авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 6 |
-- [ Страница 1 ] --

Международный юридический институт

В.А. Пертли

ПРИМЕНЕНИЕ

УГОЛОВНО-ПРАВОВЫХ МЕР

БЕЗ ИЗОЛЯЦИИ ОТ ОБЩЕСТВА

(ИСТОРИЧЕСКИЙ ОПЫТ И

СОВРЕМЕННОСТЬ)

Москва

2010

ББК 67.99(2)

П 26

Пертли В.А.

П 26 Применение уголовно-правовых мер без изоляции от

общества: исторический опыт и современность /

В.А. Пертли. Монография. – М.: Издательство Междуна-

родного юридического института, 2010. – 200 с.

ISBN 978-5-902416-34-0 Рецезенты:

Филимонов О.В., доктор юридических наук, профессор;

Дворянсков И.В., кандидат юридических наук, доцент.

В работе на основе современных подходов и в исторической рет роспективе рассматриваются отечественный и зарубежный опыт применения уголовно-правовых мер без изоляции от общества, соз дание уголовно-исполнительных инспекций и их современная роль для исполнения наказаний без изоляции от общества в России.

Для преподавателей, аспирантов, студентов юридических вузов, юристов-практиков и сотрудников учреждений уголовно-исполни тельной системы, а также для широкого круга читателей, интере сующихся исполнением наказания без изоляции от общества.

ISBN 978-5-902416-34- © Пертли В.А., © Международный юридический институт, СОДЕРЖАНИЕ ВСТУПИТЕЛЬНАЯ СТАТЬЯ...................................................................... Глава ПОНЯТИЕ, СУЩНОСТЬ И ЦЕЛИ УГОЛОВНО-ПРАВОВЫХ МЕР БЕЗ ИЗОЛЯЦИИ ОТ ОБЩЕСТВА.................................. Глава ИСПОЛНЕНИЕ НАКАЗАНИЙ БЕЗ ИЗОЛЯЦИИ ОТ ОБЩЕСТВА В ДОРЕВОЛЮЦИОННОЙ РОССИИ........................................ Глава ИСПОЛНЕНИЕ НАКАЗАНИЙ БЕЗ ИЗОЛЯЦИИ ОТ ОБЩЕСТВА В СОВЕТСКИЙ ПЕРИОД ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ИСТОРИИ.................................................................................. Глава СОЗДАНИЕ УГОЛОВНО-ИСПОЛНИТЕЛЬНЫХ ИНСПЕКЦИЙ И ИХ ФУНКЦИОНИРОВАНИЕ НА СОВРЕМЕННОМ ЭТАПЕ........................................................................................ Глава ЗАРУБЕЖНЫЙ ОПЫТ ПРИМЕНЕНИЯ НАКАЗАНИЙ БЕЗ ИЗОЛЯЦИИ ОТ ОБЩЕСТВА................................................ ЗАКЛЮЧЕНИЕ........................................................................................ СПИСОК НОРМАТИВНО-ПРАВОВЫХ АКТОВ И ЛИТЕРАТУРЫ..................................................................... I. Нормативные правовые акты......................

....................................... II. Литература........................................................................................ ПРИЛОЖЕНИЯ........................................................................................ Приложение Органы, исполняющие альтернативные наказания за рубежом........... Приложение Система альтернативных наказаний в Соединенных Штатах Америки.................................................................................... Когда впервые в США начали действовать программы Community Corrections?............................................................................................ Приложение Страны Западной Европы с развитой системой альтернативных наказаний и большим опытом их применения...................................... Латвия.................................................................................................... Польша................................................................................................... Франция................................................................................................. Чехия...................................................................................................... Швеция.................................................................................................. Приложение Сущность и организация пробации во Франции, Великобритании и Швеции.................................................................................................. Франция................................................................................................. Великобритания..................................................................................... Швеция.................................................................................................. Приложение Особенности применения альтернатив изоляции от общества к преступникам, совершившим преступления в сфере незаконного оборота наркотиков.......................................................... Австрия.................................................................................................. Бельгия................................................................................................... Великобритания..................................................................................... Германия................................................................................................ Нидерланды........................................................................................... Вступительная статья На современном этапе в стране происходит реформирование уголовной и уголовно-исполнительной политики, направленное на расширение сферы применения к осужденным наказаний, альтерна тивных лишению свободы, за не представляющие большой общест венной опасности преступления.

Вместе с тем, по словам Президента России Д.А. Медведева, у нас в стране до сих пор очень распространена практика назначения наказания, связанного с лишением свободы за нетяжкие преступле ния.

Нашумевшие события последнего времени, связанные с гибелью заключенных в московских СИЗО, стали «последней каплей» в ча ше терпения власти. Они вскрыли застарелые пороки нашей судеб ной и уголовно-исполнительной системы: карательную парадигму мышления судей и сотрудников правоохранительных органов, рас сматривающих лишение свободы как самую «эффективную» меру, высокий уровень коррупции в их среде;

крайне низкий уровень жизнеобеспечения заключенных и нежелание его повышать. Если бы ни эти смерти – неизвестно, сколько бы еще продолжалась стаг нация. Наше государство, отмахиваясь долгое время от «тюремных проблем», довело ситуацию до той стадии, когда уже невозможно сделать хорошую мину при плохой игре, и предстало перед миро вым сообществом в весьма неприглядном свете. Стало понятно, что страна платит слишком высокую цену за «роскошь» существования карательного механизма советского образца. Это стало поводом для коренных изменений в уголовно-исполнительной системе: от пол ной смены высшего руководства до принятия конкретных мер по применению наказаний, альтернативных лишению свободы: испра вительных работ, обязательных работ, ограничения свободы и др.

Однако, как представляется, реформирование только уголовно исполнительной системы является паллиативом. Необходимы па раллельные коренные изменения судебной системы и практики на значения наказания.

По словам Д.А. Медведева, «необходимо заняться не только гу манизацией исполнения наказаний, но и посмотреть на вопрос о том, каким образом построить систему ответственности, санкции за соответствующие преступления, которые не имеют тяжкого харак тера, вне связи с лишением свободы. То есть посмотреть на альтер нативные меры наказания, что, собственно говоря, довольно актив но применяется во всем мире, и где нам можно было бы тоже сде лать какие-то шаги вперед»1.

Об этом же говорилось на заседании президиума Государствен ного совета «О состоянии уголовно-исполнительной системы Рос сийской Федерации» в Вологде 11 февраля 2009 г. На нем Д.А. Мед ведев, в частности, поддержал идею реанимации в качестве вида наказаний исправительных работ как гораздо более гуманной меры наказания, чем лишение свободы, но в то же время позволяющей надзирать за человеком и социализировать осужденного. Были по ставлены задачи переосмысления системы наказания. Президент России заявил, что «та система, которая нам досталась в наследство, которую мы слегка подретушировали в 90-е гг., а именно: колония поселения, общий режим, строгий режим и особый режим, – эта система сегодня уже, наверное, не соответствует требованиям дня.

Она может быть укрупнена. И в этом смысле, – отметил он, – ду маю, что та идея, которая прозвучала, – идея о том, чтобы в одном случае этот режим был близок к режиму колонии-поселения, или бывшего обязательного осуждения с привлечением к труду, или ос вобождения с привлечением к труду, то есть «химии», с одной сто роны, а с другой стороны – это для лиц, совершивших тяжкое пре ступление, или лиц, в отношении которых не приходится сомне ваться в их установках, – это была бы, по сути, тюремная система со всеми минусами этой системы. Это тоже нужно будет, наверное, из концептуального подхода уже через какое-то время превратить в предложения по совершенствованию законодательства»2.

Такая политика обусловлена, в первую очередь, современными приоритетами в сфере применения наказания, основанными не на идее слепой кары, а на концепции эффективности уголовно правовых средств и их адекватности социальным потребностям, а Стенографический отчет о встрече Президента России Д.А. Медведе ва с Уполномоченным по правам человека Владимиром Лукиным 15 дек.

2008 г. www.kremlin.ru Заключительное слово Президента России Д.А. Медведева на заседа нии президиума Государственного совета «О состоянии уголовно исполнительной системы Российской Федерации» 11 февр. 2009 г. (Воло гда). www.kremlin.ru также требованиями международно-правовых документов, которые ратифицированы нашим государством.

Осуществление такой политики требует всестороннего научного анализа истории применения наказаний без изоляции от общества и развития существующей системы органов, исполняющих такие на казания. Речь идет об уголовно-исполнительных инспекциях, по скольку именно они исполняют в настоящее время большинство альтернативных лишению свободы наказаний и иных мер уголовно правового характера.

В 2009 г. уголовно-исполнительные инспекции ФСИН России (далее – УИИ) отметили свой 90-летний юбилей. Именно они сего дня представляют собой подразделения уголовно-исполнительной системы, исполняющие согласно Уголовно-исполнительному ко дексу Российской Федерации обязательные работы, исправитель ные работы, лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью, а также осуществляющие контроль за осужденными, к которым применены некоторые иные меры уголовно-правового характера (в частности, условное осужде ние, отсрочка отбывания наказания беременными женщинами и женщинами, имеющими малолетними детьми).

Сотрудники УИИ призваны в процессе исполнения наказания осуществлять в пределах полномочий воспитательную работу и профилактику правонарушений среди осужденных.

За каждой УИИ закреплен определенный административно территориальный участок, в границах которого они осуществляют свои полномочия. Отделы по руководству УИИ входят в структуру территориальных органов ФСИН России. Эффективность работы УИИ и их сотрудников определяется через специально разработан ную систему рейтинговых оценок.

Однако в различные периоды отечественной истории исполне нием наказаний без изоляции от общества занимались различные органы. В этой связи требуется изучение опыта и нормативно правовой основы их работы.

Надо отметить, что исторические и современные аспекты испол нения наказаний, не связанных с лишением свободы, весьма скудно освещались в российской научной литературе.

Наиболее полно эти вопросы были раскрыты в вышедшей отно сительно недавно книге И.В. Дворянскова, В.А. Пертли «Уголовно исполнительные инспекции: эволюция формирования и правового обеспечения деятельности» (Изд-во Академии экономической безо пасности МВД России, 2007) и ряде других работ указанных авто ров1.

Однако этого крайне мало, тем более при том внимании государ ства к проблематике разработки и применения наказаний без изоля ции от общества, которое наблюдается в настоящее время.

Данная книга является продолжением указанных выше работ и представляет собой довольно подробное комплексное исследование исполнения наказаний, не связанных с лишением свободы, в исто рии России и в современный период.

Актуальность и значимость изучения истории формирования и функционирования органов, исполняющих наказания, не связанные с лишением свободы, определяется тем, что реформирование со временной уголовно-исполнительной системы в целях приведения См.: Дворянсков И.В., Сергеева В.В., Баталин Д.Е. Применение аль тернативных видов наказания в Западной Европе, США и России (сравни тельно-правовое исследование). – М.: РОО «Центр содействия реформе уголовного правосудия», Penal Reform International, 2003. – 90 с.;

Дворян сков И.В. Эффективность альтернативных наказаний (компенсационная модель): Учебно-методич. пособие. – М.: ЮНИТИ-ДАНА, Закон и право, 2005. – 96 с.;

Он же. Исторические предпосылки формирования и право вого обеспечения деятельности уголовно-исполнительных инспекций // История отечественной уголовно-исполнительной системы: Сб. науч. ста тей. – М.: НИИ ФСИН России, 2008;

Он же. Судебная власть и ее уголов но-правовая охрана. Монография. – М.: МГУУ, 2009. – 212 с.;

Он же. Со циальная эффективность наказания // Реформа уголовно-исполнительной системы: состояние, проблемы, перспективы: Тезисы междунар. науч. – практ. конф. 28–29 окт. 2004. – Рязань: Академия права и управления Минюста России, 2004. – С. 116–119;

Он же. Исполнение наказаний и его уголовно-правовое обеспечение в дореволюционной России // Уголовно исполнительная система: право, экономика, управление. 2004. № 1. С. 28– 32. Он же. Возмещение ущерба: новый взгляд на наказание //Актуальные проблемы пенитенциарной науки и практики. Мат-лы междунар. научно практ. конф. – М., 2004. – Ч. 1. – С. 133–139;

Дворянсков И.В., Пертли В.А.

Развитие уголовно-исполнительного законодательства в XIX в. – начале XX вв. // Преступление и наказание. 2006. № 8. С. 63–67;

Они же. Виды уголовных наказаний и порядок их исполнения в нормативно-правовых актах российского государства XI–XVIII вв. // История отечественной уго ловно-исполнительной системы: Сб. науч. статей. – М.: НИИ ФСИН Рос сии, 2006;

и др.

ее в соответствие с социальными потребностями и общепризнан ными международными критериями не может осуществляться без изучения истории, в которой можно отыскать объяснение сущест вующего положения дел и опыт, полезный в современный период.

Можно по-разному относиться к истории нашей уголовно исполнительной системы. Несомненно одно – эффективное законо дательное обеспечение деятельности УИИ как в настоящее время, так и в будущем должно быть основано на ретроспективном изуче нии эволюции связанных с этим проблем, выявлении недостатков, которые не возникли в одночасье, а достались нам в наследство из прошлого, а также анализе и использовании позитивного опыта, в том числе утраченного или надлежащим образом не воспринятого.

И.В. Дворянсков, кандидат юридических наук, доцент Глава ПОНЯТИЕ, СУ ЩНОСТЬ И ЦЕЛИ УГОЛОВНО-ПРАВОВЫХ МЕР БЕЗ ИЗОЛЯЦИИ ОТ ОБ ЩЕСТВА Долгие годы в нашей стране бытовал стереотип об эффективно сти строгих мер наказания, прежде всего – лишения свободы. При менение лишения свободы в качестве практически безальтернатив ного наказания было обусловлено созданием с первых лет совет ской власти разветвленной системы пенитенциарных учреждений, и, прежде всего, лагерей, в которых содержалось огромное количе ство заключенных. Последнее было вызвано концепцией социаль ной защиты1, принятой на вооружение после 1917 г., а также утили тарным подходом к наказанию, то есть направленностью на его окупаемость и решение за счет принудительного труда осужденных государственных хозяйственных задач. Следовательно, в нашей стране был четко отлажен механизм реализации именно этого нака зания (не считая смертной казни), что давало судьям твердый аргу мент его применения под предлогом надежности достижения целей наказания.

К сожалению, и сегодня в правоохранительной и судебной дея тельности доминируют карательные притязания. Этим, а также не достаточной урегулированностью исполнения наказаний без изоля ции от общества, в основном, и обусловлено пока еще недостаточно широкое их применение.

Сами термины «наказания без изоляции от общества» и «альтер нативные наказания» появились в России недавно, в связи с коррек тировкой национальной уголовной политики в направлении повы шения эффективности наказания как одного из основных средств противодействия преступности.

О ней пойдет речь позднее.

Вследствие этого возникает проблема обозначения наказаний, которые в большинстве своем сегодня являются предметом дея тельности уголовно-исполнительных инспекций. Вопрос отнюдь не праздный. От правильного и единообразного применения термино логии зависит четкое определение сферы компетенции указанных органов, единообразие законодательства и его толкования в право применительной практике.

В последнее время в литературе устоялся термин «альтернатив ные наказания», под которыми в науке принято понимать «такие меры государственного принуждения, которые выражаются в при нудительном воздействии на лицо, виновное в совершении престу пления, не связаны с изоляцией от общества, но являются ее адек ватной заменой в соответствии с характером и степенью общест венной опасности содеянного и преследуют цели восстановления социальной справедливости, исправления осужденного, общего и специального предупреждения совершения новых преступлений»1.

Данный термин вполне допустим для обозначения таких наказа ний на обывательском уровне, в публицистике, даже научной лите ратуре. Однако для официального обозначения этих наказаний он не подходит, поскольку у нас единая система наказаний и в этом смысле никаких иных, т. е. «альтернативных», наказаний не суще ствует. Данное понятие отражает не сущность, а скорее, эмоцио нальное отношение людей к использованию лишения свободы как универсального карательного средства.

Для практических целей гораздо больше подходит термин «нака зания без изоляции от общества». Во-первых, он обозначает специ фику механизма их воздействия на осужденных. Во-вторых, позво ляет отграничить их от смертной казни и телесных наказаний (при рассмотрении истории вопроса).

Однако также часто используемое понятие «наказания, не свя занные с лишением свободы» не вполне удачно, поскольку охваты вает последние из указанных наказаний. Это, разумеется, не дает правильно очертить круг таких наказаний, а уж тем более раскрыть их социально-правовую природу как средств гуманизации уголов ной политики.

См.: Дворянсков И.В., Сергеева В.В., Баталин Д.Е. Применение аль тернативных наказаний в Западной Европе, США и России: сравнительно правовое исследование. – М., 2004. – С. 10.

Могут возникнуть следующего рода возражения против исполь зования термина «наказания без изоляции от общества»: лишение свободы в полной мере не изолирует осужденных от общества. Они попадают в некую социальную среду исправительного учреждения, состоящую из лиц, там содержащихся, и сотрудников. Кроме того, связи с внешним миром поддерживаются за счет свиданий, теле фонных переговоров, переписки, наконец, СМИ.

Думается, что данный аргумент нельзя принять, поскольку об щество в контексте данного определения – это сфера свободного существования индивида. Все остальное – некий суррогат, который вряд ли может быть полноценной заменой и не должен быть тако вой в силу карательного содержания наказания, лишающего чело века свободы, в том числе свободы быть полноценным членом об щества, таким образом, изолирующего его от общества.

Поэтому в целях унификации правовой терминологии и понима ния в теории и практике сущности таких уголовно-правовых мер в наибольшей мере подходит определение «наказания без изоляции от общества».

И.В. Дворянсков среди критериев отнесения уголовно-правовых мер к наказаниям без изоляции от общества называет:

– иной, нежели изоляция от общества, механизм воздействия на осужденного1;

– статус наказания как основного, в соответствии с которым оно могло бы рассматриваться наряду с лишением свободы и на равных основаниях при определении меры ответственности лицу, признан ному виновным в совершении преступления, и применяться именно вместо лишения свободы, а не параллельно с ним за другие пре ступные деяния. В данном случае в расчет не берутся наказания, Система видов наказания в целом и каждый отдельный вид наказания содержат в себе комплекс средств воздействия на осужденного, который индивидуализируется судом при вынесении приговора, а учреждениями и органами исполнения наказания – реализуется в соответствии с законом.

Предписания о видах наказаний представляют собой действующее право, т.

е. легитимную волю государства. Они подлежат неуклонному исполнению при сохранении возможности научной критики. Любые мнения о мягкости или жесткости существующей системы наказания не оправдывают попытки принятия незаконных решений. Суд, а также учреждения и органы, испол няющие наказание, обязаны считаться с волей законодателя и принимать все необходимые меры для ее наиболее эффективной реализации.

которые могут быть только дополнительными, т. е. быть средством индивидуализации при конструировании и применении кумулятив ной санкции, дополняя основное наказание. К ним относятся лише ние специального, воинского или почетного звания, классного чина и государственных наград1.

Нормативной базой новой уголовной политики, в том числе пе нитенциарной, стал Уголовный кодекс Российской Федерации, вступивший в силу 1 января 1997 г., и закрепивший наряду с лише нием свободы целый ряд наказаний, не связанных с изоляцией осу жденного от общества. В уголовном праве России к ним относятся:

а) штраф;

б) лишение права занимать определенные должности или зани маться определенной деятельностью;

в) обязательные работы;

г) исправительные работы;

д) ограничение по военной службе;

е) ограничение свободы.

Справедливости ради следует сказать, что в ст. 21 УК РСФСР (1961 г.) также были предусмотрены наказания без изоляции от об щества: исправительные работы без лишения свободы, лишение права занимать определенные должности или заниматься опреде ленной деятельностью, штраф, увольнение от должности, возложе ние обязанности загладить причиненный вред, общественное пори цание, лишение воинского или специального звания. Однако их нельзя назвать реальными альтернативами лишению свободы.

Такой вывод следует из того, что, во-первых, большинство санкций за конкретные составы преступлений, предусмотренных в Особенной части, караемых лишением свободы, имели безальтернативный харак тер, т. е. деяние наказывалось либо только лишением свободы (с кон фискацией имущества или без таковой), либо только иными видами наказания. Во-вторых, существовавшая парадигма принятия судебного решения была основана именно на приоритете лишения свободы, ко торое выступало принципом построения системы наказаний, посколь ку данный вид наказания стоял на первом месте.

Единственным механизмом применения альтернатив являлся ин ститут назначения более мягкого наказания, чем предусмотрено за См.: Дворянсков И.В. Эффективность альтернативных наказаний. – М.: Юнити-Дана, 2005. – С. 17.

коном (ст. 43 УК РСФСР). Впрочем, он применялся довольно редко, что объяснялось общей тенденцией репрессивности уголовной по литики и уголовного судопроизводства.

В течение более десяти лет в России делаются активные попытки гуманизации наказания, идея которой заключается с одной стороны, в смягчении положения жертвы преступления, а с другой стороны, в уменьшении числа заключенных и подлинной реализации принципа социальной справедливости. Реализация этой идеи уже заметно скорректировала уголовное и уголовно-процессуальное и уголовно исполнительное законодательство. Эти позитивные изменения про исходят в русле смягчения карательной политики, развития альтер натив лишению свободы как не только более гуманных, но и более эффективных мер ответственности.

Наличие указанной проблематики стало характерным не только для нашей страны. Ее давно констатировали за рубежом. В качестве пути ее решения было избрано более широкое применение альтер нативных лишению свободы наказаний. В пользу их применения выдвигались следующие доводы:

– экономические – затраты на исполнение наказания слишком высоки, тюрьмы переполнены, строительство дополнительных ис правительных учреждений слишком обременительно для налого плательщиков;

– исправительные – известные нежелательные последствия тю ремного заключения, распространение криминального поведения среди заключенных;

– компенсационные – наказание в виде тюремного заключения не гарантирует, что правонарушитель компенсирует потерпевшему нанесенный ущерб в силу весьма ограниченных возможностей ис пользования профессионального труда в отличие, например, от ис правительных работ, в то время как альтернативные санкции боль ше учитывают нужды жертв преступлений;

– со второй половины XX в. в уголовно-правовой политике на метилась тенденция в направлении декриминализации и депенали зации в процессе поиска методов борьбы с преступностью.

Таким образом, можно констатировать, что во многих странах, следующих общеправовому принципу гуманизма, ведутся поиски внетюремных видов наказания и совершенствования средств и ме тодов воздействия на правонарушителей. Россия не является ис ключением.

Постановка проблемы внедрения альтернатив изоляции от обще ства предполагает необходимость анализа их социальной обуслов ленности и гипотетического конструирования ожидаемого социаль ного эффекта от их применения.

Основными аргументами внедрения и использования альтерна тив лишению свободы являются: 1) их более гуманный характер по сравнению с лишением свободы;

2) бльшая эффективность при достижении цели специальной превенции за счет более широких возможностей и благоприятных условий ресоциализации;

3) высо кая экономичность по отношению к исполнению лишения свободы.

В свое время, на рубеже XVIII–XIX вв., под влиянием филосо фии Просвещения лишение свободы само рассматривалось как аль тернатива более суровым и бесчеловечным наказаниям, в частно сти, смертной казни и различным видам членовредительства. Но уже в XIX в. лишение свободы стало подвергаться нападкам за не способность решить свою главную задачу, заключающуюся в соци альной реабилитации и исправлении осужденных1.

Во второй половине XX в., как отмечает К. Бард (Институт кон ституциональной и законодательной политики, Будапешт, Венгрия), в результате непрерывной критики, высказываемой большинством престижных международных организаций и форумов, так называе мые традиционные альтернативы непосредственному тюремному заключению, такие как штраф, отсрочка тюремного заключения и пробация, а также общественное порицание и различные формы общественно полезных работ, стали частью системы уголовных на казаний в ряде стран. И несмотря на то, что в 1970-х гг. тюремное заключение (в том числе краткосрочное) было по различным при чинам переоценено, во всяком случае в Западной Европе, это никак не повлияло на самостоятельное становление альтернатив как проч ных элементов системы санкций2.

Таким образом, сначала научная общественность, а за ней и представители государственной власти стали приходить к мнению о необходимости внедрения в карательную практику наказаний без См.: Kalmhout A.M., Tak P.J.P. Sanctionis-System in the member-states of the Council of Europe. Part I. 1988. P. 2.

См.: Альтернативы тюремному заключению в республике Казахстан.

Материалы международной конференции (27–30 окт. 1999, Алматы): Penal Reform International, 2000. – С. 64.

изоляции от общества. Что же послужило причиной этому? Думает ся, что речь должна идти о целом комплексе детерминант.

Первой причиной является низкая эффективность лишения сво боды. Приходится констатировать, что за последние десятилетия существенно возросли масштабы рецидивной преступности, что является прямым свидетельством неэффективности существующей судебной и уголовно-исполнительной политики.

По данным криминологов, в России период реформ характеризо вался ростом преступной активности рецидивистов, увеличением в их среде числа особо опасных. С ростом многократности рецидива нарастала и интенсивность преступности рецидивистов, о чем в значительной мере свидетельствовал рост числа лиц данной катего рии, которые после освобождения из исправительных учреждений совершали преступления в течение первого года пребывания на свободе1. Приведенная статистика говорит о высоком проценте не достижения цели исправления и специальной превенции.

Так, по словам А.В. Андреева, эффективность применения санк ции можно определить как отношение разницы между социальной целью (целями) и достигнутым в настоящее время положительным результатом к правомерно экономично и целесообразно затрачен ным средствам2. Вместе с тем круг таких целей, как правило, огра ничивается нормативно установленным объемом.

По мнению отдельных авторов, на отношение населения к мерам уголовно-правового воздействия, установленным за конкретные общественно опасные деяния, существенное влияние оказывают как ценность социальных благ, охраняемых уголовно-правовыми сред ствами, так и очевидность опасности, которой они могут подверг нуться в результате преступных посягательств 3.

Следует, однако, добавить, что не менее важно учитывать соци альную приемлемость наказания. Речь должна идти о своего рода Криминология / Под ред. А.И. Долговой. – М., 1997. – С. 735.

Андреев А.В. Критерии, показатели и условия эффективности приме нения санкций // Проблемы совершенствования исполнения уголовных наказаний (Материалы Всесоюзной научно-практической конф.). – Рязань:

Изд. РВШ МВД СССР, 1983. – С. 169.

См.: Носкова Н.А. Общественное мнение и эффективность мер воз действия, предусмотренных уголовным законодательством // Актуальные проблемы уголовного права. – М., 1988. – С. 125.

общественном договоре, условиями которого выступают, с одной стороны, неизбежность, адекватность и соразмерность наказания, а с другой – такой уровень карательного потенциала, который не де лал бы противниками граждан и государство.

Иными словами, необходимо, чтобы любой гражданин понимал, что система социальных ценностей, в том числе и он сам, охраняет ся такими средствами, которые он считал бы приемлемыми и в от ношении него, если он совершит преступление.

В числе основных факторов, влияющих на эффективность нака зания, следует назвать:

1) содержание и механизм воздействия;

2) условия исполнения;

3) возможности ресоциализации и постпенитенциарной адаптации.

Лишение свободы, как показала многолетняя практика, по всем трем показателям не удовлетворяет социальным ожиданиям. Про исходит это, по нашему мнению, по следующим причинам.

В любом наказании следует выделять карательный и исправи тельный блоки. Кара, по справедливому утверждению многих из вестных специалистов (А.А. Пионтковкого, Н.А. Беляева, А.В. Наумова, Б.С. Утевского, Б.С. Никифорова, С.В. Полубин ской), является не содержанием, а сущностью, неизбежным побоч ным эффектом наказания.

Нельзя согласиться с мнением, что в каре присутствует воспита тельный момент1. В этом случае нужно было бы признать, что чем сильнее кара, тем выше воспитательный эффект. Что же касается изоляции от общества, то карательный потенциал этой меры намно го превышает потенциал исправительный, что обусловлено весьма суровыми условиями отбывания наказания, существенным сужени ем сферы общегражданских прав, сокращением возможностей для самореализации, в том числе и профессиональной.

Трудовая деятельность, осуществляемая в местах лишения сво боды, носит принудительный характер, что вытекает из нормы об обязательном привлечении осужденных к труду.

Второй причиной, детерминирующей в сознании общественно сти потребность поиска альтернатив, является антигуманный харак тер лишения свободы.

См.: Стручков Н.А. Уголовная ответственность и ее реализация в борьбе с преступностью. – Саратов, 1978. – С. 59.

Режим лишения свободы определяется основным элементом ка рательного механизма – лишением свободы передвигаться и распо ряжаться своим временем, способностями и возможностями. Этот режим откладывает отпечаток на всю жизнедеятельность осужден ного в процессе отбывания им лишения свободы.

Содержание лишения свободы, как и любого другого наказания, определяется его объектом, т. е. конституционно-правовым стату сом личности, подвергаемым воздействию. Как отмечает И.В. Дво рянсков, рассматриваемый вид наказания характеризуется наи большим вторжением в сферу личных прав осужденного. Иными словами, лишение свободы существенно изменяет его правовой ста тус по трем направлениям:

1) некоторых прав и свобод на период отбывания наказания че ловек лишается совсем (например, права свободного передвижения и владения собой, избирательных прав, выбора места жительства) 1;

2) в некоторых правах осужденный ограничивается (например, право на личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную тайну, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений)2;

3) наконец, лицо, отбывающее наказание в виде лишения свобо ды, наделяется специфическими обязанностями и правами, опреде ляемыми правилами поведения:

– обязанностью содержать бытовые, жилые и служебные поме щения и рабочие места в чистоте, по установленному образцу за правлять постели, соблюдать правила личной гигиены, запрет на рушать линию охраны объектов исправительного учреждения, иметь при себе предметы и вещи в ассортименте и количестве, вы ходящих за рамки установленной нормы, наносить себе и другим лицам татуировки, содержать животных и птиц, занавешивать и ме нять без разрешения спальные места и оборудовать жилье в комму нально-бытовых и других служебных помещениях и т.п.;

См. подробно: Ной И.С. Теоретические вопросы лишения свободы. – Саратов, 1965.

Отбывающие наказание в виде лишения свободы могут подвергаться личному обыску, их корреспонденция подлежит цензуре, а посылки, пере дачи и бандероли – досмотру. Они носят одежду специального образца. Не допускается хранение осужденными денег, ценных вещей, а также предме тов, запрещенных к использованию.

б) правами, которые вне наказания вообще не подлежат право вому регулированию, например, право на определенное количество краткосрочных и длительных свиданий, к тому же со строго очер ченным кругом, определенное количество посылок (передач, банде ролей) и т.д. Кроме перечисленных нормативно-правовых рамок, существен но сужающих объем прав отбывающего лишение свободы, тяжесть кары обусловлена в данном случае и другими (сопутствующими) обстоятельствами, которые не входят непосредственно в содержа ние наказания. К ним, в частности, можно отнести непривычные специфические климатические условия, отдаленность исправитель ного учреждения от места постоянного жительства. «Осужденный, как и любой человек, – пишет Ф.Р. Сундуров, – это частица приро ды, неизвестным числом нитей связанная с окружающей средой… Ее изменения или особенности могут влиять не только на организм человека, но и на его психику и поведение»2.

В условиях исполнения лишения свободы наиболее серьезную опасность представляют криминогенные факторы, характерные для пенитенциарной системы: негативное влияние «авторитетов» (лиц, удерживающих лидерство) на основную массу осужденных;

суще ствование особой субкультуры, неписаных правил преступного ми ра, переносимых в места отбывания наказания3. Необходимо отме тить, что, как правило, осужденные обладают в разной степени вы раженной личностной деформацией, обусловленной в большинстве случаев неблагоприятными условиями социализации4. Места лише См.: Дворянсков И.В. Эффективность альтернативных наказаний.

С. 21–22.

Сундуров Ф.Р. Социально-психологические и правовые аспекты ис правления и перевоспитания правонарушителей. – Казань, 1976. – С. 30.

О субкультуре (контркультуре) преступного мира см.: Андреев Н.А.

Социология исполнения уголовных наказаний. – М.: Права человека, 2001. – С. 97–108.

Социализация – это процесс становления социальных качеств лично сти: интернализация (присвоение) ею социальных ценностей (значений), норм и образцов поведения, присущих данному обществу (либо социаль ной группе). Осуществляется в процессе целенаправленного (обучение и воспитание) и стихийного воздействия. См.: Криминология: Словарь / Под ред. В.П. Сальникова. – СПб.: Изд-во Санкт-Петербургского ун-та МВД России, 1999. – С. 157.

ния свободы, как известно, являются очагами распространения криминальной субкультуры, используются криминалом для рекру тирования в свои ряды все новых лиц с устойчивой антисоциальной ориентацией.

Таким образом, изоляция от общества далеко не всегда позволя ет должным образом оградить осужденного к лишению свободы как члена общества не только от внутрисистемной субкультуры, но и проблем организации здравоохранения в учреждениях уголовно исполнительной системы, психологических и социальных последст вий отбывания этого наказания. Следовательно, как показывает прак тика, лишение свободы далеко не всегда является необходимым и адекватным условием достижения задач уголовной политики.

Кроме того, существенной проблемой является крайне низкая степень постпенитенциарной ресоциализации бывших осужденных.

Будучи изъятыми из привычной для себя среды, лишившись боль шей части социальных связей и навыков (речь идет о навыках об щепринятой социальной коммуникации), эти лица, освобождаясь, сталкиваются с враждебным отношением к ним со стороны общест ва и отчуждением. Они переходят в определенный разряд изгоев, поскольку по сей день судимость продолжает играть роль некоего клейма и, независимо от юридического снятия или погашения, ос тается на всю жизнь. Следует заметить, что такой отпечаток на че ловека налагает именно осуждение к лишению свободы и после дующее его отбывание. Иные наказания воспринимаются общест вом не так фатально.

Как видим, отбывание наказания, сопряженного с изоляцией от общества, наносит личности серьезный ущерб, который при этом ничем не компенсируется, а наоборот, обусловливает длительный Применительно к рассматриваемой проблеме в числе основных усло вий социализации преступников выступают, как показали исследования специалистов, формирование этих лиц в неполных или иного рода небла гополучных семьях, деформация позиций в основных сферах жизнедея тельности (семья, быт, образование, познавательная сфера, труд, досуг);

рассогласование ролей (конфликт норм и ожиданий окружающих);

нега тивное влияние прежних социальных ролей, а также прямая преемствен ность, порождающая различные затруднения развития личности, а в опре деленных взаимодействиях – преступное поведение.

процесс постпенитенциарной адаптации и отторжение личности со стороны общества.

Совокупность перечисленных факторов обусловливает довольно высокий уровень правонарушений в условиях исполнения наказания.

Все эти последствия можно избежать при замене лишения сво боды наказаниями без изоляции от общества, при которых соотно шение карательного и воспитательного моментов характеризуется существенным преобладанием второго, когда осужденный не изы мается из привычной среды и не лишается налаженных социальных связей, дающих возможность отождествлять себя с другими члена ми общества.

Регламентированные в ст. 44–45 УК РФ наказания без изоляции от общества вполне позволяют решить эту задачу. Наряду с наказа ниями, связанными с изоляцией осужденного от общества, допол нительными наказаниями и смертной казнью, они образуют подсис тему наказаний, дающую основания суду на основе закона с учетом опыта судебной практики, общественного правосознания и научных рекомендаций рационально и, по возможности, эффективно исполь зовать различные меры воздействия на осужденного, сочетая иму щественные лишения, ограничения собственно личных неимущест венных неотъемлемых прав и интересов, воздействия на психологи ческую структуру личности, ограничения возможностей профес сионального и иного поведения в будущем.

Вместе с тем, по оценкам специалистов, в нашей стране, к сожа лению, не прекращается, а при более глубоком анализе статистики продолжает увеличиваться рост числа лиц, находящихся в предва рительном заключении и осужденных к лишению свободы. С уче том общего роста числа всех осужденных за совершение преступ лений абсолютное число осужденных к лишению свободы не толь ко не снизилось, но даже возросло.

По состоянию на 1 января 2010 г. в учреждениях уголовно исполнительной системы содержалось 864 тыс. человек, в том чис ле в 755 исправительных колониях отбывало наказание 723,9 тыс.

человек, 226 следственных изоляторах и 164 помещениях, функ ционирующих в режиме следственных изоляторов при колониях, содержалось 131,4 тыс. человек, в семи тюрьмах отбывало наказа ние 2,8 тыс. человек, в 62 воспитательных колониях для несовер шеннолетних – 5,9 тыс. человек. В учреждениях содержится 69,1 тыс. женщин, при женских колониях имеется 13 домов ребен ка, в которых проживает 846 детей 1.

Таким образом, по количеству осужденных, отбывающих наказание в местах лишения свободы, в расчете на 100 тыс. на селения страны Российская Федерация находится на втором месте в мире после США.

Еще одним аргументом в пользу более широкого применения наказаний без изоляции от общества является их экономическая обоснованность. В данном случае, как нам представляется, следует различать два аспекта: затраты на организацию исполнения указан ных наказаний и их собственный компенсаторный механизм. Со держание такого большого количества граждан в исправительных учреждениях тяжким бременем ложится на бюджет государства, сдерживает решение многих социальных задач, способствует рас пространению обычаев и традиций криминальной среды2.

Наказание, сопряженное с изоляцией от общества, основано на презумпции того, что лицо, совершившее преступление, ценит лич ную свободу превыше всего и угроза помещения в тюрьму является фактором, сдерживающим преступность. На практике же подобный сдерживающий эффект достаточно минимален. Более того, опыт показывает, что тюремное заключение оказывает огромное воздей ствие как на лиц, совершивших преступление, так и на общество в целом. Для осужденных тюрьмы являются «школой преступности», недостаточно развитая система реабилитации и адаптации после освобождения также не способствует возвращению в общество.

Важным аспектом предпочтения наказаний без изоляции от об щества выступает их компенсаторный потенциал. В принципе, ком пенсаторные способности, т. е. принудительное обеспечение испол нения возмещения материального ущерба, как отмечается в литера Официальная информация ФСИН России // Преступление и наказа ние. 2010. № 4. – С. 2.

См.: Филимонов О.В. Проблемы применения в России уголовных на казаний, альтернативных лишению свободы // Развитие альтернативных санкций в российской уголовной юстиции: опыт и перспективы: Сб. мате риалов международной конференции (Москва, 29–30 мая 2002 г.). – М.:

PRI, 2002.

туре, свойственны любому наказанию1. Однако эффективность их реализации – разная. Применительно к лишению свободы эти спо собности ограничиваются лишь принудительным и, как правило, неквалифицированным трудом. Да и то администрация далеко не всегда может организовать его по сугубо экономическим причинам.

В этой связи предстоит еще много работать над проблемой эконо мической оправданности самих альтернатив.

Вместе с экономической мотивацией внедрению наказаний без изоляции от общества сопутствуют и экономические проблемы.

Наиболее ярко они проявляются на примере исполнения в нашей стране обязательных и исправительных работ. Согласно УИК, вид и объекты обязательных работ (ст. 25), места исправительных работ (ст. 39) определяются органами местного самоуправления по согла сованию с уголовно-исполнительными инспекциями. Здесь возни кает помимо организационных сугубо экономическая проблема.

В рыночных условиях любое предприятие заинтересовано в мак симальной производительности при минимальных затратах. Исходя из этого, осуществляется внутренняя кадровая и управленческая политика. Однако в случае с устройством на работу осужденных руководство предприятия не в полной мере самостоятельно, по скольку на него возлагаются обязанности по исполнению наказания и оно ограничено в возможности увольнения таких работников. По лучается, что исполнение названных наказаний экономически невы годно.

Думается, что выходом из сложившейся ситуации является соз дание специальных государственных предприятий, рассчитанных именно на работу такого контингента. В этой связи заслуживает внимание опыт функционирования в прошлом таких подразделе ний, как спецкомендатуры.

Круг проблем, связанных с внедрением наказаний без изоляции от общества, включает, кроме экономических, также еще несколько групп: организационные (сопряженные с созданием исправитель ных центров, прочих элементов инфраструктуры, обеспечивающей реализацию наказания), правовые и мировоззренческие.

См.: Чучаев А.И., Абдрахманова Е.Р. Лишение свободы и проблемы его реализации. – Ульяновск, 1996. – С. 25.

Если в отношении экономических и организационных трудно стей ситуация более-менее ясна, то две другие – нуждаются в разъ яснении.

С юридико-технической точки зрения такие наказания представ ляют собой варианты дифференциации уголовной ответственности, заложенные в уголовном законе. В УК РФ усматриваются три воз можности применения альтернатив:

1) выбор наказания в санкции нормы Особенной части, преду сматривающей несколько видов;

2) назначение более мягкого наказания, чем предусмотрено за данное преступление (ст. 64 УК РФ);

3) замена неотбытой части наказания более мягким видом нака зания (ст. 80 УК РФ).

Вместе с тем в российском уголовном и уголовно-процессуальном праве отсутствует механизм, стимулирующий более широкое приме нение наказаний без изоляции от общества. В результате этого судье легче применить «привычное» наказание. В этом и заключается ми ровоззренческая проблема. В нашей стране давно сформировалась и продолжает действовать карательная парадигма в судебной полити ке. Да, следует согласиться, что назначение наказания предполагает судейское усмотрение в назначении наказания, возможности которо го, закрепленные в УК РФ, указаны выше.

Ю.В. Грачева справедливо считает, что правосознание право применителя (в нашем случае – судьи), «как взаимодействующее единство правовой идеологии и правовой психологии, составляет субъективную основу принятия решения», которая, как она пра вильно отмечает, «является существенным элементом (выделено нами – авт.) механизма реализации предоставленного судье … пра ва на усмотрение в процессе применения уголовно-правовых норм»1.

Однако пока не произошла смена стереотипа мышления судей, считающих суровость наказания эффективным средством исправ ления преступника и предупреждения новых преступлений, нам представляется необходимым законодательное придание судейско му усмотрению определенного вектора, а именно – смещение ак Грачева Ю.В. Судейское усмотрение в уголовном праве: Автореф.

дис. … канд. юрид. наук. – М., 2002. – С. 9.

цента пенализации деяний в сторону приоритета наказаний, не свя занных с изоляцией от общества.

С учетом опыта западных стран сделать это можно следующим образом. В настоящее время в отечественном уголовном праве на казания без изоляции от общества по отношению к лишению свобо ды de facto имеют подчиненный характер. Это означает, что приме няются они при условии, если есть возможность не назначать ли шение свободы. Последнее обусловлено, в частности, отсутствием механизма погашения обстоятельств, отягчающих наказание, ка ким-либо фактическим материалом, касающимся деяния, личности виновного или иных имеющих значение для дела аспектов.

Кроме того, в УК РФ никак не подчеркивается исключительный характер лишения свободы как крайней меры, к которой следует прибегать в самую последнюю очередь. Существующее положение, ограничивающее репрессивность судебного приговора, закреплен ное в ч. 1 ст. 60 УК РФ и гласящее, что более строгий вид наказания из числа предусмотренных за совершенное преступление назнача ется только в случае, если менее строгий вид наказания не сможет обеспечить достижение целей наказания, поскольку не закрепляет исключительность лишения свободы и приоритетность применения альтернатив.

Не решает этой задачи и ныне действующая редакция ст. 64 УК РФ, согласно которой, при наличии исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общест венной опасности преступления, а равно при активном содействии участника группового преступления раскрытию этого преступле ния, судом назначается наказание ниже низшего предела, преду смотренного Особенной частью Уголовного кодекса, или более мяг кое наказание. Решение отдается на усмотрение судьи, которому законом не предоставляется ни количественных, ни качественных критериев оценки указанных обстоятельств, позволяющих назна чить более мягкое наказание, чем предусмотрено за данное престу пление.

Думается, что такой механизм должен быть регламентирован в уголовном законе в виде нормы, закрепляющей принцип, согласно которому вопрос о лишении свободы должен рассматриваться в ис ключительных случаях, когда нет возможности назначить вместо него иной вид наказания, не связанный с изоляцией от общества.

Начиная с 70-х гг. прошлого века, некоторые государства стали осознавать вышеназванные проблемы и искать пути их разрешения.

В частности, это осуществлялось через распространение примене ния наказаний без изоляции от общества. Совет Европы и ООН со своей стороны стали разрабатывать и принимать документы, на правленные на внедрение подобной практики во всем мире.


Так, в 1981 г. Парламентская Ассамблея Совета Европы реко мендовала государствам-участникам «заменять … наказания в виде лишения свободы, предусматривающие непродолжительное содер жание под стражей, другими мерами, которые были бы более эф фективны и не противоречили принципу наказания»1.

В 1986 г. Комитет Министров Совета Европы принял Резолю цию под названием «Некоторые меры, альтернативные тюремному заключению»2. В этой Резолюции Комитет рекомендовал прави тельствам государств-участников вводить различные альтернатив ные наказания и рассмотреть возможности включения их в Уголов ный кодекс. Комитет особо указывал государствам-участникам раз вивать три направления, и в частности, рассмотреть программы об щественных работ, которые обеспечивали бы возможность для ак тивной ресоциализации лица, совершившего преступление.

В 1985 г. на Седьмом Конгрессе ООН по предупреждению пре ступности и обращению с правонарушителями, состоявшимся в Милане, государства-участники приняли Резолюцию № 16, которая акцентировала внимание на сокращении численности заключенных, предпочтении альтернативных мер наказания и социальной реинте грации правонарушителей.

Основным международным документом, определяющим испол нение наказаний, альтернативных лишению свободы, стали так на зываемые Токийские правила, принятые Генеральной Ассамблеей ООН в декабре 1990 г. Они содержат набор минимальных требова ний, обеспечивающих, чтобы альтернативные меры применялись и исполнялись в рамках закона и без нарушения прав лиц, осужден ных к таким мерам.

См.: United Nations Secretariat: «Alternatives to Imprisonment». Interna tional Review of Criminal Policy, № 36, 1980, p. 9.

Резолюция СЕ (76), март 1986.

Аналогом таких правил для европейских государств стала «Ре комендация № R (92) 16 Комитета Министров государствам-членам относительно Европейских правил по применению общественных санкций и мер взыскания».1 Эта Рекомендация была принята Сове том Европы в 1992 г. и содержит 90 правил, которые дополняют Европейские тюремные правила. Рекомендация настоятельно про сит государства-члены достичь соответствующего баланса между защитой общества и интересами потерпевшего, ресоциализацией преступника и приверженностью международным стандартам.

Деятельность ООН и Совета Европы, рекомендующих и пропа гандирующих широкое использование альтернатив тюремному за ключению, постепенно помогла снизить удельный вес тюремного заключения во многих странах мира. Так, например, к середине 90-х гг. в Бельгии только 26 % вынесенных приговоров предусмат ривали тюремное заключение, а в Финляндии 90 % приговоров предполагали ту или иную форму альтернативных санкций. В то же время в Португалии лишение свободы назначалось в 45 % случаев, что говорит о неоднородности этого процесса.

В настоящее время наказания без изоляции от общества продол жают развиваться во всем мире. Среди них наибольшее распростра нение получают общественные работы2. И если страны Запада имеют уже достаточно большой практический опыт в применении таких наказаний, то многие страны Центральной и Восточной Ев ропы и Центральной Азии только еще начинают вводить их в прак тику. Что касается стран бывшего Советского Союза, то наиболее успешных результатов по применению общественных работ доби лась Латвия – в последние три года доля назначения этого вида на казаний в стране выросла с 1,4 до 10 % и наблюдается тенденция к увеличению.

Для России, занимающей второе место в мире по числу заклю ченных и развивающейся в условиях сложной экономической си туации, более широкое применение наказаний без изоляции от об щества представляется особенно актуальным.

Рекомендация № R (92) была одобрена Комитетом Министров 19 окт.

1992 г. на 482-м заседании заместителей министров.

В УК РФ аналогом данного наказания являются обязательные работы, введение в практику применения которых планируется в 2004 г.

Организация и правовое регулирование исполнения уголов ного наказания в странах Западной Европы и США прошли на сво ем историческом пути этапы, сходные с процессом становления и развития уголовно-исполнительной системы в России. Именно по этому, посредством изучения и анализа опыта исполнения таких наказаний в зарубежных странах, можно прийти к эффективному использованию этого опыта и на территории России, ставшей на путь реформирования уголовно-исполнительной систем в связи с вступлением в Совет Европы.

В настоящее время общее состояние, динамика и изменение структуры преступности в зарубежных странах, в том числе и с по явлением таких политических образований, как Европейский Союз, обусловили появление схожих проблем в исполнении уголовных наказаний в странах Западной Европы.

«Повышение эффективности исполнения наказаний без изоля ции осужденных от общества с тем, чтобы они могли служить аль тернативой лишению свободы, – одна из крупных проблем совер шенствования применения уголовного наказания»1.

На протяжении последнего пятидесятилетия выдающиеся ученые, политические деятели и правозащитники неоднократно ука зывали на необходимость интенсификации в разработке единых концептуальных норм и правил исполнения альтернативных наказа ний и их повсеместного распространения.

Основным документом по этому вопросу являются Стандартные минимальные правила Организации Объединенных Наций в отно шении мер, не связанных с тюремным заключением, принятые Ге неральной Ассамблеей в декабре 1990 г.

В правиле 8.2. указанного документа международного права пе речислены возможные наказания, не связанные с лишением свобо ды, которые может назначить суд:

Органы, выносящие приговоры, могут предусматривать по делам следующие виды наказания:

(а) устные санкции, такие как замечание, порицание и предупре ждение;

(b) условное освобождение от ответственности;

(с) поражение в гражданских правах;

Уголовно-исполнительное право: Учебник / Под ред. И.В. Шмарова. – М.: БЕК, 1998.

(d) экономические санкции и денежные наказания, такие как разо вые штрафы, поденные штрафы;

(е) конфискация или постановление о лишение права собст венности на имущество;

(f) возвращение имущества жертве или постановление о компен сации;

(g) условное наказание или наказание с отсрочкой;

(h) условное освобождение из заключения и судебный надзор;

(i) постановление о выполнении общественно полезных работ;

(j) направление в исправительное учреждение с обязательным ежедневным присутствием;

(k) домашний арест;

(l) любой другой вид обращения, не связанный с тюремным за ключением;

(m) какое-либо сочетание перечисленных выше мер1.

Необходимо обратить внимание на то, что указанная норма стала основой организации системы наказаний, не связанных с изо ляцией осужденных от общества, для большинства стран, ратифи цировавших Токийские правила, в том числе для США и всех стран Западной Европы.

Предпосылки реформы пенитенциарной политики обусловлены логикой и закономерностями развития нашего общества и поэтому неизбежны. Иного пути у нас сегодня нет. Он предопределен исто рическим процессом и объективными потребностями дальнейшего социального развития.

Стандартные минимальные правила ООН в отношении мер, не свя занных с тюремным заключением (Токийские правила, 1990) /Уголовно исполнительный кодекс РФ. С приложениями, указателями судебной практики. – М., 1997.

Глава ИСПОЛНЕНИЕ НАКАЗАНИЙ БЕЗ ИЗОЛЯЦИИ ОТ ОБ ЩЕСТВА В ДОРЕВОЛЮЦИОННОЙ РОССИИ Эпоха Киевской Руси и Московского государства не отличалась гуманизмом. Поэтому наиболее популярными видами кары были телесные наказания и смертная казнь. Телесные наказания были, хотя и жестокими, но наказаниями без изоляции от общества и в этом смысле – альтернативами лишению свободы и смертной казни.

Согласно Судебнику 1497 г. самым распространенным телесным наказанием была так называемая торговая казнь, под которой понима лось битье преступника кнутом на торгу, площади или в ином месте массового скопления людей. Публичная обстановка торговой казни, по замыслу законодателя, должна была не только способствовать дости жению цели общего предупреждения преступлений, но и оказывать повышенное психологическое воздействие на осужденного.

Соборное Уложение 1649 г. предусмотрело применение ранее не известных членовредительских наказаний в виде отсечения руки, ноги, урезания носа, губы, вырывания глаза, ноздрей, которые на значались в основном за имущественные преступления.

В XVII в. особая роль стала принадлежать так называемым денежно имущественным наказаниям1. Они подразделялись на такие разновид ности, как продажа2, возмещение ущерба3 и конфискация имущества.

Некоторые авторы отводят им ведущую роль. См.: Рожнов А.А. Уголов ное право московского государства (XIV–XVII). – Ульяновск, 2007. – С. 26.

Продажа представляла собой денежное взыскание, которое поступало в пользу лица, разбиравшего дело. Размер взыскания не был фиксирован ным и определялся судьей. Продажа, как правило, служила дополнитель ным наказанием, например, к битью кнутом.

При присуждении возмещения ущерба виновный был обязан выпла тить сумму в пределах исковых требований. Исключением было посяга В Соборном Уложении (1649) было упоминание уголовно правовой меры, имевшей сходство с исправительными работам. В ст. 9 гл. XXI говорилось о «работах в кайдалах». Согласно этой норме преступники посылались после тюремного заключения «в украинские города, где государь укажет». Речь пока не идет о ка торге – она появится позже. Но уже с середины XVII в., по словам И. Упорова и В. Чорного, в государственной уголовно-исполни тельной политике начинают проглядываться фискальные цели, пре следующие эксплуатацию труда осужденных для своих нужд. Ука занная норма является прообразом будущего наказания в виде ссылки в каторжные работы. Однако в период Соборного Уложения каторжные работы еще не были развиты1.


К иным видам наказания относились изгнание преступника из мес та жительства («выбитие из земли вон»), ссылка, опала, членовреди тельство, наказание дыбой, клеймление, заключение в тюрьму и др.

В XVII в. применялись те же два способа эксплуатации осуж денных: труд подневольный (каторжный) и труд свободный, хотя и обязательный. Итак, уже в период действия Соборного уложения (1649) четко прослеживается последовательная направленность по литики государства на решение экономических проблем за счет труда осужденных. Это можно наглядно проследить на примере ссылки.

Еще одним упоминавшимся в Соборном Уложении прообразом наказаний, входящих сегодня в компетенцию уголовно-исполни тельных инспекций, является отрешение от должности (для сравне ния – сегодня ст. 47 УК РФ регламентирует наказание в виде лише ния права занимать определенные должности или заниматься опре деленной деятельностью, а ч. 2 ст. 16 УИК РФ относит его испол нение к ведению уголовно-исполнительной инспекции).

Исполнение наказаний периода Московского государства отно силось к ведению специальных учреждений – приказов. Приказная система была основой государственного управления Московского тельство на земельную собственность Великого Князя, боярина или мона стыря. В этих случаях законом устанавливалась конкретная сумма.

См.: Упоров И., Чорный В. Виды уголовных наказаний и порядок их исполнения, установленные в первых кодифицированных нормативных пра вовых актах России: Курс лекций. – Рязань: РИПЭ МВД РФ, 1998. – С. 26.

государства. Непосредственно делом исполнения наказания ведали разбойные и земские приказы.

После преобразований Петра I в правовой сфере, Соборное Уло жение (1649) еще продолжало действовать, но многие его нормы фактически потеряли силу. При Петре I новый импульс развития получает пенитенциарная система (как часть системы правосудия в широком смысле слова). Широкое распространение находят ка торжные работы (известные еще Соборному Уложению1) и ссылка2.

Ссылка предполагала определенную свободу передвижения в пределах местности, наличие социальных связей, в том числе и род ственных. Главный акцент делался на труд, а не изоляцию. Ближе к современному аналогу современной «колониальной» системы ис полнения лишения свободы находятся каторжные работы, подразу мевающие большую степень изоляции и контроля за осужденными.

В первой четверти XVIII в., происходит окончательное соедине ние ссылки и принудительных работ. На первый план выдвинулась проблема труда преступников. Предусматривалось устройство осо бых смирительных домов (цухтгаузов) для мужчин и прядильных домов для женщин, куда должны были направляться лица «непо требного и невоздержанного жития... которых никто в службу не приемлет... люди ленивые, здоровые, нищие и гуляки, которые, не хотят трудиться о своем пропитании, ядят хлеб вотще, и прочие им подобные... таковых надлежит сажать в смирительные домы, кто на какое время по злым его поступкам будет достоин, и посылать их на работу, чем бы они могли пропитание свое заработать, чтоб никогда праздные не были»3.

Несмотря на схожесть данных видов наказаний с тюремным за ключением и каторжными работами, работные дома являлись само стоятельной формой исполнения наказаний, в своей основе заимст вованной из западноевропейских.

В этой связи И. Упоров и В. Чорный замечают, что в дальней шем в России неоднократно предпринимались попытки устройства Так, ст. 9, 10 гл. ХXI Уложения предписывали посылать «работать в кандалах на всякие изделья, где государь укажет».

Применение ссылки в это время обусловлено не в последнюю очередь пространственно-географическим фактором: именно к концу XVII в. начи нается «уголовно-исполнительное» освоение Сибири.

См.: Упоров И., Чорный В. Указ. соч. – С. 37.

смирительных домов (Уложение о наказаниях уголовных и испра вительных 1845 г., УК РСФСР 1922 и 1926 гг.), однако они так и не увенчались какими-либо весомыми результатами, и лишь в 70-е – 80-е гг. в СССР удалось образовать институт ЛТП и ВТП, прообра зом которых как раз и были так и не ставшие реальностью петров ские смирительные дома1.

Добавим, что аналогом этого наказания можно считать и испра вительные работы, а также условное осуждение с обязательным привлечением к труду, входившее в компетенцию спецкомендатур2.

Однако в дальнейшем наказания в работных домах все больше эво люционировали в сторону изоляции от общества.

В XVIII в. приобрели особую актуальность проблемы разработки и исполнения наказаний без изоляции от общества в отношении не совершеннолетних. Важной вехой в этом направлении является эпоха Просвещения, в которую коренным образом изменился под ход к преступлению, начался отход от господствовавших прежде теологических трактовок его как «греховного поведения», результа та действия сверхъестественных сил к рациональным объяснениям его причин. Как отмечает Г.Л. Рябова, именно в это время в трудах ученых стали появляться идеи о необходимости использования психологических знаний в процессе исправления осужденных. Воз никает живой интерес к объяснению личности конкретных пре ступников и влияния на них наказания (Ч. Беккариа, И. Бентам), начинают проводиться эмпирические исследования, в том числе в пенитенциарных учреждениях (Д. Говард, Ф. Галль, Г. Ловерн).

В России эти идеи нашли благодатную почву: один из сподвиж ников реформ Петра I И.Т. Посошков отмечал необходимость учи тывать при исполнении наказания психологию преступников, исто рик М.М. Щербатов призывал создавать законы с учетом психоло гии народа3.

Упоров И., Чорный В. Указ. соч. – С. 37.

См.: Дворянсков И.В., Пертли В.А. Уголовно-исполнительные ин спекции (эволюция формирования и правового обеспечения деятельности):

Учеб. пособие. – М.: АЭБ МВД РФ, 2007. – С. 31.

См.: Рябова Г.Л. Исполнение уголовных наказаний без изоляции от общества в отношении несовершеннолетних в дореволюционной России (психолого-юридический анализ) // Проблемы исполнения уголовных на казаний, не связанных с лишением свободы, и применения иных мер уго Под влиянием идей Просвещения и некоторого смягчения обще ственных нравов появляется вполне естественная для регулярного государства идея о возможности исправления нравов населения пу тем издания «правильных» законов, касающихся всех сфер жизни.

В рассматриваемый период происходит смягчение уголовной политики в отношении несовершеннолетних. В Указе Екатерины II, принятом в 1765 г., установлена «полная невменяемость участников преступлений в возрасте до 10 лет, предусматривалось освобожде ние от телесных наказаний в возрасте от 10 до 14 лет, а также зна чительное сокращение срока наказания в отношении совершивших преступление в возрасте 14–17 лет»1.

Новый подход к проблемам организации работы с несовершен нолетними осужденными был осуществлен в ходе судебной рефор мы 1864 г., когда у многих ученых и практиков сложилось четкое убеждение о нецелесообразности использования тюремного заклю чения для перевоспитания малолетних преступников. По мнению дореволюционного юриста A.M. Рубашевой, «старые меры борьбы с детскими преступлениями уже давно доказали свою несостоя тельность. Стоявшая среди них на первом месте тюрьма заслужила в глазах большинства современных деятелей репутацию школы по рока и преступлений, особенно опасной в детском возрасте2.

В контексте этого утверждения активно стали высказываться идеи о необходимости использования психологического фактора в перевоспитании несовершеннолетних осужденных. Так, юрист С.И. Барышев в работе «Взгляд на науку уголовного законоведе ния» (1858) указывал, что ни один вопрос уголовного права не мо жет быть решен без помощи психологии, которая должна быть его составной частью;

а, во-вторых, именно психология учит законода теля «видеть в преступнике не необузданного зверя, которого нуж но перевоспитывать»3.

ловно-правового характера в отношении несовершеннолетних: Сб. мат-лов междунар. научно-практич. конф. (Вологда, 7 дек. 2005): В 2 ч. – Вологда:

ВИПЭ ФСИН России, 2006. – Ч. 2. – С. 267–268.

Цит. по: Фильченков Г.И. Обеспечение контроля за осужденными не совершеннолетними. – М., 1995. – С. 6.

Там же. – С. 7.

См.: Дебольский М.Г. Организация и функционирование психологической службы в уголовно-исполнительной системе: Лекция. – Вологда, 2005. – С. 7.

Что касается исполнения наказаний, которые сегодня принято относить к альтернативным лишению свободы, то они регламенти ровались в многочисленных правовых актах Российской империи. К ним можно отнести, в частности, Уложение о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г., Общие положения о крестьянах, вышед ших из крепостной зависимости от 19 февраля 1861 г. (далее – Об щие положения о крестьянах), Сельский судебный устав для госу дарственных крестьян, включенный в Свод законов Российской им перии, издания 1857 г. (далее – Сельский судебный устав), Устав о наказаниях, налагаемых мировыми судьями от 21 ноября 1864 г.

(далее – Устав о наказаниях), Временный приказ о волостном суде 1898 г.1 и другие нормативно-правовые акты, а также решения Пра вительствующего Сената, циркуляры МВД и разъяснения Мини стерства юстиции.

Общественные работы приобрели вид альтернативного лишению свободы и телесным карам наказания. Они применялись «лишь в замену денежного взыскания в случае несостоятельности» и не не сли с собой применение к осужденным никаких воспитательных и профилактических мер. Под несостоятельностью судебная практика понимала «фактическое неимение у него средств к уплате штрафа»

(циркуляр № 7 МВД 1894). При невозможности взыскать штраф лица, исполняющие приговор волостного суда, уведомляли суд, ко торый был обязан принять решение о замене штрафа общественны ми работами2.

Особая система мер предусматривалась в отношении несовер шеннолетних преступников. С учетом широкого распространения гуманистических взглядов в законодательстве определены конкрет ные пути сокращения случаев применения к несовершеннолетним Волостной суд – выборный сословный судебный орган 2-й половины XIX – начала XX вв., разбирал мелкие гражданские и уголовные дела кре стьян. См.: История отечества древнейших времен до наших дней. Энцик лопедический словарь / Б.Ю. Иванов, В.М. Карев, Е.И. Куксина и др. – М., 1999. – С. 145.

См.: Организация воспитательно-профилактической работы с осуж денными, отбывающими наказания, не связанные с лишением свободы:

Учеб. пособие / Б.Б. Казак, Е.О. Ананьева, Н.П. Белая, С.А. Дьячковский, В.Е. Матвеенко, АН. Пастушеня, В.В. Сергеева, ИН. Смирнова / Под общ.

ред. С.Н. Пономарева. – Рязань: Академия права и управления Минюста России, 2002. – С. 8.

тюремного заключения, некоторые из которых, по нашему мнению, не потеряли актуальности и в настоящее время.

1. Введение новых мер пресечения, избрание которых разреша лось в отношении обвиняемых в возрасте до 17 лет. В результате для предупреждения их уклонения от следствия и суда применялось не только заключение под стражу, но и передача под надзор закон ных представителей или лиц, изъявивших согласие контролировать поведение подростков в процессе расследования, а также направ ление на период следствия в исправительный приют или колонию либо временное помещение в монастыри, соответствующие веро исповеданию обвиняемых.

2. Возможность освобождения от наказания подростков в воз расте от 10 до 17 лет, совершивших преступления без разумения, и их передача для домашнего исправления гражданам, согласным принять нуждающихся в попечении малолетних. Выбор таких лиц возлагался только на суд, который чаще передавал правонарушите лей под надзор посторонним благонадежным лицам, чем родителям несовершеннолетних.

3. В отношении лиц в возрасте 14–17 лет, совершивших престу пление с разумением, предусматривалась замена тюремного заклю чения, как правило, направлением в исправительные приюты или колонии для несовершеннолетних преступников с уменьшением времени нахождения в этих учреждениях в зависимости от обстоя тельств дела от одной трети до половины по сравнению со сроками наказания, предусмотренными за аналогичные деяния взрослым лицам.

4. Законодательство предусматривало возможность назначения несовершеннолетним тюремного заключения в том случае, если они участвовали в наиболее тяжких преступлениях, при этом преду сматривалось обязательное сокращение срока наказания, как прави ло, на одну треть. После отбытия тюремного заключения несовер шеннолетние передавались под надзор полиции на срок от одного года до двух лет1.

Таким образом, законодательство дореволюционной Росси пре дусматривал целый ряд альтернатив лишению свободы, при этом не требующих в большинстве своем каких-либо финансовых затрат, а вовлекающих в процесс исправления не только представителей го См.: Рябова Г.Л. Указ. соч. – С. 269.

сударства, но и представителей общественности, а также близких осужденного. Думается, что это, кроме материальных преимуществ, имело существенное значение для ресоциализации осужденных, давало им шанс оставаться успешно адаптироваться в обществе, не совершая новых преступлений.

В Российской империи до 1917 г. не существовало единой сис темы органов, исполняющих наказания без изоляции от общества.

Эти функции выполняли не только подразделения МВД и местные органы исполнительной власти, но и органы так называемого госу дарственного призрения, система которых была введена еще Пет ром I и имела разветвленный контур централизованного и местного управления. Значительно ее развила и упорядочила Екатерина II, введя Приказы общественного призрения в 26 епархиях.

В соответствии с концепцией правовой реформы 1864 г. иницииро валось открытие специальных благотворительных обществ, содейст вующих исполнению наказаний и ресоциализации осужденных. В до революционной России не только существовала научно обоснованная превентивная доктрина, но и складывалась тенденция к усилению взаимодействия официальных структур и неофициальных организаций в русле гуманистически ориентированной идеологии социальной по мощи и усиления адресности в предоставлении социальных услуг раз ным категориям дезадаптированных несовершеннолетних и обогаще ния их опытом социального поведения – выдача денежных ссуд, обес печение их инструментом для занятия ремеслом или сельскохозяйст венными работами, подыскание мест учебы и работы. Как свидетель ствует дореволюционная криминальная статистика, в тех исправи тельных заведениях, где существовал четко налаженный патронат, процент рецидива был значительно ниже1.

Исходя из сказанного, можно сделать вывод, что до революции в нашей стране не существовало единой концепции исполнения нака заний без изоляции от общества. Основным видом наказания оста валось лишение свободы. Именно в этом направлении развивалась уголовная политика царской России.

См.: Безносов Д.С., Смирнов В.Д. Специфика деятельности и психоло гическая культура сотрудников УИИ // Порядок и условия исполнения наказаний не связанных с изоляцией от общества. Материалы межвузов ской научно-практической конференции: Санкт-Петербургский ИПК УИС Минюста России, 30–31 янв. 2003 г. – СПб.: Нестор, 2003. – С. 73.

Глава ИСПОЛНЕНИЕ НАКАЗАНИЙ БЕЗ ИЗОЛЯЦИИ ОТ ОБ ЩЕСТВА В СОВЕТСКИЙ ПЕРИОД ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ИСТОРИИ После событий октября 1917 г. советская власть полностью отка залась от сложившейся в российском уголовном праве системы на казаний, закрепленной в Уложении о наказаниях уголовных и ис правительных (1845), Уставе о наказаниях, налагаемых мировыми судьями (1864) и Уголовном уложении (1903) и ряде других зако нодательных актах.

Наказание стало политическим инструментом. В начальный пе риод (1917–1918) оно служило средством подавления сопротивле ния, силового утверждения власти и, как следствие, массовых ре прессий по классовому признаку. В это время возникло множество новых видов наказаний, не связанных с лишением свободы, кото рых не знала не только дореволюционная российская система нака заний, но также и системы наказаний многих развитых стран.

В первые же годы советской власти упомянутыми органами го сударства применялись следующие виды таких наказаний:

– предупреждение;

– общественное порицание (в публичном заседании суда);

– доведение до сведения организации, в которой работает нака зуемый, о совершенном им правонарушении;

– выговор;

– строгий революционный выговор;

– принудительное политическое воспитание;

– помещение на видном месте приговора или же специальное из дание опровержения ложных сведений;

– лишение карточек;

– исключение из объединения;

– возмещение причиненного ущерба;

– принуждение к действию, не представляющему физического лишения;

– денежные вычеты в утроенном размере, причитавшиеся за время отсутствия в части (для дезертиров);

– лишение навсегда или на срок всего земельного надела или его части (для дезертиров);

– денежный штраф;

– секвестр и конфискация имущества (частичная или полная);

– воспрещение исполнять ту или иную работу;

– воспрещение занимать ту или иную должность;

– высылка из определенной местности;

– общественные принудительные работы;

– принудительные работы на рудниках (для капиталистов саботажников);

– перевод на тяжелые принудительные работы без лишения сво боды в том же предприятии или вне такового на срок до 6 месяцев;

– направление в штрафную часть;

– направление на фронт (для военнослужащих);

– лишение (поражение) всех или некоторых политических прав (на срок или без срока)1.

Особое распространение получили принудительные работы2. В законодательстве и судебной практике рассматриваемого периода встречаются две разновидности этого наказания: принудительные работы без лишения свободы3 и работы, назначаемые дополнитель См.: Багрий-Шахматов Л.В. Уголовные наказания и исправительно трудовое право. Учеб. пособие / Под ред. Н.А. Стручкова. – М., 1969. – С. 7–8.

В рассматриваемый период термины «принудительные работы», «об щественно полезные работы», «исправительные работы», «исправительно трудовые работы» использовались как синонимы по причине неустояв шейся терминологии и отсутствия единообразия в законотворческой дея тельности. Данное наказание официально получило наименование «ис правительно-трудовые работы» только с 1933 г.

Справедливости ради нужно сказать, что Временная инструкция «О лишении свободы как мере наказания и о порядке отбывания такового», утв. постановлением НКЮ от 23 июля 1918 г., относила к лишению свобо ды и осуждение виновного к кратковременным (до 3 месяцев) принуди тельным общественным работам без заключения под стражу на время, свободное от работ. В некоторых декретах они назывались исправительно но к лишению свободы, а следовательно, сопряженные с ним. В то же время первый вид подразделялся на два подвида: работы по спе циальности и, по указанию органов, принудительные работы (не квалифицированные работы). Такое деление было проведено уже в первом Уголовном кодексе РСФСР (ред. 1922), который установил, что принудительные работы могут быть работами по специальности и работами неквалифицированного, физического труда, при этом законодатель не считал возможным применение принудительных работ к лицам, совершившим наиболее тяжкие преступления.

В большинстве законодательных актов этого периода лишение свободы связывается с принудительными работами. Таким образом, с самого начала советская власть смотрела на лишение свободы как на меру наказания, сочетающую в себе и задачи подавления и вос питания к трудовой дисциплине.



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 6 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.