иен.

разновидность отравления ртутью, возникающая в результате попадания в организм человека метиловой ртути из зараженной ею рыбы. Это отравление привело к гибели 43 японцев из прибрежного города Мина маты в течение 1953-1956 гг. Источником ртути являлись попавшие в воду жидкие отходы одного из мест ных предприятий по производству поливинилхлорида. Симптомы болезни проявляются в онемении конеч ностей и нарушении контроля над их функционированием, а также в нарушении речи и слуха.

cdxxiii Пришлось платить и за ущерб природным ресурсам. Экологическое со стояние приморской зоны в 70-е годы характеризовалось как катастрофиче ское. Вдоль Тихоокеанского побережья и Внутреннего моря по причине по вышенного содержания токсических веществ в организме промысловых жи вотных закрывались районы лова. Компенсации за ущерб рыбацким хозяйст вам, вызванный ртутным отравлением рыбы, достигли 4 млрд.иен. Ежегод ные выплаты крестьянам за потери урожаев ввиду попадания в почву кадмия равнялись в 1973—1988 гг. 882 млн.иен, а за замену почвенного покрова млн.иен.

Настоящим бедствием стали различные виды городского дискомфорта (шум, гибель зеленых насаждений, транспортные аварии и т.п.), также дикто вавшие необходимость крупных расходов. Выплаты компенсаций компания ми — виновниками экологического ущерба поставили некоторые из них на грань банкротства. Таким образом, индифферентное отношение к экологиче скому фактору оказалось слишком дорогим «удовольствием». Относительно быстрое осознание этого обстоятельства как деловыми, так и правительст венными кругами в немалой степени способствовало выработке эффектив ных мер, нацеленных на решение проблем, вызванных подрывом окружаю щей среды.

Государство сумело создать у промышленных компаний мотивацию к достижению высоких экологических стандартов. Была развязана законода тельная инициатива префектур и муниципалитетов, которые успешно ис пользовали такие инструменты, как местные природоохранные указы, адми нистративные соглашения об обеспечении надлежащего качества окружаю щей среды, административные разрешения на реализацию проектов развития при условии проведения природоохранных мер и т.д.

Государство организовало экологический контроль над предприятиями малого и среднего бизнеса, являющимися одним из главных источников за грязнения биосферы. В частности, были претворены в жизнь программы вы носа многих этих предприятий в специально оборудованные промышленные парки, созданы государственные технологические центры по оказанию им консультативных услуг.

Под воздействием государственной природоохранной политики стало меняться и отношение общественности к осуществлению крупных проектов развития, угрожающих состоянию окружающей среды. Она научилась от стаивать культурные и эстетические ценности, начала проникаться экологи ческим самосознанием и оценивать указанные проекты с точки зрения их со ответствия требованиям охраны биосферы.

cdxxiv Основы природоохранной деятельности были заложены в 1967 г. с принятием закона о контроле над загрязнением окружающей среды, а уже в 1976 г. комиссия ОЭСР (Организация экономического сотрудничества и раз вития) признала, что Япония обеспечила достаточно высокое качество био сферы по ряду важных стандартов.

В 1987 году была разработана концепция экологически устойчивого развития. Термин «экологически устойчивое развитие» был впервые исполь зован в докладе, направленном Организации Объединенных Наций Между народной комиссией по окружающей среде и развитию в 1987 г. Современ ное человеческое общество характеризовалось в докладе как безнадежный заемщик, оставляющий потомству в качестве наследства одни природные векселя. О типе международных отношений авторы доклада отзывались как об инструменте обеспечения экономического процветания одних стран за счет истощения природных ресурсов и природной среды в других.

Согласно общепринятому определению, «экологически устойчивое (сбалансированное, самоподдерживаемое) развитие» имеет место, когда улучшается качество человеческой жизни и в то же время не разрушается природная среда, когда удовлетворяются потребности нынешнего поколения и не ограничиваются возможности будущих. Для установления факта эколо гически устойчивого развития проповедники концепции сопоставляют капи тальные активы, включая технический капитал (машины, дороги, заводы, здания и т.д.), человеческий капитал (здоровье, знания и навыки людей) и природный капитал (леса, атмосферный воздух, вода, почвы), которые оста ются неизменными или со временем изменяются в том или ином направле нии.

С экологически устойчивым развитием связываются возможности ре шения широкого круга проблем, порожденных современной цивилизацией «западного образца». К их числу относятся проблемы, касающиеся кризиса ценностей общества потребления, иллюзорности беспредельного могущества технологии, кризиса программ экономической помощи международных фи нансовых институтов, усиления разрыва между бедными и богатыми страна ми, отсутствия механизма участия общественности (социального партнерст ва), экологического ущерба, деградации природоресурсной базы и т.д.

Представленная в японской Белой книге (официальном правительст венном документе) по проблемам окружающей среды за 1992 г. модель эко логически устойчивого развития включает следующие компоненты:

cdxxv 1.Обеспечение «качественного экономического роста», профилирую щими параметрами которого являются приумножение реального благосос тояния, сохранение и наращивание природного и человеческого капитала, увеличение информационного и интеллектуального общественного продукта.

2.Интеграция экологической и экономической политики, обеспечивае мая учетом экологического фактора при принятии деловыми кругами тех или иных решений, постепенным внедрением в жизнь экологически идеальной индустриальной структуры, разработкой экологически чистых технологий.

3.Широкое использование экономических регулятивных инструментов в сферах ценообразования, налогообложения, внешней торговли и т.д.

4.Обеспечение справедливых прав на пользование общим природным достоянием человечества на основе международных соглашений.

5.Первоочередной учет роли человеческого капитала, т.е. знаний и опыта, а также состояния здоровья и уровня жизни населения.

Любопытно, что, размышляя о возможностях перехода Японии к эко логически устойчивому развитию, приверженцы рассматриваемой концепции обращаются к аналогиям в историческом прошлом страны, к традиционным чертам национального сознания.

Так, вспоминая эпоху Эдо, С.Окита писал: «При опоре на собственные природные ресурсы была создана рафинированная японская культура. Тех нологический прогресс был искусственно заторможен. За вырубку леса на охраняемых лесных территориях полагалось серьезное наказание. Люди по стоянно находились в работе, воздвигая технические сооружения для защиты от стихийных бедствий или умеренно пользуясь природными богатствами...

Новая глобальная ситуация, как и в эпоху Эдо, напоминает об ограниченно сти ресурсов, необходимости обратиться к внутренним резервам нации. Здесь должны пригодиться такие качества японцев, как взаимовыручка, самопо жертвование, уважение к собственной культуре».

Бесспорно, небезынтересным является предположение, в соответствии с которым японцам, чтящим синтоизм с его трепетным отношением к приро де, значительно легче, чем западным нациям, сделать «шаг назад», к эколо гически оправданному образу жизни. Но и влияние синтоизма в наши дни не следует переоценивать. К тому же существуют весомые факторы, серьезно затрудняющие внедрение принципов экологически устойчивого развития.

cdxxvi Тем не менее, судя по многочисленным данным, Япония предпринима ет определенные шаги, нацеленные на конкретизацию стратегии экологиче ски устойчивого развития и на постепенный переход к нему.

Еще в 1988 г. появилась Токийская декларация созданной по инициа тиве Японии Комиссии ООН по окружающей среде и развитию. Авторы Декларации рассматривали в едином комплексе борьбу с нищетой и охрану окружающей среды, сочетая решение проблем справедливого распределения доходов и сохранения природных ресурсов, а также предлагали включить во все виды политики экологическую составляющую.

В 1989 г. Межведомственный совет по сохранению глобальных экоси стем выпустил доклад под названием «Деятельность Японии в области гло бальных экологических проблем и ее вклад в улучшение глобальной эколо гической ситуации». В докладе рекомендовалось увеличить размеры япон ской официальной помощи развитию (ОПР), обеспечить учет экологического фактора при реализации проектов в рамках ОПР, добиваться от японских компаний, оперирующих за рубежами страны, соблюдения норм экологиче ской этики и взять на себя лидерство в организации природоохранного со трудничества в АТР.

В 1990 г. Совет принял Программу действий по борьбе с потеплением климата, а в 1991 г. — Программу исследований глобального характера с ежегодными затратами до 500 млрд.иен. Япония стала принимать у себя одну за другой международные конференции по охране глобальных экосистем, большая часть которых заканчивалась созданием новых структур или приня тием программ сотрудничества.

Целесообразно указать здесь и на серию законодательных актов как уз конаправленного, так и общего типов, из которых складывается юридическая база экологически устойчивого развития.

Так, в 1992 г. по инициативе министерства внешней торговли и про мышленности и министерства здравоохранения были приняты Закон о содей ствии использованию вторичных материалов и Закон о содействии предпри ятиям по переработке специальных отходов, а в 1995 г. — Закон о мерах по утилизации контейнеров.

Наибольшее значение имел, пожалуй, первый из них. Он предусматри вал меры по выявлению резервов превращения отходов в полезный продукт, а также предоставление низкопроцентных займов и налоговых льгот для предприятий, которые либо используют вторичные отходы, либо производят cdxxvii продукцию, легко разложимую на компоненты для повторного использова ния.

В порядке реакции на решения Международной конференции по окру жающей среде и развитию, состоявшейся в 1992 г. в Бразилии, Япония при няла в 1993 г. Основной закон об охране окружающей среды, а в 1994 г. — Национальную программу охраны окружающей среды.

В Основном законе об охране окружающей среды сформулированы следующие национальные цели:

1) обеспечение экологически устойчивого развития экономики на осно ве сокращения хозяйственного воздействия на окружающую среду (при со хранении достигнутого уровня жизни), обеспечение процветания окружаю щей среды и связанного с ним роста благосостояния;

2) укоренение отношения к окружающей среде как к наследию, которое останется следующим поколениям, сохранение культурных ценностей и здо ровья;

3) налаживание международного сотрудничества в решении глобаль ных экологических проблем.

Законом определены обязанности социальных институтов и граждан на пути к достижению поставленных целей. Центральное правительство должно сводить воедино общие усилия;

органы местного самоуправления несут от ветственность за разработку экомероприятий, соответствующих их возмож ностям и специфике;

частный сектор учитывает в ходе своей деятельности интересы охраны окружающей среды;

население осваивает нормы экологи чески корректного образа жизни.

Программа ориентирована, во-первых, на построение общества замк нутого цикла, способного контролировать растущую нагрузку своего эконо мического потенциала на окружающую среду при сохранении достигнутого уровня жизни населения и положения с занятостью. Вторая цель Программы — гармонизация отношений общества с природой, а третья — определение обязательств и вкладов различных социальных групп в обеспечение экологи чески устойчивого развития.

Юридическая база экологически устойчивого развития значительно ук репилась весной 1997 г., когда японский парламент принял Закон об эколо гической экспертизе. Закон содержит требование предварительной оценки крупных проектов с признанием прав местного населения участвовать в их обсуждении, предусматривает введение института независимых экспертов и cdxxviii возможность повторных экспертиз в ходе реализации проектов. В сфере дей ствия Закона — электростанции, новые и расширяющиеся дороги, порты, аэ ропорты, работы по осушению мелководий, градостроительство и т.д. С при нятием Закона появились возможности запретов на строительство.

Большой интерес представляют местные законодательные инициативы.

Еще в 70-е годы во всех префектурах были приняты акты, определявшие ба зисные экологические нормы. Но подлинный всплеск указанных инициатив произошел после вступления в силу Основного закона об охране окружаю щей среды. Префектуры поспешили последовать примеру центральной вла сти и провели через местные собрания аналогичные законы, предусматри вавшие приоритет экологических программ перед другими, объединение усилий их участников в рамках специальных структур под руководством гу бернаторов, отработку механизмов привлечения общественности к наблюде нию и контролю за их осуществлением, особые полномочия мэров в области их оценок и т.д.

Не предан забвению и институциональный аспект подготовки к пере ходу на использование принципов экологически устойчивого развития. В ок тябре 1995 г. был создан экспертный Комитет по вопросам экологического развития из тринадцати ведущих специалистов в области экономики и эколо гической политики во главе с директором Экспортно-импортного банка Япо нии Х.Ясудой и профессором К.Такэути, а с июля 1997 г. приступил к работе Совет по вопросам экологического развития из тридцати представителей правительства, бизнеса и общественных организаций.

Отрадные подвижки в подходах к экологически устойчивому развитию демонстрирует и частный бизнес. Новая и куда более бескомпромиссная, чем раньше, экологическая этика корпораций была сформулирована в программ ных документах предпринимательских объединений Кэйданрэн и Кэйдзай доюкай, опубликованных в 1991 г. Речь там шла об ответственности корпо раций за неэффективное с экологической точки зрения производство, при знании возможностей корпораций влиять соответствующим образом на по ведение массового потребителя посредством выпуска экологически привле кательной продукции, о радикализации правительственных экологических программ и т.д. В том же году Кэйданрэн обнародовала Глобальную эколо гическую хартию, в которой японские бизнесмены фактически взяли на себя обязательство обеспечить на всех зарубежных предприятиях те же экологи ческие стандарты, что и на территории Японии. В 1992 г. ведущие японские фирмы («Токё дэнки», «Ниппон дэнки», «Кансай дэнрёку», «Мицубиси дэн ки», «Хитати», «Сэйко», «Тосиба», «Тоёта» и др.) в числе первых вступили в Совет по экологически устойчивому развитию.

cdxxix На международном уровне первым глобальным соглашением об охране окружающей среды, основанным на рыночных механизмах регулирования — механизме международной торговли квотами на выбросы парниковых газов, стал Киотский протокол — международный документ, принятый в Киото (Япония) в декабре 1997 года в дополнение к Рамочной конвенции ООН об изменении климата (РКИК).

По состоянию на 14 февраля 2006 года Протокол был ратифицирован 161 страной мира (совокупно ответственными за более чем 61 % общемиро вых выбросов).

Россия подписала его 4 ноября 2004 года (под № 128-фз). Протокол вступил в силу 16 февраля 2005 года, через 90 дней после официальной пере дачи документа о ратификации его Россией в Секретариат РКИК 18 ноября 2004.

По материалам Т.Петровой «На путях к экологически устойчивому развитию»

http://www.japantoday.ru/znakjap/ekonomika/026_01.shtml Википедия http://ru.wikipedia.org/wiki/Киотский_протокол Вопросы и задания для самоконтроля:

Почему проблема защиты окружающей среды так актуальна для 1.

Японии?

Какие меры предпринимает Япония для защиты окружающей 2.

среды?

Что явилось предпосылкой для создания Киотского протокола?

3.

Какие еще существуют международные документы, направлен 4.

ные на защиту окружающей среды?

Каково участие России в Киотском протоколе?

5.

cdxxx Тематический блок 7: Японский язык.

По современным представлениям, японский язык входит на правах от дельной ветви в алтайскую языковую семью, к которой относятся также ко рейский, тюркские, монгольские и тунгусо-маньчжурские языки. Правда, в течение многих столетий японский язык развивался под сильным влиянием китайского. Словарный состав современного японского языка не менее чем наполовину имеет китайское происхождение. Однако все элементы китай ского происхождения в японском языке являются заимствованными, родство же языков подразумевает общность происхождения исконных элементов. В этом смысле японский и китайский языки родственными не являются.

Фонетические ресурсы японского языка относительно бедны: число фонем невелико, сочетаемость их сильно ограничена. Заимствуя слова из других языков, японский язык добавляет к каждому согласному звуку, не со провождающемуся последующим гласным, какой-либо гласный звук, обычно U. Гласных фонем в японском языке пять: А (а), I (и), U (у), E (э), О (о), при чем японское U (у) напоминает нечто среднее между русскими звуками у и ы. Гласные могут быть долгими и краткими. Японские согласные фонемы во многом напоминают русские. Они могут быть твердыми и мягкими. Мягкие соответствия звуков S, Z, T, D совершенно своеобразны: они имеют замет ный шипящий оттенок. По традиции, однако, русскими буквами слова "суси" или "Тосиба" пишутся с буквой "с", а латинскими - Sushi, Toshiba, откуда не правильное русское написание и произношение "суши", "Тошиба".

Японская система письма сформировалась на основе китайской, и ее образуют два набора знаков: (1) иероглифы, или кандзи, т.е. словесные знаки, каждый из которых соответствует целому слову или его значащей части, и (2) кана, т.е. слоговые знаки, каждый из которых передает тот или иной слог японской речи. Кана насчитывает около 100 разных знаков, иероглифы же, как и слова в любом языке, исчисляются многими тысячами. В принципе все, что записывается иероглифами, можно написать и каной, однако на практике кана имеет лишь ограниченное, вспомогательное употребление, и без знания иероглифики нормально читать и писать по-японски невозможно.

В японском языке отсутствуют грамматические категории рода, числа, лица. Таким образом, японское ха - это и 'лист', и 'листья' (точнее, 'листва' во обще, без указания на количество), тору означает и 'беру', и 'берёшь', и 'берёт', и 'берём', и т.д. Многие значения, в русском языке обычно выражае мые отдельными словами, в японском выражаются в пределах одной слово формы: ёмэру - "могу прочесть", ёмитаи - "хочу прочесть", ёмасэру 'заставить читать' или 'позволить читать'. Заметной особенностью японского языка является унаследованное от эпохи феодализма обязательное граммати ческое выражение уровня вежливости (ср. рус. изволят почивать, осмелюсь спросить). Порядок слов более строгий, чем в русском языке. Определяющее cdxxxi всегда предшествует определяемому: не только старый дом, но и родителей дом (в отличие от русского дом родителей). Сказуемое всегда стоит в конце предложения.

Японское словообразование относительно прозрачно и регулярно: ср.

русские слова француз, англичанин, японец и их японские соответствия фу рансудзин, игирисудзин (от Игирису - 'Англия'), нихондзин (от Нихон 'Япония'). Из числа продуктивных аффиксов следует отметить присоединяе мые к наименованиям лиц суффиксы тёплого обращения -сан,-кун,-тян. Вы ражение Танака-сан часто переводят как 'господин Танака', хотя по-японски это звучит не столь официально и скорее напоминает русское обращение по имени-отчеству. С этимологической точки зрения лексику японского языка принято делить на три слоя: ваго, т.е. исконно японские слова, канго, т.е.

слова китайского происхождения, (составляющие до 50% лексикона) и гай райго, т.е. лексические заимствования из прочих, в основном европейских языков (их около 10%).

В Японии долго сосуществовали разные литературные языки. Вначале, примерно в VI-VII вв., когда страна заимствовала китайские формы государ ственного устройства и буддийскую религию, в японском обществе получил распространение классический китайский язык - "латынь Дальнего Востока".

Однако уже в VIII в. появились обширные тексты на собственно японском языке (например, фрагменты свода мифов и преданий "Кодзики", поэтиче ская антология "Манъёсю"). С течением времени стали остро ощущаться грамматические различия между литературной (т.н. бунго) и разговорной (т.н. коого) формами этого языка. Бунго был обязателен для определенных коммуникативных ситуаций - прежде всего для официальной документации вплоть до середины XX в. Только после окончания Второй мировой войны в Японии полностью утвердился современный литературный язык, сложив шийся на основе разговорной речи. Впрочем, повседневное общение в Япо нии наших дней идет не только на литературном языке, но и на местных диа лектах.

7.1. Заимствованные слова в японском языке.

Вопрос о современных японских гайрайго, то есть заимствованиях из западных языков, в основном английского, в целом хорошо изучен и в Япо нии, и на Западе, и у нас. Есть и словари гайрайго, и статистические исследо вания их встречаемости, и детальные описания их грамматических и фонети ческих особенностей, и анализ их стилистических характеристик. Но ряд проблем еще требует осмысления. В частности, необходимо разобраться в том, какое место они занимают в японской культуре, в чём их особенности по сравнению с заимствованиями в других языках. Об этом написано не так много, хотя надо отметить проведенную газетой "Асахи" еще два десятиле cdxxxii тия назад дискуссию (Нихонго 1983) и недавнюю книгу Л. Лавди (Loveday 1996).

Роль гайрайго в жизни современного японца связана по крайней мере с двумя парадоксами. Первый из них заключается в несоответствии между об щим сравнительно небольшим количеством гайрайго в японских текстах (по данным всех статистических исследований, они составляют не более десятой части всех слов) и их важной ролью в повседневном языковом существова нии японцев.

Десять процентов всей лексики – не такая большая цифра. См., напри мер, высказывание япониста из Шри-Ланки Д. А. Раджакаруны о том, что в его родном сингальском языке заимствований из английского больше, чем в японском (Сото 1985: 131). Но очень во многих языках заимствована прежде всего книжная лексика, известная сравнительно узкому кругу людей. Для другого большого класса заимствований в японском языке, китаизмов-канго, это правило в основном сохраняет силу. Не так с гайрайго. По данным стати стических исследований, среди японских общеобиходных слов гайрайго не менее 13% (Honna 1995: 45;

Stanlaw 1992: 61). То есть этот процент выше, чем среди японской лексики в целом. Но и среди более редких гайрайго очень многие постоянно приходится видеть или слышать в газетах, журналах, по телевизору, в магазинах, в уличных объявлениях и т. д. В большинстве чисто книжных текстов их как раз немного. При высоком проценте гайрайго среди общеобиходной лексики они сильно жанрово маркированы. Об этом уже писали многие, в том числе автор этого доклада (Алпатов 1985;

Алпатов 1988: 88-94;

Арешидзе, Алпатов 1991). Воспроизведем данные, суммарно приведенные в книге Л. Лавди, в основном совпадающие с тем, что писали другие авторы за последние полвека. Гайрайго мало в официальных доку ментах, газетной информации (особенно касающейся Японии), гуманитарных науках;

их число незначительно в политической, религиозной, юридической лексике и в абстрактной лексике в целом (Loveday 1996: 85-89). Более замет на роль гайрайго в сфере техники и естественных наук, хотя там много и кан го. Но уже в терминологии менеджмента гайрайго составляют 53%, марке тинга – 75%, среди торговых терминов – 80%, среди компьютерной термино логии – даже 99% (Loveday 1996: 101-103). И исключительно велик процент гайрайго во всей сфере массового потребления, где он за последние десяти летия постоянно растет (Loveday 1996: 106, 111). Сферы спорта, эстрадной музыки, кулинарии, моды и т. д. (исключая, разумеется, области националь ного стиля вроде сумо или кимоно) почти целиком обслуживаются гайрайго.

Огромное их количество содержится, например, в женских и молодежных журналах (Hayashi 1997: 364;

Loveday 1996: 200-202), в туристской рекламе (Martinez 1990: 99) и т. д. Как известно, гайрайго принято записывать одной из японских азбук – катаканой;

поэтому тексты, связанные со сферой потреб ления, выглядят как состоящие почти из одной катаканы, исключая лишь cdxxxiii грамматические элементы, необходимый минимум глаголов и японских соб ственных имен (последние иногда тоже записывают катаканой). Существует даже термин "катаканные профессии", то есть профессии, обслуживающие престижное потребление: дизайнер интерьера, модельер высокой моды и т. д.

(Tanaka 1990: 90).

Вот один пример, приводимый Л. Лавди (Loveday 1996: 88-89). Даже в японском христианстве гайрайго очень мало. Если отвлечься от собственных имен, то это почти только "курисумасу" – 'Рождество', термин не столько ре лигиозный, сколько коммерческий. Действительно, христиан в Японии очень мало, но каждый японец в декабре сталкивается с рождественской торговлей, ставит дома елку или хотя бы видит ее в общественном месте и т. д. Ср. фик сируемые словарями производные: "курисумасу-дина" – 'рождественский обед', "курисумасу-ка:до:" – 'рождественская открытка', "курисумасу-па:ти" – 'компания, собравшаяся на Рождество', "курисумасу-цури:" – 'елка' (БЯРС, I:

518). Всё это бытовые или торговые слова. При этом вторые компоненты – тоже английского происхождения, хотя, казалось бы, для соответствующих значений есть и "свои" слова.

Итак, гайрайго – в основном слова с конкретным значением, отсюда и отнесенность их подавляющего большинства к существительным, слов иных частей речи среди них мало. Гайрайго последнего полувека почти целиком заимствованы из американского варианта английского языка. По содержа нию они относятся либо к сфере потребления, либо к сфере современных вы соких технологий. В стилях языка, сложившихся еще в довоенное время, гайрайго мало и их число существенно не растет, но все новые стили форми руются с большим числом гайрайго (Кабасима 1983: 83).

В тех сферах, для которых гайрайго характерны, они проявляют стрем ление к экспансии. Хорошо известны многие случаи, когда конкуренция гай райго с канго или исконно японским словом (ваго) кончается победой перво го: молоко теперь называют "мируку", а не "гю:ню:", универмаг – "дэпа:то", а не "хяккатэн". Обратных случаев сейчас (в отличие от 30-40-х годов) совсем не бывает. Вот даже такой пример. В русско-японских словарях в качестве эквивалентов русского слова "отказ" фиксируются по крайней мере четыре слова: ваго "котовари" и канго "кёдзэцу", "дзитай" и "фунинка". Однако отказ покупателя от уже сделанной покупки может быть только "кянсэру" и никак иначе.

Раньше нередко квазисинонимы гайрайго и ваго (или канго) противо поставлялись по признаку "западный стиль - японский стиль". Теперь такая определенность может теряться за счет того, что гайрайго уже обозначает нечто, ставшее совсем японским (Кабасима 1983: 114-115). Например, райсу теперь уже не значит 'рис, сваренный по-европейски', это может быть рис (как кушанье) в любом виде, тогда как гохан и мэси по-прежнему значат 'рис, сваренный по-японски' (Passin 1980: 52).

cdxxxiv Часты и случаи, когда гайрайго ассоциируется с современностью и престижностью, а его квазисиноним – с отсталостью и даже с бедностью. Со временный фотоаппарат – только "камэра", но старомодный пластиночный аппарат типа тех, которые и сейчас стоят в российских фотоателье, – по прежнему "сясинки". Канго "сяккин" (заем) ассоциируется с бедностью и не этичностью, вместо него предпочитают гайрайго "ро:н" (Honna 1995: 53). Ха рактерна такая пара неологизмов: "ню:-ритти" – 'новые богатые' (чистое гай райго) – "ню:-бимбо:" – 'новые бедные' (вторая часть – канго) (Tobin 1992:

19).

Во всем этом проявляются как общемировые процессы глобализации, в языковой области связанные с экспансией английского языка (в том числе и через заимствования), так и очень характерный для Японии как страны "до гоняющего развития" комплекс неполноценности перед всем, что приходит из "старых" развитых стран, особенно из США. Вот пример, который мы уже приводили (Алпатов 1988: 91). На празднике японского национального танца (мероприятие, явно рассчитанное на японцев) реклама мотоцикла японского производства была написана по-английски латинским алфавитом (лишь на звание мотоцикла "Вираго" – естественно, американизм, – было продублиро вано катаканой). В коротком тексте дважды фигурировало слово "American" – 'американский'. И это при том, что в те годы (1984) качество японских мо тоциклов безусловно оценивалось как более высокое по сравнению с качест вом американских! Для японской рекламы вообще нехарактерны утвержде ния о том, что тот или иной товар лучше американского (даже если это так на самом деле);

более действенными оказываются лозунги о том, что данный товар – совсем такой или почти такой, как американский. О культурном и языковом комплексе неполноценности японцев пишут и западные наблюда тели (Tobin 1992: 31). Так было в середине 80-х гг., когда в самих США все рьёз обсуждались перспективы возможной победы Японии в экономическом соревновании. Теперь, когда отставание Японии от США увеличилось, этот комплекс мог лишь усилиться.

В связи с этим постоянные, в том числе и в печати, жалобы японцев, особенно старшего поколения, на засилье гайрайго все-таки не отражают преобладающее общественное мнение. Предпринимаемые иногда, особенно в официальной сфере и на телевидении, меры по ограничению гайрайго могут самое большее лишь замедлить процесс их экспансии. Из этого, разумеется, не следует, что в обозримом будущем они будут преобладать в языке. Каба сима Тадао, исходя из экстраполяции в будущее современных тенденций, предсказывал, что гайрайго будут составлять более половины японских слов где-то через 500 лет (Кабасима 1983: 73).

Такие комплексы, безусловно, свойственны не одной Японии. Но во многих странах их наличие вместе с процессом глобализации приводит не столько к американизации своего языка, сколько к внедрению английского.

cdxxxv Но здесь мы сталкиваемся со вторым парадоксом. При большом числе гай райго в языковом существовании японца и престижности английского языка уровень владения им в Японии невысок.

Примерно в 99% японских средних и повышенных средних школ так или иначе преподается английский язык (Loveday 1996: 96);

экзамен по этому языку входит в число вступительных экзаменов в японские университеты.

Какое-то количество английских слов и фраз знает любой японец;

это безус ловно облегчает проникновение гайрайго. Но это не означает владение язы ком хотя бы на уровне элементарного разговора с американцем и тем более чтения простого английского текста. Во время одного из международных ис следований владения английским языком в 152 странах Япония оказалась на четвертом месте от конца, ниже Ирана, Эфиопии, Индонезии (Honna 1995: 58;

99).

Эти данные могут показаться слишком крайними. Но они подтвержда ются и другими исследованиями, включая опросы информантов. Один такой опрос провел Л. Лавди. Практически все из 461 информанта когда-то учили английский язык, но 54% заявили, что его не знают, большинство других знали его лишь пассивно, поскольку всего 9% используют его на работе, 5% говорят на нем со знакомыми, 0,4% пользуются им дома (Loveday 1996: 175 176). Так что реально говорить о японо-английском двуязычии не приходится.

Среди причин этого указывают на низкое качество преподавания, устарелую методику, формальный характер экзаменов и др. (Loveday 1996: 98;

Miller 1982: 219-254). Но главное все-таки – отсутствие мотивации. В школе анг лийский язык – один из самых непопулярных предметов (Loveday 1996: 98).

И это связано с тем, что большинство учеников не знают, зачем он понадо бится им в дальнейшем. Единственная более или менее серьезная мотивация – подготовка к экзаменам в вуз (Loveday 1996: 96). А потом японец, если он не работает во внешнеторговой фирме или не связан с обслуживанием ино странцев, обычно никогда не пользуется английским языком, забывая даже то, что учил. Из 9% информантов, использующих этот язык на работе, боль шинство заявили, что лишь иногда читают на нем. К росту двуязычия не привело и значительное увеличение числа зарубежных поездок японцев за последние десятилетия: чаще они выезжают группами с переводчиками (Loveday 1996: 99).

Обобщая всё это, исследователи приходят к выводу о том, что при всей престижности английского языка в Японии его незнание не приводит к ка ким-либо трудностям в жизни (Yamamoto 1995: 80). А раз так, то вряд ли в обозримом будущем японцы будут знать его существенно лучше, чем теперь (Loveday 1996: 181;

Honna 1995: 57).

Чем объясняется такой разрыв между почтением к английскому языку и пассивностью в его освоении? Об этом писал известный японский социо лингвист Судзуки Такао. По его мнению, японское общество – одно из самых cdxxxvi открытых для восприятия чужих вещей и идей, однако в нем всегда было и остается затрудненным общение с иностранцами;

по его выражению, японцы – не ксенофобы, но ксенофиги, то есть люди, избегающие иностранцев (Suzuki 1987: 141). Судзуки отмечает и другую черту японской культуры – избирательность: при склонностях к заимствованиям японцы берут из чужих культур лишь те элементы, которые считают для себя нужными;

так было, в том числе в языке, и в период китаизации, и в продолжающуюся эпоху аме риканизации (Suzuki 1987: 143).

К сходным идеям приходит и Л. Лавди, сопоставляющий проникнове ние канго в прошлом и гайрайго в настоящем. Как он указывает, чаще всего массовое заимствование из одного языка в другой связано с массовым дву язычием носителей заимствующего языка. В Японии же такого двуязычия не было никогда. При мощном влиянии китайской культуры на японскую чело веческие контакты между китайцами и японцами (и в Японии, и в Китае) ни когда не были велики, а в некоторые эпохи даже запрещались. Это, однако, никак не помешало проникновению в японский язык множества канго. В на ши дни человеческие контакты между японцами и американцами, разумеется, значительнее, но общая тенденция остается (Loveday 1996: 212-213).

Итак, процесс заимствования гайрайго в современной Японии очень похож на процесс заимствования канго в прошлом. По выражению одного из авторов, мы имеем дело не столько с заимствованием, сколько с абсорбцией японским языком всего английского словаря (Passin 1980: 55-56);

японский язык вбирает весь словарь английского языка так же, как когда-то вобрал весь словарь китайского (Passin 1980: 63). Реально, разумеется, не каждое английское слово становится гайрайго, но потенциально оно в соответст вующей адаптации имеет шанс появиться в японском языке хотя бы как ок казионализм или компонент сложного слова. Но так было и с китайскими (онными) чтениями иероглифов. Но возникает вопрос: как совместить такую потенциальную способность к заимствованию с отмечавшимся выше слабым владением английским языком в Японии? Надо учитывать, что очень многие японцы плохо знают или вовсе не знают значительную часть из гайрайго, с которыми сталкиваются, особенно в рекламе, женских и молодежных журна лах. При этом оказывается, что японцы, особенно молодые, не особенно и интересуются точным значением того или иного слова. Важен прежде всего его "имидж", ощущение "элитности", закрепляемое в написании катаканой или латиницей. Еще более это относится к рекламе на английском языке, о которой говорилось выше. Но то же в прошлом было свойственно (отчасти свойственно и сейчас) и многим канго, ассоциировавшимся с иероглифиче ским написанием: их "имидж" был несколько иным, но тоже "элитным".

Между канго и гайрайго есть еще одна общность. Как известно, боль шая часть японских канго не заимствована в целом виде из Китая, а изобре тена в самой Японии из заимствованных корней. Но это же (хотя пропорция cdxxxvii пока что иная) мы видим и в отношении гайрайго. Многие из них образованы в Японии из заимствованного "строительного материала", хотя заимствуются чаще не корни, а целые слова, способные, однако, выступать в японском язы ке и в качестве корней. Многие примеры уже стали хрестоматийными – вро де "сарари:ман" – 'служащий' из salary – 'жалование' и man – 'человек'. Отсут ствующее в английском языке слово salaryman хотя бы не противоречит пра вилам английского словосложения. Но фиксируются и такие образования (нередко пишущиеся латиницей), которые, по мнению носителей английско го языка, там невозможны: раздел газеты с ответами на письма читателей на зывается "you-me box", дословно 'вы-мне-ящик' (Loveday 1996: 153);

система отелей, где можно жить без документов, получила название "no face system", дословно 'нет-лицо-система' (Honna 1995: 48). А вот пример, наблюдавшийся нами в 2001 году. Ввиду перегрузки автомагистралей вывешиваются плакаты с просьбами в определенные дни воздерживаться от пользования личными автомобилями;

такие дни именуются "но-майка:-дэ:", дословно 'нет-моя ма шина-день'. Нетрудно заметить, что при этом с гайрайго обращаются по пра вилам, в свое время сформировавшимся для канго, не обращая внимания на английский синтаксис. В одной из статей приводится мнение японца: "Не важно, что американцы не знают значения некоторых гайрайго. Важно, что мы их знаем" (Stanlaw 1992: 75).

Две волны массовых заимствований в японском языке безусловно от ражают кардинальное свойство японской культуры. Как пишет один из за падных исследователей, "гений японцев" заключается не в изобретении, а в адаптации тех или иных элементов культуры сначала из Кореи, потом из Ки тая, потом из Европы и США;

в отличие от многих стран этот процесс боль шей частью шел не под давлением извне, а по собственной инициативе;

в ре зультате заимствованные элементы укоренялись и жили самостоятельной жизнью, часто меняясь до неузнаваемости по сравнению с оригиналом (Tobin 1992: 33-4). Вспомним и слова Судзуки Такао об избирательности заимство ваний. Адаптация новых элементов культуры в Японии никогда не означала отказа от исконных культурных основ, новое не вытесняло старое, а накла дывалось на него. Это происходило во многих сферах культуры, в том числе и в языке. Недаром неимоверное число гайрайго в некоторых стилях не вы зывает у большинства японцев протеста и не кажется несовместимым с на циональной гордостью (хотя и противоположная точка зрения существует).

Но иначе воспринимается слишком хорошее знание чужого языка. Как пишет один из авторов книги "Многоязычная Япония", японцы, долго жившие за границей, и особенно их дети, выросшие в иноязычной среде, могут оцени ваться уже как не вполне японцы, представляющие даже опасность для об щества;

такие дети по возвращении в Японию учатся в особых школах, где главная цель – сделать их японцами, тогда как их знание иностранных языков совершенно не ценится (Yashiro 1995: 150-151).

cdxxxviii Можно согласиться с выводом Л. Лавди: хотя уровень контактов между японским и английским языками едва ли не максимально возможный для од ноязычного общества, но процесс внедрения гайрайго в японский язык отра жает более освоение обществом отдельных элементов западной культуры, чем глубинную вестернизацию (Loveday 1996: 90). Однако процессы глоба лизации, при которых экспансия западных стандартов в самых разных сферах, включая культуру и язык, приобретает крайне агрессивный характер, могут изменить ситуацию и в Японии.

Алпатов 1985 – Алпатов В. М. Англоязычные заимствования в японском языке и американизация японской массовой культуры. // Япония: культура и общество в эпоху НТР. М.

7.2. Невербальная коммуникация.

К видам невербальной коммуникации принято относить жесты и мими ку. К жестам обычно относят совокупность сознательных и бессознательных телодвижений и поз человека (движений рук, ног и пр.), к мимике, соответст венно, совокупность движений и выражений лица и глаз, имеющих значение (несущих информацию) в общении людей или для стороннего наблюдателя, выполняемых самостоятельно, либо в сочетании с речевыми средствами. Эти понятия иногда объединяют под общим названием «жесты». Как и у других народов, жесты и мимика играют важную роль в общении японцев. «Язык глаз так же выразителен, как речь» (Мэ ва кути ходо моно о иу)- говорят они.

В межкультурной коммуникации взаимное знание жестово-мимических и др.

невербальных (неречевых) средств общения или их близость способствует созданию атмосферы доверия и взаимопонимания, тогда как незнакомый, либо резко отличающийся от собственного набор соответствующих средств, манер и черт поведения может затруднять общение.


В целом, можно утверждать, что невербальное общение — японский идеал поведения. В Японии считается грубым и примитивным выражать сло вами свои чувства, желания и намерения. Лучший способ объясняться друг с другом — без слов, хотя, конечно, это не всегда возможно. По-японски такая форма невербальной коммуникации называется харагэй (искусство живота), т.е. умение понимать других благодаря интуиции.

Хара — у японцев равнозначно тому, что мы подразумеваем, говоря «сердце, дух, стержень, душа». Харагэй — беседа души с душой. Чтобы об щаться на интуитивном уровне, нужно научиться читать хара. Поэтому в японском языке существует множество выражений, связанных с употребле нием этого слова, вот некоторые из них:

— хара га тацу — сердиться;

— хара но кангаэру — буквально: думать животом — думать не только рационально, но и принимая во внимание чувства;

— хара но ару/най хито — личность, человек с/без характера;

cdxxxix Каждый народ отличают его собственные жесты, которые не всегда понятны чужакам, хотя, это не означает, что разным культурам, например, восточной и европейской не присущи одинаковые жесты с равным значени ем.

Для лучшего понимания представляем вам некоторые типичные жесты японцев.

Поклоны. Поклоны - универсальные жесты этикета вежливого обще ния в Японии, сопровождающие/означающие приветствия, поздравления, просьбы, выражения благодарности, извинения и т. п. В зависимости от си туации выполняются из положения стоя, сидя по-японски или по европейски. По степени вежливости в целом делятся на 3 типа: СТАН ДАРТНО-ВЕЖЛИВЫЙ, или стандартный /рэй, одзиги/, с наклоном корпуса около 30°;

ОБИХОДНО-БЫТОВОЙ, или облегченный /эсяку/ с наклоном до 15°, и ЦЕРЕМОННЫЙ, или почтительный /сай-кэйрэй/ с наклоном от 45° до 90°. Большинство поклонов имеет мужские и женские варианты. Низшие по возрасту и социальному положению кланяются первыми и более вежливым по клоном.

Основные типы поклонов.

1) Поклоны стоя.

Поклоны стоя наболее распространены в повседневном обиходном и де ловом общении. Перед типовым поклоном партнеры занимают исходное поло жение при дистанции в три шага и смотрят друг на друга. Во время поклона спина прямая, ноги сдвинуты;

у мужчин руки свободно по швам, носки слегка врозь, у женщин руки сложены перед собой, носки могут быть слегка внутрь.

Поза поклона выдерживается до двух секунд, затем партнеры не спеша возвра щаются в исходное положение и вновь смотрят друг на друга.

Одна из типичных повседневных ситуаций употребления поклонов стоя-приветствия. Так, знакомые люди (соседи, сослуживцы на работе и т. д.) при встрече и прощании совершают стандартные или обиходные по клоны с подобающими речевыми формулами. Например, при встрече:

Охаё: годзаимасу 'Доброе утро', Коннитива 'Добрый день' и т. п.;

при прощании: Саёнара 'До свидания', при уходе с работы: Осаки ни сицурэй си-масу 'До свидания' (букв. 'Извините, что ухожу раньше вас') и др. С по клонами стоя связан оборот коси га хикуи (букв, 'держать спину низко') 'держаться скромно и почтительно'.

cdxl 2) Поклоны сидя по-японски (на циновке и т.п.).

Обычно совершаются в помещении с японским интерьером. Часто выпол няются из официальной сидячей позы /сэйдза;

хидза о сороэтэ сувару/: на ко ленях и пятках, спина прямая, бедра сомкнуты;

руки у мужчин свободно лежат на бедрах, у женщин сложены перед собой.

3) Поклоны по-европейски.

Обычно совершаются в помещении с европейским интерьером в различ ных ситуациях вежливо-официального общения;

при личном контакте допус тимы лишь по отношению к младшему или низшему по положению. Выполня ются в целом так же, как поклоны стоя;

руки — как при поклонах сидя по японски.

Приведем другие при- меры невербального общения:

— Согласие выражается кивком головы, отрицание или несогласие — помахиванием правой ладонью перед лицом.

— Ладонь прикрывает рот: у женщин это выражает смущение или же cdxli лание не показаться вульгарной. Именно поэтому они прикрывают рот, когда смеются;

такой жест подчеркивает застенчивость или стыдливость (по-япон ски — хадзирай).

— Указательный палец, направленный на собственный нос, означает «я».

— Махи кистью вниз — подозвать кого-либо к себе.

— Скрещенные руки означают глубокую задумчивость.

— Когда мужчины втягивают воздух сквозь зубы, это также выражает раздумья или колебания с ответом. Женщины в такой ситуации прикладыва ют указательный палец к скуле и говорят: «Со дэс из» (Так-так).

— Поднятые указательные пальцы, приставленные к голове в виде ро гов, означают, что кто-то сердится.

— Скрещенные указательные пальцы — люди спорят друг с другом.

— Если хотят показать, что человек, о котором говорят, глуп или не в себе (сумасшедший), то, слегка покрутив указательным пальцем у виска, раскрывают все пальцы руки ладонью к адресату, говоря при этом: «Куруу, куруу па».

— Большой палец вверх — мужчина. Мизинец вверх — женщина.

Кроме жестов необходимо учитывать разницу в мимических выраже ниях лица. В Японии принято скрывать свои чувства или, по крайней мере, не демонстрировать их окружающим. Открытое поведение по отношению к незнакомым людям, как это типично, например, для итальянцев, неуместно.

Несмотря на то, что японцы могут быть очень темпераментными, во многих ситуациях, особенно вне близкого окружения, они предпочитают лишь слег ка обозначать свои чувства. Японцы улыбаются только губами и глазами.

Улыбка выражает радость, но может быть вызвана и смущением и рас терянностью, которые хотят скрыть от собеседника. Загадочная «улыбка Мо ны Лизы» очень характерна для японцев.

Улыбка может скрывать гнев или скорбь. Японцы не хотят обременять посторонних своими проблемами или болью. Никого не касается, что проис ходит в вашей душе. Японскую культуру общения можно называть культу рой стыдливости. При этом подразумевается, что каждый японец должен учитывать свою принадлежность к определенной группе и «блюсти» ее лицо.

С малых лет от японца требуется и поощряется конформизм. Ребенок очень быстро усваивает, что означает, когда ему грозят: «Если ты (не) сделаешь то или это, то тебя другие засмеют».

Как и у нас, у японцев существуют разновидности улыбок и смеха, и у всех есть свои характерные названия, различающиеся по использованию гласных звуков а, э, и, о, у:

А — а-ха-ха: громкий смех, только мужской (о-варай);

И — и-хи-хи:

злобный смешок;

У — у-ху-ху: скрытый смех (синоби-варай);

Э — э-хэ-хэ:

смущенный или заискивающий смех (тэрэ— или осэдзи-варай);

cdxlii О — о-хо-хо: женский смех (така-варай).

Выражать свой гнев в Японии считается ребячеством. Взрослые держат свои чувства под контролем. Скорее кто-либо извинится перед оппонентом, чем открыто выразит недовольство.

Скорбь тоже нужно прятать на людях за улыбкой (као дэ вараттэ, коко ро дэ наку — на лице улыбка, а сердце плачет). Но во время траурной цере монии слезы, и у мужчин тоже, абсолютно уместны и считаются выражением богатого внутреннего мира. Слезы сострадания воспринимаются не как сла бость, а как способность разделить человеческую беду. Поэтому такое «про ливание слез» (мораинаки) тоже приемлемо.

Желания не должны выражаться открыто, японцы избегают ставить ок ружающих в неловкое положение, если те не могут или не хотят выполнить их просьбы.

7.3. Японское имя.

Японское имя (яп. дзиммэй) в наши дни, как прави ло, состоит из родового имени (фамилии), и следующего за ним личного имени. Это весьма распространённая практика для Восточной и Юго-Восточной Азии, в том числе для китайской, корейской, вьетнамской, тайской и некоторых других культур.

Имена обычно записываются при помощи кандзи, кото рые в разных случаях могут иметь множество различных вари антов произношения.

Современные японские имена можно сравнить с именами во многих других культурах. У всех японцев есть единственная фамилия и единственное имя без отчества, за исключением японской императорской семьи, у членов которой нет фамилии.

В Японии сначала идёт фамилия, а потом имя. В то же время в западных языках (часто и в русском) японские имена записываются в обратном порядке имя — фамилия — согласно европейской традиции.

Имена в Японии часто создают самостоятельно из имею щихся знаков, поэтому в стране имеется огромное количество уникальных имён. Фамилии более традиционны и чаще всего восходят к топонимам (именам собственным, представляющим названия гео На рис. Таро Ямада (яп. Ямада Таро:) — типичные японские имя и фамилия вроде русских «Иван Иванов»

cdxliii графических объектов). Имён в японском языке значительно больше фами лий. Мужские и женские имена различаются за счёт характерных для них компонентов и структуры. Чтения японских имён собственных — один из самых сложных элементов японского языка.

Законы Японии об именах и фамилиях.

Первый закон о японских именах и фамилиях появился в начале эпохи Мэйдзи — в 1870 году. По этому закону каждый японец обязан был выбрать для себя фамилию. На тот момент население Японии составляло 34 млн. че ловек, и при этом только малая часть уже имела собственные фамилии.

Большинство созданных в то время фамилий происходят от названий мест ности проживания, так, например, не редки были случаи, когда целые дерев ни выбирали себе одну фамилию. На данный момент от 70 % до 80 % фами лией восходят к топонимам.

Затем принятый в 1898 году гражданский кодекс определил порядок изменения фамилии при заключении брака. Было прописано простое требо вание — жена обязана принять фамилию мужа. Это правило было отменено только в 1946 году, когда для соответствия новой конституции, расширяю щей права женщин, гражданский кодекс был пересмотрен. Теперь муж и же на должны выбрать одну из двух своих фамилий, но обязательно одну и ту же. Тем не менее, новыми правилами до сих пор редко пользуются — в по давляющем большинстве случаев (97,2 %) жена берёт фамилию мужа.


Разрешённые знаки для имён и фамилий.

До Второй мировой войны в Японии не было никаких ограничений на использование знаков в именах и фамилиях, что уже тогда создавало немало трудностей при ведении различных бумаг. Всего на тот момент существовало до 50 тыс. знаков, служащим ведущим записи часто приходилось использо вать словарь, чтобы вписать нужное имя. Кроме того бывали случаи, когда родители, стремясь создать уникальное имя для своего ребёнка, делали ошибку в редком знаке и иногда их было довольно сложно убедить внести исправление — приходилось временами так и записывать имя с ошибкой.

Имена с очень редкими иероглифами довольно неудобны как для окружаю щих, так и для самого носителя.

В 1947 году был создан список иероглифов, используемых только в именах, далее список дополнялся в 1951 и 1954 году и к 1981 году включал 166 знаков. В 1981 году кабинет министров Японии утвердил новые правила:

В именах необходимо использовать простые распространённые • знаки, а именно:

1945 общеупотребительных знаков дзё:ё:-кандзи ( ) o (включая 1006 учебных гакусю:-кандзи, ) 166 знаков кандзи специально для имён o cdxliv катакана и хирагана o Разрешались также знаки долготы гласных в катакане (), знаки по втора (), старые буквы и.

Однако уже в 1985 этот список был расширен, и было официально раз решено использовать ромадзи, хэнтайгану7, манъёгану8, а также условные знаки и символы (вроде * % $ ^ и т. п.).

Но и этого было видимо недостаточно, в 1991 году список иероглифов для имён был расширен на 118 знаков, а в 1998 году к нему добавился ещё один знак. В итоге таблица содержала 285 знаков. И ещё 205 знаков, не вхо дящих в эту таблицу, считаются допустимыми — в основной массе это ста рописьменные формы иероглифов. Стоит учесть, что 87 знаков из этой таб лицы не входят в стандартное программное обеспечение для большинства компьютеров и не могут быть напечатаны и отображены без установки до полнительных программ — об этом обязаны предупреждать чиновники при регистрации имени ребёнка. В итоге всего японцы имеют 2435 знаков, кото рые могут быть использованы в именах и фамилиях. Однако всё ещё посту пают предложения о расширении данного списка на 500—1000 знаков.

Количество знаков в одном конкретном имени или фамилии ничем не ограничено и теоретически они могут быть любой длины. Тем не менее, ред ко используются имена и фамилии более трёх знаков, наиболее распростра нён вариант двузначного имени и фамилии.

Запись японских имён латиницей и кириллицей и произношение в других языках. Обычно запись японских имён в других языках (использую щих латиницу и кириллицу) проходит так же как и транскрипция обычного японского текста, в соответствии с правилами конкретной системы (ромадзи, киридзи). Также часто встречаются запись японских имён в нестандартной транслитерации (использование вместо «си» — «ши», вмести «дзи» — «джи»

и т. п.), чаще всего это вызвано незнанием правил системы киридзи и попыт ками транслитерации латинской ромадзи, однако встречаются случаи наме ренного написания (например, если в варианте стандартной транслитерации имя неблагозвучно для носителей русского языка). Кроме того, обычно запи Хэнтайгана (яп., букв. «необычная кана») — в японской письменности альтернативная слоговая азбука — кана, отличающаяся вычурным написанием символов. Хэнтайгана возникла в результате курсив ной записи знаков манъёганы, в которой для представления одного слога могли использоваться разные кандзи. До реформы 1900 года, когда за каждой морой японского языка был закреплён один знак хираганы, хэнтайгана использовалась наравне с хираганой, причём выбор между этими двумя азбуками зависел от же лания пишущего.

Манъё:гана (яп. ) — ранняя форма японской письменности, в которой японские слова записыва лись схожими по звучанию китайскими иероглифами. Из манъёганы возникли японские слоговые азбуки (каны): хирагана и катакана. Название «манъёгана» происходит от «Манъёсю» (, Собрания десяти тысяч листов) — антологии японской поэзии периода Нара (710—794 гг.) и буквально означает «кана Манъ ёсю».

cdxlv си имён в системе ромадзи русскоговорящий человек читает так же, как если бы они были записаны нестандартной кирилической транслитерацией. На пример, фамилия и имя Honjou Shizuka записанные в ромадзи обычно чита ются русскоговорящем читателем как Хонджоу Шизук а, а не Хондзё Сидзука.

В латинской транскрипции японские имена и фамилии, как правило, идут в обратном порядке — сначала имя, затем фамилия. То есть Ямада (фам.) Таро (имя) обычно записывается как Tarou Yamada. Но иногда используется и японский порядок, в таком случае часто фамилия записывает ся заглавными буквами — YAMADA Tarou. Иногда также используются стандартные латинские сокращения имени до инициала — T. Yamada. Длина гласных часто показывается орфографически (Tarou Yamada);

иногда не по казывается совсем (Taro Yamada);

либо обозначается по аналогии с англий ским языком буквой «h» (Taroh Yamada);

или же обозначается чертой над буквой (Tar Yamada). В английском языке обычно без ограничений добав ляются суффиксы (Taroh’s book).

В кириллической транскрипции нет общепринятого порядка указания фамилии и имени. Обычно в публицистических изданиях, журналах, новост ных лентах используется обратный порядок имя-фамилия (Таро Ямада). Од нако в учебных текстах, статьях японистов и других профессиональных лин гвистических изданиях чаще используется оригинальный порядок фамилия имя (Ямада Таро). Часто из-за такой неоднозначности у людей незнакомых с японским языком возникает путаница между именем и фамилией. Длина гласных в русских текстах как правило не показывается (Таро Ямада), в учебных текстах обычно приводится в скобках после записи иероглифами и обозначается двоеточием (Таро: Ямада). Использование склонения имён раз личается в зависимости от характера изданий аналогично различиям порядка имя-фамилия: в массовых изданиях, нацеленных на широкий круг читателей имена обычно склоняются («Поеду в гости к Ямаде», «Взять у Ямады»), а в профессиональных лингвистических изданиях напротив — не склоняются («Поеду в гости к (господину) Ямада», «Взять у (господина) Ямада»).

Именные суффиксы.

В японском языке обычно после имени добавляется суффикс, указы вающий на отношение собеседников. Наиболее распространены суффиксы:

-сан () — нейтрально-вежливый суффикс, довольно близко соот ветствующий обращению по имени-отчеству в русском языке. Широко упот ребляется во всех сферах жизни — в общении людей равного социального положения, при обращении младших к старшим и так далее. Часто использу ется при обращении к малознакомым людям. Суффикс -сан – показатель ней cdxlvi трально-вежливых отношений. Стандартным является обращение по фами лии с добавлением суффикса -сан, однако довольно распространено и ис пользование модели «личное имя+сан». Первый вариант считается более вежливым.

-кун () — более «тёплый», чем «-сан», вежливый суффикс. Означает значительную близость, тем не менее, несколько формальных отношений.

Примерный аналог обращения «товарищ» или «друг». Используется между людьми равного социального положения, чаще всего одноклассниками, при ятелями, коллегами по работе, при обращении старших к младшим, а также при обращении начальника к подчинённому, когда на этом факте не стоит заострять внимание. Может присоединяться как к фамилии, так и к имени.

Обычно используется по отношению к лицам мужского пола. Может использоваться применительно к девушкам, когда суффикс «-тян» по каким либо причинам неуместен (например, мужчина-учитель к девушке-ученице).

-тян () (иногда в русском языке в результате прочтения с ромад зи по правилам английского встречается как -чан) — примерный аналог уменьшительно-ласкательных суффиксов в русском языке. Указывает на близость и неофициальность отношений. Используется людьми равного со циального положения или возраста, старшими по отношению к младшим, с которыми складываются близкие отношения. В основном употребляется ма ленькими детьми, близкими подругами, взрослыми по отношению к детям, молодыми людьми по отношению к своим девушкам. В чисто мужском об ществе не употребляется, более того, мужчина может расценить такое обра щение к себе как оскорбление (если только его так не называет любимая де вушка). Суффикс –тян присоединяется к личному имени, а не к фамилии, при этом имя часто существенно искажается. В большинстве случаев в имени, построенном по формату «основа + КО ()», отбрасывается окончание КО и к основе добавляется суффикс -тян. Например, Сумико превращается в Су ми-тян. Иногда имена с суффиксом -тян существенно изменяются, становясь аналогичными русским уменьшительным именам: Тайдзи — Тай-тян;

Ясуаки — Ясу-тян;

Тэцуко — Тотто-тян и т. п. Иногда сокращения имени доходят до единственного слога/знака каны: Сосукэ — Со-тян, Мицуки — Ми-тян, Ака нэ — А-тян, Эниси — Э-тян.

-сама () — суффикс, демонстрирующий максимальное уважение и почтение. Примерный аналог обращения «господин», «достопочтенный». В разговорной речи используется достаточно редко и только при обращении лиц низшего социального положения к лицам высшего. Довольно широко используется в сфере обслуживания. Употребляется при обращении священ cdxlvii ника к божествам, преданного слуги к господину, романтической девушки к возлюбленному, а также в тексте официальных посланий.

-сэмпай () — суффикс, используемый при обращении младшего к старшему. Часто используется в учебных заведениях учащимися младших классов по отношению к учащимся старших. За пределами школы или инсти тута может употребляться для обращения к старшему, более опытному другу или коллеге. Также используется как отдельное самостоятельное слово. Об ращения «семпая» к младшему происходит без присоединения каких-либо суффиксов к фамилии последнего. Иногда к имени младшего прибавляют суффикс «-кун()».

-сэнсэй () — суффикс, используемый при обращении к преподава телям и учителям (в самом широком смысле), а также врачам, учёным, писа телям, политикам и прочим общественно известным и уважаемым людям.

Указывает скорее на социальный статус человека и отношение к нему гово рящего, нежели на действительную профессию. Как и «сэмпай», часто ис пользуется как отдельное слово.

Также часто встречает обращение только по имени без суффиксов. Это указывает на достаточно близкие, фамильярные отношения. Употребляется взрослыми по отношению к младшим членам их семьи, близких друзей друг к другу и т. д. Обращение по фамилии без суффикса — признак фамильяр ных, но «отстраненных», обычно служебных, отношений. Обращение без суффикса называется ёбисутэ ().

Общие особенности чтения японских имён собственных. Японские фамилии и имена читаются особенно, не так, как обычные слова. В словарях часто указывается специальное чтение иероглифов — нанори (), кото рые встречается только в именах собственных. Многие фамилии и имена чи таются по редким кунам, по сочетанию кунных чтений и нанори, сочетаниям онов и кунов. Однако в большинстве случаев нанори-чтения являются слегка изменёнными кунными чтениями, которые представляют собой грамматиче ски изменённые слова, к которым восходят имена собственные. Например это могут быть глаголы в именной форме, прилагательные в старой средин ной форме, полные формы глаголов и другие грамматически изменённые формы слов.

Фамилия. Фамилия по-японски называется «мёдзи» ( или ), «удзи» () или «сэй» ().

cdxlviii Словарный состав японского языка долгое время делился на два типа:

ваго (яп. ) — исконно японские слова и канго (яп. ) — заимствован ные из Китая. На эти же типы делятся и имена, правда сейчас активно рас ширяется новый слой лексики — гайрайго (яп. ) — заимствованные из других языков слова, но в именах компоненты этого типа используются ред ко.

Современных японские имена делятся на следующие группы:

кунные (состоящие из ваго) • онные (состояшие из канго) • смешанные • Соотношение кунных и онных фамилий примерно 80 % на 20 %.

Многие фамилии, хотя и читаются по онному (китайскому) чтению, восходят к древним японским словам и записаны фонетически, а не по смыс лу. Примеры таких фамилий: Кубо (яп. ) — от яп. кубо (яп. ) — ямка;

Сасаки (яп. ) — от древнеяпонкого саса — маленький;

Абэ (яп. ) — от древнего слова апэ — соединять, смешивать. Если учесть и такие фа милии, то число исконно японских фамилий доходит до 90 %.

Фамилии могут читаются по только кунам, только по онам, по сочета ниям онов и кунов. При этом кунные чтения могут разные, иногда встреча ются нестандартные чтения нанори. Например, иероглиф («дерево») чита ется по куну как ки, однако в именах может читаться и как ко;

Иероглиф («вверх») может читаться по куну как уэ, так и ками. Существуют две разных фамилии Уэмура и Камимура, которые записываются одинаково —.

Кроме того встречаются выпадение и слияние звуков на стыке компонентов, например в фамилии Ацуми (яп. ) компоненты в отдельности читаются как ацуи и уми;

а фамилия (кана + нари) часто читается просто как Ка нари. При сочетании иероглифов типично чередование окончания первого компонента А/Э и О/А — например, канэ — Канагава (яп. ), сиро — Сираока (яп. ). Кроме того, часто становятся звонкими начальные слоги второго компонента, например Ямада (яма + та), Миядзаки (мия + саки). Также часто в фамилиях содержится остаток показателя падежа но или га (в древние времена было принято их ставить между именем и фа милией). Обычно этот показатель не пишется, но читается — например, Итиномия (ити + мия);

Эномото (э + мото). Но иногда показатель па дежа отображается на письме хираганой, катаканой или иероглифом — на cdxlix пример, Иноуэ (и + но + уэ);

Киносита (ки + катакана но + си та).

Подавляющее большинство фамилий в японском языке состоят из двух иероглифов, реже встречаются фамилии из одного или трёх знаков и совсем редки четырёхзначные и более фамилии.

Однокомпонентные фамилии в основном японского происхождения и образуются от существительных или срединных форм глаголов. Например, Ватари (яп. ) — от ватари (яп. переправа), Хата (яп. ) — слово хата означает «плантация, огород». Значительно реже встречаются онные фамилии, состоящие из одного иероглифа. Например, Тё (яп. Тё:) — озна чает «триллион», Ин (яп. ) — «причина».

Фамилий, состоящих из двух компонентов, большинство, называются цифры в 60-70 %. Из них большую часть составляют фамилии из японских корней — считается, что такие фамилии наиболее просты для прочтения, так как большая их часть читается по обычным используемым в языке кунам.

Примеры — Мацумото (яп. ) — состоит из используемых в языке суще ствительных мацу «сосна» и мото «корень»;

Киёмидзу (яп. ) — состоит из основы прилагательного киёй — «чистый» и существительного мидзу — «вода».

Двухкомпонентные онные фамилии менее многочисленны и обычно имеют один единственный вариант чтения. Часто китайские фамилии содер жат числа от одного до шести (исключая четыре, так как это цифра чита ется так же как и «смерть» си и её стараются не использовать). Примеры онных фамилий: Итидзё: (яп. ), Сайто: (яп. ).

Также существуют смешанные фамилии, где один компонент читается по ону, а другой по куну. Примеры: Хонда (яп. ), хон — «основа» (он ное чтение) + та — «рисовое поле» (кунное чтение);

Бэцумия (яп. ), бэ цу — «особый, отличающийся» (онное чтение) + мия — «храм» (кунное чте ние). Также совсем небольшая часть фамилий может читаться, как по онам, так и по кунам: Бандзай и Саканиси, Кунай и Мияути.

В трёхкомпонентных фамилиях часто встречаются японские корни, за писанные онами фонетически. Примеры: Кубота (вероятно слово кубо «ямка» записана фонетически как ), Акуцу (вероятно слово аку «открываться» записано фонетически как ). Однако также рас cdl пространены обычные трёхкомпонентные фамилии состоящие из трёх кун ных чтений. Примеры: Ятабэ, Оноки. Также встречаются и трёхкомпонентные фамилии с китайским чтением.

Четырёх и более компонентные фамилии очень редки.

Существуют фамилии с очень необычными чтениями, которые похоже на ребусы. Примеры: Вакаиро — записывается иероглифами «восем надцатилетняя девушка», а читается как «молодой+цвет»;

Фамилия обозначаемая иероглифом «один» читается как Ниномаэ, что можно пере вести как ни но маэ «перед двойкой»;

а фамилия Ходзуэ, кото рую можно истолковать как «сбор колосьев» иногда записывается как «первое число восьмого лунного месяца» — видимо в этот день в древно сти начиналась жатва.

10 самых распространённых фамилий в Японии Сато (яп. Сато:) 1.

Судзуки (яп. ) 2.

Такахаси (яп. ) 3.

Танака (яп. ) 4.

Ватанабэ (яп. ) 5.

Ито (яп. Ито:) 6.

Ямамото (яп. ) 7.

Накамура (яп. ) 8.

Охаяси (яп. ) 9.

Кобаяси (яп. ) (Охаяси и Кобаяси – разные фамилии, однако пи шутся одинаково и имеют примерно одинаковое распространение) Като (яп. Като:) 10.

Данные основаны на результатах исследования, охватившего около 70% населения Японии. С более полным списком наиболее часто встречающихся фамилий можно ознакомиться на сайте http://www2s.biglobe.ne.jp/~suzakihp/index40.html (список включает 10000 фамилий, расположен ных в порядке убывания частотности). Там же приводятся более редкие варианты чтений указан ных фамилий.

cdli Имя. Личное имя по-японски называется намаэ (яп. ) или сита-но намаэ (яп. ).

Обычно выбор имени в Японии ни чем не ограничен и родители вправе самостоятельно изобретать новые имена, используя разрешённые для этого иероглифы. Однако, конечно, учитываются определённые традиции, сущест вует набор наиболее популярных имён, но встречаются и полностью новые созданные с нуля имена.

Мужские и женские имена отличают друг от друга по набору характер ных для них компонентов.

Мужские имена.

Мужские имена — наиболее сложная для чтения часть японских имён собственных, именно в мужских именах очень распространены нестандарт ные чтения нанори и редкие чтения, странные изменения некоторых компо нентов, хотя встречаются и простые для чтения имена. Например, в именах Каору (яп. ), Сигэкадзу (яп. ) и Кунгоро: (яп. ) используется один и тот же иероглиф («аромат»), но в каждом имени он читается по разному;

а распространённый компонент имён ёси может быть записан разными знаками и их комбинациями. Иногда чтение совсем не связано с ие роглифами, которыми оно записано, поэтому бывает, что прочесть правильно имя может только сам носитель.

Однокомпонентные имена кунного чтения как правило образованы от глаголов (в словарной форме — окончание -у) или прилагательных в старой заключительной форме (окончание -си). Примеры: Каору (яп. ) — от гла гола каору — «благоухать»;

Хироси (яп. ) — от прилагательного хирой — «широкий». Очень редко встречаются имена онного чтения из одно го иероглифа. Пример: Дзюн (яп. ).

В именах с двумя иероглифами часто используются иероглифы показатели мужского имени: в именах читается как о, о, о, ро:, ки, я, я, го, хико, сукэ, хэй и др. Каждый такой иероглиф также показывает, по какому чтению должно читаться имя, например, прак тически все имена с компонентом ро: читаются по онному чтению.

Трёхкомпонентные имена также часто имеют свой двухкомпонентный часто используемый показатель: носукэ, таро:, дзиро:, носин и др. Но и часто встречаются имена, состоящие из двух иероглифов + один компонент-показатель.

cdlii Четырёхкомпонентные мужские имена встречаются довольно редко.

Очень редко среди мужских имён встречаются имена, записанные только каной.



Pages:     | 1 |   ...   | 10 | 11 || 13 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.