авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 6 | 7 || 9 | 10 |   ...   | 20 |

«Санкт-Петербургское отделение Российского института культурологии Кафедра ЮНЕСКО по компаративным исследованиям духовных традиций, специфики их культур и межре- лигиозного ...»

-- [ Страница 8 ] --

— путем наблюдений над преобразованием «мягких» (хаотических) сос- тояний пиджинов в более «жесткие» системы креольских наречий (Kaye, Tosco 2002);

— при исследовании «мягких» когнитивных расстройств, не достигаю-щих уровня демен ции и делирия, но уже отличающихся от нормы (ICD 2007);

— при сравнении энтропийных характеристик текстов разной тематики, стилевой прина длежности и патологичности (Пиотровский 2008: 5–8;

Piotrowska and Piotrowska 2004: 133– 140).

— при построении и реализации алгоритмов автоматической переработки текста, в част ности при машинном переводе и аннотировании текстов (Пиотровский 2006: 116).

3. технология синергетической парадигмы. Решение синергетических задач потребова ло, как только что было показано, применения новых непривычных для гуманитариев иссле довательских технологий, принципиально отличающейся от тех приемов, которыми поль зовались филологи, работавшие в русле описательной и структурной парадигм. Работая в кадре синергетической парадигмы, исследователь не может ограничиться прямым наблюде нием над изучаемым объектом и рассуждениями по поводу этих наблюдений, с тем, чтобы в заключение предложить некоторую гипотезу, которую невозможно проверить.

Технология синергетической парадигмы опирается на используемый в большинстве со временных экспериментальных наук метод гипотез, сочетающийся с модельным экспе риментом (рис. 2). Такой подход, немедленно отпугивающий эрудитов-импровизаторов, требует реализации более сложной и трудоемкой процедуры, чем та, к которой привыкли гуманитарии. Прямое наблюдение и выдвижение словесных гипотез рас-сматривается здесь лишь как начальный шаг познания истины. Современный гуманитарий должен дать точную, недвусмысленную инвариантную форму-лировку своей гипотезы, не забывая о существова нии других альтернативных гипотез. После этого он должен перейти к доказательно-экспе риментальной проверке справедливости каждой из приведенных гипотез.

Модельно-гипотезный эксперимент строится по следующей типовой схеме.

1. В результате обработки информации, полученной с помощью метода прямого наблюде ния над натурным объектом, а также путем применения других приемов, формулируется гипотеза о внутреннем строении и динамике оригинала (рис. 2, блок 2).

2. Гипотеза представляется в виде конструкции, выполненной на неко-тором формальном языке (например, в виде математического выражения), см. рис. 2, блок 3. Такая конструкция, построенная с помощью эксперимента (блок 4) выступают в роли теоретического аналога (модели) натурного объ-екта. Проверка эпистемологической состоятельности модели оцени вается на этом шаге по таким характеристикам как непротиворечивость, исчерпы-вающий характер описания и простота.

180 В. Р. Пиотровская, К. Р. Пиотровская, Р. Г. Пиотровский, Ю. В. Романов Натурный лингвистический объект (оригинал или прототип) 2 Вербальная гипотеза Проверка состоятельности и онтологической пригодности модели путем доказательно Теоретический аналог натурного объекта экспериментального выявления (модель на искусственном языке) и оценки близости порождаемых ею лингвистических объектов с объектами естественного языка 4 Эксперимент и речи Воспроизведение модели через изучение речевой деятельности испытуемых 5 с помощью других лингвистических экспериментов, либо при помощи лингвистического автомата Рис. 2. Схема построения и функционирования лингвистических моделей — сравнение модели с оригиналом.

— коррекция гипотезы и модели по результатам обратной связи 3. На следующем шаге пригодность модели проверяется исходя из того, насколько хорошо она объясняет и предсказывает вновь открытые объекты и явления внешнего мира через обратную связь между моделью и оригиналом (рис. 2, стрелки, ). Такая проверка называется эмпирической.

Эта проверка характеризуется большим разнообразием конкретных ситуаций и доказа тельных приемов. К каждому из них должен быть применен критерий истинности (КИ). Наи более эффективной с точки зрения КИ является такая счастливая ситуация, когда гипоте за подтверждается появлением новых неоспоримых фактов. Лингвистическим примером такой апробации явилось подтверждение гипотетической схемы индоевропейского корня, предложенной Ф. де Соссюром (1977, с. 423–425) еще в 70-х гг. XIX в., данными хеттских текс тов, открытых, а затем и расшифрованных во втором и третьем десятилетиях ХХ в.

К сожалению, описанный случай апробации лингвистической гипотезы целиком зави сит от благоприятного стечения обстоятельств. Хеттские тексты могли обнаружиться на сто лет позже, когда гипотеза Соссюра была бы уже забыта, они могли остаться не найденны ми вовсе. Поэтому современная парадигма языкознания требует выработки приемов, обес печивающих опе-ративное получение КИ для той или иной гипотезы. Сильным ходом на пути создания таких приемов является компьютерное моделирование речевых процессов, Культурология: от бесед за чашкой кофе к доказательно-экспериментальной парадигме осуществляемое в лингвистических автоматах. Создаваемые этим путем блоки, входящие в архитектуру описываемой схемы, называют воспро-изводящими лингвистическими моде лями (ВИЛМ), см. рис. 2, блок 5.

Примером одного из наиболее успешных филологических экспериментов, использо вавших ВИЛМ, является опыт по определении авторства «Тихого Дона», осуществленного М. А. Марусенко (1990;

2001) и его помощниками в 80–90-х гг. прошлого века. Опуская дета ли матрично-статистической и компьютерной технологий, подробно описанных М. А. Мару сенко (1990: 33–157), напомним основные шаги атрибуции шолоховского текста.

На первом шаге, соответствующем 2-му блоку стандартной исследовательской модели, изображенной на рис. 2, формулируется нулевая гипотеза (H0), согласно которой автором романа «Тихий Дон» является М. Шолохов. Одновременно выдвигаются три альтернатив ных гипотезы, согласно которым претендентами на авторство указанного текста являются:

Ф. Крюков (H1), А. Серафимович (H2), С. Голоушев (Глагол) (H3).

На втором шаге, путем матрично-статистического анализа из 56 стилеразличающих па раметров, разработанных авторами, выделяется пять независимых друг от друга парамет ров, обладающих наибольшей различительной силой относительно текстов указанных пре тендентов. Такими параметрами являются: 1) число служебных слов, 2) число местоимений, 3) число подчинительных союзов, 4) число слов в аккузативе, 5) число подчиненных предложе ний без спрягаемой формы глагола.

На третьем шаге были применены детерминистская, а затем вероятностная процедуры распознавания (рис. 2, блоки 3 и 4). Идея первой заключалась в том, чтобы определить, су щественны или не существенны относительно t-критерия Стьюдента различия в статисти ческих характеристиках указанных параметров для попарного сравнения текста «Тихого Дона» с текстами, наверняка принадлежащими претендентам. Ввиду их трудоемкости ука занные процедуры были реализованы в блоке 5 с помощь компьютера.

К сожалению эта часть эксперимента дала надежную атрибуцию только для примерно 13 % текста «Тихого Дона». При этом были получены следующие надежные результаты относительно отдельных авторов: на первое место по объему атрибуированного текста вышел А. С. Серафимович (5,9 %), на второе — М. А. Шолохов (2,4 %), остальные претен денты показали еще меньшую долю атрибуированного текста. Вместе с тем выяснилось, что около 64 % текста несут отпечаток авторской манеры как Шолохова, так и Серафимо вича.

В связи с этими обстоятельствами исследователям пришлось возвратиться по обратной связи (рис. 2) к началу всей процедуры с тем, чтобы скорректировать гипотезы и дальней шие шаги атрибуции. В ходе этой коррекции был, во-первых, подключен текст «Поднятой це лины», а во-вторых, введена еще одна комплексная гипотеза (H4), согласно которой «Тихий Дон» является результатом совместной работы пары 'основной автор и его соавтор'. Такие па ры охватили всех перечисленных претендентов, включая и М. Шолохова.

Последний шаг эксперимента состоял в проверке новой гипотезы с помощью детерминист ской, а затем и вероятностной процедур (рис. 2, блок 4). В итоге этой проверки выясняется, что большая часть текста романа обнаруживает близость с эталонами авторских пар. Основ ным участником этих авторских сообществ оказывается А. С. Серафимович. Практически 182 В. Р. Пиотровская, К. Р. Пиотровская, Р. Г. Пиотровский, Ю. В. Романов его сотрудничество статистически прослеживается в 87 % текста, причем 65 % текста объ единяют в себе авторские манеры Шолохова и Серафимовича. Отсюда следует, что наиболее вероятной является гипотеза H*4, согласно которой основным автором «Тихого Дона» явля ется А. Серафимович, который использовал и редактировал некоторые тексты, написанные М. Шолоховым. Возможно он использовал также небольшое количество текстов Ф. Крюкова и С. Голоушева (Глагола).

Этот вывод снова был сопоставлен по обратной связи с историко-литературным контекс том появления «Тихого Дона» и фактами биографий обоих писателей, описанными в книгах С. В. Корягина (2006) и З. Бар-Селлы (2005). Это сопоставление не обнаружило противоречий между результатами описанного выше матрично-статистического анализа и историко-лите ратурными, этнографическими и биографическими фактами.

В последние десятилетия филология меняет свою научную парадигму. Она покидает дис куссионный клуб эрудитов-импровизаторов и постепенно занимает место в строю серьез ных научных дисциплин. Этот процесс становится возможным не столько за счет появления новых идей и развития собственных исследовательских технологий, сколько благодаря соче танию последних с экспериментальной техникой, взятой из «точных» наук. Такой опыт мо жет оказаться полезным для культурологов, желающих превратить свое молодое научное на правление в полновесную серьезную науку.

литература Бар-Селла З. Литературный котлован. Проект «Писатель Шолохов» М.: Изд. Российского гос.

гуманитарного университета, Корягин С. В. А. С. Серафимович — автор «Тихого Дона». Серия «Генеалогия и семейная история донского казачества». Вып.63. М.: Русаки, Кун Т. С. Структура научных революций. Пер. с англ. М.: Прогресс, Марусенко М. А. Атрибуция анонимных и псевдоанонимных литератур ных произведений методами теории распознавания образов. Л.: Издательство Ленинградского университета, Марусенко М. А., Бессонов Б. Л., Богданова Л. М., Аникин М. А., Мясоедова Н. Е. В поисках потерянного автора: Этюды атрибуции/ Под ред. М. А. Марусенко. СПб.:Филологический факультет СПбГУ, 2001.

Пиотровский Р. Г. Лингвистическая синергетика: исходные положения, первые результаты, перспективы. СПб: Филологический факультет СПбГУ, Пиотровский Р. Г. Статистические модели текста и опыт их лингво-синергетического анализа// Научно-техническая информация. Серия 2. Информационные процессы и системы. Ежемесячный научно-технический сборник. 2007, № Соссюр Ф. де. Труды по языкознанию. Пер. с франц. М.: Прогресс, ICD-10. Version 2007, Chapter V, Mental and Behavior Desorders (FOO—F99) Kaye A.S. & Tosco M. Pidgin and Creole Languages: A Basic Introduction. Mnchen: Lincom, Lehfeldt W., Altmann G. Протекание падения редуцированных в древне-рус-ском языке в свете закона Пиотровских// Russian Linguistics. Vol. 27, No. 2, Культурология: от бесед за чашкой кофе к доказательно-экспериментальной парадигме Piotrowska W. and Piotrowska X. Statistical Parameters in Pathological Text// Journal of Quantita tive Linguistics. Vol. 11. No. 1–2, 2004: Special Issue: Festschrift in honour of Prof. Rajmund G. Pi otrowski. Part III Vossler K. Frankreichs Kultur und Sprache. 2-te Auflage. Heidelberg: C. Winter, V. R. Piotrovskaya, K. R. Piotrovskaya, R. G. Piotrovsky, U. V. Romanov Cultural Studies: A coffee break talk or the science with a experimental check-up paradigm Experiment, measurement and quantitation, which precede a profund qualitative notion, have of ten been regarded as the hallmarks of modern science. They still raise some fundamental problems in the field of the humanities. There exist a deep antinomy between modern experimental and quan titative investigations on the one hand, and arbitrary qualitative improvisations, inherent in the hu manities, on the other. The developments of philology over the past forty years examplifies this ri valry and opens the modelling way around this problem.

Динамика культурных форм С. В. Чебанов Санкт-Петербургский государственный политехнический университет оптимальность и эКстремальность в Культуре и ципфиаДа Социальный опыт ХХ века и складывание в естествознании и гуманитарных дисципли нах диатропики как учения о разнообразии (Чайковский, 1990) позволяют утверждать сле дующее.

1. Разнообразие является фундаментальным свойством широкого класса разноприродных совокупностей («популятивных объектов» по Г. П. Щедровицкому — Щедровицкий, 1976) — всех живых организмов (биологических и психосоциальных, включая присущие им культур ные артефакты) и обширного круга косных образований, сопоставимых с ферми-ансамбля ми1 (электронных оболочек атомов, радикалов молекул, лигандов комплексных соединений, парагенезисов минералов, комплексов горных пород, ярусов свит и т. д.).

Совокупность имеющихся данных, а также история изучения данных совокупностей показывают, что разнообразие является фундаментальным свойством в том смысле, что оно должно трактоваться как неотъемлемое свойство всех рассматриваемых объектов и не требует при этом никакого объяснения существования этого разнообразия (функциональ ного, исторического, энергетического, трактовки как результата реализации экстремаль ных принципов и т. д.). Более того, подобные «объяснительные принципы», якобы указы вающие источник и причину разнообразия, скорее затемняют, чем проясняют ситуацию. Особенно зловредным при этом оказался принцип историзма исходящий из того, что любое имеющееся актуальное многообразие является следом истории, каждый этап ко торой может быть представлен специфическим для него характерным типом организа ции, в то время как все остальные трактуются как результат исторического наследия.

При этом всерьез принимается происхождение многообразия из единообразия, возник новение чего-либо мыслиться как однократное возникновение унифицированной ор ганизации и т. д. При этом в качестве основной модели развития рассматривается ди вергенция, хотя под давлением фактических данных и приходиться признать наличие конвергенции или сетчатого развития. Но, даже признав их существование, им придается 1 Ферми-ансамбли — совокупности частиц-фермионов, подчиняющихся статистике Ферми-Дирака.

В ансамбле фермионов нет двух одинаковых частиц (частиц с одинаковым набором квантовых чисел), любые две частицы ферми-ансамля хотя бы чем-нибудь различаются (различаются хотя бы одним квантовым числом — ср. принцип Паули: электроны одной орбитали должны различаться спином).

Ферми-ансамбли являются антиподом бозе-кондесатов — образований, возникающих из бозонов, частиц подчиняющихся статистике Бозе-Эйнштейна. Бозе-кондесат есть обобществленное состояние всех образующих его частиц, которые неотличимы друг от друга, а поэтому и неразличимы как инди виды (нуклоны в атомном ядре). — (Примеч. автора).

2 Сказанное относится и к предельно широким объяснительным принципам таким, как принцип спонтанного нарушения симметрии. — (Примеч. автора).

Оптимальность и экстремальность в культуре и ципфиада второстепенное значение, что не позволяет поставить под вопрос значимость диверген тного пути развития. 2. Для совокупностей указанного типа требует объяснения не факт наличия разнообра зия, а факт его отсутствия или сужения разнообразия, а также какие-то иные примечатель ные его особенности (полимодальность распределения, необычные значения центральные моментов разных порядков и т. д.). Так, например, кристаллы гипса дают 179 основных типов, а галита почти всегда куб, что объясняется особенностями их кристаллической решетки.

Возможна и другая ситуация, когда можно говорить о влиянии установок человека на ха рактер организации многообразия. В особенности сильно это проявляется тогда, когда речь идет об исследовании человека. Более того, таковым может быть влияние не только исследо вательских установок, но и принятых житейских максим, которые сами по себе определяют характер спектра многообразия. Так, в брутальных культурах (в особенности военно-коче вого типа) существует очень жесткая оппозиция мужского и женского вариантов социали зации. Наличие небольшого числа индивидов с морфологическими аномалиями половых органов или девиантным половым поведением практически никак не влияет на гендерную структуру таких обществ. В современном же либеральном обществе возникает большой на бора критериев гендерности — генетический, морфологический, физиологический, психоло гический, социальный и т. д. В результате возникает полный спектр градаций половой при надлежности, заполняющих весь ряд между эталонным мужчиной и эталонной женщиной.

Подобная позиция требует пересмотра основных представлений традиционной филосо фии, что является базой, например, для предложения о переходе от унитарной онтологии к полиморфной гетерологии (Керимов, 1999;

ср. полионтологии — Чебанов, 2004).

3. Если с помощью каких-либо внешних целенаправленных воздействий достигается еди нообразие совокупностей рассматриваемого типа, а через некоторое время интенсивность этого воздействия ослабевает, то разнообразие через некоторое время восстанавливается.

Время, которое необходимо для восстановления колеблется от ничтожных долей секунды (для элементарных частиц) до десятков (для социальных образований и биоценозов), сотен и тысяч лет (для цивилизаций, геологических тел).

Указанное обстоятельство интересно как для технологов, так и для политиков. Для по литиков, в частности, важно то, что благодаря спонтанному восстановлению разнообразия, всякий тоталитарный режим обречен на гибель, причем гибель тем более быстрою, чем чаще и глубже в нем будут периоды либерализма. При этом, однако, такое восстановление разно образия не будет очень быстрым, а потребует двух-трех поколений. При современных темпах развития государств это означает, что государства прошедшие через стадию тоталитаризма без иностранной помощи с неизбежностью оказываются на периферии истории.

3 Помимо чисто познавательных затруднений, такая установка формирует особую когнитивную оп тику для рассмотрения социальных процессов, причем такую, которая толкает к насильственному социальному действию. Таковы представления о закономерной смене общественно-экономических формаций с квалификацией одних из них как реакционных, а других как прогрессивных, трактовка многоукладности как результата накопления пережитков прошлого, тезис об отставании производс твенных отношений от развития производительных сил и т. д. — (Примеч. автора).

186 С. В. Чебанов 4. Совокупности указанного типа, существующие в достаточно гармоничных ситуациях (не на грани исчезновения, т. е. в ситуациях неэкстремальных в гуманитарно-идеографи ческом понимании), характеризуются как еще одним фундаментальным свойством не толь ко разнообразием, но и резкой разночисленностью представительства их разных вариантов в конкретных ансамблях.

Так, в каждом кристалле или каждой пирамиде роста кристалла имеется только одна (обычно инородная) частица, с которой начинается их рост, и необозримое множество одно родных частиц, из которых построен кристалл. Подобным же образом в стае копытных один вожак, несколько доминантных самцов и множество рядовых особей. Еще более разительно соотношение численностей в семьях общественных насекомых с одной маткой, нескольки ми плодовитыми самцами и множеством рабочих особей. Также построено и государство с одним верховным правителем, несколькими уникальными позициями высших чиновников, несколькими десятками министров, сотнями и тысячами крупных руководителей и тысяча ми и миллионами рядового населения.

При этом равночисленность представительства или хотя бы сопоставимая численность разных вариантов является таким же показателем экстремальности в гуманитарном пони мании и неблагополучия ситуации, как и отсутствие разнообразия.

Так, незакономерное сопоставимое содержание элементов характерно для магм и термаль ных вод, которое сменяется дифференциацией составов при их остывании. Сопоставимые по численности ассоциации живых организмах возникают на экологически неблагополуч ных территориях — на свалках, насыпях железных дорог, на песчаных берегах рек, текущих в меридиональном направлении, на антропогенных пустырях возникают неустойчивые ас социации сорных растений и животных.

Подобным образом и в неустоявшихся человеческих коллективах существует неопреде ленно большое число даже формальных лидеров с не вполне легитимным статусом, не гово ря о теневых лидерах и множестве претендентов на верховное руководство и высшие руко водящие должности.

4. Статистика многообразий указанного типа явно отличается от нормального распреде ления, причем конкретный вид распределения, описывающего эти многообразия, является предметом дискуссий.

Качественно эти распределения характеризуются тем, что для определенного ансамбля, построенного из элементов данного многообразия справедливы следующие свойства — большая часть вариантов данного разнообразия различается численностью (частотой), причем между некоторыми классами эти различия очень велики, в частности — численность (частота) самого частого и следующего по частоте классов резко различа ются;

— имеется большое число малочисленных (низкочастотных) классов, в том числе, большое число одноэлементных классов.

Разнообразия указанного типа в разных предметных областях описываются распределе ниями, известными под разными названиями — Виллиса, Лотки, Мандельброта, Парето, Ципфа (Арапов, Ефимова, Шрейдер, 1975 а, б;

Козачков, 1978;

Орлов, 1970, 1976 и мн.др.).

Существует два подхода к описанию этих распределений.

Оптимальность и экстремальность в культуре и ципфиада Первое из них основано на представлении распределения рассматриваемого типа как сме си двух распределений (Мартыненко, 1978). При этом распределения высокоактивных ядер ных элементов описывается функцией nr = q(k/r — 1), в которой k — число классов в распре делении, r — ранг класса, nr — численность класса ранга r, а q и — некоторые константы, причем q является некоторым аналог медианы, а — характеризует скорость падения чис ленности с возрастанием ранга. Распределение же редких периферических элементов описы вается функцией nr = q’(lnk/r)', в которой k — число классов в этом распределении, r — ранг класса, nr — численность класса ранга r, а q’ и ' — некоторые константы, причем q’ являет ся своего рода «центром равновесия» экспонентоподобного распределения, а ' характеризу ет скорость падения численности с возрастанием ранга. В результате получается суммарное распределение близкое в ранговой форме к гиперболическому, но имеющее некоторые отли чая в деталях и, по мнению предлагающего его автора, лучше соответствующее эмпиричес ким данным. В частности, на границе высоко- и низкочастотых элементов в этом распреде лении есть область элементов с частотой более высокой, чем в случае описания материала гиперболическим распределением («бугорок» на гиперболе). Так или иначе, многообразия данного типа трактуются в этом случае как смесь двух совокупностей — совокупности не большого числа (обычно 15–20) высокочастотных компонентов, из которых в основном пост роено «тело» рассматриваемого ансамбля и большого числа редких компонентов, «легирую щих» данный ансамбль и выполняющих в нем уникальные функции.

Другой подход основан на представлении ансамблей данного типа как описываемых од ним распределением, охватывающим как частые, так и редкие компоненты. Это и будут рас пределения, известные как распределения Виллиса, Лотки, Мандельброта, Парето, Ципфа.

Они различаются значение параметров, но в общем имеют следующий вид: nr=Br-г (где r — ранг класса, nr — численность класса ранга r, а B и г — некоторые коэффициенты).

Основные свойства этих распределений были описаны в первой половине ХХ века, но пристальный интерес к ним появился в 1970-ые годы. Начался он, по-видимому, с работ Ю. А. Шрейдера, поставившего вопрос о связи этих распределений с общесистемными при нципами (Шрейдер, 1967) и Ю. К. Орлова, который, изучая текст «Войны и мира», установил, что точность соответствия эмпирического распределения данного типа теоретическому не растет монотонно с увеличением выборки, а зависит от нее более сложным образом (Орлов, 1970, 1976). Детальные исследования показали, что это распределение хорошо выполняет ся на отдельных частях романа, написанных на одном дыхании. Это дало основание тракто вать факт соответствия эмпирического распределения указанного типа теоретическому как показатель целостности описываемого им ансамбля. Значительные отклонения от указан ного распределения стали интерпретироваться либо как пребывание ансамбля в нестацио нарном состоянии, либо отсутствие его целостности — то, что он представляет собой либо неструктурированный фрагмент одного ансамбля, либо конгломерат фрагментов несколь ких ансамблей.

Дальнейшие изучения математических свойств этих распределений и наблюдения над описываемыми ими ансамблями так или иначе развивали эту интерпретацию Ю. К. Орлова.

Так, В. В. Налимов и Ю. А. Шрейдер стали интерпретировать соответствие распределению Ципфа как указание на наличие смысла (Налимов, 1978), а М. В. Арапов и Ю. А. Шрейдер как 188 С. В. Чебанов указание на присутствие сознания (Арапов, Шрейдер, 1977). Появились различные, основан ные на этих представлениях, варианты теоретического вывода таких распределений и мно жество интерпретирующих и объяснительных их моделей.

В целом, стало общепринятым, что для этих распределений не выполняется центральная предельная теорема, неопределенны центральные моменты всех порядков, отсутствуют ха рактеристические совокупности, а отклонения от этих распределений характерны для не целостных образований или ситуаций бифуркаций (см., напр., Шрейдер, Шаров 1982, С. и далее).

Тем не менее, для практических целей при описании таких распределений использовалось представление разных их зон различными, более привычными распределениями (т.в. прак тически использовались те же приемы анализа, что и в подходе Г. Я. Мартыненко). Весьма примечательным итогом подобных исследований явилось в начале 2000-ых гг. предложение представителей школы Б. И. Кудрина с целью лучшего согласования с эмпирическими дан ными представлять эмпирические распределения данного типа в виде трех каст — высоко частотной саранчевой, низкочастотной, ноевой, и промежуточной, как раз соответствующей бугорку на гиперболе Г. Я. Мартыненко (Философские…, 2002 ).

Так или иначе, сложилась самостоятельная область исследований гиперболических рас пределений (получивших название H-распределений), которая ввиду неожиданности полу чаемых результатов стала несколько иронически именоваться «ципфиадой» (Борода, Поли карпов, 1984;

Бычков, 1984;

Крылов, 1982;

Крылов, Кудрин, 1999, Кудрин, 1996;

Трубников, 1996;

Тулдава, 1987;

Ценологические…, 1996 и мн. др.). Существующее в этой области поло жение дел указывает на то, что в изучении распределений указанного типа остается еще мно го нерешенных проблем. Однако понятно, что в чистом виде количественная модель Ципфа не удовлетворительна.

5. Весьма примечательно следующее обстоятельство. Многие модели теоретического вы вода распределений данного типа, предложенные после работ Ю. К. Орлова, построены на использовании экстремального принципа в математическом его понимании (Арапов, Шрей дер, 1978;

Левич, 1980;

Трубников, 1996)4.

М. В. Арапов и Ю. А. Шрейдер целенаправленно задались вопросом о связи таких распре делений с экстремальными принципами. В результате ими была предложена следующая мо дель.

Очевидно, что в распределениях данного типа речь идет о минимальности симметрии, на что указывает резкая неравночисленность разных классов. Минимально симметричным та ким распределением будет распределение, представленное двумя классами, одному из кото рых будут принадлежать все компоненты данного ансамбля, а другой будет пустым. Очевид но, что такое распределение неинтересно ввиду его тривиальности (хотя для него и можно 4 Вообще говоря, приверженцем такого подхода был еще сам Дж. Ципф, рассматривавший наличие предлагаемого распределения как результат проявления принципа наименьшего усилия в процессе порождения текста (Zipf, 1949) — ср. принцип экономии усилия в речевой деятельности А. Мартине.

Идея оптимальности важна и для Ю. К. Орлова, полагавшего, что подчиняющиеся обсуждаемой зако номерности тексты оптимальны для восприятия (Орлов, 1970). — (Примеч. автора).

Оптимальность и экстремальность в культуре и ципфиада ввести формальную меру симметрии). Поэтому предлагается рассмотреть коразбиение — разбиение, дополнительное к исходному. Каждый класс этого распределения содержит не более одного элемента из каждого класса исходного распределения и эти классы упорядоче ны как это принято для представления распределений в ранговой форме. Симметрия рас пределения характеризуется интегральной характеристикой произведения симметрии раз биения и коразбиения. Именно это произведение в соответствии с логикой экстремального принципа и должно быть минимальным.

Если в качестве величины симметрии принять S=n1!n2!…nk!, где ni — численность i-го клас са рангового распределения, то A=f•g, где A — интегральная характеристика симметрии рас пределения, являющаяся произведением симметрии разбиения f и симметрии коразбиения g, определяемых по приведенной формуле. Условие минимума A достигается при ni=Bi-г (где B и г — коэффициенты, зависящие от параметров функций f и g — решение уравнение Эйле ра из вариационного исчисления;

Шрейдер, Шаров, 1982, С. 91–104), что с точностью до коэф фициентов соответствует распределению Ципфа.

Вслед за работами Ю. А. Шрейдера было получено еще несколько других выводов распре деления данного типа на основании экстремальных принципов (например, как наиболее экономичный вариант использования ресурса конкурирующими за него потребителями — Левич, 1980;

ср. Трубников, 1996).

Таким образом неэкстремальная в гуманитарно-идеографическом понимании ситуация (т. е.. близкая к оптимальной в гуманитарно-идеографическом понимании) является экстре мальной в прецизионно-номотетическом понимании (минимум произведения симметрий).

Тем самым приводимый результат является примером соотнесения понимание экстремаль ности и оптимальности в двух типах дискурса.

6. Содержательно полученные результаты означают следующее.

— Образования обсуждаемого класса, рассматриваемые как целостные, состоят из весьма разнообразных резко разночисленных компонентов, распределенных принципиально нега уссовым образом. В стационарных и квазистационарных условиях такие распределения мо гут аппроксимироваться Н-распределениями.

При этом число единичных компонентов (т. е. число классов однокомпонентных классов) в идеальном Н-распределении равно разности численности первого и второго самых высо кочастотных классов.

— Нарушение целостности образований, как и изменение лимитационной структуры при водит к видимым отклонения от Н-распределения:

— Ограничение лимитирующего ресурса приводит к увеличению неравночисленности компонентов и уменьшению их разнообразия.

— Увеличение лимитирующего ресурса ведет к уменьшению неравночисленности и увели чению разнообразия.

Имея в виду ценность разнообразия, это означает, что при перестройках сложных обра зований, например, социальных (в кризисных ситуациях экстремальных в гуманитарном понимании) должны приниматься специальные меры по охране разнообразия, причем разнообразия как такового, его типа и раздельно разнообразия редких и частых компо нентов.

190 С. В. Чебанов 7. Для плодотворного обсуждения проблемы всех видов охраны разнообразия целесооб разно различить два типа компонентов целостных образований, и, соответственно, два ти па этих образований.

Компоненты первого типа могут достаточно легко превращаться один в другой практиче ски мгновенно. Таковы состояния элементарных частиц, энергетические состояния атомов, нейтральное и ионизированное состояние атомов, психические состояния отдельного чело века и т. д. Такие компоненты и образования будут обозначаться как компоненты (и образо вания, построенные из них) без истории.

Компоненты второго типа либо вообще не могут превращаться друг в друга, либо эти пре вращения требуют значительного времени, так что для построения из них образований с новым типом разнообразия требуется предварительное «производство» самих новых ком понентов, а не какая-либо модификация уже существующих. Таковы сложные молекулы, живые организмы, ландшафты, люди (в том числе, с учетом их профессиональных навыков, разделяемой идеологи, образовательного уровня и т. д.), социальные институты и т. д. Такие компоненты и образования будут обозначаться как компоненты (образования) с историей Для компонентов с историей время отклика на управляющие и оптимизирующие воздейс твия сопоставимо с длительностью цикла воспроизведения компонентов. Так, для социаль ных образований это время не менее двух десятков лет — срока воспроизводства поколения.

Проблема охраны (а не только оптимизации) разнообразия особенно актуальна для образо ваний с историей.

8. Охрана разнообразия как такового заключается в том, что в процессе тех или иных пре образований (прежде всего, быстрых) надо следить за тем, чтобы не уменьшалось, например, сохранялось разнообразие. В особенности это актуально для образований с историей.

Это связано с тем, что согласно т. н. закону Лотмана во время кризисных ситуаций в куль туре происходит исчезновение крайних вариантов спектра культурного полиморфизма (Шрейдер, 1997).

При этом возможно несколько стратегий работы с разнообразием.

— Сохраняются по возможности все морфологически обособленные единицы (например, персонал той или иной организации), но к ним предъявляются новые требования, они на деляются новыми функциональными обязательствами. Хотя это выглядит весьма гуманно, опасность таких преобразований в том, что изменения окажутся либо вообще невозможны ми, либо деятельность может обернуться имитацией и ничего не измениться по существу.

— Происходит замена единиц (например, персонала). Преобразования в этом случае могут быть весьма радикальными, а результаты эффективными, однако может быть утеряна ау тентичность существовавшего образования. При этом будет утеряна возможность иннова ций как из-за того, что происходит отказ от эвристического поиска, так и из-за того, что но вый персонал начинает воспроизводить образцы организации, в которой сформировались образцы их деятельности.

— Сохраняются исходные морфологические единицы, но кардинально меняются условия деятельности, причем так, что перестройка деятельности становится абсолютно неизбежной.

Это весьма трудный путь, который позволяет, как использовать историческое наследие, так и порождать инновации. Однако, с одной стороны, такой процесс (мучительный сам по себе) Оптимальность и экстремальность в культуре и ципфиада может быть весьма длительным, а, кроме того, все время надо выдерживать соревнование с более успешными конкурентами. Именно поэтому, даже в случае успеха, он обесценивается проигрышем во времени.

9. Под охраной типа разнообразия понимается охрана типа распределения, которым опи сывается имеющееся разнообразие. В этом отношение при одинаковом спектре разнообра зия оно может быть устроено «правильно» и «неправильно».

Как говорилось, для стационарных и квазистационарных ситуаций разнообразие описы вается распределением, близким к гиперболическому. Поэтому если думать о том, что за пе риодом каких-то бурных изменений должно последовать некое хотя бы квазистационарное состояние, надо иметь в виду, что соответствующее ему распределение должно быть пред ставлено резко неравночисленными классами. Переход к такому состоянию от состояния с сопоставимой численностью классов для образований с историей может потребовать значи тельного времени. Для того, чтобы предотвратить такого рода осложнения, необходимо ду мать о сохранении соотношения численности классов и в процессе самих преобразований.

Если же последующее распределением, соответствующее ожидаемому состоянию, будет представлено классами с сопоставимой численностью, то можно утверждать, что ожидаемое состояние заведомо не будет стационарным и рассматриваемому образованию предстоят но вые крупные преобразования.

Следует обратить внимание на то, что анализ разнообразия, основанный на анализе Н-рас пределений, дает возможность оптимизировать только общий вид распределения, но ничего не говорит о том, какими именно компонентами представлены те или иные его классы. По следнее требует анализа отдельных частей распределения и свойств компонентов конкрет ных классов.

10. Проблема состава сообществ является предметом пристального исследования в эко логии. При этом работы В. В. Жерихина и А. С. Раутиана по перестройке биоценозов (напр., Раутиан, Жерихин, 1997), развивающие представления Л. Г. Раменского (Раменский, 1971) и С. М. Разумовского (Разумовский, 1981), позволяют выявить универсальные закономернос ти преобразования сообществ, в том числе, проходящих через критические состояния, и ис пользовать эти закономерности для описания динамики (включая и кризисную) социаль ных образований (Жерихин, 2003, с. 374–382).

Параллельно с этим сложилась традиция описания устройства сообществ в контексте изу чения Н-распределений. Наиболее интересные разработки в этой области в последние го ды были сделаны в последние годы благодаря исследованиям и организационной работе Б. И. Кудрина, собравшего вокруг себя широкий круг разработчиков данной проблематики.

Отталкиваясь от сформулированного им представления о техноценозе, Б. И. Кудрин обосно вал правомерность ценологического мировоззрения как такового (Философские…, 2002). В обсуждаемом контексте, биоценологические концепции приобретают не только междисцип линарный, но общеметодологический характер.

11. С ценологической (биоценологической) точки зрения можно различать группиров ки (Алехин, 1986) и (био)ценозы. Первые из них построены из более или менее случайных сочетаний компонентов, представляющих виды-оппортунисты (способные приспосабли ваться практически к любым условиям — ср. сорняки, случайные группировки заносных 192 С. В. Чебанов организмов и т. д.). Именно в таких группировках могут встречаться сопоставимые числен ности компонентов. Напротив, ценозы представляют собой устойчивые сочетания разно родных компонентов (только часть из которых может быть оппортунистами), описываемые, как выясняется, Н-распределениями.

Единство ценозов обеспечивается наличием в его составе компонентов, представляющих виды-ценофилы (Разумовский, 1981), существование которых предполагает наличие их ус тойчивых функциональных связей с представителями других видов, входящий в состав дан ного ценоза. Помимо этого в состав ценоза входят и представители видов-ценофобов, ко торые будучи оппортунистами, могут факультативно входить в состав как ценозов, так и группировок.

12. Выявленные особенности динамики ценозов дают основания для оптимизации про цессов экстремальных социокультурных преобразований. При этом характер действий зави сит от целей, к которым стремятся те, кто старается управлять процессом преобразования.

Так, если делается ставка на длительные, многостадийные преобразования надо насыщать ценоз (например, социум) компонентами-ценофобами (скажем, кустарями-одиночками, разбойниками). При этом долгое время не будет устанавливаться устойчивой организации.

Напротив, стабилизация социума будет обеспечиваться обогащением компонентами-цено филами — торговцами, рекламистами, информационными работниками, связистами, педа гогами и т. п.

При этом с практической точки зрения нет надобности думать о компонентах-оппор тунистах, слагающих основной массив многочисленной «саранчевой» касты (Кудрин, 20025): мелких торговцах, перекупщиках, контрабандистах, содержателях точек быстро го и дешевого питания и т. д. — они и так будут появляться в достаточных количествах, будучи при этом социально пассивными и не продвигая вперед реформ (хотя и могут по говаривать об их необходимости). Примечательно в этом контексте то, что, несмотря на непрекращающиеся в России разговоры о необходимости поддержки мелкого бизнеса, практически ничего для этого не делается. С точки зрения развиваемого подхода в этом и нет функциональной необходимости (если не принимать во внимание морально-пси хологические издержки).

Совершенно иначе надо работать с «ноевой» кастой, представленной единичными экземп лярами. Они требуют индивидуального подхода и каждый особых источников для их содер жания. Будущее даже многомиллионного социума будет в значительной мере зависеть от то го, каков исходный состав этой касты.

Проблема при этом заключается в том, что надо как-то отобрать тех, кого целесообраз но поддерживать, ожидая определенных социально значимых результатов. Вопрос тут как в том, что нужно уметь предсказывать возможные последствия, так и в том, что у разных субъектов управления могут быть разные представления о желаемом положение дел. Имен но поэтому в этой области важно проявление активности как государственных, так и част ных структур, причем как отечественных, так и иностранных. Если их разнообразие будет 5 В этой работе дается и наиболее полный обзор современного состояния математической стороны об суждаемой области. — (Примеч. автора).

Оптимальность и экстремальность в культуре и ципфиада достаточно велико, то потенциал территории и ее населения может быть реализован весь ма полно.

13. С точки зрения развиваемого подхода желательными будут изменения в направлении а) не-уменьшения разнообразия и б) его устойчивости, которая обеспечивается б1) опти мальностью распределения (приближением к Н-распределению), предполагающей б2) пол ноту использования ресурсов и б3) наличие компонентов-ценофилов (их число и разнообра зием). Под полнотой использования ресурсов при этом понимается следующее.

Как уже говорилось, идеология работы и интерпретации Н-распределений основана на принятии экстремальных принципов, в частности, принципа наиболее полного использо вания лимитирующего ресурса. Весьма подробно этот подход разработан в исследованиях А. П. Левича (Левич, 1980).

С точки зрения экологии о полноте использования ресурса можно судить не только по ко личественным данным (что сопряжено с измерительными и вычислительными трудностя ми), но и по тому, как тонко нарезан ресурс — каким числом разных способов он потреб ляется. Если число таких способов увеличивается, то есть основания полагать, что ресурс используется полнее. В этом контексте, например, переход от одноукладной экономики к многоукладной может быть свидетельством большей полноты использования ресурса.

На основании сформулированных критериев можно выбирать желаемые направления преобразований, причем делать это по-разному в зависимости от того, что понимается под желаемым состоянием6.

14. Ранговые распределения могут быть использованы и для количественной оценки вели чины изменений ценозов. Можно указать, по крайней мере, три подхода к этому.

15. Первым из них является разработанная в середине ХХ века М. Сводешом лексикоста тистическая глоттохронология, исходящая из постоянства обновление т. н. основного слова ря за фиксированный отрезок времени (обычно за 1000 лет).

К основному словарю относится высокочастотная лексика, используемая для выражения основных грамматических функций и обозначения наиболее распространенных явлений и их универсальных характеристик (размера, космических явлений, обычных животных и т. д.). Очевидно, что при этом идет работа с компонентами-оппортунистами, относящимися к саранчевой касте.

Для оценки скорости обновления лексики используются словари в 100 или 200 единиц.

При организации такой выборки возникают такие же проблемы, как и при организации вы борки для опробования ранговых распределений.

Более глубоко со свойствами начала Н-распределений связана техника расчета историче ских изменений словаря, разработанная М. В. Араповым и М. М. Херц (Арапов, Херц, 1974).

Она основана на рассмотрении соответствия рангов одних и тех же высокочастотных лек сем в двух синхронических словарях, относящихся к разным временным срезам истории одного языка.

6 При наличии количественных данных для первых членов Н-распределения для определения желае мого направления изменений могут быть использованы расчеты энтропии Н и анэнтропии А ранго вых распределений (Петров, 2001;

Чебанов, Петров, 2004) — см. далее. — (Примеч. автора).

194 С. В. Чебанов 16. Второй способ описания и анализа изменений состава является разрабатываемый с конца 1960-ых гг. Т. Г. Петровым метод RHA (Петров, 2001;

Чебанов, Петров, 2004). Он ос нован на использовании начала рангового распределения с фиксированным числом наибо лее частотных классов (ранговой формулы R, обычно включающей десять членов), количес твенное соотношение которых характеризуется информационной энтропией H= — pilnpi, при i=1, 2, …n, где pi — содержания i-го компонента, выраженные в долях единицы (pi=1) и анэнтропией A = — (lnpi)/n (обозначения те же, что и в предыдущей формуле). Первая ве личина характеризует наиболее частые компоненты, а вторая чувствительна к содержанию наиболее редких из рассматриваемых компонентов. Этот способ работы также оперирует с компонентами-оппортунистами, относящимися к саранчевой касте.

При этом отображая процессы в координатах Н и А такой способ представления данных позволяет охарактеризовать все многообразие процессов как результат разделения, сопро вождающегося упрощением состава и ростом чистоты, и смешения, проявляющемся в ус ложнении состава и в уменьшении чистоты.

В силу термодинамических причин спонтанные природные процессы протекают в одном из указанных направлений — разделения и смешения. Целенаправленно управляемые про цессы могут протекать и в других направлениях, например с одновременным ростом слож ности и чистоты или одновременным их уменьшением. Однако, после окончания этих про цессов, ценозы, предоставленные самим себе, будут изменяться в одном из ранее указанных направлений.

17. Третий, наиболее дорогой и технически сложный способ представления динамики це нозов, предполагающий обращение к компьютерной графике, разрабатывается Б. И. Куд риным и его последователями и заключается в представлении временных рядов ранговых распределений компонентов ценоза (см. напр., Кудрин, 2002 С. 399). Он позволяет наглядно проследить характер изменения распределений и ввести для этого те или иные количествен ные характеристики. При этом анализируются компоненты со всем спектром ценотических стратегий (а не только оппортунисты).

*** Приведенный материал позволяет представить как прецизионно-номотетическое пони мание оптимальности и экстремальности может использоваться в гуманитарном дискурсе, причем не только чисто созерцательно, но и для оптимизации процессов изменений, в том числе, быстротекущих и обеспечивающих тотальную перестройку ценоза. При этом как для прецизионно-номотетического, так и гуманитарного дискурсов центральной оказывается категория разнообразия и представление об его ценности.

литература Алехин В. В. Теоретические основы фитоценологии и степеведения. М., 1986.

Арапов М. В., Ефимова Е. Н., Шрейдер Ю. А. О смысле ранговых распределений // НТИ, сер. 2.

1975 а, № 1.

Арапов М. В. Ефимова Е. Н., Шрейдер Ю. А. Ранговые распределения в тексте и языке // НТИ, сер. 2. 1975б, № 2.

Оптимальность и экстремальность в культуре и ципфиада Арапов М. В., Херц М. М. Математические методы в исторической лингвистике. М., 1974.

Арапов М. В., Шрейдер Ю. А. Классификации и ранговые распределения // НТИ, сер. 2. 1977, № 11.

Арапов М. В., Шрейдер Ю. А. Закон Ципфа и принцип диссимметрии системы // Семиотика и информатика. Вып.10. М., 1978.

Борода М. Г., Поликарпов А. А. Закон Ципфа — Мандельброта и единицы различных уровней организации текста // Учен. зап. ТГУ, вып. 689. Тарту, 1984.

Бычков В. Н. К проблеме обобщения и интерпретации ранговых распределений в статисти ческой лингвистике // Учен. зап. ТГУ, вып. 689. Тарту, 1984.

Даллаго Б. Есть ли будущее у макроэкономического планирования в Восточной Европе? // Российский экономический журнал. 1992, № 4.

Жерихин В. В. Избранные труды по палеоэкологии и филоценогенетике. М., 2003.

Керимов Т. Х. Социальная гетерология. Екатеринбург, 1999.

Козачков Л. С. Информационные системы с иерархической («ранговой») структурой // НТИ, сер.2. 1978, № 8.

Койре А. От мира приблизительности к универсуму прецизионности // Койре А. Очерки ис тории философской мысли. М., 1985.

Крылов Ю. К. Об одной парадигме лингвостатистических распределений // Учен. зап. ТГУ, вып. 628. Тарту, 1982.

Крылов Ю. К., Кудрин Б. И. Целочисленное аппроксимирование ранговых распределений и идентификация техноценозов. М., 1999.

Кудрин Б. И. Онтология и гносеология ценозов и их структурная устойчивость // Математи ческое описание ценозов и закономерности технетики. Абакан, 1996.

Кудрин Б. И. Математика ценозов: видовое, ранговое, ранговое по параметру гиперболичес кие H-распределения и законы Лотки, Ципфа, Парето, Мандельброта // Философские ос нования технетики. М., 2002.

Левич А. П. Структура экологических сообществ. М., 1980.

Мартыненко Г. Я. Некоторые закономерности концентрации и рассеяния элементов в линг вистических и других сложных системах // Структурная и прикладная лингвистика. Вып.1.

Л., 1978.

Налимов В. В. Непрерывность против дискретности в языке и мышлении. — Тбилиси, 1978.

Орлов Ю. К. О статистической структуре сообщений, оптимальных для человеческого вос приятия // НТИ, сер. 2. 1970, № 8.


Орлов Ю. К. Обобщенный закон Ципфа-Мандельброта и частотные структуры информаци онных единиц разных уровней // Вычислительная лингвистика. М., 1976.

Петров Т. Г. Информационный язык для описания составов многокомпонентных объектов // НТИ. 2001, № 3.

Разумовский С. М. Закономерности динамики биоценозов. М., 1981.

Раменский Л. Г. Избранные работы. М., 1971.

Раутиан А. С., Жерихин В. В. Модели филоценогенеза и уроки экологических кризисов геоло гического прошлого // Журнал общей биологии. 1997, т. 58, № 4.

Сноу Ч. П. Две культуры. М., 1973.

196 С. В. Чебанов Трубников Б. А. Распределение конкурентов // Математическое описание ценозов и законо мерности технетики. Абакан, 1996.

Тулдава Ю. Проблемы и методы квантитативно-системного исследования лексики. Тарту, 1987.

Философские основания технетики. М., 2002.

Ценологические исследования. Вып.1. Математическое описание ценозов и законы технети ки. Абакан, 1996.

Чайковский Ю. В. Элементы эволюционной диатропики. М., 1990.

Чебанов С. В. Принцип адаптивности и «экстремальные» условия // Гомологии в ботанике:

Опыт и рефлексия. СПб., 2001.

Чебанов С. В. Интеллигенция: ценность полионтологий и межкультурный диалог // Дифферен циация и интеграция мировоззрений: экзистенциальный и исторический опыт. Междуна родные чтения по теории, истории и философии культуры. Вып. 20. СПб., 2004. С. 197–219.

Шрейдер Ю. А. О возможности теоретического вывода статистических закономерностей тек ста (к обоснованию закона Ципфа) // Проблемы передачи информации. Т. 3, вып. 1. М., 1967.

Шрейдер Ю. А., Шаров А. А. Системы и модели. М., 1982.

Шрейдер Ю. А. Закон Лотмана в культурологии // Информационное общество: культуроло гические аспекты и проблемы. Тезисы докладов Международной научной конференции.

Краснодар, 1997.

Щедровицкий Г. П. Проблемы построения системной теории сложного популятивного объек та // Системные исследования-1975. М., 1976.

Zipf J. K. Human behaviour and the principle of least effort. Cambridge (Mass.), 1949.

S. V. Chebanov Optimality and extremality in culture and zipf-like distribution The formulation of a theme for this Congress involves the implicit collision of two discourses, which give for C. P. Snow the basis to speak about the conflict of two cultures.

Thus if for precise-nomothetical culture optimality is a kind of extremeness, for humanitarian-id eographic culture optimality is understood as a positively estimated situation of businesses (usually achievable as a result of compromises) as opposed to extremeness as negatively estimated marginal ity (for more detail see Чебанов, 2001). The given report is devoted to the question of how the meth ods of the first discourse can be used to analyse the second.

Social experience of the XXth century and folding in natural sciences and humanitarian disci plines diatropics as doctrines about a variety allow us to assert the following.

1. Diversity is a fundamental property of a wide class of sets, having different nature (“populative objects” in the sense of G. P. Shchedrovitsky) — all living organisms (biological and psycho-social, including the cultural artefacts inherent in them) and wide circle of inorganic formations compara ble to Fermi-ensembles (of electronic envelopes of atoms, radicals of molecules, ligands of complex substances, paragenesises of minerals, complexes of rocks, layeres of suits etc.).

Оптимальность и экстремальность в культуре и ципфиада 2. For sets of the specified type, it is not presence of a variety that must be explained, but rather its absence.

3. The sets of the specified type which exist in sufficiently harmonious situations (not on the verge of disappearance, i.e. in situations not extreme in humanitarian-ideographic sense), are character ised not only by variety as a fundamental property, but also sharply differing quantities of represent atives of different variants in concrete situations. Equal number of representatives of different vari ants are as much an indicator of troubled situation as is absence of variety.

4. Varieties of this type are described in different subject domains by distributions known by dif ferent names — Willis, Lotka, Mandelbrot, Pareto, Zipf. They are characterised by the fact that for these distributions the central limit theorem is not applicable, the central moments of all orders are not certain, and there are no characteristic sets. The deviations from these distributions are charac teristic of incomplete formations or situations of bifurcation.

5. M.V.Arapov and Ju.A.Shreider have shown that Zipf-like distribution are characterised by a maximum of the product of asymmetry of splitting and asymmetry сo-splitting of sets of the spec ified type on classes of variants. Thus a non-extremal situation with respect to humanitarian-ideo graphic understanding (i.e. close to optimum in humanitarian-ideographic understanding) is an ex tremal situation in precise-nomothetical sense (i.e., a maximum of the product of asymmetries).

This thus provides a way is way to find a correspondance between two types of discourse in terms of the tension between their notions of extremeness and optimality.

From the practical point of view it means, that the main task in conditions of spasmodic change is the preservation of diversity, and in (quasi)stationary conditions the optimisation of diversity.

Л. М. Хижняк Харьковский национальный университет им. В. Н. Карамзина (Украина) «Круги оДиночества» КаК форма иДентичности люДей пожилого воЗраста: КультурологичесКий аспеКт Как страшно жизни сей оковы Нам в одиночестве влачить.

Делить веселье — все готовы:

Никто не хочет грусть делить.

М. Ю. Лермонтов Характерное для большинства европейских стран увеличение доли пожилых людей в об щей численности населения вызывает необходимость внесения корректив в социальную политику и усиления ее гуманитарной миссии, ведь общество, считающее себя гуманным, должно увеличивать объемы потребления общественных ресурсов на социальное обеспече ние в старости. Обеспечение гражданам достойной старости становится проблемой для ор ганов власти и управления всех уровней, особенно для территориальных громад. Состояние старения, в котором находится современная цивилизация, актуализирует изучение иденти фикации старости (ее разграничения с изоляцией), требует изменения стратегии социаль ной работы среди пенсионеров.

Процесс перехода к обществу постмодерна характеризуется усложнением системы иден тификаций и идентичностей социальных групп, особенно тех, в социальном положении ко торых происходят кардинальные изменения, и которые уже прошли длинный жизненный путь. Плодотворными оказываются исследования жизненного пути на основе концептуаль ного синтеза модели поколения и модели возраста: «уже в базовой категории жизненного пу ти зафиксирована диалектическая взаимосвязь времени и пространства, т.к. жизнь пред ставляет временное измерение, а «путь» — пространственное»1.

Социальную идентичность группы можно определить как осознание ее представителями своих интересов, представлений, норм и проблем, происходящее под влиянием состояния социокультурной реальности, повседневных интеракций и доминирующих общественных дискурсов. В последние годы в теориях социальной идентичности происходит преодоление противопоставления личностной и социальной идентичности, отмечается определенная ин дивидуализация идентичности. Идентификация выступает важным признаком социальной группы. При этом в изучении пространства групповой идентичности оказывается продук тивным обращение к социологическим методам, позволяющим дать оценку состояния соци ального сознания той или иной группы.

Одной их таких групп (становящейся наиболее многочисленной) можно считать людей по жилого возраста. Осознание представителями этой группы своего положения в обществе, 1 Ежов О. Н. Парадигма жизненного пути в зарубежной социологии // Журнал социологии и социаль ной антропологии. — 2005, № 3. С. 22–33. С. 30.

«Круги одиночества» как форма идентичности людей пожилого возраста социальных ресурсов и функций часто сопровождается чувством одиночества. Причем речь может идти об этом явлении как на индивидуальном уровне, так и на групповом. Психоло ги предлагают различать понятия «быть одиноким» и «пребывать в одиночестве», акцен тируют внимание на том, что хроническое одиночество «вовлекает людей в порочный круг саморазрушительного социального познания и социального поведения»2. В «Словаре русско го языка» С. И. Ожегова «одиночество» определяется как «состояние одинокого человека», а «одинокий» трактуется как: 1) отделенный от других подобных, без других себе подобных;

2) не имеющий семьи, близких;

3) происходящий без других, в отсутствии других»3.

Для пожилых людей одиночество связано с социальной изоляцией и ведет к снижению ка чества жизни, что позволяет говорить об одиночестве стариков как о социальной пробле ме, которая нуждается в диагностике и разработке социальных технологий, способствую щих преодолению негативных последствий «пребывания в одиночестве». В последние годы во многих странах меняются приоритеты социальной политики, вызванные старением на селения, пересматриваются социальные обязательства государств перед пенсионерами. Эти перемены в обеспечении социальной защиты пожилых людей опираются на исторические и культурные традиции конкретных обществ4. Однако проблема социального одиночества все еще не получила достаточного освещения на основе анализа реальных жизненных практик представителей старших возрастных групп и разработки социоинженерных подходов ее ре шения. Чаще тема одиночества пожилых людей поднимается в связи с анализом факторов их качества жизни. Так, Е. В. Шмелева, анализируя настроения пенсионеров г. Санкт-Петербур га, приходит к выводу, что «фактор одиночества крайне остро воспринимается пожилыми людьми»5. М. В. Вдовина подняла тему отказа детей от родителей на почве конфликта поко лений, вследствие чего старики оказываются в одиночестве. Исследователь пришла к выво ду, что в современной России «меньше всего рискуют оказаться ненужными детям родите ли моложе 60 и старше 85 лет. Первые — потому, что это относительно молодые, здоровые и самостоятельные люди, которые способны поддержать не только самих себя, но и своих де тей, вторые — потому, что это люди преклонного возраста, до которого в стране доживают очень немногие»6.


Э. Эриксон указал на то, что субъективное значение различных социальных реакций че ловека тем больше, чем сильнее они включены в общую модель развития, характерную для данной культуры7. Исследование идентичности как объекта социального конструирования предполагает обращение к дихотомии «мы» и «они», рассмотрение специфических черт со циальной группы, выступающих как ее идентичности.

2 Майерс Д. Социальная психология. СПб., 2004. С. 678.

3 Ожегов С. И. Словарь русского языка: Ок. 57000 слов. М., 1988. С. 358.

4 Григорьева И. А. Приоритеты социальной политики: пожилые люди // Журнал социологии и социаль ной антропологии. Т. VIII.– 2005, № 3. С. 131–145.

5 Шмелева Е. В. Пожилые петербуржцы сегодня: факторы качества жизни //Журнал социологии и со циальной антропологии. Т. VIII. 2005, № 3. С. 146–156. С. 150.

6 Вдовина М. В. Социологическое исследование отказа детей от престарелых родителей // Вестник Моск. ун-та. Сер. 18. Социология и политология. № 3. С. 136–150. С. 142.

7 Эриксон Э. Идентичность: юность и кризис / Пер с англ. М., 1996.

200 Л. М. Хижняк Пенсионеров объединяет прежде всего новая позиция в системе социальных отношений, возникшая с достижением пенсионного возраста и предоставлением со стороны общества возможности выхода на пенсию. Однако пожилые люди в ряде случаев рассматриваются в качестве препятствия для экономического роста, особенно в развитых индустриальных об ществах, где вынуждены с увеличением доли пенсионеров больше средств тратить на их под держку (пенсии и т. д.). У старости исследователи отмечают важные отличия от более ранних этапов жизненного пути: расставание со многими ролями, которые прежде обеспечивали социальную идентичность;

ограниченные социальные ресурсы (в т. ч. денежные);

ухудшение состояния здоровья и постепенное ограничение функциональных возможностей;

пережива ние страхов (смерти, одиночества и т. д.). У пожилых людей отличные от других социальных групп адаптивные возможности. Если взять за основу четыре важнейших типа адаптивных механизмов, описанных Л. В. Корель (адаптация как развитие, адаптация как защита, адап тация как уход (уклонение), адаптация как реверсия)8, то можно предположить особую акту альность для пожилых людей механизмов адаптации как защиты. Неразвитость социальных институтов, обеспечивающих такую адаптацию старикам, может провоцировать их самоот чуждение и одиночество.

Цель нашего исследования — определить «круги одиночества», в которых находятся ли ца пожилого возраста крупного мегаполиса (на примере г. Харькова), раскрыть механизмы воспроизводства одиночества среди стариков и возможности выхода из социального одино чества. Мегаполис — особое пространство, в котором сконцентрирована социальная жизнь представителей разных социально-демографических групп, однако не всегда эти группы од новременно выступают реальными статусными и культурными общностями, имеющими влияние на структурирование и использование пространства города. Неравнозначно учас тие различных групп также в трансформации городских форм, их социальной фрагмента ции, сегрегации и поляризации, в осуществлении городского самоуправления как элемента гражданского общества. Смена принципов городской политики и экономики в украинских мегаполисах происходит одновременно с изменениями в социальной структуре городского населения, где отчетливо прослеживается тенденция демографического старения и усиле ния социальной неоднородности лиц старших возрастных групп. Группа пенсионеров мега полиса неоднородна по уровню образования и качеству жизни, но у нее есть и общие пробле мы, одна из которых — одиночество.

Полученные в ходе реализации Проекта DFID (Department International Development) дан ные (с участием автора, анкетный опрос пенсионеров г. Харькова, Украина, выборка реп резентативна для мегаполиса и составила 401 чел., время реализации проекта — 12.2005– 01.2006гг.) позволили рассмотреть одиночество пенсионеров как социальную проблему. В ходе исследования нами опрошено 401 чел. (женщины в возрасте старше 55 лет и мужчины старше 60 лет), соотношение мужчин и женщин составило 28 % и 72 % с перевесом женщин на 44 %. Следует отметить, что это явилось одним из следствий различной продолжитель ности жизни женщин и мужчин, причем эта разница в целом по Украине превышает 11 лет, тогда как в экономически развитых странах этот показатель составляет 5–6 лет. Образ, стиль, 8 Корель Л. В. Социология адаптаций: вопросы теории, методологии и методики. Новосибирск, 2005.

«Круги одиночества» как форма идентичности людей пожилого возраста качество жизни пожилых людей во многом зависит от их возрастной градации, поэтому це лесообразно выделение нескольких возрастных групп среди лиц пенсионного возраста. Со гласно классификации Всемирной организации охраны здоровья лица от 60 до 74 лет — это пожилые, от 75 до 90 — старые, после 90 лет — долгожители. Мы придерживаемся другой группировки, с учетом того, что в Украине верхняя граница выхода на пенсию составля ет для женщин 54 года и для мужчин — 59 лет. Нами выделено три группы лиц пенсионно го возраста: от 55 до 70 лет (таких 63 %), от 71 до 80 лет (30 %) и от 81 лет и старше (7 %). С воз растом среди пенсионеров увеличивается доля женщин: в группе до 70 лет их 70 %, а среди 80-летних уже 86 %;

при этом доля мужчин стремительно снижается: их 30 % среди лиц до лет, 28 % — среди 71–80-летних и только 14 % среди тех, кто старше 80 лет. Возрастная асси метрия среди пожилых людей объективно ограничивает их социальные контакты с предста вителями своей возрастной когорты, с которой, как правило, больше объединяющих иден тификационных признаков. Это не может не повышать вероятность одиночества стариков при отсутствии коммуникации в рамках своего поколения.

Важное отличие пожилых людей от представителей других групп — снижение экономи ческого потенциала группы пенсионеров по возрасту. Под экономическим потенциалом группы в данном исследовании понимаются социально-экономические возможности, кото рые имеются у различных социальных групп и которые они могут задействовать для по вышения своей экономической мобильности (движения по лестнице доходов), обеспечения своего развития на уровне принятых в обществе стандартов качества жизни. Социологичес кие мониторинги, проводимые нами в последние годы, свидетельствуют, что среди главных факторов, определяющих бедственное положение населения, — возрастные характеристи ки. Чем старше люди, тем хуже им живется. Даже на фоне бедственного положения большин ства жителей украинских мегаполисов уровень жизни пенсионеров выглядит удручающим.

Как следствие, у стариков начинают закрепляться минималистские социально-психологи ческие установки на уровень жизни. Предпочтение многие отдают способу жизни, в осно ве которого лежат модели минимальных возможностей в различных сферах — в социально трудовой, досуговой, жилищно-бытовой. Такая ситуация настораживает, поскольку делает трудно прогнозируемым социальное поведение значительной массы уставших, подавлен ных, неудовлетворенных пожилых людей.

Субъективная удовлетворенность жизнью занимает особое место среди показателей соци ального самочувствия пенсионеров. Наблюдаются различия уровня удовлетворенности по жилых мужчин и женщин: среди женщин намного больше удельный вес недовольных своей настоящей жизнью. Это существенно снижает социальную адаптацию пожилых людей к быс тро меняющимся условиям жизни. Большинство пенсионеров ощущают значительный соци альный дискомфорт, так как оказались в трудном материальном положении, высказывают неудовлетворенность своим статусом и условиями жизни. Этому способствует массовое об нищание людей пенсионного возраста, разрушение традиционных жизненных ценностей и стереотипов поведения, субъективная неготовность пожилых к жизни в рыночных условиях, социальная незащищенность и беспомощность перед общественными изменениями.

В то же время социально-экономические преобразования сказались на способах жизне обеспечения людей: шире стал круг источников дохода;

различные категории населения 202 Л. М. Хижняк существенно различаются по способности получения средств к существованию. Однако от крывающимися новыми возможностями реально пользуются преимущественно представи тели тех слоев населения, которые связаны с предпринимательской деятельностью или с ра ботой в частном секторе экономики. Конечно, высокие стандарты потребления не снимают проблему одиночества людей, но в целом бедность ухудшает социальный фон жизни пен сионеров, а переживания одиночества накладываются на осознание своей обездоленности.

Социологические мониторинги удовлетворенности пенсионеров материальным положени ем становятся важным аспектом социальной политики, позволяют отслеживать влияние на этот показатель тех или иных государственных мер (например, монетизация льгот в России в 2005 г.9).

Социальное одиночество пенсионеров мы определяем как состояние, при котором предста вители этой группы не могут реализовать свой потенциал в силу отсутствия (ограничен ности) социальных контактов, самоотчуждения и испытывают в силу этого социальный дискомфорт. «Круги одиночества» пенсионеров возникают не только по причинам социаль но-психологическим, но и собственно социальным. Это происходит, когда нарушаются важ нейшие механизмы функционирования личности в территориальной общности. Такими механизмами принято считать следующие: а) проявление свого «социального Я», желание вмонтировать собственный социальной капитал в социальные практики по месту прожи вання;

б) стремление реализовать свой социальной потенциал на основе выбора приемле мого с точки зрения выигрыша и негативних последствий варианта жизнедеятельности;

в) наличные социальные (семья, родство, знакоства), структурне (трудове, статусне, граждан ские), культурные (воспитание, знания), личностные (квалификация, здоровье, умения) ре сурсы10.

В ходе исследования нами выделены такие «круги одиночества» пенсионеров мегаполиса:

1. Одиночество как проявление одинокой жизни или проживания вне расширенной семьи В такой круг одиночества попадают те, кто не имеет детей, супруга(и), а также те, кто про живает отдельно от родных и редко с ними общается. Среди наших респондентов одино ких пенсионеров оказалось свыше трети (36 %), они и попадают преимущественно под риск такого одиночества. Семейное положение оказывается значительным фактором идентифи кации пенсионерами себя в качестве одиноких людей. При этом палитра семейного поло жения пенсионеров довольно разнообразна. Среди опрошенных нами пенсионеров мега полиса выделяются две примерно равные полярные группы: женатые (замужние) и вдовцы (вдовы). Эти группы составили примерно по 44 % каждая. Промежуточными стали такие группы: не состоят в браке, но раньше в нем были (7 %);

брак зарегистрирован, но каждый из супругов живет отдельно (более 1 %);

брак не зарегистрирован, но супруги живут как семья (около 1 %);

никогда не состоявшие в браке (3 %). По размеру семьи опрошенных пенсионе ров также многообразны. Проживают как одиночки 36 % опрошенных;

около 37 % — живут 9 Козлова Т. З. Мониторинг удовлетворенности пенсионеров материальным положением в 2000-е годы // Социс. 2006, № 5. С. 134–136.

10 Піддубний В. Поселенський статус як чинник соціального комфорту //Українське суспільство 1994– 2005. Динаміка соціальних змін / За ред. В. Ворони, М. Шульги. К., 2005. С. 273–283. С. 273–274.

«Круги одиночества» как форма идентичности людей пожилого возраста в семьях, состоящих из двух человек;

каждый седьмой — из трех человек;

8 % — из четы рех человек;

2 % — из пяти человек;

1 % — из шести человек и около полпроцента — из семи человек и больше. Большинство респондентов (74 %) отметили, что у них есть дети. Безде тными оказались 16 % опрошенных. Однако наличие детей не означает, что пожилые люди постоянно находятся в поле их внимания получают от них необходимый уход и межлич ностные контакты. Только 30 % респондентов живут со своими детьми в одной квартире, еще у 42 % дети живут в одном городе, но отдельно от них, у 12 % респондентов дети посто янно живут за пределами мегаполиса, то есть непосредственные контакты с ними еще бо лее ограничены.

Семья — особая социальная группа: «все остальные социальные группы созданы обще ством, т. е. их можно считать «изобретениями» культуры, сфера их существования — об щественная жизнь (включая производственную);

сфера же существования семьи в первую очередь — личная жизнь. Общественные социальные группы на практике более мобильны и гибки, чем семья»11. Однако семья как социальная группа и социальный институт также меняется, ставится виртуальной реальностью, когда реальные отношения замещаются, под меняются виртуальными. «В виртуальных семьях образ, идея семьи явно преобладает над реальными отношениями. Мы живем в эпоху семьи образов и образов семьи», — замечает Д. В. Иванов12. Адаптация стариков к виртуальным формам жизни происходит болезнен нее, чем аналогичный процесс у молодых, что также способствует их социальной изоляции и одиночеству.

Проживание подавляющего большинства пенсионеров в малочисленных семьях само по себе не способствует их включению в круг одиночества. Главное — регулярность контак тов пенсионеров с близкими людьми, утрата которых и становится пусковым механизмом включения пожилых в данный «круг одиночества». Только половина опрошенных могут на деяться на еженедельные встречи с родственниками. Ситуация усложняется в случае необ ходимости оказания пожилым помощи как в экономическом аспекте, так и эмоционально личностном.

Сегодня многие ученые подчеркивают тот факт, что ослабление домашних групп компен сируется усилением влияния родства. Родственные связи возникают на основе кровного родства или в результате брака, их значимость особенно наглядно проявляется, когда пен сионеры нуждаются в посторонней помощи. Опрошенные пенсионеры мегаполиса отдают предпочтение уходу за собой тем лицам, с которыми у них имеются семейные или родствен ные связи. Услуги агентов социальных служб пользуются намного меньшей популярностью (таблица 1).

Конечно, было бы упрощением сводить социальное одиночество части пенсионеров толь ко к утрате родственной поддержки в результате кризиса расширенной семьи, ведь «дома, состоящие из представителей более чем двух поколений, были редким явлением даже в до индустриальном обществе, к тому же феномен социальной изоляции пожилых людей под вержен изменениям в соответствии с изменениями в жилищных, социально-классовых и 11 Асп К. Введение в социологию / Пер. с фин. СПб., 2000. С. 233.

12 Иванов Д. В. Виртуализация общества. СПб., 2000. С. 60.

204 Л. М. Хижняк Таблица 1. фактическая и желаемая структура субъектов, которые помогают пенсионерам в случае необходимости, в % (респонденты могли выбрать несколько вариантов ответов) (N=401 чел.) 1. Фактически помогают 2. Желательна помощь 1. Собственные дети 57 2. Муж (жена) 24 3. Собственные внуки 16 4. Соседи 13 5. Социальные работники 8 6. Друзья, знакомые 8 7. Другие родственники 4 8. Волонтеры 0 0, 9. Не имеет значения – 10. Другие лица 1 культурных факторах»13. Речь скорее идет о том, как в той или иной культуре решается про блема гармонизации межпоколенных отношений. Базовым принципом такой гармониза ции в постиндустриальном обществе должно стать такое взаимодействие между различны ми возрастными группами, которое позволяет реализовать потенциал этих групп на основе взаимного уважения, ответственности, свободы волеизъявления и действия.

2) Одиночество как социальное положение вне сферы занятости Одиночество как внетрудовое социальное положение отражает психофизический статус пожилого человека. После выхода на пенсию человеку трудно поддерживать старые соци альные контакты, которые давала включенность в трудовую среду, а также трудно завязы вать новые контакты (среди респондентов продолжают работать лишь 17 %, преимуществен но это лица в возрасте до 70 лет, который определен в развитых странах как верхняя граница возраста экономически активного населения).

Для пенсионеров мегаполиса жизнь вне трудовой занятости оказывается «кругом одино чества». Этому способствует высокий образовательный уровень пенсионеров, который обус ловил и достаточно высокие их статусные позиции по роду занятий, которые они имели в предпенсионный период, работая преимущественно в государственном секторе экономики.

Половина респондентов занимали должности специалистов и служащих, 21 % — находились на должностях специалистов с высшим образованием и 22 % были служащими, 2 % — это во еннослужащие и работники правоохранительных органов. Обращает на себя внимание тот факт, что среди опрошенных нами пенсионеров практически нет бывших предпринимате лей. Слой частных предпринимателей формировался в мегаполисе на протяжении послед них пятнадцати лет в основном без значительного участия тех, кто сегодня пополнил ряды пенсионеров. У последних, исходя из такой ситуации, недостаточный либо отсутствует опыт предпринимательской деятельности и практические навыки работы в рыночных условиях.

Это также усложняет их адаптацию к реалиям рыночной экономики.

13 Аберкромби Н., Хилл С., Тернер Б. С. Социологический словарь / Пер. с англ. Казань, 1997. С. 321.

«Круги одиночества» как форма идентичности людей пожилого возраста По нашим данным, стрессогенным фактором для лиц старшей возрастной группы стано вится сам факт окончания трудовой карьеры и необходимость определиться с выходом на пенсию. С достижением пенсионного возраста перед многими респондентами стал вопрос:

стремиться работать дальше или выйти на заслуженный отдых. Добровольность выхода на пенсию — залог успешной адаптации пенсионера к новому способу жизнедеятельности, ведь психологически он оказывается готовым к этому. Большинство респондентов (74 %) выход на пенсию считают своим добровольным решением. В то же время 18 % опрошенных, по их утверждению, были вынуждены прервать трудовые отношения с работодателями под дав лением внешних обстоятельств, причем мужчины это делали гораздо чаще, чем женщины (24 % и 16 % соответственно). Около 8 % респондентов оказались на пенсии, до конца не осоз нав, как это получилось — добровольно или нет (среди женщин таких втрое больше, чем сре ди мужчин). Добровольность выхода на пенсию — не только фактор самочувствия пенсио неров, но и механизм, позволяющий избежать вхождения в такой «круг одиночества», как социальное положение вне сферы трудовой занятости.

После выхода на пенсию переживания утрат и приобретений происходит противоречиво, что неизбежно сказывается на отношении пенсионеров к жизни. Что же изменилось в жизни тех, кто вышел на пенсию? (Таблица 2).



Pages:     | 1 |   ...   | 6 | 7 || 9 | 10 |   ...   | 20 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.