авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 ||

«На правах рукописи Григоров Сергей Александрович СТРУКТУРНАЯ ГЕОХИМИЯ Краснодар-Москва 2013 ...»

-- [ Страница 4 ] --

На площади распространено оруденение золотокварцевой формации, которое рассматривается в качестве основного поставщика россыпных месторождений. Однако заметные месторождения золота на площади листа не установлены при относительно широком распространении рудопроявлений и точек минерализации. Территория привлекает внимание исследователей и инвесторов в связи с крупным медно порфировым месторождением «Песчанка» и перспективами на медь и золото в перивулканической области ОЧВП.

Геохимические поиски по потокам рассеяния проведены в масштабе 1:200 000 по стандартной методике. Общая структурно-геохимическая позиция на исследуемой территории отражена в геохимических полях элементов, наследующих различные структурные планы и обладающих полярными свойствами в структуре региональной геохимической зональности. Такими свойствами обладают марганец, свинец, мышьяк и хром. Все эти элементы, между собой, имеют контрастную отрицательную корреляцию, подчиняясь одному структурному мотиву (Рис.3.2). Структурно-геохимические ограничители принадлежат диагональной и ортогональной системе, что согласуется с тектоническими границами, выявленными в результате геологического картирования территории. ГП марганца структурировано под влиянием северо-западных дуговых элементов, уходящих за пределы рассматриваемой площади, но, которые координируют с региональными структурными элементами на листе Q-58 (с. Б. Анюй) масштаба 1: 000 000. В структуре ГП марганца диагональные направления определяют общий структурный мотив и имеют примерно равное представительство. Кольцевые структуры подчинённого уровня, встроены в региональное ГП марганца. Геохимическое поле свинца «вложено» в структуру ГП марганца и занимает свободные пространства в виде островных ареалов. В структуре «свинца» преобладает контролирующее влияние северо западной ориентировки. Геохимические поля марганца и свинца (по направлениям диагональной тектонической системы), разделены на блоки, в каждом из которых векторы структурно-геохимической симметрии диаметрально противоположны. В ГП свинца северо-западная островная конструкция пространственно совпадает с Баимским рудным узлом, а юго-восточная - корреспондирует Эргунейскому рудному узлу.

Геохимическое поле мышьяка сформировано островными ареалами под влиянием северо-восточного структурного направления. «Мышьяк» имеет сильную отрицательную связь с марганцем, но единый структурный мотив. В северо-восточном направлении ГП мышьяка резко блокируется поперечной структурой северо-западной ориентировки. Её продолжение отражено островными зонально-волновыми структурами ГП в системе: Mn – As. Геохимическое поле хрома контролируется ортогональной тектонической системой, но, вместе с тем отрицательно коррелирует с марганцем, свинцом и мышьяком не образуя секущих взаимоотношений. Оно тесно ассоциировано с гипербазитами на дневной поверхности и есть все основания полагать, что конструкция широтной ориентировки на южном фланге отражает слепое тело гипербазитов в широтной тектонической системе. Северо-западное направление в структуре ГП хрома проявлено крайне слабо.

Учитывая, что все элементы, кроме хрома, не корреспондируют с литологическими разностями вмещающих пород, следует признать их наложенный характер и принадлежность к единому региональному процессу. Подобные структурные взаимоотношения между «рудными» и «породообразующими» химическими элементами прямо указывают на одновременность формирования структурно геохимического ансамбля. Структурная неоднородность аддитивного ГП обусловлена блокирующим влиянием диагональной системы ограничителей. Область их сочленения совпадает с центром «листа», разделяя его примерно на четыре равных блока. В каждом из блоков сформированы концентрически-зональные структуры ГП. Свинцово марганцевая геохимическая ассоциация тяготеет к «диагонали» северо-западной ориентировки, а мышьяково-марганцевая к «диагонали» северо-восточной ориентировки.

Условные обозначения к рис.

3.2 – 3.7.

Структурные элементы, на которые направлены акценты в тексте.

Структурно-геохимические границы: 1 2 1.установленные. – 2.предполагаемые.

- направление энергомассапереноса.

область экстраполяции ГП.

Рис. 3.2. Структуры геохимических полей Mn, Pb, As, Cr c отрицательной взаимной корреляцией.

В совокупности, эти четыре элемента заполняют почти всё пространство исследуемой территории, но не образуют секущих взаимоотношений (Рис. 3.3).

Рис. 3.3. Структура аддитивного геохимического поля марганца, хрома, мышьяка и свинца.

Геохимические поля других химических элементов дополняют и уточняют строение регионального ГП, раскрывая особенности ореолобразования на исследуемой площади.

ГП лития, золота, серебра и никеля образуют структурный ансамбль с аналогичным структурным мотивом (Рис. 3.5, 3.6). Все элементы между собой имеют отрицательную пространственную связь, образуя структурно-геохимический ансамбль по типу пазлов, заполняя всю площадь листа. ГП наследуют диагональную контролирующую систему и гармонично согласуются с рассмотренными выше элементами, за исключением никеля, пространственно совмещённого с хромом. Золото преимущественно наследует северо западную тектоническую структуру при влиянии меридиональной системы, а никель меридиональную структуру и фрагменты северо-западного направления. Оба элемента поддерживают единый структурный мотив и тесную пространственную связь, с ультрабазитовым магматизмом. Обращает на себя внимание связь девонских вулканитов с наиболее продуктивным фрагментом ГП золота в юго-восточном блоке. В тоже время, этот фрагмент является фронтальной частью концентрической композиции, расположенной на юго-западном фланге территории. Золото и серебро положительно коррелируют между собой, характеризуя генетическое родство, но максимумы содержаний в пространстве не совпадают. В целом, литий, серебро и золото формируют структурно-геохимическую композицию под энергетическим воздействием гипербазитового интрузивного магматизма, отраженного в ГП никеля. Геохимические поля меди, молибдена имеют аналогичный структурный мотив (Рис. 3.6). С одной стороны эти элементы проявляют структурное подобие, а с другой – максимумы их концентраций смещены относительно друг друга, отражая геохимическую зональность, характерную для этих элементов. ГП меди и молибдена разделены блокирующими структурами на четыре сектора. В трёх секторах медь и молибден образуют локальные поля, отражающие Баимский, Эргунейский и Юго западный рудные узлы, каждый из которых имеет свои особенности. Баимская и Эргунейская структуры ГП расположены в тектонической системе северо-западной ориентировки и имеют сходное строение и близкие пространственные размеры. На юго западном фланге площади, ГП меди и молибдена образуют зонально-волновую структуру, занимают большую площадь, но обладающую меньшей продуктивностью. Оба элемента формируют самостоятельные концентрические структуры, смещенные по широтному направлению, добавляя ещё один элемент структурного контроля, обусловленного влиянием контролирующей тектонической системы.

В северо-восточном секторе молибден и медь отсутствуют, но в нём размещены контрастные кольцевые структуры марганца и титана, свидетельствующие о наличии энергетического центра, с которым может быть связан глубоко залегающий рудный объект.

В совокупности с золотом, серебром и другими элементами медь и молибден образуют концентрически-волновые структуры, что позволяет идентифицировать их как аномалии геохимического поля, отражающие полиформационное оруденение. Понятно, что концентрические структуры геохимических полей сформированы в результате энергомассапереноса центробежного типа в процессе энергетической накачки.

Магматические интрузии различного состава являются центрами, отражающими максимумы энергетического воздействия, вызвавшего пространственную дифференциацию минерального вещества, что видно на примере ГП бериллия, которое гармонично корреспондирует с ГП всех выше рассмотренных химических элементов (Рис. 3.8).

Геохимическое поле бериллия образует геохимические торы вокруг интрузий, следовательно, и в надинтрузивной области. Поэтому кольцевая структура ГП бериллия на северо-восточном фланге площади отражает мало эродированную систему, рудное ядро которой не выведено на дневную поверхность. Магматические центры локализованы в ранее выделенных блоках. Наиболее крупное скопление интрузий имеет место в северо западном секторе, с которым пространственно ассоциирован Баимский рудный узел. На втором месте по интенсивности магматизма на поверхности, находится юго-восточный сектор, пространственно ассоциированный с Эргунейским рудным узлом. В юго-западном секторе размещены мелкие разрозненные магматические тела, пространственно ассоциированные с ГП в этом блоке.

Рис. 3.4. Структура геохимической зональности ГП лития и серебра.

Рис. 3.5. Структура ГП золота и никеля.

Рис. 3.6. Структура ГП меди и молибдена.

Рис. 3.7. Структура ГП цинка и титана.

1. Гипербазиты. 2. Интрузии разного состава и возраста.

Рис. 3.8. Пространственная связь магматических тел с ГП бериллия.

В северо-восточном секторе магматизм проявлен менее всего, но концентрические структуры ГП титана и других химических элементов указывают наличие глубинного магматического центра (Рис. 3.7).

Таким образом, на исследованной площади, локализованы рудные объекты в ранге рудных узлов, объединённые общностью ореолобразующего процесса. По совокупности структурно-геохимических признаков исследуемая территория блокируется по тектоническим разломам диагональной и ортогональной систем. Глубинные разломы разделяют территорию на секторы (блоки), в каждом из которых размещены аномалии геохимических полей, отражающих рудные узлы с полиформационным золотым и медным оруденением (Рис. 3.9).

1. Западный структурно-геохимический блок ортогональной системы (I), 2. Восточный структурно геохимический блок ортогональной системы (II). 3.

Глубинный субмеридиональный разлом, выполненный гипербазитами. 4. Диагональные системы блокирующих и контролирующих тектонических нарушений 5.

Структурно-геохимические аномалии диагональной системы: 1-Баимский, 2-Эргунейский, 3-Юго-западный, 4 Северо-восточный, 6. Векторы склонения магматического основания РМС.

Рис. 3.9. Схема минерагенического районирования листа Q-58-XV-XVI.

Наиболее крупный субмеридиональный разлом, разделяющий площадь на два блока в ортогональной системе, выполнен гипербазитами и мелкими интрузиями диоритового ряда, которые являются частью региональной РМС, выходящей за пределы исследуемой территории. Ранжированный по перспективности на медное оруденение ряд геохимических полей, основанный на приоритете размеров и продуктивности аномалий, имеет вид:

Баимская АГП Эргунейская АГП Ю.Западная АГП С. Восточная АГП.

Практическое значение имеют первые три аномалии – Баимская и Эргунейская АГП, с умеренным эрозионным срезом и Юго-Западная АГП, с верхнерудным и надрудным срезом. Другая трактовка может быть аргументирована различной мощностью энергетической накачки, что не меняет сути прогноза.

Проявления золотого оруденения связаны с Западным ортогональным блоком.

Баимская АГП имеет преимущество по золоту, так же как и по меди в связи со значительными размерами ореольной конструкции. Юго-западная АГП перспективна в связи с положением в кровле магматического ядра РМС. Область первой очереди расположена в ядре АГП золота и совмещена с локальными ореолами молибдена и серебра. Крупная концентрационная аномалия золота, в девонских вулканитах, занимает фронтальную позицию в АГП и по этой причине наименее перспективна.

Баимский рудный узел имеет площадь около 2000 кв. км. (не полностью оконтурен по периметру), что позволяет относить его к весьма крупным объектам с локализованными ресурсами меди категории Р3, составляющими n*1млн. тонн и по золоту, n*1000 тонн.

Эргунейский рудный узел имеет площадь 500 кв. км. Локализованные прогнозные ресурсы меди категории Р3 составляют n*100 000 тонн.

Юго-западный рудный узел занимает площадь примерно 500 кв. км. Локализованные прогнозные ресурсы меди категории Р3 составляют n*100 000 тонн и золота - n*100 тонн.

По результатам геохимических поисков по потокам рассеяния выполнены среднемасштабные поиски по вторичным ореолам рассеяния, охватившие Баимскую и Эргунейскую аномалии. Сеть опробования – 500*100м. Методика опробования и анализа проб соответствует инструктивным требованиям (Рис. 3.10).

Рис. 3.10. Сеть геохимических поисков по вторичным ореолам на площади листа Q 58-XV-XVI.

Баимский рудный узел располагается в западной краевой части Алучинского тектоно-магматического поднятия. В его пределах находятся месторождения Песчанка, Находка, серия рудопроявлений медно молибден-порфировой формации (Лучик, Екдэгкыч и др.).

В структурно-тектоническом отношении рудный узел расположен в интрузив-надинтрузивной зоне полифазного батолитоподобного интрузива продуктивной формации, выходящего на поверхность в центральной части интрузивно-купольной структуры (Рис. 3.11). В рудном узле фиксируются крупные (площадью до нескольких квадратных километров) ареалы распространения гидротермальных изменений (пропилитизации, калишпатизации, окварцевания, серицитизации, карбонатизации, аргиллизации и др.), сопровождающихся сульфидной и магнетитовой минерализацией. На контакте с рудоносным плутоном в породах вмещающей вулканогенно-осадочной толщи развит ореол контактового ороговикования (биотитизации).

Условные обозначения.

1. Вулканогенно-осадочный комплекс. 2. Екдэгкычский массив, на поверхности и в слепом залегании.

3. Ультрабазитовый массив.

4. Рыхлые отложения речных долин.

5. Тектонические нарушения.

Рис. 3.11. Схематическая геологическая карта Баимского рудного узла, совмещенная с сетью геохимического опробования.

В пределах рудного узла исторически известны два рудных поля: Песчанкинское и Находкинское. Песчанкинское рудное поле локализуется в пределах Екдегкычского батолитоподобного плутона и контролируется кулисообразно построенной системой «пластин» порфировых интрузивов в краевой его области. Юго-восточная часть рудного узла, где локализуется Находкинское рудное поле в экзоконтакте невскрытого эрозией плутона, характеризуется наличием вулканоструктур, жерла которых вмещают дайкообразные порфировые интрузивы.

В пределах Песчанкинского РП разведано крупное медно-порфировое месторождение. В пределах Находкинского РП известны жильные золото-сульфидно кварцевые и золотокварцевые рудопроявления;

золотоносные россыпи и шлиховые потоки рассеяния золота.

По данным поисковых и разведочных работ Песчанкинское и Находкинское месторождения относятся к медно-порфировой формации, а отличие минерального состава связывается с различным эрозионным срезом. По данным Нагорной Е.В. (МГУ) на «Находке» минералы системы Pb-Bi-Ag-Se-Te, молибденит и самородное золото нарастают на халькопирит и пирит и замещают их. В большинстве случаев пространственная и генетическая связь медной, молибденовой, блеклорудной и золотой минерализации рассматривается, как проявление минералого-геохимической зональности, что свойственно для медно-порфировых месторождений. Однако, на основе геологических данных, не сформированы обоснованные представления о природных границах рудного узла и рудных полей в его составе, не установлены причинно-следственные связи медно-молибденового и золотосеребряного оруденения, остался открытым вопрос об относительном приоритете рудных полей. Своевременное решение этих вопросов (на стадии поисков) способствовали бы выбору оптимального направления ГРР.

Для демонстрации модели ореолобразующей системы на уровне рудного узла использованы анализы на медь, молибден, золото, никель и литий. Рудные элементы характеризуют спектр геохимической специализации рудного узла, а никель и литий – общую обстановку (Рис. 3.12). ГП лития и никеля формирует геохимический тор, в ядре которого, рудные элементы образуют фрактальную структурную композицию, не полностью оконтуренную на севере.

В пределах фрагмента фрактальной структуры ГП Баимского рудного узла локализованы четыре рудных поля, имеющие размерность (с севера на юг): 30 (?) – 140 – 60 – 40 км2. Центром фрактальной структуры является Песчанкинское РП, в пределах которого разведано и оценено крупное медно-порфировое месторождение с попутным золотом. Ядром рудообразующей системы и центром фрактальной структуры РУ является Песчанкинское РП. Рудный узел, как и Северное РП, не оконтурен в северном направлении, где в силу симметрии фрактальной структуры, следует ожидать ещё одно рудное поле – Северное2.

Удельная продуктивность условной меди Песчанкинской АГП, по факту, составляет n*7000 тонн/1 км2, где «n» = 3 – 5. Отсюда прогнозная оценка локализованных ресурсов категории Р3 Северного РП = n*200 000 тонн (не полностью оконтурено);

Песчанкинского РП = n*1 000 000 тонн;

Находкинского РП = n*400 000 тонн. Попутное золото прогнозируется в количестве n*100 тонн в пропорции, характерной для медно порфировых месторождений.

Песчанкинское РП отражено островными низко контрастными ореолами во фронтальной зоне концентрирования и, на первый взгляд, противоречит геологическим материалам. Рудное поле, вмещающее крупное медно-молибденовое месторождение, адекватно отражено в ГП меди и практически не сопровождается вторичными ореолами молибдена. Кроме того и само Песчанкинское месторождение располагается в области «выноса», как молибдена, так и меди. Таким образом, следует констатировать, что при сети геохимических наблюдений, размером 500*50м, крупное месторождение (n*1 000 000 тонн меди) не находит прямого отражения во вторичном геохимическом поле, но сопровождается крупной структурированной аномалией геохимического поля меди.

Находкинское РП отражено контрастным ГП меди и молибдена. Площадь Находкинской аномалии ГП молибдена составляет около 150 км2. Отсюда, оба рудных поля перспективны на медь и молибден с «медным» приоритетом Песчанкинского РП и «молибденовым» приоритетом Находкинского РП. ГП золота и серебра с медью и молибденом образуют единый структурно-геохимический ансамбль. Золото слагает фронтальную зону концентрирования в Песчанкинской аномалии, ядро и фронтальную зону – в границах Находкинской аномалии. С молибденом золото имеет отрицательную пространственную связь во «фронтальной» зоне и положительную – в «ядре».

Комплексное и не дифференцированное ГП в ядре системы, в связи с Находкинской АГП, свидетельствует о незначительном эрозионном срезе системы и слепом залегании продуктивной на медь и молибден рудной залежи.

Условные обозначения к рис. 3.12, 3.14.

Структурные элементы, на которые направлены акценты в тексте.

Структурно-геохимические границы:

- установленные.

- предполагаемые.

-участки с обоснованными прогнозными ресурсами Cu-Mo месторождение «Песчанка».

Область экстраполяции.

Рис. 3.12. Отражение Баимского рудного узла и рудных полей «Песчанка» и «Находка» в структурах ГП Cu, Mo, Au, Ag, Li Эргунейский рудный узел занимает сходную с Баимским рудным узлом структурно-геологическую позицию. Отличие, главным образом, заключается в ином составе магматического ядра материнской РМС, где резко преобладают габброиды при относительно небольшом количестве пород сиенитового ряда. Кроме этого, в обрамлении ядра РМС, вдоль глубинного разлома северо-западной ориентировки прослеживается вулканотектоническая постройка, выполненная вулканогенными породами основного состава, девонского возраста (Рис. 3.13).

1. Вулканогенный комплекс девонской системы. 2. Терригенно-вулканогенный комплекс юрской системы.

3. Вулканогенно-осадочный комплекс меловой системы.

4. Интрузивные тела юрской и меловой систем. 5. Гипербазиты триасовой (?) системы.

6. Субвулканические плагиограниты триасовой (?) системы. 7. Базальты четвертичной системы. 8.

Отложения речных долин. 9. Тектонические нарушения.

Рис. 3.13. Схематическая геологическая карта РП «Эргуней» и сеть геохимического опробования по вторичным ореолам.

В геохимических полях общий морфоструктурный облик рудного поля отражен геохимическим тором иттрия и германия. В ядре «тора» компактно размещены золото, серебро, медь и молибден. Структурообразующим фактором выступает интрузивный массив, относительно которого и построен структурно-геохимический ансамбль. Рудные элементы, в рассматриваемом масштабе, формируют слабо дифференцированное ядро системы и гармонично сочетаются друг с другом. В совокупности ГП всех химических элементов образуют зонально-волновую структуру, что позволяет идентифицировать её, как аномалию геохимического поля. Особое структурное выражение имеет ГП золота, обрамляющее магматическое ядро на западном фланге АГП. С позиций традиционного подхода к интерпретации геохимических ореолов – эта область перспективна на поиски золоторудных месторождений.

Рис. 3.14. Отражение Эргунейской РМС в структурах ГП Y, Ge, Cu, Mo, Au, Ag.

Но с позиций структурно-геохимической интерпретации – отражает рассеянную минерализацию не перспективную на промышленное оруденение, слагает фрагмент геохимического тора и слабо дифференцировано. В рассматриваемом масштабе, в пределах «золотого пояса», геометризуется только одна кольцевая конструкция на площади около 25 км». На всём остальном протяжении аномалии «золота» не проявляются в рассматриваемом масштабе, и, следовательно, масштабных процессов рудообразования не имеется.

Площадь Эргунейской АГП, отражающей одноименное рудное поле, составляет около 50 км2, что соответствует средним по запасам рудным объектам. Локализованные ресурсы категории Р2, оценённые через площадь АГП, составляют n* 100 000 тонн меди+молибдена и n*10 тонн золота+серебра.

В итоге структурно-геохимического анализа на площади листа Q-58-XV-XVI, установлена медно-благороднометальная геохимическая (рудная) специализация территории. Локализованы и оценены ресурсы меди+молибдена и золота+серебра по категории Р3 и Р2 на иерархическом уровне рудных узлов и рудных полей.


Заключение.

Исследование структурных свойств геохимических полей, в широкой линейке масштабов, позволяет сформулировать представление о нелинейной динамике ореолобразования в связи с образованием постмагматических и гидротермальных месторождений. Ореолобразование развивается в рамках перколяционного кластера (плюма), представляющего собой структуру энергетической прокачки и диссипации (рассеяния) при условии когерентности волновых полей различной природы (тепловые, электромагнитные, гравитационные, вибрационные и фононные потоки и пр.). Сущность нелинейной динамики ореолобразования обусловлена процессом самоорганизации, приводящим к формированию фрактальной структуры геохимического поля, самоподобные таксоны которой отражают естественную иерархию рудных объектов.

Концентрация химических элементов в ореольной форме происходит в автоматическом режиме на границах таксонов в режимах центробежного или центростремительного энергомассапереноса, продуцирующих концентрические зонально-волновые структуры ГП на всех уровнях организации, что позволяет эффективно управлять поисками и разведкой, обосновывать полноту поисковой изученности в процессе ГРР.

Зонально-волновое строение таксонов иерархического геохимического поля позволяет идентифицировать их, как геохимические аномалии различных рангов.

Общий центробежный процесс диссипации нарушается центростремительными противотоками, приводящими к максимальной концентрации химических элементов на локальных участках, где и завершается продуктивный этап рудообразования. Рассеяние и концентрация минерального вещества подчиняются законам нелинейной и линейной динамики соответственно, отражая двуединую сущность ореолобразования (рудообразования).

Процесс рудообразования приводит к последовательному формированию необратимого иерархического ряда на «стреле времени»: рудное тело рудная зона рудное поле рудный узел рудный район металлогеническая зона (область) металлогеническая провинция, адекватно отраженного в структурах геохимических полей. Наиболее важное практическое значение для локализации объектов и обоснования прогнозных оценок имеют таксоны до уровня «рудного узла». На этом отрезке иерархического ряда сохраняются структурно-геохимические связи, позволяющие уверенно идентифицировать каждый рудный объект в естественных границах соответствующего им геохимического поля (Рис. 3.15).

Рис. 3.15. Принципиальная схема ореолобразования в рудообразующей системе.

Структурные взаимоотношения геохимических полей позволяют предполагать мгновенные, в масштабах геологического времени, преобразования на площадях в сотни и тысячи квадратных километров. Механизм ореолообразования продуцирует фрактальную структуру геохимического поля, образованную циклами: накачка насыщение бифуркация. Каждая бифуркация переводит систему на новый путь развития, порождая иерархическую структуру ГП рудообразующей системы до исчерпания потенциальной энергии.

Количество циклов обусловлено способностью системы, продуцировать градиент потенциальной энергии. Различная мощность процесса и градиент потенциальной энергии порождает различные по крупности рудные объекты. Большие по размерам естественные аномалии геохимических полей отражают пропорционально большие рудные объекты вне зависимости от морфогенетических и минеральных типов полезных ископаемых.

Вертикальный размах системы на «стреле времени» составляет первые километры. А площади таксонов иерархической системы ореолобразования, от десятков сотен квадратных километров (рудные зоны - рудные поля), до сотен тысяч квадратных километров на уровне металлогенических провинций. Т. е. процесс ореолобразования разворачивается в тонком слое, который формируется энергетической накачкой по каналам-проводникам эндогенной энергии.

Аномалии геохимических полей, при морфоструктурном сходстве, отличаются бесконечным разнообразием элементного состава в рамках двух основных типов геохимической зональности – центробежного и центростремительного. В сложении аномалий геохимических полей принимают участие, как рудные, так и породообразующие химические элементы и соединения, характеризуя тотальность процесса.


Локализованные в естественных границах геохимического поля рудные объекты, могут служить обоснованием для сравнительной или расчётной оценки прогнозных ресурсов всех категорий. Геохимическая (рудная) специализация «центробежных»

объектов характеризуется набором химических элементов, формирующих фронтальные зоны концентрирования на иерархических уровнях: рудная зона – рудное поле – рудный узел. Рудная специализация на уровне рудного тела отражена набором химических элементов и соединений в ядре ореольной системы.

Источником рудного вещества является геологический субстрат, содержащий исходный набор химических элементов (не исключая поступления части рудного вещества из глубинных источников). Минеральное вещество достигает максимальной концентрации, накапливаясь в процессе конвективного обращения энергии и вещества, приводящего к самоизоляции части рудообразующей системы в начале рудообразования.

Концентрация происходит в фазе центростремительного развития в результате последовательного сокращения объёма рудовмещающего пространства за счёт отложения (от периферии – к центру) ранних минеральных комплексов и автоматического накопления в остаточных флюидах рудной составляющей. Геологическим выражением этой фазы рудообразования являются околорудные метасоматиты и собственно рудные образования (рудные тела, рудные столбы, рудные гнёзда). По этой причине, не смотря на многообразие структурно-вещественных типов рудных объектов, последние, в прикладных целях, могут быть охарактеризованы ограниченным количеством диагностических признаков формы и содержания - структуры геохимического поля и геохимической зональности.

Унифицированный подход к локализации в геологическом пространстве металлогенических и рудных объектов в природной последовательности открывает путь для создания объективной основы для минерагенического (металлогенического) районирования территорий, формирования единообразного подхода к оценке прогнозных ресурсов и снижения влияния субъективизма экспертных оценок.

Методика структурно-геохимического анализа территорий и (или) конкретных искомых объектов изложена во всех разделах работы и не требует составления специальных инструкций. Одними их важных требований эффективного применения Методики… является создание равномерной сети геохимических наблюдений и последовательная локализация минерагенических таксонов «от общего, к частному».

Каждый последующий «шаг» требует ясного представления о предыдущем.

В практике геохимических поисков, из соображения материальной экономии, закрепилось использование ориентированных сетей, которые задаются с учётом предполагаемой структурной ориентировки искомого объекта. Этот путь приводит к «потере» объектов в случае, если предположение ошибочно, и всегда к потере и недооценке важнейшей информации о поперечных блокирующих структурах, определяющих структурно-морфологический облик ГП рудных объектов. При выполнении геохимических поисков и разведки следует стремиться к применению квадратных или не регулярных сетей с относительно равномерной плотностью точек наблюдения перекрывающих размерность искомых объектов.

Запуск рудообразующего процесса происходит в фазе энергетической накачки в точках, оценка пространственного положения которых выходит за рамки настоящей работы и, безусловно, требует специальных исследований. Также специальные исследования в областях минералогии, петрографии, физхимии, термо- и гидродинамики и другие научные направления в контексте предлагаемой концепции помогут разработать теорию ореолобразования (рудообразования), востребованную практической и теоретической геологией.

Литература 1. Бяков А.С., Ведерников И.Л. Стратиграфия пермских отложений северо-восточного обрамления Охотского массива центральной и юго-восточной частей Аян-Юряхского антиклинория: Магадан, СВКНИИ ДВО АН СССР;

СВПГО, 1990, 69с.

2. Бабешко В.А., Бяков А.Ю., Шереметьев В.М., Шестопалов В.Л. Комплексная система мониторинга сейсмической активности Краснодарского края по данным геофизических полей. Нефть и газ Черного, Азовского и Каспийского морей. Тезисы докладов.

Геленджик, 2004г.

3. Вартанян Г.С., Куликов Г.В. Гидрогеодеформационное поле Земли. Докл. АН СССР. 1982.

Т. 262, вып. 2. С. 310–314.

4. Вартанян Г. С. Эндодренажная система Земли и сейсмичность: перспективы мониторинга. Отечественная геология. 2006. №1. С. 41- 5. Вартанян Г. С. Система геодинамического мониторинг крупных ареалов для обеспечения безопасности геологоразведочных и эксплуатационных работ на нефть и газ. Геофизические процессы и биосфера, 2010,. т. 9, № 2, с. 5– 6. Василенко В.П. Флюидизиты Яно-Колымской складчатой области. Материалы конференции с 100-летию Б.Л. Флерова. Якутск: изд. ЯКГУ. 2006, с.22-25.

7. Ващилов Ю.Я. Глубинные разломы юга Яно-Колымской складчатой области и Охотско-Чаунского вулканического пояса и их роль в образовании гранитных интрузий и формировании структур (по геофизическим данным)/ Сов. Геология, 1963, № 4, с. 54-72.

8. Геологическая карта и карта полезных ископаемых Охотско-Колымского региона.

Масштаб 1:500 000. Н.Г. Маннафов, С.Д. Вознесенский, В.А. Огородов и др. – Магадан 1999.

9. Григоров С.А. Генезис и динамика формирования Наталкинского золоторудного месторождения по данным системного анализа геохимического поля. Руды и металлы №3. 2006, с. 27-32.

10. Григоров С.А. и др. Особенности строения Наталкинского золоторудного месторождения и основные поисковые признаки. Москва. Отечественная геология, №3, 2007. С.43-50.

11. Григоров С.А. Структурный метод интерпретации геохимических данных применительно к локализации ресурсов категории Р3 и Р2. Москва, Разведка и охрана недр, №4-5, 2008, с. 58-66.

12. Григоров С.А. Модель иерархической рудообразующей системы Тенькинской золотоносной зоны. Золото северного обрамления Пацифика. Магадан. 2008. С.60-61.

13. Григоров С.А. Нелинейная структура геохимического поля рудообразующей системы. М. Разведка и охрана недр. №…, 2013. С…..

14. Григоров С.А. Геохимическая зональность металлогенических объектов в структурах геохимических полей. М. Недропользование XXI век, №3, 2010, с. 20-27.

15. Григоров С. А., П.И. Кушнарёв. Геохимическая разведка рудных месторождений. М.

Недропользование ХХI век, №5, 2010, с. 26-33.

16. Григоров С.А. Коренные источники россыпных месторождений золота в Центральной Колыме. Руды и металлы. М.№3-4, 2011, стр. 49-50.

17. Григоров С.А. Геохимическая модель рудообразующей системы. Недропользование XXI век, № 2 (27), май-июнь 2011, с. 16-19.

18. Гончаров В.И., Воронин С.В., В.А. Сидоров. Наталкинское Золоторудное месторождение. РАН, Магадан, 2002, 250с.

19. Иванюк Г.Ю. Горяинов П.М. Самоорганизация рудных комплексов. Москва: Геокарт Геос, 2009, С.355-372.

20. Карта тектонических структур С-В СССР, м-ба 1:1 000 000, Е.Н. Жупахин. Магадан.

1989.

21. Косарев А.В. Динамика эволюции неравновесных диссипативных сред. – Оренбург.:

ИПК «Газпромпечать» ООО «Оренбурггаз-промсервис», - 2001. -144с. 8-49с 22. Манукьян В. А. Глобальное проявление флюидогеодинамических эффектов в современных нарушениях земной коры. Разведка и охрана недр. 2012. №10, с. 17- 23. Петров О.В. Диссипативные структуры Земли как проявление фундаментальных волновых свойств материи. СПб.: Изд-во ВСЕГЕИ. – 2007. – 304 с.

24. Пригожин И., Стенгерс И. Порядок из хаоса: новы диалог человека с природой. М:

«Прогресс», 1986г.

25. Пригожин И., Стенгерс И. Время, хаос, квант. М,: Прогресс, 1994г. – 272с.

26. Рудаков В.В., Казимиров М.П., Григоров С.А. О новом экономическом классе коренных месторождений золота в России. Драгоценные металлы. 2004. Июль. С. 49-51.

27. Шлыгин А.Е. О возможности возникновения замкнутых систем при формировании гидротермальных месторождений и ореолов околорудных изменений, – в кн,:

Метасоматические изменения боковых пород и их роль в рудообразовании. М., 1966, с. 37-48.

28. Шахтыров В.Г. Тенькинский глубинный разлом: тектоническая позиция, инфраструктура, рудоносность/ Тез. Доклада. Магадан: СВКНИИ ДВО РАН, 1997, с.

60-64.

29. Шадунц К. Ш., Шереметьев В. М. Изучение гидрогеодеформационного поля для анализа и прогноза сейсмо-тектонической активизации. Геология: инженерная геология, гидрогеология, геокриология. М. 1993.№4.

30. Шереметьев В. М. Мониторинг гидрогеодеформационного поля Земли – основа системы оперативного прогноза техногенных аварий и катастроф. М., Разведка и охрана недр. 1996. №6.

Григоров Сергей Александрович. 8(985) 289 4436. E-mail: grigorovrim@mail.ru

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 ||
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.