авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 | 2 || 4 |

«Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования «Российский государственный педагогический университет ...»

-- [ Страница 3 ] --

Распределение других мотиваторов нельзя назвать нормативным.

Патологически снижены показатели количества ответов, относящихся к «внутреннему фильтру».

Мотиваторы, практически не представленные в мотивационной структуре личности наркозависимых:

- мотивационная установка (отражает снижение способности планирования и контроля поведения, выбора наиболее благоприятного момента);

- внутреннее предпочтение (снижение способности оценивать свое внутреннее состояние;

- оценка условий (отсутствие способности оценки своих возможностей);

- прогнозирование последствий.

Наркозависимые, давшие согласие на лечение в отделении реабилитации, в своем поведении в основном опираются на мотиваторы внешние (попросили, позвали, пригласили) и на обозначение действия (как возможность какой-либо деятельности, что-то же нужно делать …..– 78 % испытуемых), а также на мотиваторы потребностей и влечений (хотел проверить себя, привлекает, манит – 52 %). Чуть меньше (37 %) опираются на мотиватор интереса (интересно, любопытно было узнать...), долженствования (29 %), ответы, относящиеся к целевому блоку (27 %).

Обнаружены значимые (p0,05) различия в группах больных с разной степенью выраженности потребностного и целевого мотивационных блоков по показателям антинаркотического потенциала личности (патологического влечения, тревоги, депрессии, мотивационно-личностного конфликта, адаптации).

Степень осознанности ведущих мотиваторов поведения является одним из факторов, влияющих на смысловое восприятие готовности к лечению. В группах с персональной и автоматизированной системой СВ обнаружены различия по показателям осознанности целевого блока (U=731,5000) с более высокими показателями в группе с персональной ССВ, потребностного блока (U=694,0000) с более высокими показателями в группе с персональной ССВ, осознанности внутренних мотивов поведения (U=572,0000) с более высокими показателями в группе с пластичной персональной ССВ. Процесс постановки цели достаточно развит у больных, пришедших в программу длительного лечения, но уровень осознания мотивационных процессов, осознанности решения, с участием внутренних мотиваторов – достаточно низкий. Это один из факторов, обусловливающих наличие одной из основных проблем реабилитационного процесса – частого желания, закончить лечение до окончания программы реабилитации.

Это следует учитывать для привлечения больных к участию в реабилитационной программе (чаще, достаточно внешних факторов). Но процесс реабилитации становится более эффективным при привлечении в мотивационную программу психокоррекции работу над переводом внешних мотиваторов в сферу осознания, расширением представленности мотиваторов и уровня их осознания личностью. Результаты исследования динамики мотиваторов в таком процессе представлены в главе 4 данной работы.

3.3.5. Результаты исследования уровня сопротивления лечению, мотивации употребления ПАВ, уровня патологического влечения к ПАВ По результатам методики URICA [Прохазка Д.], определяющей стадию готовности пациента к изменениям в поведении и лечению, на 1-ой стадии (предразмышление) находится 47 %, на 2-ой (размышление) – 41 %, на 3-ей (действие) – 11 %, на 4-ой (сохранение) – 1 %. Можно увидеть тенденцию к уменьшению количества больных при продвижении на более поздние стадии преодоления зависимости. Большинство пациентов не столько испытывают затруднения в решении проблемы, сколько не осознают существование проблемы.

Графически данные результаты представлены на рисунке 5.

Рисунок 5 - Сопротивление лечению в основной группе больных опийной наркоманией по методике URICA [Прохазка Д.] 1 - стадия сопротивления (47 %), 2 - стадия размышления (41 %). 3 - стадия активных действий (11 %), 4 - стадия сохранения результата (1 %).

Распределение больных по стадии готовности к лечению, клиническим и социально-демографическим характеристикам представлено в таблицах 14 и 15, где указываются преобладающие количественные значения по ведущей характеристике в ранжированном списке по базисной карте.

Как свидетельствуют данные таблиц 14 и 15, женщины остаются на стадии активных действий, но быстрее признают наличие проблемы, мотивация к лечению у женщин стабильнее и формируется последовательнее. Значимых различий по показателям общего уровня нарушений нозогнозии не обнаружено.

Из всех показателей для анализа были выбраны наиболее тесно связанные с сопротивлением лечению: количество ремиссий, критика к наркотической зависимости (рисунок 6), отношение к реабилитационному процессу (рисунок 7), согласие на участие в лечебно-реабилитационном процессе, стадия готовности к изменениям (рисунок 5) и психотравмирующая ситуация, повлиявшая на приход в реабилитацию.

Таблица 14 - Социально-демографические характеристики больных основной группы, соответственно стадиям сопротивления лечению по URICA [Прохазка Д.] Семейное Средний Образование Профессия положение Стадия Пол возраст (преобла- (преобла (преобла лет дающее) дающая) дающее) Сопротив- М (89 %) Неполное 22,4±6,9 Холост Отсутствие ление Ж (11 %) среднее Размыш- М (66 %) Неполное 26,7±3,1 Холост Учащийся ление Ж (44 %) среднее Активные М (12 %) 24,8±2,4 Среднее Холост Отсутствие действия Ж (88 %) Квалифици Закреп- Среднее М (100 %) 29±3,2 Разведен рованный ление специальное работник Таблица 15 - Нарушения нозогнозии в основной группе больных, соответственно стадиям сопротивления лечения по URICA [Прохазка Д.] Средний Средняя Критика возраст продолжи- Которая Уровень к болезни Стадия начала тельность реабили- нарушений (преобла употреб- употреб- тация нозогнозии дание) ления, лет ления, лет 38, Сопротив 16,7±1,7 1,9±0,3 1,4±0,5 Отсутствует (тяжелой ление степени) 34, Размыш- Частично 15,2±1,9 6,9±2,2 2,6±0,7 (тяжелой ление сохранена степени) 35, Активные 17,0±1,9 4,3±1,5 1,9±0,6 Отсутствует (тяжелой действия степени) Закреп- Частично 30 (средней 16,0±1,6 13,0±3,5 3±1, ление сохранена степени) Критика к наркотической зависимости больных опийной наркоманией (n=200) Количество респондентов 1 2 Показатели критичности Рисунок 6 - Показатели критичности к наркотической зависимости в основной группе больных опийной наркоманией 1 - «критика сохранена» (2 % респондентов);

2 – «критика сохранена частично» (53 % респондентов);

3 - «критика отсутствует» (45 % респондентов).

Критика к наркотической зависимости (рисунок 6) сохранена у 2 %, частично сохранена у 53 % и отсутствует у 45 % обследованных. Причем существует тенденция к возрастанию критики при переходе от более ранних стадий изменения к более поздним.

По результатам первичного врачебного интервьюирования (объективным результатам), обнаружены следующие показатели отношения к лечению, реабилитационному процессу (рисунок. 7): 58 % респондентов надеется на медицинский персонал, 31 % - не верит в выздоровление, 11 % - верит и готовы приложить собственные усилия для выздоровления.

Отношение к реабилитационному процессу Количество респондентов 1 2 Показатели отношения Рисунок 7 - Показатели отношения к реабилитационному процессу в основной группе больных опийной наркоманией 1 – «надеется на медицинский персонал» (58 % респондентов);

2 – «не верит в выздоровление» (31 %);

3 – «верит в выздоровление и готов приложить собственные усилия» (11 % респондентов).

Согласие на участие в лечебно-реабилитационном процессе: 75 % – добровольное участие, 25 % – недобровольное (влияние родственников, экспертная ситуация). При этом статистический анализ через кросстабуляцию (для сравнения качественных показателей) обнаруживает ассоциативную взаимосвязь показателей с показателями экстринсивной и интринсивной мотивации. В группе с преобладанием критерия добровольности и самостоятельности принятия решения о реабилитации (110 и 40) ведущим мотиваторным блоком оказывается внутренняя мотивация. Лица, принявшие решения, по их субъективной оценке, под влиянием родственников и других внешних воздействий (42 и 8), ведущими мотиваторами, определяющими поведение, являются мотиваторы, не связанные с внутренней структурой мотива.

Результаты исследования мотивации употребления психоактивных веществ (рисунок 8) выявили наличие субмиссивной мотивации у 57 % респондентов, атарактической мотивации у 16 %, гедонистической мотивации у 13 % и мотивации на базе гиперактивации поведения у 14 % респондентов.

Мотивация употребления наркотиков больных опийной наркоманией (n=200) Количекство респондентов 1 2 3 Рисунок 8 - Показатели мотивации употребления ПАВ в основной группе больных опийной наркоманией 1 – «атарактическая мотивация» (16 % респондентов);

2 – «гедонистическая мотивация» (13 % респондентов);

3 – «субмиссивная мотивация» (57 % респондентов);

4 – «мотивация на базе гиперактивации поведения» (14 % респондентов).

Вид влечения к ПАВ в ремиссии: 32 % – не выражено, 30 % – периодически-навязчивый, 21 % – периодически-компульсивный, 17 % – постоянный.

Уровень патологического влечения к ПАВ в среднем составляет 26,23±6, балла по шкале ангедонии, что является высоким показателем влечения.

Сниженный уровень влечения наблюдался у 34 %, средний у 60% и повышенный у 6% человек. Преобладающим является аффективный компонент (1,73±0, баллов), поведенческий компонент составляет 1,54±1,07 балла, идеаторный 1,08±0,78 балла. Важно отметить, что наибольшей выраженности уровень патологического влечения достигает на первой стадии и постепенно уменьшается при переходе на более поздние стадии.

На первой стадии изменения преобладают больные с отсутствием критики к заболеванию. На стадии размышления, активных действий и сохранения преобладают лица с частично сохраненной критикой.

Количество респондентов со средним уровнем патологического влечения к веществу максимально на стадии сопротивления. На стадии размышления значительно увеличивается количество человек с низким уровнем влечения и уменьшается со средним. На стадии активных действий и сохранения результата вообще отсутствуют люди с высоким уровнем влечения. Отсюда можно предположить, что уровень влечения уменьшается при переходе на более поздние стадии.

При частично сохраненной и при отсутствии критики к заболеванию преобладают лица, надеющиеся на медицинский персонал в лечении. Но при этом в случае частично сохраненной критики гораздо больше людей, готовых приложить собственные усилия для выздоровления, чем при отсутствии критики.

Пациентов, не верящих в выздоровление, примерно одинаковое количество при частично сохранной и отсутствующей критике, однако практически нет при полностью сохранной.

На всех стадиях преобладают лица с добровольным согласием на лечение, но на стадии активных действий уменьшается количество человек, лечащихся недобровольно.

При субмиссивной мотивации употребления ПАВ наибольшее количество пациентов с отсутствием критики к заболеванию. Также много пациентов с частично сохраненной критикой. При мотивации на базе гиперактивации поведения преобладают лица с частично сохранной критикой.

Для подсчета корреляционных взаимосвязей были использованы критерий Спирмена и полихорический показатель взаимосвязи (коэффициент взаимной сопряженности).

3.3.6. Результаты кластерного и дисперсионного анализов Выделив группы лиц с высоким и сниженным уровнем сопротивления к лечению, представим результаты, обозначающие значимые различия по следующим показателям – позициям:

1) количество защитных личностных смыслов (критерий Манна-Уитни, U=460,0000, p=0,000137, с преобладанием в группе с высоким уровнем сопротивления);

2) количество ригидных и автоматизированных личностных смыслов (U=623,0000, p=0,042836, с преобладанием в группе с высоким сопротивлением лечению);

3) преобладание системы смысловой сферы «осмысление» (U=436,5000, p=0,000088, в группе со снижением сопротивления лечению;

4) основные типы смыслового восприятия действительности, значимо сопровождающие показатели высокого уровня сопротивления: «стратегия избегания, «направление на вытеснение содержания ситуации и поведенческое приспособление в конфликте», феноменологическую систему «одиночество как невозможность изменений»;

5) основные типы смыслового восприятия ситуации лечения, определяющие снижение сопротивления: «ситуация, воспринимаемая как преодолимая в другом, приемлемом мировоззрении», «депрессивный вариант смыслового восприятия», «ситуация, воспринимаемая как внешний конфликт, преодоление которого возможно на основе дополнительного осознания и последующего сотрудничества», с основной феноменологической системой «время и поддержка, необходимые для лечения»;

6) преобладание в группе со снижением сопротивления осознанности потребностного блока ведущих компонентов мотива (U=715,0000, p=0,003863);

7) повышение в группе со сниженным сопротивлением уровня эмоционального напряжения;

8) повышение в группе со сниженным сопротивлением уровня внутриличностного конфликта.

Обозначим основные корреляционные плеяды с помощью графических корреляционных матриц (рисунки 9,10).

Показатели антинаркотического потенциала являются взаимосвязанными, при этом существует взаимосвязь клинико-психологических показателей и параметров смыслового восприятия действительности.

Структура клинико-психологического показателя нозогнозии является взаимосвязанной интеллектуальными и поведенческими параметрами мотивации к лечению.

Патологическое Тревога влечение Мотивац. ак Количество. ВК тивность Внутриличностный Тип смыслового Сопротивление восприятия дей конфликт лечению ствительности Потребностный блок Личностная тревожность Вред болезни диссимуляция Мотивация к лече нию -0,63 -0, -0,31 -0, 0,46 -0, 0,71 - 0, -0, -0,33 0, Рисунок 9 - Корреляции показателей антинаркотического потенциала в основной группе больных опийной наркоманией Общее нарушение нозогнозии 0, Поведенческий Осознание вреда Мотивация к ле компонент патоло болезни чению 0,22 0,61 гического влечения Рисунок 10 - Структура нозогнозии и мотивации к лечению основной группе больных опийной наркоманией Изучение уровня антинаркотического потенциала личности больных опийной наркоманией осуществлялось с помощью статистического анализа с применением корреляционного метода. Уровень антинаркотической устойчивости личности определили в данной работе совокупностью и взаимосвязью следующих клинико-психологических характеристик: уровнем внутриличностного конфликта и осознания выбора поведенческих стратегий, выраженности патологических потребностей и нарушений в потребностной сфере, мотивации на лечение, силы и активности процессов, активирующих действие, показателей интеллектуальной, эмоциональной сферы, ценностно потребностной структуры.

3.4. Уровни готовности к лечению больных опийной наркоманией В результате проведенного исследования проинтерпретировали системы готовности к лечению больных опийной наркоманией как пространство отношений между их частными позициями и представили как системы семантической категоризации относительно причин начала лечения больных опийной наркоманией.

В результате факторного анализа выделили уровни готовности к лечению:

«уровень относительной готовности (осознанности)», «уровень относительной неготовности (неосознанности), «уровень смещения цели)». Отношения между ними могут возникать в соответствии с субъективным восприятием ситуации лечения.

3.4.1. Уровень относительной готовности Уровень относительной готовности больных опийной наркоманией к лечению представлен следующими результатами методик и методов, применяемых в исследовании:

1) контекст отношения к лечению определяется смысловыми конструктами «поддержка», «посмотреть»;

2) преобладающий тип по СВД – уровень осознания (как принятие необходимости изменения мировоззрения для выздоровления);

ведущий тип смыслового восприятия действительности – «персональный пластичный реальный»;

снижено до 17 % количество контекстов, отражающих депрессивный тип восприятия ситуации;

56 % контекстов представлены лексическими единицами с содержанием «активности», «нацеленности: целесообразно обратить внимание на смысловые контексты значений лексических единиц «избавление», «освобождение», «обретение», «измерение» по причине их меньшей эмоциональности, смысловой близости к концептам «разум», «переход», «жизнь», «будущее». При этом лишь «измерение» становится определяющим для потенциала переживания ситуации лечения в свободном «наивном» описании, и ни одна из выделенных единиц не представлена как значимая для основного смыслового контекста лечения;

3) ведущими мотивами поведения являются связанные с целевыми установками;

представлены лексическими единицами «достигнуть», «изменить», «удостовериться», «измениться», «сравнить», «закончить», «проконтролировать»;

в 91 % случаев преобладание мотивационной установки (сохранение способности планирования и контроля поведения, совершения выбора), сохранение способности оценить свое внутреннее состояние;

4) низкий и средний уровень сопротивления лечению, все испытуемые на стадии активных действий по методике URICA;

5) поддерживается социально-психологическими характеристиками:

стабильный профессиональный рост, семейная ситуация «холост», тип семейных отношений «псевдосолидарный»;

6) средний возраст 26,3±3,9 лет, продолжительность употребления 6,70±1, лет;

7) представленность по всей выборке больных опийной наркоманией 7 %.

Приведем пример сочинения пациента их группы относительной готовности к лечению.

Клинический пример 1 (из сочинения Николая Н.):

«Я действительно захотел покончить с наркотической зависимостью. Я надеюсь, что медицинский персонал и ребята, лежащие рядом со мной, помогут мне справиться с этой болезнью. Я верю, что попал по адресу правильному, и именно здесь с течением времени я покончу с этой болезнью. Я действительно серьёзно болел и физически и душевно. Я признаю, что без посторонней помощи, вмешательства в мою проблему, в одиночку бы я вряд ли справился бы с моей зависимостью. Но я сам сделал такой выбор. Здесь я намерен научиться контролировать свои желания и поступки, чтобы, где я хочу, мне помогали, и я помогал, а где не хочу – нет. Верю, что смогу встать на обе ноги твердо и навсегда отказаться от наркотиков».

3.4.2. Уровень относительной неготовности Уровень относительной неготовности:

1) контекст отношения к лечению определяется смысловыми конструктами «усталость», «время»;

2) ведущий тип восприятия ситуации лечения по СВД – уровень понимания (формальное принятие ситуации лечения), ведущий тип смыслового восприятия действительности – «автоматизированный защитный ригидный»;

лексические единицы – «потеря времени», «вынужден», «со мной не считаются», «у меня никто не спросил», «я просто устал», «иногда нужна передышка», «бросить могу в любой момент»;

3) ведущими мотивами поведения по МОМ являются связанные с внешними факторами;

4) высокий и средний уровень сопротивления лечению (по URICA, стадия сопротивления 89 %, предразмышления 11 %);

5) низкий уровень внутриличностного конфликта по УСЦД – среднее значение 24,3;

6) поддерживается социально-психологическими характеристиками - тип семейных отношений «ригидный», «жена/муж употребляют наркотики»;

7) группа с меньшей продолжительностью употребления (3,45±4,21), более молодого возраста (19,7±0,90), с преобладанием мужчин (61 мужчина, женщин);

8) представленность по всей выборке больных опийной наркоманией 39 %.

Приведем примеры сочинений пациентов из группы относительной неготовности к лечению:

Клинический пример 2 (из сочинения Сергея Ч.):

«Все неприятные события у меня случаются, когда я думаю, как я живу, правильно или нет. Чего делать и чего мне надо? Я – как поэт или писатель, кто он там. Уколоться семь лет мне было надо, а сейчас вроде все говорят - не надо.

Хочется стать философом каким-нибудь, заткнуть уши, никого не слушать, особенно врачей этих, и подумать чего-нибудь, не совсем ведь дурак, был хотя бы. Сегодня читал книгу, мысль понравилась: нужно, говорят там, придумать такой наркотик, который бы не приносил вред здоровью, а только кайф тот же, свободу такую же. Думаю я, выход мог бы быть для нас, для таких, как мы, чтобы власть сильнее ощутить».

Клинический пример 3 (из самоанализа Николая А.):

«Постепенно, по мере употребления от меня начали отворачиваться люди, один за другим, и не потому, что я их обманул или в душу им нагадил, нет.

Некоторые просто не хотели общаться с человеком, который употребляет наркотики, для них это было дико;

некоторые индивидуумы перестали видеть во мне человека. «Он постепенно из человека превратился в какое-то животное», говорили они. Постепенно я привык к этому одиночеству, и мне даже нравилось;

никто к тебе не лезет с ненужными вопросами, на которые мне не хотелось, да и надоело, отвечать. Потому что я хочу жить, как хочу, делать, что я хочу. Мне так хорошо, а другие любят только учить …».

3.4.3. Уровень смещения цели Уровень смещения цели:

1) контекст отношения к лечению определяется смысловыми конструктами «одиночество», «лечение»;

контексты эмоциональны;

2) тип восприятия ситуации лечения – уровень осознания (включение собственного «Я» в лечение), ведущий тип смыслового восприятия действительности – «персональный пессимистичный защитный»;

«депрессивное восприятие ситуации лечения» 88 %, восприятие ситуации как внутренний конфликт (неразрешимый – 71 %, разрешимый – 29 %), неверие в положительный результат, постоянное упоминание о предыдущих неудачных попытках лечения, наличие защитных механизмов в сфере персонального мифа;

3) ведущими мотивами поведения по МОМ являются связанные с потребностным блоком;

лексические единицы «хочу проверить себя», «хочу разобраться в себе»;

4) высокий уровень внутриличностного конфликта, по УСЦД средний показатель 54,9;

5) по URICA – на стадии размышления находятся 58 % испытуемых, 42 % на стадии сопротивления;

6) поддерживается социально-психологическими характеристиками: тип семейных отношений «деструктогенный», «неполный»;

7) в 77 % случаев наличие психотравмирующей ситуации, повлиявшей на добровольное начало лечения;

8) средний возраст 29,4±2,22 лет;

продолжительность употребления 9,23±3,48 лет;

9) представленность по всей выборке больных опийной наркоманией 54 %.

Приведем примеры сочинений пациентов из группы аффективного уровня (смещения цели лечения).

Клинический пример 4 (из самоанализа Ирины А.):

«Я хочу научиться жить, а не умирать с чувством, что жизнь не удалась.

Никакие радости от укола не перевесят чашу отчаяния и безнадёжности, которая после этого возникает. Хочу научиться строить свою жизнь, а не выволакивать себя из очередной проблемы, считая потери и ужасаясь от содеянного. Хочу быть счастливой, ведь каждый имеет на это право, а это зависит только от меня, как я воспринимаю мир. Научиться радоваться каждой мелочи, находить в жизни хорошее каждый день, видеть небо и звёзды и всё, что вокруг нас. Ошибки вовремя замечать и исправлять. Хочу, например, жить в мире с самой собой. А для этого нужно принимать себя такой, какая я есть, не зависеть от мнения окружающих. Ценить то, что мне дано, не думая, что другим дано больше. Мне дана жизнь, и какая она будет, зависит только от меня, просто нужно чувствовать себя любимой самой собой. Я пришла сюда, чтобы жить».

Клинический пример 5 (из самоотчета Лены Г.):

«Но свернуть с этого пути самостоятельно оказалось невозможно. Это был для меня безвыходный тупик. Я не хотела и не могла колоться, но выхода не было. Я легла в реабилитацию, чтобы спрятаться от всех, а самое главное - от наркотика. И только в центре я поняла, что не могу убежать от себя. Я убежденно думала, что мне уже ничего не поможет. Но когда до меня дошло, что моя душа не материальна, и вылечить её таблетками невозможно, я стала прислушиваться к разговорам о нас самих. Вскоре я подумала, если моей волей и жизнью управлял наркотик, то почему бы не перепоручить это мне, и я попросила сама себя об этом».

Клинический пример 6 (из самоанализа Лены Ш.):

«Зачем я здесь? Можно ответить просто. Я признала, что не могу больше жить ни с наркотиками, ни без них. Проще говоря, я здесь потому, что мне нужна помощь. Но не всё так просто, прежде чем я поняла, что плотно сижу в этом болоте, мне пришлось пережить и убедиться на собственном опыте, как это ужасно. Можно сказать, что сначала я многого не замечала, на глаза были «одеты розовые очки», а мозг затуманен кайфом. Причем родственники что-то пытались мне сказать, может помочь, но я всегда отталкивала людей, которые пытались помочь мне. Наверное, поэтому я раньше не верила в лечение, потому что это говорили другие, а сама я этого тогда не понимала. Сейчас я смотрю на все свои проблемы, сняв «розовые очки». Пережив все это, я решила, что надо не просто просить о помощи, а надо кричать о ней. Просить о помощи у людей, у всех сразу, но только не сидеть, «сложив лапки», потому что я хочу жить в трезвости, и всё хочу сделать для этого».

Выводы к главе В результате проведенного исследования доказано наличие взаимосвязи смыслового восприятия действительности и готовности к лечению больных опийной наркоманией.

Преобладание пессимистичного личностного смысла в системе смыслового восприятия действительности свидетельствует о значительной выраженности защитных механизмов, которые формируются с активным участием персональной смысловой сферы больных опийной наркоманией, сопровождающаяся глубокими размышлениями о ситуации. При этом рестимулируются внутренние конфликты.

В деятельностном аспекте относительно лечения такая позиция оценивается как воспринимаемая испытуемыми, но не предполагающая инициативы, так как базируется на депрессивном компоненте осмысления и эмоционального отношения к реальности.

С помощью контент-анализа самоотчетов были выявлены основные частные смысловые позиции лечения: «одиночество», «время», «лечение», «попробовать», «посмотреть», «усталость», «поддержка». Эти отношения анализировались во взаимосвязи с параметрами мотивационной сферы личности и антинаркотического потенциала с применением факторного, кластерного анализа.

По результатам исследования обнаруживается высокий уровень сопротивления лечению у 47 % больных опийной наркоманией, средние показатели - у 52 %. Лишь 1 % больных показывают низкий уровень сопротивления лечению. Показатели высоко коррелируют с уровнем внутриличностного конфликта: у больных опийной наркоманией тем ниже сопротивление лечению, чем выше уровень внутриличностного конфликта. При этом высокий уровень внутренней конфликтности мотивационной сферы взаимосвязан с депрессивным типом восприятия ситуации лечения, чем замедляется процесс желаемой готовности к лечению.

Результаты исследования готовности к лечению больных опийной наркоманией в системе антинакотического потенциала личности показывают наличие взаимосвязей смыслового восприятия действительности и готовности к лечению с показателями патологического влечения, социальной адаптации, эмоциональной сферы, нарушений нозогнозии.

Готовность к лечению больных опийной наркоманией имеет сложную трех уровневую структуру. Нормативный уровень - «готовность» - характеризуется осмысленным отношением к лечению, осознанием целей и потребностей, наличи ем позитивных установок и желания изменить образ жизни, отсутствием сопро тивления лечению, внутриличностного конфликта, сниженным патологическим влечением. Патологический уровень - «неготовность» - характеризуется отстра ненным отношением к лечению, высоким сопротивлением лечению и желанием его прервать, отсутствием активности, низким внутриличностным конфликтом.

Патологический уровень - «смещение цели» - характеризуется осознанием внут ренних противоречий и потребностей, пессимистичным отношением к процессу и прогнозам лечения, отсутствием осознания взаимосвязей с болезнью и ответст венности в лечебном процессе.

Глава 4. ИССЛЕДОВАНИЕ ДИНАМИКИ ПОКАЗАТЕЛЕЙ ГОТОВНОСТИ К ЛЕЧЕНИЮ БОЛЬНЫХ ОПИЙНОЙ НАРКОМАНИЕЙ В РЕЗУЛЬТАТЕ ПРОГРАММЫ МОТИВАЦИОННОЙ КОГНИТИВНО-ПОВЕДЕНЧЕСКОЙ ПСИХОКОРРЕКЦИИ 4.1. Основные положения, стратегии, этапы и техники программы мотивационной психокоррекции и реабилитации больных опийной наркоманией для повышения готовности к лечению 4.1.1. Основные положения и стратегии программы мотивационной психокоррекции При построении программы мотивационной психокоррекции и реабилитации по результатам данного исследования использованы основные положения:

- мотивация к изменениям исходит от пациента, а не навязывается ему со стороны, основывается на выявлении и мобилизации внутренних ценностей и целей пациента для стимуляции изменения поведения;

- необходима работа с амбивалентностью пациента: сформулировать и разрешить собственную амбивалентность – задача пациента, а не консультанта.

Задача психолога - способствовать выявлению всех сторон амбивалентного тупика и направить пациента к приемлемому решению, которое станет триггером изменения. Развитие противоречия между мотивационными позициями личности пациента (клиента) посредством выявления вербальной и поведенческой экспрессии в процессе обсуждения, аргументация пациента – основное поле деятельности, где необходимо искать противоречия;

- сессии являются клиент-центрированными, но директивными: консультант систематически использует стратегию «аккуратного» давления», но эффективность достигается, когда это давление настолько аккуратно, что пациент его не ощущает и воспринимает информацию терапевта как совет. Директивность заключается в базовом принципе, предполагающем контроль изменений, исходящих от самого пациента, на всех этапах его выздоровления и анализ этих изменений, и не принимающем часто встречающейся позиции пациента, «я и один разберусь в своих проблемах»;

- важная цель, достижение которой создает базисную основу лечения в целом, - установление рабочего альянса, основой является рефлексивное слушание и «открытые вопросы». Прямое убеждение не является эффективным методом разрешения амбивалентности: есть искушение попытаться оказать «помощь» пациенту, убеждая его в срочной необходимости изменений, к которым он не готов, но такая тактика усиливает сопротивление;

- готовность измениться – это не характерологическая особенность пациента, а нестойкий результат межличностного взаимодействия, необходимо уделять особое внимание сопротивлению, часто являющемуся сигналом того, что консультант предполагает наличие большей готовности к изменениям, чем есть в действительности;

- мотивационная психотерапия включает в себя структурированную оценку социальных и психологических факторов, анализ динамики изменений с опорой на данные диагностики, в том числе психодиагностики;

- ситуации срыва и рецидива используются в плоскости усиления мотивации, без применения «приговоров», что все впустую;

- значимые другие могут вовлекаться в мотивационный процесс.

Цель программы психокоррекции и реабилитации - замена мотивации употребления ПАВ мотивацией лечения и в дальнейшем укрепление самомотивирующих установок на изменение жизненного стиля и поддержание здорового образа жизни, а также дезактуализация патологического влечения.

Основная задача – выработка гармоничного отношения к лечению на основе когнитивной работы.

Основные стратегии и мишени психокоррекции (приложение Г):

1) нормализация смыслового отношения к ситуации лечения, снижение значимости ситуации лечения как критической;

2) снижение восприятия ситуации лечения в депрессивном контексте, не предполагающем выбора, альтернативы - переконструирование основных схем разрешения проблем;

3) повышение осознания собственной значимости в исходе лечения, активности в процессе лечения – усиление самомотивирующих установок и механизмов;

4) снижение значимости системы противоречий относительно лечения и его исходов, ситуативное восприятие лечебной программы как программы последовательной психокоррекции;

5) включение системы реабилитационных мероприятий в структуру личностного развития, жизненных целей, смыслообразующих и смыслостроительных личностных механизмов;

6) включение систем психокоррекции в структуру личностных потребностей - работа по реализации потребностных систем;

7) осознание значимости ресурсных личностных механизмов в системе самопостроения и самоопределения целевых конструкций в системе лечения;

8) снижение значимости психотравмирующих ситуаций, неудачных попыток лечения;

интенсивности психоэмоционального напряжения и переживания внутриличностных конфликтов;

повышение уверенности относительно лечения.

Формирование мотивации включает в себя: осознание наличия болезни и необходимости лечения, принятие собственной ответственности за успех лечения, убежденность в необходимости полного отказа от употребления ПАВ, стремление избежать рецидивов после окончания лечения [Перре М., 2003].

Условия проведения мотивационной когнитивно-поведенческой психокоррекции:

1) индивидуальный режим: 2 раза в неделю по 1 часу (в течение 1 месяца), раз в неделю (2-3 месяца), 1 раз в 2 недели (4-5 месяцев);

всего было проведено с каждым больным 21-24 сессии;

2) групповой режим: групповая психотерапия проводилась 2 раза в неделю по 2 часа, всего 30-32 групповых занятий, открытая группа с разным уровнем мотивации и сопротивления.

Психотерапия проводилась в несколько этапов, на которых внедрялись специально разработанные тренинги, основанные на нижеперечисленных когнитивно-поведенческих методах.

Сопротивление, отрицание и различные уровни мотивации представляют собой серьезные проблемы для процесса и результата психотерапии. Чаще всего готовность к изменениям рассматривается как наличие или отсутствие мотивации.

Была выдвинута концепция изменения как стадиального феномена. Процесс изменения представляет собой движение от предразмышления (для которого характерно непонимание или нежелание работать с проблемами и недостаточная активность) до размышления над проблемой (которое связано с серьезными намерениями и принятием решений). Стадия действия сопряжена с усилением активности, последняя стадия успешных изменений - стадия сохранения представляет собой непрерывную деятельность, направленную на закрепление новых форм поведения и восприятия. Связь между четырьмя оценочными шкалами методики предполагает простейшую модель поведения;

смежные пункты более связаны, чем не смежные. Поэтому переход от одного элемента к другому можно охарактеризовать как возрастающую прогрессию, а не как случайность или неожиданность.

Основные стадии терапевтических изменений [Prochaska J 1992]:

1. Стадия предразмышления Большинство больных, находящихся на данной стадии, не понимают или не до конца понимают характер своих проблем или вовсе не признают у себя проблем, которыми следовало бы заниматься. Больной не испытывает желания что-либо менять в себе или в ближайшем будущем, не понимает, каким образом сам способствовал возникновению своих трудностей, не видит смысла в лечении.

Члены семьи, друзья, коллеги, напротив, понимают, что пациент имеет определенные проблемы. Часто только под влиянием окружения, зачастую использующего уговоры или даже угрозы, пациент соглашается обратиться к психотерапевту и даже демонстрирует некоторые изменения в поведении - до тех пор, пока сохраняется давление на него со стороны значимых людей. Пациенты, находящиеся на стадии предразмышления, могут заявлять о своем желании измениться, что вовсе не означает серьезных намерений сделать это.

Сопротивление пониманию и разрешению проблемы - отличительная черта данной стадии.

Примеры высказываний, характерных для стадии предразмышления:

- «Пребывание здесь - для меня пустая трата времени, так как проблема не имеет ко мне никакого отношения»;

- «Вся эта болтовня о психологии скучна. Люди должны просто забыть о своих проблемах».

2. Стадия размышления Пациент признает наличие проблемы и всерьез интересуется, возможно ли разрешить ее, поможет ли психотерапия, но готовность действовать выражена недостаточно. Другой важный аспект стадии размышления - взвешивание «за» и «против» между проблемой и ее решением. Пациенты, находящиеся на стадии размышления, часто раздумывают, стоит ли избавление от проблемы усилий, энергетических и временных затрат, необходимых для борьбы с ней. Тем не менее, центральный аспект данной стадии - серьезное намерение разрешить проблемы.

Примеры высказываний, характерных для стадии размышления:

- «Над моими проблемами стоило бы поработать»;

- «Я уже думал о том, чтобы что-то в себе изменить».

3. Стадия активного действия Пациент активно изменяет свое поведение, поступки и окружение с целью преодоления проблемы. Стадия действия предполагает наиболее явные, открытые поведенческие изменения и требует значительных затрат времени и энергии.

Пациенты часто ошибочно приравнивают действия к изменениям и в результате упускают из вида необходимость активной работы (которая является своего рода подготовкой к конкретным действиям) и усилий, направленных на сохранение результатов. Характерная черта стадии действия - модификация привычного образа восприятия и поведения и применение значительных усилий для изменения.

Примеры высказываний, характерных для стадии действия:

- «Иногда моя проблема трудна, но я работаю над ней»;

- «Каждый может говорить о том, что он хочет измениться, я же действительно что-то делаю для этого».

4. Стадия сохранения результата Пациент достиг определенных результатов в решении своей проблемы и его беспокоит и тревожит, что проблема, которую он считал решенной, может вернуться. На данной стадии идет работа, направленная на предупреждение возвращения проблемы и закрепление результатов, полученных в ходе лечения.

Традиционно стадия сохранения рассматривалась как статичная, однако стоит помнить, что сохранение - это продолжение, а не отсутствие действия. Основное положение данной стадии - сохранение позитивных изменений и предотвращение возобновления проблем.

Примеры высказываний, характерных для стадии сохранения:

- «Пожалуй, сейчас я нуждаюсь в содействии, чтобы помочь мне сохранить то, чего я уже достиг»;

- «Меня беспокоит, что опять может вернуться проблема, с которой я уже частично справился, поэтому я ищу здесь помощи».

Похожие стадии в рамках мотивационного консультирования выделяли Н.А. Сирота и В.М. Ялтонский [Сирота Н.А., 2003]: предваряющая, размышление, подготовка, активное действие, сохранение результата.

Прохождение стадий представляет собой не линейный, а циклический процесс. Пациенты могут начинать со стадии размышления, прийти к решению ничего не менять и прекратить лечение. Действие и сохранение нередко прерываются возвращением к привычному образу поведения. Пациенты подчас совершают несколько оборотов этого цикла, прежде чем достигают успешных, позитивных изменений [Prochaska J., 1992].

Основные используемые техники когнитивно-поведенческой мотивационной психотерапии:

1) применяются техники идентификации когниций, когнитивное переконструирование (фактическое обоснование, поиск альтерантив);

2) коррекция дисфункциональных представлений о новом поведении, об исходах лечения: техники осознания опыта, разрушение эмоциональных связей лечения с обязательным страданием, поэтапное обучение, оценка промежуточного результата.

Основные тренинги программы психокоррекции:

1) тренинги этапа сопротивления – «тренинг снятия сопротивления выявление противоречий самомотивирующих установок», «смыслы лечения»;

2) этап размышления – «тренинг планирования лечебного процесса» для повышения осознания собственной значимости в процессе лечения, «тренинг готовности к лечению как необходимости»;

3) этап активных действий - «тренинг уверенного поведения в лечении», «тренинг жизненных целей»;

4) этап реабилитации и закрепления результатов «тренинги разрешения проблем и альтернативных разрешений стрессовых ситуаций», тренинг коррекции иррациоанльных убеждений по поводу возможного срыва».

4.1.2. Первый этап мотивационной психокоррекции «этап сопротивления»

Чувство сопротивления - это тот феномен, на котором основывается переживание человека, сталкивающегося с изменением привычного образа жизни без понимания появляющихся преимуществ. Такое переживание вызывает напряжение, то есть повышенную тревогу. Сопротивляясь, человек пытается избежать еще более интенсивной тревоги. Употребляющий наркотики может опасаться, что при отказе от них ему придется заново пересмотреть свое поведение в обществе, пережить чувство безнадежности, вины, стыда, собственной беспомощности.

Сопротивление – это проявление страха, связанного с необходимостью осознать бессознательные процессы. В мотивационной терапии только так необходимо относиться к сопротивлению: здесь нет места осуждению, а само сопротивление следует рассматривать как мотивационный фактор. Человек имеет право сопротивляться и не сопротивляться, сотрудничать или не сотрудничать, сомневаться или быть более решительным. Психолог принимает тот факт, что на данном этапе сопротивление пациенту необходимо, так как является проявлением многолетнего опыта приспособления, а также и то, что проявление сопротивления символизирует начало изменений.

Основной эффект в работе над сопротивлением, особенно на начальном ее этапе, достигается с помощью мотивационного интервью, проводившегося 1- раза в неделю (в течение первых двух месяцев). Основная цель – снижение сопротивления и формирование мотивации на лечение. На данном этапе достаточно мнения пациента о необходимости медикаментозного лечения и построения плана лечения, основанного на более активном вмешательстве медицинского персонала и менее активном самого пациента. Для пациента сам факт нахождения в медицинском учреждении является «подвигом». От пациента не требуется немедленного решения по поводу длительности лечения.

Достаточным является принятие им решения о краткосрочной реабилитации.

Наиболее эффективной стратегией на 1-2 сессиях явились примеры эффективного прохождения программы реабилитации и длительных ремиссий.

Клинический пример 7:

Пациент Е., диагноз «синдром опийной зависимости 2 стадии», стаж употребления 6 лет, находился в стационаре на заключительном этапе курса дезинтоксикации. Первоначально не желает проходить курс реабилитации. Под предлогом психодиагностики психолог задает вопросы о ближайшем окружении, друзьях, компании, где начал употребление наркотиков, пациент разговор поддерживает охотнее. Постепенно разговор переводится в плоскость, а чем сейчас занимаются все члены компании, пациент задумывается, далее рассказывает: кто-то отошел от компании по причине родительского контроля и не употребляет, двоих осудили, кто-то продолжает употребление. Здесь задается вопрос: «Как вы думаете, где они могут сейчас находиться?». Пациент становится более настороженным, затем чуть более агрессивным, спрашивая, надолго ли еще общение, далее замыкается. Вторую встречу психолог начинает «нейтрально», говоря о результатах тестирования. Пациент сам спрашивает о курсе реабилитации, говоря, что узнал о программе от соседей по палате. Через 2 дня пациент добровольно пришел в отделение реабилитации, решив «попробовать и узнать, «получится ли у вас (у медицинского персонала) что-нибудь со мной сделать», на что получает краткий, убедительный ответ. Дальнейшее лечение в реабилитации - 6 месяцев. Последующая ремиссия на момент исследования – месяцев.

Основа 3-4 сессий – выявление соотношения удовольствия от употребления и цены употребления. Пациенту предлагается увидеть противоречия собственных сформировавщихся систем отношения к болезни и лечению.

Основные стратегии мотивационной терапии по снятию сопротивления:

1) отказ от прямого осуждения, принимая во внимание, что человек пришел за помощью;

2) основная работа по проявлению и усилению сопротивления является эффективной: при побуждении сопротивления благодаря поощрению у пациента появляется выбор – либо согласиться (и сопротивление перестает быть таковым), либо не согласиться (что приводит к тому, что человек перестает оказывать сопротивление). Активное проявление сопротивления - начало изменений. Часто в таких случаях, пациенты говорили о том, что «чуть было не ушли из программы, но оставшись, приняли для себя судьбоносное решение, постепенно ведущее к изменениям»;

3) сопротивление является индикатором для психолога, означает, что темп движения для пациента завышен, и консультант ожидает слишком быстрых перемен;

4) использование примеров других людей, возможно собственных, что создает атмосферу сотрудничества и снимает сопротивление.

Сопротивление пациента изменениям – категория динамическая и парциальная: уровень готовности на различных этапах терапии может быть различным. Например, при сформированной готовности к самому факту лечения пациенты часто испытывают сопротивление в привлечении к работе значимых других или на этапе проработки и профилактики срыва. Это позволяет сделать вывод, основанный на экспериментальных данных, о причине данного феномена – изменении уровня субъективного ощущения внутриличностного конфликта.

Одним из основных методов снятия сопротивления пациентов наркологического стационара является мотивационное интервьюирование, которое проводится первые 7-10 сессий. Проведению мотивационного интервьюирования предшествует написание пациентом сочинения в свободной форме: психотерапевт не обозначает тему сочинения, предлагает приблизительно следующее «вы пришли в отделение (лечебное учреждение), что вы сейчас чувствуете?».

Далее переживание пациента определяется по следующей схеме:

1) насколько осмыслено желание пройти лечение;

2) насколько осмыслено желание пройти весь предлагаемый курс лечения;

3) включено ли переживание в систему жизненных целей, смыслов;

4) эмоциональный контекст переживаний (нормативный, депрессивный, фобический, фрустрационный и т.д.);

5) деятельностный аспект готовности к лечению: насколько пациент активен в своем лечении, насколько полагается на врачей, персонал, родственников;

6) насколько пациент в переживании ориентируется на предыдущие попытки лечения.

Оказавшись в ситуации выбора, человек попадает во внутреннее конфликтное или кризисное состояние, из которого «в случае использования психологической защиты переходит в состояние внутриличностного конфликта или кризиса восприятия» [Карпов М.С., 2008], обусловливающих дезактивацию деятельности. В случае же выработки реальных смыслов процессы смыслостроительства приводят к развитию всей смысловой сферы личности, затрагивая ее глубинные структуры, что приведет к процессам активации и реализации поставленных субъектом в новом смысловом контексте задач.

Интервьюирование на основании анализа переживаний пациента относительно лечения строится с применением основных технологий:

1) поиск и показ пациенту противоречий самомотивирующих установок (быть лидером и употреблять наркотики, быть ближе к родным и воровать у них деньги, не быть одиноким, но при этом большинство друзей отдалились или умерли);

2) выявление и коррекция автоматизированных мыслей относительно лечения (техники когнитивного переконструирования, фактического обоснования, поиск объяснений происходящего);

3) использование работы с образами, вызывающими негативные переживания относительно лечения;

использование метафор, сказок, незаконченных предложений;

4) моделирование контекста оценивания результата лечения или выбора варианта дальнейшего развития событий (рейтинги, ранжирование);

5) попарное ранжирование объектов (с целью получения иерархии стремлений, желаний, интересов, мотивов) в контексте (в отношении рейтинга – ситуации);

6) актуализация временного аспекта пристрастного отношения к лечению, например, в виде контекстов «прошлое», «настоящее», «будущее», а также исследование реального и идеального образа объекта.

Групповая работа первого этапа (6-8 занятий):

1) тематические занятия на темы представления о себе и своей болезни;

2) представления о лечении, коррекция ненормативных вариантов;

3) техники снятия сопротивления на сплочения группы.

4.1.3. Второй этап мотивационной психокоррекции – «этап размышления»

Индивидуальная психокоррекция (с 7-10 по 12-14 сессии) проводится с целями:

1. Формирование нормативной самооценки пациента относительно лечения (в виде самоотчетов, интерпретации собственной творческой продукции, результатов опросников – перенаправление активности и инициативности терапевтического процесса);

2. Особенности инструкций и планирования заданий – внешнее авторитарное аккуратное «давление» сохраняется;

провоцирующие приоритеты мотивационно значимых средств и объектов я поощряются лишь желательные когнитивные и поведенческие изменения (выполненные задания, активность, дисциплина и т.п.);

3. Поощрения вербализации переживаний. Активное использование дополнительных техник арт-терапии и обсуждения;

4. Экспериментальное моделирование условий фрустрации мотивационно значимых стимулов и регистрация эмоционального состояния (провоцирующие эксперименты);

5. Экспериментальное моделирование и измерение настойчивости по преодолению преграды, отделяющей от желаемого;


6. Экспериментальное моделирование перцептивной пристрастности (быстрое предъявление стимулов, анализ определяющих и второстепенных стимулов в построении эмоционально-когнитивного образа предмета или ситуации процесса и результатов лечения);

7. Патологическое влечение становится предметом обсуждения и коррекции (через когнитивное переконструирование ситуаций, вызывающих влечение);

8. Поиск ресурсов, останавливающих патологическое влечение, осознание того, как я справляюсь с желанием употребить наркотик здесь, в отделении;

9.

Работа с дисфункциональными убеждениями, связанными с длительностью лечения и опасениями не справиться;

10. Работа с дисфункциональными убеждениями необходимости полной перемены жизни и ценностей.

Использование техник планирования лечения соответственно жизненной ситуации и возможностям:

- поэтапной оценки промежуточного результата («Привычки, от которых я уже отказался, привычки, от которых мне предстоит отказаться, привычки, от которых я никогда не откажусь, новые привычки»);

- тренинг «Могу ли я прервать лечение» - проработка возможных вариантов лечения»;

- тренинг «Смена врача, клиники, психолога» - проработка альтернативных вариантов лечения;

- тренинг «Смена соседа по палате» - проработка альтерантивных вариантов лечения»;

- тренинги «Почему не приходят родители», «Родители меня простили» проработка возможных вариантов лечения.

Работа с иррациональными убеждениями невозможности, катастрофизации совершения ошибки:

- тренинг «Возможные ошибки в процессе моего лечения»;

- тренинги «Лечение как необходимость», «Лечение от наркомании - это лечение заболевания». Через «принятие», осознание болезненности состояния, с акцентом на понятиях «симптом, синдром, этиопатогенез, процедуры, психотерапия и т. д. » и уход от понятий «ты должен изменить образ жизни», «это слабость характера», «наркомании – это смерть» и т.п.

Групповая работа второго этапа (2-ой месяц реабилитации):

1. Информационные тренинги, объясняющие безличностно наркоманию как заболевание, отдельные симптомы как симптомы, имеющие характер обратимости;

2. Снижение социальной изоляции. Повышение мотивации более терпимого отношения к мнению других членов группы;

3. Проблемразрешающие тренинги, направленные на решение проблем, появляющихся в период нахождения на лечении («У меня проблема с соседом по палате»);

4. Намеренный уход от проблем, связанных с употреблением, для избегания усиления сопротивления;

5. Создание коллективных групповых «ритуалов» для замещения системы аддиктивных коллективных ритуалов. Использование техник создания коллективных «продуктов» (арт-терапия, библиотерапия и т.п.);

6. Использование ролевых тренингов, не связанных с употреблением, для переживания новых ощущений удовлетворении/неудовлетворения от новой социальной роли;

7. Антиципационные тренинги с тематикой «Чего я хочу», «Мое выздоровление», «Мы все оказались….», «Кто, по-моему, выздоровеет быстрее, кто медленнее, кому я помогу охотнее, кому менее охотно и почему» и т.п.

4.1.4. Третий этап мотивационной психокоррекции – «этап активных действий»

Стратегии работы на третьем этапе:

1. Закрепление активной позиции пациента в лечении. Работа с иррациональными убеждениями «От меня ничего не зависит в результате лечения»:

а) проработка ситуаций, вызывающих недовольство лечением;

- проработка вариантов возможности/невозможности выполнения домашнего задания;

б) проработка иррациональных убеждений бесполезности лечения;

в) проработка иррациональных убеждений готовности прекратить лечение;

г) работа с глубинными убеждениями относительно лечения:

- «Наркомания-это неизлечимо, это навсегда, значит – это постоянные срывы», - «Если я все равно сорвусь, значит бессмысленно и начинать лечение», - «Лечение – это ужасно тяжело», - «Я не выдержу лечения, так как все говорят, что я слабый», - «Зачем мне лечиться, я все равно никому не нужен», - «Знакомые лечились и все равно сорвались», - «Лечение мне непонятно, потому что я не болен».

2. Когнитивно-поведенческое переконструирование ведущих мотиваторов удовлетворения потребностей В работе использовались индивидуальные и групповые тренинги переконструирования процесса принятия решений и удовлетворения потребностей (проблемразрешающие тренинги).

Основные стратегии переконструирования:

- развитие мотиватора «мотивационная установка» (повышение способности планирования и контроля поведения, выбора наиболее благоприятного момента);

- укрепление процесса принятия решений с помощью внутреннего предпочтения (повышение способности оценивать свое внутреннее состояние);

- развитие способностей оценки условий (оценки своих возможностей) и прогнозирование последствий;

- переконструирование процессов постановки целей.

3. Тренинг уверенного поведения относительно лечения Проводится на стадии активных действий с целью укрепления убеждения активного влияния на все процессы лечения и выздоровления. Основа тренинга – техники переконструирования процессов принятия решений – техники повышения осознания правил ассертивного поведения [Бек Д., 2006].

Групповая работа третьего этапа (3-ий месяц реабилитации) 1.Техники и тренинги, направленные на осознание собственной значимости для групповой работы в целом:

- Что я значу для группы;

- Более значимые и менее значимые для меня участники;

- Создание общего «продукта» и выпадение одного из элементов;

- Создание «системы лечения» и проработка варианта выпадения одного из элементов (групповой работы, трудотерапии, прогулки, медицинского персонала, младшего медицинского персонала, родительского дня).

2. Техники и тренинги, направленные на осознание отсутствия необходимости защиты, сопротивления, агрессии:

- Что за загородкой, за стеной;

- Какой человек вызывает у тебя желание защититься;

- Кого тебе хочется защитить и почему;

- Какая часть твоей личности наиболее уязвима;

- Построй защиты для…;

- Лечение – это площадка военных действий;

- Мои родные устроили мне небезопасную жизнь;

- Искажение объективной информации. Тренинг объективного описания происходящего.

4.1.5. Четвертый этап мотивационной психокоррекции – «этап закрепления результа»

Возможности реабилитации несколько ниже, чем лечения и профилактики, так как эффект воздействия определяется необходимостью замены патологических звеньев поведения индивида на здоровые [Сирота Н.А., 2004].

Данный вид интервенции основан на медико-психологическом воздействии и на его связи со структурой социальной поддержки. Он требует индивидуального подхода и направлен на предупреждение перехода сформированного заболевания в его более тяжелую стадию. Результат успешного планирования профилактики срыва - это человек, который не только больше не употребляет наркотики, но и чувствует себя комфортно в трезвости и знает о своих симптомах - предвестниках срыва, имеет план действий для прерывания этих симптомов при их появлении и список своих проблем для предъявления их на консультировании. Активность самого пациента и мотивация на полный отказ от употребления наркотиков после лечения - обязательное условие предупреждения срыва.

Основная цель программы мотивационной психокоррекции и реабилитации на данном этапе – закрепление сформированной мотивации на лечение.

Основные примеряемые стратегии: формирование мотивации на изменение существующих иррациональных установок - самовыявление и работа по их изменению с целью устранения ситуаций, вызывающих напряжения, то есть ситуаций высокого риска. Примерами таких установок являются уверенность в дальнейшей трезвости и желание отказаться от медико-психологической помощи, а также от всех других видов помощи, не принимаемые пациентом родительские правила и «штампы», уверенность, что причиной употребления является неблагоприятная, в том числе психотравмирующая, ситуация и направление всех усилий на ее устранение и т.д.

Клинический пример 8:

Пациентка О., 25 лет, диагноз «синдром опийной зависимости 2 стадии», продолжительность лечения в отделении реабилитации 3 месяца, мотивация на лечение сформирована, но считает, что дальнейшее лечение может оказаться бесполезным, так как неблагоприятная обстановка в родительской семье, где она проживает, приведет к срыву. Предложение детализировать, что конкретно не нравится, воспринимает с недоверием, но при начавшейся работе со сменившим его энтузиазмом: предъявляет 10 пунктов того, что бы ей хотелось изменить.

Энтузиазм сменяется понижением настроения, поскольку считает, что изменить ей все это не под силу. Психолог предлагает обратить особое внимание лишь на один из пунктов «отсутствие традиций в семье». При тщательной проработке, О.

самостоятельно приходит к выводу, что традиции то есть, они отражены на фотографиях о совместном отдыхе, где не хватает не традиций, а ее самой, так как она в употреблении с семьей время не проводила. Данное обстоятельство, со слов О., снимает излишнее напряжение, ибо предлагает эффективный и несложный выход – пересмотреть заявленные проблемы.

4.2. Результаты динамики показателей готовности к лечению после применения программы мотивационной психокоррекции По результатам исследования показателей готовности к лечению в основной группе 1 больных опийной наркоманией, участвующих в программе мотивационной психокоррекции и реабилитации, в целом наблюдается повышение мотивации на лечение, более оптимистическое отношение к прогнозам на выздоровление, значительное снижение сопротивления внешнему воздействию, уровень активности, укрепление самомотивирующих установок.

При исследовании уровней готовности к лечению по методике URICA выявляется следующая система: на стадии сопротивления находятся 5 % больных основной группы (на начальном этапе терапии 49 %);

на стадии размышления - % испытуемых основной группы (на начальном этапе 30 %);

на стадии активных действий - 46 % (на начальном этапе 10 %);


на стадии закрепления результатов 48 % (на начальном этапе 1 %).

В сравнении с показателями, обнаруженными при обследовании пациентов контрольной группы (не участвующих в программе мотивационной психокоррекции), наиболее значимыми являются различия по следующим факторам: сопротивление лечению (U=694,0000, p=0,004230);

повышение активности, снижение противоречий по этой ценностной позиции (U=715,0000, p=0,003863);

показатели самомотивации в системе целеполагания (U=436,5000,p=0,000088).

В основной группе после применения шестимесячной мотивационной программы психокоррекции и реабилитации изменяется система смыслового восприятия готовности к лечению, отношения к лечебному процессу, осознания заболевания. Значительно (на 27 %) расширяется сфера персонального смыслового восприятия, на 17 % увеличивается уровень показателей пластичной системы смыслового восприятия. Результаты в основной и контрольной группах значимо различаются по следующим параметрам: шкала нарушений нозогнозии (отношение к лечению, объективный критерий) (U=572,0000, p=0,002071, с более высокими результатами в основной группе), пластичность смыслового восприятия (U=477,5000, p=0,000104, с более высокими показателями в основной группе), ригидность смысловой сферы (U=636,0000, p=0,004240, с более высокими показателями в контрольной группе), защитный уровень субъективной смысловой сферы (U=716,0000, p=0,018467, с более высокими показателями в контрольной группе).

4.2.1. Изменение уровня осознания ведущих мотивов поведения По результатам исследования выявлено, что в целом в основной группе после применения программы мотивационной психокоррекции снижается число ответов на вопросы о причине поступков, не связанных со структурой мотива, и, соответственно, увеличивается число ответов, затрагивающих тот или иной блок мотива. Результаты представлены в таблице 16.

Таблица 16 - Ведущие мотиваторы поведения в 1-й группе пациентов, влияющие на формирование мотивации к лечению больных опийной наркоманией (результа ты изучения осознанности мотивов поведения по МОМ [Ильин Е.П., 2006] Мотиватор Период лечения p поведения начальный конечный 1–2 по Т- в сравнении (1), ед. (2) критерию со 2-й группой (U-критерий) Внешний мотиватор 3,83 Снижение 0,05 0, на 44 % Мотиватор потребности 1,19 Повыше- 0,005 0, ние на 77 % Мотиватор 0,10 Повыше- 0,05 0, «мотивационная ние установка» на 51 % Мотиватор «прогнозирова- 0,14 Повыше- 0.05 0, ние последствий» ние на 37 % Мотиватор «потребностная 0,53 Повыше- 0,05 0, (смысловая) цель» ние на 69 % При анализе зависимых групп с помощью Т-критерия (77 % - на отрезке месяцев, 48 % - на отрезке 6 месяцев) обнаружены значимые различия (Т=35,1064, p=0,005355), более интенсивное изменение происходит на 4-6-ом месяце реабилитационного процесса. Чем длительнее период реабилитации, тем реже больные ссылаются на внешние обстоятельства и факторы при объяснении собственных действий и поведения.

Возрастает и частота упоминания мотиватора «прогноз последствий», в среднем на 37 %, что свидетельствует об увеличении в процессе мотивации интеллектуальной сферы человека, учет последствий возможен при достаточном развитии прогностической способности, базирующейся на когнитивных процессах, по данному фактору обнаружены достоверные различия между группами. В целевом блоке мотива наиболее заметные различия выявлены по мотиватору «потребностная смысловая цель», а именно - повышение показателей в процессе реабилитации. Данный фактор влияет на формирование мотивации к лечению (Т=34,7826, р=0,004879). Выявлена также, хотя и не очень отчетливая, тенденция увеличения в процессе реабилитации числа ответов, относящихся к мотиватору «опредмеченное действие», что может свидетельствовать о смещении процесса мотивации в сторону более четкого осознания предмета потребности.

В сравнении с контрольной группой испытуемых с помощью U-критерия выявлены значимые различия по показателям мотивационного блока:

потребностный мотивационный блок при осознании мотива поведения (U=694,0000, p=0,004230, преобладание в основной группе), «мотивационная установка» (U=572000, p=0,002071, преобладание в основной группе), оба фактора коррелируют в основной и контрольной группе (на отрезке 0 месяцев) с показателем патологического влечения;

на отрезке 6 месяцев – лишь в контрольной группе (rs=0,57, p0,05), в основной группе с результатом rs=0, при р=0,54, то есть с тенденцией влияния потребностного блока на уровень патологического влечения. В ситуации снижения значимости и осознания своих потребностей у наркозависимых возникает патологическая потребность. Как предполагалось, в мотивационной структуре личности потребителей наркотиков существуют факторы-посредники (мотиваторы как способ принятия человеком решения, обусловливающего поведение), обеспечивающие взаимосвязь личностного и аффективного патологического процесса, а также процесса формирования мотивации к лечению.

4.2.2. Результаты сравнительного статистического анализа показателей антинаркотического потенциала группы 1 и группы Результаты исследования изменений уровня антинаркотического потенциала в обеих группах представлены в схемах (рисунок 11).

По результатам исследования выявлено: к шестому месяцу реабилитации повышение мотивации к лечению в основной группе происходит в контексте повышения уровня смыслоосознания (rs=0,38, p0,05), общих показателей повышения уровня нормативного смыслового восприятия лечения (rs=0,46, p0,01), повышения уровня адаптации (rs=0,78, p0,01), снижения уровня тревоги (rs=-0,32, р0,05), депрессии (rs=-0,89, р0,05).

Методика «Уровень соотношения ценностей и их доступности» позволяет проследить изменение потенциала защитных психологических факторов в когнитивной сфере: показатели уровня внутриличностной дезинтеграции в основной группе 1 снижаются к первому1 месяцу на фоне снижения депрессии (rs=0,62, p0,01), тревоги (rs=0,40, р0,05), увеличения уровня адаптации (rs= 0,34, р0,05), к шестому месяцу снижаются показатели конфликтности мотивационно-личностной сферы и показатели уровня депрессии (rs=0,82, p0,05), тревоги (rs=0,63, p0,05), повышается адаптация (rs=-0,79, p0,01).

Основная группа Основная группа 4 3, 3,5 3 2, 2, 1, 1, 0,5 0, 0 0 мес 1 мес 3 мес 6 мес 0 мес 1 мес 3 мес 6 мес Депрессия (A.Beck) Депрессия (A.Beck) Тревога (A.Beck) Рисунок 11 - Показатели изменений уровня тревоги и депрессии в ОГ 1 и ОГ Шкала ангедонии [Крупицкий Е.М.. 2000] регистрирует уровень психологического дискомфорта вне интоксикации опиатами: стержневым симптомом, определяющим феноменологию данного состояния является выраженное патологическое влечение к наркотику. Данные результаты отражены в рисунке 12 и таблице 17.

По результатам исследования, в основной группе 1 происходит снижение показателей в среднем на 38 % к первому месяцу, на 72 % - к шестому. В основной группе 2 происходит увеличение показателей патологического влечения на 18 % к первому месяцу, снижение на 2 % - к шестому. Снижение показателей уровня патологического влечения в основной группе происходит на фоне снижения тревоги (rs=0,36, р0,05), повышения адаптации (rs=-0,65, р0,05).

Основная группа 1 Основная группа 3 3, 2, 2 Патологи 2,5 Патолог ческие ические 1,5 Влечени Влечени 1, е… е… 0,5 0, 0 0 мес 1 мес 3 мес 6 мес 0 мес 1 мес 3 мес 6 мес Рисунок 12 - Изменение уровня патологического влечения в ОГ 1 и ОГ 2 [Крупицкий Е.М.. 2000] Таблица 17 - Корреляции изменений показателей антинаркотического потенциала у больных 1-й группы на этапе окончания психокоррекции Показатель Коэффици- Показатель антинаркотического ент антинаркотического потенциала корреляции потенциала ср., ед. Спирмена ср., ед.

при p 0, Сопротивление лечению 0,78 Уровень адаптации (URICA) 3.22 (SASS) 43. Сопротивление лечению –0,66 Уровень использования ве (URICA) 3.22 дущего «внешнего мотивато ра поведения» (МОМ) 1. Сопротивление лечению 0,52 Уровень осознания потреб (URICA) 3.22 ностей (МОМ) 2. Внутриличностная -0,82 Уровень адаптации дезинтеграция (УСЦД) 31.73 (SASS) 43. Продолжение Таблицы Показатель Коэффици- Показатель антинаркотического ент антинаркотического потенциала корреляции потенциала ср., ед. Спирмена ср., ед.

при p 0, Внутриличностная -0,79 Уровень осознания целей дезинтеграция (УСЦД) 31.73 (МОМ) 0. Патологическое влечение –0,66 Уровень адаптации (Шкала ангедонии) 11.33 (SASS) 43. Патологическое влечение –0,33 Уровень осознания потреб (Шкала ангедонии) 11.33 ностей (МОМ) 2. В целом, следует говорить о положительной динамике в плоскости нормализации смыслового структурирования, увеличения потенциала защитных механизмов, антинаркотической устойчивости и улучшения психосоциального функционирования лиц с синдромом опийной зависимости после применения программы мотивационной психокоррекции за счет позитивного изменения компонентов мотивационно-личностной структуры (приложение В).

4.3. Результаты феноменологического исследования изменения готовности к лечению больных опийной наркоманией В результате качественно-феноменологического анализа прослежена направленность изменения переживания ситуации лечения относительно тех феноменов, которые поддерживают снижение готовности к лечению.

При исследовании защитных смысловых механизмов выявлены основные феноменологические структуры, обеспечивающие снижение активности к лечению больных опийной наркоманией, рассмотренных в дальнейшем исследовании в структуре интерперсональных мифов. При использовании кластерного анализа, выявляются две основные группы, поддерживающие позиции ЛС «вытеснение содержания ситуации и приспособительная стратегия поведения в ситуации лечения» и «недопустимость изменений» (rs=0,81, p0,001).

В первой группе основным феноменом является категория «одиночество как невозможность изменений». Во второй группе основным феноменом называем «самостоятельную категорию невозможности изменений», представленную в контексте категорий «бесполезность усилий», «нерезультативность предыдущих попыток», «потеря времени», «сказка», «фантазия для родственников», «миф для начинающих наркоманов».

Таким образом, «миф о невозможности лечения» в пространстве переживаний наркозависимых структурно состоит и поддерживается экзистенциально-феноменологическими категориями одиночества, времени, реальности/нереальности, веры/неверия, глубины зависимости, поддержки, усталости;

феноменологически выделяется в контексте защитных механизмов и высоко коррелирует с типом восприятия ситуации как «недопустимости изменений, в результате выраженного депрессивного компонента отношения к ситуации».

Относительно категории одиночества коррекционную направленность определили как пересмотр смыслового восприятия «одиночества как невозможности развития» и перевод в контекст восприятия «одиночества как возможности изменений».

Переживание одиночества становится условием присутствия в пространстве потери-поиска механизмов смыслостроительства:

1) исследование переживаний опыта позволяет предположить значительную глубину и сложность психологического пространства, одним из главных понятий которого становится чувство одиночества;

2) одним из условий динамики процесса аутентичности является осознание чувства одиночества и пересмотр своего опыта;

3) исследование переживаний опыта в пространстве поиска аутентичности позволяет говорить о существовании «поля осознания безнадёжности» как «возможности развития» на примере чувства одиночества;

4) исследование переживаний в пространстве потери аутентичности позволяет говорить о существовании «поля безнадёжности» как «невозможности изменений» на примере чувства одиночества;

5) в пространстве осознания чувство одиночества не является изолированным, а связанным с другими субстанциями определённым образом.

Область переживаний одиночества ограничена для субъекта следующими аспектами:

1) переживание в условиях понимания «безнадежности» как «невозможности изменений»;

2) ограниченность восприятия, связанная с феноменом «иллюзорности восприятия реальности»;

3) переживания в условиях чувств непонимания, агрессии, беспомощности;

4) переживания в контексте эмоционального напряжения;

5) потеря чувства знания себя самого и значения этого чувства;

6) переживание желания бросить употребление наркотиков в условиях его нереализации.

Таким образом, область невозможности изменений связывается с заявленными ранее в нашей работе фиксацией на веществе, вызвавшем зависимость, с аутодеструкцией (саморазрушением), потерей чувства ответственности за свои поступки, изоляцией от межличностных контактов при констатации наличия последних как «новых», неспособностью доверять окружающим, отсутствием уверенности в завтрашнем дне. Следует говорить, что основным здесь является чувство безнадежности как «невозможности изменений», ощущения краха, безвыходности, падения и смерти при отсутствии тревоги за своё существование.

Рассмотрим примеры переживаний.

Переживание недоверия существующим социальным контактам в пространстве чувств непонимания, агрессии, беспомощности Сфера «агрессивной беспомощности» (назовём это так) образуется вокруг человека, употребляющего наркотики, практически сразу, часто, даже до начала собственно наркотиков. Об этом свидетельствуют результаты исследований многих учёных, как говорилось выше, и констатируют результаты данного исследования. Необходимо также заметить, что в исследованных самоотчетах в эту сферу попадает и чувство непонимания, как мы его называем, и связано оно, прежде всего, с недоверием существующим контактам в пространстве межличностных отношений.

Клинический пример 9 (из самоанализа Павла К.):

«По отношению к людям я иногда, да почти всегда, под действием наркотика был раздражённым, нервным. Я иногда не мог разговаривать нормально. Я стал агрессивный из-за каждой мелочи. Это отразилось на моей нервной системе и на здоровье моих близких. Я ничего не делал, это наркотик делал со мной то, что хотел, и он сделал из меня то, что я в данный момент представляю. Честно говоря, не до конца себя понимаю, но я и вообще никого не понимаю, но я и не стараюсь, потому что они, особенно родители, всё равно меня не поймут, даже если захочу поговорить по «душам».

Клинический пример 10 (из самоанализа Александра С).:

«У меня ужасная обстановка дома. Мне очень жалко своих родителей. Они меня не понимают, и, мне кажется, уже никогда не поймут. Независимо от того, колюсь я или нет, выхожу из больницы, а они относятся ко мне по-прежнему:

кричат, прячут деньги и ценные вещи, золото. Мама устраивает истерики, кричит, что никогда не простит мне того, что я сделал с семьей. Если я устраиваюсь на работу, кошмар не прекращается. Они требуют, чтобы я возвратил им те огромные суммы, которые ушли на ханку. Я устал жить в этом дурдоме, но пока еще в трезвости, хотя, наверное, недолго. Потом меня это добивает окончательно, и я, как правило, срываюсь. Это повторялось уже много раз. В такой обстановке, пока я не уколюсь, я места себе не нахожу от злости, срываюсь на всех, но сделать ничего не могу».

Недоверие социальным контактам приходит к наркозависимому из своего опыта, из знания, что «от людей можно ждать чего угодно», вплоть до непонимания и агрессии. Из своего же опыта он получает уверенность в том, что с аддиктивными агентами общаться проще и безопаснее, так как они могут не зависеть ни от родственников, ни от знакомых и друзей. Так возникает «суррогат»

контактов, как называем «иллюзорные» отношения, контакты, связанные с описанной выше фиксацией. На какое-то время эти иллюзорные отношения, представляющие собой очень ограниченные, в контактном отношении сферы, заменяют сферы истинных контактов с другим «Я», и, посредством этого, происходит потеря контакта со своим «Я».

Клинический пример 11 (из самоотчета Лены Г.):

«Я пыталась бросить, изолироваться, но хватило меня ненадолго, так как часами, сидя одна и уставившись в телевизор, дурные мысли всё равно лезли мне в голову, и опять всё равно начиналось сначала. Я спрашивала у друзей наркоманов, как избавиться от этого, а они, размазывая на чашку очередную порцию, спокойно мне советовали: «Мы все когда-нибудь пытались бросить, но «ханка умеет ждать». Получается, что и мне нужно было смириться».

Часто возникающее желание бросить употребление наркотиков не находит своей реализации, так как не происходит осмысления существования самой возможности этой реализации;

смирение берёт верх над осмыслением, так как сфера существования человека, как мы уже говорили, ограничена существующей фиксацией, возникшей в связи с употреблением наркотического вещества. Вопрос о способе выхода из этой сферы наркозависимый задает не самому себе, а окружению, принадлежащему самой сфере, так как чувство контакта со своим «Я» утеряно.

Переживание одиночества в пространстве «иллюзорного» восприятия реальности Описывается как состояние не вынужденного объективного одиночества, а одиночества человека, окруженного близкими людьми, отношения с которыми претерпели серьезные изменения, как психологическая ситуация безнадёжности, являющаяся «негативной», то есть не предполагающая возможности изменений.

Клинический пример 12 (из самоотчёта Лены Г.):

«Самое неприятное событие моего детства – наш приезд в Томск, потому что дома остался отец, мои друзья, всё привычное. Я люблю маму, это её город, она приехала жить со своими сестрами, а я осталась одна. Я всё сделала для неё, потому что люблю её. Получается, что она меня не любит и я ей не нужна, она не хочет, чтобы мне было хорошо. Вчера она приходила ко мне с виноватым видом, мне стало жалко её, и я подумала, может простить её, подарить ей мой рисунок (…). Но все-таки не хочу, потому что так всё и должно быть за то, что я столько лет была одна, и она меня не замечала, даже когда я специально гремела чем нибудь по квартире…».

Прежде всего, здесь мы наблюдаем накопление отрицательных эмоций и неспособность за этим дифференцировать свои чувства и обратиться к размышлению. Воспоминания не сопровождаются размышлениями о ситуации.

Происходит концентрация внимания на внешнем «невосприятии», «незамечании»

со стороны значимых других, базирующаяся на глубинной неуверенности девушки в том, что она может быть интересна и необходима такой, какая она есть.

Это приводит к восприятию реальности, которое не позволяет наслаждаться жизнью, а только мстить и находить удовлетворение, изменяя сознание посредством употребления наркотиков.

Таким образом, в данном случае чувство одиночества, находясь в «негативном» контексте, блокирует потенциальные процессы, характеризующиеся динамичностью, так как не предполагается развития, размышления, осмысленности.

В этом контексте употребление наркотического вещества воспринимается как выход из одиночества, как избавление от эмоционального напряжения.

Переживание потери чувства знания себя самого и значения этого чувства Нередко среди причин употребления наркотических веществ называется и «возможность испытать полноту жизни». Изменение психического состояния путем употребления наркотиков в этом случае «помогает» человеку сосредоточиться на том, что происходит сейчас, отвлечься от травмирующих воспоминаний и т.п. Это воспринимается реально, как нечто более ценное, чем привычное повседневное времяпрепровождение, лишенное эмоциональных контактов с другими. Может усилиться контакт со средой, человек лучше чувствует себя в потоке происходящего и в равновесии со средой и самим собой.

Тогда как в реальной жизни наркозависимый не находит возможности ни установления равновесия со средой, ни благоприятного сосуществования с самим собой, а также для него не представляется возможным испытать важнейшие для него чувства, более того, он находится в состоянии непонимания спектра этих чувств, являющегося следствием потери чувства знания себя самого.



Pages:     | 1 | 2 || 4 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.