авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 || 3 | 4 |

«На правах рукописи Григоров Сергей Александрович СТРУКТУРНАЯ ГЕОХИМИЯ Краснодар-Москва 2013 ...»

-- [ Страница 2 ] --

В аддитивной структуре ГП окислов калия и марганца внутренняя область геохимического тора в плане имеет каплевидную форму. Ось тора ориентирована в северо-западном направлении и гармонично совпадает с рудной залежью, расположенной прямо по оси ядра, свидетельствуя о взаимосвязи этих компонентов рудообразующей и ореолобразующей системы (Рис. 1.25). Таким образом, породообразующие соединения на уровне рудной зоны и рудная залежь, золото сульфидно-кварцевого состава, являются продуктами единого процесса на сопряженных иерархических уровнях. В ГП окислов марганца и калия слабо проявлены контролирующие структуры северо-восточной ориентировки, что указывает на иные условия формирования по сравнению с ГП мышьяка и цинка. Эти различия обусловлены снижением роли и значения энергоподводящей структуры северо-восточного простирания и, следовательно, связи с внешними источниками энергии и минерального вещества. Следует полагать более позднее отложение окислов калия и марганца после замыкания системы на этапе её автономного развития на основе внутренних источников энергии.

Аналогичные структурные и зональные взаимоотношения имеют геохимические поля никеля и вольфрама (Рис. 1.26). Они также образованы встречными потоками, заполняя всё пространство рудной залежи. ГП вольфрама формирует лежачий бок «тора», а «никель» - висячий бок. «Вольфрам», в области лежачего бока, сопровождается контрастной зоной «транзита» вдоль рудной залежи и образует низко контрастное поле в связи с рудной залежью.

Рис. 1.26. Структура геохимического поля вольфрама и никеля Наталкинской рудной залежи.

В ГП никеля рудная залежь практически не проявлена, но в аддитивной структуре ГП (никель + вольфрам) размещена в ядре системы, образуя центр структурной симметрии.

Тор «никеля» имеет прерывистое строение на юго-западном фланге рудной зоны и образует компактное поле в висячем боку системы.

Геохимические поля меди и свинца имеют сходное зонально-волновое строение и структурно встроены в ГП окиси калия (Рис. 1.27), свидетельствуя о взаимосвязи рудных элементов и породообразующего соединения в околорудном пространстве.

1. центр зонально-волновой структуры ГП меди (участок «Центральный»). 2.

Генеральные направления рудоподводящих и рудовмещающих тектонических структур.

Рис. 1.27. Структура геохимического поля меди и свинца Наталкинской рудной зоны.

Зонально-волновая структура более контрастно проявлена в ГП свинца, но структурный мотив ГП обоих элементов в ядре полностью совпадает, указывая на генетическую близость этих элементов. Само ядро вложено в область транзита окислов калия и марганца. В свою очередь, рудная залежь расположена в области транзита ГП свинца и меди, но на флангах накладывается на фронтальную зону. В общем виде, «тор» свинца имеет спиралевидную форму с левой закруткой. При общем структурном сходстве максимумы содержаний меди и свинца не совпадают, указывая на проявление геохимической зональности. Линейные структурно-геохимические ограничители подчёркивают основные тектонические направления, активированные на момент формирования ГП рудной зоны и рудной залежи. Следует отметить, что рудная залежь гармонично наследует два тектонических направления северо-западной ориентировки, что объясняет причину азимутального расхождения на участке раздвоения. Отсюда следует, что формирование юго-восточного и северо-западного фланга рудной залежи сопровождалось сменой тектонических планов.

Геохимическое поле бария имеет отрицательную корреляцию с ГП свинца (Рис.

1.27, 1.28). Оба элемента образуют структуры, вложенные одна в другую. В совокупности они формируют геохимический «тор», в ядре которого размещён мегаштокверк. В юго-западном обрамлении «тора», заметно проявлены рудоподводящие структуры северо восточной ориентировки.

Рис.1.28. Структура геохимического поля бария Наталкинской рудной зоны.

На флангах, в области выклинивания, рудная залежь входит в пространство геохимического тора. Более высокие содержания бария на северо-западном и северо восточном флангах указывают направление склонения и минимальный эрозионный срез системы. Геохимическое поле бария на поверхности структурируется относительно рудной залежи не так контрастно, как рассмотренные выше элементы, но вложен в них, не оставляя сомнения в тесной генетической связи. С «вольфрамом» и «окисью калия» ГП бария имеет отрицательную пространственную корреляцию, а с «никелем» и «цинком» – положительную, гармонично встраиваясь в структурно-геохимический ансамбль.

Геохимическое поле двуокиси кремния вложено в структуры ГП бария, цинка, окислов марганца и калия, заполняя юго восточную часть рудной зоны (Рис.

1.29).

Кольцевые структуры в ядре ГП 1.

(участки «Центральный и «Юго-восточный»).

2. Линейные ограничители ГП двух направлений.

Рис. 1.29. Структура геохимического поля двуокиси кремния Наталкинской РЗ.

Взаимная связь двуокиси кремния с рудными и породообразующими элементами указывает на его широкое участие в рудообразующем процессе. Однако мегаштокверк не находит адекватного отражения в его структуре. Это тем более парадоксально и не прогнозируемо, что мегаштокверк представляет собой систему кварцевых жил, прожилков, микропрожилков и участков окварцевания по массе. Но в геохимическом поле SiO рудная залежь расположена в области минимальных концентраций. Этот пример показывает относительность «логичных» прогнозов искомым объектом в связи с «надёжным» прямым поисковым признаком даже на рудном объекте гигантского масштаба. «Парадокс» объясняется преобладанием метасоматического кварца на флангах рудной зоны и в околорудном пространстве, который визуально не фиксируется, но в процентном отношении преобладает над жильной фазой в ядре системы. К этому следует добавить жильную фазу «кремния» в виде развалов «альпинотипного» кварца по всему внешнему обрамлению рудной зоны – рудного поля, которые также не находят отражения в геохимическом поле. Этот поисковый признак не используется в поисковой практике в силу кажущегося отсутствия связи золотого оруденения и безрудного кварца, развалы которого изобилуют на Центральной Колыме. По всей видимости, «альпинотипный» кварц представляет собой силикатные выжимки во внешнем обрамлении «тора», что имеет важное прогностическое значение. Простая по исполнению «кварцевая» съёмка может в короткие сроки дать первичную информацию о пространственном положении и размерах искомого рудного объекта.

ГП двуокиси кремния образует геохимический тор, вложенный в ядро структурно геохимического ансамбля окислов калия и марганца. Тор «кремния» состоит из двух кольцевых конструкций (в форме восьмёрки), отражающих направления циркулирующих потоков в центре и на юго-восточном фланге рудной залежи. Линейные продольные и поперечные ограничители ГП принадлежат двум системам, развернутым примерно на градусов. На южном фланге рудная залежь и ограничители ГП ориентированы по азимуту около 320°, а на северном фланге – по аз. 330°. Отсюда следует вывод о смене планов тектонических деформаций, или об одновременном наследовании двух трещинных систем в процессе формирования геохимического поля рудной зоны и рудной залежи.

Прямые геологические наблюдения также соответствуют структурно геохимическим построениям. Блочная кварцевая модель построена путём машинной обработки результатов качественной (бальной) оценки степени Разрез + окварцевания по данным документации подземных горных выработок (около 650 000 п. м.). На горизонте +700 м кварцевое тело имеет структуру адекватную строению рудной залежи (Рис. 1.30).

Разрез + Градации окварцевания: 1- интенсивная, 2 средней интенсивности.

Рис. 1.30. Блочная кварцевая модель на горизонте +700 м.

Кварцевое тело расположено в ядре структурно-геохимического ансамбля рудной зоны.

На геохимическом плане и в разрезе эта область отражена пониженными концентрациями двуокиси кремния. В морфологии кварцевого тела проявлены направления северо-западного простирания, блокирующие поперечные структуры и кольцевая структура в центральной части тела, совпадающая с Центральным рудным участком. Кварцевое «кольцо» расположено в узле сочленения северо-западной генеральной структуры с поперечными структурами северо-восточной ориентировки.

Менее заметны, характерные для рудной залежи, тектонические элементы ортогональной системы Геохимические поля золота и суммы окислов железа /FeO+Fe2O3/ (далее – «железо») по структуре подобны, но находятся между собой в отрицательной пространственной связи (Рис. 1.31). В целом имеет место структурное подобие этого ансамбля с ГП других элементов, от которых они отличаются более сложным строением.

На юго-западном фланге рудной зоны сформирован локальный «тор» меньшего размера, в связи с энергоподводящей структурой северо-восточной ориентировки. Разные направления ограничителей этой структуры (расхождение около 10 градусов) указывают на смену планов тектонических деформаций. Более сложное строение «золота» и «суммы окислов железа», возможно, обусловлено разными фазами энергетической накачки, приведшей к образованию двух конвективных камер при условии корректировки плана тектонических деформаций в процессе ореолобразования.

Красными линями показаны основные структурно-геохимические границы.

Рудопроявления.

Рис. 1.31. Структура геохимического поля золота и суммы окислов железа Наталкинской рудной зоны, совмещенные с рудной залежью.

В лежачем боку системы сформированы рудопроявления золота, значение и связь которых с Наталкинским месторождением не находили долгое время должного объяснения. С рассматриваемых позиций, эти рудопроявления и Наталкинская рудная залежь были сформированы одновременно в параллельных потоках различной мощности. Рудообразование за пределами основного объёма конвективной камеры привело к образованию непромышленных объектов - сателлитов. Отличительной чертой структур ГП, отражающих такие рудопроявления, является отсутствие кольцевых структур в полях других элементов. Отсюда, важным диагностическим признаком промышленных проявлений является структура ГП, в которой рудные и породообразующие элементы наполняют единый объём подобными структурными формами. Отсутствие кольцевых структур ГП в связи с рудопроявлениями золота, является признаком непромышленного объекта.

Геохимическое поле золота в плане имеет характерную структуру (типа «бабочка»), отражающую конвективный энергомассаперенос (Рис. 1.31). Поперечная ось ГП совпадает с рудоподводящей структурой северо-восточной ориентировки. В общем виде, ГП золота в ядре композиции, в границах содержаний 0,0023 – 0,008 г/т, соответствует пространственной позиции рудной залежи. Имеет в плане форму гантели, образованной левой и правой закруткой по направлениям конвективного энергомассапереноса. Тем не менее мегаштокверк, не смотря на значительные размеры и достаточно плотную сеть геохимического опробования, не находит адекватного отражения в «золоте». Если абстрагироваться от ретроспективной информации, то составить целостное представление о месторождении, как уникальном объекте, на основе традиционных методов интерпретации геохимических данных, не представляется возможным, как это и было в действительности. Наиболее контрастные первичные ореолы золота, содержащие более 0,04 (!) г/т, пространственно не сопровождают рудную залежь, отражая только часть рудного объекта, совпадающего с Центральным участком. Слабоконтрастный геохимический ореол трассирует рудную залежь, но не создаёт целостного представления о пространственной позиции и морфологии объекта. Таким образом, можно констатировать, что уникальное по запасам золоторудное месторождение, выведенное эрозией на дневную поверхность, не адекватно отражено концентрационными ореолами золота, т. е. не обладает наиболее важным традиционным поисковым признаком и может быть пропущено на самой важной поисковой стадии, когда обосновывается выбор площади для последующей детализации. К этому же выводу приводит анализ структуры магнитного поля в связи с Наталкинским месторождением. В магнитном поле сформирована волновая кольцевая структура, мотив которой полностью корреспондирует геохимическим полям, но не соответствует рудной залежи (Рис. 1.32). Мегаштокверк занимает секущее положение относительно кольцевой структуры магнитного поля и на первый взгляд не имеет отношения к нему. На юго-западном фланге «магнитное кольцо»

имеет разрыв, совпадающий с энергоподводящими структурами северо-восточной ориентировки, которые по направлению совпадают со структурами, отраженными в ГП «железа» и др. элементов.

Рис. 1.32. Кольцевая структура магнитного поля в связи с Наталкинским мегаштокверком.

Таким образом, следует полагать, что магнитное поле сформировано в процессе энергетической накачки-насыщения, когда было сформирован массив околорудных метасоматитов, нашедших отражение в магнитном поле.

По этой же причине геохимические поля большинства элементов, отражающих рудную зону, не имеют визуализируемой линейной связи с рудной залежью.

Отсюда следует вывод о том, что рудная зона и рудная залежь принадлежат различным ступеням единого нелинейного процесса рудообразования и ореолобразования, характеризуя циклическую динамику формирования иерархической системы. Динамика ореолобразования обусловлена циклами энергетической накачки, ограниченными порогами насыщения с последующей разрядкой (бифуркация). Эти циклы выстраивают топологический ряд рудной иерархии, отраженный соответствующими аномалиями геохимического поля. Общий вектор, энергетической накачки-насыщения циклически меняет своё направление в момент бифуркации. Часть ореолобразующих потоков формирует центростремительную систему, концентрирующую минеральное вещество, а часть формирует центробежную систему диссипации. Рудные тела являются промежуточным продуктом функционирования РМС в начале рудообразующего процесса, а не следствием масштабных рудных и металлогенических преобразований.

Такая динамика рудообразования поддерживает идеи В.И. Вернадского о рассеянии минерального вещества, теорию самоорганизации природных систем. Амплитуда циклов на «стреле времени» растёт, а напряженность снижается. Каждый из таксонов рудного ряда является следствием цикла энергетической накачки, и, по этой причине, обладает уникальными характеристиками (состав и концентрация химических элементов, физические размеры аномалий). Отсюда прогнозными и диагностическими свойствами обладают геохимические критерии, формализованные в границах аномалии геохимического поля, отражающей тот или иной таксон рудного ряда, на который они и могут распространяться.

Локализация рудного объекта в естественных границах на различных иерархических уровнях открывает возможность прямого расчёта прогнозных ресурсов. В рассматриваемом случае объём рудной зоны, вмещающей Наталкинский мегаштокверк примерно равен 1 млрд. куб. м. При среднем содержании золота, равным 0,1 г/т, геохимические запасы золота составят ориентировочно 2500 тонн. Примерно столько же золота сконцентрировано в объёме Наталкинского мегаштокверка при среднем содержании около 1,5 г/т. Эти ориентировочные подсчёты показывают, что концентрация «геохимического» золота в количестве 0,1 - 0,01г/т в объёме локализованной рудной зоны в состоянии обеспечить формирование рудной залежи с промышленными запасами.

Близкая сходимость цифр ресурсов и запасов обусловлена фрактальным подобием «формы и содержания», что позволяет использовать эту закономерность для количественной оценки рудных объектов при условии их локализации в естественных границах.

Рассмотренный выше материал иллюстрирует динамику рудообразования на уровне Наталкинской рудной зоны и рудной залежи, которые входят в состав рудного поля (РП) – следующего звена в иерархической рудообразующей системе.

Геохимическое строение Наталкинского рудного поля.

На площади Наталкинского РП проведена геохимическая съёмка по первичным литохимическим ореолам по регулярной сети, с шагом (500-250) * (50-25-10) м. Пробы прошли рентген-флуоресцентный анализ на As, MnO, SiO2, K2O, Pb, Ni, Cа, (FeO+Fe2O3), Zn, Cu, Zr, Sr, Cd. Содержание золота определено химико-спектральный методом.

Общая геологическая позиция Наталкинского рудного поля определяется его положением в пределах Тенькинской антиклинали /16, 23/. В геологическом строении РП принимают участие терригенные отложения Перми и Триаса, образующие разрез общей мощностью около 5-7 км (Рис. 1.33). В крайне незначительном количестве распространены вулканогенные образования нижнего мела, с угловым и стратиграфическим несогласием залегающие на отложениях пермской системы. В плане, вулканогенно-осадочные породы распространены в виде эллипса, в пределах которого находится большинство известных месторождений и рудопроявлений.

1. Сланцы и алевролиты триасовой системы.

2. Алевролиты, песчаники, сланцы пермской системы и магматический шток. 3. Флюидизиты. 4.

Граница Наталкинского рудного поля и расположение золоторудных месторождений:

1.Наталкинское, 2.Геологическое, 3.Омчакское, 4.Раздолинское, 5.Павликовское, 6.Золотая речка 5.

Тектонические нарушения. 6. Россыпи золота. 7.

пункты отбора проб.

Рис. 1. 33. Схематическая геологическая карта Омчакского рудного поля.

Структура протягивается вдоль Омчакского регионального разлома, что дает возможность связывать её происхождение с вулканической структурой линейного типа.

Возраст всех толщ по данным споропыльцевого анализа определен, как верхнепермский.

На дневной поверхности, в пределах РП, магматические породы представлены небольшим штоком гранодиоритов и относительно малочисленными дайками различного состава. Особое место в геологическом строении РП занимают т.н.

«флюидизиты», которые разные авторы относят либо к фациям осадочного комплекса, либо к эксплозиям /1/. Отсюда следуют и разные толкования структурной позиции рудного поля (либо вулканотектоническая постройка, либо синклинальная складка). С точки зрения автора, эксплозивная природа этих пород более полно соответствует структуре геохимического поля, отражающего Наталкинское рудное поле. Региональный плутонический метаморфизм в пределах Наталкинского рудного поля контролируется зоной Омчакского глубинного разлома и наложен на породы, метаморфизованные в зеленосланцевой фации. Более поздними по отношению к этим изменениям являются серицитизация и окварцевание. Разрывные нарушения в районе весьма многочисленны, четко проявлены и в значительной мере определяют структурный план территории.

Преобладают продольные, относительно складчатой структуры, нарушения, преимущественно северо-западного простирания. Месторождения Павликовской группы расположены на юго-восточном фланге рудного поля и имеют сходный с месторождениями Наталкинской группы минеральный состав, но иное морфоструктурное выражение, в виде линейных жильно-прожилковых зон. Месторождение «Раздолинское»

расположено в центральной части РП, относится к типу минерализованных зон и несёт менее продуктивную сульфидную и золотую минерализацию.

Представление о размерах и пространственном положении Наталкинского рудного поля отражено в структурах ГП окиси марганца, окиси калия, золота и мышьяка (Рис.

1.34, 1.35). Вновь, как и на рассмотренных выше иерархических уровнях, в структурах ГП обнаруживаются концентрические постройки. Геохимический тор окиси марганца, правильной эллипсовидной формы, вмещает в себя все известные в районе месторождения. Основные рудные объекты расположены на флангах системы в областях замыкания структуры ГП.

1. Области приложения ореолобразующей энергии.

Рис. 1.34. Структура геохимического поля окиси марганца и золота Наталкинского РП.

Тесная пространственная связь с тектоническим каркасом в вулканотектоническом прогибе свидетельствует о наследовании этой постройки процессом ореолобразования.

1. Прогнозируемое положение «материнских» магматических тел. 2.

Направление энергетических «инъекций».

Рис. 1.35. Структура геохимического поля мышьяка и окиси калия Наталкинского РП.

Геохимическое поле золота положительно коррелирует с ГП «марганца». Участки высокой продуктивности тяготеют к флангам рудного поля.

На северо-западном фланге расположена Наталкинская группа месторождений, а юго-восточном фланге – Павликовская группа. Таким образом, золото тесно связано с ГП окиси марганца и имеют единый структурообразующий центр, из которого вынесены и золото и «марганец». Логично полагать центробежный тип энергомассапереноса в векторном поле источника энергии. Во внутренней области тора расположены две локальные концентрические структуры, отраженные в структуре ГП окиси калия (Рис. 35).

Одна из них связана со штоком гранодиоритов, а вторая – со слепым интрузивом. ГП окиси калия, имеет сильную отрицательную корреляцию с «окисью марганца», так же как и на уровне рудной залежи (!). Таким образом, пространственные взаимоотношения рудных и породообразующих элементов на уровне рудной залежи, рудной зоны и рудного поля остаются без изменения, а масштаб явления изменяется на порядки.

Линейным механизмом и любыми из существующих в настоящее время моделями ореолобразования объяснить этот феномен невозможно. В данном случае следует признать нулевым, в геологических масштабах, значение фактора времени.

Геохимическое поле, охватившее площадь в 70 квадратных километров (не менее км3), сформировано одновременно на сопряженных иерархических уровнях, характеризуя динамику ореолобразования на «стреле времени».

В ГП «калия» проявлены структуры конвективного энергомассапереноса в виде дуговых и кольцевых форм с левой и правой закруткой. Оси конвективных структур имеют северо-восточную ориентировку, тогда, как генеральное контролирующее направление геохимического тора – северо-западное. Наличие конвективных структур подчиненного масштаба свидетельствует о соответствующих режимах энергомассапереноса во внутренней области общей системы, которые, по всей видимости, приводят к самоизоляции и формированию замкнутых геохимических систем подчиненной размерности. Отсюда следует, что главной причиной ореолообразования на иерархическом уровне рудного поля, является энергия, породившая магматические тела и дифференциацию минерального вещества в центробежном режиме.

Геохимическое поле мышьяка локализуется во внутренней области структурно геохимического ансамбля золота, окиси марганца и окиси калия (Рис. 35). Ареалы его распространения совпадают с известными месторождениями обеих групп. Это единственный элемент, геохимическое поле которого, напрямую соответствует пространственной позиции рудных объектов. В ГП мышьяка проявлена инверсия энергопотоков в поперечных структурах северо-восточной ориентировки. В пространстве Наталкинской группы месторождений, энергоподводящие структуры расположены с юго западной стороны, а в пространстве Павликовской группы месторождений – с северо восточной. В пространственной связи с Наталкинским месторождением образованы концентрически-волновые структуры рудных и породообразующих элементов, вложенные в вершину «тора» окиси марганца. ГП Павликовской группы месторождений изучено не полностью, характеризуя полноту поисковой изученности рудного объекта на уровне рудного поля.

Поперечные линейные ограничители ГП северо-восточного простирания, делят генеральную структуру на три структурно-геохимических блока. Центральный блок тяготеет к выступу магматического основания, а Наталкинский и Павликовский блоки – к фланкам системы. Структурно-геохимические блоки контрастно отражены в геохимическом поле свинца, которое в целом корреспондирует рассмотренным выше геохимическим полям, и отражает ореолобразующий процесс во внутренней области системы в связи с обеими группами месторождений и в связи со слепым магматическим ядром. Не смотря на фрагментарную геохимическую изученность в центральной части и на юго-восточном фланге РП, экстраполяция структурных элементов ГП свинца, не вызывает сомнения. В северо-западной части структурно-геохимического ансамбля свинец формирует спиральную конструкцию в пространственной связи с золотом и мышьяком. В центральной части – образует кольцевую конструкцию относительно эпицентра слепого интрузива и локальную кольцевую структуру в связи с Раздолинским месторождением. На юго-восточном фланге РП свинец формирует кольцевую (не полностью оконтуренную) конструкцию, связанную с Павликовской группой месторождений.

Рис. 1.36. Структура геохимического поля свинца Наталкинского РП.

Остальные, из химических элементов, имеющиеся в базе данных, корреспондируют между собой и со всеми рассмотренными элементами, но не привносят дополнительной информации, поэтому их детальное рассмотрение опущено.

В итоге, можно сделать вывод, что структура ГП, отражающая Наталкинское рудное поле, сформирована в процессе внешней энергетической накачки в границах вулканотектонической структуры. Отсюда понятен, значительный масштаб ореолобразующего процесса, вызвавшего перераспределение рудных и породообразующих элементов и соединений на большой площади.

Естественно, что подобная трансформация геохимического поля сопровождается изменением физические свойства окружающих горных пород, т.к. влияет на плотность, магнитные и электрические свойства, проницаемость и т.п. Как это имеет место в реальности, рассмотрим на примере магнитного поля, изученного по регулярной сети в масштабе 1:50 000 на той же территории. При сопоставлении структуры магнитного поля и геохимических полей, обнаруживается их прямое сходство (Рис. 1.37). В магнитном поле, с точностью полного подобия, отражены области конвективного энергомассапереноса в связи с магматическими центрами, обнаруженными в структурах геохимических полей. В магнитном поле отчётливо проявлены две конструкции. Одна из них пространственно связана с интрузивным штоком на дневной поверхности, имеет кольцевую форму и связующий с внешним пространством канал северо-восточной ориентировки, примыкающий с северо-восточного фланга «тора». В юго-восточном экзоконтакте кольцевой аномалии магнитного поля расположена Павликовская группа месторождений. Вторая конструкция имеет большие размеры и грибовидную форму, типичную для конвективных структур. В геохимических полях, подобные структуры отражают конвективные потоки с левой и правой закруткой. В рассматриваемом случае «магнитный гриб» совпадает с кольцевыми аномалиями ГП, обусловленными слепым интрузивным телом, подтверждая эту версию.

1. Структурные элементы магнитного поля. 2.

Граница Наталкинского РП (по геохимическому тору окисла марганца). 3. Векторы энергоподводящих структур.

Рис. 1.37. Отражение рудообразующей системы Наталкинского РП в магнитном поле.

Связующая «ножка» примыкает к аномалии магнитного поля с юго-запада, при северо-восточной ориентировке подводящей структуры. Наталкинская группа месторождений (Геологическое, Наталка, Омчакское, Раздолинское) расположена на северо-западном фланге магнитной аномалии. Раздолинское месторождение расположено на северо-восточном фланге.

Полное совпадение структур геохимических полей и структуры магнитного поля, позволяет безошибочно признать единую их природу. Традиционная рудная геофизика, как правило, рассматривая геофизические поля, пытается найти отражение искомых рудных зон и тел, в адекватном морфологическом выражении. Поиски, основанные на контрастных физических свойствах рудных объектов (железные руды, урановые руды, сульфидные залежи и т.п.) дают ожидаемый результат, подтверждая справедливость исходной парадигмы. Но, при поисках золоторудных месторождений, не обладающих такими свойствами, ожидание прямых аналогий не имеет, как правило, основания.

Данный пример показывает, что даже уникальный по физическим размерам и запасам золота Наталкинский мегаштокверк, непосредственно не отражается в электрическом и магнитном полях. Площадь Наталкинского РП (по «тору» окиси марганца), составляет около 70 кв. км (объём – не менее 200 куб. км). К этому объёму приложена рудообразующая энергия, вызвавшая перемещение минерального вещества исчисляемого миллиардами тонн. Такой процесс не может не затронуть масштабные изменения физических свойств геологического субстрата, но как это проявляется в строении геофизического поля зачастую остаётся тайной. На примере Наталкинского РП эта тайна обнажилась и имеет вполне объяснимые причины. В магнитном поле отражены минеральные продукты (метасоматиты), образованные на этапе энергетической накачки.

Высокотемпературные процессы обуславливают перевод в подвижную фазу породообразующих и рудных минеральных комплексов, их дифференциацию во вмещающем пространстве, что сопровождается изменением физических свойств в объёме, охваченном эти процессом. Такая связь магматизма и оруденения позволяет полагать, что формирование магматических тел и рудных объектов в границах РМС имеют единое энергетическое начало. Следует отметить подобие структурных мотивов геофизического поля и геохимических полей на уровне рудного поля и структурно геохимического ансамбля на уровне рудной залежи (см. проекцию на продольную плоскость). И в том и другом случае обнаруживаются следы конвективного энергомассапереноса с левой и правой закруткой. Структурное подобие на разных иерархических уровнях отражает принципиальное свойство самоорганизующейся системы образовывать топологический ряд рудных объектов, обладающих фрактальной структурой.

Наталкинская и Павликовская группа месторождений образована в результате энергетической накачки во встречных магмаконтролирующих трещинных системах. Эти структурные направления практически отсутствуют на геологической карте, но хорошо выражены в структуре ГП золота и других элементов. Инверсия «магматических» структур показывает многообразие и непредсказуемый, с геологических позиций, характер энергомассапереноса в нелинейной системе рудообразования. Однако этот же факт может быть истолкован с позиции синхронного наследования поперечных структур по обе стороны от северо-западного глубинного разлома в процессе энергетической накачки.

В результате структурно-геохимического моделирования построена принципиальная схема рудообразующей системы Наталкинского РП (Рис.1.38).

1. Положение месторождений в пределах РП.

2. Рудоконтролирующие и блокирующие тектонические разломы. 3. положение «слепых» магматических тел в северо-восточных структурах.

4. Области энергомассапереноса центробежно центростремительного типа в магматической (красное) и в рудообразующей камере (синее).

Рис. 1.38. Принципиальная схема строения рудообразующей системы Наталкинского РП.

Главными факторами, сформировавшими Наталкинское РП, является рудо магмаобразующая энергия и вмещающий структурно-тектонический каркас.

Магматические тела, как носители (или, как следствие) проявления рудообразующей энергии являются частью глубинного магматического очага, который проецируется на дневную поверхность в центре РП. В процессе жизнедеятельности РМС энергомассапотоки мигрировали по структурам северо-восточной ориентировки, затем разгружались в поперечной тектонической зоне северо-западного простирания в обе стороны от общего центра и от локальных центров энергетической накачки. Поперечные структуры на флангах рудного поля послужили «упорами» на пути миграции энергии и вещества, где и были сформированы золоторудные месторождения. Энергетический поток (накачка) меньшей мощности породил Павликовскую группу месторождений, а большей мощности – Наталкинскую. В связи с магматическими телами сформированы кольцевые структуры ГП центробежного типа с соответствующей геохимической зональностью. Энергетическая накачка и инверсия рудообразующего процесса от «центробежного» к «центростремительному», происходит в автоматическом режиме, в момент бифуркации, замыкаясь «на себя» и обуславливая конвективный энергомассаперенос в замкнутом пространстве. Конвективная циркуляция рудного вещества отражена в ГП центробежно-центростремительного типа в виде концентрически-зональных структур, которые указывают место реализации рудообразующего процесса и его масштабы. Циркуляционные системы крупных размеров способны сформировать крупные морфоструктуры и наоборот.

Для сравнения, Наталкинская группа месторождений содержит не менее 2500 тонн золота и занимает объём около 50 км2 *1,5км=75км3 (33,3 т на 1 км3). Расчётное среднее содержание составит 0,033 г/т. Павликовская группа – содержит примерно 250 тонн и занимает площадь около 10 км2 (25 т. на 1 км3). Расчётное среднее содержание – 0,025г/т. Учитывая точность оцениваемых параметров, результат следует признать удовлетворительным. Объём рудного поля занимает около 300 км3 (100 км2 * 3,0км), запасы и ресурсы золота составляют около 3000 тонн (10 тонн на 1 км3). Расчётное содержание – 0,01 г/т. Отсюда, в диссипирующей системе на «стреле времени»

последовательно растёт объём рудных таксонов и снижается содержание химического элемента, представляющего геохимическую (рудную) специализацию системы, но сохраняется количество металла. Таким образом, ресурсный потенциал рудообразующей системы сохраняется неизменным в объёме таксонов иерархического рудного ряда, но распределяется, подчиняясь фрактальной пропорции между объектами подчиненной размерности.

Наталкинское рудное поле объединяет в себе золоторудные объекты, ранее составлявшие Омчакский рудный узел /8, 18/. Геолого-структурным основанием для выделения рудного узла предшественниками служила принадлежность известных рудных объектов к единой геологической структуре, сходный минеральный состав и относительная пространственная близость. Однако структурно-геохимические построения позволяют более обосновано локализовать Наталкинское рудное поле, в составе которого Наталкинская и Павликовская группы месторождений связаны единым процессом, что и позволяет объединить их в единый рудный таксон. Логика, изложенных выше построений, приводит к неизбежности существования следующего иерархического уровня организации минерального вещества соответствующая размерности рудного узла (РУ).

Геохимическое строение Омчакского рудного узла.

Структурно-геохимический анализ на иерархическом уровне РУ выполнен по результатам рядовой геохимической съемки по потокам рассеяния масштаба 1:200 000 с использованием стандартного набора химических элементов (анализ на 24 элемента).

Для снижения влияния лабораторного «дрейфа» по анализам разных лабораторий и лет, истинные содержания всех химических элементов нормированы по формуле:

Снорм.=(Сi-Сгарм.)/Сстандарт.откл., с предварительной урезкой пиковых содержаний. Таким образом, содержания химических элементов приведены к единому численному уровню, при сохранении структурных особенностей геохимических полей. Графические построения выполнены с помощью программы «Surfer» с радиусом усреднения, равным 5000м. Плотность опробования составляет 0,5-2 пробы на 1 кв. км. Это обеспечивает достаточную сеть геохимических наблюдений для уверенной идентификации рудных объектов от регионального уровня до среднемасштабного уровня.

В структуре регионального геохимического поля Омчакский РУ объединяет в себе два «исторических» рудных узла – Омчакский и Пионерский (месторождения – Игуменовское, Клин, Родионовское). В пространственной связи с ними были сформированы крупные россыпи золота, подчёркивая масштабность золотоносности и связь с коренной золотоносностью (Рис.1. 39).

1. Рудные месторождения золота: 1-Наталкинмкое, 2-Омчакское, 3-Павлик, 4-Игуменовское, 5-Клин, 6-Родионовское, 7-Школьное.

2. Рудопроявления и точки минерализации золота, россыпи золота (погашенные).

3. Рудопроявления и точки минерализации олова. 4. Рудопроявления и точки минерализации молибдена. 5. Гранитоиды. 6. Вулканиты ОЧВП. 7. Тектонические нарушения. 8. Современный аллювий. 9. Точки отбора геохимических проб. 10. Область проявления ранней молибденовой минерализации.

Рис. 1.39. Схема размещения полезных ископаемых и магматических тел на карте геохимического опробования.

Помимо золота на площади РУ локально проявлена оловянная, молибденовая минерализация и в отдельных точках – вольфрам и серебро, не образующие самостоятельных месторождений.

Геологический субстрат представлен мощной терригенной толщей морских садков триасовой и пермской систем, в которой переслаиваются сланцы, алевролиты, песчаники.

Породы часто содержат в своём составе переменное количество вулканогенного материала. Осадочные толщи дислоцированы в системы складок, преимущественно северо-западной ориентировки. В геохимических полях осадочные породы не находят адекватного отражения. Магматические породы представлены гранитами, гранодиоритами и диоритами, в возрастном диапазоне от верхней юры, до позднего мела.

Алгоритм структурно-геохимического анализа включает в себя построение ГП каждого химического элемента с последующим сравнительным анализом их морфоструктурных особенностей. Сходные морфоструктурные рисунки ГП разных элементов свидетельствуют о прямой (генетической) связи. Морфоструктурные отличия ГП отражает характер динамических и зональных связей между элементами в процессе дифференциации минерального вещества во времени и пространстве. Секущие взаимоотношения структур ГП являются признаком принадлежности к различным структурно-геологическим и временным планам.

Исходя из принципа подобия, в геохимическом поле, отражающем рудный узел, должны быть проявлены структуры, объединяющие рудные поля в единое целое.

Наиболее контрастным свойством, с этой точки зрения, обладает ГП ниобия, область «выноса» в котором, вмещает все известные месторождения в одном районе (Рис. 1.40).

1.Структурно-геохимические границы ядра и фронтальной зоны концентрирования АСГП. 2.

Известные рудные поля. 3. Прогнозируемые рудные поля. 4.Рудопроявления золота. 5. Известные месторождения золота.

Рис. 1.40. Аномальная структура ГП ниобия, золота, ртути и мышьяка Омчакского РУ.

Геохимический тор ниобия (фронтальная зона концентрирования) обрамляет периметр, который может рассматриваться в качестве геохимической аномалии, отражающей Омчакский рудный узел. Поскольку «структуры выноса» в геохимических полях формируются под воздействием источников энергии, следует полагать, что Омчакский рудный узел сформирован в надинтрузивной области над слепым магматическим основанием материнской РМС. Длинная ось АГП ниобия имеет северо западную ориентировку. Также хорошо проявлены северо-восточные блокирующие структуры. Другие структурные направления проявлены фрагментарно.

Иной тип структур формируют геохимические поля ртути, мышьяка и золота, имеющие сходное зонально-волновое строение, обусловленное наличием контрастного «ядра», расположенного внутри геохимических торов каждого элемента и в центре геохимического тора ниобия. Все три элемента в «ядре» системы имеют между собой положительную пространственную связь, указывающую на генетическое родство. В тоже время все три элемента коррелируют между собой отрицательно в области «тора». Отсюда следует, что в ядре и во внешнем обрамлении зонально-волновой структуры ГП существовали кардинально различные условия ореолобразования.

Объяснить столь существенную разницу геохимических обстановок в границах единого структурообразующего процесса можно, приняв гипотезу о циклической смене режимов функционирования диссипирующей ореолобразующей системы. В системе: рудная залежь – рудное поле – рудный узел, каждый таксон является продуктом самостоятельного цикла в общем тренде центробежного типа.

Ядро системы занимает не более 10% от площади рудного узла, что имеет важное диагностическое и прогностическое значение, позволяя эффективно концентрировать поисковые работы в каждом масштабе.

Структурная упорядоченность охватывает практически весь спектр химических элементов, на которые имеются анализы, отражая тотальность ореолобразования в диссипирующей системе. Иллюстрацией могут служить ГП бария и циркония, имеющие сильную отрицательную пространственную связь, которая не объясняется геологическими причинами (оси пликативных дислокаций и глубинных тектонических структур имеют северо-западное простирание) (Рис. 1.41). Совместно эти два элемента образуют динамическую пару, приуроченную к субширотной тектонической системе, но при этом поддерживает структурный мотив, характерный для структур ГП ниобия, золота, ртути и мышьяка. На геологических картах субширотные тектонические структуры сопровождают ОЧВП и расположены почти в 50 км южнее. Отсюда, можно полагать, что масштабные ореолобразующие процессы, в том числе, развивались в связи со становлением вулканогенного пояса, наследуя ортогональную планетарную тектонику.

В ГП бария, помимо симметрии субширотной ориентировки, обнаруживается кольцевая структура, расположенная по центру исследуемой площади, позволяющая прогнозировать слепой магматический выступ, на флангах которого расположены Наталкинское и Пионерское рудно-россыпное поле. Отсюда следует, что геохимические поля части химических элементов сохраняют структурные приоритеты в связи с «рудным»

структурно-геохимическим ансамблем, а часть наследует иные тектонические направления. Однако при этом прослеживаются связующие структурные мотивы, указывая на пространственную преемственность. Следует полагать, что таким образом отражен диссипирующий процесс, начинающий утрачивать связь с первичными таксонами на «стреле времени», а в структурах ГП ряда химических элементов проявляются мотивы общего плана.

Рис. 1.41. Отрицательная корреляция ГП бария и циркония в субширотной тектонической системе.

Молибден и бериллий также образуют структурный ансамбль, с сильной отрицательной связью, но в диагональной тектонической системе (Рис. 1.42).

1. 2. 1. Пространственное положение линейных ограничителей ГП висмута. 2. Векторы энергомассапереноса в ГП молибдена.

Рис. 1.42. Структурно-геохимический ансамбль молибдена, бериллия, марганца и висмута.

Висмут и молибден отрицательно коррелируют между собой, и «встроены» в различные тектонические планы. В структуре ГП висмута хорошо проявлены, как ортогональные, так и диагональные структурные ограничители. ГП марганца имеет структуру подобную ГП молибдена и бериллия, но отрицательно коррелирует с ними обоими. Таким образом, в структурах ГП перечисленных химических элементов отражена планетарная тектоника (ортогональная и диагональная система) в которых, не пересекаясь в пространстве, формировалась многоплановое ГП, наследующее вмещающий структурно-тектонический каркас. Это свидетельствует о формировании ГП в условиях энергетического стресса без существенного участия массапереноса минерального вещества (например, фононный поток, электромагнетизм, вибрации и т.п.).

В качестве иллюстрации детальнее рассмотрим структуру аддитивного геохимического поля молибдена и бериллия, в котором проявлены диагональные структурно геохимические ограничители. Заметно менее проявлены ограничители ортогональной системы (Рис. 1.43). В областях сочленения северо-восточных – блокирующих структур с северо-западной – генеральной, сформированы зонально-волновые концентрические конструкции, с которыми пространственно связаны Наталкинское и Пионерское рудные поля. Эти структуры отличаются не только встречными ореолобразующими потоками, но ядра концентрических структур.

Рис. 1.43. Структура аддитивного ГП бария и бериллия в пределах Омчакского рудного узла.

и зональной связью. На северо-западном фланге сформирована структура, ядро которой сложено бериллием, а на юго-восточном фланге – структура с «молибденовым» ядром. К западной структуре пространственно приурочено Наталкинское рудное поле (Наталкинская АГП), а к восточной структуре – Пионерское рудное поле (Пионерская АГП).

Таким образом, на рассматриваемом иерархическом уровне, проявлены геохимические аномалии, отражающие, как рудные поля, так и рудный узел в динамической связи:

рудный узел – рудные поля. Обе аномалии на уровне РП занимают примерно равные площади. Главным их отличием является степень структурной дифференциации химических элементов. Наталкинская структура имеет более контрастное зонально волновое строение, следовательно, сформировано в более мощном рудообразующем потоке (?). Пионерская АГП также имеет упорядоченную структуру, отражена более продуктивными потоками, но менее дифференцирована (нет контрастного чередования областей «выноса» и «привноса»). Эти ГП отражают области «старта» ореолобразующего процесса на «стреле времени», но не поддерживают морфоструктуру золото-ртутно мышьяковой (рудной) ассоциации и ниобия. Однако первичный энергетический источник, сформировавший иерархию рудных таксонов – один. Таким образом, по мере удаления от места «старта» процесса, структурная упорядоченность постепенно снижается.

Наиболее контрастно она проявлена на уровне рудной залежи, сформированной в центростремительном режиме. На уровне рудной зоны (центробежный режим) структура ГП сохраняет единый «мотив», но структурно-геохимические связи золота с большинством химических элементов становятся опосредованными. На иерархическом уровне рудного узла эта особенность становится более очевидной. Ряд структурно геохимических ансамблей теряет видимую пространственную связь с рудной зоной и рудным полем, создавая видимость хаоса в исследуемой системе. Очевидно, что диссипация последовательно видоизменяет структуру геохимического поля системы, теряя начальную упорядоченность, свойственную более ранним объектам на «стреле времени», но выстраивая другие. По этой причине оказываются неэффективными линейные алгоритмы экстраполяции (в поисковых целях) геохимических данных, когда для целей прогнозирования используется информация, принадлежащая разным таксонам системы.

Рассмотренные особенности структурно-геохимического ансамбля, как по форме, так и по содержанию, не имеют объяснения с детерминистских позиций, но логично укладываются в схему самоорганизации рудообразующей системы (накачка - диссипация - бифуркация).

Насколько возможен, подобный по масштабу и времени, процесс можно косвенно судить по результатам изучения гидрогеодеформационного поля Земли (ГГД поле), мониторинга изменения уровня, электропроводности и температуры подземных вод, необычных температурных аномалий. На основе многолетних наблюдений за поведением подземных вод в периоды сейсмо- геодинамической активизации была открыта новая разновидность геофизического поля – гидрогеодеформационное (ГГД) поле Земли (Гидрогеологический эффект Вартаняна – Куликова, 1982, диплом #273).

Формула открытия гласит: Обнаружены глобально распространенные быстро протекающие пульсационные изменения в гидрогеосфере, обусловленные способностью последней реагировать на изменение напряженного состояния литосферы /3, 4/. Глобально единое поле напряжений чувствительно к сильным возмущениям состояния в любых удаленных точках Земли, что проявляется в регистрируемых специальными методами микро-вариациях поля деформаций.

Наиболее сильные геодинамические события способны менять состояние геологических массивов на больших и очень больших (в тысячи километров) расстояниях от источника возмущения, перестраивать облик поля напряжений-деформаций в пределах обширных (миллионы квадратных километров) ареалов Земли /4/ Данные изменения происходят практически мгновенно (в течение нескольких часов или суток). Сопоставление различных эпизодов быстрой и контрастной (от часа к часу) эволюции регионального деформационного поля свидетельствует об энергетически колоссальных перестроениях состояния геологических толщ, что в свою очередь, должно модулировать различные физические поля. Например, излучения электромагнитной природы /5/. При подготовке даже средних и мелких землетрясений меняется напряженное состояние отдельных блоков литосферы, но и эти перестройки также приводят к возникновению в недрах электромагнитных излучений /29/.

Эволюция деформационного поля отражается в уровненном режиме подземных вод. За время (с 1987 года) ведения мониторинга ГГД поля максимальные подъемы уровней подземных вод наблюдались в период подготовки Спитакского землетрясения.

Тогда за полгода до землетрясения, в течение 3-5 дней уровни подземных вод в наблюдательных скважинах глубиной от 100 до 400 м поднялись на 2-13 метров. Сжатием была охвачена практически вся равнинная часть Краснодарского края. Возникшие в недрах деформации выдавили на поверхность огромное количество подземных вод, затопив ими десятки квадратных километров сельскохозяйственных земель. Проводимые в этот период наблюдения за уровнями подземных вод охватывали толщу геологической среды только до глубин 400 м. Можно представить, какие изменения деформационного плана произошли в недрах на больших глубинах, и как изменилось поле напряжений на глубинах 1, 5, 10 и глубже километров. В статье Манукьяна В. А. /22/ показано, что на Астраханском газоконденсатном месторождении в наблюдательной скважине глубиной 1 000 м наблюдался быстрый подъем давления на 130 атм. Аномальное давление в скважине продержалось в течение 7 суток.

Приведенные примеры свидетельствуют, что в недрах в геодинамически активные периоды происходят быстрые пульсационные деформационные процессы. С 2002 года в Краснодарском крае на постах в наблюдательных скважинах, изучающих опасные природные процессы, была задействована автоматизированная система геомониторинга (АСГМ «ЗЕМЛЯ») /30/. Установлено, что периодически, наблюдаются (практически по всем постам одновременно на глубине и вблизи поверхности) всплески температуры на 0,06 – 0,080С в течение 10 – 20 минут. Частота таких всплесков увеличивается в периоды геодинамической активности в регионе и, соответственно, при увеличении сейсмической активности Кавказа и Причерноморья. При формировании очага будущего, даже мелкого, землетрясения вблизи наблюдательного поста всплески температуры учащаются и имеют прогностический характер.


Непосредственно перед самым толчком появляются аномальные изменения в электропроводности подземных вод. Чаще и более выражено такие всплески температуры наблюдались на постах, расположенных в горной части Краснодарского края и в глубоких скважинах Периодическое изменение температурного режима в недрах, воды в скважинах и реках свидетельствует о существовании в природе механизма кратковременного воздействия на хаотичное движение атомов, что приводит к повышению температуры вещества, включающего в себя эти атомы. Поскольку «…мерилом температуры является не само движение, а хаотичность этого движения» (П. Л. Капица). Возмущающим фактором, могут являться электромагнитные волны различной частоты, в том числе и сверхвысокочастотные, образующиеся при смене напряженного состояния недр, разрушении пород с развитием систем трещин при формировании очага будущего землетрясения. Величина разогрева геологической среды (подземных вод) зависит от энергетических характеристик электромагнитных волн и при наших измерениях не превышала 0,1 – 0,150С. Однако, при определенных условиях (резонанс, сверхвысокочастотные электромагнитные волны и т.п.) ничто не мешает возбудить движение атомов до более высоких скоростей и разогреть недра до высоких температур.

Об этом свидетельствуют реальные наблюдения в Краснодарском крае. По заявлению местного жителя об аномальном разогреве (1983 год), температура в надворном колодце на момент замера температуры составила 250С, при обычной – 13 150С. При прикосновении к стене дома ощущалась довольно сильная вибрация. Вначале стена казалась холодной, а затем руку обжигало. По составу вода соответствовала составу местных грунтовых вод. В 2012 году, в районе г. Темрюк, отмечен резкий подъём грунтовых вод с затоплением пересохших озёр и экстремальным повышением температуры до 40°С на площади, как минимум 4*4 км. Температурные скачки в колодцах и скважинах развивались в связи с напряжениями ГГД поля и последующими землетрясениями. Так с июня 1988 года в Краснодарском крае наблюдалось сильное сжатие территории, связанное с подготовкой Спитакского землетрясения, происшедшего в Армении 7 декабря 1988 года. Сжатие сопровождалось оползневой активностью, взрывами грязевых вулканов на Таманском полуострове, подъемом уровней подземных вод до 3-15 м и подтоплением и затоплением значительных территорий (до 10 км 2) в равнинной части края /14,15/. Отсюда следует, что в земной коре при геодинамической активизации, как правило, заканчивающейся крупными землетрясениями, единовременно на больших территориях резко изменяется напряженное состояние среды, активизируется движение флюидов, возникает дополнительный выброс энергии в виде электромагнитных волн, в том числе высокой частоты. Эта дополнительная энергия может влиять на геологические процессы, протекающие в земной коре (например, метаморфизм, без корневой магматизм и т.п.). В условиях высоких температур и давлений поступление дополнительной энергии при прохождении электромагнитных волн через зону неустойчивого фазового равновесия и изменение давлений может запустить процесс минерального и структурного изменения горных пород.

Такие изменения часто не поддаются визуализации. На геологической карте, охватывающей площадь рудного узла, практически не находят адекватного отражения поперечные северо-восточные и субмеридиональные контролирующие тектонические структуры, отчётливо проявленные в ГП почти всех химических элементов и в геофизических полях. В то же время их значение для минерагенического районирования не вызывает сомнений. Таким образом, формальные средства геологического картирования и металлогенического районирования не позволяют воссоздать структурно тектоническую основу рудообразующих процессов. Поэтому минерагеническое картирование (металлогеническое районирование) может быть выполнено и эффективно решать практические задачи только на основе структурно-геохимического анализа.

Важный прагматический аспект структурно-геохимического анализа, заключается в оценке прогнозных ресурсов минерального сырья. По всей видимости, главное значение для сравнительной количественной оценки АГП имеет мощность энергетического воздействия, о котором косвенно можно судить по степени дифференциации ГП того или иного химического элемента и площади проявления такой дифференциации. Например, в структуре ГП марганца, область «выноса» в связи с Наталкинской АГП заметно превышает область выноса марганца, связанного с Пионерской структурой. Это может означать, что для формирования Наталкинской АГП была затрачена относительно больше энергии, вызвавшей более интенсивное перераспределение химических элементов. Однако следует оговориться, что аналогичная структурная картина может быть обусловлена различным эрозионным срезом. В ядре «центробежной» структуры ГП видимое энергетическое воздействие на окружающую среду будет более значительным, чем на периферии, в верхнерудном или нижнерудном вскрытии системы. Понятно, что от того или иного сценария интерпретации геохимических данных зависит точность оценки прогнозных ресурсов искомого оруденения. Тем не менее, области тотального перераспределения химических элементов, и фрактальная структура ГП, указывают на места приложения максимумов рудообразующей энергии и пространственной позиции искомых рудных объектов. Ясное представление о пространственных границах золоторудного узла и положения в нём локальных ореолов золота, отражающих искомые рудные объекты на уровне рудных полей, открывают путь для исчерпывающего локального прогноза золотоносности на исследуемой площади (Рис. 1.44).

1. Глубинные тектонические нарушения.. 2. Гранитоидное ядро РМС и направление восстания. 3. Главные оси центробежной геохимической зональности. 4. Векторы центробежного энергомассапереноса Омчакской РМС. 5 Граница Омчакского рудного узла в ГП ниобия. 6. Золоторудные поля в составе Омчакского рудного узла.

Рис. 1.44. Принципиальная схема строения Омчакского РУ.

Строение ядра Омчакской РМС обусловлено рельефом кровли гранитоидного основания. К трём выступам магматического основания приурочены АГП подчинённой размерности, отражающие три рудных поля. Центральную позицию занимает Безыменное рудное поле, расположенное в узле пересечения ортогональной и диагональной тектонической системы. Два других рудных поля симметрично расположены на северо-западном и юго-восточном флангах ядра системы. Следует отметить, что такое же строение имеет Наталкинское рудное поле, отражая принцип подобия. Критерием первичной разбраковки литохимических ореолов золота по перспективности служит принадлежность оцениваемого ореола к ядру или геохимическому тору. С этих позиций индикативное значение имеют ореолы золота, мышьяка и ртути, расположенные в ядре системы, отражающие известные и ещё не изученные рудные поля. Серия рудопроявлений золота во фронтальной зоне концентрирования не имеет практического значения. Разбраковка золотых ореолов на ранней поисковой стадии имеет большое значение, т. к. позволяет обосновать заключение о «безрудности» прилегающих к разведанным месторождениям площадям и отказ от заверок многочисленных мелких, но контрастных ореолов золота, которые обычно выполняются в надежде выйти на слепое и скрытое промышленное оруденение.

Известные рудные поля – Омчакское и Пионерское нашли адекватное отражение в ГП золота. Оба они расположены в ядре системы, но принадлежат разным «рудообразующим очагам». Омчакская РМС погружается в северо-западном направлении, на что указывает высокая продуктивность ГП надрудной ртути в северо западном обрамлении рудного узла. По всей видимости, магматическое ядро РМС выклинивается по восстанию и его энергетический потенциал убывает в этом же направлении. Очевидно, по этой причине «геохимический тор» марганца имеет большие размеры на северо-западном фланге РМС. Аналогичные выводы были сделаны в результате структурно-геохимического анализа ГП породообразующих химических элементов. Тем не менее, в этой ситуации возникает проблема разбраковки выделенных аномалий по перспективности. Если абстрагироваться от ретроспективной информации, то выбор лучшего рудного объекта не имеет однозначно решения на имеющейся информационной основе. Крупный, но менее эродированный объект может сопровождаться слабоконтрастными ореолами золота, а средний или мелкий объект, глубоко вскрытый эрозией, будет отражен более контрастно, но в структуре ГП меньшего размера. Для надёжной разбраковки АГП, выявленной на основе структурно геохимического анализа, необходимо провести детальные поиски (лучше по первичным литохимическим ореолам) на локализованных аномалиях.

Как было отмечено ранее, магматическое основание РМС имеет неоднородное строение, обусловленное наличием магматических «выступов», к которым и приурочены рудные поля. Поэтому на этих участках следует прогнозировать наиболее продуктивное и доступное золотое оруденение. С этих позиций рудные поля в пределах Омчакского рудного узла можно условно ранжировать в следующем порядке:

Омчакское РП Пионерское РП Безымянное РП Пионерское рудное поле изучено фрагментарно и в пределах части его, примыкающей к фронтальной зоне, т.е. наименее перспективной. Остальная площадь РП не изучена.

Структурно-геохимическим критерием локализации рудных объектов служат совмещённые ГП золота, ртути и мышьяка при условии расположения их в «ядре»


«геохимического тора», отражающего естественную границу Омчакского РУ и, которая, может служить пространственным обоснованием для оценки локализованных прогнозных ресурсов категории Р3.

Количественная оценка прогнозных ресурсов золота Омчакского РУ может быть выполнена по методу аналогии. Универсальное значение может иметь площадь РУ, физические размеры которого пропорциональны энергозатратам. Однако Омчакский РУ является объектом Мирового уровня по запасам золота (более 2000 тонн учтённых запасов на 1/3 площади) и у автора нет сопоставимой информации по объектам такого размера. Тем не менее, в пределах рудного узла, сопоставимыми параметрами, в силу принципа подобия, обладает Пионерское рудное поле. Меньшее значение имеет Безыменное РП, расположенное в центральной части РУ, в которой прогнозируется максимум энергетического поступления от магматического ядра РМС и отгонка рудного вещества на фланги системы. Поэтому оценка локализованных ресурсов категории Р3 в пределах рудного узла будет составлять n*1000 тонн золота, где «n» может изменяться от более 2-х, до 4-х. Столь широкий разброс значений множителя объясняется несовершенством современных геологических знаний в части реального представления об энергомассаобмене в иерархической рудообразующей системе.

Таким образом, в результате структурно-геохимического анализа обнаруживается фрактальная структура геохимического поля на четырёх сопряженных иерархических уровнях организации минерального вещества: рудная залежь – рудная зона (месторождение) – рудное поле – рудный узел. На каждой эволюционной ступени наблюдается поразительное структурное сходство, что не может объясняться случайным совпадением. Отсюда следует вывод, что эволюция рудообразующей системы приводит к устойчивым конечным формам в циклическом процессе. Следовательно, структурно морфологические признаки АГП могут быть использованы для локализации и прогнозирования искомого оруденения. Ореолобразующая система эволюционирует необратимо и одновременно, на сопряженных иерархических ступенях, а «стрела времени» диссипирующей системы направлена от области с максимальным приложением энергии на периферию. В основе образования иерархии геохимических полей лежит циклический самоорганизующийся процесс диссипации, который на каждой ступени эволюции сопровождается энергетической накачкой с последующим насыщением и перестройкой системы (бифуркацией). Этим не исчерпываются все возможные механизмы ореолобразования, но указывает основной причинно следственный путь эволюции ГП. П. Горяинов рассматривает в качестве действенных механизмов рудообразования автоволны, автокатализ, автоколебания и др., которые также могут лежать в основе формирования структур ГП на различных иерархических уровнях. Научный анализ проблемы в этой области требует специальных исследований, выходящих за рамки настоящей работы.

Эффективность разбраковки геохимического поля структурно-геохимическим методом может быть проиллюстрирована сокращением объёма перспективных площадей в каждом из рассмотренных масштабов. Среднемасштабные геохимические поиски, проведённые на площади около 4000 кв. км, на которой проявлены «золотые»

потоки, привели к локализации перспективной площади до 350 кв. км, с ресурсами n*1000 тонн золота. Детальные поиски в пределах Наталкинского РП на площади 100 кв.

км, привели к локализации двух групп месторождений на площадях, около 15 и 10 кв. км, каждая, на которых ресурсы золота были переведены в запасы в количестве n*1000 тонн.

Помимо этого, установлены естественные границы рудных объектов, которые лежат в обосновании полноты поисковой изученности (разведанности) и обосновании прогнозных оценок локализованных ресурсов всех категорий.

В структурно-геохимическом моделировании минимизирована виртуальная компонента, составляющая основу традиционных моделей геохимической зональности и моделей рудообразования, больше зависящих от авторитетности той или иной геологической школы, чем от реального познания.

Геохимическое строение рудного района.

Дальнейшие исследования структуры геохимического поля приводят к металлогеническому объекту получившего название Сусуман-Тенькинский Рудный Район (РР). Для структурного анализа ГП рудного района также использована база данных по потокам рассеяния, но рассмотренная в соответствующем масштабе. С точки зрения рассматриваемой методологии, в силу принципа подобия, следует ожидать, что металлогенический объект в ранге РР сформирован в границах соответствующей рудно магматической системы. Только энергия, породившая магматизм и дальнейшую трансформацию вещества, может рассматриваться в качестве энергетического «ядра»

РМС соответствующего иерархического уровня. По масштабу проявления к подобным явлениям относятся нижнемеловые гранитные массивы широко распространенные в районе рудной и россыпной золотоносности, примыкающей к Омчакскому рудному узлу.

Район исследования, в геолого-структурном отношении, характеризуется мощным осадочным чехлом терригенно-вулканогенных пород, преимущественно пермской и триасовой системы, интрудированных многочисленными гранитными массивами, главным образом, мелового возраста. На юге территории выходят на дневную поверхность меловые вулканогенные породы ОЧВП с комплексом интрузивных тел. На северном фланге развиты терригенные породы юрского возраста. (Рис.

1.45).

1. Гранитоидные массивы;

2. Вулканогенные породы ОЧВП;

3. Разрывные тектонические структуры.

Рис. 1.45. Схематическая карта размещения магматических и вулканогенных пород на площади Сусуман-Тенькинского рудного района.

Осадочные породы дислоцированы в крупные синклинальные и антиклинальные структуры северо-западного простирания. Среди широко развитых тектонических нарушений разных масштабов на геологической карте преобладают соскладчатые северо западного простирания и менее проявленные – северо-восточного простирания. На юге территории, в обрамлении ОЧВП прослеживается серия нарушений широтной ориентировки.

Среди полезных ископаемых известных в районе резко преобладает золото (рудное и россыпное). На юге и востоке площади относительно широко распространены мелкие месторождения олова и рудопроявления серебра, тяготеющие к ОЧВП (Рис. 1.46).

В последние годы разведано крупнейшее в Мире – Наталкинское золоторудное месторождение, крупное Дегдеканское и Павликовское месторождения, мелкие и средние объекты – Игуменовское, Родионовское, Школьное, Ветренское, Светлое, Штурмовское и др. В прошлом веке были отработаны уникальные россыпные месторождения золота не имеющие аналогов в Мире по запасам и продуктивности на единицу площади.

1. Рудные месторождения и рудопроявления золота.

2. Россыпные месторождения золота (погашенные).

3. Мелкие месторождения и проявления серебра.

4. Мелкие месторождения и проявления олова.

5. Интрузивные тела.

Рис. 1.46. Схематическая карта полезных ископаемых Сусуман-Тенькинского рудного района.

Наличие разнообразных коренных и россыпных месторождений на локальной территории, хорошая геологическая и поисковая изученность, наличие известных рудных месторождений разных масштабов, представляют уникальный материал для оценки разрешающей способности геохимической поисковой системы и оценки соответствия поисковых моделей фактическому материалу. Рассматривая размещение рудных и россыпных месторождений всех минеральных видов на площади РР нетрудно увидеть, что они пространственно связаны с интрузивными телами, буквально обрамляя их по периметру. При этом россыпные месторождения золота тяготеют к северной части площади, а большинство известных коренных месторождений расположены в центре.

Оловянные и серебряные объекты пространственно тяготеют к структурам ОЧВП на южном фланге территории.

В результате структурно-геохимического анализа результатов площадных геохимических поисков по потокам рассеяния, относительно равномерно освещающих всю территорию, построена модель, которая позволяет локализовать иерархический таксон в ранге Рудного Района, оценить структурообразующие факторы ГП и объяснить взаимосвязь рудных и россыпных компонентов рудообразующей системы. Анализ выполнен на не нормированных геохимических данных, т. к. автор, в этом разделе не использует цифровые аддитивные показатели, а исходная база достаточно однородна.

Общее представление о структуре поля, отражающего рудный район, иллюстрирует аддитивная карта структурных ограничителей ГП широкого круга элементов. Среди них имеются представители всех геохимических групп (сидерофильные, халькофильные и литофильные), как рудных, так и породообразующих элементов:

Au+Co+Ni+Be+V+Pb+Cu+Mo+As+Mn+Cr+Zn+Hg+Ba+Li+Sn+Sr+Nb+Ge+W.

Технология построения аддитивной карты включает в себя создание моноэлементных структурных карт, с последующим графическим суммированием структурных ограничителей ГП. Совмещенные дуговые и линейные границы геохимических полей различных элементов группируются на участках с одинаковыми приоритетами, обусловленными внешним энергетическим воздействием. В результате, в аддитивном поле ограничителей ГП, проявились главные структурообразующие направления. Среди них наиболее отчётливо видна ортогональная тектоническая система, несколько менее проявлена диагональная тектоническая система, и кольцевая конструкция в центральной части площади (Рис. 1.47). В центре кольцевой конструкции расположена компактная группа гранитоидных массивов, вокруг которых концентрируются рудные и россыпные месторождения золота. Кольцевая структура геохимического поля служит обоснованием для локализации металлогенического таксона в ранге рудного района.

1. Гранитоидные тела. 2. Кровля магматического основания РМС близповерхностного залегания. 3. Вулканиты ОЧВП. 4. Структурные ограничители геохимических полей.

Рис. 1.47. Карта совмещенных структурных границ геохимических полей.

Структурный рисунок аддитивного ГП корреспондирует с полем силы тяжести, подтверждая объективность структурно-геохимических построений (Рис. 1.47, 1.48). В строении поля силы тяжести также имеет место кольцевая структура и локальные аномалии в связи с интрузивными телами и вулканитами ОЧВП. Обращает на себя внимание совпадение структурных границ поля силы тяжести и границ аддитивного ГП.

Отсюда следует вывод о едином источнике эндогенной энергии, сформировавшем структурный мотив поля силы тяжести и структурные мотивы регионального геохимического поля. Отсюда можно сделать вывод о том, что самый широкий круг химических элементов участвует в рудообразующем процессе, отражая тотальное преобразование геохимического поля в рамках энергетического потока – перколяционного кластера /19/. Естественно, что энергия протекания представляет собой векторное поле, градиент которого убывает от места максимального приложения к периферии, формируя центробежный тип металлогенической зональности.

Рис. 1.48. Карта поля силы тяжести Сусуман-Тенькинского рудного района.

Перколяционный кластер, по-видимому, сформирован в воздымающемся потоке энергии, наподобие плюмов, о чём свидетельствует кольцевая структура аддитивного ГП.

Рассмотрим некоторые детали внутреннего строения структурно-геохимического ансамбля, отражающего рудный район. Геохимические поля золота и мышьяка образуют структуры, максимумы концентраций которых имеют сильную отрицательную связь на всей исследованной площади, а структурный мотив подчинён одному плану (Рис.

1.49). Такая связь этих элементов в ГП, кажется странной, учитывая тесный парагенезис золота и мышьяка в золоторудных объектах на уровне рудных тел. Очевидно, что в диссипирующей системе трансформация минерального вещества приводит к кардинальному разделению его продуктов. В ядре структурно-геохимического ансамбля золота и мышьяка расположен гранитоидный массив «Мираж», который является центром структурной симметрии. На локальном уровне ореолы золота обрамляют интрузивы, выходящие на дневную поверхность, что является свидетельством, либо избирательной концентрации золота вне магматических тел, либо в связи с отгонкой золотоносных флюидов от интрузий. Второе соображение имеет больше оснований, в том числе, в связи с характером пространственного размещения россыпных и золоторудных объектов, которые хорошо корреспондируют со структурой ГП золота и окружают интрузии. Минимумы концентраций золота и мышьяка тяготеют к области ОЧВП и его экзоконтакту.

Условные обозначения к рис. 1.49 - 1.51: 1. Тектонические нарушения. 2.Структурно геохимические ограничители 3. Гранитные интрузии группы «Мираж». 4. Область сочленения глубинных нарушений ортогональной тектонической системы.

Рис. 1.49. Отражение Сусуман-Тенькинского рудного района в структурах ГП золота и мышьяка.

Мышьяк, по отношению к магматическим телам ведёт себя двойственно. В области, приуроченной к сочленению меридиональных и широтных зон тектонических нарушений (выделено красным пунктиром на рис. 1.49), имеет место отрицательная пространственная связь ГП мышьяка с гранитоидными телами, а на флангах мышьяк пространственно ассоциирован с магматическими телами. Указанные взаимоотношения не связаны с вещественным составом и возрастом гранитов. Отсюда следует, что ГП мышьяка формировалось под воздействием эндогенной энергии, которая также сформировала и магматические тела. В более нагретом ядре системы мышьяк вынесен за пределы интрузий, а на периферии накладывается на них. Пространственная связь ГП золота, мышьяка и интрузивных тел указывает на принадлежность их к единой рудно магматической системе.

Геохимические поля серебра и олова положительно коррелируют между собой и имеют тесную пространственную отрицательную связь с ГП золота, что свидетельствует о проявлении геохимической зональности, с одной стороны и о принадлежности этих элементов Сусуман-Тенькинской РМС, с другой (Рис. 1.50). В свою очередь ГП олова демонстрирует прямую пространственную связь с большинством магматических тел и отрицательную связь с локальной группой интрузий в центре площади («Мираж»). По составу и возрасту эти интрузивы относятся к одному магматическому комплексу, но занимают различное структурное позицию и положение в РМС. Группу тел «Мираж»

контролируют глубинные тектонические нарушения северо-западного простирания в ядре антиклинория, а прочие интрузивы принадлежат субмеридиональной тектонической системе и залегают среди пород более молодого возраста.

Рис. 1.50. Отражение Сусуман-Тенькинской РМС в структурах ГП серебра и олова.

По всей видимости, имеет место и различный эрозионный срез. Слабо эродированные и слепые интрузивные тела несут оловянную минерализацию в кровле и над кровлей, что характерно для олова. В условиях значительного эрозионного среза олово сохраняется в боках интрузивных тел. В геохимическом поле олова отражена цепочечно-островная структура меридиональной ориентировки, в блоках с различным эрозионным срезом.

Наименее эродирован Южный блок, в котором магматические тела имеют преимущественно слепое залегание. Средний уровень эрозионного вскрытия имеет Северный блок. Наиболее сильно эродирован Центральный блок. Южный блок, примыкающий к ОЧВП, имеет серебряно-оловянную геохимическую специализацию. В пределах блока на дневную поверхность выходят мелкие интрузии нижнемелового возраста. В западном и восточном направлениях от Южного блока, вдоль субширотных структур, сопровождающих ОЧВП, развиваются оловоносные интрузивы. В Центральном блоке ГП олова образует «геохимический тор» относительно магматического ядра, свидетельствующий о «центробежном» типе зональности. В Северном блоке ГП олова накладывается непосредственно на магматические тела, свидетельствуя о малом эрозионном срезе. Таким образом, в структуре ГП олова отражена горизонтальная и вертикальная геохимическая зональность.

В Центральном блоке геохимический тор серебра вытянут в северо-западном направлении, указывая на соответствующую структурную позицию. В Южном блоке серебро концентрируется над невскрытым магматическим основанием в границах меридионального тектонического направления.

Блоковая структура ГП рудно-магматической системы, наиболее полно отражена в аддитивном поле: Ag + Cu + Mo (Рис. 1.51). В структуре аддитивного ГП преобладает генеральное меридиональное направление, контролирующее магматизм в границах РМС.

Дуговые и кольцевые ограничители локализуют структурно-геохимические блоки.

Рис. 1.51. Блоковая структура аддитивного ГП серебра, меди и молибдена.

Таким образом, структурная неоднородность ГП рудного района вызвана энергетическим потоком, в котором сформированы магматические тела и геохимическое поле.

Известные золоторудные месторождения и россыпи золота размещены в Центральном и Северном блоках РМС. На южном контакте Центрального блока сформирован Омчакский рудный узел. В Северном блоке, в надинтрузивной области с субгоризонтальным залеганием магматического основания, сформированы пластовые (рудные метасоматиты) и жильные месторождения золотокварцевой формации с крупным золотом, образовавшие уникальные россыпи /12/. На западном фланге Центрального блока РМС, в области пологого погружения, сформированы Дегдеканский и Токичанский рудные узлы (золото-сульфидная и золотокварцевая формация в крутопадающих телах). На восточном фланге центрального блока в области более крутого, чем на западном фланге залегания, размещены Пионерский, Чалбыканский и Детринский РУ (золотокварцевая формация в крутопадающих телах). Отсюда следует полагать, что определяющим фактором морфогенетического разнообразия золоторудных месторождений в Сусуман-Тенькинском РР выступает градиентное поле рудообразующей энергии, вариации которого обусловлены пространственным положением источника магма- и рудообразующей энергии. Максимумы энергетического воздействия приурочены к узлам сочленения меридиональной тектонической структуры с широтными, обрамляющими ОЧВП, и северо-западными, определяющими генеральный структурный план мезозоид. Металлогеническая специализация обусловлена сонахождением в границах выделенных блоков РМС золота, серебра, олова и молибдена. Серебро и олово тяготеют к структурам, обрамляющим ОЧВП, а золото – к перивулканической области.

В рассмотренном масштабе уже практически потеряна структурная связь между геохимическими полями, отражающими рудные узлы и рудный район, вследствие диссипации энергии и вещества. Поэтому количественная оценка металлоносности может быть дана в рамках нелокализованных ресурсов категории Р3.

Прогнозная оценка ресурсного потенциала золота (другие металлы в настоящей работе не рассматриваются) на рассматриваемом иерархическом уровне может быть сведена к ранжированию локализованных в виде блоков РМС, аномалий ГП. Области структурной упорядоченности регионального ГП являются признаками полнопроявленного процесса рудообразования и критерием локализации геохимической аномалии. С этой точки зрения наибольшие перспективы связаны с Центральным и Северным блоками. Запасы (С1+С2) и ресурсы (Р1+Р2+Р3) золота в Центральном блоке, составляют n*1000 тонн, где «n» имеет значение более 4-х. Близким ресурсным потенциалом обладает Северный блок, в пределах которого были сосредоточены богатейшие россыпи золота и до сего времени не обнаружены адекватные коренные источники. Однако материалы последних лет указывают на то, что рудным источником Чай-Юрьинской россыпи (отработано более 200 тонн россыпного золота) являются субгоризонтальные золоторудные метасоматиты, сформированные над пологой кровлей магматического основания /16/. Южный блок не перспективен на рудное золото. Для него характерно наименее упорядоченное строение и малопродуктивная оловянно-серебряная геохимическая специализация.



Pages:     | 1 || 3 | 4 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.