авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 || 3 | 4 |

«КНИЖНЫЕ НОВИНКИ издательства «За права военнослужащих» Издательством «За права военнослужащих» выпущены новинки: Комментарий ФЗ «О воинской обязанности и ...»

-- [ Страница 2 ] --

После завершения Второй мировой войны содержание и характер воен ных действий обеих противоборствующих коалиций, особенности руковод ства в каждой из них оказались в фокусе внимания военных теоретиков как в С в е ч и н А.А. Стратегия. М.: Издательство «Кучково поле», 2003. С. 201.

Т а м ж е. С. 203-204.

Т а м ж е. С. 207.

Т а м ж е. С. 209.

Т а м ж е.

28 С.Л. ПЕЧУРОВ СССР, так и на Западе. В последующем отечественные и зарубежные военные ученые развили вскрытые в ходе анализа коалиционных действий во Второй мировой войне положения, добавив к ним результаты своих изысканий по исследованию войн и военных конфликтов ограниченных масштабов.

Обобщению проблем, связанных со Второй мировой войной в советской и российской историографии посвящено значительное количество трудов отечественных теоретиков и практиков военного дела, прежде всего вышед ших под эгидой образованного в 60-е годы прошлого столетия Института военной истории МО СССР. В фундаментальных работах советских (рос сийских) ученых помимо фактурного анализа хода и исхода войны, коали ционных действий национальных Вооруженных Сил сделаны попытки тео ретического обоснования некоторых аспектов взаимодействия советского и англо-саксонского (Великобритания — США) военного руководства, вза имовлияния и координации действий на фронтах, театрах войны. Вместе с тем особенности функционирования собственно англо-саксонской военной коалиции, анализ возникавших проблем при ее формировании, особенно сти координации действий Великобритании и США в условиях становления их отношений с советской стороной не получили должного внимания со стороны отечественных ученых.

Среди научных работ, посвященных вопросам ведения коалиционных войн в ретроспективе в целом и частичному обобщению некоторых теоретических аспектов в данной области, представляется необходимым выделить труд совет ского ученого Г.Ф. Воронцова «Военные коалиции и коалиционные войны»23.

В целом, эта работа посвящена обобщению вопросов, относящихся к условиям возникновения и деятельности тех или иных военных коалиций (союзов).

Главное внимание автор уделил военным коалициям Второй мировой войны, а также особенностям функционирования некоторых коалиций 50—70-х годов прошлого века, сформированных на базе западных военно-политических сою зов. Кроме того, в работе сделана попытка разработки теоретической базы для обоснования создания военных коалиций (союзов) как таковых, органов коа лиционного руководства, некоторых способов решения ими политических и военных задач. Данный научный труд можно охарактеризовать как обобщение, квинтэссенцию всех тех достижений в указанной области в отечественной военной теории, которые были достигнуты в советской науке вплоть до начала 80-х годов прошлого века.

Среди научных разработок постсоветского периода в сфере коалиционности, причем содержащих не только анализ и сопоставление вновь вскрытых фактов функционирования конкретных военных коалиций (военно-политических союзов) прошлого и настоящего, особенно периода Второй мировой, последующих войн и военных конфликтов, представляется целесообразным выделить публикацию рос сийского военного ученого В.К. Белозерова «Трудный путь к прагматизму»24. Автор отмечает, что представление о коалициях будет неполным, если рассматри вать только военно-стратегические аспекты их деятельности. По его мнению, в обязательном порядке следует учитывать весь комплекс причин, приведших к образованию коалиции: мотивы поведения держав;

степень соответствия результатов нахождения страны-участницы в альянсе тем целям, которые ею определялись изначально. При этом В.Белозеров вновь подчеркивает важ ность выведенного еще К. Клаузевицем постулата, лежащего в основе мотивов вступления государств в коалицию, о примате политики, то есть о том, что «политическая цель, являющаяся первоначальным мотивом войны, служит мерилом как для цели, которая должна быть достигнута при помощи военных действий, так и для определения необходимых усилий». В этом плане, подчер В о р о н ц о в Г.Ф. Военные коалиции и коалиционные войны. М.: Воениздат, 1976.

Б е л о з е р о в В.К. Трудный путь к прагматизму// Военно-промышленный курьер, № 5, 13—17 февр. 2007 г.

ВОПРОСЫ КОАЛИЦИОННОСТИ В ОТЕЧЕСТВЕННОЙ И ЗАРУБЕЖНОЙ ВОЕННОЙ НАУКЕ кивает российский ученый, процесс образования и функционирования любой коалиции демонстрирует «выраженную ситуативную, субъективную обусло вленность» вступающих в нее государств. Достигнув совершенно конкретных целей, продолжает В. Белозеров, государства обычно покидают коалицию.

Однако полученные в результате победы (если она достигнута) дивиденды редко распределяются соразмерно затратам каждого из членов коалиции. Дру гим важным замечанием российского ученого, подтверждающим выводы предшествующих теоретиков в данной области, является констатация того факта, что участие в коалиции с неизбежностью ведет к некоторому ограничению суверенитета государств в пользу наднациональных органов. В то же время, такое положение не означает невозможности для государств вносить коррективы в свою коалиционную политику. Существенным представляется и выведенный В. Белозеровым тезис о том, что какова бы ни была степень благодарности союзника за содеянное в его пользу, эмоции не должны быть определяющим фактором при принятии политических решений. Приведенные выше и неко торые другие обстоятельства, как считает российский ученый, могут варьиро ваться в тех или иных пределах, но, как показывает опыт, «именно в обозна ченных координатах».

Видный российский военный ученый генерал армии М.А. Гареев, внес ший значительный вклад в развитие военной теории, в своих трудах касался и проблем военных коалиций и коалиционных войн. В его публикациях, главным образом посвященных исследованию вопросов, посвященных Вто рой мировой войне, затрагиваются проблемы формирования антигитлеров ской коалиции и делается ряд существенных оценок и выводов. Так, россий ский ученый на примере заключения военного союза между казалось бы такими историческими и идеологическими антагонистами, как Советский Союз, с одной стороны, и англо-саксы (Великобритания, США), с другой, показывает, что формирование военной коалиции неординарного содержания возможно и даже необходимо, если вопрос стоит о судьбе человеческой цивили зации, выборе путей ее развития на долгий период времени25. В этих условиях, в частности, вопреки популизму и предвзятости в оценках главным образом западных, но также и некоторой части отечественных научных кругов, впол не допустимо достижение секретных, на первый взгляд «несправедливых», соглашений «локального уровня», если они в стратегическом плане не про тиворечат конечной цели формируемой либо уже действующей военной коа лиции. Но при этом следует быть готовым к активному последующему про тиводействию, ставшим уже нормой в международных отношениях, так называемым двойным стандартам и стремлению к переоценке достигнутых результатов даже со стороны казалось бы бывших союзников и партнеров по той или иной военной коалиции, не говоря уже о бывших противниках26.

Другой российский ученый А.А. Кокошин, посвятивший весьма значи тельное количество научных трудов развитию военной теории, также нео днократно касался проблемы коалиционности. В частности, в его работе «Стратегическое управление»27, вышедшей в 2003 году он подверг сравни тельному анализу, в том числе в ретроспективе, весь комплекс связанных с особенностями руководства военной машиной вопросов, косвенно вскрыл и некоторые проблемы ведения коалиционной войны. Так, автор на примере операции «Буря в пустыне» (1991), осуществленной под эгидой США, пока зывает, как в коалиционной войне соображения, связанные с интересами даже сравнительно слабых в военном отношении союзников, могут сыграть исключительно важную роль в решении политической цели войны. Немало Га р е е в М.А. Память о великой победе священна// Военно-промышленный курьер, № 17, 9—15 мая 2007 г.

Т а м ж е.

К о к о ш и н А.А. Стратегическое управление. М.: РОССПЭН, 2003.

30 С.Л. ПЕЧУРОВ важным соображением, которым может руководствоваться ведущий член коалиции, является и стремление ограничить первоначально ставившуюся стратегическую цель. В пример приводится ситуация с Ираком в ходе упомя нутой операции, когда Вашингтон решил сохранить саддамовский режим в Багдаде как противовес антиамерикански настроенному Тегерану28. Немало важным представляется и наблюдение А. Кокошина относительно вероятно сти различного характера военных действий, со всеми вытекающими серьез ными последствиями для членов одной и той же коалиции (не говоря уже о противоборствующих сторонах). Как, например, было в ходе Корейской войны (1950—1953), которая для Сеула была войной тотальной, абсолютной, потребовавшей мобилизации всего потенциала подконтрольной ему южной части страны, а для Вашингтона — войной ограниченной, хотя и потребовав шей определенных усилий, но так и не ставшей «судьбоносной»29.

В вышедшем в 2004 году кратком политическом очерке «О политиче ском смысле победы в современной войне»30 А.А. Кокошин, анализируя подходы американского руководства к формированию военных коали ций и подготовке к военным действиям, подчеркивает тот факт, что, как правило, в назидание своим мощным с военной точки зрения оппо нентам Вашингтон выбирает такого противника, в отношении которо го военная победа гарантирована в силу огромного и количественного, и качественного превосходства США и их союзников31. При этом аме риканское руководство параллельно добивается и «умножаемой симпа тии» сателлитов, готовых малой кровью доказать свою преданность «старшему партнеру» и во всех будущих его военных авантюрах.

Суммируя результаты исследований коалиционных войн и военных конфликтов, проведенных представителями отечественной военно научной школы в период после окончания Второй мировой войны и по настоящее время, следует подчеркнуть их значимость для военной тео рии в целом, растущий к ним интерес со стороны зарубежной военно научной общественности, играющей в настоящее время роль законо дателей в данной области, по крайней мере, в военной науке Запада.

Вопросы теоретического обоснования формирования военных коалиций и коалиционных военных действий стали приобретать приоритетное значе ние в военной теории Запада в ходе и, особенно, в последний период Второй мировой войны как естественная реакция на возникавшие проблемы по руководству союзными войсками. Кроме того, военно-политическим руко водством западных государств в этот же период стала овладевать идея фор мирования качественно нового военного союза — военной коалиции, кото рая бы «сдерживала», а если придется, и сокрушила бы обретавший мощь и международный авторитет идеологически чуждый им Советский Союз.

На этом фоне одной из главных задач западных теоретиков стало обос нование противоестественности включения в один военный союз стран с полярно различными социальными системами государственного устрой ства. Так, в опубликованном в 1947 году в Великобритании исследовании под недвусмысленным названием «Странный союз. История наших уси лий сотрудничества с Россией в войне» бывший начальник американской военной мисси в СССР генерал Дж. Дин мало того, что дискредитировал и принизил вклад Красной Армии в разгром нацистской Германии и ее союзников, но и теоретически обосновал неестественность сотрудниче ства «демократий» Запада с «советским тоталитарным режимом» даже К о к о ш и н А.А. Стратегическое управление. С. 63.

Т а м ж е. С. 63.

К о к о ш и н А.А. О политическом смысле победы в современной войне. М.:

Едиториал УРСС, 2004.

Т а м ж е. С. 24.

ВОПРОСЫ КОАЛИЦИОННОСТИ В ОТЕЧЕСТВЕННОЙ И ЗАРУБЕЖНОЙ ВОЕННОЙ НАУКЕ перед лицом общей угрозы32.

С точки зрения теории и практики коалиционного руководства войной заслуживает внимания и широко известная на Западе монография британ ского вице-адмирала Э.Дж. Кингстон-Макклора «Руководство войной»33, не скрывавшего своих антисоветских взглядов и считавшего Советский Союз вечным противником англо-саксов. Тем не менее, он признает нали чие серьезных разногласий, имевших место в ходе Второй мировой войны и между англо-саксонскими союзниками — Великобританией и США.

В своем труде он исследует вопросы высшего политического и военного руководства западных членов коалиции в военный период. Им сделана попытка разобраться в причинах несогласованности в действиях видов национальных и союзных вооруженных сил, что было обусловлено чрез мерной видовой самостоятельностью, традиционной, кстати, и характер ной для англо-саксонской модели военного устройства в целом.

Некоторые вопросы ведения коалиционной войны и коалиционного руководства военными действиями союзных войск во время Второй миро вой войны освещены в книге другого известного англо-саксонского воен ного историка Ф.С. Погью «Верховное командование»34. Данный труд содержит обширные сведения об организации органов управления коали ционными вооруженными силами, их функциями, а также даются реко мендации по оптимальному формированию военных коалиций-союзов.

В последующие годы на Западе, постепенно стал возрастать интерес к коалиционным действиям ограниченного масштаба. Вплоть до крушения социализма в Европе, в силу официальных лимитов применения объединен ных вооруженных сил главного военного союза стран Запада — НАТО, тео ретические разработки англо-саксонских военных ученых в основном сосре доточивались на анализе и прогнозе коалиционных действий западных союз ников против Советского Союза и возглавляемой им военной коалиции социалистических государств — Организации Варшавского Договора (ОВД).

Среди теоретических разработок этого периода следует выделить исследова ние К. Керри и Х. Брифса «НАТО в поисках сплоченности» (1965), Л. Фарра ра «Иллюзия краткосрочной войны» (1973), М. Найду «Союзы и баланс силы» (1974), К. Нилсона и Р. Прита «Коалиционная война: нелегкое согласие» (1983), Р. Морсана и С. Брэма «Партнеры и соперники в Западной Европе: Британия, Франция и Германия» (1986), Е. Луарда «Война в между народном сообществе» (1987). В данных работах, в основном с позиций неприкрытого антисоветизма обосновываются критерии формирования соот ветствующих военных союзов стран Запада, анализируется опыт функциони рования таких военно-политических блоков и выдвигаются предложения по оптимизации их функционирования.

С дезинтеграцией СССР, роспуском ОВД и фактическим снятием гео графических ограничений действий НАТО западные аналитики стали больше внимания уделять коалиционным войнам с участием США и ведомыми ими членами Североатлантического альянса, а также их региональными союзниками практически во всех регионах мира. В этих условиях теоретическое осмысление проблем коалиционности нашло отражение в опубликованном в 1996 году одновременно в Вашингтоне и Лондоне фундаментальном справочном издании «Энциклопедия назем ных сил и боевых действий». В нем, в частности, акцентируется внима ние на нюансах формирования и функционирования многострановых военных союзов современности. Так, отмечается, что такие союзы могут Dean J.R. The Strange Alliance. The Story of Our Efforts at Wartime Cooperation With Russia. London, 1947.

Kingston-McCloughry E.J. The Direction of War. London, 1955.

П о г ь ю Ф.С. Верховное командование. Перевод с английского. Воениздат МО СССР, М., 1959.

32 С.Л. ПЕЧУРОВ различаться по содержанию с точки зрения ожидаемого вклада каждого из участников. В этой связи достижение приемлемых для всех решений на основе компромисса, якобы, может быть затруднено и потребует бес конечных корректировок. Более того, отмечается в соответствующем разделе данного труда, в силу зачастую различных интересов и целей участников союза вероятен факт разбалансированности действий, слабо го взаимодействия и, в конечном счете, затягивания войны35.

Из западных научных трудов последних лет, напрямую касающихся проблем коалиционных военных действий, заслуживает внимание опу бликованная в Соединенных Штатах в 2006 году под эгидой военного колледжа сухопутных войск США и института стратегических исследова ний научная разработка «Союзы и американская национальная безопас ность» под авторством Элизабет Шервуд- Рэндолл36 В данном научном труде сделана попытка «привязать» существующую теорию коалицион ных действий ко всему спектру возможных военных акций, к которым готовятся США и их союзники и партнеры в различных регионах мира.

Следует отметить известный прагматизм англо-саксонской, в целом, и американской военно-научной школы, стремление не столько углубляться в теорию коалиционной войны (якобы, это в достаточной мере сделано в пред ыдущие десятилетия), сколько применить разработанную методологию и научный аппарат к реальным, практическим действиям американских и союзных им вооруженных сил, как в рамках НАТО, так и других постоянных и временных военных союзов-коалиций. В этом плане бывший министр обо роны США Дональд Рамсфелд, посвятивший большую часть своей деятель ности на данном посту урегулированию труднейших проблем трансформа ции американской военной машины, открыто заявлял о том, что несмотря на способность Соединенных Штатов решить любую военную задачу самостоя тельно в силу подавляющего военного превосходства над любым реальным или виртуальным противником, все же предпочтительнее было бы подклю чение к подобного рода акциям союзников и партнеров (то есть тем самым «размыть ответственность»). Бывший министр подчеркивает, что «именно задачи войны должны определять состав коалиции, а не коалиция определять задачи войны. В противном случае задачи войны будут оглуплены до самого низкого общего знаменателя»37. Главное и не подлежащее обсуждению условие, продолжает Д. Рамсфелд, соблюдение принципа единоначалия (естественно, американского) при руководстве коалицией. Принцип же так называемый комитетской (или коллективной) ответственности, характерный для военной коалиции Антанты, ныне полностью должен быть исключен.

Таким образом, подводя черту под кратким анализом вынесенной в заго ловок статьи темы, хотелось бы обратить внимание на важное положение, неоднократно повторяемое в последние годы в основных документах воен ного руководства ведущих государств Запада и их основного военно-полити ческого альянса — НАТО, суть которого сводится к тому, что войны и воен ные конфликты в обозримой перспективе будут вестись не иначе как коали ционно. На этот постулат следует обратить самое пристальное внимание.

Brassey's Encyclopedia Of Land Forces and Warfare. Ed. by F.D. Margiotta. W., L., 1996, pp. 183—187.

Sherwood-Randall E. Alliances and American National Security. US Army War College, SSI, October 2006.

Rumsfeld D.H. Transforming the Military. “Foreign Affairs”, May/June 2002.

О научно-методическом аппарате оптимизации решений по применению воинских частей железнодорожных войск в операциях Полковник в отставке Г.А. ЛОЖЕЧНИКОВ, кандидат технических наук ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНЫЕ войска (ЖДВ) Вооруженных Сил России предназначены для обеспечения войск (сил) в транспортном отношении техническим прикрытием, заграждением и восстановлением железных дорог в операциях. Основной организационной единицей ЖДВ, способ ной самостоятельно выполнять весь комплекс задач по предназначению войск, является отдельная железнодорожная бригада. Она состоит из отдельных специализированных воинских частей. Одни из них предназна чены для строительства и восстановления железнодорожного пути, дру гие — железнодорожных мостов, третьи — для сооружения (восстановле ния) железнодорожного земляного полотна и т. д. Каждая воинская часть располагает ограниченным количеством личного состава, техники, запа сов строительно-восстановительных материалов и конструкций (МиК).

В настоящее время ЖДВ подвергаются реорганизации, сокращается их численность и вместе с тем усложняются их задачи по предназначе нию. В этих условиях возникает необходимость нахождения и реализации оптимальных решений по применению воинских частей ЖДВ в ходе прове дения операций. Практикуемые в ЖДВ традиционные методы принятия решений базируются на укрупненных нормативах, практическом опыте и интуиции должностных лиц. Поэтому они не позволяют находить оптимальные решения, касающиеся потребности в силах и средствах воинских частей, их расстановки, загрузки и перемещения по объектам строительно-восстановительных работ (СВР) в операциях.

Строительно-восстановительный процесс в условиях проведения опера ций характеризуется сжатыми сроками выполнения значительных объемов СВР одновременно на нескольких объектах. Так, в ходе наступательной (контрнаступательной) операции на отдельную железнодорожную бригаду может быть возложено восстановление в течение шести — восьми суток железнодорожного участка протяженностью 80—85 км. На таком участке могут быть разрушены: до 20 км пути на перегонах, до десяти станций, в том числе как минимум одна узловая станция, около десяти мостов, включая не менее чем один большой мост, а также другие объекты.

Все объекты работ воинских частей можно условно подразделить на так называемые объекты-поставщики (источники поставки МиК) и объекты-потребители (объекты СВР). На объектах-поставщиках ведут заготовку (изготовление) и погрузку или только погрузку МиК. Затем их доставляют транспортными средствами на объекты-потребители. Здесь МиК используют в производственном процессе или выгружают, склади руют и хранят до возникновения потребности в их использовании.

При восстановлении разрушенного железнодорожного участка силами и средствами отдельной железнодорожной бригады работы ведут, как прави 3 «Военная Мысль» № 34 Г.А. ЛОЖЕЧНИКОВ ло, на широком фронте несколько исполнителей (специализированных воинских частей соединения) одновременно на нескольких объектах-постав щиках (местах заготовок, складах, базах) и объектах-потребителях — разру шенных железнодорожных объектах (участках). Производственный процесс на этих объектах включает в себя несколько взаимосвязанных видов работ.

Работы ведутся с использованием различных средств инженерного вооруже ния и специальной техники ЖДВ, отличающихся друг от друга по предназ начению, производительности и другим эксплуатационным характеристи кам, или вручную с помощью средств малой механизации.

Около 71 % численности парка техники воинских частей отдельной желез нодорожной бригады составляет автомобильная техника, насчитывающая более 50 видов транспортных средств, в том числе: автомобили грузовые, специаль ные, автосамосвалы, автоприцепы транспортные, специальные. Остальные 29 % приходятся на долю средств инженерного вооружения и специальной техники, (грузоподъемные, землеройные, землеройно-транспортные, путевые, балластировочные машины, сваебойные средства и др.).

Строительно-восстановительные работы на разрушенных объектах ведутся различными способами в зависимости от характера разруше ний. В ходе СВР воинские части могут использовать МиК не только из имеющихся у них запасов, но также поставляемые им с мест заготовки (изготовления), со складов, баз и из других источников поставки.

Большое число объектов, исполнителей, видов и способов выполнения работ, множество видов МиК и типов техники обусловливают многовари антность процесса применения воинских частей отдельной железнодорож ной бригады на объектах работ. Поэтому при принятии решений возникает необходимость поиска и выбора из множества возможных наилучшего варианта применения воинских частей. Поиск путем прямого перебора и сравнения всех возможных вариантов потребует значительных затрат вре мени и не гарантирует нахождение наилучшего искомого варианта. Поэто му такой путь лишен практического смысла и неприемлем. Гарантирован ное и быстрое нахождение наилучшего (оптимального) варианта возможно на основе оптимизационного подхода, который базируется на математическом моделировании с выполнением расчетных обоснований на ПЭВМ. Оптималь ный искомый результат находят по определенным критериям. Поэтому он не зависит от индивидуальных качеств должностных лиц.

Поиск оптимального варианта применения воинских частей на объек тах работ отдельной железнодорожной бригады представляет собой реше ние управленческой задачи в одной из двух ее возможных постановок.

Первая постановка (задача 1).

Известны: количество и места расположения объектов-поставщи ков и объектов-потребителей;

возможности поставок МиК с объектов поставщиков;

объемы СВР и потребность в МиК для выполнения работ на объектах-потребителях;

воинские части — потенциальные исполнители работ на объектах, возможности привлечения ими к выполнению работ личного состава, техники и МиК.

Заданы: сроки выполнения СВР на объектах-потребителях.

Требуется определить: распределение объемов заготовок и поставок МиК, объемы их подвоза по объектам-поставщикам и объектам-потреби телям;

потребность исполнителей работ в личном составе и технике, их расстановку и загрузку по объектам и видам работ;

объемы работ, которые могут быть выполнены в заданные сроки имеющимися ресурсами, и те объемы работ, которые не могут быть своевременно выполнены в случае дефицита ресурсов;

возможный резерв ресурсов в случае их избытка.

Вторая постановка (задача 2).

Сроки выполнения работ при прочих условиях задачи 1 не заданы ОПТИМИЗАЦИЯ РЕШЕНИЙ ПО ПРИМЕНЕНИЮ ЖДВ или нуждаются в уточнении.

Требуется определить: возможную продолжительность СВР и назна чить сроки выполнения работ по объектам имеющимися ресурсами.

В качестве критерия оптимальности управленческих решений, при нимаемых в обычных условиях мирного времени, используют в боль шинстве случаев стоимостной показатель. Он позволяет количествен но в денежном выражении оценить затраты любых ресурсов, а также издержки, обусловленные недовыполнением или несвоевременным выполнением работ. При проведении операций на передний план выступают иные ценности. Невыполнение или несвоевременное выполнение СВР на объектах в этих условиях может привести к возра станию боевых потерь и другим последствиям, которые не поддаются оценке в денежном эквиваленте. Поэтому первостепенное значение приобретает своевременное выполнение задач строительно-восстано вительного производства с наименьшими затратами ресурсов.

Оптимальный результат решения сформулированной управленческой задачи 1 может быть получен с использованием комплексного глобально го критерия оптимальности (целевой функции), представляющего собой минимизируемую сумму трех локальных критериев, поставленных в соот ношение предпочтения с помощью коэффициентов предпочтения их минимизации по ПАРЕТО. Первым локальным критерием является количество личного состава и техники, привлекаемых к выполнению работ. Второй — трудозатраты на выполнение работ. Третий — объемы работ, которые не могут быть своевременно выполнены в случае дефи цита ресурсов (невыполнимые объемы работ). Первый и второй локальные критерии являются технико-экономическими, а третий — оперативным критерием. Абсолютное предпочтение в целевой функ ции отдается минимизации оперативного критерия.

Оптимальный результат решения задачи 2 может быть получен с использо ванием глобального критерия, представляющего собой минимизируемую сумму двух локальных критериев — трудозатрат и совокупных затрат времени на выполнение работ по объектам. Время является оперативным критерием, и его минимизации в целевой функции отдается абсолютное предпочтение.

На основе изложенных концептуальных положений разработаны, проверены вычислительными экспериментами и реализованы:

метод нахождения оптимального решения по применению людских ресур сов и техники отдельной железнодорожной бригады в процессе вывоза запасов материальных средств при переводе соединения с мирного времени на военное;

метод обоснования оптимального решения по применению воин ских частей отдельной железнодорожной бригады в процессе сооруже ния (восстановления) земляного полотна;

методика оптимизации решений по применению воинских частей соединения на объектах заготовительных работ и СВР.

Результаты экспериментальной проверки этих методов показали, что их при менение по сравнению с практикуемыми традиционными методами позволяет:

оптимально распределить объемы заготовок и поставок МиК по объектам-поставщикам и объектам-потребителям;

определить оптимальную потребность: в личном составе и технике, их расстановку, загрузку и перемещение по объектам и видам работ для выполнения последних в заданные сроки;

в затратах времени на выпол нение работ ограниченным количеством личного состава и техники;

сократить привлечение личного состава и техники к планируемому производственному процессу, затраты времени и труда на его реализацию;

зарезервировать личный состав и технику на случай непредвиден ных обстоятельств.

3* ОБУЧЕНИЕ И ВОСПИТАНИЕ Приоритеты в изучении сил (средств) воздушно-космического нападения и организации разведки Полковник в отставке Ю.И. ОМЕЛЬЧЕНКО, доктор военных наук ОМЕЛЬЧЕНКО Юрий Иванович родился 15 марта 1931 года в селе Петрушки под Киевом.

Окончил Пушкинское высшее военное училище радиоэлектроники имени маршала авиации В.А. Судца (1953), Военную командную акаде мию ПВО имени Маршала Советского Союза Г.К. Жукова (1963).

Службу проходил в Московском округе проти вовоздушной обороны на различных командных и штабных должностях.

После окончания адъюнктуры и защиты канди датской диссертации (1971) — на преподаватель ской и научно-исследовательской работе в Акаде мии ПВО. Защитил докторскую диссертацию по проблематике создания информационных систем военного назначения.

В настоящее время — профессор Военной академии воздушно-космической обо роны. Ведущий специалист в области организации разведки ВВС, форм и способов разведывательно-информационных действий.

ИЗУЧЕНИЕ сил и средств воздушно-космического нападения (СВКН) занимает одно из основных мест в профессиональной подготов ке офицеров — специалистов воздушно-космической обороны (ВКО).

Обоснованность и успешность принятия решений на применение войск (сил) ВКО и их реализация в значительной мере зависят от полноты, глубины и достоверности знаний о силах и средствах напа дения, представляющих угрозу, умения предвидеть возможный харак тер их действий, а также формы и способы применения. Не менее важно при этом владение знаниями о силах и средствах разведки, способных добывать данные о СВКН.

Применительно к информационной основе учебных дисциплин, в которых изучаются СВКН и организация разведки следует обозначить такие присущие ей особенности, которые существенно усложняют как методические подходы к структуре этих дисциплин, так и усвоение обучаемыми учебного материала. Прежде всего — это большие объемы информации по различным разделам дисциплин.

Достаточно назвать обширную номенклатуру типов СВКН и харак теристик каждого из них, многообразие форм и способов их оператив ного и боевого применения, различные технологии и физические принципы построения средств и систем, организационные структуры, системы управления ими и т. д.

Информационная основа дисциплин подвержена постоянному усложнению в связи с непрерывно происходящими изменениями как ПРИОРИТЕТЫ В ИЗУЧЕНИИ СВКН И ОРГАНИЗАЦИИ РАЗВЕДКИ в состоянии СВКН, так и в формах и способах их оперативного и бое вого применения.

Весьма показательной в этом отношении является, например, изменчивость сценариев применения СВКН в локальных войнах и вооруженных конфликтах последних десятилетий. По разным замы слам и сценариям осуществлялось оперативное применение и изменя лась тактика действий СВКН в операциях «Буря в пустыне» против Ирака (1991), «Решительная сила» против Югославии (1999), «Несокру шимая свобода» против талибов в Афганистане (2003), «Шок и трепет»

против Ирака (2003).

Не менее показательным примером может служить бурно прогрес сирующее развитие такого вида средств воздушного нападения, как беспилотные летательные аппараты (БЛА). Так, в настоящее время в 32 странах мира разрабатывается более 250 типов БЛА.

В этой связи в процессе изучения СВКН и организации развед ки у обучающих и обучаемых нередко возникает не вполне осоз нанное, трудно преодолимое стремление «втиснуть» в учебный материал как можно больше поступающей информации по профи лю дисциплины, так как предполагается, что только таким образом можно поддерживать изучение материала дисциплины на совре менном уровне. Безусловно, информация в данной отрасли знаний является исходным материалом, однако стремление привлечь как можно больше информации не должно принимать гипертрофиро ванный характер.

Для рационального отбора информации, ее дифференцированного анализа и последующего обобщения (интеграции) необходимо руко водствоваться системным подходом, суть которого состоит в формиро вании у обучаемых потребности в использовании его содержания в процессе решения профессиональных задач. Поэтому главным объек том изучения являются не просто сведения, содержащиеся в непрерывно поступающей, изменяющейся информации, а результаты анализа и оцен ки этой информации в русле решения профессиональных проблем, с кото рыми реально сталкиваются специалисты воздушно-космической оборо ны в ходе работы.

Безусловно, дисциплины, изучающие СВКН и организацию развед ки, не относятся к фундаментальным. Тем не менее, они являются про фильными для многих специальностей в области ВКО, поэтому изуче ние учебного материала должно обеспечивать обоснованность профес сиональных действий специалиста.

В профессиограммах, которые разрабатываются для каждой спе циальности, заложен рациональный принцип системного подхода:

отражать все необходимое в рамках достижимого.

Лаконично сформулированная сущность профессиограмм при водит к необходимости выделения главного, приоритетного в построении учебного материала. Выбор и расстановка приоритетов исходят из объективных, реальных оценок роли и значения СВКН в современных войнах, решаемых ими задач и их влияния на ход и исход войны.

Вооруженное противоборство в воздушном пространстве зародилось еще в начале ХХ века с появлением самолетов военного назначения и средств противовоздушной обороны. Интенсивное нарастание возмож ностей авиации обусловило придание ей роли средств, а затем и сил воздушного нападения. Появление и бурно прогрессирующее развитие космических средств военного назначения привело к интеграции воз можностей авиационных и космических средств, способных вести 38 Ю.И. ОМЕЛЬЧЕНКО вооруженное противоборство в воздушно-космическом пространстве, причем роль такого противоборства неуклонно повышается1.

В этой связи важнейшим приоритетом в изучении сил и средств воз душно-космического нападения является уяснение их лидирующей роли среди иных сил и средств агрессии, которыми располагают развитые в военном отношении иностранные государства. Достижение поста вленных целей и задач в современной войне решающим образом зависит от хода и исхода противоборства в воздушном (воздушно-космическом) пространстве.

В таком подходе к оценке роли СВКН и выборе его в качестве при оритета ни в коей мере не следует усматривать узковедомственный, личностный подход специалистов данного вида ВС. Суть дела в том, что СВКН могут противостоять при любых обстоятельствах в целом группировкам наших ВС в данном регионе, на стратегическом или операционном направлении. И в силу этого несомненно повышается роль в защите государства наших ВВС, сил и средств воздушной (воздушно-космической) обороны.

В большинстве иностранных государств планы и программы разви тия и реформирования ВВС занимают ведущее место в финансирова нии вооруженных сил. Так, реализация планов развития ВВС США должна позволить превратить их в важнейшую составляющую воен ного потенциала2. В целом развитие ВВС США и других ведущих стран НАТО осуществляется по пути трансформации военно-воздуш ных в воздушно-космические, а в перспективе — в космическо-воз душные силы.

В очередном докладе руководства ВВС США по перспективам развития этого вида ВС обозначена целесообразность реформирова ния организационной структуры американской боевой авиации.

Одна из центральных идей реформирования — создание авиацион ных экспедиционных формирований (АЭФ), сводных соединений авиации, состоящих из самолетов различных типов и назначения, способных выполнять на удаленных театрах военных действий весь комплекс задач: ведение воздушной разведки, завоевание превосход ства в воздухе, нанесение ударов по важным объектам на большой глубине, изоляция районов боевых действий, непосредственная авиа ционная поддержка3.

Исключительная особенность АЭФ состоит в том, что они содер жатся постоянно в высокой готовности к боевым действиям. Если в войнах XX века для подготовки и ведения войны надо было стягивать к границам подвергающегося агрессии государства сотни тысяч лично го состава и тысячи танков, устраивать множество складов горючего, боеприпасов и снаряжения, перебрасывать эшелоны с продовольстви ем к рубежам объекта нападения и тем самым выдавать свои намере ния задолго до начала агрессии, то АЭФ в любой момент готовы вести воздушные операции. При этом современные авиационные и косми ческие технологии позволяют в сжатые сроки эффективно наносить авиационные удары без заблаговременного перебазирования авиации к границам государства — жертвы агрессии. Действуя с баз на террито рии Соединенных Штатов силами стратегической бомбардировочной авиации или с баз в передовых районах силами АЭФ, уже в первые сутки агрессии авиация может решить важнейшие стратегические и оперативные задачи.

Военная Мысль. 2006. № 7. С. 2—12.

Зарубежное военное обозрение. 2001. № 1. С. 20—26.

Зарубежное военное обозрение. 2004. № 9. С. 35—44.

ПРИОРИТЕТЫ В ИЗУЧЕНИИ СВКН И ОРГАНИЗАЦИИ РАЗВЕДКИ Удар АЭФ — это удар из единого воздушно-космического простран ства, так как действия всех участников четко координируются: через спутники, находящиеся в космосе, осуществляется в реальном мас штабе времени переброска огромных массивов информации в центры обработки и органы управления, также быстро связывая их с ударными силами авиации, высвечивая им цели для поражения.

Исходной предпосылкой для данной идеи стала укрепившаяся в 90-е годы прошлого столетия установка на главенствующую роль ВВС в обеспечении американского мирового господства. Ее реализация требует проведения ряда действий, в числе которых достижение пол ного превосходства над противником в ударных возможностях, спо собность изоляции любого поля боя, обеспечение господства в воздухе над территорией противника, полная мобильность, возможность ядерного реагирования, космическая воздушная разведка. В действиях АЭФ эти мероприятия объединяются в единое целое.

Существующая версия документа «Перспективы развития ВВС»

исходит из необходимости наличия в будущем до десяти воздушных армий. Структура каждого АЭФ будет иметь в своем составе порядка 210—280 боевых самолетов. Переброска в любую точку мира и развер тывание одного АЭФ должно потребовать не более 48 часов. В случае нарастающей необходимости в течение пятнадцати суток в зону уже развернувшихся военных действий может быть переброшено еще до пяти АЭФ.

Постоянное отслеживание эволюции взглядов военно-политического руководства основных иностранных государств на роль и задачи СВКН в ретроспективе, в современных условиях и в перспективе, реализации этих взглядов в практике строительства СВКН и их применения в воен ных конфликтах является, несомненно, приоритетным. Это придает изу чению СВКН основательность, черты определенной фундаменталь ности, так как благодаря этому закладывается глубокая основа для доказательной оценки характера войн и применения в них СВКН в современных условиях, предвидения направлений вооруженного про тивостояния в воздушно-космическом пространстве на продолжи тельную перспективу.

Не менее важным приоритетом в изучении СВКН является глубокое усвоение и осмысление боевых свойств вооружения, применяемого в воз душно-космическом пространстве и из него. Можно, например, изучить номенклатуру наиболее прогрессивного по уровню боевых свойств высокоточного оружия (ВТО), тактико-технические характеристики его отдельных образцов и полагать свои знания СВКН достаточными и вполне современными. Однако фактически такие знания не являются достаточными и имеют весьма поверхностный, неосмы сленный характер.

Высокоточное оружие занимает все более важное место в составе средств воздушного нападения.

Вероятность поражения объектов высокоточным оружием оценива ется не ниже 0,5 даже одним выстрелом. Однако этим свойством дале ко не исчерпываются возможности ВТО. Так, крылатые ракеты (КР) имеют дальности, позволяющие поражать объекты без захода или с частичным заходом носителей КР в зоны ПВО. При этом сами КР являются малоуязвимыми целями для средств ПВО благодаря крайне низким значениям эффективной отражающей поверхности, полету на предельно малых высотах, возможности совершать запрограммиро ванный маневр. Кроме того, воздушное и морское базирование КР позволяет резко усложнять обстановку за счет их запуска с различных, 40 Ю.И. ОМЕЛЬЧЕНКО часто противоположных направлений, решать самостоятельные задачи без участия пилотируемых летательных средств.

Характерные изменения в способах ведения боевых действий в военных конфликтах последнего времени показали устойчивую тенденцию перехода от действий по заранее составленному плану к дей ствиям, когда выбор объектов ударов и распределение по ним конкретных сил и средств осуществляется непосредственно перед ударом и даже в ходе нанесения ударов. Последние получили название «адаптивных военных действий»4.

В этой связи в арсенале ВТО все более важное место стали занимать средства, позволяющие реагировать на ситуацию в реальном масштабе времени.

Обстановка, складывающаяся в условиях адаптивных военных дей ствий, потребовала переноса акцентов в сторону принятия на вооруже ние средств ВТО ближнего действия, обеспечивающих высокий дина мизм их боевого применения, быстроту нанесения ударов по вновь обнаруженным целям и надежное их поражение. В частности, к таким средствам относятся противорадиолокационные ракеты (ПРР), упра вляемые авиабомбы (УАБ), управляемые ракеты (УР) и кассеты.

В целом доля высокоточного оружия в военных конфликтах послед них десятилетий неуклонно возрастала, составив 8 % в 1991 году, 35 % в 1999 году, 57 % в 2001 году, 68 % в 2003 году. При этом изменялось вну треннее соотношение типов применяемых средств ВТО. Уже в 1999 году количество использованных УАБ различных модификаций соста вило 65—70 % от общего количества средств ВТО, ПРР — 25—30 %, КР — 2—3 %, УР — всего 1—2 %.

Нельзя считать приемлемым, когда при изучении сил и средств воз душно-космического нападения подавляющее внимание уделяется рас смотрению ударных средств и лишь частично тех разведывательных средств, которые непосредственно действуют в боевых порядках удар ной авиации.

Изучение сил и средств разведки, используемых в интересах СВКН на различных уровнях, имеет также приоритетное значение. Применение ударных сил в современных военных конфликтах не мыслится без высокоорганизованного разведывательного обеспечения, оснащенно го самыми совершенными средствами.

В районах кризисных ситуаций, в региональных и глобальных мас штабах создаются и функционируют разветвленные разведыватель ные системы, действия которых могут приобретать различные формы и комплексно охватывать представляющие интерес источники информации.

Так, до начала боевых действий против Ирака многонациональные силы в январе 1991 года приступили к проведению специальной разве дывательной операции «Обжигающий ветер», предусматривающей комплексное ведение разведки в районе конфликта — воздушной, кос мической, морской и наземной.

Особое внимание организации и ведению разведки уделялось руководством блока НАТО в ходе кризиса на Балканах. В районе кон фликта была создана мощная разведывательная система. В интересах постоянного контроля обстановки в августе 1998 года был организо ван объединенный оперативный разведывательный центр. Его основной задачей являлись сбор и обработка поступающих в реаль ном масштабе времени данных об обстановке, а также анализ и дове дение информации до руководства блока и войск (сил) в зоне кон Военная Мысль. 2004. № 2. С. 2—7.

ПРИОРИТЕТЫ В ИЗУЧЕНИИ СВКН И ОРГАНИЗАЦИИ РАЗВЕДКИ фликта. В систему разведки входили также мобильный центр анализа закрытых материалов, выдаваемых из штаба ОВС НАТО в Европе;

мобильный центр разведывательной системы НАТО «Локе-2», кото рый обеспечивал работу оконечных устройств системы, развернутых в штабах командований на ТВД;

наземные пункты приема и обработ ки данных космической разведки ВС США, Франции и Западно европейского союза;

системы радиолокационной разведки и целеу казания «Джистарс» и отрядов БЛА ВС США и ФРГ.

Овладение знаниями о СВКН основных иностранных государств в конечном счете не является самоцелью. Принятие решений на боевое применение войск (сил) ВКО в соответствии с поставленными зада чами по отражению нападения начинается с важнейшего элемента оценки обстановки — оценки противостоящих сил и средств агрессо ра, ключевым элементом которой является прогноз его возможных дей ствий. Именно на спрогнозированные варианты возможных действий СВКН «накладываются» ответные варианты действий сил и средств ВКО. Поэтому непреходящая приоритетная роль принадлежит умениям и навыкам прогнозирования возможных действий СВКН.

Совершенствование и развитие методологии прогнозирования замыслов действий СВКН в операциях (боевых действиях) имеет про должительную историю, начиная от применения графо-аналитиче ского метода до наиболее современных методов имитационного моде лирования, реализуемых на компьютерах. Современной основой этого вида деятельности стало применение многофункционального моделирующего комплекса «Спектр-М», разработанного ЗАО «Концерн ВНИИНС». На этом комплексе стало возможным многова риантное предвидение и определение наиболее вероятных вариантов5.

Высокая достоверность и качество результатов прогнозирования достигается всесторонним набором исходных данных и «проигрыва нием» вариантов действий СВКН с учетом вариантов ответных дей ствий войск (сил) ВКО. Овладение методами прогнозирования воз можных действий СВКН на основе компьютерного моделирования вхо дит в число приоритетных задач при изучении СВКН основных иностранных государств.

В этой связи нельзя не отметить, что компьютеризация прогнози рования, как и в целом процессов управления на различных уровнях, включая оперативный и тактический, стала общемировой тенденци ей. Наиболее рельефно эта тенденция стала проявляться в ВС США.

Так, 18-й армейский корпус (АК), проявивший себя как основная ударная сила коалиции в войне против Ирака в 1991 и 2003 годах, представляет собой компьютеризированное войсковое объединение, прошедшее испытание в боевых действиях. Американские офицеры не склонялись над картами. Они впервые использовали распреде ленную систему боевого управления FBCB-2, позволяющую на уров не бригады (батальона) доводить информацию вплоть до каждого солдата. Командиры и офицеры штабов различных уровней имели мобильные компьютеры в особо прочном корпусе. Данные поступа ли со спутников, самолетов, от экипажей танков, БМП и отдельных пехотинцев6.

Компьютеры штаба 5-го АК отслеживали до тысячи наземных целей в час. Вследствие этого возросло количество ударов, нанесенных ВТО.

Оперативность наведения на цели была очень высокой: до 80 % боевых вылетов начинались «вслепую», информация о целях поступала для Военная Мысль. 2004. № 1. С. 33—40.

Military revue. 2004. Март — апрель. С. 21—27.

42 Ю.И. ОМЕЛЬЧЕНКО наведения самолетов от наземных пунктов и самолетов-разведчиков уже в воздухе.

Приоритетное значение имеет связь изучения СВКН с другими опера тивно-тактическими дисциплинами.

Изучение форм и способов оперативного и тактического примене ния СВКН было бы неполным без применения знаний, умений и навыков в сложной, поучительной учебной оперативно-тактической обстановке, замысел и динамика которой разрабатывается и разыгры вается на командных пунктах в ходе отработки оперативно-тактиче ских задач, комплексных командно-штабных игр и учений. Динамика развития обстановки и действия в ней обучаемых, выполняющих обя занности в различных должностях, обнаруживают не только уровень знаний СВКН, но и навыков оценки обстановки.

Наряду с этим раскрывается сложность в добывании разведыва тельных сведений о силах и средствах воздушно-космического нападения, умении организовать и вести разведку, добывая данные с необходимой полнотой, достоверностью, в жестких временных рамках.

Несомненно, приоритетным является усвоение необходимости ком плексного применения сил и средств разведки, включенных в систему, и комплексной обработки разведывательной информации в интересах решения любой из задач, возлагаемых на систему разведки. Первосте пенное значение имеет раскрытие свойств адаптации системы развед ки к быстроменяющимся внешним условиям, способности решения задач мирного и военного времени без существенного изменения структуры системы.

Исходя из динамичности изменения обстановки в воздушно-кос мическом пространстве и на земле безусловно важными являются воз можность оперативного включения в систему дополнительных сил и средств разведки или подключения к ней новых потребителей разведы вательной информации, гибкость и живучесть системы под воздей ствием внешних и внутренних факторов, обусловленных современны ми условиями ведения разведки в мирное и военное время.


Существуют приоритеты, которые относятся к техническим аспектам состояния и развития сил и средств разведки. В их числе унификация и стандартизация технических средств разведки, направления автомати зации разведывательных процессов, включая обмен информацией, ее обработку в системе и доведение до потребителей.

В заключение необходимо отметить, что и с оперативно-тактической и с технической точек зрения непреходящую ценность имеет преем ственность в использовании опыта, накопленного в разведке противо воздушной, а теперь воздушно-космической обороны и военной развед ки в целом.

Особенности подготовки командного состава Сухопутных войск в современных условиях Подполковник И.В. ШЕСТАКОВ ПРОИСХОДЯЩИЕ в настоящее время изменения в Вооруженных Силах Российской Федерации предопределяют необходимость реше ния целого комплекса различных задач, в том числе и некоторого пересмотра системы подготовки офицерских кадров.

Существующая в настоящее время в Российских ВС система воен ного образования в целом обеспечивает выполнение возложенных на нее задач. Подтверждением тому являются результаты проведенной независимой государственной регламентации деятельности военно учебных заведений. На сегодняшний день практически все военные вузы успешно прошли процедуру аттестации и получили свидетельства о государственной аккредитации.

Нынешние преобразования в этой сфере опираются на трехсотлет ний опыт отечественной системы подготовки военных кадров. Этот опыт свидетельствует, что все крупнейшие изменения в данной систе ме осуществлялись одновременно с коренной реорганизацией воору женных сил. Так было и в ходе создания и становления регулярных армии и флота во времена царствования Петра I, и при проведении «милютинских» военных реформ во второй половине XIX века, и в годы, предшествовавшие Великой Отечественной войне, и в разгар «холодной войны».

С созданием в 1992 году Российских Вооруженных Сил было поло жено начало новому этапу в развитии высшей военной школы. Право вой основой преобразований стали «Концепция развития системы военного образования», принятая в 1993 году, и «Программа совершен ствования системы военного образования», одобренная и утвержден ная министром обороны РФ в 1998 году.

В ходе реализации этих программных документов в короткие сроки была восстановлена целостность системы военного образования, нару шенная после распада СССР, и организована подготовка офицеров по всем специальностям, необходимым армии и флоту. Уровни военного образования, организация и сроки обучения были приведены в соот ветствие с новым законодательством в области обороны и образова ния, а содержание обучения обновлено с учетом требований государ ственных образовательных стандартов. Одновременно существенно сократилось количество военно-учебных заведений.

Преобразования военной школы осуществляется в соответствии с требованиями Федеральной программы «Реформирование системы военного образования в Российской Федерации на период до 2010 года», разработанной по указанию Президента России и в мае 2002 года утвержденной Правительством Российской Федерации. Главная ее цель — приведение количественных и качественных параметров систе мы военного образования в соответствие со структурой, численностью 44 И.В. ШЕСТАКОВ и задачами Вооруженных Сил, других войск, воинских формирований и органов.

Основные программные задачи, определенные в этом документе, охватывают создание организационно-правовых и экономических условий для полного удовлетворения потребностей военной организа ции государства в офицерах при рациональном использовании средств бюджета на их подготовку, повышения качества военного образования и эффективности управления им.

В 2005 году был завершен первый этап реализации программы, что позволило определить перспективный облик системы военного обра зования, решить ряд вузовских проблем. На базе 19 филиалов вузов созданы самостоятельные образовательные учреждения, шесть воен ных университетов преобразованы в академии, восстановлено преж нее, исторически сложившееся название 16 военных институтов — высшее военное училище. Восстановлены почетные наименования военных вузов, утраченные ими в 1998 году в ходе реорганизации, раз работаны критерии оптимизации сети вузов и методика финансово экономической оценки мероприятий по их сокращению.

Сегодня можно сказать, что военная школа медленно, но неуклон но выходит на качественно новый уровень.

Дальнейшую работу по модернизации системы военного образова ния предполагается вести по трем основным направлениям.

Первое направление — это завершение оптимизации сети военно учебных заведений. Такая работа (в том числе по уменьшению количе ства военных вузов) осуществлялась на протяжении всего периода существования Российских Вооруженных Сил. Необходимость этого диктовалась последовательным сокращением их численности и умень шением объемов кадрового заказа на подготовку офицеров.

Крупномасштабные сокращения вузов предпринимались дважды — в 1993—1994 и в 1998 годах. Однако проблема оптимизации так и осталась нерешенной. Численность слушателей и курсантов сократилась за эти годы более чем вдвое, тогда как количество вузов — менее чем на 30 %.

В результате возросло количество малочисленных вузов, имеющих штатную численность менее 1000 обучающихся.

Образовательный процесс в таких вузах значительно увеличивает расходы федерального бюджета на подготовку офицеров. Так, анализ показывает, что до 46 % средств, выделяемых на военное образование, расходуется на содержание основных фондов вузов и только 12 % — непосредственно на нужды образовательного процесса.

После всестороннего анализа и финансово-экономического обос нования всех вариантов оптимизации сети вузов выбран наиболее рациональный. В его основу положены следующие критерии оценки каждого конкретного вуза: численность переменного состава вуза — не менее 1000 человек;

использование основных фондов вуза (по раз мещению, питанию, обучению) — не менее 70 %;

минимальные объемы строительства новых объектов в укрупняемых вузах;

мини мальное число введения в укрупняемых вузах новых специально стей, требующих лицензирования и аккредитации;

минимальные «потери» преподавателей, имеющих ученые степени или ученые зва ния, в результате реорганизации вузов;

пропорциональное сокраще ние вузов по регионам.

До 2010 года предполагается реорганизовать или ликвидировать 17 военно-учебных заведений. Одновременно планируется провести укрупнение 19 вузов, в которые будут направлены курсанты из ликви дируемых учебных заведений.

ПОДГОТОВКА КОМАНДНОГО СОСТАВА СУХОПУТНЫХ ВОЙСК Второе направление — модернизация материально-технической базы и информационно-методического обеспечения образовательно го процесса укрупняемых вузов. В ближайшее время планируется про финансировать и осуществить ряд проектов: оснастить все укрупняе мые вузы современным типографским оборудованием;

создать в них имитационные центры моделирования практических занятий;

обору довать вузовские библиотеки современными информационными системами;

в пяти военно-учебных заведениях построить спортивные комплексы.

Третье направление предполагает подготовку офицеров на базе гражданских вузов для прохождения ими военной службы по контракту.

Одновременно с этим будет решаться проблема оптимизации сети и численности военных кафедр. В настоящее время военные кафедры, на которых обучаются более 170 тыс. студентов, действуют при 229 гражданских высших учебных заведениях. Такие объемы подго товки офицеров запаса существенно превышают потребности Воору женных Сил, а уровень их военно-профессиональной обученности не отвечает требованиям войск и не соответствует затратам на содержа ние военных кафедр.

Подготовку офицеров запаса планируется продолжить в 68 граждан ских вузах. Уже прекращен набор студентов на военные кафедры при 161 высшем учебном заведении. Помимо этого планируется при 33 образовательных учреждениях высшего профессионального образо вания организовать военные учебные центры по подготовке офицеров для службы по контракту. Идея создания таких центров преследует двоякую цель: с одной стороны, минимизировать затраты по подготов ке требующихся армии специалистов наукоемких специальностей, а с другой — дать возможность молодым людям получить достойное обра зование в гражданском вузе и в дальнейшем быть востребованными по специальности. Таким образом, через три года, получив практический опыт в своей профессии, молодой человек сможет, продлив контракт, остаться в кадровом составе Вооруженных Сил. При этом он приобре тает полный пакет прав, гарантий и льгот, установленных законом для военнослужащих.

Трехлетний срок прохождения военной службы по контракту опре делен как наиболее оптимальный. В этом случае обеспечиваются вос полнение расходов на подготовку военного специалиста и его социаль ная защищенность в ходе дальнейшей военной службы. Со студента ми, отобранными для обучения в военных учебных центрах, будет заключаться договор, предусматривающий выплату им дополнитель ных стипендий и обязательное прохождение по окончании вуза воен ной службы по контракту сроком не менее трех лет.

Необходимо, чтобы уровень подготовки и квалификации препода вательского состава, действующие учебные программы подготовки слушателей и курсантов, учебная материально-техническая база вузов постоянно совершенствовались с учетом реалий сегодняшнего, а также требований завтрашнего дня.

В настоящее время определенная работа в указанных направлениях уже проведена в вузах Сухопутных войск, где уточнены квалифика ционные требования к выпускникам высших военных командных учи лищ (военных институтов), скорректированы учебные планы и про граммы по этапам подготовки курсантов с учетом требований наличия более высоких навыков в управлении штатными, приданными и под держивающими подразделениями (средствами), пересмотрены орга низационно-штатные структуры как управления вузов, так и подразде 46 И.В. ШЕСТАКОВ лений обеспечения учебного процесса, разработаны предложения по изменению норм снабжения, табели к штатам вузов.


В учебных планах пересмотрено распределение времени между бло ками учебных дисциплин и между дисциплинами внутри блоков. Это позволило увеличить общее время на изучение специальных дисци плин, а также тех предметов, которые прежде всего определяют военно профессиональную подготовку курсантов. Кроме этого, за счет опти мизации бюджета времени изыскано время для проведения второй ста жировки на 4 курсе в должности командира роты.

Учебные программы были пересмотрены с целью исключения дублирования изучения одного и того же материала по разным учеб ным дисциплинам, обеспечения военной направленности содержания учебных предметов, не входящих в блок военно-профессиональных дисциплин, распределения учебного времени по разделам, темам и видам учебных занятий для более полного обеспечения усвоения обучаемыми учебного материала на заданном уровне подготовки (иметь представление, знать, уметь, иметь навык), а также практиче ской направленности обучения (в программах определено, что на практические занятия по дисциплинам, обеспечивающим военно профессиональную подготовку, должно выделяться не менее 70 % учебного времени, при этом до 30 % из них должны проводиться в ноч ных условиях).

В уточненных квалификационных требованиях, учебных планах и программах учтено и то, что комплектование Вооруженных Сил солда тами и сержантами переводится на контрактную основу. Такие измене ния внесены из понимания того, что офицер должен быть способен эффективно руководить подчиненными, имеющими порой больший жизненный опыт, более высокий образовательный уровень, а также уро вень умений и навыков в военно-профессиональной подготовке.

В Главном командовании Сухопутных войск разработан жесткий план войсковых стажировок курсантов вузов (с 2006 года вводятся две стажировки: на 3 курсе — в должности командира взвода сроком один месяц, на 4 курсе — в должности командира роты сроком две недели) с учетом мероприятий, осуществляемых в войсках. Проведение войско вых стажировок спланировано только в соединениях и воинских частях постоянной готовности и только в тот период, когда в войсках осуществляется боевое слаживание взводов, рот, батальонов, что дает возможность слушателям и курсантам не только увидеть, но и принять непосредственное участие в проводимых мероприятиях, исполняя обязанности соответствующих должностных лиц.

Таким образом, все меры по совершенствованию подготовки офи церских кадров планируется направить на то, чтобы из вузов выпускал ся офицер-профессионал с высокой методической подготовкой, вла деющий системой приемов и способов обучения подчиненных.

На сегодняшний день требует своего решения и проблема нехватки офицерского состава в звене «взвод — батальон», которую пытаются решить за счет призыва на военную службу на 24 месяца офицеров — выпускников военных кафедр при гражданских вузах, так называемых «двухгодичников». Складывается парадоксальная ситуация: сержанты и солдаты — контрактники, а офицеры — командиры взводов проходят военную службу по призыву. В то же время число офицеров, призы ваемых из запаса на 24 месяца, с каждым годом увеличивается. В целом по Сухопутным войскам каждая третья должность командира взвода замещается офицером, призванным из запаса на 24 месяца.

Другими направлениями решения задачи совершенствования ПОДГОТОВКА КОМАНДНОГО СОСТАВА СУХОПУТНЫХ ВОЙСК системы военного образования могут быть: развитие федерального законодательства в сфере подготовки военных кадров, совершенство вание нормативной правовой базы прохождения военной службы;

дальнейшая оптимизация сети вузов и приведение их в соответствие со структурой и численностью военной организации государства, а также создание крупных многоуровневых научно-учебных комплек сов, обеспечивающих подготовку военных кадров различных профи лей;

совершенствование содержания военного образования (разработка требований к целям и содержанию подготовки офицерских кадров, межвузовская интеграция содержания военного образования, гумани зация и гуманитаризация военного образования);

создание системы и материально-технической базы интенсивного обучения (развитие теоре тических основ системы интенсивного обучения, технологическое обеспечение разработки компьютерных средств обучения, создание системы профессионально-педагогической подготовки преподава тельского и руководящего состава военных образовательных учрежде ний, установление норм снабжения в соответствии с изменениями организационно-штатных структур вузов, а также учебных планов и программ подготовки офицерских кадров);

определение приоритетных направлений и наиболее эффективных способов работы по подготовке военных кадров в ходе текущего строительства Вооруженных Сил Российской Федерации и на ближайшую перспективу;

поддержание необходимого уровня укомплектованности офицерских должностей, обеспечивающего решение задач, стоящих перед Вооруженными Силами Российской Федерации;

сохранение и наращивание научного потенциала вузов, принятие мер по приведению качественного состава научно-педагогических кадров в соответствие с показателями государ ственной аккредитации, принятие мер по улучшению материального положения преподавательского состава.

Итогом реформирования системы военного образования должно стать создание организационно-правовых и экономических условий для эффективного ее функционирования. Это позволит создать опти мальную сеть военно-учебных заведений, современную материально техническую базу, заметно усилит информационно-методическое обеспечение образовательного процесса, повысит укомплектован ность высококвалифицированными профессорско-преподаватель скими кадрами.

Государственный образовательный стандарт: плюсы и минусы Полковник в отставке В.Я. БУЛЫГИН, кандидат военных наук БУЛЫГИН Владлен Яковлевич родился 16 января 1930 года в Омской области. В 1950 году окончил Челябинское военное авиационное Крас нознаменное училище штурманов дальней авиа ции. Проходил службу в этом же училище на пре подавательской работе. После окончания акаде мии ВВА им. Ю.А. Гагарина (1958) — служба на различных должностях в Бакинском округе ПВО.

После окончания адъюнктуры (1967) и успешной защиты кандидатской диссертации в ВВА им. Ю.А. Гагарина — преподавательская работа.

В период с 1969 по 1971 год выполнял интерна циональный долг в Арабской Республике Египет.

В настоящее время — научный сотрудник Центра информационных технологий ВВА им. Ю.А. Гагарина.

ОПЫТ военных конфликтов, повседневная деятельность войск показывают, что многие офицеры в силу различных обстоятельств не в полной мере обладают необходимыми знаниями, умениями и практи ческими навыками. Одной из причин такого положения является отсутствие четкого системного подхода к организации образовательного процесса в военных вузах.

Напомним, в середине 90-х годов в системе военного образования произошли коренные изменения: положения Государственного обра зовательного стандарта высшего профессионального образования (ГОС ВПО), утвержденные постановлением Правительства РФ № от 19 августа 1994 года и введенные приказом Министерства образова ния РФ 2000 года № 686, были реализованы в системе вузов Министерства обороны.

Казалось бы, вхождение в ГОС ВПО позволит системе военного обра зования приобрести новые качества в профессиональной подготовке спе циалистов. Однако особо ощутимых сдвигов в этой области, на наш взгляд, пока не произошло. Не наблюдается и повышения эффективности всей действующей структуры военного образования и, как следствие — боевой готовности соединений (частей) ВС. Конечно, с одной стороны, невозможно создать систему военного ВПО в отрыве от общегосудар ственной системы, но ведь, с другой — система военного образования имеет настолько специфические особенности, что для ее модернизации или реформирования требуется прежде не семь, а семьдесят семь раз отме рить. На протяжении уже более десяти лет мы убеждаемся, что многие реформы, проводимые в нашей стране, далеко не всегда носят созида тельный характер. Их конечные результаты недостаточно глубоко прогно зируются на десятилетия вперед. Например, задачи, поставленные Госу дарственной комиссией РФ по военному строительству в 1998 году (по докладу министра обороны «О реформировании системы военного ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ОБРАЗОВАТЕЛЬНЫЙ СТАНДАРТ: ПЛЮСЫ И МИНУСЫ образования в РФ на период 1998—2005 гг.»), нельзя считать выполненными1.

Реформирование в основном свелось к сокращению сил и средств.

Формирование и реализация Правительством РФ Государственного кадрового заказа на военных специалистов отнюдь не повысили эффективность образовательного процесса. Покажем это на примере Военно-воздушной академии им. Ю.А. Гагарина (ВВА).

Как правило, выпускники академии замещают командно-штабные должности полкового и дивизионного звена, а также должности этого же уровня всех авиационных служб. Но в последние годы возникла проблема нестабильности спроса на выпускников из-за все продол жающегося процесса реформирования, а вместе с ним уменьшения численности строевых соединений (частей), количества должностей, замещаемых выпускниками. Нестабильность спроса на выпускников академии сказывается и на организации набора и выпуска слушателей, и на самой системе подготовки авиационных командных кадров.

Командование академии, факультеты, кафедры ставятся в исключи тельно сложные условия. Создается впечатление, что процесс рефор мирования — это перманентный процесс, за которым трудно угнаться.

Перед командованием и профессорско-преподавательским соста вом любого военного вуза возник целый ряд проблем.

Как учесть требования ГОС по соответствующей гражданской спе циальности?

Как в новых условиях решить задачу достижения максимального эффекта высшего военного образования, повысить качество подготовки выпускников при ограниченных временных сроках и материальных затратах?

Как обеспечить единство фундаментального образования и профес сиональной подготовки к конкретной должности?

Как оптимизировать содержание обучения, полностью исключив дублирование в звене «высшее военное училище — академия»?

К сожалению, подчиненность системы военного образования ГОС ВПО, ориентация на требования к гражданским вузам свели к миниму му специфику подготовки военного специалиста. Принцип «учить вой ска тому, что необходимо на войне» в ГОС ВПО растворился среди общих, часто ничего не значащих требований, далеких от подготовки боевого командира. Определенный урон был нанесен и креном в гумани тарную область обучения офицеров за счет перераспределения часов на важные, но все-таки не первостепенные направления. Выпускник воен ной академии должен прежде всего уметь эффективно организовывать, управлять, воевать, побеждать и учить этому своих подчиненных.

Анализ содержания существующей практики разработки и реализа ции ГОС ВПО и квалификационных требований (КТ) показал, что в целом они соответствуют современным требованиям к подготовке спе циалистов с высшим военным образованием и в свое время сыграли положительную роль. Так, в указанных документах были изложены требования к специалисту по циклам дисциплин: к его представле ниям, знаниям, умениям, навыкам. В цикле общепрофессиональных дисциплин предъявлены более современные требования к знаниям законов и принципов строительства Вооруженных Сил РФ, концеп ции военной безопасности, системы информационной войны, техно логий военного управления и т. д.

Однако жесткие сроки разработки стандарта привели и к некото рым недостаткам.

Начнем с того, что ГОС ВПО и КТ по многим позициям неопра С е р г е е в И.Д. Реформа военного образования — важнейшая часть военной реформы в России // Красная звезда. 1998. 14 августа.

4 «Военная Мысль» № 50 В.Я. БУЛЫГИН вданно дублируют друг друга, имеют одинаковые наименования разде лов, вопросов, перечень требований. Причем объем их настолько велик, что разработчикам учебных программ порой сложно опреде лить, какие вопросы обучаемые должны изучить детально, а с какими они должны только ознакомиться в ходе самостоятельных занятий, самоподготовки. Это зачастую приводит к распылению учебного вре мени и чрезмерно большому количеству дисциплин.

Задачи по разработке КТ зачастую в значительной мере перепоруча ются вузам, кафедрам. В результате последние непроизвольно подгоняют их под существующие учебные планы и программы и по сути закрепляют предшествующий уровень подготовки военных специалистов без учета факторов, влияющих на профессиональную деятельность в современных условиях, опыта отечественных и зарубежных образовательных систем.

В документах просматривается излишняя увлеченность циклом гума нитарных и социально-экономических дисциплин (410 часов только аудиторных занятий). В программе дисциплины «История государствен ного и военного управления» изучение истории начинается с IX века (еще не было профессиональных военных формирований, а основным оружием были луки и пики), что вряд ли целесообразно для двухгодично го срока подготовки командных кадров, когда для привития и совершен ствования навыков управления подчиненными в ходе боевых действий, методики принятия решений, подготовки и проведения командно-штаб ных, летно-тактических, тактико-специальных учений катастрофически не хватает времени. Это тем более странно, что слушатели военной акаде мии имеют полное среднее образование и высшее военно-специальное.

Как правило, нехватка времени сказывается на самой сложной и трудной части управления — практике проведения в жизнь принятого решения.

Вызывает сомнение перечень критериев подготовки специалиста к основным видам профессиональной деятельности (военно-управлен ческой, военно-технической, военно-экономической, военно-тыло вой, военно-научной). Если исходить из командного профиля и воен но-учетной специальности подготовки специалиста, то выпускник ака демии должен обладать современным оперативно-тактическим мышлением и быть прежде всего подготовлен к командирской деятель ности, организации ведения боевых действий и их всестороннего обес печения (к слову, в ГОС ВПО и КТ почему-то не подчеркнут или даже упущен профиль подготовки офицера). В этом вопросе в военной педа гогике нет единства мнений, и он требует дальнейших исследований.

Но вполне можно согласиться с предположением доктора военных наук профессора А.А. Корабельникова, который утверждает, что каждый офицер выполняет четыре вида деятельности: боевую, административ но-управленческую, технико-эксплуатационную, воспитательную, — качество которых в целом определяет уровень боевой готовности части, соединения2. Однако и здесь возникают вопросы: как разграничить бое вую и административно-управленческую деятельности, каким блоком дисциплин и как обеспечить каждый вид деятельности?

Возьмем обозначенный в ГОС ВПО «военно-экономический» вид про фессиональной деятельности и требования к знаниям, умениям, навыкам командира «обладать современным экономическим мышлением». На наш взгляд, перечень вопросов дисциплины «Экономические проблемы упра вленческой деятельности» носит несколько конъюнктурный характер. До них ли составителям программ, когда нет времени научить слушателей методике проведения летно-тактического учения? Тем более что вся эко К о р а б е л ь н и к о в А.А. Еще один взгляд на систему подготовки военного специалиста // Вестник АВН. 2004. № 3 (8).

ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ОБРАЗОВАТЕЛЬНЫЙ СТАНДАРТ: ПЛЮСЫ И МИНУСЫ номическая деятельность командира, в том числе и авиационно-тыловой части, жестко регламентирована приказами и директивами.

В действующих ГОС ВПО и КТ недостаточно четко просматривает ся не только принцип «учить войска тому, что необходимо на войне», но и требования к оперативно-тактической подготовке офицера. Ква лификационные требования по всем дисциплинам должны быть про низаны вопросами изучения опыта локальных войн и вооруженных конфликтов, детального анализа форм и способов ведения наступа тельных и оборонительных боевых действий, боевого применения перспективных образцов вооружения, военной техники;

организации перегруппировки (перебазирования, перемещения) войск на новые театры военных действий (в новые районы) различными видами транспорта;

организации изучения руководящих документов;

требова ний к уровню военно-медицинской подготовки при управлении воин скими частями, соединениями в условиях применения оружия массо вого поражения, техногенных катастроф, террористических угроз.

В целях повышения качества подготовки специалистов рядом кафедр ВВА им. Ю.А. Гагарина была проведена оценка степени соот ветствия существующего ГОС ВПО современным требованиям. Вывод:

раздел третий («Общие требования к основной образовательной про грамме подготовки выпускника») нуждается в существенной доработке.

В то же время объем требований ГОС ВПО и КТ настолько велик, что установленные сроки обучения не позволяют кафедрам эффектив но внедрять их в образовательный процесс, разрабатывать оптималь ные учебные программы, достигать необходимого уровня подготовки выпускников. В результате чрезмерной учебной нагрузки и участия в различных мероприятиях слушателям элементарно не хватает времени на самоподготовку, чтение и изучение военных газет, журналов, других периодических изданий, что отрицательно сказывается на их кругозоре.

Поэтому и возникает необходимость рассмотрения варианта перехода на четырехгодичное обучение в высших военных авиационных учили щах и трехгодичное в академии (с разработкой и защитой выпускника ми дипломной работы или задачи).

В ходе учебной работы, составления учебных программ проявилось различие в требованиях ГОС ВПО и КТ к подготовке выпускников академии по разным специальностям (специализациям). Их универ сальный характер более направлен на подготовку летных командных кадров, но академия также готовит специалистов целого ряда авиа ционных служб: связи и РТО, АСУ, авиационного тыла и т. д. Поэтому рядом кафедр были высказаны предположения о разработке ГОС ВПО по каждой специальности отдельно, которые по форме и содержанию не вызывают необходимости наличия КТ.

Однако многие педагоги высшей школы сходятся во мнении, что ГОС ВПО как документ государственной важности необходим лишь для членов учебно-методического объединения вузов и квалифика ционной комиссии при главкоме вида ВС, а в вузы должны напра вляться только КТ по специальностям и специализациям. Наверное, этому варианту необходимо отдать предпочтение.

Надо думать, что в последующем ГОС ВПО не должен быть таким объемным и подробным с расписанными до мелочей требованиями к обязательному минимуму содержания основной образовательной про граммы с указанием количества часов. Он должен быть более кратким, сжатым, содержать в основном только государственные требования и быть базой, фундаментом для разработки КТ к военно-профессио нальной подготовке выпускников.

4* ДИСКУССИОННАЯ ТРИБУНА Мышление полководца:

исторический аспект Полковник А.В. ЛЕБЕДЕВ, кандидат военных наук ВЫСОКОПОДГОТОВЛЕННЫЙ офицерский корпус, и прежде всего та его часть, которая относится к оперативному и стратегическо му звеньям управления, является объектом особого внимания со сто роны высшего военно-политического руководства любого государства.



Pages:     | 1 || 3 | 4 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.