авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:   || 2 | 3 | 4 |
-- [ Страница 1 ] --

Федеральное государственное бюджетное образовательное

учреждение высшего профессионального образования

«Российский государственный педагогический университет

им. А. И. Герцена»

На правах рукописи

Декало Екатерина Эдуардовна

«Уровни готовности к лечению больных опийной наркоманией

(психокоррекция, реабилитация)»

Диссертация на соискание ученой степени кандидата психологических наук

Специальность: 19.00.04 – медицинская психология (психологические науки)

Научный руководитель доктор медицинских наук, профессор В.И. Курпатов Санкт-Петербург ОГЛАВЛЕНИЕ С.

ВВЕДЕНИЕ ………………………………………………………………............. Глава 1 ТЕОРЕТИКО-МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ОБОСНОВАНИЯ ПРОБЛЕМЫ ИССЛЕДОВАНИЯ ГОТОВНОСТИ К ЛЕЧЕНИЮ ЛИЦ, ЗАВИСИМЫХ ОТ ПСИХОАКТИВНЫХ ВЕЩЕСТВ……………………………………………………….......... 1.1 Современные мотивационные модели в изучении психологии лиц, зависимых от психоактивных веществ………………………………........................................ 1.2 Актуальность исследования готовности к лечению в медицинской психологии …………………………….......... 1.2.1 Экзистенциально-феноменологическое направление в изучении готовности к лечению……………………………... 1.2.2 Проблема изучения смыслов болезни и лечения у лиц, зависимых от психоактивных веществ……………………… 1.3 Методологические основы изучения смысла………………. 1.4 Мотивация на лечение в структуре «внутренней картины болезни» больных, зависимых от психоактивных веществ. 1.5 Патопсихологические и психосемантические особенности наркозависимых, в связи с нарушениями мотивации на лечение ……………………………………………….......... 1.6 Мотивационная когнитивно-поведенческая психокоррекция в комплексном лечении и реабилитации пациентов с наркотической зависимостью …………………………………………........... Выводы к главе 1 ……………………………………………………... Глава 2 МЕТОДЫ И МАТЕРИАЛ ИССЛЕДОВАНИЯ ……………….......... 2.1 Методы исследования ………………………………….......... 2.1.1 Методы первого этапа исследования ……………….............. 2.1.2 Методы и экспериментально-психологические методики второго этапа исследования …………………......................... 2.1.3 Методы третьего этапа исследования ………………............. 2.1.4 Статистические методы исследования ………………........... 2.2 Материал исследования ……………………........................... Выводы к главе 2 ………………………………………………........... Глава 3 РЕЗУЛЬТАТЫ ИССЛЕДОВАНИЯ УРОВНЕЙ ГОТОВНОСТИ К ЛЕЧЕНИЮ БОЛЬНЫХ ОПИЙНОЙ НАРКОМАНИЕЙ …………... 3.1 Результаты феноменологического исследования готовности к лечению больных опийной наркоманией........ 3.1.1 Факторная структура смысловой сферы больных опийной наркоманией ………………………........... 3.1.2 Результаты анализа взаимосвязей смысловой сферы больных опийной наркоманией как смыслового восприятия действительности и готовности к лечению ……………………………………………….......... 3.1.3 Результаты исследования защитных смысловых механизмов в структуре персонального мифа ………........... 3.2 Результаты анализа взаимосвязей смысловой сферы и готовности к лечению больных артериальной гипертензией (сравнительный анализ основной группы и группы сравнения) ………………………….......................................... 3.3 Результаты исследования готовности к лечению больных опийной наркоманией в структуре антинаркотического потенциала …………………….

............ 3.3.1 Статистический анализ совокупности психологических характеристик, определяющих уровень антинаркотического потенциала ……………......................... 3.3.2 Анализ взаимосвязи показателей готовности к лечению мотивационной сферы личности наркозависимых …........... 3.3.3 Результаты исследования ценностно-потребностной сферы и уровня мотивационного конфликта личности …………… 3.3.4 Результаты исследования ведущих мотиваторов поведения и степени осознанности компонентов мотива....................... 3.3.5 Результаты исследования уровня сопротивления лечению, мотивации употребления ПАВ, уровня патологического влечения к ПАВ ……………………........................................ 3.3.6 Результаты кластерного и дисперсионного анализов ………………………………………………............. 3.4 Уровни готовности к лечению больных опийной наркоманией ………………………………….......... 3.4.1 Уровень относительной готовности …………………........... 3.4.2 Уровень относительной неготовности ………………............ 3.4.3 Уровень смещения цели………………………………............ Выводы к главе 3 ………………………………………………........... Глава 4 ИССЛЕДОВАНИЕ ДИНАМИКИ ПОКАЗАТЕЛЕЙ ГОТОВНОСТИ К ЛЕЧЕНИЮ БОЛЬНЫХ ОПИЙНОЙ НАРКОМАНИЕЙ В РЕЗУЛЬТАТЕ ПРОГРАММЫ МОТИВАЦИОННОЙ КОГНИТИВНО-ПОВЕДЕНЧЕСКОЙ ПСИХОКОРРЕКЦИИ……………………………………………….... 4.1 Основные положения, стратегии, этапы и техники мотивационной психокоррекции и реабилитации больных опийной наркоманией для повышения готовности к лечению ………………………………….................................. 4.1.1 Основные положения и стратегии программы мотивационной психокоррекции …………………................. 4.1.2 Первый этап мотивационной психокоррекции – «этап сопротивления» ………………………………….......... 4.1.3 Второй этап мотивационной психокоррекции – «этап размышления» …………………………………............. 4.1.4 Третий этап мотивационной психокоррекции – «этап активных действий» ……………………………........... 4.1.5 Четвертый этап мотивационной психокоррекции – «этап закрепления результата» ………………………............ 4.2 Результаты динамики показателей готовности к лечению после применения программы мотивационной психокоррекции ……………………............ 4.2.1 Изменение уровня осознания ведущих мотивов поведения …………………………………............................... 4.2.2 Результаты сравнительного статистического анализа показателей антинаркотического потенциала группы 1 и группы 2 …………………………………............. 4.3 Результаты феноменологического исследования изменения готовности к лечению больных опийной наркоманией …………………………………………….......... Выводы к главе 4 ………………………………………………........... ВЫВОДЫ …………………………………………………………………............ ЗАКЛЮЧЕНИЕ……………………………………………………………........... СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ И УСЛОВНЫХ ОБОЗНАЧЕНИЙ..………............ СЛОВАРЬ ТЕРМИНОВ…………………………………………………….......... СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ ………………………………………………….......... СПИСОК ИЛЛЮСТРАТИВНОГО МАТЕРИАЛА.............................................. ПРИЛОЖЕНИЕ А. Базисная карта обследования пациента ………………….. ПРИЛОЖЕНИЕ Б. Результаты исследования готовности к лечению больных опийной наркоманией...……………………………………………..................... ПРИЛОЖЕНИЕ В. Результаты катамнестического исследования в основной группе 1 и основной группе 2..…………………………………………….......... ПРИЛОЖЕНИЕ Г. Схемы психокоррекции ………………………………........ ВВЕДЕНИЕ Актуальность исследования. Проблема результативных методов профилактики и способов терапии, организации медико-психологической помощи при зависимостях остается одной из наиболее важных проблем современной клинической психологии и наркологии. Бльшее число лиц с зависимыми формами поведения отказывается от обращения за профессиональной помощью, совершая социальный уход в сторону маргинализации. Значимость развития эффективных методов профилактики и коррекции необходимо рассматривать и сквозь призму влияния нарушений поведения на криминальное и рискованное поведение лиц, создающих угрозу окружающим людям и обществу в целом. Есть основания утверждать, что эффективность этих методов напрямую влияет на изменение наркотической и криминогенной ситуации в стране и мире. Чем лучше организован лечебно-профилактический процесс, чем более активно зависимые от патологической потребности лица сотрудничают со специалистами, привержены осознанию болезненности своего состояния, тем ниже социальные последствия [Бохан Н.А., 2000;

Валентик Ю.В., 2002;

Демина М.В., Чирко В.В., 2006;

Менделевич В.Д., 2007;

Сирота Н.А., 2005;

Ялтонский В.М., 2009;

Колпаков Я.В., 2009;

Di Clemente C.C., Prochaska J.O., 1982;

Medina-Mora E., 2005;

Poznyak V.B., 2005;

Uchtenhagen A., 2005].

Современные исследования констатируют особую значимость концепций, построенных на базе предполагаемых личностных свойств наркозависимых лиц с последовательным описанием направлений психологической помощи. Наиболее актуальными и эффективными в этой системе современная наркология называет интегративные сквозные медико-психологические модели, объединяющие профилактическую, лечебную и реабилитационную стратегии. Такие модели основываются на личностно-развивающейся терапевтической парадигме в контексте концепции развития психологии здоровья и адаптивного развития, где особо подчеркивается необходимость изучения готовности к лечению.

Констатируется необходимость применения методов работы с готовностью к лечению и мотивацией на изменение жизненного стиля потребителей наркотиков на всех этапах развития и коррекции аддиктивного процесса [Менделевич В.Д., 2001, 2007;

Сирота Н.А., Ялтонский В.М., 2005].

Актуально обращение к субъективному опыту больных опийной наркоманией и изучение феномена «готовности» в условиях изначально свободных от какой-либо продиктованной формы. Такую задачу позволяет решить выбор методологии практики понимания – экзистенциально феноменологический подход: практика феноменологического метода позволяет овладеть особым типом осмысления опыта и провести анализ соотношения смыслов явлений со становлением и экзистированием человека. Изучение организующе-образующей функции феномена смысла [Сайко Э.В., 2008], проявляющейся вектором смыслового восприятия ситуации, приобретает особую значимость при системном исследовании готовности к лечению в наркологии. На настоящий момент феноменологические исследования готовности к лечению больных опийной наркоманией, с последующим анализом факторов, на нее влияющих и описанием классификацией ее уровней как в российской, так и в зарубежной клинической психологии, не проводились.

Обозначенные выше положения позволяют говорить о значимости и актуальности данного исследования.

Цель исследования – изучить уровни готовности к лечению больных опийной наркоманией.

Задачи исследования:

1) провести анализ методологических оснований изучения феномена «готовности к лечению» в современной психологии зависимостей от психоактивных веществ;

2) провести феноменологическое исследование готовности к лечению больных опийной наркоманией, в сравнении с группой больных артериальной гипертензией, для выявления специфики готовности к лечению пациентов исследуемой группы;

3) изучить взаимосвязи показателей готовности к лечению (смысловой сферы, мотивационной сферы, сопротивления лечению) больных опийной наркоманией;

выделить факторы, обусловливающие ее снижение и повышение;

4) определить и описать уровни готовности к лечению больных опийной наркоманией;

5) разработать психокоррекционную программу психологической интервенции, направленной на повышение готовности к лечению больных опийной наркоманией;

проследить динамику показателей готовности к лечению.

Теоретико–методологическим обоснованием диссертационного исследования послужили концепции отечественной и зарубежной науки:

разработки о внутренней картине болезни (Р.А. Лурия, Г.А. Арина, Ю.Г. Зубарев, Б.В. Иовлев, Б.Д. Карвасарский, М.В. Коркина, Н.Д. Лакосина, А.Е. Личко, В.В. Николаева, Т.В. Рогачева, Л.Л. Рохлин, В.А. Ташлыков, А.Ш. Тхостов), исследования мотивации на лечение зависимых от психоактивных веществ (В.М. Ялтонский, Н.А. Сирота, М.В. Демина, В.В. Чирко, W.R. Miller, S. Rollnik), когнитивно-поведенческий подход в психотерапии (A. Ellis., A. Beck, M. Seligman, A. Lazarus), исследования мотивационной психотерапии (Н.А Cирота., В.М. Ялтонский, J. Prochaska, C. Di Clemente), модели профилактики рецидива наркологических больных (Н.А. Сирота, В.М. Ялтонский, Ю.В. Валентик, М.Е. Мedina-Mora), экзистенциально-феноменологический подход (А. Джорджи., Д. Келли, А. Лэнгле, Р. Мей, М. Хайдеггер, К. Ясперс), концепции изучения смысла А.Н. Леонтьев, Д.А. Леонтьев, В.Н. Мясищев, С.Л. Рубинштейн, Т.В. Рогачева, Д. Келли, В. Франкл, И. Ялом).

Методы исследования – феноменологический, клинико-психологический, экспериментально-психологический, статистического анализа данных.

Научная новизна. В диссертации апробированы новые методы исследования готовности к лечению в медицинской психологии. Впервые представлена классификация уровней готовности к лечению больных опийной наркоманией, основанная на уровнях осмысления ситуации лечения, изучены нормативные и отклоняющиеся варианты. Впервые разработана концепция готовности к лечению больных опийной наркоманией, впервые феноменологический метод использован в исследовании психологического состояния больных опийной наркоманией.

Впервые доказана связь уровня готовности к лечению больных наркоманией с уровнем осознания его смыслов и целей. Выделены иррациональные установки больных опийной наркоманией на лечение, разработана и внедрена программа психокоррекции.

Теоретическая и практическая значимость. Разработана теоретическая модель готовности к лечению больных опийной наркоманией. Понятия «смысловая сфера, смысловое восприятие действительности» введены в клинико психологическое исследование для изучения отношения больного к лечению.

Уточнено понятие «антинаркотический потенциал», дано определение в терминах медицинской психологии. Создана и обоснована модель изменений готовности к лечению больных опийной наркоманией в процессе мотивационных методов интервенции.

К значимым практическим результатам относится разработка и внедрение в лечебно-реабилитационный процесс комплексной программы мотивационной когнитивно-поведенческой психокоррекции иррациональных установок больных на лечение, направленной на повышение их готовности к лечению: программа четко структурирована, выбор технических средств обусловлен поставленными задачами. Проведена оценка динамики готовности к лечению больных опийной наркоманией в результате применения программы психокоррекции, соответственно современным критериям эффективности;

использованы методологически обоснованные критерии математического статистического анализа.

Положения, выносимые на защиту:

1) готовность к лечению больных опийной наркоманией потенциально прогнозируема: факторы могут быть выделены, измерены, скорректированы современными методами психокоррекции;

2) отношение к лечению больных опийной наркоманией на начальном этапе психокоррекции диффузно, недостаточно структурировано функциональными уровнями осмысления;

3) существуют феномены смысловой сферы, поддерживающие снижение готовности к лечению больных опийной наркоманией: смещение целей лечения, пессимистичное отношение к прогнозам, отсутствие осознания взаимосвязей с болезнью, нарушения в системе ведущих мотиваторов поведения;

эти феномены специфичны для данного спектра заболеваний;

5) в результате применения мотивационных методов психокоррекции повышается готовность к лечению больных опийной наркоманией.

Достоверность и надежность результатов и основанных на них выводов исследования обеспечена согласованностью основных теоретических методологических принципов, комплекса научных методов и методик, адекватных цели, объекту, предмету и задачам исследования, с данными экспериментального исследования, использованных методов статистической обработки и качественного анализа полученных данных.

Апробация работы и внедрение результатов исследования. Результаты исследования внедрены в практику образовательной деятельности ГБОУ ВПО «Сибирский Государственный медицинский университет», ГБОУ ВПО «Санкт Петербургский Государственный университет». Материалы исследования использованы в разработке учебных программ основных дисциплин, спецкурсов для студентов факультетов клинической психологии, психотерапии и социальной работы «Психология отклоняющегося поведения», «Клиническая психология», «Профилактика наркомании и алкоголизма», повышения квалификации специалистов в области медицины и клинической психологии «Клиническая психология», «Когнитивно-поведенческая психотерапия», «Мотивационная психотерапия больных с зависимостями». Результаты диссертационного исследования апробированы и внедрены в образовательную и практическую деятельность МЛПУ ЗОТ «Центр медицинской профилактики» г.Томска:

материалы используются на курсах повышения квалификации работников образования и здравоохранения, в рамках семинаров и тренингов для специалистов.

Результаты диссертационного исследования апробированы и внедрены в рамках специализированных реабилитационных программ для больных психическими и поведенческими расстройствами ОГБУЗ «Томский областной наркологический диспансер» г. Томска, ГБУЗ «Пензенская областная психиатрическая больница им. К.Р. Евграфова» г. Пензы, Психотерапевтического центра СпбГБУЗ «Городской психоневрологический диспансер № 7 (со стационаром), г. Санкт-Петербурга.

Различные аспекты диссертации и выводы о результатах исследования нашли отражение в 25 опубликованных статьях и тезисах, докладывались на российских и с международным участием конференциях, конгрессах и съездах, в том числе юбилейной научной сессии «Психоневрология в современном мире» (г.

Санкт-Петербург, 2007г.), Пленуме правления Российского общества психиатров «Взаимодействие науки и практики в современной психиатрии (г. Москва, 2007г.), научно-практической конференции «Мир аддикций: химические и нехимические зависимости, ассоциированные психические расстройства» (г. СПб, 2012г.). Научная работа по результатам диссертационного исследования «Динамика нарушений нозогнозии и мотивации к лечению больных опийной наркоманией» стала победителем конкурса молодых ученых всероссийской школы молодых ученых в области психического здоровья Российского общества психиатров «Психиатрия ХХI века: традиции и инновации» в 2007г.

Структура работы. Отражает логику исследования и состоит из введения, четырех глав, заключения, оформлена выводами, библиографический список состоит из 213 источников (171 российских, 42 зарубежных).

В первой главе «Теоретико-методологические обоснования проблемы исследования готовсности к лечению лиц, зависимых от психоактивных веществ»

проведено теоретическое обоснование проблемы исследования готовности к лечению больных зависимого спектра в современной медицинской психологии:

констатирована актуальность исследования готовности как мотивационной диагностической модели, проведен анализ экзистенциально феноменологического методологического направления исследований феномена готовности к лечению в современной науке;

анализ современных исследований смысловой сферы к лечению в аддиктологии, изучены направления патопсихологических и психосемантических исследований в связи с нарушениями мотивации на лечение наркологических пациентов;

современных методов оценки готовности к лечению больных наркоманией;

современных мотивационных методов психокоррекции, методов и уровней эффективности мотивационных интервенций в наркологии, медицинской психологии.

Во второй главе «Методы и материал исследования» описаны материал, методы, используемые экспериментально-психологические методики исследования.

В третьей главе «Результаты исследования уровней готовностик лечению больных опийной наркоманией» представлены результаты исследования готовности к лечению больных опийной наркоманией, в сравнении с группой больных гипертонической болезнью, результаты статистического анализа материала с применением корреляционного, факторного, кластерного анализов, описаны уровни готовности к лечению больных опийной наркоманией, классифицированы нормативные и отклоняющиеся варианты.

В четвертой главе «Исследование динамики показателей готовности к лечению больных опийной наркоманией в результате программы мотивационной когнитивно-поведенческой психокоррекции» описана программа мотивационной когнитивно-поведенческой психокоррекции: стратегии, этапы, техники.

Представлены результаты исследования динамики показателей готовности к лечению группы пациентов, в комплексном лечении которых использовался данный метод интервенции, в сравнении с группой пациентов, в лечении которых данный метод не применялся.

Диссертация изложена на 190 страницах, иллюстрирована 17 таблицами, рисунками, 22 клиническими примерами. Дополнена 4 приложениями.

Глава 1. ТЕОРЕТИКО-МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ОБОСНОВАНИЯ ПРОБЛЕМЫ ИССЛЕДОВАНИЯ ГОТОВНОСТИ К ЛЕЧЕНИЮ ЛИЦ, ЗАВИСИМЫХ ОТ ПСИХОАКТИВНЫХ ВЕЩЕСТВ 1.1. Современные мотивационные модели в изучении психологии лиц, зависимых от психоактивных веществ Обращение к диагностическим мотивационным моделям в современной клинической психологии связано с попытками решения прогностических задач в контексте повышения эффективности лечебных мероприятий [Бохан Н.А., Мандель А.И., 2001;

Винникова М.А, 2001;

Ильин Е.П., 2006;

Менделевич В.Д., 2007;

Керолл К.М., 2004;

Сирота Н.А., 2004;

Ялтонский В.М., 2009;

Di Clemente C.C., Prochaska J.O., 1982]. Особую значимость приобретает данная проблема в области аддиктивной психологии [Валентик Ю.А., 2002;

Пронин С.В., 2004;

Рогачева Т.В., 2004;

Сагалакова О.А., 2008;

Сирота Н.А., 2003;

Титова В.В., 2003;

Ялтонский В.М., 2009;

Miller W.R., 1993;

Medina-Mora E., 2005, Uchtenhagen A., 2005].

К настоящему времени в современной науке существует большое количество методологических моделей, изучающих отдельные компоненты мотивационной сферы (ведущих потребностей, мотивов определенной деятельности - учебной, профессиональной), личностных качеств, определяющих направленность поведения в социальной группе и т.д.). Однако современные исследователи мотивационной сферы, констатируют недостаточность развития системного подхода к рассмотрению мотивации и мотива [Ильин Е.П., 2006]:

подходов, позволяющих проследить весь процесс построения мотива, выявить его существенные моменты и тем самым – структуру мотива конкретного действия или поступка. Это становится еще более актуальным при психических расстройствах, сопровождающихся нарушениями мотивации, прежде всего при возникновении патологической потребности – изучить всю мотивационную систему, базу, на которой она возникла, с целью коррекции с помощью психологических методов, влияя на компоненты мотивационной структуры.

Вместе с тем, современные исследования констатируют особую значимость системных концепций, построенных на базе предполагаемых личностных свойств наркозависимых лиц с последовательным описанием направлений психологической помощи. Наиболее актуальными и эффективными в этой системе современная наркология называет интегративные сквозные медико психологические модели, объединяющие профилактическую, лечебную и реабилитационную стратегии. Такие модели основываются на личностно развивающейся терапевтической парадигме в контексте концепции развития психологии здоровья и адаптивного развития, где особо подчеркивается необходимость изучения готовности к лечению. Констатируется необходимость применения методов работы с готовностью к лечению и мотивацией на изменение жизненного стиля потребителей наркотиков на всех этапах развития и коррекции аддиктивного процесса [Бохан Н.А., 2001;

Воеводин И.В., 2010;

Елшанский С.П., 2005;

Менделевич В.Д., 2007;

Ялтонский В.М., 2009;

Miller W.R., 1993].

Современная клиническая психология располагает мотивационными моделями, направленными на выявление личностных диспозиций (свойств личности, установок), которые как доминирующие тенденции могут повлиять на принятие решения и формирование намерения, но, отнюдь, неизвестно, повлияли ли они на решение конкретно в данном случае [Ильин Е.П., 2006]. Именно к таким относятся методические приемы изучения потребности достижений и избегания неудачи, разработанные Д. Аткинсоном [Atkinson J., 1960]. Они предназначены не для определения специфики актуальной мотивации обследуемых, а для диагностики величины их устойчивого компонента, ставшего личностной особенностью. В данном случае, также как и в случаях изучения направленности личности, изучаются не мотивы, а потенциальные мотиваторы, которые могут быть задействованы в мотивационном процессе, а могут остаться индиферентными. При таком подходе каждая методика выявляет какую-то одну сторону или компоненту мотивационного процесса и не позволяет достоверно спрогнозировать поведение человека, что наиболее актуально в процессе лечения и реабилитации личности в ситуации нарушения мотивации. Не способствует правильной диагностике мотива и существующая «понятийная неразбериха»:

одни авторы под мотивом понимают потребности, другие – предмет удовлетворения потребности и т.д. Методики выявления таких мотивов концептуально различны [Ильин Е.П., 2006, с. 46].

В наркологии мотивационная сфера потребителей рассматривается и исследуется, в основном, в двух аспектах – изучение феномена патологической потребности и сферы мотивации употребления, а также активно изучается феномен низкой мотивации на лечение и осуществляется поиск «мишеней» ее повышения. При этом патологическая потребность понимается как «очень сильное желание принять психоактивное вещество или испытать проявления интоксикации им» (термин, применяемый для обозначения механизмов, лежащих в основе нарушения контроля) [Лексиконы психиатрии Всемирной организации здравоохранения, 2001], иным аспектам патологической потребности, взаимосвязям с другими компонентами мотивационной сферы личности наркозависимых, активного системного изучения не применяется.

Вместе с тем, в последние годы развиваются системные и системно уровневые модели [Демина М.В., 2006;

Колпаков Я.В., 2009;

Леонтьев Д.А., 2003;

Мещерякова Э.И., 2001;

Пронин С.В., 2004;

Рогачева Т.В., 2004;

Сирота Н.А., 2004;

Ялтонский В.М., 2009;

Di Clemente C.C., Prochaska J.O., 1982, Ellis А., 1988;

Uchtenhagen A., 2005).

Д.А. Леонтьевым [Леонтьев Д.А., 2003] представлена единая системная концепция смысловой реальности, представляющая собой трехуровневую модель функционально взаимосвязанных смысловых структур и поднимающая понятие «смысл на более высокий методологический статус постнекласический психологии, создание единой динамической психологической системы, что выводит психологию на новый качественный уровень [Сайко Э.В., 2008].

М.С. Карпов [Карпов М.С., 2008] представляет мотивационную модель вариантов формирования смысловых мотивационных процессов на различных уровнях смыслоосознания как вариантов поведения в значимых ситуациях, и состояний, обусловливающих активирующие и дезактивирующие паттерны поведения, поставленные перед человеком в новом смысловом контексте задач.

Модель персонального мифа представляет собой анализ индивидуальных проективных структур и метафор побудительных и дезактивирующих ценностных феноменов на сознательном и подсознательном уровнях [Мещерякова Э.И., 2001].

В.М. Ялтонским [Ялтонский В.М., 2009] предложена теоретическая модель мотивации к лечению у лиц, зависимых от психоактивных веществ. Исходя из теории мотивации достижения, процесс лечения может рассматриваться как деятельность, направленная на получение определенного прогнозируемого больным результата терапии, обусловленная его внутренним относительно устойчивым стремлением к преодолению болезни, а наличие мотивации к лечению является надежным предиктором успешности лечебно реабилитационного процесса. Мотивация к лечению лиц, зависимых от психоактивных веществ, представляет собой динамическое многоуровневое образование, имеющее сложную полимерную структуру, являющуюся производным компонентом мотивационного уровня внутренней картины болезни (мотивационный компонент внутренней картины терапии).

Очевидно, таким образом, что в современной медицинской психологии ставится актуальная задача изучения феномена отношения к лечению больных опийной наркоманией, во-первых, в рамках определенной системы, объединенной совершенно новым рассмотрением с помощью обращения к субъективному переживанию ситуации лечения самим пациентом для ответа на вопрос «К чему же человек готов, когда он приходит на лечение» и «Каковы смыслы, которые человек вкладывает, осуществляя намерение пройти лечение», а во-вторых получить ответ на этот вопрос, используя психологические методы. Существует необходимость рассматривать феномен готовности на лечение объектом исследования клинической психологии и обозначить ведущие клинико психологический и феноменологический методы его изучения.

1.2. Актуальность исследования готовности к лечению в медицинской психологии 1.2.1 Экзистенциально-феноменологическое направление в изучении готовности к лечению Готовности различного рода являются традиционным предметом психологических исследований, особенно в период личностных изменений. И проблема формирования желаемой готовности неизбежно связана с культурой феноменологической интерпретации, как опыта становления идентичности в категориях особых длительностей, длительностей становления. Предполагая процессуальность мотивационных процессов, структурные позиции, связанные с готовностью к лечению, помещаются в смысловой контекст переживания [Кабрин В.И., 2005;

Ленгле А., 2004;

Лукьянов О.В., 2009]: анализируется феноменология данного переживания как смысла действительной ситуации, учитывая процессуальное транстемпоральное изменение психологических систем.

Феноменологический подход практически полностью сосредоточен на субъективном опыте: таким образом, осуществляется претензия на возможность сущностного постижения психического. Таким образом, в рамках феноменологического постижения «готовности» исследуются сущностно, через понимание смыслов феномена и анализа соотношения этих смыслов со становлением и экзистированием человека [Лукьянов О.В., 2008].

Философские основания феноменологической психологии составляют идеи Э. Гуссерля [Гуссерль Э., 2005]. Особенностью феноменологической программы Э. Гуссерля является то, что она претендует, во-первых, на сущностное исследование психического опыта «из самого первоисточника», а, во-вторых, на строгую методологию доступа к этому «первоисточнику» и на общезначимость результатов своего исследования.

Среди последователей Э. Гуссерля следует назвать А. Пфендера, М. Гайгера, Ж.-П. Сартра, М. Мерло-Понти, А. Шюца и др. Среди представителей психолого-психиатрического контекста внедрения принципов и методов экзистенциально-феноменологического направления – К. Ясперс, Е. Минковски, Э. Страус, А. Кронфельд, В. Фон Гебсаттель, Г. Элленберг, Р. Мэй, Р. Лэйнг, Я.Х. Ван де Берг, Ф. Перлз, К. Роджерс, Дж. Бьюдженталь, В. Франкл и др.

Представители данного подхода называют феноменологическую психологию, направленную своим вниманием на переживание человеческого бытия, признающую реальность сферы значимых переживаний как фундаментального основания знаний о человеке.

В данной работе придерживаемся хода рассуждений Р. Мэя [May R., 1983], считающего, что экзистенциально-феноменологическое направление не противостоит другим школам и не предлагает альтернативных процедур и методов, а стремится дать анализ структуры человеческого существования, который будет способствовать более глубокому пониманию человека в любых кризисных ситуациях.

Готовности различного рода нередки в трудах представителей экзистенциально-феноменологического направления в контексте понятия «открытости опыту». В. Франкл называет его основой «непосредственное, интуитивное постижение себя самого в существующей реальности, или чувство контакта со своим «Я», то есть «аутентичность» [Франкл В., 2000]. По мнению философа и психолога К. Ясперса, феноменологическое исследование непосредственного психического опыта человека предполагает исследование содержания его сознания в виде слов, передающих его переживания, чувства, мысли, образы, ассоциации, суждения. Такое содержание сознания является достаточным для исследования [Ясперс К, 1997]. Феноменом в данном случае называется «любое индивидуальное психическое переживание" [Менделевич В.Д., 2001, с.65]. В феноменологическом анализе необходим акт «вчувствования», понимания, эмпатии со стороны исследователя [Ясперс К., 1997].

Готовность определяется О.В. Лукьяновым [Лукьянов О.В., 2009] в контекстуальном феномене «готовности быть» как способность не только определять предметно (прагматически), эмпирически и рационально свое бытие, но и принимать бытие в качестве действительности, то есть состояние достижения определенной вершины. Готовность и присутствие в мире взаимно необходимы и взаимодетерминируемы. Феномен готовности рассматривается не как фокус, позволяющий получить некие блага или избежать издержек, но связывается с опытом и его осмыслением в понимании потоков времени. В нашей работе мы поддерживаем такое понимание готовности и определяем контекст «готовности к лечению» вслед за трактовкой О.В. Лукьянова «готовности быть»

как понимание сущности нездоровья: «Я не здоров, потому что не готов быть здоровым. Не лечусь, потому что не готов к лечению….. Лечусь именно так, как я готов к лечению. Я стал таким, каким готовился стать. И я стану таким, каким готовлюсь стать и когда буду готов. Между этими императивами собственно и происходит моя жизнь, мое присутствие в мире» [Лукьянов О.В., 2009, с.129].

Таким образом, в нашей работе используется и исследуется уточнением контекст «готовность к лечению примиряет человека с самим лечением». Исследователь О.В. Лукьянов предлагает изучение сущностей, модусов, полюсов феномена готовности в рамках методологии, предполагающей принцип транстемпоральности, рассматривающий активный процесс как систему активации форм становления экзистенций различных уровней сложности и жизненности, которую О. Розеншток-Хюсси назвал метаномикой [Розеншток Хюсси О., 2000]. Главным объектом здесь является текст, а основной категорией экзистенциальный смысл, способность к высказыванию (способность говорить и является готовностью быть).

1.2.2. Проблема изучения смыслов болезни и лечения у лиц, зависимых от психоактивных веществ В феноменологическом изучении готовность исследуется в контексте понятий транстемпоральной идентичности. Важна не статичная зафиксированная фактическая идентичность, важно то, чтобы согласовать и воспроизвести целостность жизни в континууме реалистических целей вовремя, когда имеет место соответствие смыслов. Темпоральная идентичность и смысловая направленность являются условием своевременности события, сохранения целостности человека в изменениях жизни.

Изучив субъективное отношение к возникшей зависимости и лечению, возможно формирование эффективных стратегий преодоления, базирующихся на самомотивирующих механизмах. Смыслы болезни и лечения существуют на границе внешнего и внутреннего [Рогачева Т.В., 2004], в так называемой «зоне интериоризации внешней действительности», где актуализируются потребности личности, осознание которых в ситуации болезни обеспечивает болеющему человеку понимание происходящего. Болезнь – есть «встреча» внешних факторов и внутренней предрасположенности индивидуума к приобретению или отторжению этих факторов. Эта встреча происходит в специфической смысловой реальности [там же].

Актуальным представляется обращение к субъективному опыту больных опийной наркоманией, эксплицированного в самоотчетах. Таким образом, возможно изучение феномена готовности в условиях изначально свободных от какой-либо продиктованной формы. В условиях реабилитационного стационара, таким образом, исследуется контекст становления ситуации, преобразование естественного социального сообщества в терапевтическое (методология действенного исследования К. Левина) [Клочко В.Е., 2007]. Поддерживается социотерапевтическое пространство, структурно состоявшее из мотивационных мероприятий с большим количеством психологической информации и психологического опыта (мотивационная психокоррекция).

Изучение особенностей и условий смыслового субъективного восприятия ситуации лечения и готовности к лечению представляется актуальным в системе исследования реального человеческого смысла в продвижении человека к целостности. Происходящий при этом процесс осознания и действие механизмов саморефлексии и самосознания является недостаточно изученным и не раскрытым в полной мере [Сайко Э.В., 2008].

Таким образом, изучение организующе-образующей функции феномена смысла [там же], проявляющейся вектором смыслового восприятия, приобретает особую значимость при системном исследовании готовности к лечению в наркологии. Пациент включается в практику становления и восстановления терапевтического сообщества, трансформации экзистенций и формирования нормативов (нормативных мотивационных механизмов и нозогенических реакций). Ситуация готовности к лечению рассматривается как психологическое поле противостояния (защиты)/присутствия. Решающее значение в изменении состояния психологической системы имеют факторы, от которых в действительности зависит устойчивость системы [Лукьянов О.В., 2005], и факторы, которые влияют на изменение системы.

1.3. Методологические основы изучения смысла Смысл – феномен, вызывающий активный интерес у исследователей разных сфер знаний, и одновременно являющийся наименее устойчивым в своем определении, в том числе в своей представленности в разных сферах знаний [Э.В. Сайко, 2008]. В психологии категория «смысл» особенно актуальна в работах отечественных и зарубежных исследователей. Л.С. Выготский, А.Н. Леонтьев, В.Н. Мясищев, Б.С. Братусь, Ф.Е. Василюк, А.Г. Асмолов, Д.А. Леонтьев, В.В. Столин, Т.В. Рогачева, Д. Келли, В. Франкл, Э. Фромм, К. Ясперс, И. Ялом и др. исследуют проблему смысла в этиологическо функциональном контексте индивидуального и коллективного присутствия, определяя особенное значение смысловых проявлений в особенные значимые ситуации для индивидуума.

Д.А. Леонтьев [Леонтьев Д.А.2003] в своей фундаментальной работе, посвященной смыслу «Психология смысла» отмечает наличие в современной науке противоречащих друг другу определений смысла при отсутствии соответствующих концепций. Однако ученым подчеркивается наличие и необходимость обращения к личностному контексту феномена смысла и отмечается сложная многогранная структура смысловой реальности, принимающая различные формы и проявляющаяся в различных эффектах.

Изучение индивидуальных реализаций, особенностей формирования и функционирования в различных сферах составляет интегральное поле современной проблемы смысла.

Особое место феномен смысла занимает при изучении процессов самоорганизации и саморегуляции. Такой подход развивается А.С.Арсеньевым [Арсеньев А.С., 1999], П.Я. Гальпериным [Гальперин П.Я., 2000], Э.В. Сайко [Cайко Э.В., 2008]. Смысл рождается в процессе антропогенеза в качестве необходимого основания этого процесса на фазе рождения рефлексии, вместе с рождением деятельности, превращая предметы в «орудия» деятельности при фиксированности способа действия и придания смысла деятельности [Сайко Э.В., 2008]. Движение человека к целостности определяется возможным только в смысловом контексте, где важен акт осознания и действие механизмов рефлексии самосознания. Таким образом, в современной психологии отражается онтологический контекст изучения человеческого бытия.

Смысл в психологии чаще связывается с его индивидуальным порождением и функционированием в качестве личностного смысла [Леонтьев Д.А., 2006].

Именно эта система смыслообразования наиболее полно представлена в психологии [Карпов М.С., 2008]. Проявляется эта система в тех характеристиках, которыми объективно нагружается смысл. Речь идет о таких феноменах, как отношение и деятельность. А.Н. Леонтьев [Леонтьев А.Н., 1983] отмечал, что проблему смысла необходимо ставить исторически. Понятие смысла означает отношение, возникающее вместе с возникновением той формы жизни, которая необходимо связана с психическим отражением действительности. Смысл отражает и несет отношения человека.

В настоящее время в психологии накоплен огромный материал в плане характеристики структурно-содержательной и функциональной сущности смысла [Лэнгле А., 2004]. Д.А. Леонтьев [2003] в своей монографии «Психология смысла» предпринял попытку построения единой системной концепции смысловой реальности, поднимая понятие «смысл» на новый, более высокий методологический статус, на роль центрального понятия в новой, неклассической или постмодернистской психологии - психологии «изменяющейся личности в изменяющемся мире» [Асмолов А.Г., 1990, с.365]. Автор отмечает, что это становится возможным благодаря тому, что понятие смысла оказывается «своим»

и для житейской и для научной психологии;

и для академической и для прикладной;

и для глубинной и для вершинной;

и для механистической и для гуманистической. Более того, оно соотносимо и с объективной, и с субъективной, и с интерсубъективной (групповой, коммуникативной) реальностью, а также находится на пересечении деятельности, сознания и личности, связывая между собой все три фундаментальные психологические категории. Очевидно, что это не должно было бы быть механистическим соединением статичных кусков различных психологических систем с помощью «клея» смысла. Понятие смысла должно было бы придать динамику единой психологической системы Д.А. Леонтьева и вывести психологию на новый качественный уровень, открывая путь для её дальнейшего развития.

Д.А. Леонтьев [Леонтьев Д.А., 2003] рассматривает трехуровневую модель функциональных взаимосвязей смысловых структур. На первом уровне этой модели располагаются личностные смыслы и смысловые установки, на втором – мотивы, смысловые конструкты и смысловые диспозиции, на третьем (глубинном) – личностные ценности. Под смысловыми конструктами здесь понимается категориальная шкала внутренних смыслов, представленная в психике субъекта на уровне глубинных структур образа мира и выражающая значимость для субъекта определенной характеристики (параметра) объектов и явлений действительности и служащая для дифференциации и оценки объектов по этому параметру. Смысловая диспозиция определяется как «отношение к объектам и явлениям действительности, имеющим для субъекта устойчивый жизненный смысл, которое консервируется в форме фиксированной установки и проявляется в «эффектах личностно-смысловой и установочно-смысловой регуляции» [там же, с.205]. Личностный смысл при этом определяется как «характеристика, которую приобретают объекты и явления действительности, будучи презентированы субъекту в образе» [там же, с.168].

Перечисленные структурные элементы смысловой сферы участвуют как в формировании смыслового содержания, так и в процессах смыслового регулирования деятельности.

Процессы большой динамики смысловых структур подразумевает «процессы рождения и изменения смысловых образований личности в ходе жизни человека, в ходе смены различных видов деятельности [Леонтьев Д.А., 2003].

Процессы малой динамики – смыслообразование, смыслоосознание, смыслостроительство – «процессы порожденияи трансформации смысловых образований в ходе движения той или иной особенной деятельности» (там же).

Именно эти процессы становятся предметом рассмотрения в настоящей работе.

Смыслообразование представляет собой «процесс распространения смысла от ведущих, смыслообразующих, «ядерных» смысловых структур к частным периферическим производным в конкретной ситуации развертывающей деятельности». Этот процесс является и процессом ситуативного развития мотивации. Источниками процесса смыслоосознания являются смысловые диспозиции и смысловые конструкты.

Смыслоосознание – это процессы осознания смысловых структур, что связано непосредственно с деятельностным аспектом смысловой сферы, и процессы осознания смысловых связей как рефлексии, связанной с постановкой задачи «определения места явления в жизнедеятельности субъекта».

Смыслостроительство – процессы, затрагивающие «преобразования глубинных структур личности». Процессы при этом затрагивают систему личностных ценностей и ее преобразование.

Согласно «теоретической модели смыслового восприятия» [Леонтьев Д.А., 2003] ситуации воспринимаются субъектом на различном уровне вышеописанных смысловых процессов.

1. На уровне понимания возможны некоторые варианты протекания процесса смыслообразования:

- восприятие в целом ситуации как незначимой;

- восприятие ситуации как преодолимого препятствия (нормальный процесс смыслообразования);

- восприятие ситуации как непреодолимого препятствия, при этом человек не может связать ситуацию с какими-то смысловыми конструктами уровня осознания.

Таким образом, на уровне понимания определяются два типа личностных смыслов, формирующихся в процессе смыслоосознания, - реальные и защитные.

Реальными являются соответствующие категории незначимых или значимых и реально преодолимых ситуаций, защитными – личностные смыслы, оценивающие ситуацию как непреодолимую преграду и вырабатывающие иллюзорные представления о возможности ее преодоления или просто относящие к категории непреодолимых [Карпов М.С., 2006].

2. На уровне осознания при конфликтном состоянии смысловой сферы (в ситуации ненормативного формирования личностного смысла) возможны варианты формирования смысловых процессов:

- путем осознания ситуации расширением ее контекста, вербализацией содержания и последующей связью с ценностными структурами;

- путем вытеснения внутреннего конфликтного состояния (отнесение ситуации к незначимой или изменением содержания ситуации);

- путем отнесения ситуации к возможно преодолимым с необходимостью осмысления.

3. На уровне осмысления в процессе смыслостроительства происходит преобразование системы личностных ценностей по следующим вариантам:

- конечной перестройкой системы ценностей в виде формирования личностной задачи;

- путем накопления напряженного кризисного состояния, которое неизбежно приведет к отказу от процесса смыслостроительства, породив защитные смысловые структуры;

- переводом состояния в кризисное, при невозможности и нежелании преодоления кризиса (депрессивный вариант);

- «положительным» завершением осмысления необходимости изменений кризисного процесса, формирование глубинных смыслов в процессе смыслостроительства.

Таким образом, оказавшись в критической ситуации, человек попадает во внутреннее конфликтное или кризисное состояние, из которого «в случае использования психологической защиты переходит в состояние внутриличностного конфликта или кризиса восприятия» [Карпов М.С., 2006, Курицин С.В., 2009], обусловливающих дезактивацию деятельности. В случае же выработки реальных смыслов процессы смыслостоительства приводят к развитию всей смысловой сферы личности, затрагивая ее глубинные структуры, что приведет к процессам активации и реализации поставленных субъектом в новом смысловом контексте задач.

Анализ персонального мифа [Мещерякова Э.И., 1999, 2001] представляет собой междисциплинарную концепцию в рамках философии, лингвистики, исторических исследований и др., способную «оживить глубокие корни единства естественных и гуманитарных наук…» [Мещерякова Э.И., 1999]. Такой подход обеспечивает понимание целостности личности по «дильтеевскому «герменевтическому кругу», постоянно расширяющемуся самим феноменом исследования. «Целостность как самая существенная личностная характеристика…определяется феноменологически созерцаемыми переживаниями» [там же, с.106]. Метафора становится более уместной, чем понятия, так как обеспечивает человеку бльшую свободу, чем, например, в тестовой ограниченности психодиагностических интерпретаций. Метафора, таким образом, представлена в персональном мифе как его смысловое ядро [там же, с.98]. Психологическое понятие персонального мифа пересекается с понятием самопрезентации. «Миф – сюжет, где каждое сюжетное действие наделено смыслом. Цель мифа – систематизация определенных составляющих мировоззрения, обоснование представлений о каких-либо сферах жизни» [там же, с.101]. В рамках концепции постулируется индивидуальность, самостоятельность и неповторимость опыта. Персональный миф трактуется как объективная, реальная, образная, символическая вербальная сущность, эмоционально переживаемая и закрепленная в тексте. Персональный миф рассматривается и как разновидность биографического метода, и как универсальная проективная методика, где личность заявляет о своих ценностях на сознательном и подсознательном уровнях. Конструирование персонального мифа расшифровывается психологом через психологический анализ текста, которым становится любое личностно значимое описание человека. Смысловой единицей текста в исследовании становится метафора. Как психологическое образование, метафора описывается в рамках феноменологического подхода. Базовая метафора повествования является частной составляющей когнитивной сферы личности, обобщением накопленного опыта. Для выявления базовой метафоры автором концепции предлагается «вычленение смыслонесущих понятий в структуре риторики текста» [там же, с.105], представляющих собой категоризацию основных позиций личностного пространства.

Предлагаемая концепция представляется в рамках данной работы применимой на клиническом материале как наиболее целедостижимая в направлении экзистенциально-феноменологического целостного изучения аспектов переживания различных ситуаций, в частности ситуации лечения, и в направлении безоценочного и безусловного принятия опыта пациента в контексте экзистенциального рассмотрения нормы и патологии [Дремов С.В., 1999].

1.4. Мотивация на лечение в структуре «внутренней картины болезни» больных, зависимых от психоактивных веществ Внутренняя картина болезни (ВКБ) – психические переживания, связанные с наступлением патологического процесса – является не менее важной характеристикой последнего, чем объективно выявляемые симптомы и синдромы [Лурия Р.А., 1977]. Столкновение человека с болезнью – это одна из постоянных универсальных жизненных коллизий, которая не могла не привлечь внимание философов, художников, клиницистов, наблюдавших внутренний мир людей [Демина М.В., 2002]. Мысль о том, насколько глубоко перестраивается вся личность человека, столкнувшегося с заболеванием, заставившего пересмотреть всю смысловую систему, всю систему прежних ценностей, прийти к качественно новому существованию – постоянная тема и современной науки.


Исследование внутренней картины болезни особое значение приобретает в клинической психологии, поскольку субъективные переживания больного – такая же реальность, как и внешние проявления болезни. Эту систему понимания развивают Ю.В. Валентик, C.П. Елшанский, Р.А. Лурия, Б.Д. Фридман, А.Ш. Тхостов, Т.В. Рогачева, Н.А. Сирота, В.М. Ялтонский и многие др.

По мнению В.М. Ялтонского [Ялтонский В.М., 2009], мотивация к лечению является важным структурным компонентом мотивационного уровня внутренней картины болезни, который в процессе динамики формирования внутренней картины болезни отражает изменения мотивационной (ценностно-смысловой) сферы личности, ценности здоровья и болезни, цели лечения и т.д.

Ю.В. Валентик [Валентик Ю.В., 2002] выделил три установки в отношении терапевтического процесса у лиц, зависимых от наркотиков. Первая терапевтическая установка – это установка на получение быстрой помощи по купированию синдрома отмены и последующей выпиской. Вторая установка – установка на трезвость – понимание, что нормальная жизнь возможна только в условиях полного безоговорочного отказа от наркотиков. По мнению автора, она формируется на основе критического понимания болезни. На заключительном этапе формируются установки на достижение позитивных социально-значимых целей. При прохождении этого этапа возможен результат – способность пациента жить в своем нормативном окружении и быть успешным.

В.М. Ялтонский [Ялтонский В.М., 2009] считает, что мотивацией на лечение является побуждение личности, ее заинтересованность включиться в процесс лечения, продолжать участвовать в нем и быть приверженным определенной стратегии изменения поведения, связанного с болезнью. По мнению автора, мотивация на лечение отражает степень готовности больного к изменению поведения, опосредованного болезнью.

В.М. Ялтонским [Ялтонский В.М., 2009], предложена теоретическая модель мотивации к лечению у лиц, зависимых от психоактивных веществ. Исходя из теории мотивации достижения, процесс лечения может рассматриваться как деятельность, направленная на получение определенного прогнозируемого больным результата терапии, обусловленная его внутренним относительно устойчивым стремлением к преодолению болезни, а наличие мотивации к лечению является надежным предиктором успешности лечебно реабилитационного процесса. Мотивация к лечению лиц, зависимых от психоактивных веществ, представляет собой динамическое многоуровневое образование, имеющее сложную полимерную структуру, являющуюся производным компонентом мотивационного уровня внутренней картины болезни (мотивационный компонент внутренней картины терапии). Она отражает когнитивные стадии готовности к изменению зависимого поведения, возможные переходы в процессе интернализации от регуляции зависимого поведения с помощью внешних факторов – к саморегуляции, от внешней мотивации – к смешанной мотивации к лечению (внешней и частично внутренней) и обратно. В процессе интернализации происходит замещение внешних представлений о болезни и целесообразности лечения внутренними представлениями больного. В модели мотивации к лечению лиц, зависимых от психоактивных веществ В.М.

Ялтонский [там же] выделяет три уровня (негативный, амбитендентно амбивалентно-неустойчивый и позитивный) и сложную структуру, включающую ценностно-смысловые, эмоциональные, когнитивные и поведенческие компоненты (предикторы). Уровни и структурные компоненты мотивации к лечению могут быть индивидуализированными мишенями психотерапии.

Я.В. Колпаков и В.М. Ялтонский [Колпаков Я.В., 2009] выделяют «мишени» психотерапии для каждого уровня мотивации на лечение. Для уровня негативной мотивации на лечение «мишенями» являются повышение признания болезни и повышение амбитендетно-амбивалентного отношения к ней. Для уровня амбитендентно-амбивалентно-неустойчивой мотивации на лечение «мишенями» являются повышение признания болезни, повышение амбитендетно амбивалентного отношения к ней и повышение восприятия социальной поддержки. Для уровня позитивной мотивации на лечение «мишенями» являются повышение признания болезни, повышение амбитендетно-амбивалентного отношения к ней, повышение восприятия социальной поддержки и повышения самоэффективности.

ВКБ включает в себя также уровень осознания заболевания (степень нозогнозии), отношение к терапии, отношение к заболеванию, особенности аффективного спектра, когнитивную составляющую заболевания и др.

[Демина М.В., 2006]. Концепция «смыслогенеза аддиктивной болезни»

представлена Т.В. Рогачевой [Рогачева Т.В., 2004], согласно которой, в частности, осмысление болезни и себя в ней у аддиктов чаще, чем у других пациентов, происходит осознанно, включая механизм рефлексии. «Смена мира»

первоначально происходит в рамках тех видов деятельности, которые не определены по своему исходу и возможных неблагоприятных последствий» [там же, с.316]. Таким образом, риск выступает одним из вариантов деятельности и способом решения основных повседневных и критических задач. Происходит «смысловой выбор саморазрушительной формы» то есть «волевой смысловой выбор». Смыслогенез аддиктивной болезни рассматривается автором в системе понятий «Смысловое социальное непонимание», «Конфликтный смысл», «Смысловая личностная диссоциация», «Смысловое моральное смещение», «Смысл суррогатных эмоций», «Смысловая реальность риска», «Стимульный смысл», «Смысл немотивированного риска», «Иллюзорные смыслы», «Смыслы нейтральности существования», «Смысловой выбор как протест», определяя специфику смыслогенеза, возможные стратегии исследования смыслового пространства, патогенетические механизмы аддикции. Анализ типов реагирования на наркотическую зависимость представлен также в данной концепции и называется автором сложной задачей. Т.В. Рогачевой [там же] выделено примерно одинаковое распределение количества зависимых пациентов по диффузному и смешанному типам отношения к болезни, принципиально не отличающимся от больных инфарктом миокарда. Однако структурные компоненты обоих типов отношения носят конфликтный характер. Диффузный и смешанный типы – это комплексы интрапсихически ориентированнных способов отношения к болезни, чаще ипохондрического типа как сосредоточенности на субъективных ощущениях, сочетания желания лечиться и неверия в успех, а также меланхолического типа как удрученности болезнью, неверия в успех и в выздоровление. Автор констатирует преобладание в данной выборке дезадаптивных моделей поведения в болезни, используя ее либо в своих целях, либо для выражения агрессивного паранояльного отношения к своему здоровью.

В системе изучения внутренней картины болезни в современной наркологии представлены модели анализа сопротивление лечению [Белокрылов И.В., 2010;

Валентик Ю.В, 2002;

Даренский И.Д., 2003;

Дмитриева Т.Б., 2004;

Керролл К.М., 2004;

Сирота Н.А., Ялтонский В.М., 2005;

Титова В.В., 2003;

Чирко В.В., 2002;

Шестопалова Л.Ф., Перевозная Т.А., 1999;

Prochaska J.O., 1992;

Ryan R.M., 2006;

Uchtenhagen A., 2005;

Marlatt G.A., 1985, Wills T.A., 1990].

В постабстинентном периоде у лиц с синдромом опийной зависимости объективно можно отметить такие типы отношения к терапии [Чирко В.В., 2002]:

реальное желание и готовность лечиться;

безразличие к лечению (на фоне внешне упорядоченного поведения и вербальных деклараций об «отсутствии тяги»

полного купирования синдрома патологического влечения в данной группе не происходит);

пассивный протест против лечения;

активное сопротивление лечению. Данные исследования показывают, что сопротивление в той или иной мере присутствуют у большей части наркологических больных.

В рамках структуры ВКБ рассматривается также феномен нарушения сознания заболевания – анозогнозия, мешающий успешной терапии, на который указывают множество исследователей [Альтшуллер В.Б., 1994;

Винникова М.А., 2001;

Демина М.В., 2003;

Дереча В.А., 2000;

Рохлин Л.Л., 1972;

Чирко В.В., 2002).

Существуют противоречивые взгляды на феномен нарушения сознания наркологической болезни. Ряд исследователей [Асташкевич Б.А., 1989;

Marlatt G.A., 1985] придерживается мнения, что анозогнозия является защитным механизмом, стремящимся защитить «я» больного от социального осуждения.

При этом основное значение придается нарушению когнитивной составляющей сознания болезни – интеллектуальному компоненту ее внутренней картины, то есть отсутствию правильного представления о клинической сущности заболевания [Демина М.В., 2004]. Однако, как считают М.В. Демина [там же] и М.А. Винникова [Винникова М.А., 2001], нарушение сознания наркологической болезни нельзя рассматривать как проявление психологической защиты, поскольку этот феномен тесно вплетается в доминантную сверхценную структуру синдрома патологического влечения и в своей эволюции полностью коррелирует с ее динамикой. Синдромологическое содержание нарушения сознания болезни у наркологических больных М.В. Демина [Демина М.В., 2004] относит к явлениям деперсонализации, которая в этом случае селективно захватывает лишь сферу переживания болезни, оставляя в значительной мере интактными другие компоненты самосознания.


Если рассматривать психотерапию как процесс, разделенный на этапы по степени преодоления зависимости, то состояние анозогнозии можно отнести к самому первому этапу. Человек, находящийся на этом этапе, отрицает само наличие проблемы. Почти все, кто находится на этой стадии, хотят менять не себя, а окружающих. На терапию они обычно приходят под давлением близких.

Будучи принужденным идти к специалисту, эти люди хотят только одного: чтобы окружающие прекратили придираться к ним. Если этого не происходит, они могут «измениться» внешне (например, согласиться на лечение), но только до тех пор, пока мощное внешнее давление не ослабнет. В этом случае они быстро возвращаются в исходное состояние. Для этой стадии характерно мощное сопротивление. На этой стадии преобладает экстернальный локус контроля, то есть приписывание всей ответственности за происходящее внешним факторам (генетике, привыканию, семье, обществу или «судьбе»). Поскольку эти факторы являются внешними, человек ощущает, что не властен над ними и не может их контролировать. Люди на этой стадии сильно деморализованы: не желают говорить, думать или читать о том, что касается их проблемы, считая ситуацию безнадежной [Сирота Н.А., 2005].

Сопротивление лечению присутствует даже в том случае, если имеется мотивация на избавление от зависимости [Валентик Ю.В., 2002;

Елшанский С.П., 2005, Тхостов А.Ш., 2001]. Оно наблюдается почти у всех людей, проходящих психотерапевтическое лечение. Сопротивление - это оппозиция психических сил человека, которая сознательно или бессознательно стремится сохранить существующее положение вещей. Поэтому лечение, которое направлено на изменение человека, состоит в преодолении сопротивления. Чтобы работа с сопротивлением была более успешной, необходимо знать его симптомы, чтобы вовремя диагностировать, а также факторы, помогающие преодолеть сопротивление.

Сопротивление, отрицание и различные уровни мотивации представляют собой серьезные проблемы для процесса и результата психотерапии. Чаще всего готовность к изменениям рассматривается как наличие или отсутствие мотивации.

Была выдвинута концепция изменения как стадиального феномена (Prochaska J., di Clemente C., 1992) [Prochaska J.O., 1992]. Процесс изменения представляет собой движение от предразмышления (для которого характерно непонимание или нежелание работать с проблемами и недостаточная активность) до размышления над проблемой (которое связано с серьезными намерениями и принятием решений). Стадия действия сопряжена с усилением активности, последняя стадия успешных изменений - стадия сохранения - представляет собой непрерывную деятельность, направленную на закрепление новых форм поведения и восприятия.

Связь между четырьмя оценочными шкалами методики предполагает простейшую модель поведения;

смежные пункты более связаны, чем не смежные.

Поэтому переход от одного элемента к другому можно охарактеризовать как возрастающую прогрессию, а не как случайность или неожиданность.

Похожие стадии в рамках мотивационного консультирования выделяли Н.А. Сирота и В.М. Ялтонский [Cирота Н.А., 2003]: предваряющая, размышление, подготовка, активное действие, сохранение результата.

Прохождение стадий представляет собой не линейный, как описано выше, а циклический процесс. Пациенты могут начинать со стадии размышления, прийти к решению ничего не менять и прекратить лечение. Действие и сохранение нередко прерываются возвращением к привычному образу поведения. Пациенты подчас совершают несколько оборотов этого цикла, прежде чем достигают успешных, позитивных изменений [Prochaska J.O., 1992].

Констатация низкой лечебной мотивации наркозависимых является традиционной. И.Н. Пятницкая [Пятницкая И.Н.1994], в частности, считает, что наслаждение, даваемое наркотиками, образует стойкую доминирующую систему взглядов, подкрепляемую самым сильным фактором - аффектом. Попытка актуализировать прежние интересы и привязанности, считает автор [там же], недостижима для пациента, находящимся под влиянием патологического влечения и отказу от наркотизации не на чем базироваться Согласно этим выводам Ц.П. Короленко [Короленко Ц.П., 2002] утверждает, что только оттого, что человек не употребляет вещество, изменяющее психическое состояние, он не освобождается от аддиктивной проблемы. В его сознании остается прежняя система взглядов, мотиваций, которые реализуются в его действиях, стиле жизни, «наработанном» годами. Поэтому критерий эффективности лечения – прекращение злоупотребления – неверен. Требуется реконструкция личности наркозависимого и сделать это возможно, только если учитывать личностные особенности каждого.

1.5. Патопсихологические и психосемантические особенности наркозависимых, в связи с нарушениями мотивации на лечение В связи с низкой лечебной мотивацией наркозависимых активно дискутируется вопрос об их психической полноценности. Известно, что среди психопатизированных с глубокой социальной декомпенсацией, грубым интеллектуальным снижением, а также многолетней наркотизацией пациентов, мотивы нежелания лечиться более выражены, и среди них часты отказы от лечения. Вопрос о наличии у больных наркоманией интеллектуально мнестического снижения в процессе наркотизации до сих пор остается спорным.

Наблюдения А.С. Тиганова [Тиганов А.С., 1999] показывают, что у больных героиновыми наркоманиями выявляются отчетливые признаки интеллектуально мнестических нарушений – некритичность, поверхностность суждений, слабость внимания, торпидность мышления, нарушения непосредственной и опосредованной памяти. Больные совершенно неспособны к планомерной деятельности. Эти нарушения редуцируются при длительном воздержании от употребления наркотиков, но полного восстановления не наблюдается. У больных же, употребляющих самодельные, химически обработанные препараты опия, интеллектуальные нарушения выражены более резко. И.Н. Гуревич [Гуревич П.С., 2005] также указывает на характерность мнестических расстройств. А.А. Козлов [Козлов А.А., 1999], А.Г. Врублевский [Врублевский А.Г., 1988] отмечают интеллектуальные нарушения у наркозависимых, которые носят транзиторный характер. Снижение интеллекта проявляется в виде торпидности мышления, бедности воображения, нарушения непосредственного и опосредованного запоминания, мотивационного компонента памяти и динамики мнестической деятельности. В большей степени это обнаруживается в опийной и полинаркотизирующейся группе, в меньшей – у злоупотребляющих героином.

Изучению психологических особенностей личности наркозависимых в связи с их низкой мотивацией на лечение в последние годы посвящено достаточно большое количество исследований [Братусь Б.С., 1988;

Василюк Ф.Е., 1988;

Гульдан В.В., 1990;

Валентик Ю.В., 1984;

Демина М.В., 2005;

Долганов Д.Н., 2008;

Короленко Ц.П., 2000;

Менделевич В.Д., 2007, 2010;

Пятницкая И.Н., 1994;

Соловьева С.Л, 2003;

Врублевский А.Г., Рохлина М.Л., 1988;

Сирота Н.А., 2003;

Ялтонский В.М., 2009;

Тхостов А.Ш., 2004;

Шабанов П.Д., Штакельберг О.Ю., 2000]. Предметом изучения становились, как правило, преморбидные характерологические особенности пациентов, структура их личности, самооценка. Изменения в эмоционально-личностной сфере у наркоманов, по мнению большинства авторов, также довольно значительны.

Вместе со снижением амплитуды эмоциональных проявлений, утраты тонких и высших эмоций высвобождаются более грубые аффекты, утрачиваются прежде значимые эмоциональные раздражители, не имеющие отношения к наркотизации [Пятницкая И.Н, 1994]. Даже такие факторы, как эмоционально-шоковые (конфликт, страх за здоровье, смерть близкого), при наркоманиях недейственны, и чем больше выражены эти эмоциональные нарушения, тем больше проблем с формированием мотивации выздоровления у наркомана.

С.Н. Никольский, О.П. Карпова [Никольский С.Н., 2002] говорят о своеобразии эмоционально-мотивационных установок наркозависимых:

ослабление потребностей в контактах с социальной средой, снижение интереса к межличностным взаимоотношениям и социально-практической деятельности окружающих людей. На фоне сужения контактов и легко возникающей тревожности у больных обнаруживается повышенная истощаемость, гиперчувствительность к обидам, рассеянность, забывчивость, отсутствие умения сосредоточиться, длительно и продуктивно сконцентрировать внимание.

Полученные в исследовании П.Д. Шабанова, О.Ю. Штакельберг [Шабанов П.Д., 2000] результаты позволяют констатировать у больных наркоманией наличие проблем, связанных с ощущением малой ценности своей личности, неуверенностью в себе, склонностью прибегать к психологической защите. Авторы выявили корреляционную зависимость между «Я-концепцией» и лечебной мотивацией: такие черты образа «Я», как неверие в себя, чувство неполноценности, чувство вины, склонность прибегать к психологической защите, приводящие к низкой самооценке, ослабление мотивации. Имеющиеся в литературе по обсуждаемой проблеме сведения указывают на то, что пассивное отношение к себе является неблагоприятным фактором успешности проведения реабилитационных мероприятий у больных наркоманией.

Исследованиям психологических защит также придается большое значение [Ерышев О.Ф., 1996]: сформировавшаяся в процессе наркотизации система психологических защит, которую строит наркоман, стараясь сохранить представления о мире и самом себе, искажает объективную информацию о наркотиках, при этом критичность больных наркоманией к своему заболеванию резко снижается при обострении патологического влечения к психоактивному веществу. В результате действия психологических защит, формируются так называемые «мифы» наркоманов, довольно устойчивые к исчезновению.

По мнению Н.А. Сироты и В.М. Ялтонского [Cирота Н.А., 2003], больным наркоманией свойственна низкая эффективность функционирования блока личностно-средовых ресурсов: слабо сформированная Я-концепция, негативная низкая самооценка, низкий уровень восприятия социальной поддержки, эмпатии, аффилиации, интернального локуса-контроля.

Многие современные ученые уделяют большое значение феномену сверхценного отношения наркозависимх к ПАВ и нарушениям, в связи с этим, системы потребностей. Рассматривая эту проблему, Ц.П. Короленко в своей работе «Психосоциальная аддиктология» [Короленко Ц.П., 2001] анализирует и особое чувство возможности по желанию контролировать своё психическое состояние посредством использования ранее приобретенного опыта.

С фиксацией связан и такой феномен, который мы в данной работе называем иллюзией самоутверждения, базирующийся на иллюзии самостоятельного выбора или «ложного выбора». Этой особенности, в частности, посвящено исследование ситуационной мотивации употребления наркотиков Т.И. Петраковой, Д.Л. Лимоновой, Е.С. Меньшиковой [Петракова Т.И., 1999].

Говоря о причинах употребления наркотиков, эти исследователи, в частности, особо выделяют «ценности и личностные смыслы», являющиеся определяющими в значимой ситуации выбора».

Процессуальность и прогредиентность наркомании как аддиктивной реализации констатируется многими учеными [Бохан Н.А., 2000;

Короленко Ц.П., 2001;

Семке В.Я. 2002;

Фридман Л.С., 1998]. По мнению этих исследователей, существует определенная этапность вхождения в полосу физической и эмоциональной зависимости. Многие исследователи занимаются анализом данной проблемы. В частности, Л.С. Фридман, И.Ф. Флеминг, Д.Р. Робертс, С.Е. Хайтман [Фридман Л.С., 1998], предпринимали попытки составления «портрета»

наркомана, отмечая наличие репрессивных тенденций прежде всего.

Характерными чертами личности, по мнению этих ученых, часто бывают импульсивность, нарциссизм, зависимость, тревога, ипохондрия и амбивалентность. Однако, как отмечают авторы, трудно определить, какое нарушение является первичным, и делается вывод о том, «что не существует определённого «портрета», свидетельствующего о предрасположенности к наркомании. Тем не менее, должна учитываться возможность существования определенных особенностей.

Многие исследователи [Короленко Ц.П., 2001, Дмитриева Т.Б., 2004;

Дремов С.В., 2002;

Долганов Д.Н., 2008;

Шабанов П.Д., 2000] замечают, что аддиктивное состояние в каждом конкретном случае трудно вербализуется. В определенной степени исследователями это объясняется свойственной многим наркоманам алекситимией (неумением выразить словами, описать свои переживания). Однако это объяснение нельзя считать достаточным, так как с его помощью невозможно объяснить серьезные затруднения, которые испытывают аддикты, занимающиеся литературным творчеством (драматурги, писатели, поэты). Ц.П. Короленко [Короленко Ц.П., 2001] считает, что затруднения в вербализации связаны с тем, что речь идет о принципиально невербализуемых, связанных с первичным self'ом, переживаниях, присущих человеку в более «чистом» виде в довербальном периоде развития» (там же). В этом контексте исследователь выделяет в аддикции и, в частности, в химической аддикции «радикал аутодеструкции», выражающийся в бессознательном стремлении к регрессу до состояния «океанического чувства («ocean feeling» Sullivana)». Такое стремление проявляется тогда, когда на первый план выступает желание не заменить одно психическое состояние другим, а как можно скорее «выпасть» из реальности, забыться, ничего не переживать, не чувствовать. Происходит активация аутодеструктивного компонента. Чем в бльшей степени активируется этот радикал, тем деструктивнее и злокачественнее течение аддикции.

Некоторые современные концепции [Дремов С.В., 2000, Габиани А.А..

1990;

Лукьянов О.В., 2008, Мещерякова Э.И., 2001] рассматривают проблему наркотической зависимости, основывая анализ на современных концепциях экзистенциальной психологии. Аддиктивное увлечение, по этим концепциям, временно дезактуализирует экзистенциальную тревогу, то есть экзистенциальная проблема временно «разрешается». С другой стороны, гипертрофированное увлечение ролевым поведением ведет к превалированию психологической защиты над мотивом самореализации. В этом случае окружающим миром становится мир людей, в котором разворачиваются конфликты. Установка на развитие может меняться на всеохватывающую тенденцию защищаться от людей и нападать на них, обусловливать агрессивное поведение, что в свою очередь может привести к развитию аддикций, в частности наркомании. В обоих случаях нарушается динамика самосознания и включённость в жизненные процессы.

Человек отрывается от настоящего и не имеет подходящих способов преодолеть этот разрыв, способов вернуться в настоящее время и в нём испытать полноту жизни. Изменение психического состояния путем употребления наркотиков, как и другие формы аддикций, в этом случае, «помогает» человеку сосредоточиться на том, что происходит прямо сейчас, помогает отвлечься от травмирующих воспоминаний и тревог. Однако проблема заключается в том, что употребление наркотиков создает лишь кратковременную иллюзию вышеописанных переживаний, поскольку лишь на первых порах они способны дать осознанность своего настоящего существования. Более того, следует говорить о патологизированном или псевдорешении проблемы, о «патологичном смещении идентичности» [Лукьянов О.В., 2001]. На каком-то этапе развития наркомании у человека нарастает духовная пустота. В результате он теряет свои связи с чем-то очень значительным. Речь идет о потере чувства принадлежности, чувства того, что ты являешься какой-то важной частью окружающего мира. Ц.П. Короленко вводит понятие «религиозного чувства (переживания)», которое формирует осмысленность жизни, помогает ему преодолевать тревогу, связанную с угрозой смерти. [Короленко Ц.П., 2001].

Модели изучения особенностей специфики понимания и толкования эмоционально-значимых качеств личности наркозависимыми с помощью методов семантического дифференциала представлены в работах В.Д. Менделевича [Менделевич В.Д., 2007], Д.Н. Долганова [Долганов Д.Н., 2008]. Величина аффекта тревоги разобщения, социального неодобрения, агрессии наркозависимых реализуется в речевой продукции, демонстрирующей страх отчуждения, неумение жить по социальным нормам, чувство вины, плохую переносимость трудностей и стрессов. Экспериментально доказывается типичность акцентуации психопатологических черт, тревожность, мнительность, враждебные тенденции, компульсивность.

Таким образом, современные исследования, констатируют важность изучения патопсихологических особенностей наркозависимых в связи с мотивацией на лечение. При этом проблема недостаточно разработана, исследования малочисленны и фрагментарны, слабо связаны с изучением эффективности психотерапевтических мероприятий.

1.6. Мотивационная когнитивно-поведенческая психокоррекция в комплексном лечении и реабилитации пациентов с наркотической зависимостью Проблема поиска результативных методов и способов психокоррекции, организации медико-социальной помощи при наркоманиях остается одной из наиболее важных проблем современной наркологии [Баранов В.С., 2010;

Белокрылов И.В., 2010;

Бохан Н.А., 2001;

Валентик Ю.В., 2002;

Василюк Ф.Е., 1988;

Воеводин И.В., 2010;

Декало Е.Э.. 2007;

Дмитриева Т.Б.. 2004;

Зинкевич Евстигнеева Т.Д., 2002;

Керими Н.Б., 1996;

Сирота Н.А., 2005;

Собкин В.С., 2004;

Титова В.В.. 2003;

Ялтонский В.М.. 2009;

Di Clemente C., 1982;

Ellis A., 1988, Gorski T., 2000, Hunt G., 1973;

Miller W., 1992;

Rollnick S., 1992]. Методы работы с мотивацией в наркологии стали развиваться в последние годы, когда выяснилось, что лечение пациентов, не готовых к изменению своего жизненного стиля, не дает позитивных результатов: процент длительных ремиссий после прохождения медикаментозного лечения очень низок, составляет лишь 1,5-3 % [Титова В.В., 2003]. Стал очевидным и тот факт, что зависимые от наркотиков имеют право на помощь в виде формирования мотивационной готовности на лечение [Сирота Н.А., 2003]. Неэффективным представляется подход, не учитывающий саму возможность работы над повышением мотивации, зачастую применяемый в большинстве так называемых низкоструктурированных реабилитационных сообществ (поселения, группы АН и т.п.), 90 % зависимых от наркотиков уходит из подобных программ в самом начале [Вид В.Д., Попов Ю.В., 2000]. Необходимо комплексное, профессиональное медико-психологическое вмешательство с активным применением современных методов, основой которых становится работа с мотивацией пациента. Мы в данной работе отстаиваем эту точку зрения, экспериментально доказывая эффективность данного метода и подчеркивая, что каждый употребляющий наркотики имеет право и нуждается в помощи не только в виде купирования острого состояния, но и в последующем сложном пути продвижения к изменению жизненного стиля.

Основа разработанной в целях исследования готовности к лечению программа мотивационной психокоррекции и реабилитации – методы и стратегии мотивационной психотерапии, МЕТ (Motivation Enhencement Therapy, Prochaska J., Di Clemente C.,1992) [Prochaska J., 1992]. МЕТ базируется на принципах когнитивно-поведенческой психотерапии, целью является установление связей между поведением человека и его личными целями, формирование и поэтапное закрепление самомотивирующих установок.



Pages:   || 2 | 3 | 4 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.