авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 6 | 7 || 9 | 10 |   ...   | 15 |

«Институт Коммунизма Верхотуров Д.Н. Созидатели будущего. Возникновение планирования в СССР 2013 ...»

-- [ Страница 8 ] --

Для этого Лященко предлагал вести кооперирование крестьян на почве сбыта и переработки продукции. С другой стороны, новую технику еще нужно произвести и опробовать в реальных условиях полевых работ, выработав наиболее рациональные способы ее использования. Полной ясности по этим вопросам в 1926 году еще не было.

Как и в случае с Дунаевским, статья Лященко вряд ли появилась без ведома Крижижановского. Лященко не имел тесного касательства с работами Госплана, он был сначала ректором Института народного хозяйства в Ростове-на-Дону, а потом сотрудником Института красной профессуры. До революции он работал в Томском университете. То есть, это тоже был специалист, хорошо знакомый с местными реалиями, знаток сельского хозяйства, выпустивший три книги:

«Хлебная торговля на внутренних рынках Европейской России» (1912), «Крестьянское дело и пореформенная землеустроительная политика» (1917), и «Очерки аграрной революции в России» (к 1925 году вышло 4-е издание).

Поддержка со стороны такого специалиста самой идеи механизации и индустриализации сельского хозяйства, была очень ценной.

Впрочем, через год и И.Б. Месснер, который первоначально критиковал Дунаевского за «абстрактность», изменил позицию и стал выступать за механизацию. Он провел исследование оснащенности сельского хозяйства и Дунаевский Ф.Р. О своевременной индустриальной поправке к нашей сельскохозяйственной политике. // Плановое хозяйство, 1925, № 11, с. Месснер И.Б. Как не следует индустриализировать сельское хозяйство. // Плановое хозяйство, 1926, № 4, с. Лященко П.И. Тракторные хозяйства и индустриализация. // Плановое хозяйство, 1926, № 4, с. выяснил, что около 10 млрд. рублей сельхозпродукции производится при помощи инвентаря и тракторов на сумму 900 млн. рублей467. По его мнению, СССР находился в выгодных условиях по сравнению с США и Германией, первая из которых не имела достаточно рабочих рук, а вторая не имела достаточно земли для развития механизированного сельского хозяйства. В СССР же были и земли, в том числе неосвоенные, и рабочие руки.

Правда, Месснер выступал сторонником осторожного подхода:

«Ошибочный подход к решению вопроса машинизации сельского хозяйства может повлиять самым существенным образом на ход развития его и опрокинуть все наши плановые расчеты» 468. Призыв к осторожности оказался не лишним, поскольку в ходе коллективизации такие ошибки были допущены и они привели к серьезному удару по сельскому хозяйству, особенно в Казакской АССР, где механизация сельского хозяйства проводилась особенно безрассудно.

В любом случае, статья Дунаевского сыграла роль детонатора активной дискуссии по поводу индустриализации сельского хозяйства, поиска способов коренной переделки этой важнейшей отрасли народного хозяйства. Она сформулировала основные направления этой работы и в этом отношении она имела очень важное, историческое значение.

Бурная работа в 1925-1926 годах, проводимая одновременно в разных направлениях, дала к началу 1927 года определенный результат. В планировании появилась и стала укрепляться в качестве общепринятой идея, что в народном хозяйстве требуется проводить решительную и глубокую реконструкцию, причем не только чисто техническую или хозяйственную, а реконструкцию также социальную, в сторону усиления социалистического сектора народного хозяйства и улучшения положения пролетариата. Теория Кржижановского-Струмилина укрепилась этим, практическим приложением.

К началу 1927 года в плановой работе произошел переход от восстановительных к реконструктивным идеям, которые с каждой новой попыткой составления контрольных цифр, годовых, пятилетних планов, занимали все большее и большее место. Область применения реконструктивных идей захватывала не только электрификацию, промышленность и транспорт, где подобные идеи высказывались уже в году, но и отрасли, традиционно считавшиеся бастионом частной инициативы.

Впервые была сделана попытка, и весьма удачная, сформулировать новый курс в развитии сельского хозяйства, которое раньше воспринималось как царство стихии и частного капитала. Теперь у коммунистов-плановиков появилась идея, как подчинить эту стихию своей плановой воле.

Месснер И.Б. Предпосылки планового развития механизации сельского хозяйства. // Плановое хозяйство, 1927, № 6, с. Месснер И.Б. Предпосылки планового развития механизации сельского хозяйства. // Плановое хозяйство, 1927, № 6, с. Глава девятая Решительный перелом Во всей истории развития советского планирования 1927 год предстает переломным годом. Именно в это время все планирование претерпело очень резкие изменения, так, что можно считать этот год годом решительного перелома. В этот год система плановых органов во главе с Госпланом СССР, перешла к составлению вариантов первого пятилетнего плана, который был утвержден в мае 1929 года.

Этому перелому в планировании соответствовал перелом в народном хозяйстве. В промышленности развернулась интенсивная работа по реконструкции старых промышленных предприятий. В сельском хозяйстве началась коллективизация, пока еще в виде развития кооперативов и контрактации посевов, а также началось бурное развитие социалистического сектора — формирование и развитие колхозов и первых совхозов. В политической жизни страны произошел также произошел перелом, в виде окончательного разгрома внутрипартийной оппозиции Троцкого, Каменева и Зиновьева, и последовавшее за ним усиление позиции Сталина. Кроме того, в 1927 году прозвучала первая с Гражданской войны серьезная угроза войны и нападения на СССР со стороны империалистических держав. Все это сильнейшим образом повлияло на планирование и повернуло его в новое русло.

В начале 1927 года работа по составлению пятилетнего плана считалась практически законченной. На март 1927 года был назначен II-й съезд президиумов госпланов, на котором должна была состояться окончательная проверка районных и республиканских планов, уточнение возможностей, после чего должна была начаться завершающая стадия работы. 22 февраля 1927 года СТО постановил, что нужно закончить работу по составлению пятилетнего плана до 1 июня 1927 года, чтобы он в августе был утвержден в Президиуме Госплана СССР, потом в СТО и СНК, а в сентябре был бы утвержден Верховным Советом СССР, и стал бы обязательным к исполнению документом.

Критика Куйбышева и ее последствия В соответствии с господствующими тогда мнениями о скором завершении составления пятилетнего плана, на II-й съезд госпланов выносились две разработки: «Перспективы развития народного хозяйства СССР на 1927/27 — 1930/31 годы», и основные материалы по генеральному плану развития народного хозяйства на 10-15 лет469.

Основной дискуссионный вопрос, который выносился на этот съезд президиумов госпланов, состоял в том, как увязать между собой уже довольно детально проработанный проект пятилетнего плана и генеральный план развития на 10-15 лет, составленный под руководством Л.М. Сабсовича470.

Госплан СССР представлял на II-й съезд президиумов госпланов второй вариант пятилетнего плана, который отличался от первого увеличенным объемом капиталовложений (16 млрд. рублей против 13 млрд. рублей в первом варианте), более тщательным расчетом балансов по ключевым отраслям народного хозяйства, а также включением в качестве исходного пункта для оценок развития отраслей движения народонаселения и прироста трудовых ресурсов471. Поскольку, в начавшемся реконструктивном периоде очень трудно было опираться, как раньше, на экспертные оценки, то плановики выбрали увеличение трудовых ресурсов как критерий для определения развития тех или иных отраслей народного хозяйства.

По первоначальному замыслу, участники съезда должны были внести коррективы в разработанный вариант пятилетнего плана и подробно обсудить генеральный план, от которого зависело составление второго пятилетнего плана и ряда других проектировок, которые нужно было начинать сразу же после утверждения первого пятилетнего плана. Однако, реально ход этого съезда плановых органов пошел вовсе не по предложенной программе и предложенные на съезде проектировки пятилетнего и генерального плана подверглись резкой критике со стороны председателя ВСНХ Валерьяна Валерьяновича Куйбышева, который настаивал на том, что запроектированный пятилетний план является минималистским, и привел в доказательство примеры, когда ранее составленные планы быстро перевыполнялись.

Помимо этого, Куйбышев требовал увеличения капиталовложений в промышленность. По плану на 1927/28 год предполагалось вложить 1100 млн.

рублей. Однако, на Пленуме ЦК ВКП(б), состоявшемся 7-12 февраля 1927 года, накануне съезда президиумов госпланов, по докладу Куйбышева и Кржижановского было принято решение утвердить в основном этот план капиталовложений, но при этом: «...признать необходимым увеличение этих капитальных работ для обеспечения более быстрых темпов развития металлургии и машиностроения»472. Пленум ЦК признал также необходимость Звездин З.К. От плана ГОЭЛРО к плану первой пятилетки. Становление социалистического планирования в СССР. М., «Наука», 1979, с. Гринько Гр. Задачи второго съезда плановых органов СССР. // Плановое хозяйство, 1927, № 2, с. Звездин З.К. От плана ГОЭЛРО к плану первой пятилетки. Становление социалистического планирования в СССР. М., «Наука», 1979, с. КПСС в решениях и резолюциях съездов, конференций и пленумов ЦК. Ч. II. 1925-1953. М., удешевления строительства и повышения его эффективности, а также обязал Политбюро ускорить разработку пятилетнего плана. Так что Куйбышев выступил на съезде президиумов госпланов с сильных позиций, по существу, как выразитель партийного решения.

ВСНХ обладал собственным сильным плановым органом, который тщательно собирал и обрабатывал сведения о развитии всех ключевых отраслей народного хозяйства, не исключая и сельского хозяйства, поскольку промышленность потребляла значительное количество сельхозсырья. Кроме того, сам характер работы ВСНХ, который должен был давать и доводить до каждого предприятия совершенно конкретные планы, требовал от них очень тщательной работы. К тому же, ВСНХ имело собственные разработки по пятилетнему плану: «Материалы к пятилетнему плану развития промышленности СССР 1927/28 — 1931/32 годы» и «Контрольные цифры пятилетнего плана развития промышленности СССР на 1927/28 — 1932/ годы». Второй документ был составлен в комиссии Президиума ВСНХ во главе с Куйбышевым и Межлауком473. Потому Куйбышев был хорошо вооружен для критики проекта пятилетнего плана, выработанного в Госплане СССР, и по результатам совещания видно, что эта критика попала в цель.

Безусловно, что в планировании, в тот момент существовало известное дублирование, поскольку Госплан СССР и ВСНХ СССР, по сути дела, планировали развитие одних и тех же отраслей промышленности, от которых зависело развитие всего народного хозяйства. К тому же, ВСНХ не был отягощен буржуазными специалистами, тянувшими в сторону минимализма, у него был приличный отряд старых и хорошо подкованных в деле инженеров и техников и не менее разветвленный местный аппарат. Помимо этого, назначенный 8 августа 1926 года, после смерти Дзержинского, председателем ВСНХ СССР, Куйбышев привел в Президиум ВСНХ крупных специалистов из крупных трестов: И.В. Косиор (трест «Грознефть», потом трест «Югосталь»), А.П. Серебровский (трест «Азнефть»), М.Л. Рухимович (трест «Донуголь»), В.И. Межлаук (Главметалл). Первым замом Куйбышева стал бывший председатель ВСНХ РСФСР С.С. Лобов474. В РСФСР было 65,1% основного капитала государственной промышленности, так что Лобов имел опыт руководства основной частью промышленности. Эти специалисты охватывали все ключевые отрасли народного хозяйства, от которых в решающей степени зависело развитие страны и в частности выполнение всякого рода планов.

Потому ВСНХ имел значительное преимущество перед Госпланом СССР, которое и было реализовано Куйбышевым на II-м съезде президиумов госпланов. Это стало прологом для переворота в Госплане СССР, который состоялся по итогам составления первого пятилетнего плана.

На этом съезде Кржижановский, в ответ на критику Куйбышева и его справедливые упреки, что планы из года в год перевыполняются, предложил «Госполитиздат», 1953, с. Звездин З.К. От плана ГОЭЛРО к плану первой пятилетки. Становление социалистического планирования в СССР. М., «Наука», 1979, с. Верхотуров Д.Н. Сталин против Великой депрессии. Антикризисная политика СССР. М., «Яуза», «ЭКСМО», 2009, с. составить план в двух вариантах: минимальном и максимальном 475. Если минимальный (или отправной в более поздней версии) вариант представлялся базовым, то максимальный (или оптимальный в более поздней версии), рассчитывался под наиболее благоприятные условия народного хозяйства, например, под хороший урожай хлебов или хорошую конъюнктуру внешнего рынка. Разница вариантов должна была достигать 25-30%.

После завершения съезда, в Госплане СССР развернулась работа по составлению третьего варианта пятилетнего плана на 1927/28 — 1931/32 годы, на сей раз в двух рядах показателей. Это потребовало некоторых уточнений экспертных оценок, перерасчета некоторых балансов. Кроме этого, развернулась работа над контрольными цифрами на 1927/28 год. Вот тут для Госплана СССР начинаются трудные времена.

Критика Куйбышева нашла слабое место в работах Госплана. Недооценка темпов развития народного хозяйства была характерной чертой всех предыдущих планов, составленных в Госплане. Главный плановый орган, который должен был руководить народным хозяйством и вести его за собой, на деле не успевал за темпами развития этого самого хозяйства. Причем многочисленные попытки исправить положение дел, не приносили успеха, и в 1926 году Струмилин это признал.

Кроме того, очевидно и в Политбюро ЦК ВКП(б) назревало недовольство Госпланом, поскольку к моменту II-го съезда президиумов госпланов прошло уже около полутора лет с момента директивы XIV съезда ВКП(б) об индустриализации, но ощутимых сдвигов в планировании не произошло. Вряд ли Куйбышев стал критиковать проект пятилетки Госплана СССР без ведома и указания Сталина.

Последствия его критики сказались весьма быстро и отразились в первую очередь на контрольных цифрах. 19 мая 1927 года СНК СССР принял постановление о переходе в составлении контрольных цифр на следующий хозяйственный год от ориентировки к плану 476. Этим самым от Госплана весьма недвусмысленным образом потребовали составить конкретный и реальный хозяйственный план хотя бы на следующий хозяйственный год.

Однако, и тут у Госплана мало что получилось, в силу чего Пленум ЦК и ЦКК ВКП(б), состоявшийся 29 июля — 9 августа 1927 года, взял руководство составлением контрольных цифр в свои руки и выработал директивы по их составлению.

Первой и наиболее важной задачей стало формирование в следующем хозяйственном году бюджетного, валютного, хлебного, товарного, сырьевого и топливного резервов, необходимых как для хозяйственного маневрирования, так и для вероятной войны477. Хлебный запас был особенно необходим, поскольку после трех урожайных лет прогнозировался или неурожай, или недобор хлебов. В хлебофуражный фонд планировалось засыпать 50 млн. пудов Кржижановский Г.М. Сочинения. Т. II. Проблемы планирования. М.-Л., 1934, с. Гринько Г.Ф. Народнохозяйственный план 1927/28 года. // Плановое хозяйство, 1927, № 9, с. КПСС в решениях и резолюциях съездов, конференций и пленумов ЦК. Ч. II. 1925-1953. М., «Госполитиздат», 1953, с. КПСС в решениях и резолюциях съездов, конференций и пленумов ЦК. Ч. II. 1925-1953. М.,. Пленум ЦК и ЦКК также поставил задачу уменьшить себестоимость строительства на 15% и обеспечить снижение себестоимости промышленной продукции не менее чем на 5%. Особенное значение имело снижение себестоимости строительства. По оценке Рыкова, сокращение строительных смет на 15% давало экономию в 3 млрд. рублей за пятилетие и давал значительную экономию уже в первый же год479.

Куйбышев, между тем, провел в более конкретных указаниях к составлению контрольных цифр увеличение капиталовложений в промышленность, что также диктовалось необходимостью усиления обороноспособности, ставшей одной из главных хозяйственных задач в условиях вероятной войны: «Перед нами резко встал вопрос о повышении своей обороноспособности и прежде всего по линии народного хозяйства.

Красной нитью через весь народнохозяйственный план предстоящего года проходит усиление обороноспособности страны»480.

Новые директивы выразились, в первую очередь, в виде резкого усиления капитальных вложений. В 1924/25 — 1927/28 годах в народное хозяйство было сделано 5,9 млрд. рублей капиталовложений, что составило 9% прироста основных фондов всей промышленности. Из них в предыдущие годы 1,2 млрд.

рублей приходилось на промышленность, 0,2 млрд. рублей на транспорт. В одном только 1927/28 году по контрольным цифрам было запланировано 3, млрд. рублей капвложений, из которых 1,4 млрд. рублей — промышленность, 0,4 млрд. рублей — транспорт, 0,28 млрд. рублей — электрификация, 0,5 млрд.

рублей — коммунальный фонд и 0,62 млрд. рублей — сельское хозяйство481.

Это был план резкого ускорения темпа увеличения основного капитала, поскольку в один год в промышленность вкладывалось больше, чем за все три предшествующих хозяйственных года.

С другой стороны, контрольные цифры на 1927/28 год перечеркивали пятилетнюю проектировку Госплана СССР и устанавливали более высокие показатели темпов роста (в %)482:

По пятилетнему плану на По контрольным цифрам на 1927/28 год 1927/28 год Промышленная продукция 13,20% 15, государственной промышленности По группе «А» 13,5 17, «Госполитиздат», 1953, с. XV съезд ВКП(б). Стенографический отчет. М.-Л., «Госиздат», 1928, с. Гринько Г.Ф. Народнохозяйственный план 1927/28 года. // Плановое хозяйство, 1927, № 9, с. Гринько Г.Ф. Народнохозяйственный план 1927/28 года. // Плановое хозяйство, 1927, № 9, с. 27- Гринько Г.Ф. Народнохозяйственный план 1927/28 года. // Плановое хозяйство, 1927, № 9, с. По группе «Б» 12,2 14, Вся цензовая промышленность 13,5 14, Прирост выработки рабочих 9,4 12, Снижение себестоимости 3,8 Снижение строительного 5 индекса Снижение индекса цен 2,4 4, Ускорение роста промышленности, с добавлением 2,6% к государственной промышленности и 4,4% к промышленности группы «А», объективно ломало все пятилетнее построение Госплана. При таких темпах вполне реально было бы выполнение пятилетки за три или три с половиной года. Более быстрый темп роста выработки, темп снижения цен и себестоимости строительства вел к тому, что промышленность могла бы еще больше увеличить накопления и увеличить валовый объем капиталовложений. Разница с проектом пятилетнего плана к концу этой пятилетки могла быть очень значительной и достигать 20 30%. Такие контрольные цифры на 1927/28 год прямо вели к тому, чтобы пересмотреть и переделать пятилетний план.

Таким образом, в 1927 году, после очевидной неудачи составления пятилетнего плана силами Госплана СССР, в Политбюро ЦК ВКП(б) было принято решение перейти к прямому составлению директив для плановых органов. Первая проба пера состоялась на контрольных цифрах на 1927/28 год, и сразу после их завершения, началось составление директив к пятилетнему плану.

Итак, предыдущий пятилетний план был отброшен. 29 сентября 1927 года Политбюро образовало комиссию по составлению директив для разработки пятилетнего плана, в которой первую скрипку играл, очевидно, Куйбышев, как наиболее опытный хозяйственник, недавно введенный в состав Политбюро. По существу, на него возлагалась задача составить абрисы пятилетнего плана и передать их на доработку и уточнение в Госплан. Куйбышев с этой задачей справился. Значение работ Куйбышева подчеркивалось и другими высокопоставленными работниками: «В ВСНХ проделали очень интересную экспертную оценку пятилетнего плана в направлении учета реконструктивных моментов», - писал Э. Квиринг в октябре 1927 года483.

Разработка Куйбышева была утверждена пленумом ЦК И ЦКК ВКП(б) в 21-23 октября 1927 года и опубликована к XV съезду ВКП(б). Итак, какие директивы к составлению пятилетнего плана были даны на пленуме ЦК и ЦКК к составлению пятилетнего плана.

Базовые предпосылки состояли в следующем: вероятность военного нападения на СССР и вытекающая из нее задача укрепления тех отраслей народного хозяйства, от которых зависит обороноспособность, а также вероятный неурожай хлебов в течение ближайшего пятилетия484.

Квиринг Э. Экономическая политика партии к XV съезду. // Плановое хозяйство, 1927, № 10, с. КПСС в решениях и резолюциях съездов, конференций и пленумов ЦК. Ч. II. 1925-1953. М., «Госполитиздат», 1953, с. Во-вторых, ставились и более частные задачи:

расширенное потребление рабочих и крестьянских масс, расширенное воспроизводство в государственной промышленности, более быстрый темп развития народного хозяйства, чем в капиталистических странах, систематическое повышение удельного веса социалистического сектора.

Любопытно, что даже в условиях вероятной войны с капиталистическими странами, ставилась задача развития максимально более широких внешних торговых связей, в целях усиления хозяйственной мощи СССР и развития социалистической базы.

Отдельной директивы удостоился вопрос о темпах: «Здесь следует исходить не из максимума накопления на ближайший год или несколько лет, а из такого соотношения, которое обеспечивало бы длительно наиболее быстрый темп развития»486. Вместе с тем, ставилась задача придать наиболее быстрый темп развития тем отраслям, которые обеспечивают обороноспособность страны и ослабляют ее зависимость от внешнего мира: черную и цветную металлургию, добычу угля, нефти и торфа, общее и сельскохозяйственное машиностроение, электропромышленность и химическую промышленность, а также реализацию плана электрификации.

2 декабря 1927 года открылся XV съезд ВКП(б) на котором вопрос о директивах к пятилетнему плану получил очень тщательное обсуждение.

Докладчиками по этому вопросу выступали А.И. Рыков от СНК СССР и Г.М.

Кржижановский от Госплана СССР. Этот съезд и выступления на нем по вопросам пятилетнего плана наглядно демонстрируют то положение, которое сложилось в планировании и отмечают новые тенденции.

В литературе бытует точка зрения, что пересмотр планирования был связан с неудачами хлебозаготовок в 1927 году, то есть за 1926/27 хозяйственный год.

В своих предыдущих работах я тоже поддерживал эту точку зрения 487, которая была связана с недостаточным исследованием развития планирования. Между тем, Рыков в своем докладе XV съезду вовсе не считал хлебозаготовки существенной проблемой, хотя и отметил, что они сократились по сравнению с предыдущим хозяйственным годом на 25%: «Основной причиной является недостаток промышленных товаров. Крестьянство при недостатке промтоваров стремится получить то количество ситца, сельхозмашин и пр., которое ему теперь может быть предоставлено, наиболее выгодным для него путем. Ему выгоднее продать скотину, ему выгоднее заработать на отхожих промыслах, ему выгоднее продавать технические культуры и маслосемена (и на этом строить свой товарооборот с городом), чем сбывать зерновые культуры»488. Рыков КПСС в решениях и резолюциях съездов, конференций и пленумов ЦК. Ч. II. 1925-1953. М., «Госполитиздат», 1953, с. КПСС в решениях и резолюциях съездов, конференций и пленумов ЦК. Ч. II. 1925-1953. М., «Госполитиздат», 1953, с. Верхотуров Д.Н. Сталин против Великой депрессии. Антикризисная политика СССР. М., «Яуза», «ЭКСМО», 2009, с. XV съезд ВКП(б). Стенографический отчет. М.-Л., «Госиздат», 1928, с. подчеркивал, что в 1927/27 году значительно вырос сбыт технических культур и увеличение заработков крестьян на отхожих промыслах, в число которых все больше стали попадать строительные работы. Крестьянство получило большие доходы, чем в предыдущем году. Потому Рыков считал: «Показателем того, что мы не имеем чего-либо похожего на общехозяйственный кризис, является неуклонное развитие нашей промышленности»489. Был лишь частный кризис, который был вызван многими причинами, главным образом, недостатком предложения промтоваров.

Потому, кризис в хлебозаготовках не мог быть причиной столь резкого изменения хозяйственной политики и пересмотра пятилетнего плана. Эта точка зрения не имеет фактического подтверждения. Причиной пересмотра пятилетнего плана и причиной небывало большого участия партии в разработке нового варианта пятилетки были собственно сами неудачи в планировании, неудовлетворительное качество самого пятилетнего плана.

Рыков в своем докладе достаточно резко критиковал планирование и конкретно проект пятилетнего плана, отметив три основных его недостатка:

статистический уклон в планировании, отсутствие технико-производственной разработки, отсутствие районного разреза плана490.

На первое место Рыков выдвинул именно технико-производственный аспект: «Технико-производственные процессы, которыми определяется этот переворот, должны быть выявлены в плане»491. Рыков имел в виду переворот в организации промышленности и в техническом оснащении сельского хозяйства.

Это было, пожалуй, первым выступлением, в котором было подчеркнуто большое значение технико-производственного аспекта планирования и учета в плане возможностей техники. Этот момент занял потом одно из ключевых мест в планировании, в особенности при составлении второй и третьей пятилетки.

Острой критике планирование подвергали и другие выступающие. Так, в прениях секретарь Среднеазиатского бюро ЦК ВКП(б) И.А. Зеленский довольно откровенно потребовал плана в составлении планов: «Я думаю, что нам давно пора перейти к систематической плановой работе. Но позвольте пару слов заметить о том, что в самую систему составления планов надо было бы внести тоже некоторую плановость. Во всяком случае некий порядочек надо внести. В системе составления планов у нас существует чрезвычайно большая неразбериха, большая ступенчатость в рассмотрении планов и время, которое требуется на их рассмотрение, иногда настолько продолжительно, что теряется самый смысл плановости»492. Это был увесистый камень в огород Кржижановского, поскольку Госплан имел большое влияние на местные плановые органы, и должен был организовать их работу.

Доклад Кржижановского на XV съезде носит довольно странный характер.

Председатель Госплана СССР много говорил о заветах Ленина, об опыте XV съезд ВКП(б). Стенографический отчет. М.-Л., «Госиздат», 1928, с. XV съезд ВКП(б). Стенографический отчет. М.-Л., «Госиздат», 1928, с. XV съезд ВКП(б). Стенографический отчет. М.-Л., «Госиздат», 1928, с. XV съезд ВКП(б). Стенографический отчет. М.-Л., «Госиздат», 1928, с. восстановительного периода, но вот по самому проекту пятилетнего плана он не сказал ничего существенного. Создается впечатление, что его позиции были сильно ослаблены критикой Куйбышева, и глава Госплана оправдывается перед съездом партии, посвящая внимание второстепенным вопросам.

На это указывает от факт, что по просьбе Кржижановского, делегатам съезда были розданы предварительные материалы по пятилетке не только Госплана, но и ВСНХ: «Пятилетка ВСНХ тем интереса, что она показывает, как действительно могут быть велики технические и экономические сдвиги, которые мы фактически нащупываем, когда подвергаем наши первичные наметки настоящей экспертизе»493.

ВСНХ СССР под руководством Куйбышева запроектировал рост промышленности на 107% к 1931/32 году по сравнению с 1926/27 годом, то есть увеличение продукции более чем в два раза. Кржижановский отметил, что этот рост оказался возможен не за счет масштабных капиталовложений, а за счет рационализации промышленности. В этой своей похвале работе ВСНХ, по сути дела, Кржижановский признал факт своего поражения и провал собственных попыток составления пятилетнего плана. В схватке вокруг пятилетки, поле боя явно осталось за ВСНХ и Куйбышевым.

Однако, Кржижановский не только оправдывался, но и высказал интересные соображения по развитию планирования, в духе ранее высказанных идей. В своем выступлении на съезде партии он развил идею, сформулированную им на I-м съезде президиумов госпланов о взаимной связи пятилетнего и генерального планирования: «Совершенно ясно, что пятилетние планы — это вовсе не тот предел, которого мы не перейдем. Совершенно ясно, что размах нашего строительства таков, что мы на этой стадии остановиться не можем... нам станет ясно, как от пятилетних перспектив придется быстро переходить к десяти- и пятнадцатилетним, то есть к генеральному плану»494.

С одной стороны, это заявление преследовало цель показать, что у Госплана тоже кое-что есть в запасе и списывать со счетов его еще рано, но с другой, он подкрепил мысль о том, что пятилетнее планирование и составление контрольных цифр нуждается в поддержке со стороны генерального планирования, в особенности в вопросах транспорта, который развивается гораздо медленнее промышленности и не укладывается в пятилетнюю перспективу. С этой точки зрения, решение таких задач, как развитие Сибирской сверхмагистрали, действительно требовало генерального планирования на 10 и 15 лет вперед.

Также стоит отметить важный смысловой сдвиг. Раньше, в период I-го съезда президиумов госпланов, Кржижановский считал, что составление пятилетнего и генерального планов должно идти одновременно. Теперь, по существу, генеральный план был им поставлен позади пятилетнего плана, что было обусловлено общей неудачей в составлении обоих планов в 1926 и годах. Хотя, Госплан не оставил попыток выработать генеральный план параллельно с пятилетним, и на 1929-1930 годы приходится пик этой работы.

XV съезд ВКП(б). Стенографический отчет. М.-Л., «Госиздат», 1928, с. XV съезд ВКП(б). Стенографический отчет. М.-Л., «Госиздат», 1928, с. Потому, в прениях по докладам Рыкова и Кржижановского, самое большое внимание привлекли выступления Куйбышева и К.Е. Ворошилова. Первый говорил об основных положениях пятилетнего плана промышленности, составленного ВСНХ, а второй говорил о военном значении пятилетнего плана.

В своем выступлении, которое весьма напоминало содоклад, Куйбышев по своему расставил основные приоритеты пятилетнего плана. Во-первых, более высокие темпы развития, чем в капиталистических странах. Во-вторых, повышение удельного веса социалистического сектора. В-третьих, руководящая роль социалистической индустрии. В-четвертых, улучшение материального положения рабочих и крестьян. В-пятых, подготовка к обороне. В-шестых, соблюдение равновесия между отраслями. Председатель ВСНХ СССР не стал особо бить Кржижановского, ограничившись замечанием, что пятилетка ВСНХ носит условный характер и характер контрольных цифр, и что подлинный пятилетний план должна составить вся пролетарская общественность страны.

«В кабинете такой план сочинить нельзя», - отрубил Куйбышев.

По его проекту пятилетки ВСНХ, продукция промышленности должна вырасти на 107%, или на 119% к уровню 1913 года. При этом продукция группы «А» - на 124%, группы «Б» - на 95%. Курс ставился на форсирование производства средств производства. Группа «А» в рамках всей промышленности в 1927/28 году занимала 38%, а в рамках государственной промышленности — 44,9%.

Куйбышев обозначил темпы роста по ряду отраслей:

черная металлургия — 118%, железорудная промышленность — 143%, выработка электроэнергии — 270%, производство удобрений — 381%, добыча угля — 83%, добыча нефти — 99%, производство кирпича — 163%, производство цемента — 114%.

В вопросах районного развития, Куйбышев полностью встал на точку зрения Уралплана, и заявил, что Урал и Сибирь — это перспективные районы для развития промышленности, в особенности Урал, который обладает неисчерпаемыми запасами сырья и является наиболее защищенным районом в СССР495. Куйбышева полностью поддержал Ворошилов, который процитировал съезду партии книгу французского генерала Эрра: «Будущая война будет по преимуществу войной заводов...» и сделал вывод: «Индустриализация страны предопределяет обороноспособность СССР. Но именно поэтому военные соображения должны внести коррективы в конкретные планы промышленного строительства. В частности: а) районирование промышленности должно соответствовать требованиям стратегической безопасности, б) металлургия, черная и особенно цветная, уже в ближайшие годы должна обеспечить минимальные потребности обороны, в) общий план развития промышленности должен предусмотреть вложение достаточных средств в те отрасли, которые XV съезд ВКП(б). Стенографический отчет. М.-Л., «Госиздат», 1928, с. являются наиболее узкими в нашем хозяйстве и обороне (авто- и тракторостроение, химия и т. п.)»496. Эта точка зрения вызвала большое неудовольствие украинской делегации, но в доводами Ворошилова спорить было трудно.

Куйбышев явно захватывал лидерство в определении целей и задач планирования, отодвигая Кржижановского на второй план, и в своем выступлении он совершенно по-другому поставил задачу генерального плана:

«... задача генерального плана — опережение техники капиталистического мира, создания такой новой технической базы, которая была бы основой для победоносного построения социализма»497. Этот тезис резко отличался от тезиса, принятого в комиссии по генеральному плану Госплана СССР, увеличения душевого дохода, и представлял собой серьезную заявку на руководство плановой работой.

Итоговую резолюцию по пятилетнему плану, очевидно, написал Рыков, поскольку в ней есть обширные места, которые практически дословно цитировали доклад Рыкова. В эту резолюцию попала часть целей пятилетнего плана, сформулированных Куйбышевым (не упоминалось только равновесие отраслей)498. Ворошилов был уверен в неизбежности вооруженного нападения на СССР499. В резолюции этот момент был смягчен и говорилось только о возможности военного нападения500.

Результат XV съезда ВКП(б) в обсуждении пятилетнего плана сложился не в пользу Госплана СССР и лично Кржижановского. Ему пришлось признать, что проект пятилетки ВСНХ намного лучше работ его собственного ведомства, и скорее всего, новый проект пятилетнего плана будет составляется на его основе. Однако, более того, теперь Госплан не был свободен в своей работе и выработка пятилетнего плана теперь велась под контролем ЦК ВКП(б). декабря 1927 года в Госплане была создана отдельная Центральная комиссия пятилетнего плана (ЦКПП), под руководством Кржижановского, в составе: Г.Ф.

Гринько и С.Г. Струмилина (заместители), Р.Е. Вайсберга, Б.А. Гухмана, З.Л.

Миндлина и В.А. Базарова, перед которой была поставлена задача составить тезисы нового варианта пятилетнего плана и передать на рассмотрение в ЦК501.

Дальнейшая работа велась под плотным контролем ЦК, с разработкой директив в ВСНХ и последующей передачей в Госплан. В феврале 1928 года Секретариат ЦК ВКП(б) рассмотрел тезисы пятилетнего плана. По существу, это был личный контроль Сталина над составлением пятилетки. Это показатель того, что к неудачам Госплана в планировании отнеслись всерьез на самом высшем уровне партийного руководства.

Этот факт, только упомянутый З.К. Звездиным в его работе о становлении XV съезд ВКП(б). Стенографический отчет. М.-Л., «Госиздат», 1928, с. 886- XV съезд ВКП(б). Стенографический отчет. М.-Л., «Госиздат», 1928, с. КПСС в решениях и резолюциях съездов, конференций и пленумов ЦК. Ч. II. 1925-1953. М., «Госполитиздат», 1953, с. 332- XV съезд ВКП(б). Стенографический отчет. М.-Л., «Госиздат», 1928, с. КПСС в решениях и резолюциях съездов, конференций и пленумов ЦК. Ч. II. 1925-1953. М., «Госполитиздат», 1953, с. Звездин З.К. От плана ГОЭЛРО к плану первой пятилетки. Становление социалистического планирования в СССР. М., «Наука», 1979, с. советского планирования, представляет собой факт огромного значения. В начале 1928 года Сталин лично рассматривал и редактировал тезисы первого пятилетнего плана, причем от него зависело все дальнейшее продвижение работы. Это говорит о том, что первый пятилетний план был в полной мере сталинским планом. Однако, тезисы оказались вполне пригодные, Сталин их утвердил, и сразу после этого началась подготовка III-го съезда президиумов госпланов, который состоялся 6-14 марта 1928 года 502. Одновременно, в Планово-экономическом управлении (ПЭУ) ВСНХ СССР шла работа по составлению директив ВСНХ к пятилетнему плану, которой руководили М.Л.

Рухимович, В.И. Межлаук и А.О. Золотарев.

Критика Куйбышева привела в течение года к крупнейшим переменам в планировании. Во-первых, общая руководящая роль была сосредоточена в руках ЦК ВКП(б), и в рассмотрении и утверждении общих тезисов принимал участие лично Сталин. Во-вторых, конкретные указания к плану вырабатывались Куйбышевым, ставшим советником Сталина по хозяйственным вопросам, доводились в ВСНХ СССР до нужного совершенства и передавались в Госплан СССР. В-третьих, Кржижановский был решительно отодвинут с лидирующих позиций в планировании, а Госплан превратился в исполнителя указаний ЦК и ВСНХ. Неудача с составлением своего проекта пятилетнего плана дорого обошлась Кржижановскому. Он сохранил свой пост и свое положение только благодаря своему прошлому и близким знакомством с Лениным. Однако, его теоретических заслуг перед планированием, несмотря на то, что многие его тезисы были положены в основу планирования, никто признавать не собирался. Скорее всего, с этого времени Сталин рассматривал варианты замены Кржижановского на посту председателя Госплана СССР.

Схватка за Урало-Кузнецкий комбинат Составление пятилетнего плана сопровождали весьма упорные дискуссии, касающиеся основных вопросов развития ключевых отраслей народного хозяйства.

Одним из таких дискуссионных вопросов стал проект Урало-Кузнецкого комбината и вообще план развития металлопромышленности. В спор вступили два местных плановых органа. Уралплан, который был основным разработчиком проекта комбината, всеми силами защищал свое детище. Против него выступил Госплан Украинской ССР, в котором работники, тесно связанные со старой металлургией Донецкого района резко выступили против проекта комбината.

В Госплане УССР была создана комиссия по металлургии, под руководством Я.Б. Диманштейна, которая пыталась разработать свой вариант развития черной металлургии, с решительным упором на реконструкцию и развитие южных заводов, причем в их работе сразу проявилось стремление противопоставить южную металлургию уральской и сибирской.

Звездин З.К. От плана ГОЭЛРО к плану первой пятилетки. Становление социалистического планирования в СССР. М., «Наука», 1979, с. Эти специалисты придерживались старого, еще дореволюционного подхода. В силу чего в работе огромное значение приобрел анализ дореволюционного развития южной металлургии и к публикации был приложен обширный очерк этого вопроса. По их представлению, основными потребителями металла в народном хозяйстве были: железные дороги, сельское хозяйство и широкий потребительский рынок. Причем только для строительства железных дорог требовалось около 200 млн. пудов на пять лет — треть всего потребления металла. Таким образом, все потребление металла ими оценивалось в размере всего 600 млн. пудов на пять лет503.

Между тем, проект пятилетнего плана на 1926/27 — 1929/30 годы предусматривал за пятилетие выплавку чугуна в размере 1446,3 млн. пудов и 1372 млн. пудов стали, то есть в 2,4 раза больше, чем рассчитывали специалисты Госплана УССР. Диманштейн считал, что оценки пятилетнего плана сильно завышены: «Уже отсюда мы можем заключить о решительной переоценке гипотезой темпа расширения емкости металлического рынка»504.

Это был важный момент в представлении группы Диманштейна, поскольку небольшой объем потребления металла рынком, невысокий темп железнодорожного строительства давал им основание считать, что строить новые заводы необязательно. Развитие машиностроения они вообще не брали в расчет.

Интересно заметить, что Диманштейн считал, что не нужно вообще составлять детальные планы развития рынка: «Поэтому следует намеренно отказаться от «погодовой разверстки» емкости металлического рынка, и делать лишь общие предположения о возможности количественного роста рынка на протяжении известного ближайшего исторического периода» 505. В 1927 году это был явный шаг назад даже не от проектов пятилетнего плана, а уже от практики планирования промышленности ВСНХ СССР, который научился составлять точные производственные и сбытовые программы для подконтрольных ему отраслей промышленности.

После такого вступления, Диманштейн перешел к прямой атаке Урало Кузнецкого проекта. По его мнению, криворожской и керченской руды вполне достаточно для развития черной металллургии, и мнения о недостаточности запасов криворожских руд — это миф. Отверг Диманштейн и мнение об истощении запасов коксующегося угля в Донбассе.

Наконец, по его мнению, себестоимость металла на Урале будет столь высокой, что не сможет конкурировать с украинским металлом. Основной вклад в высокую себестоимость должны будут вложить, по мнению Диманштейна, перевозки кузнецкого угля на Урал, на Магнитогорский завод. По его оценкам, Диманштейн Я.Б. Проблемы районирования металлопромышленности в связи с условиям промышленного развития Украины и Союза. Выводы работы комиссии по металлу при Госплане УССР. Харьков, 1927, с. Диманштейн Я.Б. Проблемы районирования металлопромышленности в связи с условиям промышленного развития Украины и Союза. Выводы работы комиссии по металлу при Госплане УССР. Харьков, 1927, с. Диманштейн Я.Б. Проблемы районирования металлопромышленности в связи с условиям промышленного развития Украины и Союза. Выводы работы комиссии по металлу при Госплане УССР. Харьков, 1927, с. от развития уральской металлургии будет получаться убыток: 26 млн. рублей в год на вывоз кокса, и 30 млн. рублей на разнице в стоимости уральского и южного проката. Всего — 56 млн. рублей.

Интересно отметить, что по подсчетам другого известного металлурга В.Е.

Грум-Гржимайло, чугун с проектируемых уральских заводов должен выходить куда дешевле, чем с южных заводов. Он давал такие цифры для себестоимости пуда чугуна:

Магнитогорский завод — 48 рублей 50 копеек, Криворожский — 58 рублей 45 копеек, Тельбесский — 48 рублей 30 копеек, Среднеуральский — 53 рубля 60 копеек506.

Получалось, что заводы-новостройки будут давать чугун почти на рублей дешевле, чем южные заводы.

В аргументации Диманштейна был весьма интересный момент: «Когда Магнитогорский завод будет построен, то Союз будет поставлен перед свершившимся фактом: волей-неволей придется создавать для него потребителей...»507. Конечно, проф. Диманштейн явно переусердствовал по части увлечения риторикой, тем более, что уже в разработках Уралплана были предложения по развитию металлообработки и машиностроения, что уже создавало потребителей для уральского металла, а также были проекты по строительству новых железных дорог в Казакской АССР, в Сибири и на Дальнем Востоке, для чего тоже требовался металл.

Диманштейн формулировал свои выводы очень резко: «Не только урало кузнецкий проект, в разных его вариантах, но и всякая концепция создания на Урале металлургии, работающей на сибирском топливе, представляется бесконечно вредной»508. Потому он предлагал построить в Кузбассе один металлургический завод на 40 млн. пудов чугуна, и два новых завода по 40 млн.

пудов чугуна на Юге.

Диманштейн и его единомышленники не только выпустили книгу со своими выводами, но и развернули настоящую газетную кампанию, опубликовав около 20 статей в хозяйственных газетах и журналах, добиваясь того, чтобы их аргументация нашла поддержку. Надо отметить, что к этой аргументации прислушались и быстро на нее дали ответ.

Расчет Диманштейна, который впоследствии оказался участником группы вредителей и был осужден по делу «Промпартии», был довольно прост. Он прекрасно знал о том, что запасы железной руды в Кузбассе и угольные запасы Урала слишком малы для крупного металлургического производства. На Урале много железной руды, но мало угля, к тому же уголь Кизеловского месторождения был хуже по химическому составу и не годился для доменного Генеральный план хозяйства Урала на период 1927-1941 годы и перспективы первого пятилетия (Материалы к генеральному плану РСФСР и СССР). Свердловск, «Уралплан», 1927, с. Диманштейн Я.Б. Проблемы районирования металлопромышленности в связи с условиям промышленного развития Украины и Союза. Выводы работы комиссии по металлу при Госплане УССР. Харьков, 1927, с. Диманштейн Я.Б. Проблемы районирования металлопромышленности в связи с условиям промышленного развития Украины и Союза. Выводы работы комиссии по металлу при Госплане УССР. Харьков, 1927, с. производства. Запасы древесины для выжига угля тоже ограничены. В Кузбассе много угля, но мало железной руды. Между ними — 2200 км. Каждый из этих районов, сам по себе, не может развить крупную металлургию. Отсутствие крупной черной металлургии на Урале и в Сибири резко тормозило развитие Кузбасса и передавало главную роль в снабжении углем Донецкому бассейну.

Потому Диманштейну оставалось только нажимать на нерентабельность перевозок кузнецкого кокса на Урал и всячески хвалить возможности Украины и Донецкого района.

Он полагал, что плановики-коммунисты откажутся от развития крупной черной металлургии на Урале и в Сибири, что сделает СССР очень уязвимой страной. Украинскую металлургию достаточно легко захватить как наступлением из Польши, так и десантом с моря, что и было показано во время Гражданской войны. Район сосредоточения металлургии и угледобычи оказался ареной боевых действий, а это поставило Советскую республику в очень тяжелое хозяйственное положение. В случае интервенции, если вся металлургия СССР была бы на Украине, страну не так сложно было бы поставить на грань поражения.

Однако, с Диманштейном и его аргументацией тогда справились вовсе не административными мерами и не процессом, а разбив его на его же собственном поле организации и себестоимости производства.

По поручению руководства Госплана СССР Н.Н. Колосовский — признанный специалист по развитию восточных районов СССР, выехал в Кузбасс и ознакомился с положение дел 509. Именно в этой поездке у Колосовского зародился смелый план встречных перевозок: угля на Урал, железной руды в Кузбасс. Для перевозок угля и руды требовались однотипные вагоны. В случае, если бы перевозился только кузнецкий кокс на Урал, они бы совершали порожний пробег в 2200 км, что резко удорожало бы производство.

Но Колосовский придумал способ удешевления перевозок за счет загрузки обратных порожних вагонов магнитогорской рудой и перевозок ее на Тельбесский завод, мощность которого можно резко увеличить.

Сразу же Уральское отделение ГИПРОМЕЗа (бывшее Уралпроектбюро) начало переработку проекта Магнитогорского завода, и в 1928 году выпустило публикацию технико-экономическое очерка, в котором были рассмотрены вопросы более широкого круга, чем просто проектирование одного завода. По существу, это был ответ Диманштейну и комиссии по металлу Госплана УССР.

По их оценкам выходило, что народное хозяйство имеет большой накопленный дефицит металла. Только по недопроизводству металла по время войны, этот дефицит составляет 1,9 млн. пудов. По пятилетнему плану накопленный дефицит еще более возрастал, и составлял, по расчетам, по первому варианту 191,7 млн. пудов, а по второму варианту — 219,5 млн. пудов. На второе пятилетие оценки были еще более пессимистическими: «Дефицит должен будет быстро и прогрессивно возрастать во втором пятилетии, если к Казанский Н.Н. Поборник освоения восточных районов Сибири Николай Николаевич Колосовский. // География и природные ресурсы, 2007, № 1, с. Магнитогорский металлургический завод (технико-экономический очерк). Свердловск, 1928, с. этому времени не будут закончены постройкой новые заводы»511.

По мнению Уральского отделения ГИПРОМЕЗа и Ураплана, потенциальные потребности в черном металле можно признать практически неограниченными. Мощности старых заводов не могли закрыть этого дефицита, поскольку их предельная мощность оценивалась в 360-370 млн. пудов, к тому же старые южные заводы имели ряд конструктивных недостатков, которые не поддавались исправлению при любых реконструкциях. Это небольшая мощность домен, печей и агрегатов, нерациональный внутризаводской транспорт, изобилие ручных операций, которые ставили непреодолимый предел их производительности.

Народному хозяйству нужен был дешевый металл, не отягощенный высокими затратами на перевозки его от заводов к потребителям: «Дешевый металл — основная предпосылка и необходимое условие для экономического и индустриального роста нашей страны»512. При этом, сосредоточение всей металлургии на Украине вело к росту расходов на перевозки его к потребителям на Урале, в Сибири, в Средней Азии, не говоря уже о Дальнем Востоке. По оценке Уральского отделения ГИПРОМЕЗа, строительство Магнитогорского завода дает около 8 млн. рублей в год экономии на транспортных издержках при перевозке металла с южных заводов.

Украина и сама не имела особо выгодных условий: «Украина, хотя и имеет весьма металлоемкий тяготеющий к ней регион, но по отношению к союзной территории в целом занимает окраинное положение;

топливо и руда разделяются в ней расстоянием в 450-500 км»513. Таким образом, если можно внутри южного района возить топливо и руду на такие расстояния, то можно решить и проблему с перевозками уральской руды и кузнецкого угля.

Однако, уральские плановики не удовлетворились этой констатацией и подвергли вопрос о транспортировке металла куда более подробному разбору.

По их расчетам, перевозка на 50 км давала добавление к себестоимости металла в 1 копейку. Перевозка на 2000 км — 40 копеек прироста себестоимости.

При существовавшей тогда железнодорожной сети, уральский металл, при более низких ценах, чем украинский металл, мог перевозиться на запад вплоть до 150 км от Ленинграда, в Ярославль, Кострому, Нижний Новгород, Муром. К югу уральский металл перевозился до Пензы и Саратова. К востоку — до Омска. В Средней Азии, при отсутствии там других источников черного металла, уральский металл мог свободно перевозиться до ст. Арысь и Пишпека (Фрунзе).


Район тяготения уральского металла охватывал огромную территорию — 27% территории СССР, на которой проживало 26% населения страны 514. На этот район приходилось 42% всего нового железнодорожного строительства, запланированного на пятилетку, а в 1932/33 году потребление черного металла в этом районе достигнет 110-115 млн. пудов515.

Магнитогорский металлургический завод (технико-экономический очерк). Свердловск, 1928, с. Магнитогорский металлургический завод (технико-экономический очерк). Свердловск, 1928, с. Магнитогорский металлургический завод (технико-экономический очерк). Свердловск, 1928, с. Магнитогорский металлургический завод (технико-экономический очерк). Свердловск, 1928, с. Магнитогорский металлургический завод (технико-экономический очерк). Свердловск, 1928, с. Из этих данных становилось совершенно ясно, что если на Урале не построить новых металлургических заводов, то этот ключевой с точки зрения развития индустрии, в особенности военной, регион страны останется без черного металла, и его развитие будет постоянно наталкиваться на металлический голод и огромный перерасход средств при строительстве и выпуске продукции. Старые уральские заводы могли дать не более 31 млн.

пудов, и без строительства новых заводов дефицит металла в уральской зоне тяготения оценивался в 70 млн. пудов к 1932/33 году.

Таким образом, необходимость в строительстве новых металлургических заводов на Урале и в Сибири среди уральских плановиков сомнений не вызывала, и их аргументация была куда более убедительной, чем аргументация сторонников Диманштейна. Оставалось решить только два вопроса. Первый — о роли минерального и древесного топлива в уральской металлургии. Второй — о сибирской сверхмагистрали. Вокруг обоих вопросов состоялись свои дискуссии.

Древесноугольный вопрос возник в силу того, что уральская металлургия специализировалась на выплавке качественного чугуна на древесном угле. На Урале были подходящие запасы леса и чистой железной руды, в силу чего удавалось выплавлять чугун почти без содержания серы (древесный уголь не содержит серы, в отличие от любых марок каменного угля). Из такого чистого чугуна можно было получать качественные стали.

Потому многие уральские металлурги, тот же В.Е. Грум-Гржимайло, держались за древесноугольную металлургию. Он предложил проект реконструкции древесноугольной металлургии и создания доменно-литейного завода, который должен был специализироваться на литье из качественного чугуна. Этот завод должен был, по замыслу известного металлурга, производить целый спектр продукции: изложницы, валы серого чугуна, вальцы, железнодорожные стрелки, трубы, соединительные части для труб и клапанов, печные принадлежности, газовые плиты, отопительные котлы, сельскохозяйственные орудия, литье для машиностроения и железных дорог 516.

Грум-Гржимайло был категорически против использования чистого уральского чугуна, выплавляемого на древесном угле, наравне с чугуном, выплавляемом на каменном угле.

Уралплан включил в план развития района задачу увеличения выплавки древесноугольного чугуна до 910 тысяч тонн (при том, что в 1927/28 году всякого чугуна выплавлялось 660 тысяч тонн). В выплавке в 1932/33 году в размере 2 млн. тонн, древесный чугун должен был занять 45,5% 517. Грум Гржимайло считал, что лесозаготовки гарантируют выплавку 71 млн. пудов чугуна в год или 1136 тысяч тонн. К 1040/41 году выплавка на древесном угле должна была составить 68 млн. пудов или 1 млн. тонн518.

Против такого развертывания древесноугольной металлургии выступил Магнитогорский металлургический завод (технико-экономический очерк). Свердловск, 1928, с. Колосовский Н.Н. Урало-Кузнецкая проблема. // Проблема сибирской сверхмагистрали. М., «Госплан СССР», 1929, с. Генеральный план хозяйства Урала на период 1927-1941 годы и перспективы первого пятилетия (Материалы к генеральному плану РСФСР и СССР). Свердловск, «Уралплан», 1927, с. Н.Н. Колосовский, который считал, что рациональный предел выплавки на старых уральских заводах находится на уровне 330 тысяч тонн в год, чего вполне достаточно для нужд в качественном чугуне. Он также высказался против активного вовлечение кизеловского угля для производства металлургического кокса и строительства Кизеловского завода на коксе и руде Тагило-Кизеловского месторождения, мощностью 160 тысяч тонн. Дело в том, что руда и уголь этих месторождений отличались высоким содержанием серы и выплавить из нее чугун приемлемого качества было тогда невозможно.

Он стоял за развитие уральской металлургии на основе кузнецкого кокса, который изготовлялся из угля с низким содержанием серы, а многие марки угля и пласты бассейна имели уголь такого качества, что его можно было использовать для выплавки металла без коксования.

В конечном итоге, аргументы Колосовского и качество кузнецкого угля взяли верх и развитие уральской металлургии стало ориентироваться на кузнецкий кокс. Вопрос о древесноугольной металлургии просуществовал недолго, и уже к началу 1930-х годов он был закрыт в силу ориентации на электроплавку качественных сталей. Старые уральские заводы на древесном угле отработали первую пятилетку и во второй были закрыты и ликвидированы.

Теперь осталось решить вопрос с транспортом. Для этого плановики использовали идею сверхмагистрали, изложенную в плане ГОЭЛРО. В этом плане действительно была запроектирована сверхмагистраль Москва — Нижний Новгород — Свердловск — Тюмень — Омск — Новосибирск — Кольчугино — с. Абаканское. Средний ее отрезок: Свердловск — Кольчугино (ныне Ленинск-Кузнецкий), вполне подходил для нужд Урало-Кузнецкого комбината, поскольку он соединял уральские промышленные районы с Кузбассом. Вспомогательные ветки решено было строить еще в первых вариантах Урало-Кузнецкого проекта. В течение 1920-1926 годов были построены три ветки: Татарская — Павлодар, Кольчугино — кузнецк и Петропавловск — Щучье, общей протяженностью 949 км519.

Только сейчас было решено сократить до минимума новое строительство и максимально использовать существующий отрезок Транссибирской магистрали, превратив ее в Сибирскую сверхмагистраль: «Первоначальные предположения о необходимости колоссальных затрат на сооружение новой сквозной двухпутной сверхмагистрали с паровой и даже электрической тягой, с весьма жесткими требованиями, с введением «сверхпаровозов», «сверхвагонов», «сверхмостов», «сверхгабаритов» и так далее, при детальной разработке вопроса отпали...»520.

На нее могли быть направлены разные грузы:

уголь — 3,5 — 4,4 млн тонн, хлеб — 3 — 3,7 млн. тонн, прочие грузы — 1 млн. тонн удобрения — 0,5 млн. тонн.

Тоцкий Н.М. Экономические проблемы сверхмагистрали сибирского направления. / Проблема сибирской сверхмагистрали. М., «Госплан СССР», 1929, с. Тоцкий Н.М. Экономические проблемы сверхмагистрали сибирского направления. / Проблема сибирской сверхмагистрали. М., «Госплан СССР», 1929, с. Всего — 8 — 9,6 млн. тонн521.

При условии сибирских вывозных и уральских вывозных и транзитных грузопотоков, Сибирскую сверхмагистраль можно было нагрузить достаточным количеством грузоперевозок. Это соответствовало общему плану удешевления перевозок, в котором главное место отводилось концентрации грузооборотов.

План не выглядел недостижимым, поскольку грузооборот через Тюмень и Челябинск на запад составлял в 1926 году 3,7 млн. тонн, в 1927 году — 3,2 млн.

тонн, в 1928 году — 4,8 млн. тонн.

Таким образом, в сущности, осталось загрузить дорогу кузнецким углем и установить для него подходящий тариф. Расчеты показывали, что себестоимость перевозок угля по маршруту Кузнецк — Магнитогорск составляла 0,32 копеек за тонно-километр (ткм). При обратной погрузке руды, себестоимость сокращалась до 0,27 копеек за ткм. При смягчении профиля до четырех тысячных можно было добиться удешевления себестоимости угля до 0,30 копеек за ткм. Было принято решение установить тариф для угля на уровне 0,32 копеек за ткм522.

Таким образом, перевозки угля получались вполне посильными. Перевозки 4,4 млн. тонн угля на 2200 км обходились в 30,9 млн. рублей. При обратной загрузке рудой, сверхмагистраль получала прибыль в размере 4,84 млн. рублей.

Это не считая доходов от перевозок хлеба, удобрений и других грузов.

Аргументации Диманштейна был нанесен сильнейший, опрокидывающий удар.

Если перевозки угля и руды в рамках Урало-Кузнецкого проекта оказывались рентабельными, то основное возражение Диманштейна оказывалось опровергнутым. Потому он, после публикации этих материалов, прекратил свою кампанию против Урало-Кузнецкого проекта. Эффект от контрудара был такой, что даже такой буржуазный специалист, как В.А. Ларичев, вынужден был согласиться с наметками уральских плановиков: «Дальнейшая задача при построении пятилетнего плана это дать такое направление в развитии добычи разных видов топлива и отдельных районов его добычи, которое удовлетворяло бы основные требования рационального районирования топливного снабжения страны и соответствовало бы намечающимся сдвигам в промышленной географии»523. Несмотря на определенное камуфлирование, понятно, что Ларичев признал правоту уральских плановиков.

Сибирская сверхмагистраль давала жизнь не только Урало-Кузнецкому проекту. Основные результаты сверхмагистрализации были таковы:

а) расширение хлебного производства Зауралья, юго-западной части Сибири и Северного Казахстана, б) разрешение топливной проблемы производств от Кузнецка до Волги, в) перевооружение промышленности Урала, г) развитие производительных сил Кузнецкого бассейна, Либин И.К. Техника Сибирской сверхмагистрали. / Проблема сибирской сверхмагистрали. М., «Госплан СССР», 1929, с. Тоцкий Н.М. Экономические проблемы сверхмагистрали сибирского направления. / Проблема сибирской сверхмагистрали. М., «Госплан СССР», 1929, с. Ларичев В.А. О пятилетнем топливном плане. // Плановое хозяйство, 1928, № 2, с. д) открытие новых путей развития Вятского горнозаводского округа524.


Сверхмагистраль и новый тариф делали перевозки кузнецкого угля выгодными на обширной территории, тем более, что уже в 1927/28 году кузнецкий уголь завозился вплоть до Ленинграда. Кузнецкий уголь также распространялся по всей зоне Турксиба, который в тот момент был начат постройкой.

Результаты проработки транспортного аспекта Урало-Кузнецкого проекта дали основание для окончательного решения о строительстве Магнитогорского и Тельбесского (Кузнецкого) металлургических заводов. Схватка за Урало Кузбасс закончилась убедительной победой уральских плановиков.

Глава десятая Окончательные варианты пятилетки 1928 год ознаменовался мощным импульсом в хозяйственном развитии СССР. Шла реконструкция старой промышленности, в рамках которой перестраивались старые предприятия, которые после этого резко увеличивали мощность и зачастую существенно меняли свой профиль. Приоритет в этой реконструкции отдавался самым крупным и важным предприятиям, которые должны были стать опорными предприятиями в годы первой пятилетки. По существу, в 1926/27 — 1928/29 годах прошла «предпятилетка», которая в значительной степени предопределила успех первой пятилетки. Построить новые крупные предприятия без помощи этих реконструированных предприятий было бы вряд ли возможно.

В это же время развернулась программа перестройки сельского хозяйства, произошел бурный рост социалистического сектора и появились первые «пшеничные фабрики» - крупные совхозы.

В начале 1928 года, после решений XV съезда, плановой работе был придан мощный импульс. Это хорошо чувствуется по публикациям в журнале «Плановое хозяйство», в котором с начала 1928 года стали активно обсуждать планы развития отраслей и всего народного хозяйства в целом. Разработка окончательных вариантов первого пятилетнего плана вышла на финишную прямую.

Превращение ЦК ВКП(б) в ключевую инстанцию в выработке пятилетнего плана самым благотворным образом сказалось на плановой работе. Буржуазные специалисты были отодвинуты на задний план, и все внимание был сосредоточено вовсе не на анализе конъюнктуры, а на целевых установках плана и их конкретной проработке. «Само понятие плана включает в себе то Тоцкий Н.М. Экономические проблемы сверхмагистрали сибирского направления. / Проблема сибирской сверхмагистрали. М., «Госплан СССР», 1929, с. или иное представление о цели. Не может быть плана без цели. Когда говорят о плане, имеют в виду обычно систему, характеризующую единственно цели.

Там, где нет цели, не может быть и речи о плане», - весьма категорично писал в январе 1928 года А. Леонтьев525.

Цели в плане были более или менее определены, и теперь плановикам предстояло выработать на их основе детальный план: «Превращение общих политико-экономических озарений XV съезда в развернутую программу народнохозяйственного строительства — такова задача текущего года» 526. За год плановикам в центре и на местах предстояло сделать окончательный вариант пятилетнего плана.

Аграрное перенаселение О том, какие именно тезисы Госплан СССР представил в Секретариат ЦК ВКП(б), можно судить по публикации перспективной ориентировки на 1927/ — 1932/32 год, напечатанной летом 1928 года для нужд плановых органов.

Госплан уточнял, что речь идет только об ориентировке: «Генеральный план не дан еще в своей первичной комиссионной сводке, а пятилетние планы Госплана СССР, хотя и прорабатываются уже в течение двух лет, но за отсутствием законченного генерального плана и вследствие запозданий аналогичных работ ведомств, республик и местных плановых органов, могут иметь в настоящее время значение лишь самой общей и весьма условной ориентировки»527.

В этих тезисах основное внимание было посвящено целям плана, вопросу использования рабочей силы и ликвидации аграрного перенаселения, вопросам накоплений и вложений, народного дохода, цен, в ракурсе которых рассматривались все остальные вопросы.

Основные задачи плана подразделялись на технико-экономические задачи, под чем в общем виде понималась индустриализация на базе электрификации, на социально-экономические задачи, под которыми подразумевалось улучшение благосостояния трудящихся масс, а также, в качестве третьей цели — повышение обороноспособности страны528.

Очень важным вопросом был уверенно прогнозируемый рост численности трудоспособного населения, который, в основном, приходился на деревню.

Между тем, деревня испытывалась аграрное перенаселение, поскольку экстенсивное зерновое хозяйство не могло обеспечить работой все рабочие руки, а слабое развитие промышленности тормозило культивирование трудоемких технических культур. Таким образом, народонаселение было еще одним элементом, связующим народное хозяйство в единое целое.

К этому моменту был уже расчет прироста народонаселения и рабочей силы529:

Леонтьев А. К вопросу о целевой установке в деле планирования. // Плановое хозяйство, 1928, № 1, с. Гринько Гр. Новый этап работы над пятилеткой. // Плановое хозяйство, 1928, № 2, с. Перспективная ориентировка на 1927/28 — 1931/32 годы. М, «Плановое хозяйство», 1928, с. Перспективная ориентировка на 1927/28 — 1931/32 годы. М, «Плановое хозяйство», 1928, с. Перспективная ориентировка на 1927/28 — 1931/32 годы. М, «Плановое хозяйство», 1928, с. Всего населения В т.ч. трудноспособного населения 1927 146,3 83, 1928 149,4 85, 1929 152,5 1930 155,8 90, 1931 159,3 92, 1932 162,7 1936 176,2 96, 1941 192,2 103, За пятилетие численность трудоспособного населения возрастала на 11,4% в дополнение к уже существовавшему аграрному перенаселению в деревне и безработице в городах. Эта проблема была настолько серьезной, что Госплан СССР вовсе не гарантировал решение ее в течение пятилетки: «К сожалению, накопившееся ныне аграрное перенаселение и безработица слишком значительны, чтобы их полностью ликвидировать при тех ресурсах для индустриализации страны, какими мы сейчас располагаем. Трудность задачи обостряется тем, что за ближайшее пятилетие прирост рабочей силы будет значительно обгонять прирост всего населения»530.

Это обстоятельство существенно повлияло, в частности, на планы развития сельского хозяйства, в котором видное место заняла распашка новых земель в Зауралье, в Сибири, в Казахстане и на Дальнем Востоке, с масштабной программой переселения крестьян. Одновременно было принято решение резко усилить зерновое производство за счет создания крупных зерновых хозяйств — совхозов, по американскому образцу, с высокой степенью механизации полевых работ и высокой продуктивностью. Такие хозяйства в публикациях конце 1920-х годов часто называли «пшеничными фабриками». Это считалось необходимым для того, чтобы иметь возможность прокормить города, избыточное население в деревне, создать военные и мобилизационные запасы зерна, а также обеспечить экспорт. Эту линию развития зернового хозяйства активно поддержал Сталин, и план развития сельского хозяйства стал составляться исходя из этих предпосылок.

План тракторной распашки Один из первых вопросов, который тщательно рассматривался и прорабатывался, был вопрос развития сельского хозяйства. Наряду с промышленностью, развитие сельского хозяйства было одним из важнейших частей первого пятилетнего плана: «Сельское хозяйство является базой народного хозяйства — продовольственной, сырьевой и экспортной, а потому развитие сельского хозяйства должно происходить в определенном равновесии Перспективная ориентировка на 1927/28 — 1931/32 годы. М, «Плановое хозяйство», 1928, с. с общим народнохозяйственным подъемом», - писал Н.П. Огановский531.

План развития сельского хозяйства преследовал сразу несколько целей:

рационализации аграрной политики, организации перерабатывающей промышленности и транспорта, а также осуществление мероприятий по организации сельскохозяйственных территорий и производства.

Однако, главным было расширение посевных площадей. По проекту пятилетнего плана намечалось увеличить посевную площадь в следующих масштабах (в млн. га)532:

1926 Отправной вариант Оптимальный вариант Зерновые культуры 95,3 108,3 110, Технические культуры 6,8 9,1 9, Пропашные культуры 10 14 15, Всего 112,1 131,5 134, Прирост общей посевной площади планировался по оптимальному варианту на 16,6%, но при этом упор делался вовсе не на зерновые культуры, прирост площадей под которыми составлял 13,5%, а на технические и пропашные — 26% и 33% соответственно. В принципе, как отмечал Рыков на XV съезде ВКП(б), перед СССР не было остро стоящей зерновой проблемы, а были лишь проблемы в хлебозаготовках и торговле с крестьянином, тогда как проблема обеспечения промышленности сельскохозяйственным сырьем стояла весьма остро. В дополнение к этому, сельское хозяйство должно было стать одной из главных экспортных отраслей.

В СССР в рамках работ по первому пятилетнему плану были разработаны довольно подробные и проработанные планы развития сельского хозяйства, совхозного и колхозного строительства. В Госплане СССР обсуждались как общие принципы составления этого плана, так и конкретные направления и порайонный разрез. Наркомзем РСФСР, в частности, подготовил обстоятельный план развития сельского хозяйства на пятилетку 1928/29 – 1932/33 годов, состоящий из 11 отдельных выпусков, в которых были рассмотрены все стороны сельского и лесного хозяйства.

Основные направления развития сельского хозяйства в СССР были разработаны под руководством М.М. Вольфа, который был председателем сельскохозяйственной секции Госплана СССР. Именно его разработки, сделанные в конце 1920-х годов, были положены в основу плана коллективизации.

Главное направление развития сельского хозяйства мыслилось таким образом. В первую очередь, Госплан СССР намеревался добиться разрушения потребительского хозяйства в деревне, когда большая часть продукции, в Огановский Н.П. Перспективный план реконструкции сельского хозяйства на пятилетие 1927/28 — 1931/32 годы. // Плановое хозяйство, 1928, № 1, с. Огановский Н.П. Перспективный план реконструкции сельского хозяйства на пятилетие 1927/28 — 1931/32 годы. // Плановое хозяйство, 1928, № 1, с. особенности, продовольственной, потребляется внутри самого производящего хозяйства, в данном случае отдельного крестьянского двора. Товарность зернового сельского хозяйства в целом по СССР по данным хлебооборота 1926/27 года не превышала 30%. Из валового сбора в 778 млн. пудов хлеба, 69,3% составляло личное потребление, тогда как экспорт хлеба составлял 3,4% сбора, а снабжение городов, армии и промышленности – 8% сбора533.

Потому Госплан СССР планировал мероприятия по развитию сельского хозяйства исходя из резкого увеличения товарности хозяйств и ставил собой целью резкое сокращение внутрихозяйственного потребления: «С массовой коллективизацией домашняя переработка сразу отпадет, и все сельскохозяйственные продукты, требующие переработки, поступают на индустриальные предприятия»534. По общей идее, колхозное крестьянство должно быть поставщиком на рынок разнообразного сельскохозяйственного сырья и должно было покупать готовые продовольственные продукты на рынке, без внутрихозяйственной переработки. Конечно, эта цель так и не была достигнута, и внутрихозяйственная переработка и в последующие годы занимала видное место. Однако, плановики исходили из такой цели, из которой вытекала необходимость бурного и повсеместного развития сельской индустрии, нацеленной на переработку сельхозсырья. М.М. Вольф провозгласил создание нового типа хозяйства — агроиндустриального комбината535.

Разумеется, к достижению подобной цели деревня была не готова по причине распространения маломощных хозяйств. По данным выборочных сельскохозяйственных переписей 1927 года, по СССР не имели пашни 3% хозяйств, посевов – 5,5%, рабочего скота – до 31%, пахотного инвентаря – до 37%, никаких средств производства – 3% 536. Бедняцкие хозяйства, составлявшие 32,2% от общей численности хозяйств, производили всего 10,1% продукции земледелия и 12,4% продукции животноводства537. Иными словами, примерно треть населения деревни в СССР не могла кормиться от своего хозяйства, и выживала либо за счет работы по найму или за счет отхожих промыслов.

Основная часть валовой продукции сельского хозяйства производилось в мелких товарных хозяйствах, которые составляли 64% общей численности, и производили 71% продукции земледелия, 76,4% продукции животноводства.

Потому основная часть товарной продукции производилась зажиточными хозяйствами, которые в то время в официальной статистике назывались мелкокапиталистическими, а в партийных решениях и газетах – кулацкими.

Они составляли 3,8% общей численности хозяйств, но производили 18,9% продукции земледелия и 11,2% продукции животноводства 538. Это были Немчинов В.С. Избранные произведения. Т. 4. Размещение производительных сил. М., «Наука», 1967, с. Вольф М.М. Пути реконструкции сельского хозяйства в пятилетии. М., 1930, с. Вольф М.М. Пути реконструкции сельского хозяйства в пятилетии. М., 1930, с. Немчинов В.С. Избранные произведения. Т. 4. Размещение производительных сил. М., «Наука», 1967, с. Немчинов В.С. Избранные произведения. Т. 4. Размещение производительных сил. М., «Наука», 1967, с. Немчинов В.С. Избранные произведения. Т. 4. Размещение производительных сил. М., «Наука», сведения выборочных переписей. Аналогичную картину рисовал и М.М. Вольф.

По его данным, 10% хозяйств владели 35-45% средств производства, 30% рабочего скота по стоимости, и имели 32,5% посевов 539. Эти данные показывают, насколько благосостояние деревни перед коллективизацией зависело от ничтожного слоя зажиточных хозяйств.

Это положение было хорошо известно в плановых органах и из этих данных вытекала конкретная задача пятилетнего плана развития сельского хозяйства в СССР – заменить кулацкие хозяйства социалистическими: «План ставит себе целью на протяжении пятилетия в противовес верхушке зажиточных индивидуальных хозяйств, среди которых ведущую роль играют хозяйства кулацкие, создать продуктивный массив социалистического земледелия. Создать социалистическое земледелие, которое к концу пятилетия по меньшей мере имело бы такой удельный вес в товарном зерне, какой имеет сейчас верхушка – вот одна из основных установок плана»540.

В своей работе М.М. Вольф отражал взгляды Политбюро ЦК ВКП(б), которое 29 сентября 1927 года образовало комиссию по составлению политических директив партии по разработке пятилетнего плана. В 1927 году начался процесс стремительной перестройки хлебного рынка. В этом году начались стройки и подготовительные работы на нескольких крупных новостройках, интенсивно восстанавливались и реконструировались заводы.

Городское население начало расти, и стало расти потребление хлеба, которое за год выросло на 20%. Одновременно начался кризис хлебозаготовок. Эти факторы вынудили сократить экспорт хлеба, который в то время был существенной статьей внешней торговли СССР и одним из источников средств на индустриализацию. В 1926/27 году было продано 2,4 млн. тонн зерна на сумму 695 млн. рублей, то в 1927/28 году было продано всего 356 тысяч тонн на сумму 119 млн. рублей541. Кризис хлебозаготовок обошелся государству убытками в размере 576 млн. рублей, или 27,7% от общей суммы экспорта за 1927/28 год542.

Социалистический сектор в деревне был очень слаб и производил в году всего 60 тысяч тонн товарного хлеба. Бедняцкие и середняцкие хозяйства, также колхозы и совхозы не смогли компенсировать кризисных явлений в хлебозаготовках. Однако, маломощность социалистического сектора в сельском хозяйстве нимало не смущала плановиков, и они видели основной путь развития именно в этом направлении. К слову сказать, уже в начале 1928 года в основных зерновых районах бурно стартовала политика строительства гигантских зерновых совхозов, и до 1929/30 года в них было вложено 1167, млн. рублей. Товарное производство социалистического сектора выросло в раз, составило в 1929 году 2160 тысяч тонн товарного хлеба и немного 1967, с. Вольф М.М. Пути реконструкции сельского хозяйства в пятилетии.. М., 1930, с. Вольф М.М. Пути реконструкции сельского хозяйства в пятилетии.. М., 1930, с. Внешняя торговля СССР за 1918-1940 годы. Статистический обзор. М., «Внешторгиздат», 1960, с.

94- Верхотуров Д.Н. Сталин против Великой Депрессии. Антикризисная политика СССР. М, «Яуза», 2009, с. превысило товарное производство крестьянского сектора, которое составляло около 2 млн. тонн543. «Предпятилетка» в сельском хозяйстве весьма существенно изменила положение дел в сельском хозяйстве.

Первые успехи подтолкнули плановиков и руководство к форсированию строительства совхозов и темпов коллективизации. В отношении колхозов, которые также должны были стать одной из опор социалистического сектора в сельском хозяйстве, был выдвинут план высоких темпов обобществления крестьянских хозяйств в основных зерновых районах, и планировалось освоение в масштабах СССР силами колхозов около 20 млн. гектар пашни, из них 15 млн. гектар – механизированной тягой, 5 млн. гектар – конской тягой544.

Как видим, сельскохозяйственный план опирался на механизацию, как на основной фактор расширения посевной площади. Тракторизация давала большой выигрыш. Трактор в год обрабатывал 220 гектаров посевов, от пахоты до уборки и обмолота, тогда как лошадьми можно было обработать 6- гектаров545. Один трактор заменял до 36 лошадей и открывал возможности запахивать меньшим количеством техники значительную площадь.

Тем более, что в 1928 году у сторонников тракторизации появился мощный аргумент — опыт работы Шевченковской машинно-тракторной станции на Украине. Руководитель этой МТС А.М. Маркевич написал книгу об опыте работы своей МТС, и она произвела настоящий переворот в планировании сельского хозяйства.

В начале 1920-х годов обсуждалась идея создать в деревне «энергетические центры», с помощью которых можно было бы вести обработку земли и перерабатывать продукцию. Первоначально предполагалось создать такие центры на основе электрификации, однако, эта задача оказалась непосильной. В обсуждении этого вопроса многие стали склоняться к трактору, в качестве основного узла сельского «энергетического центра». Только вплоть до 1928 года не было ясности в деле организации такого центра. Опыт Шевченковской МТС дал ответы на основные вопросы, тем более, что А.М. Маркевич серьезно отнесся к своей задаче и дал подробные сведения.

Шевченковская МТС появилась в 1927 году изначально в виде тракторной колонны, созданной про совхозе им. Шевченко, которая занималась обработкой земли за небольшую плату в 250 крестьянских хозяйствах. Сначала было тракторов. Однако, эффект был настолько велик, что уже на следующий год МТС имела уже 68 тракторов и обработала 15 тысяч десятин в 1163 хозяйствах.

На основе этого опыта, Маркевич по-новому подошел к старой идее «энергетического центра» в деревне. Если тогда в крестьянских хозяйствах энергия добывалась внутри хозяйства (рабочая сила, тягловый скот, двигатели, локомобили, трактора), то в рамках предложенного Маркевичем центральное место занимал энергетический центр — источник добывания двигательной энергии. Этот центр обслуживал примерно 40-60 тысяч гектаров в радиусе 12 История социалистической экономики. Т. III. Создание фундамента социалистической экономики в СССР 1926-1932 годы. М., «Наука», 1977, с. 347, Вольф М.М. Пути реконструкции сельского хозяйства в пятилетии.. М., 1930, с. Вольф М.М. Пути реконструкции сельского хозяйства в пятилетии.. М., 1930, с. 15 км546. Услуги по обработке земли оплачивались крестьянами по определенным тарифам. Если в работе МТС принимали участие сами крестьяне, то они получал оплату за труд.

По расчетам Маркевича, на создание МТС требовалось примерно тысяч рублей капитальных вложений, из которых 450 тысяч рублей приходилось на трактора. В расчете на гектар — 30 рублей. Итого, МТС должна была обрабатывать 26 тысяч гектаров547.



Pages:     | 1 |   ...   | 6 | 7 || 9 | 10 |   ...   | 15 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.