авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |   ...   | 17 |

«Есть две пословицы: «От работы будешь горбат, а не будешь богат» и еще: «От трудов праведных не наживешь палат каменных». Посло- вицы эти несправедливы, потому что лучше быть горбатым, чем ...»

-- [ Страница 5 ] --

но это не берет…» – с горечью отмечает Толстой в письме к Страхову от 6 ноября 1877 года (62, 347).

Только к августу 1877 года появляются признаки возвращения к работе, сменяющиеся новыми колебаниями.

10/11 августа в письме к Страхову: «Я хотел бы начать свое дело, но не могу от войны» (62, 334).

Ему же 15/16 августа: «Идет дождь… и хочется писать и так ра достно приближение работы!» (62, 337). И 22/23 сентября: «Вы по няли из моего письма, что я за работой. Нет. Я охочусь и собираюсь, но и не сажусь за стол иначе, как только чтобы писать письма» (62, 343).

22/25 сентября Толстой извещает А. М. Кузминского: «Я только приготавливаюсь к работе» (62, 345).

И вновь Страхову, 19 октября, тревожное: «Я все ничего не де лаю, … нездоровится физически и нравственно. Уныло» (62, 346).

Состояние Толстого передают, в том числе, две дневниковые заметки Софьи Андреевны от 25 августа и 12 сентября 1877 года22.

К концу октября 1877 года творческое настроение Толстого вос станавливается и вместе с ним несколько меняется концепция замысла.

Идея трудовой крестьянской жизни отодвигает на второй план «пере селенческое» направление.

25 октября Софья Андреевна запечатлела в дневнике эту перемену:

«Л. Н. уехал на охоту с борзыми, но все утро мне рассказывал, как по немногу нанизывается одна мысль за другой для нового произведения.

Не могу еще ясно понять, что именно он будет писать, – да, кажется, ему самому не ясно еще, но, как я понимаю, главная мысль будет народ НАЧАЛьНЫЙ ЭТАП В ФОРМИРОВАНИИ ЗАМЫСЛА РОМАНА «ДЕКАБРИСТЫ»

и сила народа, проявляющаяся в земледелии исключительно. Сегодня он мне говорил: “А эта пословица, которую я прочел вчера, мне очень нравится: “Один сын не сын, два сына – полсына, а три сына – сын”. Вот для моего начала эпиграф. У меня будет старик, у которого три сына. Одного отдали в солдаты, другой так себе, дома, а третий, любимый отца, выучивается грамоте и смотрит вон из мужицкого быта, что больно старику. И вот она, семейная драма, в душе зажиточного мужика, для начала”. Потом, кажется, этот выучившийся сын-мужик придет в столкновение с людьми другого, образованного круга, и потом ряд событий. Во второй части, как говорит Л. Н., будет переселенец, русский Робинзон, который сядет на новые земли (Самарские степи) и начнет там новую жизнь, с самого начала мелких, необходимых, че ловеческих потребностей»23.

Вероятно, если иметь в виду дневниковую запись Софьи Андре евны от 25 октября (прямых указаний Толстого нет), в конце октября 1877 года мог быть набросан Конспект24. Период с мая по октябрь 1877 года охватывает крайние хронологические пределы предполагае мой работы над запечатленным здесь замыслом. Они устанавливаются на основании косвенных датирующих признаков: заготовочных заме ток от мая – июня 1877 года в записной книжке Толстого, эпистоляр ных свидетельств автора за август – октябрь 1877 года, дневниковых записей Софьи Андреевны от 25 августа, 12 сентября и 25 октября 1877 года.

Конспект выполнен на листе писчей бумаги. Текст занимает по ловину страницы и разделен горизонтальной линией на две части. Эта рукопись традиционно связывается исключительно с романом о кре стьянском переселении (в Юбилейном издании, в предшествующей ему и последующей научной литературе). Цявловский отмечал, что, кроме темы переселения крестьян в Оренбургский край, «содержание конспекта, стоящего совершенно обособленно от всех других дошед ших до нас текстов, не поддается дешифровке» (17, 474).

Напротив. Наряду с крестьянской и переселенческой проблема тикой здесь завязывается и узел дворянской темы, усматриваются выходы к более поздним этапам работы Толстого над декабристским романом.

В характере героя-дворянина проявляются автобиографические черты: «Тоска. … Понять». «Умиление Руссо. на звезды sic – все знают как круглая земля?» (17, 256).

И. И. СИЗОВА С 9 июня по 28 июля 1871 года Толстой отдыхал в самарских сте пях, куда он поехал с С. А. Берсом и слугой И. В. Суворовым. Пи сатель находился в унылом расположении духа, страдал бессонницей, мучительным душевным томлением, опасался повторения «необыкно венного» «арзамасского ужаса» – внезапного ощущения тоски и стра ха смерти. Как поделился он с Софьей Андреевной в письме от 4 сен тября 1869 года, «подобного … я никогда не испытывал, и никому не дай Бог испытать» (83, 167). Это состояние отчасти повторилось и на самарском отдыхе 1871 года, отразившись в письмах жене.

14 июня: «Не знаю, что будет дальше, но до сих пор я не выходил из тоски» (83, 177).

15 июня: «Тоска. … Впрочем, нынче устал и не в духе» (83, 178).

18 июня: «С тех пор как приехал сюда, каждый день в 6 часов вечера начинается тоска, как лихорадка, тоска физическая, ощущение которой я не могу лучше передать, как то, что душа с телом расстается.

… Нет умственных, и главное поэтических, наслаждений. На все смотрю, как мертвый, то самое, за что я не любил многих людей» (83, 178–179).

Период тоски и апатии повторился и в 1875 году (запись в днев нике Софьи Андреевны от 12 октября 1875 года);

пришлось сделать перерыв в печатании «Анны Карениной», объявив читателям об уста лости автора.

Возможно, Толстой предполагал и своего героя провести через по добное «испытание».

Почитание Толстым Ж.-Ж. Руссо общеизвестно. В наброске к главе I «Исповеди» (1879) об этом сказано: «Сообщенное мне с дет ства вероучение исчезло во мне так же, как и в других, с тою только разницей, что у меня оно очень рано стало сознательным. Я очень рано стал много читать философских книг. Руссо первый увлек меня;

я пере читывал его по нескольку раз, и он имел на меня большое влияние»

(23, 496).

К астрономическим увлечениям Толстого восходит часть конспекта о звездах и круглой земле: «на звезды – все знают как круглая земля?»

(17, 256). 19 апреля 1872 года Софья Андреевна записывает в дневни ке: «Всю ночь Левочка до рассвета смотрел на звезды»25. В своих вос поминаниях за 1872 год она отметит: «Желая включить в свои Книги для чтения рассказы по всем отраслям, Лев Николаевич начал изучать астрономию. Он целыми вечерами, иногда ночами с книгой и картой НАЧАЛьНЫЙ ЭТАП В ФОРМИРОВАНИИ ЗАМЫСЛА РОМАНА «ДЕКАБРИСТЫ»

неба изучал звезды, планеты, вообще всю небесную жизнь. Показывая нам звезды, он называл их нам по имени и рассказывал о них. Много тогда я приобрела астрономических сведений»26. Со звездами связаны размышления о добре Константина Левина в финале «Анны Карени ной»: «Левин прислушивался к равномерно падающим с лип в саду ка плям и смотрел на знакомый ему треугольник звезд и на проходящий в середине его Млечный Путь с его разветвлением» (19, 397–398).

Сюжетным контуром, не относящимся к теме переселения, явля ется также часть конспекта: «К Погодину» (17, 256). С личностью М. П. Погодина, сына крепостного, отпущенного на волю в 1806 году, Толстой мог соотносить решение вопроса о взаимоотношениях дворя нина с народом и создание колоритного образа образованного человека из народа, достигшего своим трудом и талантом высокого обществен ного положения.

Возможно, планировалось отобразить в задуманном произведе нии и личные встречи с историком. В беседах и переписке Толстого с Погодиным формировались представления писателя об истории как «движении человечества», его взгляды на предназначение историче ской науки во времена работы над «Войной и миром» и романом об эпохе Петра I.

Два сюжетных компонента – о незаконнорожденном сыне и ону чах – объединяют конспект с другими рукописями романа о декабри стах. Тема незаконнорожденного сына на данном этапе: крестьянина Илью за провинность (кражу) посылают в другую деревню.

Записи об Илье в первой части конспекта: «Что Илью жалеть.

… Барин. Внушает не красть. Илья другое в умилении от виден ного благочиния. Посылают в другую деревню. Там поляк или неза конный сын» (17, 256).

Во второй части: «Приезжает Илья на льду слышит мальчика жены. Уходит» (17, 256). Позднее незаконнорожденного сына родит солдатка Арина27;

часть конспекта – «Онучи» – отзовется в описании внешнего облика Тихоновны28.

«Крестьянский быт мне особенно труден и интересен», – скажет Толстой Софье Андреевне 25 октября 1877 года29. Писатель обраща ется к некоторым крестьянам с просьбой вести для него дневники.

Мотивы кражи и незаконнорожденного сына сопрягаются с днев ником яснополянского крестьянина Д. Д. Козлова, который он вел с 23 июня по 25 октября 1877 года30. Вероятно, сведения из дневника И. И. СИЗОВА крестьянина о краже и о незаконнорожденном сыне могут давать кос венные признаки для датировки работы Толстого над конспектом.

30 августа 1877 года Д. Д. Козлов описывает пропажу денег у яснополянского крестьянина О. Н. Зябрева: «Вечером ужинали со леные грибы с квасом и картофелем, и у нас была разговорка о Осипе Наумове, как сын у него украл 700 рублей денег. Осип собирал добро совестных, а сын от него убежал и деньги сунул под ряды конопей, но это было незаметно добросовестным, и побег дальше. Они поймали его, не нашли. Осип говорит добросовестным: “Непременно он поло жил под конопи”. Сын его сел верхом, заскакал вперед их, взял деньги и уехал. Теперь он положил в банку эти деньги и пользуется, а весной у него украла поденная баба. Он считал их, она видела, как он от сына хоронил в пелену. Отец говорит: “Вот он, знать, стал с ума сходить, от сына хоронить деньги;

но в тот раз сын попользовался, а теперь чужой человек гуляет на их”» (ОР ГМТ).

В последующих рукописях романа старик Федот Алексеевич так же, как и Осип Наумович Зябрев, о котором рассказывает Козлов, будет прятать деньги.

Накануне 17 октября 1877 года в дневник Козлова введен «Рас сказ о подкидуше». «Симбирской губернии Сызраньского уезда жил муж с женой. У них было два сына, один женатый, другой холостой».

Когда «пришел очерёд», женатого сына Михаила отец отдал в солда ты;

«как только его забрили и угнали из города», жена Аксинья не захотела жить в доме свекра и свекрови, ушла работать в губернию, где года через три родила сына. Спустя пять лет возвращается муж солдат. Аксинья, убоявшись наказания, «взяла своего сына и пошла на реку, хотела бросить в реку». Преступлению невольно помешали рыболовы. Перебравшись на другую сторону реки, Аксинья оставила сына на проезжей дороге, а сама спряталась в кустах. С ярмарки на тройке возвращался купец Гордей;

он подобрал мальчика и взял на вос питание к себе в дом. Пролетели годы, и Аксинья забыла про своего ребенка. Как-то раз вздумала она идти на богомолье со своей кумой, крестной матерью брошенного сына. Пройдя сто верст, они вошли в го род и попросились на ночлег в купеческой лавке. Ее хозяином оказался Гордей, «он был любим до стронних». Кума Аксиньи узнала в молодце четырнадцати лет своего крестника Василия («Кума! это хоть что твой Васька… как у твоего на правой щеке была родинка, и у этого точно так же, и взгляд»). Богомолки рассказали купцу, что одна из них мать НАЧАЛьНЫЙ ЭТАП В ФОРМИРОВАНИИ ЗАМЫСЛА РОМАНА «ДЕКАБРИСТЫ»

найденного им мальчика. Гордей «призвал найденыша, говорит: “Вот твоя мать, которая тебя бросила”. Найденыш поверил». Аксинья не захотела взять сына к себе домой, сообщила ему, где живет, и верну лась после богомолья к мужу. Однажды Василий навестил свою мать, за две недели построил ей дом и возвратился к купцу Гордею. Аксинья с мужем завели постоялый двор. Завершает историю приемыша сказо вая концовка: «Сей час живут, хлеб жуют» (ОР ГМТ).

Темы переселения в башкирские земли и трудовой жизни на новых землях явственно намечаются в конспекте: «Что ж на новые места», «Выступают через два года», «[Мучаются дорогой]. Там башкиры, легко. То то матушка – на землю? Ее сохой не возьмешь. Надо хох лацкой плугой» (17, 256).

Летом 1875 года Толстой и Софья Андреевна встретились в са марской степи с переселенческим обозом («несколько семейств, дети, старики, все веселые»), что очень взволновало и заинтересовало писа теля (дневниковая заметка Софьи Андреевны от 3 марта 1877 года).

На вопрос: «Куда вы?» – старик переселенец ответил, что едут они на «новые места» из Воронежской губернии: «Наши уже давно ушли на Амур, а теперь пишут оттуда, вот и мы идем туда же»31.

Фраза: «Что ж на новые места» (17, 256) – вписана в ходе правки.

Слова конспекта: «Ночное». «Дождь. Сборы к барину. … Ба рин» (17, 256) – текстовые параллели к заметкам из записной книжки Толстого от 8 мая 1877 года с ироничным противопоставлением бари на крестьянам: «Поехали в ночное. … Чернозем в дождь. Баба в дождь босая. Барин в дождь под крышей зябнет» (48, 179). Види мо, заметки от 8 мая дают косвенный признак датировки работы над рукописью.

В части конспекта: «Меня звали в конторщики» (17, 256), ус матриваются наброски характера образованного человека из народа.

В толстовском творчестве 1870-х годов ему предшествовали типы Ильи Муромца в замысле романа о русских богатырях и управляю щего в самом раннем из известных упоминаний замысла романа «Анна Каренина» (дневниковые записи Софьи Андреевны от 14 и 23 февраля 1870 года). Возможно, имя крестьянского героя конспекта – Илья – соотносится с образом былинного богатыря Муромца. В дальнейшем возникает сюжетная линия плана и конспекта романа о декабристах под заголовком «Борисовка»32: молодой мужик, принятый в высшем круге, у дам, возвращается по Невскому проспекту домой (время действия – И. И. СИЗОВА февраль 1824 года). Вероятно, другими вариациями типа образован ного человека из народа являются образы Михаила Ананского33, сына дьяконицы и некоего Митеньки34.

Повествование предполагалось вести от первого лица. На это ука зывает личное местоимение: «Меня звали в конторщики» (17, 256).

Позднее Толстой склонится к объективной форме, предоставит собы тиям говорить самим за себя. В романе появится образ повествователя.

Изменится и постановка переселенческой темы. Ключом к ее реше нию станет социальный конфликт, судебная тяжба между крестьянами и помещиком за землю, вынужденное переселение на новые земли.

Острота восприятия Толстым «несостоятельности» современно сти, вскрытой неудачами Русско-турецкой войны, обратила его в ноя бре 1877 года к истории (царствование Николая I и Русско-турецкая война 1828–1829 годов). Жанр исторического романа позволял че рез прошлое осмыслить настоящее. Отсюда – возвращение писателя к теме декабризма.

См.: То л с т о й Л. Н. Полн. собр. соч.: В 100 т. М., 2000 – (Изд.

продолжается). Т. 4. М., 2001.

Описание рукописей художественных произведений Л. Н. Толстого.

М., 1955. С. 252–258. Рукописи № 4–25.

Там же. С. 252–253. Рукописи № 4–7.

Д р у ж к и н а В. А. Опыт крестьянского романа у Л. Толстого (По неизданным материалам) // На литературном посту. 1927. № 14. С. 22– 28;

Ге с с е н Л. А. Л. Н. Толстой в работе над романом «Декабристы»

в 1877–1879 годах. Л., 1955 (первая и четвертая главы, раздел «Приложе ния»);

Ге с с е н Л. А. Работа Л. Н. Толстого над архивными материала ми // Исторический архив. 1958. № 3. С. 216–218;

Л о м у н о в а А. К.

Неосуществленный замысел Л. Н. Толстого: (Роман о крестьянах-переселен цах) // Л. Н. То л с т о й. Статьи и Материалы. Горький, 1973. № 8.

С. 50–63;

Л о м у н о в а А. К. Незавершенные художественные замыслы Л. Н. Толстого (1870–1900 годы). М., 1975;

Ш и ф м а н А. И. Стра ницы жизни Льва Толстого. М., 1983. С. 153–167 (глава «Ненаписанный роман»).

А з а р о в а Н. И. Строка о Пестеле: Из истории работы Л. Н. Толстого над декабристской темой // Прометей. Т. 12. М., 1980.

С. 17–34;

А з а р о в а Н. И. Пути жизни: Декабристы – Пушкин – НАЧАЛьНЫЙ ЭТАП В ФОРМИРОВАНИИ ЗАМЫСЛА РОМАНА «ДЕКАБРИСТЫ»

Толстой // Октябрь. 1987. № 1. С. 172–180;

Ф р и з м а н Л. Г. Дека бристы и русская литература. М., 1988. С. 215–237;

С т р о г а н о в М. В.

Л. Н. Толстой и декабристская литература. Калинин, 1981;

С т р о г а н о в М. В. Литературоведение как человековедение. Тверь, 2002.

С. 9–82 (статья «“Хочется писать декабристов”. Декабристская тема в творчестве Л. Н. Толстого»).

Гу с е в Н. Н. Работа Л. Н. Толстого над незаконченным романом «Декабристы» в 1878–1879 годах // Известия академии наук СССР. От деление литературы и языка. 1960. Т. 19. Вып. 5. Оттиск. С. 370.

См. разделы комментария М. А. Цявловского в семнадцатом томе Юбилейного издания (М.;

Л., 1936): «История писания и печатания романа»

(С. 469–528), «Описание рукописей, относящихся к роману “Декабристы”»

(С. 528–539);

книги Н. Н. Гусева «Летопись жизни и творчества Л. Н. Тол стого, 1828–1890» (М., 1958. С. 485–511), «Л. Н. Толстой. Материалы к биографии с 1870 по 1881 год» (М., 1963. С. 462–537) и его статью «Ра бота Л. Н. Толстого над незаконченным романом “Декабристы” в 1878– 1879 годах», увидевшую свет в «Известиях академии наук СССР» (1960.

Т. 19. Вып. 5. Оттиск. С. 369–386).

См.: Описание рукописей художественных произведений Л. Н. Толсто го. С. 252, 253.

Гу с е в Н. Н. Работа Л. Н. Толстого над незаконченным романом «Декабристы» в 1878–1879 годах. С. 369–370.

См.: ЛН. Т. 69. Кн. 1. М., 1961. С. 523–529.

Описание рукописей художественных произведений Л. Н. Толстого.

С. 253. Рукопись № 8.

Там же. Рукопись № 9.

Там же. Рукопись № 6.

См.: ЛН. Т. 69. Кн. 1. С. 523–529.

См. письмо Толстого к Н. Н. Страхову от 21…22 апреля 1877 года (62, 323).

См. письма Толстого 1877 года: от 10…11 января к брату Сергею Николаевичу, 11…12 и 25…26 января к Н. Н. Страхову, 11…12 марта к А. А. Фету, 5 апреля к Н. Н. Страхову, 13…14 апреля к А. А. Фету, 15…20? апреля к А. А. Толстой, 21…22 апреля к Н. Н. Страхову (62, 301, 304, 308, 314, 318, 320, 322, 323).

ДСТ. Т. 1. С. 502.

Там же. Курсив мой. – И. С.

Каждый сам творит свое право (нем.).

И. И. СИЗОВА См. письма Толстого к А. А. Фету от 8…9 мая, к Н. Н. Страхову от 21…22 мая, 10 июля, 10…11 и 15…16 августа, 22…23 сентября, 19 октября 1877 года (62, 325, 326, 333, 335, 337, 343, 345).

Моя жизнь. Ч. 3: С 1876 по осень 1881 года. С. 500–501.

25 августа: «Вчера он мне говорит: “Умственный клапан мой открылся, но зато и голова ужасно болит”. Его очень волнует неудача в Турецкой войне и положение дел в России, и вчера он писал все утро об этом» (ДСТ. Т. 1.

С. 503). 12 сентября: «Л. Н. говорит: “Пока война, ничего не могу писать, так же, как если пожар в городе, то нельзя ни за что взяться, и все тянет туда”»

(там же).

Там же. С. 504.

Описание рукописей художественных произведений Л. Н. Толстого.

С. 252. Рукопись № 4.

ДСТ. Т. 1. С. 85.

Моя жизнь. Ч. 2: С 1863 по 1876 год. С. 346.

Описание рукописей художественных произведений Л. Н. Толстого.

С. 255. Рукопись № 17.

Там же. С. 257. Рукописи № 23, 24.

ДСТ. Т. 1. С. 504.

См.: Го л и н е н к о О. А. Толстой – собиратель крестьянских дневников // Яснополянский сборник: 1972. Тула, 1972. С. 224–231.

ДСТ. Т. 1. С. 502.

Описание рукописей художественных произведений Л. Н. Толстого.

С. 252–253. Рукопись № 5.

Там же. С. 257. Рукопись № 22.

Там же. С. 253, 256, 257. Рукописи № 7, 19, 23, 24.

М. А. Можарова РУКОПИСИ КОМЕДИИ «ЗАРАжЕННОЕ СЕМЕЙСТВО»* У комедии «Зараженное семейство» особая, несчастливо сло жившаяся судьба. Толстой очень хотел увидеть свою пьесу на сцене, но комедия при жизни автора так и не была поставлена и в печати не появилась. Беловая рукопись завершенной редакции была передана Толстым в феврале 1864 года В. А. Соллогубу, принявшему на себя хлопоты в цензурном комитете и театральной дирекции. В 1873 году Соллогуб напомнил Толстому, что рукопись все еще хранится у него (7, 394), но дальнейшая судьба ее неизвестна. В Ясной Поляне, по воспоминаниям С. А. Толстой, сохранились лишь «непоследователь но переписанные разными лицами к спеху, неполные и перепутанные»

листы, которые она «с трудом потом собрала»1. Таким образом, завер шенное Толстым произведение до нас дошло в незавершенном виде.

На судьбу комедии повлияли разные обстоятельства. По словам С. А. Толстой, «интерес к ней совершенно остыл в Льве Николаеви че»2, и он «больше не брался за нее» после того, как ему объявили, что поставить комедию немедленно, то есть в 1864 году, когда «интерес ее был бы самый современный», невозможно. В ответ на сожаления Толстого об этом А. Н. Островский, улыбаясь, сказал: «А ты дума ешь, что люди в один год поумнеют!»3 Мнение Островского о самой комедии также не могло не сыграть своей роли. В письме Н. А. Некра сову 7 марта 1864 года он отзывался о «Зараженном семействе» так:

«…утащил меня к себе Л. Н. Толстой и прочел мне свою новую коме дию;

это такое безобразие, что у меня положительно завяли уши от его чтения»4. Лев Николаевич в письме М. Н. Толстой, сообщая о своем но вом произведении, признался, что «комедия, кажется, плоха» (61, 37).

Однако не все слышавшие комедию разделяли это мнение. В. П. Бот кин, например, 3 сентября 1864 года писал И. С. Тургеневу из Пе тербурга: «По дороге сюда мы с Фетом заехали к Толстому. Комедию Работа выполнена при поддержке РГНФ;

грант № 09-04-00279а.

* М. А. МОЖАРОВА я его слышал. Она вовсе не так дурна, как говорили. … …Она имеет значение в общественном отношении и бьет прямо в жилу совре менного общества»5. Комедия, по словам Толстого, вся создана была «в насмешку эманципации женщин и так называемых нигилистов» (61, 37). Интерес к этой теме не пропал у Толстого и позже, когда он вер нулся к ней в 1866 году, написав еще одну комедию – «Нигилист».

Главной же причиной, заставившей Толстого в 1864 году отло жить рукописи «Зараженного семейства» и не последовать совету В. П. Боткина, предлагавшего поправить текст, был «длинный роман из 1812 года», которым Толстой был полностью захвачен, а комедия, по его словам, была написана «между прочим» (61, 37).

Впервые по сохранившимся рукописям комедия «Зараженное се мейство» была опубликована в 1928 году6, затем в 1929 году7, в Юби лейном издании8 с вариантами рукописных редакций – в 1932 году (7, 181–324), в 22-томнике – в 1982 году9. Все эти публикации представляют собой результат кропотливой исследовательской рабо ты текстологов, перед которыми стояли сложные задачи: во-первых, определить основные источники для публикации пяти действий коме дии и, во-вторых, выбрать варианты текста в случаях незавершенности авторской правки, а также в случаях ошибок копиистов и внесенных ими изменений.

Существующие публикации комедии не во всем повторяют друг друга, и этим они, несомненно, интересны для тех, кто продолжает из учение рукописей «Зараженного семейства». При подготовке текста комедии к публикации в новом академическом 100-томном собрании сочинений Л. Н. Толстого, кроме уже названных задач, ставилась еще одна – представить в полном объеме все сохранившиеся рукописи.

Основной текст «Зараженного семейства» будет опубликован в первой серии (том 9), а наброски, ранняя редакция и варианты рукописей – во второй серии.

По замечанию С. А. Толстой, делавшей первые копии с автогра фов, а затем передававшей рукописи с правкой Толстого другим копи истам, комедия была написана «скоро, спешно и мало обработана»10.

Трудности, связанные с неполной сохранностью автографов и копий, а также с многочисленными не исправленными Толстым неточностями и прежде делали работу текстологов непростой, но теперь, на новом этапе подготовки комедии к публикации, они предстают в еще большем объеме.

РУКОПИСИ КОМЕДИИ «ЗАРАЖЕННОЕ СЕМЕЙСТВО»

Рукописный фонд комедии составляют 13 рукописей, из которых 9 – автографы, остальные – копии с правкой и без правки Толстого.

Необходимо отметить, что сгруппировать эти рукописи и выстроить их в нужном порядке было делом нелегким. Некоторые расхождения между Юб. (7, 395–413) и Описанием рукописей художественных произведений Л. Н. Толстого11, свидетельствуют о сложности этой за дачи:

Автографы Копии 2 3 4 5 1 6 7 8 11 9 10 12 Юб.

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 Описание В Описании предложен иной, чем в Юб., хронологический поря док расположения рукописей, точнее отражающий ход работы Толсто го. Именно эта последовательность принята за основу в готовящемся новом издании «Зараженного семейства».

Составители Описания впервые точно установили имя одного из нескольких неизвестных переписчиков, помогавших С. А. Толстой, и время, когда им была сделана копия третьего и четвертого действий комедии (рук. 13). Эта рукопись, в которой нет правки Толстого, в Описании охарактеризована так: «Позднейшая копия с несохранив шегося оригинала. Снята не ранее 1884 г., что подтверждается полным соответствием с почерком писем М. А. Стаховича за 1884–1885 гг.

Можно предположить, что С. А. Толстая, приступив к выпуску пято го издания собрания сочинений Толстого, поручила М. А. Стаховичу снять копию с двух недостающих действий комедии с экземпляра, ко торый в свое время был передан В. А. Соллогубу»12. В Юб. эта руко пись отнесена к 1870-м или началу 1880-х годов и описана совместно с рукописью 12, в которой текст третьего и четвертого действий от сутствует.

Исследовательская работа, проделанная составителями Описания представляет значимый этап в изучении рукописей комедии. То, что переписчиком мог быть М. А. Стахович, подтверждается также упо минанием С. А. Толстой, что он в 1884 году довольно часто посещал их семью13. Несомненно, можно согласиться с предположением, что эта копия недостающих в рукописи 12 третьего и четвертого действий комедии готовилась для пятого издания собрания сочинений 1885 года, М. А. МОЖАРОВА в которое «Зараженное семейство», правда, не вошло. Но среди вы сказанных в Описании предположений в отношении рукописи 13 одно вызывает сомнение, а именно то, что копия была снята с «несохранив шегося оригинала», то есть «с экземпляра, который в свое время был передан В. А. Соллогубу».

Во-первых, маловероятно, что в 1884–1885 годах в распоряжении С. А. Толстой оказался экземпляр, отданный в 1864 году Соллогубу.

Из ее воспоминаний известно, что в феврале 1864 года Толстой при ехал в Москву, готовя сценическую постановку своей пьесы, и что впо следствии рукопись комедии «Лев Николаевич где-то затерял»14.

Во-вторых, характерные особенности этой копии убеждают в том, что если она и делалась с несохранившегося оригинала, то этот оригинал был такой же неавторизованной копией и вряд ли мог являться частью беловой рукописи, отданной Соллогубу. Вероятнее всего, эта проме жуточная рукопись, названная в Описании «несохранившимся ориги налом», вообще не существовала. Стахович, восполняя пробел в руко писи 12, содержащей первое, второе и пятое действия комедии, пере писывал третье и четвертое действия непосредственно с автографов, сохранившихся в Ясной Поляне. Текстологических подтверждений тому множество. Приведем некоторые из них.

Первоначально комедия была задумана в четырех действиях, со держание которых уже на раннем этапе соответствовало сюжетной ли нии будущих пяти действий. Впоследствии 3-я сцена третьего действия стала четвертым действием, соответственно четвертое действие – пя тым действием. Если бы описываемая нами копия третьего и четверто го действий (рук. 13) делалась с белового экземпляра, то четвертое дей ствие было бы озаглавлено «Действие IV», но Стахович озаглавил его так: «(2–III?) Сцена III действия»15. В автографе тот же заголовок:

«[2] III Сцена III действия»16. Римская цифра III написана Толстым поверх арабской цифры 2, и копиист добросовестно зафиксировал эту правку, добавив от себя вопросительный знак. «Действие IV» – заголо вок краткого чернового конспекта, имеющегося в автографе17 (7, 260) и почему-то вошедшего в копию Стаховича18, что очень странно для за вершенной редакции. Объяснить это можно только тем, что Стахович переписывал текст непосредственно с автографа, поэтому конспект и попал в рукопись. В конце четвертого действия копиист написал: «Ко нец III действия»19. Это служит еще одним подтверждением тому, что перед копиистом была не беловая копия, а ранний автограф.

РУКОПИСИ КОМЕДИИ «ЗАРАЖЕННОЕ СЕМЕЙСТВО»

Рукопись 13 содержит также множество других примеров зависи мости характера копии от особенностей автографа. Например, нача ло 2-й сцены третьего действия сопровождается в копии подстрочной сноской копииста: «Во всей этой сцене Венеровский зовется Семеном, а не Анатолием, как в предыдущих, исправленных автором действи ях»20. Это не что иное, как текстологический комментарий к автогра фу21, с которого делалась копия. Семеном Венеровский назван в ранней редакции, и копиист решил оговорить это разночтение. Дойдя в авто графе22 до явления III той же сцены, где появилась авторская правка и имя Венеровского изменено на Анатолий Дмитриевич, переписчик сделал в копии еще одну сноску: «С этого места Венер. – вновь носит имя Анатолия;

имя Семен, Сеня, – автором повсюду перечеркивается и заменяется Анат. Д.»23.

Вопросительные знаки, вставленные копиистом, не раз встречаются в копии, и всегда в тех случаях, когда автограф представлял трудность для прочтения. Например, слова Николаева в автографе: «Поедемте, что ж, за что Любу обидеть»24 – копиистом переписаны так: «По годите, что ж (дальше?)... Л-у обидишь...»25 Вставленный копиистом вопрос «(дальше?)» указывает на то, что он сомневался в правильности своего прочтения. Предлог «за» в автографе читается труднее других слов, с верхней строки его перекрывает длинная петля от буквы «т», а идущая вниз петля буквы «з» почти не просматривается.

Нередки случаи, когда копиист, не очень хорошо разбиравший по черк Толстого, ошибался или делал пропуски.

«Погодите» вместо «по едемте», например, он написал дважды. Иногда причину перестановки фраз или пропуска слов в копии помогает понять расположение слов и строчек в автографе. Например, фраза: «В вашем доме это произво дилось слишком нагло»26 – в копии выглядит так: «В вашем доме это производилось нагло»27. В автографе слово «слишком» первоначально было частью фразы: «Но в вашей обстановке мне было слишком па костно». Толстой зачеркнул эту фразу, написанную крупными буквами, оставив только слово «слишком», а затем мелкими буквами написал новый текст. Строчки в этом месте образовали своеобразную ступень ку, на которую неопытный копиист, вероятно, не обратил внимания, сосредоточившись на мелко написанном новом тексте. В результате слово «слишком» оказалось пропущенным. Редакторы Юб. (7, 270) и 22-томника сочли необходимым в этом случае восстановить текст по автографу28.

М. А. МОЖАРОВА Необходимость внесения исправлений в текст неавторизован ной копии (рук. 13), избиравшейся в качестве основного источника для третьего и четвертого действий, была очевидной для всех редак торов, в разные годы издававших «Зараженное семейство». Но ко личество внесенных исправлений и их выбор различны. Ближе всего к копии текст первой публикации, в нем сделано только 5 исправлений по автографу. В последующих публикациях их значительно больше.

В. Ф. Саводник справедливо назвал состояние рукописи 13 «дефек тивным» (7, 412): во второй публикации – 67 исправлений;

в Юб. – 69 исправлений;

в 22-томнике – 74 исправления. Важно отметить, что в это число не входит множество пунктуационных поправок, среди которых есть очень значимые, восстанавливающие смысл авторско го текста. Редактор второй публикации В. И. Срезневский, напри мер, только в 1-й сцене третьего действия внес в текст, публикуемый по копии, 44 исправления. Конечно, отсутствие знаков препинания в толстовских автографах нередко создает сложности. Но копиисты не только дополняли, но и искажали авторскую пунктуацию. Например:

в автографе в копии Да постой ты расскажи как будет обряд, Да постой, ты расскажи, как все по порядку, ну вот мы повезем будет обряд. Все по порядку?

Ну, вот мы повезем невесту невесту к венцу, потом что? к венцу, – потом что? Ну добро у вас – все-таки богато Ну, добро у вас все таки и карета и девушка и все – а каково богатая карета, и девушка, небогатым в повозочке то да без девки, и все – а как небогатые-то?

да и то чем дать опомниться молодой, в повозке-то, да без девки?.. да и то: нет, – дать а тут Эй* ты пошел трясись – глупо. опомниться молодой, а тут ей * «ей» исправлено Толстым на «Эй». ты: пошел! трясись! – глупо! Второй фрагмент переписан не только с пунктуационными, но и с орфографическими изменениями. В публикациях этот текст пред ставлен различно:

РУКОПИСИ КОМЕДИИ «ЗАРАЖЕННОЕ СЕМЕЙСТВО»

22-т.

2 публ. Юб.

1 публ.

(С. 401) (С. 49) (С. 247) (С. 82–83) Ну, добро Ну добро Ну, добро, Ну, добро, у вас все-таки у вас – все-таки у вас все-таки у вас все-таки богатая карета, богато и карета богато: и карета, богато: и карета, и девушка, и девушка и девушка, и девушка, и все, – а как и все – а каково и все, – а каково и все, а каково небогатые-то? небогатым небогатым-то? небогатым?

В повозке-то, в повозке-то, в повозке-то, да в повозочке-то, да без девки?.. да без девки, да без девки? Да да без девки?

Да и то: нет, – и то, чем дать и то: нет, – Да и то: нет, дать опомниться опомниться дать опомниться дать опомниться молодой, а тут молодой, а тут: молодой, а тут молодой, а тут ей ты: пошел! Эй ты пошел ей ты: пошел! ей ты: пошел!

трясись! – трясись – трясись! – трясись! – глупо. глупо! глупо!

глупо!

Заметим, что в данном примере два тире, которыми Толстой не редко отделял вводные предложения, поставлены только во второй публикации. Эта характерная черта толстовских автографов редко со хранялась копиистами: обычно тире опускались, переставлялись, заме нялись скобками или точками с запятыми. В новом издании эта фраза будет представлена так: «Ну добро у вас – все-таки богато: и карета, и девушка, и всё, – а каково небогатым в повозочке-то да без девки, да и то, чем дать опомниться молодой, а тут: «Эй ты, пошел, трясись» – глупо.

Главным отличием готовящейся публикации «Зараженного семей ства» от всех предыдущих является выбор в качестве основного ис точника для третьего и четвертого действий комедии не поздней копии (рук. 13), в которой нет ни одного исправления Толстого и которая уже была признана текстологами несовершенной, а автографов (рук. 7, 8), непосредственно предшествовавших этой копии. Сопоставление руко писи 13 с автографами позволяет сделать вывод, что между ними не было промежуточной авторизованной рукописи, наличие которой служило бы главным аргументом для того, чтобы избрать позднюю не авторизованную копию основным источником для публикации третьего и четвертого действий комедии. Все разночтения между автографами М. А. МОЖАРОВА и поздней копией – результат неточностей, допущенных копиистом.

Приведем некоторые характерные примеры этих отличий:

в автографе в копии именье имение убеждение убежденье конфеты конфекты брильянт бриллиянты смыслу нет смыслу нету Девушка проходит. Проходит девушка.

ударяет себя по голове, с азартом ударяя себе по голове, с азартом Входит лакей с плетушкой, Входит лакей с плетушкой серебром и посудой. серебра и посудой в наше время быть из семинарии в наше время быть из семинарии есть почти чин почти чин Я говорил вообще, не относя лично Я говорил вообще, не относя к вам. ничего к вам.

Ну, выгоднее не выгоднее, а все Ну, выгоднее-то – не выгоднее, надо идти за веком. а все надо идти за веком.

ты шутишь?.. Где они?.. ты шутишь? Где они?

А вот как-с А вот-с как как же-с как же Я их не могу отдать Я не могу отдать их Неверное прочтение слов, связанное с трудностями автографа;

пропуски и перестановки отдельных слов и фраз;

обычная для копии стов замена окончаний -ье на -ие и наоборот;

всевозможные изменения знаков препинания, приводящие иногда к искажению смысла;

и, глав ное, отсутствие таких разночтений, которые могли бы быть результа том авторской правки, – все это дает основания избрать автографы (рук. 7, 8) в качестве основного источника для публикации третьего и четвертого действий комедии и утверждать, что если промежуточ ная рукопись и существовала, то она могла быть только неавто ризованной копией.

В отличие от третьего и четвертого действий комедии, первое, второе и пятое действия, как и во всех предыдущих изданиях, будут опубликованы по рукописи 12, отражающей наиболее поздние этапы РУКОПИСИ КОМЕДИИ «ЗАРАЖЕННОЕ СЕМЕЙСТВО»

работы Толстого над текстом. В эту рукопись, относящуюся к 1860-м годам, входят авторизованная копия первого и второго действий, неавторизованная копия пятого действия до ремарки в явлении VI «Катерина Матвеевна не отвечает» (7, 286) и два автографа, первый из которых – со слов Катерины Матвеевны «Любовь, не мешай мне додуматься» (7, 286) до слов Ивана Михайловича «По еду, государь мой, когда выскажу все» (7, 291), – является автор ской копией раннего автографа (рук. 7), а второй автограф – со слов Венеровского «А что вам это сказать нужно, нельзя ли узнать?» до конца пятого действия – переложен в эту рукопись из ранней ре дакции (рук. 7), так как это единственное сохранившееся окончание пьесы.

Первое и второе действия комедии представлены наибольшим количеством рукописей. От автографа ранней редакции до последней известной нам авторизованной копии преемственность в этих рукопи сях не прерывалась. Это дает возможность проследить историю воз никновения вариантов текста, понять причины, побудившие Толстого вносить правку. Нередко новые варианты текста появлялись вслед ствие ошибок или пропусков, допущенных копиистами. Например, в ранней редакции Катерина Матвеевна рассуждает: «Любовь – женщина слишком недоразвитая, даже просто совсем не развитая девочка, с которой современный человек не может иметь ничего общего. Так называемое хорошенькое личико, которое уж порядоч ные люди перестали ценить, не может иметь влияние на человека с нашим закалом. Красота античная – другое дело, она имеет свое место и значение, но Любовь и не имеет этой красоты»33. Вы деленные нами курсивом слова в первой копии были пропущены.

Внося правку, Толстой заменил «современный человек» на «[такой господин] такая личность, как Венеровский» и исправил про пуск копииста, зачеркнув «не» и вписав «в эстетике». В результате текст стал таким: «Любовь – женщина слишком недоразвитая, даже просто совсем не развитая девочка, с которой такая личность, как Венеровский, не может иметь ничего общего. Так называемое хо рошенькое личико, которое уж порядочные люди перестали ценить, может иметь свое место и значение в эстетике, но Любовь и не име ет этой красоты»34. Далее в автографе и последовательно в двух ко пиях следовало пространное рассуждение Катерины Матвеевны об античной красоте и супружестве, но, вероятно оттого, что из текста М. А. МОЖАРОВА исчезла ключевая фраза об античной красоте, Толстой во второй копии полностью исключил этот фрагмент (в Юб. он приводится в скобках, с. 187–188). В результате незачеркнутыми остались толь ко слова: «Любовь – женщина слишком недоразвитая, даже просто совсем не развитая девочка, с которой такая личность, как Венеров ский, не может иметь ничего общего. Я с ним ровня, а Люба – дитя»35 (последняя фраза вписана Толстым в первой копии).

Вольные и невольные вмешательства копиистов сыграли значи тельную роль в истории текста «Зараженного семейства». Те погреш ности, которые Толстой замечал, он исправлял. Например, «камердин»

в речи няни в первой же копии стал «камердинером». Не заметив этого сразу, Толстой во второй копии восстановил «камердина». Но многие другие замены народных оборотов речи няни на литературные остались не исправленными Толстым.

Иногда неточности в копиях были следствием обычных оплош ностей и невнимания переписчиков, но нередко копиисты сознательно вносили в толстовский текст поправки, с их точки зрения необходимые.

Софья Андреевна вспоминала: «Бывало, так вникаешь всей душой в то, что переписываешь, так сживаешься со всеми лицами, что начи наешь сама чувствовать, как сделать еще лучше: например, сократить слишком длинный период;

поставить для большей яркости иные знаки препинания. А то придешь с готовой, переписанной работой к Льву Николаевичу, укажешь ему на поставленные мной кой-где в марзанах знаки вопроса и спросишь его, нельзя ли такое-то слово поставить вме сто другого или выкинуть частые повторения того же слова или еще что-нибудь. Лев Николаевич объяснял мне, почему нельзя иначе, ино гда слушал меня, даже как будто обрадуется моему замечанию, а когда не в духе, то рассердится и скажет, что это мелочи, не то важно, важно общее и т. д.»36.

Свободное обращение копиистов с пунктуацией толстовских автографов отчасти оправдывается необходимостью вводить недо стающие знаки препинания. Толстой, торопясь выразить мысль, не редко опускал знаки препинания, но при этом запятые или тире, от которых зависел смысл фразы, он обычно ставил, как, например, во фразе Марьи Васильевны: «Какая же это служба, по винной части»

(первое действие, явление III). Однако вольное обращение копиистов с толстовским текстом нельзя принять безоговорочно в тех случаях, когда они заменяли имевшиеся в автографе знаки препинания: ставили, РУКОПИСИ КОМЕДИИ «ЗАРАЖЕННОЕ СЕМЕЙСТВО»

например, вместо точки точку с запятой или, наоборот, делили одно предложение на две части. Там, где у Толстого в конце предложения стояла точка, нередко появлялись восклицательные знаки или много точия. Так, речь Венеровского в копиях приобрела не свойственную его характеру экспрессивность.

В готовящейся публикации в тех случаях, когда это позволяет сделать автограф, будет сохранена авторская пунктуация. Например, в явлении IV второго действия по автографу восстановлены знаки пре пинания во фразе: «Найдете ли вы нужным в виду толпы и неразвитых как ваших, так и моих родственников, проделать церемонии бракосо четанья, я – как ни противно это моим убеждениям – вперед даю свое согласие и делаю эту уступку». В копии переставлено первое тире, «ни»

заменено на «не» и добавлена запятая: «Найдете ли вы нужным в виду толпы и неразвитых как ваших, так и моих родственников, проделать церемонии бракосочетанья – я, как не противно это моим убеждени ям – вперед даю свое согласие, и делаю эту уступку».

В отличие от авторизованных рукописей первого и второго дей ствий, рукопись пятого действия, в которой нет исправлений Толстого, реже дает возможность вносить правку по автографу, так как пред шествующая ей авторизованная копия с раннего автографа (несо мненно существовавшая!) не сохранилась. Но и здесь необходимо вносить исправления в текст, так как в неавторизованной копии пятого действия есть ошибки копиистов. Например, в автографе читаем: «Вы не замечали этого прежде, как [незаметно черное на черном] незаметна грязь в навозном хлеву»37. В сохранившейся копии вместо «в навозном хлеву» – «в навозном хлебе»38. Эта явная ошибка во всех названных выше четырех публикациях исправлена одинаково: «в навозном хлеве»

(7, 278). В основании такого решения, вероятно, лежало предположе ние, что в несохранившейся копии было написано «в хлеве», а следую щий копиист по оплошности заменил «в» на «б». В новой публикации эта ошибка копииста (или двух копиистов) будет исправлена по ав тографу, так как гипотетический вариант не может быть признан авторским.

Сложности восстановления основного текста комедии по со хранившимся рукописям связаны не только с невольными ошибками и с сознательными исправлениями копиистов, но также с трудностя ми прочтения отдельных слов и с незавершенностью авторской правки в некоторых фрагментах текста. Ярким примером тому может служить М. А. МОЖАРОВА Илл. 1. Автограф. (Рук. 7, л. 20, фрагмент) фрагмент из явления I первой сцены третьего действия. В автографе (илл. 1) первоначально было:

Л а к е й (входит с запиской). От жениха к барышне.

И в а н М и х а й л о в и ч. Что такое? Косынка. (Читает.) «[Есть] [исполните?] Чтобы вы не простудили свое драгоценное горлышко, посы лаю вам косыночку и [для меня] прошу надеть ее в церковь». Что-то странно.

Н и к о л а е в. Что он, подарил что-нибудь? Ну там брильянт, шаль.

И в а н М и х а й л о в и ч. Ну кто теперь дарит. Да и что, дорог не по дарок, дорога любовь.

Н и к о л а е в. Сделает скандал, уж я вижу.

Л а к е й. Куда прикажете?

И в а н М и х а й л о в и ч. Неси барышне.

Н и к о л а е в. Какая же тут мода, ведь не каждый день женятся – тебе не весело, так девочку повесели. Ведь ей это какая радость, а то в двугривен ный косынку прислал. Что такое? Ничего смыслу нет.

Затем Толстой внес правку в первую часть этого фрагмента:

Л а к е й (входит с запиской). От жениха к барышне.

И в а н М и х а й л о в и ч. Что такое? Косынка песцовая. (Читает.) «Миленькая, прелестная!* Чтобы вы не простудили свое драгоценное гор лышко, посылаю вам [сию] косыночку и прошу надеть ее». Что-то странно.

* «Миленькая, прелестная» Толстой исправил на «Милейшая, прелестнейшая».

РУКОПИСИ КОМЕДИИ «ЗАРАЖЕННОЕ СЕМЕЙСТВО»

После этого, решив заменить «косынку» на «ножницы», Толстой зачеркнул первую часть фрагмента, а во вторую внес правку:

Н и к о л а е в. Что он, дарил что-нибудь? Ну там брильянт, шаль, зна ешь, как водится… И в а н М и х а й л о в и ч. Ну кто теперь дарит. Да и что дарить? Дорог не подарок, дорога любовь. Подарил [так] ножницы, кажется.

Н и к о л а е в. Ну вот наплюй ты мне в рожу, коли не выйдет какая нибудь гадость.

Л а к е й. Куда прикажете?

И в а н М и х а й л о в и ч. Неси барышне**.

Н и к о л а е в. Какая же тут мода, ведь не каждый день женятся – тебе не весело, так девочку повесели. Ведь ей это какая радость, а то в двугривен ный ножницы прислал. Что такое? Ничего смыслу нет.

Текст: «Лакей. Куда прикажете? Иван Михайлович. Неси барышне» – остался ** незачеркнутым.

На следующем этапе правки Толстой восстановил первую часть фрагмента, перечеркнув прямые линии зачеркивания волнистыми ли ниями. Таким образом, в тексте остались и «косынка», и «ножницы».

Важно, что далее (в явлении III) следуют реплики барышень, смысл которых без восстановленного фрагмента не вполне понятен:

2 - я б а р ы ш н я. Что ж, косынку женихову наденешь?

3 - я б а р ы ш н я. Как же можно цветное к свадебному.

В копии40 зачеркнутая и восстановленная часть фрагмента, в которой говорится о косынке, отсутствует. Вероятно, двойные линии зачеркива ния копиист принял за намерение автора исключить этот текст. Отсут ствуют в копии и две не зачеркнутые Толстым реплики: «Лакей. Куда прикажете? Иван Михайлович. Неси барышне». Может быть, копиист сам принял решение исключить их, так как в них речь идет о записке и подарке Венеровского. При этом следующие ниже реплики барышень о жениховой косынке копиист сохранил41. Таким образом, противоречие («косынка» и «ножницы») осталось и автографе, и в копии.

В первой публикации (с. 83) текст этого фрагмента соответствует копии. Во второй публикации (с. 49) полностью воспроизведен текст М. А. МОЖАРОВА автографа, только после слова «косынка» отсутствует вписанное сло во «песцовая» (оно трудно читается). В Юб. (7, 247) включена вос становленная первая часть фрагмента;

после слова «косынка» следует «[1 неразобр.]»;

реплики лакея и Ивана Михайловича, пропущенные копиистом, отсутствуют;

реплики барышень включены. В 22-том нике (с. 402) включена первая часть фрагмента;

определение к слову «косынка» прочитано как «плюсовая»;

реплики лакея и Ивана Михай ловича отсутствуют;

реплики барышень включены. Как видим, неза вершенность правки в автографе и трудно читаемое слово «песцовая»

стали причиной столь разных текстологических решений. В готовя щемся издании комедии текст этого фрагмента будет воспроизведен по автографу. В таких случаях Л. Д. Громова-Опульская предостерегала от «превышения полномочий»: «Пусть уж лучше остаются противоре чия, несогласованности – их можно пояснить в комментариях»42.

Заметим, что предложенное в 22-томнике прочтение трудного слова как «плюсовая» не может быть принято. Во-первых, графиче ский облик слова с характерным толстовским написанием буквы «ц»

заставляет сомневаться в таком прочтении, во-вторых, значение сло ва «плюсовая» не связано со смыслом слов Венеровского («Чтобы вы не простудили свое драгоценное горлышко»), а это важно, потому что действие происходит в начале осени. Плюсование, то есть пропиты вание ткани или кожи особым химическим раствором перед окраши ванием или печатанием рисунка, указывает только на то, что косынка цветная, но не на то, что она теплая.

Прочтение «песцовая», несмотря на необычность сочетания со словом «косынка», представляется единственно возможным, и основа нием для этого служит не только графический облик слова. В словаре В. И. Даля слово «косынка» помещено в словарную статью «Косой»:

«Косой платок, косынка, треугольный». Присланный Венеровским платок был, вероятно, меньше шали («в двугривенный»!), но больше привычной маленькой косынки. И, главное, он был теплым. Подарен ная Любочке песцовая косынка – это платок, связанный из песцовой шерсти. Окраска такой шерсти может быть разнообразной: белой, голубой, серой, пестрой, коричневой, черной, белой в крапинку. То, что это была не белая косынка, мы знаем из реплики барышни: «Как же можно цветное к свадебному». Еще одно косвенное подтвержде ние тому, что это мог быть небольшой платок, связанный из песцовой пряжи, находим в рассказе И. А. Бунина об одной встрече с Толстым РУКОПИСИ КОМЕДИИ «ЗАРАЖЕННОЕ СЕМЕЙСТВО»

в холодный зимний вечер в Москве на Арбате: «Старческое лицо его так застыло, посинело, что имело совсем несчастный вид. Что-то вя занное из голубой песцовой шерсти, что было на его голове, было похо же на старушечий шлык. Большая рука, которую он вынул из песцовой перчатки, была совершенно ледяная»43.


Трудно читаемых слов в рукописях «Зараженного семейства» мно го. Для некоторых из них в готовящемся новом издании будет пред ложено иное, отличное от предыдущих изданий прочтение. Например, в одном из ранних набросков, содержащем список действующих лиц комедии и их краткие характеристики44, против сокращенного слова «Приказчик» Толстой не совсем разборчиво написал два слова, ко торые редакторы Юб. издания прочитали как «Всего всем» (7, 395).

Верным представляется другое прочтение – «Воля ваша». Оно соот ветствует написанию, и, главное, в комедии, начиная с раннего авто графа до последней известной нам рукописи, Толстым сохранена не изменной фраза приказчика: «Воля ваша-с, Иван Михайлыч, а я вам не слуга». Дерзкое поведение приказчика в сочетании с показным по добострастно-почтительным обращением с барином напоминает ранее созданный образ приказчика в «Утре помещика» и «Романе русского помещика».

Переписывая автографы Толстого, Софья Андреевна и другие ко пиисты обычно оставляли много свободного места между строчками и широкие поля с одной стороны листа для внесения правки. Толсто му, как правило, едва хватало оставленного места: он не только запол нял поля, но и вписывал новые варианты между строк. Иногда правка была многоэтапной. Значительно переделано, например, явление VIII первого действия45 (илл. 2). Внеся правку в переписанный Софьей Андреевной текст, Толстой зачеркнул его прямой вертикальной линией и начал писать новый текст на полях. Затем первоначальный текст был восстановлен волнистой линией, отменяющей прямую линию зачер кивания. После этого старый текст вновь был перечеркнут прямыми диагональными линиями и Толстой стал править текст, написанный на полях.

Рукописи «Зараженного семейства» множеством примеров под тверждают слова С. А. Толстой о том, что комедия была написана «скоро, спешно и мало обработана». Так, например, в самой поздней из дошедших до нас авторизованной копии (рук. 12) в перечне дей ствующих лиц имя Венеровского Анатолий изменено на Николай М. А. МОЖАРОВА Илл. 2. Копия рукой С. А. Толстой с исправлениями Л. Н. Толстого. VIII явление первого действия.

(Рук. 12, л. 22 об., фрагмент) и вновь исправлено на Анатолий, в тексте же имя Николай осталось неисправленным. То же с фамилией студента: в ранней редакции он носил фамилию Чертковский, здесь назван Твердынским. Но в са мой рукописи осталось Чертковский. Не везде исправлено также его отчество: в рукописи встречается Алексей Петрович вместо Алексей Павлович. Особенностью этой рукописи является также разнобой в авторском написании имени и отчества Прибышева: он то Иван Ми хайлович, то Михаил Иванович. Это противоречие прослеживается на всех этапах работы Толстого над комедией. Делая первую копию (рук. 10) с автографа ранней редакции (рук. 7), Софья Андреевна, следуя первоначальной воле самого Толстого, исправила Михаил Ива нович на Иван Михайлович, Мишель на Jean. Рукой Толстого на РУКОПИСИ КОМЕДИИ «ЗАРАЖЕННОЕ СЕМЕЙСТВО»

первом листе этой копии в списке действующих лиц написано: Иван Михайлыч Прибышев. Но при внесении правки как в эту рукопись, так и в последующую копию (рук. 12) Толстой по-прежнему двояко называл Прибышева.

Кроме уже названных разночтений, в рукописях комедии можно видеть и другие следы незавершенности. Так, вписав новое начало яв ления III первого действия, Толстой перенес прежний вариант – разго вор и ссору Ивана Михайловича со старостой и приказчиком – в явле ние VII, при этом не зачеркнув этой сцены в явлении III. В результате о «возмутительной» и «истинно плантаторской» сцене, перенесенной в явление VII, Катерина Матвеевна сообщает студенту в явлении IV того же действия.

Сложный, иногда противоречивый рукописный материал нередко ставит текстолога в тупик, рождает сомнения, вызывает страх совер шить ошибку. Но иногда рукописи дарят и радость открытия. Таким неожиданным и интересным открытием стала небольшая копия, состо ящая из двух листов большого формата (рук. 11). Рукопись эта, напи санная рукой Софьи Андреевны и не имеющая ни одного исправления Толстого, казалось бы, ничего не могла прибавить к истории текста ко медии. Но оказалось, что эти четыре страницы хранят ценнейшую ин формацию. Софья Андреевна начала копировать объемную рукопись (рук. 10), в которой Толстой изменил название комедии «Современные люди» на «Новые люди» и в текст которой внес значительную прав ку46. Она не довела переписывание даже до конца первого явления, как Толстой вернулся к уже однажды исправленной рукописи и вновь начал править текст. В результате в неполной копии Софьи Андреев ны сохранился точный список с первого слоя правки из предыдущей рукописи, и это очень облегчило расслоение текста и позволило без ошибочно представить его варианты. Если бы мы не располагали этой небольшой копией, то, например, к реплике няни: «Так вы и думаете, что глупее Марьи, няни, нет никого на свете» (7, 183), был бы дан только один вариант: «Так вы и думаете, что глупее, мол, Марьи, няни, нет никого на свете»47. Но начатая и оставленная Софьей Андреевной копия позволяет показать, что первоначальный текст этой реплики не сразу был изменен Толстым, что существовал еще один вариант, близ кий к варианту в ранней редакции: «Так вы и думаете, уж вижу, что думаете, что глупее, мол, Марьи, няни, нет никого на свете, нет глу пей во всей дворне»48. Так незаконченная и неавторизованная копия, М. А. МОЖАРОВА отложенная Толстым за ненадобностью, сыграла важную роль – по могла восстановить ход его работы над текстом.

Итак, основной трудностью при подготовке публикаций «За раженного семейства» являлось и продолжает оставаться отсутствие беловой рукописи завершенной редакции, что усложняет выбор ос новного источника текста. Неполная сохранность имеющихся рукопи сей, не позволяющая установить преемственность между некоторыми автографами и копиями, также затрудняет подготовку текста, и прежде всего исправление погрешностей копиистов.

Главным отличием готовящегося нового издания «Зараженного семейства» является избрание в качестве основного источника для тре тьего и четвертого действий комедии не копии, сделанной М. А. Ста ховичем в 1880-е годы и признанной исследователями несовершенной, а автографов, непосредственно предшествовавших этой рукописи. Ре шение это было принято на основании сопоставления копии (рук. 13) с автографами (рук. 7, 8), убедительно доказывающего, что между ними не было промежуточной рукописи, названной в Описании «несо хранившимся оригиналом». В новой публикации будут также устране ны неточности в прочтении отдельных слов, имеющиеся в предыдущих изданиях. Своеобразие рукописного фонда «Зараженного семейства», определяя характер готовящейся в настоящее время публикации, неиз бежно повлияет и на направление будущих текстологических исследо ваний этой комедии.

То л с т а я С. А. Моя жизнь // Прометей. Вып. 12, М., 1980. С. 161.

Там же.

Там же. С. 160–161.

О с т р о в с к и й А. Н. Полн. собр. соч.: В 16 т. М., 1953. Т. 14:

Письма, 1842–1872. С. 113.

Б о т к и н В. П. и Ту р г е н е в И. С. Неизданная переписка, 1851–1869. М.;

Л., 1930. С. 211.

То л с т о й Л. Н. Неизданные художественные произведения. М., 1928. С. 15–136.

То л с т о й Л. Н. Полное собрание художественных произведений:

В 15 т. М.;

Л., 1929 (доп. тир. 1930). Т. 11. С. 5–81.

То л с т о й Л. Н. Полн. собр. соч.: В 90 т. Юбилейное издание (1828–1928). М.;

Л., 1928–1958. Далее в тексте – Юб.

РУКОПИСИ КОМЕДИИ «ЗАРАЖЕННОЕ СЕМЕЙСТВО»

То л с т о й Л. Н. Собр. соч.: В 22 т. М., 1982. Т. 11. С. 349–439.

То л с т а я С. А. Моя жизнь // Прометей. Вып. 12. С. 160.

Описание рукописей художественных произведений Л. Н. Толстого.

М., 1955. С. 86–90. Далее в тексте – Описание.

Там же. С. 90.

ОР ГМТ. Фонд 47. То л с т а я С. А. Моя жизнь. Машинопись.

Ч. 4. С. 116.

То л с т а я С. А. Моя жизнь // Октябрь. 1998. № 9. С. 138.

ОР ГМТ. «Зараженное семейство». Рук. 13, л. 1 об.

Там же. Рук. 8, л. 5.

Там же. Рук. 7, л. 24 об.

Там же. Рук. 13, л. 1.

Там же. Рук. 13, л. 7.

Там же. Рук. 13, л. 8.

Там же. Рук. 7, л. 23.

Там же. Рук. 7, л. 23 об.

Там же. Рук. 13, л. 9 об.

Там же. Рук. 8, л. 6.

Там же. Рук. 13, л. 3 об.

Там же. Рук. 7, л. 25 об.

Там же. Рук. 13, л. 6.

То л с т о й Л. Н. Собр. соч.: В 22 т. Т. 11. С. 420.

ОР ГМТ. «Зараженное семейство». Рук. 7, л. 19 об.

Там же. Рук. 13, л. 2.

Там же. Рук. 7, л. 20.

Там же. Рук. 13, л. 2 об.

Там же. Рук. 7, л. 3 об.

Там же. Рук. 9 (10), л. 3 об. (В Описании – рук. 10.) Там же. Рук. 12, л. 7–8.

То л с т а я С. А. Моя жизнь // Новый мир. 1978. № 8. С. 39.

ОР ГМТ. «Зараженное семейство». Рук. 7, л. 28.

Там же. Рук. Б-12 (6), л. 6.

Там же. Рук. 7, лл. 20–20 об.

Там же. Рук. 13, л. 3.

Там же. Рук. 13, л. 3 об.

Гр о м о в а - О п у л ь с к а я Л. Д. Текст и произведение: связь/ противостояние // Гр о м о в а - О п у л ь с к а я Л. Д. Избранные труды.

М., 2005. С. 486.

М. А. МОЖАРОВА Б у н и н И. А. Освобождение Толстого // Б у н и н И. А. Собр.

соч.: В 9 т. М., 1967. Т. 9. С. 61–62.

ОР ГМТ. «Зараженное семейство». Рук. 2 (1), л. 1. (В Описании – рук. 1.) Там же. Рук. 12, лл. 21 об.–22 об.

Там же. Рук. 10, л. 1.

Там же. Рук. 9 (10), лл. 1–1 об.

Там же. Рук. 10 (11), л. 2. (В Описании – рук. 11.) Е. Маленова СКАЗОЧНОЕ ТВОРЧЕСТВО Л. Н. ТОЛСТОГО В ЧЕШСКОМ КОНТЕКСТЕ В данной статье рассматривается сказочное творчество Толстого в чешском контексте, то есть речь пойдет о его собственных и переводных сказках и сказочных историях и об их существовании в чешской культуре, об изменениях в их содержании, вносившихся переводчиками, и об изменениях в их восприятии. Прослеживается история переводов Толстого для чешской детской аудитории с конца XIX века по настоящее время. Произведения, не предназначенные Толстым для детей, не рассматриваются.


Самым крупным произведением Толстого для детей, которому он придавал большое значение и которому посвятил много лет своей жизни, является «Азбука». В одном из писем он признавался: «Написав эту Аз буку, мне можно будет спокойно умереть» (61, 269). Однако «Азбука»

не имела успеха, и в мае 1875 года вышла в свет переработанная однотом ная «Новая азбука». Она получила широкое признание, была одобрена Министерством народного просвещения и рекомендована для начальных школ. Однако до сих пор чаще используется название «Азбука»1. В Рос сии выходят книги Толстого под названием «Азбука», но составлены они, как правило, на основе «Новой азбуки» и «Русских книг для чтения»2.

На территории Чехии некоторые из текстов «Азбуки» (и «Книг для чтения») впервые были опубликованы уже в 1889 году, и вышли они в сборнике под названием «Нашим детям». Тогда еще переводчик ошибочно указывал, что это работы яснополянских школьников3. Пе реводчик Мразик был первым, кто, опираясь на пособия Толстого, стал критиковать чешские книги для чтения4. Он упрекал их в том, что они не увлекательны, слишком нравоучительны и не соответствуют потреб ностям ребенка. У Толстого ему особенно нравились короткие истории из детской жизни (в то время как в чешских букварях тогда встречались предложения типа: «Ткачи ткут полотно – бедный горюет и рыдает»5).

Только на рубеже веков, после того как «Русские книги для чтения»

Е. МАЛЕНОВА были изданы на чешском языке (Prvn tanka. Praha, 1899;

Druh, Tet a tvrt tanka. Praha, 1900;

перевод К. Колман), стали боль ше говорить о том, что «Азбука» Толстого является образцовой и что так должны выглядеть и чешские книги для чтения. Помимо прочего, хвалили тогда и религиозную тематику текстов6. Но эта оценка посте пенно менялась. Во второй половине 1950-х годов были переведены на чешский «Педагогические сочинения» Толстого, изданные в Москве в 1953 году. В комментариях к толстовским работам «Азбуку» упрека ли в том, что она «пропагандирует мысли о христианском всепрощении, об общей любви и непротивлении злу насилием»7. Возникла следующая ситуация: с одной стороны, «Новую азбуку» хвалили за доступный де тям язык и стиль, ценили организацию материала, хорошую методику, но, с другой стороны, упрекали в том, что в книге отражены «религи озные и нравственные взгляды автора, которые являются отсталыми»8.

Можно привести ряд доказательств, что с 1948 года (напомним, что в феврале этого года власть перешла в руки Коммунистической партии Чехословакии) учение Толстого и его тексты интерпретировали, при давая им нужное политическое звучание, но они не сразу подвергались атеистической цензуре. Доказательством может послужить вышедший еще в 1947 году сборник, составленный на основе «Азбуки» и «Книг для чтения», под названием «О русском народе, детях и животных»9.

Книжка содержит пять басен, пять сказок, четырнадцать рассказов и две научные статьи. Ее назначение – дополнительное чтение для детей 3–5-х классов. В послесловии автор Арношт Ондруй пишет о жизни Толстого – о том, как мудрый помещик Толстой изменил свой образ жизни, отдал свою землю крестьянам и себе оставил только не обходимое и т. д. Значение Толстого характеризуется следующими словами: «Лев Николаевич Толстой был одним из великих людей, ко торые подготовили русскую революцию 1917 г.»10. Сказки, отобранные для указанного издания («Судома», «Старик и Смерть», «Волга и Ва зуза», «Золотоволосая царевна» и «Зерно с куриное яйцо») отличают ся усиленной познавательно-дидактической направленностью. Заклю чение последней сказки переведено в соответствии с оригиналом, без правок: «Оттого оба дела сталися, что перестали люди своими трудами жить, – на чужие стали зариться. В старину не так жили: в старину жили по-Божьи;

своим владали, чужим не корыстовались» (25, 66).

В более поздних сборниках уже нет вышеприведенного толкова ния судьбы Толстого. Но искажения все-таки встречаются. Самым СКАЗОЧНОЕ ТВОРЧЕСТВО Л. Н. ТОЛСТОГО В ЧЕШСКОМ КОНТЕКСТЕ распространенным в Чехии по сегодняшний день является сборник с названием «Детям». В него вошли переводы русских книг «Рассказы»

(М., 1950) и «Рассказы о природе» (М., 1952). Этот сборник вы держал четыре издания – 1959, 1964, 1976, 1983 годов, – и можно сказать, что помимо отдельно изданных сказок, о которых еще пойдет речь ниже, это единственное доступное издание «Азбуки» Толстого на чешском языке. Хотя доступно оно только в библиотеках или букини стических магазинах, но найти эту книгу несложно.

Книга «Детям» рекомендована ученикам чешских основных школ.

В ней пять разделов: «Маленькие рассказы», «Басни», «Из приро ды», «Из жизни», «Сказки». В основе сборника лежит «Новая аз бука» (отчасти также «Русские книги для чтения»), но совершенно утеряны (как и в других чешских сборниках) методические принци пы оригинала и его общий образ. Организация книги не соответстувет принципу Толстого, который вначале использовал только двухсложные слова и лишь постепенно давал более длинные: во второй части – трех сложные, и только в третьей части – четырех- и пятисложные. В пере воде теряется стиль Толстого и ритм его текстов, который во многих местах напоминает стихотворный.

Полностью пропущен алфавит, молитвы и вообще тексты, упоми нающие религию. Можно заметить некоторые изменения, внесенные переводчиком. Например, быль «Лев и собачка» у Толстого начина ется так: «В Лондоне показывали диких зверей и за смотренье брали деньгами или собаками и кошками на корм диким зверям» (21, 165).

В чешском переводе Лондон пропущен. Причем в издании 1947 года текст еще соответствовал оригиналу.

Искаженения есть и внутри текстов. Это можно показать на примере рассказа «Филипок». В истории о мальчике, пришедшем в школу раньше положенного возраста, оказывается, что он уже умеет немножко читать.

Учитель спрашивает, кто его научил, и мальчик отвечает, что брат, и на чинает себя хвалить, как он все сразу понял, какой он умный. На вопрос учителя, умеет ли он молиться, Филипок отвечает: «Да», но молитву чи тает неверно. Тогда учитель озвучивает главную мысль рассказа: «Ты по годи хвалиться, а поучись» (21, 89). В чешском варианте верно переведен весь рассказ, однако пропущено все, что связано с молитвами.

Характерно и то, что для издания «Детям» выбраны только ней тральные произведения, в которых отсутствует малейший намек на по литику, религию, смерть.

Е. МАЛЕНОВА Сказки в сборнике есть, но их очень мало: из восьмидесяти трех текстов только четыре сказочных. Избраны были «Девочка и разбой ники», «Три медведя», «Липунюшка», «Ореховая ветка». В отличие от сборника 1947 года в данной книге содержатся более классические сказки, не напоминающие притчи или басни. Это литературные сказ ки, действие которых происходит не в традиционном для волшебной сказки двоемирии, а преимущественно в одном, вполне реальном мире.

Дидактическая линия в них уходит на задний план.

В послесловии к изданию 1983 года Милан Маралик пишет о том, что рассказы, басни и истории Толстого переводят на чешский уже больше восьмидесяти лет и что их знает несколько поколений чехов по своим школьным книжкам для чтения. Однако при просмотре совре менных книг для чтения для основных школ оказалось, что в XXI веке традиция не продолжается и в книгах нет текстов Льва Николаевича.

Его «Азбука» живет в Чехии только в упомянутом издании восьмиде сятых годов.

Это связано с феноменом, возникшим в Чехии после 1989 года (год так называемой бархатной революции). С тех пор на чешском почти не выходят русские книги для детей;

причем именно для детей, потому что новые книги для взрослых переводятся, заново переводятся и классики русской литературы. Но издатели не заинтересованы в рус ской детской литературе, в целом преобладает ориентация на западную продукцию. Есть единичные исключения, как, например, «Приключе ния Незнайки» Николая Носова (переиздавалась в 2003 году в старом переводе).

Вернемся, однако, к рубежу XIX и ХХ веков, к самому началу существования текстов «Азбуки» на чешском. В чешские буквари и книги для чтения тексты Толстого попадают с 1898 года, постепенно они появляются и в книгах для средних школ. Однако уже в середине прошлого века специалисты замечали, что детские произведения Тол стого «по количеству не оказали особенного влияния на чешские книги для чтения», но зато «они сильно повлияли на чешских специалистов, которые в последующие годы своими текстами подняли уровень чеш ских книг для чтения»11.

Чешский педагог, историк литературы и писатель Карел Велемин ский, дважды посетивший Толстого в Ясной Поляне (август 1907 г., 1910 г.), вместе с Й. Маурером перевел и издал книгу педагогических статей Толстого, которую снабдил своими комментариями12. В них он СКАЗОЧНОЕ ТВОРЧЕСТВО Л. Н. ТОЛСТОГО В ЧЕШСКОМ КОНТЕКСТЕ дает характеристику «Азбуки», «Новой азбуки» и «Книг для чте ния». «Книги для чтения» Велеминский называет «самой смелой по пыткой художественного чтения в школе». По его мнению, их автор «(и в этом заключается величие его дела) художественно вник в весь материал свой, упростил его и тем самым прогнал всю школьную су хость»13. Карел Велеминский очень точно заметил, что «в “Книгах для чтения” сказки уступают другим жанрам, особенно басням». Он делает еще одно точное наблюдение: «Над типом настоящей наивной детской сказки преобладают сказки рационализированные, иногда с шуткой в концовке»14. Данный факт можно считать причиной того, что тек сты, обозначенные Толстым как сказки, в разных изданиях печатаются с разными жанровыми определениями. Например, сам Велеминский говорит о произведении «Визирь и Абдул» как о рассказе, а в переводе «Первой книги для чтения», изданном в 1899 году, оно определено как сказка. Или текст «Волга и Вазуза», обозначенный в чешском пере воде «Второй книги для чтения» (1900) как басня, в чешском издании 1947 года помещен в разделе сказок.

Сказки Толстого издавались на чешском не только в сборниках, но и отдельно: например, «Ассирийский царь Ассархадон» стал в чеш ском переводе Павла Эйснера «Королем Асархадоном»15. В 1962 году отдельно вышла сказка Толстого «Работник Емельян и пустой бара бан», в чешском переводе Ганы Пражаковой – «Сказка о Емельяне и барабане». Сказками Толстого вдохновлялись и чешские писатели, и чешские композиторы. Например, в 1955 году в Чехословакии были изданы две сказочные пьесы Владимира Лештины для кукольного театра, и вторая из них, «Как медведь налакомился» (Jak si medvd pochutnal), имеет пометку: «По басне Толстого»17. Одним из чешских композиторов, об ратившихся к творчеству Толстого, был Богуслав Мартину. Он жил в Америке и сам подготовил английское либретто для короткой оперы What men live by, которое создал по мотивам рассказа Толстого «Чем люди живы». «Премьера состоялась в Нью-Йорке на телевидении в 1953 г.»18.

Одной из самых любимых в Чехии можно назвать классическую сказку Толстого «Три медведя». Она издавалась на чешском неодно кратно (в 1952, 1966, 1969, 1978, 1988 годах). В 2002 году вышла книжка «Таня и три медведя» – новая обработка сюжета Толстого с иллюстрациями известной чешской художницы Гелены Зматликовой.

Е. МАЛЕНОВА Своеобразной жизнью жила в Чехии, особенно в первой половине ХХ века, «Сказка об Иване-дураке и его двух братьях: Семене-воине и Тарасе-брюхане, и немой сестре Маланье, и о старом дьяволе и трех чертенятах». Перевод сказки доступен сегодня на чешском во втором томе собрания сочинений Толстого 1952 года19. Впервые же сказка была издана Эдуардом Г. Валечкой в Праге в 1888 году в книге «На родные рассказы Льва Толстого». Намного интереснее, однако, что по мотивам сказки Толстого была написана опера. Ее автор – чешский композитор, дирижер, работавший в Национальном театре в Праге, Отакар Острчил. Впервые опера была издана в 1936 году (год спустя после пражской премьеры 3 апреля 1935 года). В следующем издании, вышедшем в Праге в 1950 году, писали о ее успехе: «…за 12 лет по сле первого издания был разобран весь тираж»20. Успех объяснялся, наверное, возникшими параллелями между историческими событиями (в сентябре 1938 года Чехословакия была захвачена нацистской Гер манией) и оперой Острчила. Либретто ее написал Иржи Маржанек, и в связи с замыслом композитора ему пришлось отойти от текста Тол стого. Он объяснял свою задачу словами композитора: «Неправильно не противиться злому, а, наоборот, правильно сопротивляться злу. Это значит бороться со злом с помощью добра, примерно так, как огонь не тушат с помощью огня. Таким образом, в данном нравственном прави ле кажущаяся терпимость и покорность меняется на активную деятель ность»21. В связи с этим произошло изменение оригинального сюжета и идеи Толстого. С точки зрения формы текст тоже изменился – он стал стихотворным. Изменились и персонажи. Так как главные герои сказки Толстого существуют и в чешских сказках, либреттист изме нил имена действующих лиц. Иван-дурак стал традиционным чешским Глупым Гонзой (Hloup Honza), его братья стали Иваном (в ориги нале Семен) и Ондржеем (в оригинале Тарас), сестра Маланья стала чешской Веруной. Дьявол в опере вполне современен – он пользуется рупором, подзорной трубой, газетной рекламой и т. п. Тем не менее дьявола побеждает мудрый дурак, способный любить всех людей при любых обстоятельствах.

В Чехии со сказочным творчеством Толстого случилось то же са мое, что и в ходе его собственной переводческой работы: сказка полу чала новые оттенки, иногда даже новое значение, но входила в литера турную историю другого народа.

СКАЗОЧНОЕ ТВОРЧЕСТВО Л. Н. ТОЛСТОГО В ЧЕШСКОМ КОНТЕКСТЕ Например, в 1982 г. специалисты говорили об «Азбуке», явно имея в виду «Новую азбуку»: «Как “Азбука”, так и “Книги для чтения” выдер жали каждая свыше 30 изданий, разошлись в миллионах экземпляров и были наряду с “Родным словом” Ушинского самыми распространенными учебными книгами в земских начальных школах» (К о н с т а н т и н о в Н. А., М е д ы н с к и й Е. Н., Ш а б а е в а М. Ф. История педагогики. М., 1982;

http://www.detskiysad.ru/ped/ped126.html).

Азбука Л. Н. Толстого. Тула, 2009. С. 164.

To l s t o j, L. N. Pedagogick spisy. Praha, 1957, s. 9.

M r a z k, J. Lva N. Tolstho tanky pro nrodn koly rusk. esk kola, 1890.

Ve l e m n s k, K. L. N. Tolstoj. lnky pedagogick. Dl I. Praha, 1912.

To l s t o j, L. N. Pedagogick spisy. Praha, 1957, s. 10–11.

To l s t o j, L. N. Pedagogick spisy. Praha, 1957, s. 47.

To l s t o j, L. N. Pedagogick spisy. Praha, 1957, s. 48.

To l s t o j, L. N. O ruskm lidu, dtech a zvtkch. Praha, 1947.

To l s t o j, L. N. O ruskm lidu, dtech a zvtkch. Praha 1947, s. 44. (Пер. с чешского автора статьи.) To l s t o j, L. N. Pedagogick spisy. Praha, 1957, s. 11.

To l s t o j, L. N. lnky pedagogick. Dl I. Praha, 1912.

Ve l e m n s k, K. L. N. Tolstoj. lnky pedagogick. Dl I. Praha, 1912, s. CCLXXX. (Пер. с чешского автора статьи.) Velemnsk, K. L. N. Tolstoj. lnky pedagogick. Dl I. Praha, 1912, s. CCLXXXI. (Пер. с чешского автора статьи.) To l s t o j, L. N. Krl Asarchadon. Praha, 1936.

To l s t o j, L. N. Pohdka o Jemeljanovi a bubnu. Praha, 1962.

L e t i n a, V. Jak si medvd pochutnal // Lika, zajc a kohout. Praha, 1955. 16 s.

a f r n e k, M. m l i d i j // http://katalog.martinu.cz/ martinu/catshow.php?idfield=258&language=cs To l s t o j, L. N. Vbor z dla II. Praha, 1952 // Pohdka o Ivanu hlupkovi a jeho dvou bratch..., s. 393–412.

O s t r i l, O. Honzovo krlovstv. Hudebn hra o 7 obrazech. Praha, 1950.

M a n e k, J. Honzovo krlovstv. Praha: Zti knihy srdce i ducha, 1934, s. 6. (Пер. с чешского автора статьи.) Б. Кук «РОМАН» РОДИТЕЛЕЙ ТОЛСТОГО В РОМАНЕ «ВОЙНА И МИР»* Т олстой частично писал свой роман «Война и мир», чтобы раз мышлять о личных вопросах, которые интересовали его боль ше всего. Это главный вывод нашего обзора о том, как он пользовался близкими родственниками как прототипами главных действующих лиц романа. Кажется, что, когда он писал, Толстой думал о том, как его семья и семейная история влияли на него.

«Я начал быть, но не совсем начал. Если бы до меня не было лю дей, разве я был такой же? Я произведение предшествующих людей, то, что составляет мое я, было прежде меня» (51, 10).

Толстой писал о своих родных, чтобы лучше понимать их и, так как они близкие родственники или они значительно влияли на него, себя. Хотя вполне известно то, как он пользовался чертами близких родных, особенно своих родителей в образах княжны Марьи и Николая Ростова, еще мало оценено то, как он поменял их образы в романе. Его переделки выражают его беспокойство о настоящих людях и о событиях в их биографиях, так как в романе он часто дает им альтернативные образы и события. Эти ассоци ации достоверны, так как они иногда несут свои настоящие фамилии в пла нах и ранних черновиках. Интересно заметить, что Толстой часто включал темные стороны семейной истории в своих набросках. Иногда он вообра жал разные, типично лучшие приключения для них, но часто возвращал ся к тому, что действительно случилось. И настоящая семейная история, и фантазия отмечались в этом автопсихологическом процессе. Поэтому стоит изучить, как он поменял брак по расчету своих родителей в романе.

Помолвка Николая и княжны Марьи самое значительное улучше ние в том, как Толстой изображал своих родителей в романе «Война и мир». Хотя все данные показывают, что их брак был счастливым, нет сомнения о том, что у них было так называемое marriage de convenance.

Статья печатается в авторской редакции.

* «РОМАН» РОДИТЕЛЕЙ ТОЛСТОГО В РОМАНЕ «ВОЙНА И МИР»

Вот как Толстой представил его в своих воспоминаниях, написанных почти сорок лет после того, как он написал свой роман: «Брак ее с моим отцом был устроен родными ее и моего отца. Она была богатая, уже не первой молодости, сирота, отец же был веселый, блестящий молодой человек, с именем и связами, но с очень растроенным (до такой степе ни растроенным, что отец даже отказался от наследства) моим дедом Толстым состоянием» (34, 352).

Они познакомились незадолго перед своей свадьбой. Брак был устроен их «адвокатами»1. Изучив культуру своих предков, Толстой, наверное, понимал, что такие браки были обычные в наполеоновскую эпоху. К тому же они были приняты еще в 1870-х годах в годы соз дания романа «Анна Каренина», в котором мать Кити Щербацкой беспокоится о новой популярности браков по любви. Как во многих обществах, родители участвуют в выборе супругов для своих детей.

Конечно, жених и невеста оба имеют право отказываться от того, кого родители выбирают для них. Но тем не менее у детей типично очень определенный выбор. Например, в «Войне и мире» как только Анатоль Курагин получает одобрение князя Болконского, приходится княжне Марье решить, принять ли этого незнакомого после одной же встречи. Анатоль, между прочим, слушает своего отца, несмотря на свое беспокойство о том, что она такая некрасивая.

Однако ясно, что Толстому асимметрический брак родителей ка зался неуместным, так как имущество его матери слишком сильно вли яло на сватовство родителей. Как правило, в патриархальных обще ствах женихов оценивают по финансовому потенциалу, то есть – имя, общественные связи, имущество. Итак, Толстой представляет их брак:



Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |   ...   | 17 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.