авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |
-- [ Страница 1 ] --

ЮДИНА ИРИНА НИКОЛАЕВНА

ФИНАНСОВАЯ НЕСТАБИЛЬНОСТЬ:

ЦИКЛИЧНОСТЬ, ПУЗЫРИ И КРИЗИСЫ

МОНОГРАФИЯ

ТЮМЕНЬ

«Ист

Консалтинг»

2010

УДК 338.124.4

ББК 65.26

Ю16

Рецензенты:

Казанцева Светлана Михайловна, доктор экономических

наук, профессор, заведующая кафедрой национальной эконо-

мики и менеджмента ГОУ ВПО ТО «Тюменская государствен-

ная академия мировой экономики, управления и права».

Колмаков Владимир Владимирович, кандидат экономиче ских наук, доцент, генеральный директор ООО «Ист Файнен шиэл Сервисиз энд Консалтинг», г. Тюмень Юдина, И.Н.

Ю16 Финансовая нестабильность: цикличность, пузыри и кризисы. Монография / И.Н. Юдина. – Тюмень: Ист Консал тинг, 2010. – 131 с.

ISBN 978-5-91925-004- Монография представляет результат научных исследований к.э.н., доцента И.Н. Юдиной, посвящённых причинам финансовой нестабильно сти и кризисов. В работе на основе анализа истории финансовых кризи сов идентифицированы монетарные основы экономических циклов, изу чена роль государства в формировании финансовой нестабильности и её преодолении. Существенное внимание уделяется анализу возможностей предотвращения финансовых кризисов.

Монография предназначена для руководителей, экономистов, фи нансистов, служащих органов государственной власти и местного само управления, представителей монетарных властей, научных работников, профессорско-преподавательский состав высших учебных заведений, студентов, магистрантов и аспирантов.

УДК 338.124. ББК 65. © Юдина И.Н., © ООО «Ист Консалтинг», ISBN 978-5-91925-004- ОТ АВТОРА В данной работе в научно-популярной форме автор пытается просле дить вклад различных экономистов и научных школ в развитии теории экономических циклов, кризисов, кредита и ссудного процента. Основные разделы публикации посвящены следующим темам:

В первом разделе рассмотрены денежные факторы экономических циклов (австрийская школа: Людвиг фон Мизес и Фридрих фон Хайек), то есть попытки объяснить происхождение циклов с позиции искусственного манипулирования процентными ставками. В этом разделе также показана долговая природа происхождения современных денег, которая таит в себе потенциальную опасность происхождения кризисов.

Во втором разделе «Изучаем уроки Великой Депрессии» рассматри ваются условия, которые способствовали её подготовке (в частности, по литика «дешёвых» денег в предыдущее десятилетие накануне Великой Де прессии и, особенно, акцент делается на угрозы спирали инфляции и дефляции, которые вызывают банковский кризис и усугубляют спад (де нежная теория И. Фишера, 1920-е гг. ХХ в.). Интересной сентенцией в све те современного финансового и экономического кризиса выглядят рассуж дения классиков австрийской экономической школы об ошибочных рецептах государственного регулирования по выходу экономики из затяж ной Депрессии и их доводы в пользу сил рыночного саморегулирования 1.

В третьем разделе «Взгляд на эмиссию денег и регулирование денеж ного обращения» приводятся два подхода к способу денежной эмиссии (так называемые «денежная» и банковская школы), которые были в центре дискуссии общественно-политической жизни Великобритании в начале ХIX века. С переменным успехом верх одерживали либо сторонники Д. Рикардо (известного «металлиста»), либо сообщество «банкиров» во главе с Г. Торнтоном, взгляды которого были, в конечном счёте, положены в основу организации банковской системы с механизмом частичного ре зервирования во главе с центральным банком. Согласно И. Шумпетеру, Г. Торнтон «предвосхитил практически всё, что было открыто в области политики центрального банка в течение следующего столетия». В этом же разделе приводится небезызвестная дискуссия о методах и направления кредитно-денежной политики с точки зрения её влияния на обеспечение финансовой стабильности.

В четвёртом разделе излагается современные научные подходы зару бежных учёных к объяснению природы «финансовых пузырей» и кризи сов, в основе которых лежит свежий неортодоксальный взгляд на некото рые явления, которым трудно дать научное объяснение с позиций старых догм, в частности, Гипотезы эффективного рынка. Приводятся точки зре ния таких корифеев западной экономической мысли, как Дж.К. Гелбрейт, См.: Мизес, Л. Экономический кризис и его причины. Доклад / Л. Мизес, 1931.

– Пер. с англ. авт. – [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://www.mises.org Ч. Киндлебергер, Дж. Сорос. На примере экономики США 80-х – 90-х гг.

ХХ века показана история биржевых бумов и крахов как отражение чрез мерно раздутого потребления и дешёвого капитала (периода низких учёт ных ставок ФРС).

Пятый раздел «Новая финансовая экономика в условиях глобализа ции» посвящён миру производных бумаг (или деривативов), который мно гое объясняет о происхождении современных системных финансовых, в том числе банковских, кризисов. Параллельно с процессом дерегулирова ния в финансовой сфере также активно происходит процесс «дезинтерме диации» («disintermediation») – избавления от посредников. Всё это обост ряет проблему информационной асимметрии 1.

Небезызвестный закон страхования гласит, что хеджирование наряду с уменьшением риска отдельной стороны, увеличивает риск системы в це лом посредством включения так называемого «морального фактора». Мо ральный риск – это асимметричность информации, то есть когда наличие страховки делает человека менее восприимчивым к угрозе потерь. Приме нительно к кредитным рынкам это ведёт к тому, что кредиторы становятся всё более индифферентными к качеству выдаваемых ими кредитов. В ра боте рассматривается подробно как надувался и «схлопывался» ипотечный пузырь в экономике США, явившейся триггерным событием, запустившим мировой финансовый кризис 2008-2009 гг.

В работе также нашло место отражение современной дискуссии о ро ли доллара в современной финансовой системе с точки зрения его способ ности как мировой резервной валюты содействовать глобальной финансо вой стабильности. Всё дело в том, что на сегодня все страны готовы играть по тем правилам, которые были установлены в международной финансо вой системе более полувека назад и менять эти правила пока никто не со бирается (по крайней мере, на деле).

В заключении автор, подводя итоги анализа частных взглядов эконо мистов и научных подходов экономических школ, показывает позитивную и негативную роль финансов в экономическом развитии капитализма ХХ века. Чем с большим блеском процветали финансовые учреждения на фоне всех остальных, тем больше укоренялась вера, что с их помощью можно решить многие проблемы. Финансовая инфляция подпитывалась кредитом на финансовых рынках, тем самым расширяя могущество финансовых ин ститутов как источников кредитов. В этой связи работа представляет собой квинтэссенцию точек зрения разных учёных–экономистов на роль финан сов и денежного регулирования в различных потрясениях капиталистиче ской (рыночной) экономики ХХ и начала ХХI веков. В результате получен вывод, что финансовые кризисы имманентны рынку, избежать их не уда стся, но вот вопрос, кому отдать пальму первенства: государству или «не См. работы Фредерика Мишкина по объяснению механизмов финансовых кри зисов в азиатских странах в 1997-1998 гг.

видимой руке» рынка в их происхождении (назвать их главных виновни ков) остаётся открытым.

Думается, работа окажется полезной и для студентов экономических и финансовых специальностей, штурмующих сложные материи экономиче ской теории, так и для тех, кто преподаёт цикл финансовых дисциплин для студентов экономических специальностей.

Это издание не претендует на серьёзное научное исследование. Ско рее это попытка автора доступным, красочным, образным языком с ис пользованием иллюстративных примеров, в том числе на основе и теоре тических концепций, и исторических фактов говорить о сложном и насущном – экономических циклах и финансовых кризисах. Поэтому и жанр этого исследования можно определить как научно-популярное изда ние, которое приобретает всё больше сторонников и среди учёных, и среди учащихся. Заранее благодарю за замечания и ваши предложения.

Ирина Юдина, 2010 г P.S.

Посвящаю эту книгу безвременно ушедшему в 2009 г.

моему Учителю и просто замечательному человеку Никитину Валерию Михайловичу ВВЕДЕНИЕ Существующие теории свободного рынка и ортодоксальная концеп ция эффективного рынка, каждая по-своему, пытаются объяснить причины роста экономики, экономических циклов, поведение рынка финансовых активов, взгляд на роль центральных банков, инфляцию. То есть они пы таются объяснить, как экономика работает, но это им не всегда удаётся.

Научные методы исследования требуют, чтобы теория согласовывалась с фактами. В этой связи ортодоксальную экономическую теорию нельзя рас сматривать в качестве всеохватывающей и всё объясняющей.

За последние тридцать лет одним из направлений в сфере экономики было строительство моделей, которые предполагали, что рынки работают идеально. Это предположение затемнило большое количество исследова ний, которые помогали объяснить, почему рынки часто работают несовер шенно – почему, в самом деле, широко распространены крахи рынка. Что бы достигнуть прогресса и лучше подготовиться к пониманию природы финансовых кризисов, совершенствовать систему управления макроэко номикой, мы должны знать, как реально работает финансовая система, а не то, как это описывается в существующей теории. Теория должна подстраи ваться под факты, а не наоборот.

По мере того, как кризис придал новые силы размышлениям о необ ходимости регулирования, он также дал толчок к исследованию альтерна тивных направлений, взглядов, которые смогут обеспечить лучшее пони мание того, как функционирует наша сложная экономическая система – и, возможно, также к поиску такой политики, которая сможет предотвратить повторение недавней катастрофы.

«Мы разделяем современные представления о том, что итоговой про веркой теории является точность, с которой она определяет действитель ные причины поведения;

способность осуществлять точные предсказания является серьёзным свидетельством в пользу того, что теория нащупала верные основания, причины поведения, а более реалистичные допущения моделей, наверняка, способствуют этому» 1.

Camerer, C. Behavioral Economics: Past, Present, Future / C. Cfverer,, G. Loewenstein // Advances in Behavioral Economics. – Princeton: Princeton University Press, 2003. – P. 4.

ГЛАВА 1. ДЕНЕЖНОЕ ОБЪЯСНЕНИЕ ЭКОНОМИЧЕСКИХ ЦИКЛОВ Объяснение природы циклов у классиков экономической теории В чём же причины циклического развития экономики? Имеет ли право на существование агностический подход к причинам бумов и крахов, то есть невозможность установить их истинные причины? Действительно ли экономические циклы глубоко коренятся в самой системе свободной ры ночной экономики и, стало быть, есть необходимость в той или иной фор ме государственного планирования, если мы хотим удержать экономику в неких рамках стабильности? Действительно ли бум, а затем крах просто приключаются или же одна фаза цикла логически вытекает из другой?

Одно из воззрений на экономический цикл идёт от К.Маркса, который заметил, что до начала (приблизительно в конце XVIII века) Промышлен ной революции не существовало никаких регулярно повторяющихся бумов и депрессий. Мог возникнуть неожиданный экономический кризис всякий раз, когда какой-нибудь король объявлял войну или конфисковал собст венность своего подданного, но при этом отсутствовали всякие признаки специфически современного явления всеобщих и вполне регулярных рез ких колебаний маятника расширения и сжатия. Поскольку эти циклы воз никают на исторической сцене примерно в то же самое время, что и совре менная промышленность, Маркс заключил, что деловые циклы являются неотъемлемой чертой капиталистической рыночной экономики. А кризисы возникают в результате диспропорции в распределении доходов (как кри зисы перепроизводства).

Существующие сегодня школы экономической мысли, независимо от их разногласий по иным вопросам, сходятся в решающем пункте: деловые циклы зарождаются где-то в глубинах свободной рыночной экономики.

Стало быть, винить в них нужно именно рыночную экономику. Карл Маркс был убеждён, что периодические депрессии будут становиться всё тяжелее и тяжелее, пока это не подтолкнёт массы к восстанию и уничто жению системы, а современные экономисты уверены, что правительство в состоянии успешно стабилизировать кризисные ситуации и сам цикл. Но все стороны согласны с тем, что вина кроется глубоко внутри рыночной экономии и что если как-то и можно спасти положение, то это должна быть некая форма масштабного государственного вмешательства.

К счастью, правильная теория депрессии и экономического цикла всё же существует, хотя и совершенно игнорируется в современной экономи ческой науке. Она также имеет давнюю традицию в экономической мысли.

Прародителями этой теории стали шотландский философ и экономист XVIII века Давид Юм, а также видный английский экономист начала XIX века, представитель классической школы Давид Рикардо. В первую оче редь эти учёные заметили, что в середине XVIII века наряду с индустри альной системой возник другой важнейший институт – банковское дело с его способностью расширять кредит и денежную массу (поначалу в виде бумажных денег, или банкнот, а позднее в виде депозитов до востребова ния или текущих счетов, которые подлежат немедленной оплате наличны ми). Именно в деятельности коммерческих банков эти экономисты нашли ключ к разгадке повторяющихся циклов, состоящих из расширения и сжа тия, из бумов и крахов, так озадачивавших наблюдателей ещё с середины XVIII века.

Рикардианский анализ экономического цикла выглядел примерно так:

естественными деньгами, возникающими на свободном рынке, являются полезные товары – в основном золото и серебро. Если бы деньги этими предметами и ограничивались, то экономика в целом функционировала бы так же, как функционируют отдельные рынки: плавное приведение в соот ветствие предложения и спроса, и, следовательно, никаких циклов из бу мов и крахов. Но введение банковского кредита добавляет ещё один – ключевой и разрушительный – элемент. Банки расширяют кредит и соот ветственно массу банковских денег в виде банкнот или депозитов, которые теоретически подлежат оплате золотом по первому требованию, но на практике, разумеется, это не так. Например, если банк располагает в своём хранилище 1000 унций золота и выпускает подлежащие немедленной оп лате складские расписки на 2500 унций золота, то очевидно, что им было выпущено на 1500 унций больше, чем он способен возместить. Но до тех пор, пока не происходит согласованного «наплыва» требований к банку о произведении расчётов по этим квитанциям, его складские расписки функ ционируют на рынке как эквивалент золота, следовательно, банк сумел расширить денежную массу страны на 1500 унций золота.

Таким образом, банки начинают охотно расширять кредитование, по скольку чем больше они расширят свой кредит, тем весомее будет их при быль. Это ведёт к росту денежной массы в пределах данной страны – на пример, Англии. В связи с тем, что общая масса бумажных и банковских денег в Англии увеличивается, растут и денежные доходы и расходы анг личан, к тому же увеличение денежной массы повышает цены на англий ские товары. Результатом становятся инфляция и бум в пределах страны.

Но инфляционный бум несёт в себе семена своего окончания. Ведь так как денежная масса и доходы в Англии увеличиваются, англичане продолжают покупать больше товаров из-за рубежа. Более того, поскольку английские цены растут вверх, английские товары начинают утрачивать свою конку рентоспособность по сравнению с продукцией из других стран, цены на которую не повысились или же повысились менее значительно. Англичане начинают меньше покупать на родине и больше за границей, тогда как иностранцы покупают меньше в Англии и больше у себя дома. Результа том становится дефицит в английском платёжном балансе, где уровень английского экспорта резко отстаёт от импорта. Но если импорт превыша ет экспорт, это означает, что деньги из Англии должны утекать в зарубеж ные страны.

Какие это будут деньги? Безусловно, не английские банкноты или де позиты, поскольку немцы, французы или итальянцы мало или же совсем не заинтересованы в том, чтобы хранить свои средства «запертыми» в анг лийских банках. Следовательно, иностранцы возьмут банкноты и депозиты и предъявят их английским банкам для обмена на золото, после чего золо то станет той категорией денег, которая будет постоянно утекать за рубеж, пока в Англии продолжается инфляции. Но это означает, что кредитные деньги английских банков будут всё больше и больше скапливаться в виде пирамиды поверх скудеющей в хранилищах английских банков золотой базы.

«Пока бум продолжается, наш гипотетический банк расширит выпуск своих складских расписок, например, с 2500 до 4000 унций, тогда как его золотая база уменьшится, скажем, до 800. Когда процесс усиливается, бан ки, в конце концов, пугаются. Ведь они обязаны погашать свои обязатель ства наличными, а их наличность стремительно тает, тогда как обязатель ства растут. В конечном итоге у банков не выдерживают нервы, они сокращают выдачу кредитов и с целью спасти себя выкупают часть своих обязательств, обращающихся на рынке. Нередко подобное отступление ус коряется наплывом требований от клиентов, обеспокоенных шатким со стоянием национальных банков.

Банковское сжатие меняет экономическую ситуацию;

за бумом сле дуют снижение активности и крах. Банки умеряют свой пыл, а предпри ятия несут убытки, поскольку усиливается пресс долговых обязательств и продолжается спад деловой активности. Снижение предложения банков ских денег ведёт в свою очередь к общему падению цен в Англии. Когда объём денежной массы и доходы снижаются и английские цены резко па дают, английские товары становятся сравнительно более привлекательны ми на фоне зарубежной продукции. Сальдо платёжного баланса меняет знак: теперь экспорт превышает импорт. Поскольку в страну поступает зо лото, а высота пирамиды банковских денег поверх расширяющейся золо той базы уменьшается, положение банков становится гораздо более устой чивым» 1.

В этом и заключается смысл депрессивной фазы экономического цик ла. Отметим, что эта фаза вытекает, причём неизбежно, из предшествую щего экспансионистского бума. Именно предшествующая инфляция дела ет фазу депрессии неизбежной. Таким образом, депрессия – это процесс, посредством которого рыночная экономика адаптируется, избавляется от крайностей и искажений предыдущего инфляционного бума и восстанав ливает устойчивое экономическое положение. Депрессия является мало приятной, но необходимой реакцией на искажения и крайности предшест вующего бума.

Рикардо, Д. Начала политической экономии и податного обложения / Д. Рикар до. – М., 1935.

Почему же тогда начинается новый цикл? Почему экономические циклы имеют тенденцию повторяться вновь и вновь? Потому что когда банки приходят в себя и обретают устойчивое положение, они вновь гото вы возобновить естественную для них политику расширения банковского кредита, после чего начнётся новый бум, неся в себе семена следующего неизбежного краха.

Но если причиной возникновения экономического цикла является банковское дело, то разве банки не являются такой же частью свободной рыночной экономики и разве в связи с этим мы не можем сказать, что по прежнему всему виной свободный рынок, пусть даже только через свой банковский сектор? Ответом будет «нет», поскольку банки никогда не смогли бы расширить кредит, если бы не вмешательство и поддержка пра вительства. Ведь если бы банки действительно конкурировали, любое расширение кредита одним банком быстро повлекло бы за собой скопле ние его долгов у конкурентов, а эти конкуренты быстро призвали бы такой банк к погашению долгов наличностью.

Другими словами, конкуренты банка потребуют от него оплаты золо том, или наличными, так же как это сделают иностранцы, но с той разни цей, что этот процесс будет гораздо быстрее и должен пресечь в корне лю бые зачатки инфляции ещё до её начала. Банки способны без опаски и в унисон расширять кредит только когда существует центральный банк, то есть по существу правительственный банк, пользующийся монополией го сударственного предприятия, а также благодаря правительству занимаю щий привилегированное положение в банковской системе. Только после учреждения централизованной банковской системы банки получили воз можность сколько-нибудь долго расширять свой кредит, и в современном мире возник привычный ныне экономический цикл» 1.

Времена меняются, а циклы остаются Хорошие времена сменяются плохими, затем опять настают хорошие и так далее. Спад сменяется экономическим подъёмом, а подъём – спадом.

Совершенно естественно, что этот феномен циклических изменений всегда привлекал внимание экономистов. Первоначально выдвинутые гипотезы о природе цикла не выдержали последующего критического анализа. В кон це концов, в экономической науке была разработана теория циклических колебаний, соответствующая критериям научного решения проблемы. Эта теория кредитного обращения обычно называется денежной теорией эко номического цикла. В настоящее время она является общепризнанной. Все Здесь и далее изложена точка зрения М. Ротбарда по его работе «Экономические депрессии: их причины и методы лечения». 1969. – См.: Rothbard, M.N. Economic De pressions: Their Cause and Cure / M.N. Rothbard, 1969.

мероприятия экономической политики, имеющие отношение к экономиче скому циклу, восходят к положениям, лежащим в её основе.

«В соответствии с денежной теорией экономического цикла цикличе ские колебания деловой активности – суть следствия искусственного уменьшения процентных ставок, складывающихся на рынке ссудного ка питала. Указанного уменьшения пытаются достичь с помощью соответст вующих мер банковской политики. Эта политика состоит в расширении банковского кредита посредством создания не полностью обеспеченных (фидуциарных, то есть основанных на доверии вкладчиков обещаниям банка по первому требованию обменять банкноты на золото по номиналу, или – в случае наличия банковского счёта – выдать по нему деньги) средств обмена, то есть денежных заменителей, не имеющих 100 процентного золотого покрытия. Технически это достигается путём эмис сии банками билетов (банкнот) или путём открытия ими чековых счетов своим клиентам в количествах, превышающих банковские запасы золота.

На рынке, свободном от искажений, вносимых такой инфляционист ской банковской структурой, банковские кредиты предоставляются в раз мере и по процентным ставкам, которые предполагают доведение до конца всех начатых проектов. И наоборот, спрос на кредит (то есть количество и масштаб инвестиционных проектов, которые начаты предпринимателями) соответствует рыночному предложению кредитных ресурсов и форми рующимся на рынке процентным ставкам. Ставка свободного ссудного рынка называется естественной или статической ставкой. Если банки и за ёмщики придерживаются именно этой ставки, экономика в целом развива ется без перерывов и остановок – за исключением тех случаев, когда име ют место природные катастрофы или политические потрясения вроде войн, революций и т.п. Тот факт, что экономика развивается волнообразно, должен быть целиком отнесён на счёт банковских интервенций, осуществ ляемых посредством соответствующей политики процентных ставок.

По этому вопросу существует ошибочная точка зрения, широко раз деляемая политиками, представителями бизнеса, прессой и публикой. Она состоит в том, что желательной целью экономической политики является уменьшение процентной ставки, доведение её до уровня ниже того, кото рый сложился бы на свободном рынке. Считается, что самым простым способом обеспечить указанное снижение является расширение банков ского кредита. Мы видим как под влиянием именно этой точки зрения вновь и вновь предпринимаются попытки вызвать экономический подъём, предоставляя дополнительные ссуды.

Сначала результат такой кредитной экспансии соответствует ожида ниям. Бизнес возрождается к жизни. Начинается подъём. Однако стимули рующий эффект кредитной экспансии не длится вечно. Рано или поздно бум, созданный этой политикой, заканчивается коллапсом.

При процентной ставке, которая складывается на рынке без дополни тельного кредита, создаваемого банковской эмиссией фидуциарных средств обмена, прибыльными будут только те предприятия, для которых в экономике нашлись необходимые факторы производства по рыночным це нам. Пусть теперь ставка понижена путём кредитной экспансии. Те бизне сы, которые не были прибыльными при рыночной ставке, покажутся при быльными при этой ставке, искусственно заниженной. При снижении ставки против рыночного уровня появляется возможность начать проекты, которые были бы разорительны при естественной ставке кредита. После снижения ставки реализация именно таких начинаний, собственно, и вы ливается в экономический бум. Но экономика недостаточно богата, чтобы поддержать его, – в ней нет свободных ресурсов, необходимых для окон чания этих дополнительных проектов. Необходимые ресурсы должны быть изъяты у других предприятий. Если бы эти ресурсы существовали, то для появления новых проектов не было бы нужды прибегать к кредитной экс пансии».

Австрийская теория экономического цикла или теория денежного пе реинвестирования Точная и всеобъемлющая теория экономического цикла была, в конце концов, открыта и изложена австрийским экономистом Л. фон Мизесом, когда он был профессором Венского университета. Первые наброски сво его решения жизненно важной проблемы экономического цикла Мизес из ложил в монументальной книге «Теория денег и кредита» (1912 г.), кото рая и по сей день остаётся лучшей работой по теории денег и банковского дела. В 1920-х гг. Мизес развивал свою теорию цикла, после чего она была представлена англоязычному миру ведущим последователем Мизеса Ф. Хайеком, который в начале 1930-х гг. прибыл из Вены преподавать в Лондонской школе экономики. Хайек опубликовал на немецком и англий ском языках две книги, в которых применялась и детально развивалась теория цикла Мизеса: «Денежная теория и экономический цикл» и «Цены и производство». Поскольку Мизес и Хайек были австрийцами и, кроме того, следовали традиции великих австрийских экономистов XIX века, эта теория стала известна в литературе как «австрийская» теория экономиче ского цикла (или теория денежного переинвестирования).

Опираясь на рикардианцев, на общую «австрийскую теорию» и на собственный творческий гений, Мизес развил следующую теорию эконо мического цикла. Без расширения банковского кредита предложение и спрос стремятся к равновесию с помощью свободной системы цен, и пото му нет почвы для возникновения кумулятивных бумов или крахов. Но за тем правительство через свой центральный банк стимулирует экспансию банковского кредита путём увеличения обязательств центрального банка и тем самым резервов наличности во всех коммерческих банках страны.

Банки приступают к расширению кредита и, следовательно, денежной мас сы страны в форме чековых депозитов. Как отмечалось рикардианцами, расширение банковских денег поднимает цены на товары и, соответствен но, вызывает инфляцию. Но Мизес показал, что это имеет и иные послед ствия, причём даже более пагубные. Расширение банковского кредита пу тём вливания в экономику новых кредитных ресурсов искусственно пони жает ставку процента ниже уровня, соответствующего свободному рынку 1.

Вопрос о естественной ставке процента В условиях свободного и недеформированного рынка процентная ставка определяется исключительно «временными предпочтениями всех индивидов, которые и образуют рыночную экономику. Ведь сущность займа состоит в том, что «настоящий товар» (деньги, которые могут быть использованы в настоящем) обменивается на «будущий товар» (долговую расписку, которая может быть использована только в будущем). Поскольку люди всегда предпочитают иметь деньги в данный момент по сравнению с текущей перспективой получения той же суммы денег в некотором буду щем, то товар, имеющийся в настоящем, неизменно предполагает преми альную надбавку по сравнению с товаром, который будет получен в буду щем. Этой премией и является процентная ставка, а её величина должна меняться в соответствии с той степенью, до которой люди предпочитают настоящее будущему, то есть степенью их временных предпочтений» 2.

Временные предпочтения людей определяют также те объёмы, в ко торых люди будут сберегать и инвестировать по сравнению с тем, сколько они будут потреблять. Если временные предпочтения людей будут умень шаться, то есть, если снижается их уровень предпочтения настоящего по сравнению с будущим, то они будут тратить меньше в настоящий момент, чтобы больше сберегать и инвестировать;

в то же самое время и по той же причине будет понижаться и ставка процента, или ставка временного дис конта. Экономический рост происходит в значительной степени по причи не падения коэффициентов временного предпочтения, что ведёт к увели чению пропорции между сбережениями и инвестициями относительно потребления, а также к понижению процентной ставки.

Что происходит в экономике, если процент искусственно занижать?

Но что происходит, когда процентная ставка падает не по причине бо лее низких временных предпочтений и более высоких сбережений, но из-за государственного вмешательства, которым поощряется расширение бан ковского кредита? Иными словами, если процентная ставка падает искус См.: Мизес, Л. Указ. соч.

Fisher, I. The Theory of Interest: As Determined by Impatience to Spend Income and Opportunity to Invest it / I. Fisher. – N.Y.: Augustus M. Kelley Publishers, 1965.

ственно, то есть вследствие вмешательства, а не естественным путём в ре зультате изменений в оценках и предпочтениях потребителей?

Возникает беспорядок. Предприниматели, завидев падение процент ной ставки, реагируют так, как им и положено реагировать на подобное изменение в рыночных сигналах: они вкладывают больше в капитальные и производственные товары. Инвестиции, особенно в длительные проекты, которые прежде выглядели убыточными, теперь представляются прибыль ными по причине снижения затрат на уплату процентов. Иными словами, бизнесмены реагируют так, как они реагировали бы, если бы сбережения действительно возросли: они расширяют инвестиции в капитальное обору дование, капитальные товары, промышленное сырьё, строительство по сравнению с непосредственным производством потребительских товаров.

Таким образом, предприятия охотно занимают создаваемые банком новые банковские деньги, которые поступают к ним по более низким став кам;

они используют эти деньги для вложения в капитальные товары, и в итоге ими оплачиваются более высокие земельные ренты и более высокие заработки рабочим, занятым в сфере производства капитальных товаров.

Возросший спрос предприятий повышает затраты на рабочую силу, но предприятия считают, что они в состоянии оплатить эти более высокие из держки, поскольку правительственно-банковская интервенция на рынке ссудного капитала и искажение такого ключевого рыночного сигнала, как процентная ставка, ввели их в заблуждение.

«Если банки создают кредит и передают его в распоряжение деловых людей, желающих использовать его на производственные цели, то часть денежного потока, направляемая на более отдалённые стадии производст ва, увеличивается. По сравнению с тем, что соответствовало бы добро вольному решению членов экономического сообщества, большее количе ство производственных ресурсов будет переориентировано с текущего производства потребительских товаров на удлинение процесса. Этот про цесс экономисты описывают как вынужденное сбережение. Поначалу всё идёт хорошо. Но очень скоро цены начинают расти, потому что фирмы, получившие новые деньги, используют их для приобретения факторов производства – труда и капитала – и предлагают за них более высокие це ны, чтобы перебить предложения тех фирм, которые занимаются произ водством потребительских товаров».

Таким образом, инфляционный бум ведёт к искажениям в системе формирования цен и производства. В ходе бума цены на труд и сырьё в сфере производства капитальных товаров подскочили слишком высоко, чтобы позволять предприятиям получать прибыль, когда потребители вос становили свои прежние предпочтения, соотношение потребления и инве стиций. После этого «депрессия» выглядит как необходимая оздорови тельная фаза, посредством которой рыночная экономика отторгает и ликвидирует необоснованные и нерентабельные капиталовложения перио да бума, а также восстанавливает те пропорции между потреблением и ин вестициями, которые действительно соответствуют желаниям потребите лей.

Депрессия является болезненным, но неизбежным процессом, в ходе которого свободный рынок устраняет ошибки и крайности времён бума и восстанавливает функцию эффективного обслуживания потребительских масс. Поскольку цены на производственные факторы взлетели в ходе бума слишком высоко, это означает, что ценам на труд и товары в сфере произ водства капитальных товаров необходимо позволить снижаться до тех пор, пока не восстановятся надлежащие рыночные соотношения.

В нашей очень сложной экономике, основанной на кредите, где каж дая часть системы прямо или косвенно связана со всеми остальными дого ворными связями, любое повреждение в любой точке сразу распространя ется на другие. Если некоторые банки – нервные центры, в которых сходятся бесчисленные нити кредитных отношений, – разоряются в ре зультате кризиса, то неизбежно возникает волна пессимизма: в качестве вторичного феномена с высокой вероятностью придётся пережить кредит ную дефляцию как результат общего недоверия и нервозности. Эти по следствия, согласно объяснению традиционной денежной доктрины, сде лают положение даже хуже, чем оно было, и вполне может случиться, что вторичная волна депрессии, спровоцированная более фундаментальными несоответствиями, разрастётся до огромных масштабов 1.

Если взять процент, да отменить «Банк извлекает выгоды из процентов на монету, которую он творит из ничего»

Эзра Паунд, поэт «Процент – источник силы большого капитала. Именно процент – этот безустанный и бесконечный поток благ просто из области денег, не требуя приложения никаких усилий, даёт силу роста мировым денежным столпам. Кредитный процент – дьявольский принцип, из которого и ро дился золотой интернационал. Всё повсюду заёмный капитал присосал к себе. Как голодный волк окружил большой ссудный капитал все государ ства все народы мира. Самым трагичным в этом денежном обмане являет ся тот факт, что всего лишь сравнительно малое число крупных капитали стов получает из всего этого огромные барыши, а весь рабочий народ, включая средних и малых капиталистов, торговлю, ремёсла, промышлен ность, должны оплачивать проценты» 2.

Из одной клетки развивается две из двух – 4 потом 8, 16, 32, 64, 128, то есть темп роста постоянно ускоряется. То же самое касается кредитов Хаберлер, Г. Деньги и экономический цикл / Г. Хаберлер, 1932.

Федер, Г. Манифест к сломлению кабалы процентов / Г. Федер, под так называемые сложные проценты (compound interest), выплачивае мые на любые ранее выплаченные проценты, а также на основную сумму, взятую в долг. При взимании 3 % годовых вложенная сумма возрастёт в два раза через 24 года;

при 6 % – через 12 лет;

при 12 % – через 6 лет. Ни какая экономическая деятельность не может дать подобной прибыли, так как способна развиваться лишь в рамках линейного роста».

Корни нынешний мегакризис берёт во временах реформации в XVI веке. Именно тогда был снят религиозный запрет на ссудный процент, именно тогда зародилась современная банковская система, базирующаяся на кредитных операциях. Банковский кредит дал колоссальный толчок развитию торговли и промышленности, а вместе с тем и развитию социу ма.

Во времена Адама Смита потолок процентных ставок в Великобрита нии был зафиксирован на уровне 5 %, а сам Смит выступал сторонником законов о ростовщичестве. Оправдывая регулирование процентных ставок, он рассматривал вероятные последствия, если процентные ставки будут выше рыночной безрисковой процентной ставки (то есть цены денег, кото рый готов заплатить тот, кто гарантирует полную их безопасность). На пример, если процент будет составлять 8 % или 10 %, то эти деньги могут достаться «растратчикам и прожектёрам, с которыми добросовестные за ёмщики навряд ли будут конкурировать» 1.

Ещё один отрицательный момент, связанный с деятельностью банков он видел в предоставлении кредитов для спекулятивных сделок («over trading»). Он считал, что приверженность Доктрине реальных векселей по зволит избежать инфляции, вызванной инфляционным кредитом.

Базовым принципом кредитной экономики является постулат расши ренного производства, то есть постоянно имеется рост как материального, так и номинального выражения экономики. То есть количество материаль ных ценностей постоянно растёт, появляются новые товары и услуги, наш мир наполняется вещами. В условиях нарастающего сбыта, кредит, а фак тически ссудный процент, работают вполне неплохо, то есть стимулируют рост. Заёмщик берёт сумму меньшую, чем должен вернуть, соответственно он должен произвести товаров или работ на большую сумму, реализовав их на товарном рынке, в том числе и на рынке труда. Всё замечательно ра ботает, и так было на заре капитализма. Но запущенные кредитные меха низмы в разных странах привели к тому, что сформировалось несколько экономических центров конкурирующих за внешние по отношению к ним ресурсы и рынки сбыта… Моноэкономическая система, базирующаяся на ссудном проценте, ох ватила всю планету. Система подошла к физическому пределу своего рос та. Это значит, что экспансия и расширенное воспроизводство более уже не возможно, как бы кто-то не старался, но придётся банкротить тех, кто Смит, А. Исследование о природе и причинах богатства народов / А. Смит. – М.:

Эксмо, 2007. – 960 с.

не обеспечивает самой высокой прибыли. Но если кого то банкротят, то люди, работающие в этом экономическом субъекте, теряют доходы и это приводит к сокращению совокупного платёжного спроса, что, в свою оче редь, приводит к тому, что ещё новые экономические субъекты становятся дефолтными, не способными выполнить свои обязательства по кредитам и заимствованиям.

Банкротство таких субъектов вновь сокращает совокупный платёже способный спрос, и так по спирали, при этом процесс носит волнообраз ный характер. После банкротств одной волны наступает временное улуч шение из-за перераспределения рыночной доли обанкротившихся, но очень быстро из-за сужения самого рынка всё повторяется вновь и с нарас тающей амплитудой. Процесс длится до тех пор, пока система не придёт в равновесное состояние, а уровень этот может быть достаточно низок, либо не будет отменён ссудный процент. Доведение ставок рефинансирования в развитых странах Запада практически до нуля – это и есть как раз способ, не отменяя ссудный процент существенно ограничить его влияние.

Кредитная экспансия и кризис Финансовые кризисы всегда различны, но причина у них одна.

Это неистребимая уверенность людей в том, что периоды благополучия не закончатся»

Алан Гринспен Кредитная экспансия не в состоянии увеличить предложение реаль ных благ. Она, скорее, способствует их перераспределению. Она отклоняет капитальные вложения от тех направлений, которые предписываются на личным состоянием общественного богатства и рыночными условиями. В итоге, экономический подъём не имеет под собой достаточно твёрдого ос нования (эффект сверхинвестирования). Он представляет собой, так ска зать, иллюзорное процветание, поскольку не является следствием увеличе ния общественного богатства. Наоборот, подъём начинается именно вследствие того, что кредитная экспансия создала иллюзию этого увеличе ния. Рано или поздно становится очевидным, что небоскрёб «экономиче ского процветания» возведён на песке.

Рано или поздно, кредитная экспансия, которая осуществляется по средством дополнительной эмиссии фидуциарных денег, должна привести к депрессии. Как бы сильно банки ни хотели продолжать экспансию, они не в состоянии проводить эту политику бесконечно. Равным образом, не возможно продолжение этой политики и в ответ на оказываемое на банки политическое давление. Продолжение увеличения предложения фидуци арных денег обернётся просто-напросто непрерывным ростом цен. В свою очередь, инфляция может продолжаться только до тех пор, пока общест венное мнение продолжает считать, что она вот-вот прекратится. Однако, когда подозрение в том, что инфляцию не собираются останавливать, пе рейдёт в стойкое убеждение, начнётся паника.

Оценивая деньги и товары, публика начинает предвосхищать увели чение цен, учитывать его, включая в цены сделок соответствующие по правки на рост цен до того, как эти цены повысятся фактически. В резуль тате цены начинают неудержимо расти, превышая все мыслимые уровни, ещё недавно считавшиеся нереальными. Люди начинают отказываться от использования денег, скомпрометированных ростом фидуциарных средств обмена. Начинается бегство от денег. Люди лихорадочно скупают ино странную валюту, металлические слитки, «реальные ценности», а в обме нах переходят на бартер. Это и есть, собственно говоря, разрушение де нежной системы общества.

Обычно политика кредитной экспансии прекращается задолго до того, как будет достигнута эта критическая точка. Кредитная экспансия преры вается под действием двух обстоятельств: во-первых, из-за ситуации, ко торая складывается в сфере международной торговли, и, во-вторых, вслед ствие наличия опыта предыдущих кризисов. Этот опыт, как правило, рано или поздно воплощается в нормах национального законодательства, на кладывающих ограничения на право центрального банка эмитировать банкноты и выдавать кредиты. В любом из этих случаев политике кредит ной экспансии должен быть положен конец – если не раньше, вследствие изменения политики частных банков, то позже – вследствие того, что со бытия приобретают катастрофический характер. Чем раньше будет пре кращена кредитная экспансия, тем меньший ущерб будет нанесён стиму лированием деловой активности в неверном направлении, тем более мягким является кризис и тем короче будет период общей депрессии и экономической стагнации.

Сегодня кредитная экспансия является исключительно государствен ной практикой. Хотя частные банки и банкиры и занимают важное место в эмитировании инструментов, не имеющих покрытия, их роль является чисто вспомогательной и касается только технических деталей. Государст ва в одиночку управляют развитием событий. Они добились полного гос подства во всех вопросах, касающихся масштабов фидуциарного кредита.

В то время как масштаб кредитной экспансии, которую способны органи зовать частные банки и банкиры, жёстко ограничен, государства нацелены на максимально возможный размах кредитной экспансии. Кредитная экс пансия главное орудие государства в борьбе против рыночной экономики.

В его руках она является волшебной палочной, предназначенной для чу десного избавления от редкости капитальных благ, снижения или полного упразднения ставки процента, финансирования щедрых государственных расходов, экспроприации капиталов, стимулирования вечного бума и все общего процветания.

Неизбежные последствия кредитной экспансии продемонстрированы в теории циклов производства. Даже те экономисты, которые всё ещё отка зываются признавать правильность денежной, или основной на фидуциар ном кредите теории циклических колебаний производства, никогда не ос меливались поставить под сомнение убедительность и неопровержимость того, что эта теория утверждает относительно неизбежных последствий кредитной экспансии.

Эти экономисты должны признать и признают, что резкий скачок не изменно обусловлен кредитной экспансией, что он не может возникнуть и продолжаться без неё и что он оборачивается депрессией, когда развитие кредитной экспансии прекращается. Фактически их объяснение цикла производства сводится к утверждению, что резкий подъём изначально по рождается не кредитной экспансией, а другими факторами. Они говорят, что кредитная экспансия даже, по их мнению, необходимый элемент обще го бума и не является следствием политики, специально нацеленной на низкие процентные ставки и поощрение дополнительных инвестиций, для которых не хватает необходимых капитальных благ. Она является тем, что чудесным образом всегда возникает без активного вмешательства со сто роны властей, где бы эти другие факторы ни начинали действовать.

Очевидно, что эти экономисты противоречат сами себе, когда высту пают против планов устранения колебания производства путём воздержа ния от кредитной экспансии. Сторонники наивного инфляционистского взгляда на историю последовательны, когда из своих, разумеется, крайне ошибочных и противоречивых догматов делают вывод, что кредитная экс пансия является экономической панацеей. Но те, кто не отрицает, что кре дитная экспансия является причиной бума, то есть необходимым условием депрессии, противоречат своей собственной доктрине, сражаясь с предло жениями обуздать кредитную экспансию.

Представители и государства, и мощных групп давления, и поборники догматичной неортодоксальности, доминирующие на экономических фа культетах университетов, соглашаются с тем, что следует пытаться пре дотвратить повторение депрессий и что осуществление этой цели требует недопущения бумов. Они не могут выдвинуть логичных аргументов про тив предложений воздержаться от политики, поощряющей кредитную экс пансию. Но они упрямы и не хотят слушать ничего подобного. Они неис тово поносят планы предупреждения кредитной экспансии как коварные замыслы, которые увековечат депрессию. Их позиция ясно демонстрирует истинность утверждения о том, что циклы производства являются резуль татом политики, намеренно нацеленной на снижение ставки процента и возбуждение искусственных бумов.

Не секрет, что сегодня мероприятия, направленные на снижение про центной ставки, повсеместно считаются весьма желательными, а на кре дитную экспансию смотрят как на эффективное средство достижения этой цели. Именно это предубеждение вынуждает все государства бороться с золотым стандартом. Все политические партии и группы давления твёрдо привержены политике лёгких денег. Если банк не расширяет фидуциарно го кредита путём эмитирования дополнительных инструментов, не имею щих покрытия (либо в форме банкнот, либо в форме депонированных де нег), то он не может вызвать бума, даже если снижает величину взимаемо го процента ниже ставки свободного рынка. Он просто делает подарок должникам. Вывод, который следует сделать из теории циклов производ ства тем, кто желает предотвратить повторение бумов и последующих де прессий, состоит не в том, что банки не должны снижать процентную ставку, а в том, что они должны воздерживаться от кредитной экспансии.

Разумеется, кредитная экспансия неизбежно приводит к временному по нижательному движению рыночных процентных ставок.

Многие экономисты считают самим собой разумеющимся, что попыт ки властей расширить кредит приводят почти к регулярному чередованию периодов процветающей торговли и последующей депрессии. Они пола гают, что последствия кредитной экспансии в будущем не будут отличать ся от тех, которые наблюдаются с конца XVIII в. в Великобритании и с се редины XIX в. в Западной и Центральной Европе и Северной Америке. Но мы можем поинтересоваться: неужели обстоятельства не изменились?

Учения денежной теории циклов производства сегодня так хорошо извест ны даже вне узкого круга экономистов, что наивный оптимизм, в прошлом вдохновлявший предпринимателей в периоды бума, уступил место опре делённому скептицизму. Возможно, в будущем деловые люди будут реа гировать на кредитную экспансию иначе, чем в прошлом. Возможно, они будут избегать использовать для расширения своих операций лёгкие день ги, потому что будут помнить о неизбежном окончании бума. Судя по не которым признакам, этот процесс уже идёт. Однако окончательные выво ды делать ещё рано.

Процесс создания денег как чьих-то долгов Деньги и долги создаются в паре и вместе, соединяясь, они прекра щают существование. Этот феномен известен как механизм депозитно кредитной мультипликации. Знание того, что кредитование частного сек тора есть процесс создания денег и одновременно долгов в одной связке, важно в двух аспектах. Во-первых, это проясняет, что частные банки не могут быть ответственны за постоянную инфляцию. Во-вторых, это разъ ясняет, почему именно центральные банки обеспокоены ростом количест ва денег;

рост денег это одновременно рост долгов, а последнее и есть причина финансовой нестабильности.

Если процесс выдачи ссуд и их погашения проистекает равномерным темпом, инфляционные и дефляционные импульсы взаимно погашаются и цены остаются стабильными. Однако если процесс создания кредитов или их ликвидации становится доминирующим в любой момент времени, тогда временно может возникнуть инфляция или дефляция. Путём экспансии кредита сильный рост денежного предложения означает инфляцию сейчас и дефляцию в будущем, когда возврат кредитов превысит их выдачу. Кре дитный кризис и дефляционный процесс на рынке жилья сегодня есть прямой результат процесса чрезмерного кредитования в предыдущие годы.

И этим объясняется чередующиеся спады/бумы на рынке активов.

Возвращаясь к временам Великой депрессии 1930-х гг. мы видим ту же картину: сильный рост кредита в 1920-е гг. с покупками в рассрочку и регулярными платежами, и резкое сжатие кредита в 1930-е гг. До сих пор считают, что причиной Великой Депрессии явилась чрезмерно жёсткая де нежная политика в эти годы и при этом игнорируется чрезмерное кредито вание в предыдущее десятилетие.

Итак, с одной стороны, есть реальный сектор экономики, производя щий добавленную стоимость, которая потом превращается в капитал и сбережения. Дальнейшее расширение производства возможно, когда эти самые капитал и сбережения инвестируются, а вы получаете ещё больше добавленной стоимости. Разумеется, экономика может устойчиво разви ваться в том случае, если вы производите больше чем потребляете.

С другой стороны, в систему вводится кредит и на начальном этапе опережающий рост потребления и инвестиций придаёт экономике значи тельный импульс. Однако по мере увеличения долговой нагрузки наступа ет момент, когда реальный денежный поток уже не в состоянии поддержи вать ни существующий уровень потребления, ни обслуживать долговую массу. Вы просто столько не зарабатываете. Возникает дефляционный коллапс: уничтожение избыточного потребления и долгов путём банкрот ства и дефолтов. Ничего нового в этом нет: цивилизация прошла через этот цикл много раз. Он повторяется с той или иной силой каждые 60- 80 лет.


Денежная основа бизнес-циклов Циклы финансируются кредитом. Бумы и спады заимствований или кредитный цикл тесно связан с бизнес-циклом. Хорошо известная тради ция в денежной экономике восходит ещё к XIX в. и в ХХ в была продол жена такими экономистами как У. Митчелл, И. Фишер, Х. Мински, Ч. Киндлебергер и др. Описание бизнес-цикла начинается с повышательной стадии, движи мой тем, что Фишер назвал вытеснение или смещение (экзогенный случай, дающий новые прибыльные возможности для инвестиций), что приводит к инвестиционному буму, поддерживаемому банковскими деньгами (и соот ветствующей денежной политикой) и новыми кредитными инструментами – финансовыми инновациями. Бум приводит к состоянию эйфории, когда инвесторы с трудом различают приемлемые проекты от неприемлемых и Mitchell, W.C. Business Cycles / W.C. Mitchell. – N.Y., 1913;

H Minsky, H.P. A Theory of Systemic Fragility. Financial Crises: Institutions and Markets in a Fragile Envi ronment / H.P. Minsky. – N.Y., 1973;

Kindleberger, C.P. Financial Crises: Theory, History and Policy / C.P. Kindleberger, J.-P. Laffargue. – Cambridge: Cambridge University Press, 1982.

когда легко обмануться. Это приводит к пузырям, для которых характерно аномальное отклонение цен от их фундаментального значения. Бум неиз бежно приводит к состоянию сверхзадолженности, когда агенты имеют недостаточный денежный поток для обслуживания своих обязательств. В такой ситуации кризис может быть запущен ошибочными суждениями кредиторов и должников в изменяющемся окружении от политики «дешё вых» к политике «дорогих» денег. Кризис может привести к дешёвым рас продажам активов, обесценивающих чистую стоимость, банкротствам и последующей рецессии.

Ключевой движущей силой кризиса, как подчёркнуто у Ф. Мишкина – информационная асимметрия, которая обнаруживается в спреде между рисковыми безопасными ценными бумагами, последствия которой (небла гоприятный отбор и moral hazard) игнорируются в период бума и дают о себе знать с удвоенной силой в период крушения 1.

Банки играют ключевую роль в этом процессе, поскольку бумы в большей мере поддерживаются банковскими кредитами, а крахи часто со провождаются банкротствами банков и паниками – события, которые усу губляют спад. В этом случае денежные власти традиционно действуют как кредитор на крайний случай (the lender of last resort) и предоставляют лик видность по заниженным ставкам денежному рынку и/или предоставляют дисконтное окно для банков.

Самая большая опасность – возникновение денежного дефицита, спо собного «схлопнуть» рынок. Фактически, финансовый кризис реализуется благодаря механизму шока денежного предложения, когда субъекты рынка – клиенты, банки, переоценивая риски, резко сокращают предложение де нег, как следствие, скорость их обращения уменьшается. В первую очередь стагнирует межбанковский рынок, поражаемый «кризисом доверия» и обесценением залоговых инструментов. Далее эффект «домино» порожда ет цепную реакцию неплатежей по всей экономике.

Mishkin, F. The Causes and Propagation of Financial Instability: Lessons for Policy Makers in Maintaining Financial Stability in a Global Economy / F. Mishkin. – Federal Re serve Bank of Kansas City: Jackson Hole Symposium. 1993. - Р. 55-96.

ГЛАВА 2. ИЗУЧАЕМ УРОКИ ВЕЛИКОЙ ДЕПРЕССИИ Почему сохранялась стабильность цен в 1920-е гг.

В период с 1924-1928 гг. Америка пережила беспрецедентный рост объёмов производства. В то же время, товарные цены, измеряемые индек сом оптовых цен, оставались стабильными (если индекс цен 100 % – г., то в течение 1927-1929 гг. он составлял 74.2, 73.3, 73.3 соответственно).

Отсюда следует, и статистические исследования это подтверждают, что объём платёжных средств увеличился. Можно сказать, что это была «отно сительная инфляция», то есть увеличение платёжных средств, не привед шее к росту товарных цен, потому что компенсировало последствия парал лельного увеличения объёма производства.

Бум не всегда сопровождается резким ростом цен на предметы по требления. Безусловно, увеличение количества инструментов, не имеющих покрытия, потенциально всегда заставляет цены расти. Но может случить ся так, что силы, действующие в то же самое время в противоположном направлении, достаточно сильны, чтобы удержать рост цен в узких грани цах или даже полностью его исключить.

Исторический период, на протяжении которого ровное функциониро вание рыночной экономики постоянно прерывалось экспансионистскими авантюрами, был эпохой непрерывного экономического прогресса. Устой чивое накопление нового капитала сделало возможным совершенствова ние технологий. Выпуск на единицу затрат увеличивался и производство наполняло рынки дешёвыми товарами во всё увеличивающемся количест ве. Если бы одновременное увеличение предложения денег (в широком смысле) было менее обильным, чем в действительности, то сформирова лась бы тенденция снижения цен на все товары.

Как реальное историческое явление кредитная экспансия всегда осу ществлялась в окружении мощных факторов, противодействующих тен денции роста цен. Как правило, в равнодействующей столкновения проти воположных сил верх одерживали те, которые способствовали росту цен.

Однако были и исключительные случаи, когда повышательное движение цен были, очень слабым. Самым известным примером является бум 1926 1929 гг. в Америке.

Как начиналась Великая Депрессия Федеральный резерв (ФРС), снизивший процентную ставку в 1925 г., чтобы помочь Англии защитить свой фунт, был напуган чрезмерным раз буханием кредита и «иррациональной эйфорией» фондового рынка. В 1925 г. учётная ставка, которую коммерческие банки платили за деньги, предоставляемые Федеральным резервом, составляла всего 3 %. К 1928 г.

её в несколько приёмов повысили до 5 %. Но мания продолжалась. Нако нец, в августе 1929 г., Федеральный резерв поднял ставку до 6 %, и пузырь лопнул.

Краху предшествовал спекулятивный бум середины 1920-х, во время которого миллионы американцев инвестировали свои средства в акции.

Растущий спрос на акции взвинчивал цены на них, что привлекало всё но вых инвесторов, желавших обогатиться на инвестициях в акции. Этот замкнутый круг привёл к образованию финансового пузыря. При этом многие инвесторы покупали акции в кредит, занимая необходимые средст ва в банках. В четверг 24.10.1929 г., когда Промышленный индекс Доу Джонса находился на отметке 381.17, пузырь лопнул и началась паниче ская распродажа акций. Пытаясь избавиться от своих акций прежде, чем они совсем обесценятся, инвесторы продали в тот день 12.9 млн. ценных бумаг.

Когда начался спад, всю вину возложили на повышение учётной став ки. Но реальная доходность заёмных средств была настолько велика, что вряд ли это повышение учётного процента имело хоть какой-то эффект.

Если за три месяца II квартала 1929 г. на фондовом рынке можно было по лучить 25 % прибыли, увеличение цены денег на 1 % не могло ничему по мешать. В США широким потоком лились деньги из Европы, чтобы вос пользоваться ростом курса акций. Повышение ставки на 1 процентный пункт не могло изменить баланс и снизить привлекательность американ ского рынка.

Но потом в один миг баланс превратился из положительного в отри цательный. Акции рухнули. Компании разорялись. Цены падали. К 1931 г.

оптовые цены были на 24 % ниже, чем в 1929 г., а вскоре они упали ещё на 10 %. К 1931 г. 15 % занятых потеряло работу, а через два года число без работных выросло до 25 %. Разорилось более 10 тыс. банков. Тогда банки были чем-то вроде нынешних взаимных фондов или портфелей акций.

Страхования вкладов не существовало. Потери были реальными. Богатство просто исчезло.

По мере разорения банков денежная масса сжималась. В результате ценность денег повышалась (цены падали). В США ещё действовал золо той стандарт, поэтому цена золота соответственно выросла. Но вскоре но ваторски настроенные экономисты во главе с британцем Дж.М. Кейнсом сочли, что для приведения экономики в движение нужно увеличить коли чество денег и кредита. Казалось, что этому мешает золото.

Инвесторы, напуганные перспективой девальвации доллара (по отно шению к золоту), начали уводить капиталы за границу или превращать их в золото. В феврале 1933 г. случился набег на американское золото – млн. долл. покинуло подвалы Казначейства. Ещё 160 млн. долл. были изъ яты в первые четыре дня марта. Коммерческие банки также теряли золото:

в первые 10 дней февраля инвесторы сняли со счетов более 80 млн. долл., а за первые четыре дня марта – ещё 200 млн долл.

Системный банковский кризис В начале 20-х гг. в США насчитывалось около 30 тыс. банков. В их активах значительную часть составляли ценные бумаги, ссуды под залог ценных бумаг, городской недвижимости и сельских земель. После бирже вого краха большая часть ценных бумаг и недвижимости резко обесцени лась, а значительная часть ссуд стала невозвратной, при этом произошло резкое сокращение ресурсной базы банков за счёт массового изъятия вкла дов населения, снижения остатков предприятий. Активы и пассивы банков стали «усыхать». В результате банкротства банков приняли массовый ха рактер. Население стремилось изъять деньги, чтобы спрятать их под «мат рас». За период 1929-1933 гг. объём депозитов банковской системы США сократился на 37 %, с 46,3 до 29,1 млрд. долл. За тот же период объём ссуд уменьшился с 36,0 до 16,2 млрд. долл., то есть в 2,2 раза. В результате фи нансового кризиса объём инвестиций с 1929 г. по 1933 г. упал на 85 %. В 1932 г. значительная часть банков пыталась ограничить выдачу наличных своим вкладчикам. Первый прецедент создал штат Невада, закрывший в октябре 1932 г. все банки штата. Напряжение стало нарастать с начала 1933 г. Банковский кризис США начал своё шествие с февраля 1933 г., ко гда в Детройте рухнул один из крупных банков. В штате Мичиган началась банковская паника, и 14 февраля губернатор закрыл все банки, чтобы за щитить их от банкротства. Волна закрытий банков прокатилась по многим штатам.


Из отчётных данных ФРС следовало, что и до краха 1929 г. банкрот ство банков имело достаточно массовый характер, однако после биржевого краха 1929 г. их число увеличилось многократно. В 1921 г. общее число коммерческих банков составляло 29 788, в 1929 г. – 24 026. Но уже в 1933 г. количество банков составляло 14 404, уменьшившись примерно на 9600. Таким образом, за период с 1929 г. по 1933 г. прекратило деятель ность около 40 % всех американских банков.

Спираль дефляции В США было два периода, когда на протяжении длительного периода времени наблюдалась дефляция. Первый из них был после гражданской войны, его иногда называют «Великая Дефляция» (The Great Deflation). С 1875 г. по 1896 г. цены в США снижались в среднем на 1,7 % ежегодно, а в Великобритании – на 0,8 %. Второй период был между 1930 г. и 1933 г., когда дефляция составляла в среднем 10 % в год. Дефляция сопровождает ся сокращением денежной массы, снижением цен и восстановлением по купательной способности денег.

Падение цен и превышение запасов непроданных товаров заставляет фирмы сокращать производство и занятость;

последующее снижение до ходов ведёт к дальнейшему падению спроса и вызывает ещё один цикл па дения цен и падения производства / занятости / доходов и спроса (спираль дефляции). В 1930-х гг. снижение производительности и падение цен (спровоцировавшие рост бремени реального долга) привели к масштабным финансовым бедствиям среди заёмщиков, уменьшив их возможности в плане внесения залога (см. рис. 1А и рис. 1Б). Также сократились денеж ные потоки заёмщиков и ликвидность, что способствовало росту рисков для кредиторов.

Национальный доход Внутренний долг В ценах 1929 г.

В текущих ценах 1929 1933 1929 Рис. 1 А. Стоимость национального богатства США и внутренний долг, млрд. долл.

1916 30 40 50 60 70 80 90 Рис. 1 Б. Рост бремени частного долга, % от ВВП В 1933 г. в журнале «Эконометрика», публикуемом Эконометриче ским сообществом, одним из основателей которого являлся И. Фишер, он описал долговую дефляцию в виде следующей последовательности: «вы нужденная продажа, падение стоимости активов, рост реальных процент По данным финансово-исследовательского журнала Bank Credit Analyst, сегодня частный долг в Америке, исключая долги финансовых институтов и федерального пра вительства, составляет примерно 190 % от ВВП, что является самым высоким показа телем с 1930-х годов.

ных ставок, падение скорости денег, уменьшение собственного капитала, рост числа банкротств, массовые изъятия вкладов, сокращение объёмов кредитования, распродажа активов банками, рост недоверия и накопле ний» 1. Всё это приводит к биржевому кризису, дефолтам и банкротствам банков, что и наблюдалась в период Великой Депрессии.

Когда есть дефляция, реальные процентные ставки высоки и они рас тут, несмотря на тот факт, что номинальная ставка равна нулю. Если учёт ная ставка равна нулю и есть 2 % дефляции, реальные краткосрочные став ки фактически позитивны и равны росту на 2 %, что дополнительно понижает потребление и инвестиции, и реальные долгосрочные рыночные ставки становятся ещё выше – рыночные ставки, по которым компании и домохозяйства кредитуются, больше, чем краткосрочная учётная ставка.

Пример: если долговые обязательства находятся в номинальном вы ражении (D) и по фиксированной долгосрочной процентной ставке (I), снижение уровня цен (Р) повышает реальную стоимость таких номиналь ных обязательств (D / P идёт вверх). Так и должники, которые оказываются в бедственном положении уже в рецессии и дефляции оказываются в ещё более бедственном положении, так как реальное бремя своих обязательств (D / P) резко возрастает.

Спираль инфляции, денежной паники и банковских кризисов (по И. Фишеру) Представим определённую последовательность развития событий, ко гда рост цен приводит к росту процентных ставок. Рост цен, в свою оче редь, приводит к росту денежной массы и понижению покупательной спо собности денег. Скорость их обращения ещё больше разгоняет цены (см.

табл. 1) 2.

Как повышение цен переходит в долговые кризисы? Очевидно, что экспансия, проистекающая из этого круга причин, не может продолжаться постоянно. Она должна, в конце концов, изжить сама себя. Препятствие к продолжению её действия лежит в ставке процента. Но повышение про цента, хотя и с запозданием, прогрессирует, и, как только оно превзойдёт степень повышения цен, вся ситуация изменяется.

С ростом процента те, кто рассчитывал на возобновление своих зай мов по прежним ставкам и в прежних суммах, уже не в состоянии сделать этого. Отсюда следует, что некоторым из них грозит банкротство.

Fisher, I. The Debt Deflation Theory of Great Depressions / I. Fisher // Econometrica.

– 1933. – Vol 1. – Р. 337-357.

См.: Fisher, I. The Purchasing Power of Money: Its Determination and Relation to Credit, Interest and Crises / I. Fisher. – N.Y.: Macmillan, 1913.

Таблица Механизм ускорения инфляции в экономике и бегства от денег Инфляция разгоняется Денежная паника или «бегство от денег»

1. Цены повышаются (какова бы ни 1. Цены повышаются.

была первая причина этого, напри мер увеличение запаса золота).

2. Ставка процента повышается, но 2. Скорость обращения денег и депо недостаточно. зитов (V и V') увеличивается;

ставка процента повышается, но недоста точно.

3. Предприниматели, поощряемые 3. Прибыли возрастают, займы рас большими прибылями, увеличивают ширяются, увеличивается и Q.

свои займы 4. Депозитное обращение (М' – день- 4. Депозитное обращение (M') по от ги для сделок) по отношению к ко- ношению к запасу золота расширяет личеству денег (М т.е золоту) рас- ся.

ширяется.

5. Цены продолжают повышаться, то 5. Поэтому цены продолжают повы есть повторяется феномен № 1, затем шаться. Это значит, что феномен № феномен № 2 и т.д. повторяется. Тогда феномен № также повторяется и т.д.

Другими словами, незначительное Повышение цен, или падение поку первоначальное повышение цен даёт пательной силы денег, ускоряет об толчок к движению цепи событий, ращение денег: «мы все спешим от которые стремятся к повторению. делаться от товара, который, Повышение цен порождает новое подобно зрелому плоду, портится в повышение цен, и это продолжается наших руках».

до тех пор, пока процентная ставка отстаёт от своей нормальной вели чины.

Банкротство (или перспектива банкротства) некоторых фирм, которые сильно задолжали банкам, внушает части многочисленных вкладчиков опасение, что банки не будут в состоянии реализовать эти займы. Вследст вие этого сами банки подпадают под подозрение, и вкладчики начинают требовать вклады наличными деньгами. Банки осаждаются требованиями о возвращении вкладов, и это опустошает банковские резервы в тот самый момент, когда в них ощущается особенная нужда.

Истощив резервы, банки вынуждены сократить ссуды. Тогда ставка процента повышается до уровня, характерного для момента паники. Те предприниматели, которые застигнуты врасплох, должны иметь деньги, чтобы ликвидировать свои обязательства, и для того, чтобы получить деньги, они готовы платить высокий процент. Некоторые из них обречены на банкротство, а с их банкротством понижается возможность обратного получения ссуд. Этот кульминационный пункт повышающегося движения цен есть то положение, которое называется кризисом. Общепризнано, что сжатие банковского кредита, происходящее вследствие потери доверия, есть основной момент каждого кризиса независимо от того, что является причиной этой потери доверия.

Спираль дефляции и завершение кредитного цикла Сокращение ссуд и депозитов сопровождается уменьшением скорости их обращения, а это, в свою очередь, содействует предотвращению даль нейшего повышения цен и порождает тенденцию к их понижению. Гре бень волны достигнут, и наступает реакция. Так как цены перестали по вышаться, то ставка процента, которая также достаточно повысилась, чтобы компенсировать рост цен, должна снова упасть. Но так же, как в на чале она отставала в повышении, теперь она отстаёт в падении. Фактиче ски временно она даже имеет тенденцию повышаться ещё и дальше (см.

табл. 2).

Таблица Спираль дефляции и механизм выхода из депрессии по Фишеру Спираль дефляции и депрессия Выход из депрессии 1 1. Цены падают. 1. Непрерывное падение цен делает невозможным для большинства за ёмщиков платить старые высокие ставки процента.

2. Ставка процента падает, но недос- 2. Спрос на ссуды уменьшается, и таточно быстро. процент падает до уровня, при кото ром заёмщики могут, наконец, пла тить его.

3. Предприниматели-заёмщики, 3. Заёмщики снова получают жела обескураженные малыми прибыля- ние рисковать;

банкротства численно ми, сокращают свои займы. уменьшаются;

банковские ссуды пе рестают уменьшаться.

4. Депозитное обращение (М') со- 4. Цены перестают падать;

займы и кращается по отношению к количе- коммерческие занятия становятся ству денег (М). выгодными.

5. В силу этого цены продолжают 5. Спрос на ссуды возобновляется;

падать, то есть феномен № 1 повто- цены опять начинают повышаться.

ряется. Тогда повторяется и феномен № 2 и т. д.

Продолжение табл. 1 Таким образом, падение цен порож- И снова происходит повторение по дает дальнейшее падение их. Круг, вышательного движения цен, опи очевидно, повторяется до тех пор, санного в начале (см Схему 1).

пока ставка процента отстаёт в своём падении. При этом всего больше те ряют те из деловых людей, которые являются дебиторами. Типичный де ловой человек теперь жалуется, что «дела идут плохо». Наступает период «депрессии в торговле».

Механизм саморегулирования экономики или польза от политики «не вмешательства» (по Л. Мизесу) «Мы исходим из предположения, что в процессе дефляции вся сумма, на которую уменьшается предложение денег (в широком смысле), изыма ется со ссудного рынка. Тогда это оказывает влияние на ссудный рынок и валовую рыночную процентную ставку в самом начале процесса, когда це ны на товары и услуги ещё не изменились под воздействием перемен, про исходящих в денежном отношении. Мы можем, например, исходить из то го, что государство размещает заём и уничтожает полученные бумажные деньги. На протяжении последних 200 лет такая процедура осуществля лась неоднократно. Идея состояла в том, чтобы после длительного периода инфляционной политики поднять национальную денежную единицу до существовавшего ранее металлического паритета.

Разумеется, в большинстве случаев дефляционные проекты очень скоро отменялись, так как их осуществление встречало растущее сопро тивление и, кроме того, ложилось тяжёлым грузом на казначейство. Либо мы можем предположить, что банки, приобретшие печальный опыт в ходе кризиса, вызванного кредитной экспансией, стремятся увеличить резервы против своих обязательств и поэтому ограничивают фидуциарный кредит.

Другая возможность состоит в том, что кризис привёл к банкротству бан ки, предоставлявшие фидуциарные кредиты, и полное уничтожение инст рументов, не имеющих покрытия, выпущенных этими банками, уменьши ло предложение на ссудном рынке.

Во всех перечисленных случаях формируется временная тенденция повышения валовой рыночной процентной ставки. Проекты, казавшиеся ранее прибыльными, больше таковыми не выглядят. Формируется тенден ция снижения цен на факторы производства, а затем происходит снижение цен и на потребительские товары. Производство становится вялым. Застой заканчивается только тогда, когда цены и ставки заработной платы в об щем и целом приходят в соответствие с новым денежным отношением.

Ссудный рынок также приспосабливается к новому положению вещей, и валовая рыночная ставка процента больше не подвергается возмущающе му влиянию дефицита денег на ссудном рынке. Таким образом, повышение валовой рыночной ставки процента под действием денежных факторов приводит к временной стагнации производства. Дефляция и сжатие креди та нарушают ровный ход экономической жизни. Однако было бы серьёз ной ошибкой считать дефляцию и сжатие просто зеркальным отражением инфляции и экспансии. Экспансия сначала порождает иллюзию процвета ния. Она крайне популярна, поскольку кажется, что она делает богаче всех вместе и каждого в отдельности. С другой стороны, сжатие немедленно создаёт условия, которые все готовы осудить как зло. Его непопулярность даже больше, чем популярность экспансии. Сжатие порождает яростную оппозицию. Очень скоро политические силы, борющиеся с ним, становятся неодолимыми. Инфляция бумажных денег и дешёвые займы государства приносят дополнительные средства казначейству, дефляция опустошает хранилища казначейства. Кредитная экспансия для банков благо, а сжатие – утрата. Инфляция и экспансия манят, дефляция и сжатие отпугивают.

Несходство двух противоположных способов денежно-кредитного манипулирования состоит не только в том, что один из них все любят, а другой все ненавидят. Дефляция и сжатие несут с собой меньшее опусто шение не только потому, что к ним прибегают гораздо реже. Они приводят к менее катастрофичным последствиям. Инфляция безрассудно растрачи вает дефицитные факторы производства в ошибочных инвестициях и чрезмерном потреблении. После её окончания необходим долгий и утоми тельный период выздоровления, чтобы ликвидировать оставленное ею по сле себя обнищание. Сжатие не стимулирует ни ошибочные инвестиции, ни чрезмерное потребление. Временное ограничение деловой активности, порождаемое им, может быть в общем и целом компенсировано снижени ем потребления со стороны уволенных наёмных работников и владельцев материальных факторов производства, продажи которых упали. Не остаёт ся никаких глубоких ран. По завершении периода сжатия не требуется специального процесса корректировки, чтобы восполнить потери, вызван ные проеданием капитала» 1.

Во время бума существует тенденция покупать столько, сколько мож но купить, поскольку ожидается дальнейший рост цен. С другой стороны, во время депрессии люди воздерживаются от покупок, поскольку ожида ют, что цены будут снижаться. Выздоровление и возвращение к нормаль ности начинаются только тогда, когда цены и ставки заработной платы на столько низки, что достаточное количество людей начинает считать, что они больше не упадут. Поэтому единственным средством сокращения пе Здесь приведена выдержка из работы Л. фон Мизеса «Человеческая деятель ность». Часть 4. Каталлактика, или экономическая теория рыночного общества. Глава XX. Процент, кредитная экспансия и цикл производства». – См.: Mises, L. Von. Human Action: A Treatise on Economics / L. Von Mises. – New Haven: Yale University Press, 1949.

риода снижения деловой активности является воздержание от любых по пыток отсрочить или сдержать падение цен и ставок заработной платы.

Только когда начинает намечаться выздоровление, изменение денежного отношения, вызванное увеличением массы инструментов, не имеющих по крытия, начинает проявляться в структуре цен.

Таким образом, правительство, согласно мизесианскому анализу де прессии, не должно предпринимать абсолютно никаких действий. С точки зрения экономического здоровья и скорейшего окончания депрессии оно должно проводить политику строгого невмешательства. Всё что оно сдела ет, только отсрочит и затруднит рыночный процесс адаптации;

чем меньше оно вмешивается, тем скорее рыночный процесс адаптации сделает своё дело, за которым последует устойчивый экономический подъём.

Цена ошибочной политики государства в период Депрессии: взгляд с позиций Л. Мизеса Мизесианская установка, таким образом, представляет собой полную противоположность кейнсианской: правительству предписывается никоим образом не вмешиваться в экономику;

оно лишь должно остановить им же осуществляемую инфляцию и сократить свой же бюджет. В наши дни даже среди экономистов совершенно забыто то обстоятельство, что мизесиан ское толкование и анализ депрессии получили огромное признание именно в период Великой депрессии 1930-х гг. – той самой депрессии, которая не изменно предъявляется сторонникам свободной рыночной экономики как самый очевидный и катастрофический провал капитализма свободной кон куренции. Но это совсем не так. 1929 г. стал неизбежным следствием ши рокомасштабного увеличения банковского кредита в 1920-х гг. по всему западному миру, то есть результатом политики, сознательно избранной за падными правительствами и, что самое важное, Федеральной резервной системой в США. Это стало возможным после безуспешной попытки За пада вернуться к подлинному золотому стандарту по окончании Первой мировой войны, тем самым предоставляя больше пространства для инфля ционной политики правительства. Президента США Кулиджа все вспоми нают как сторонника свободной конкуренции и невмешательства в рыноч ную экономику;

он им не являлся, и что самое печальное – менее всего в денежно-кредитной области. К несчастью, все грехи и ошибки вмешатель ства Кулиджа, были затем подброшены под дверь несуществующей сво бодной рыночной экономике.

Если Кулидж сделал 1929 г. неизбежным, то уже не кто иной, как пре зидент Гувер, продлил и усилил депрессию, преобразовав её из характерно резкого, но скоротечного спада в продолжительную и едва ли не роковую болезнь, которую «излечила» только бойня Второй мировой войны. Имен но Гувер, а не Франклин Рузвельт, стал основателем политики «Нового курса», в сущности представляющей собой широкое применение государ ством как раз тех мер, от которых в первую очередь предостерегает мизе сианская теория: поддержание ставок заработной платы выше уровней свободного рынка, поддержание уровня цен, раздувание кредита, выдача денежных займов неустойчивым деловым предприятиям. Рузвельт лишь придал всему этому размах, но первопроходцем был Гувер. В результате, впервые в американской истории возникла непрекращающаяся депрессия и устойчивая массовая безработица. Кризис Кулиджа перешёл в беспреце дентно длительную депрессию Гувера–Рузвельта.

Л. фон Мизес – единственный, кто был вооружён верной теорией эко номического цикла, – стал одним из немногих экономистов, сумевших предсказать Великую депрессию, и потому экономический мир был выну жден с уважением к нему прислушиваться. Ф. Хайек распространил его слово в Англии, и все молодые английские экономисты в начале 1930-х гг.

начали использовать мизесианскую теорию цикла в своём анализе депрес сии и, кроме того, усваивать вытекающие из данной теории рецепты эко номической политики, основанные на принципах свободного рынка.

К несчастью, сегодня экономисты усвоили взгляд на историю, сфор мулированный лордом Кейнсом: никто из «классических экономистов» не располагал теорией экономического цикла, пока в 1936 г. не появился сам Кейнс. Существовала теория депрессии;

это была классическая экономиче ская традиция;



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.