авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 || 3 | 4 |

«из ФОНДОВ РОССИЙСКОЙ ГОСУДАРСТВЕННОЙ БИБЛИОТЕКИ Смолькин, Антон Александрович 1. Социокультурная динамика отношения к старости 1.1. Российская государственная Библиотека ...»

-- [ Страница 2 ] --

Различаются поколения по расположению (когорта рождения) и поколе­ ния по действительности, то есть принадлежность к группе благодаря общему опыту или чувству^^. В последнем случае понятие поколения имеет главным образом условный символический смысл, подчеркивая не столько хронологи­ ческую одновременность существования группы людей, сколько общность их социальных переживаний, установок и деятельности. Поколение понимается нами как духовная общность современников, жизнь которых связана с каким либо важным историческим событием, единством нравственных, социальных позиций. Особую роль играет самоопределение человека, к какому поколению он себя причисляет. Здесь понимания возраста как биологического явления не достаточно^'*.

Д' Термин поколение правомерен в том случае, когда речь идет об общем самосознании, духовно-нравственном, нормативном единстве представителей возрастной совокупности индивидов как субъектов общественного развития, ее институциализации и функционировании. Поколение отличается общностью не столько возраста, сколько сходством других социальных признаков, особенно '^ Подробнее см.: Шахматова Н.В. Социология поколений. Саратов: Изд-во СГУ, 2000. С. 93-94.

'^ Шуман Г., Скотт Ж. Коллективная память поколений // Социс, 1992, №2. С. 59.

''* Подробнее см.: Шахматова Н.В. Социология поколений. Саратов: Изд-во СГУ, 2000. С. 37-39.

стей сознания и поведения, по отношению к которым оно играет роль одного из объяснительных факторов. Поколение - наиболее богатая по потенциальному содержанию разновидность возрастной совокупности, подчеркивающая дина­ мический характер межпоколенческих отношений.

Генерация, понимаемая как возрастная совокупность, отличается общно­ стью не только возраста, но и некоторых социальных признаков, это социально демографическая категория. В генерации естественное свойство людей - дли­ 1 тельность существования - находится в единстве с широким набором их соци­ альных свойств и связей, так как переход от одной группы в другую предпола 1 гает изменение образа жизни, интересов, круга социальных контактов и так да­ лее.

Генерации могут быть выделены и на уровне семьи (внуки, родители, де­ ды);

в подобном делении подчеркиваются хронологические различия и сущест­ вующие между описываемыми отношения кровного родства. Генерация на уровне семьи - это условная социально-возрастная совокупность людей, одина­ ково отдаленных в родственном отношении от общих предков, и образующих по отношению к ним одинаковую степень родства по прямой линии. Отноше­ ния между генерациями следует понимать в двух, различных по масштабу сис­ темах - на общественном уровне, то есть в рамках межпоколенческих институ­ тов, и на индивидуальном уровне, в рамках семьи. Эти системы находятся в по­ стоянном и глубоком взаимодействии^^.

Смену генераций следует понимать как воспроизводство и постепенное Л замещение одних социально-возрастных групп другими. Преемственность ге­ нераций сегодня понимается как неоднозначный, разнонаправленный социаль­ ный процесс реверсионной поколенческой трансмиссии^^ и является необходи мым условием общественного развития. Это обеспечивает стереотипизацию '^ Поколенческая организация современного российского общества (специфика современных межпоколенче­ ских отношений): Коллективная монография/ Под ред. Г.В. Дыльнова и Н.Э. Шахматовой. Саратов: Изд-во «Научная книга», 2003. С. 24.

'^Тамже.С.З.

^ Суханов И.В. Обычаи, традиции и преемственность поколений. М.: Политиздат, 1976. С. 147.

поведения и ожиданий людей, привитие социальных норм, закрепляя и воспро­ изводя опыт межпоколенческих отношений. Сегодня обратный процесс, как правило, ограничивается лишь передачей информации от младших поколений старшим.

Смена генераций имеет важные социально-исторические последствия, поскольку каждая генерация, сформировавшись в конкретной исторической об­ становке, является носителем специфического и в известной мере уникального социального опыта, убеждений, ценностей. Ныне живущие в нашей стране по­ ^ коления рождались в разное время, их социальное формирование проходило ^^ каждый раз в неповторимых конкретно-исторических условиях, поскольку да­ же одно и то же историческое событие по-разному отражалось на судьбах со временных ему поколении, находившихся в разном возрасте.

Дать точную градацию поколений сложно;

обычно при обобщении не­ скольких признаков исследователи вынуждены вести речь о группе лиц «близ­ кого возраста». В противном случае описываемую группу следует определять как генерацию, подразумевая более строгую ориентацию на возраст. Исходя из интересов нашего исследования, мы выделяем 4 условных возрастных группы молодежь (16-25 лет), люди среднего возраста (26-49 лет), предпенсионная группа (51-59 лет) и представители третьего возраста (старше 60 лет), что най­ дет свое применение в параграфе 2.2.

В рамках нашей работы важным представляется исследование поколен­ л ного самосознания - насколько отчетливо и по каким признакам индивид осоз­ нает свою поколенческую принадлежность и свои отличия от представителей других возрастных групп. При этом значение и соотношение индивидуального хронологического возраста, положение в системе родственных отношений и социально-групповой принадлежности сильно варьируется, а символическое обозначение поколенческих отношений часто не совпадает с их реальным со­ держанием. Поколенческие стереотипы и иллюзии устойчивы именно потому.

98 Подробнее см.: Шахматова Н.В. Социология поколений. Саратов: Изд-во СГУ, 2000. С. 95-96.

РОССИЙСКАЯ I ГОСУДАРСТВЕННАЯ что, будучи фактами культуры, они могут оуИЦ^ШШШ^ безотносительно к ин­ дивидуальному опыту и даже определять его^^.

В переходный период необходимость сохранения социальной стабильно­ сти приобретают особую значимость'^°, Трансформация современного россий­ ского общества имеет своим следствием тотальную переоценку ценностей и ориентиров развития и взаимодействия, деформируя иерархичность межпоко ленческих взаимоотношений. Наложение друг на друга процессов экономиче J ских и политических преобразований в России и становления информационно­ го общества, обусловленного мощным потоком новой информации, привела к **[ беспрецедентным нагрузкам на общество. Чем более структурировано общест­ во в глазах его членов, тем яснее маркируются поколенческие статусные или ролевые признаки. Когда структурированность общества размыта, личностные характеристики в социально-поколенческих отношениях начинают играть го­ раздо более существенную роль. Сегодня под воздействием обстоятельств че­ ловек вынужден менять собственные стандарты поведения, сохраняя еще на определенное время основы мировоззрения, оставшиеся от предыдущего пе­ риода, что неизбежно приводит к возникновению межпоколенческих конфлик­ тов. Адаптивный потенциал различных поколений в условиях трансформации подвергается серьезному испытанию'*'*. Если в устойчивых обществах, где «прошлое гарантировало будущее», молодые перенимают опыт старших, то те­ перь отражение в «зеркале предков» не дает чувства реальности'^^.

Отмечаемое сегодня «отсутствие целей» сопровождается усилением не­ д обходимости долговременного соглашения между всеми общественными груп­ пами. Следует отметить, что успешно решить подобные проблемы смогли только те страны, которые достигли общественного согласия по ключевым со­ циальным вопросам, основанного на принципе, который предполагает, что в " Там же. С. 98.

""' Санкова К.А. Эффективная система социальной защиты как «пороговые» значения переходного общества // Актуальные проблемы сощ1альной геронтологии. Материалы междисщ1плинарной научной конференцпии / Под. ред. М.Э. Елютиной. Саратов: СГТУ, 1998. С. 42.

"" Шахматова Н.В. Социология поколений. Саратов: Изд-во СГУ, 2000. С. 41.

'"^ Лисовский В.Т. «Отцы» и «дети»: за диалог в отношениях // Социс, 2002, №7. С. 111.

любом социальном процессе должно быть предусмотрено место для каждого члена общества. В Европе возникновение и развитие системы социального партнерства изначально происходило по инициативе предпринимателей, в пол­ ной мере осознавших преимущества экономических компромиссов в виде пен­ сионных выплат и иных льгот перед политической борьбой. Сегодня геронто социальная политика в Европе касается не только одного поколения. Культура, производство, медицинская и социальная реабилитация, индивидуальная ини ^ циатива и собственная подвижность, индивидуальная и коллективная ответст­ венность за пожилых является частью большой программы, направленной на *f { различные возрастные группы населения, характерно стремление к укреплению межпоколенческой солидарности, заботе о пожилых людях, в первую очередь, в рамках семьи'^^. Не случайно. Европейский совет министров предложил на­ звать 1993 год «Европейским годом пожилых людей и солидарности между по­ колениями» ^''*.

Межпоколенческие конфликты следует понимать как столкновение нор­ мативно-ценностных систем. В условиях социокультурных аномических про­ цессов наблюдается значительный нормативный дисбаланс, разрыв и разоб­ щенность между генерациями. Для сегодняшней России характерны именно конфликтные формы межпоколенческих отношений, что препятствует выпол­ нению поколениями своих функции - регламентации поведения индивидов и социальных групп и способствует дальнейшей дестабилизации общества. В то же время конфликт поколений осуществляется как вытеснение одного поколе л ния другим, претендующим на более эффективную программу переустройства общества. Модели межпоколенческой солидарности, характерные для стабиль i ных обществ, в современной России не находят достаточного воплощения, реа­ лизуясь в лучшем случае на уровне семьи, стремящейся к большей консолида '"^ Jani-Le-Bris Н. Situation and social policy aims in the various European countries - a summary //Europe and its elderly people. The policies of town and regions: a comparison /Working documents and conclusions. Siena. 14- October 1993. Council of Europe Press. 1994. P. 34;

Wingen M. Familienpolitik. Gnmdlagen und aktuelle Probleme.

Bonn: Bundeszentrale fllr politische Bildung, 1997. S. 42.

'"* Carli A. Economic problems put actions at risk even in the most advanced societies //Europe and its elderly people.

The policies of town and regions: a comparison /Working documents and conclusions. Siena. 14-16 October 1993.

Council of Europe Press. 1994. P. 11.

ции под воздействием внешних неблагоприятных обстоятельств. Фактор поста­ рения населения в социальной политике не учитывается в должной мере'^^. Со­ временные межпоколенческие конфликтные отношения имеют характер не парной, как раньше (отцы - дети), а тройственной оппозиции (деды - отцы - де­ ти), что накладывает существенный отпечаток на трансформацию межпоколен ческих конфликтов'^^.

По данным В.Т. Лисовского, около 80% считают проблему «отцов и де "^ тей» существующей, но выраженного антагонистического характера она пока не носит'*'^. Как нам кажется, определенная часть межпоколенческих конфлик ^ тов носит латентный характер, так как в силу экономических причин в россий­ ских семьях дети поздно обособляются от родителей, то есть имеет место неко­ торая взаимозависимость. Более того, в России, в отличие от развитых стран, старшее поколение больше дает, чем получает - если, например, в Германии доходы людей 55-60 лет заметно выше, чем в предыдущие жизненные периоды практически независимо от количества детей, то в российских селах родите­ ли-пенсионеры являются источником как продовольственной, так и денежной помощи.

По результатам опроса 2000 года около 70% респондентов утверждают, что за последние пять лет отношения в большинстве семей ухудшились. 22%, прежде всего пожилые и одинокие люди, затруднились дать однозначный от­ вет. Чаще всего негативные оценки высказывали люди среднего возраста, для которых проблемы взаимоотношения с подрастающими детьми наиболее акту л альны. 58% респондентов полагают, что вообще напряженность в межпоколен '"' Елютина М.Э. Геронтологическое направление в структуре человеческого бытия. Саратов: Изд-во СГТУ, 1999. С. 97.

"" Поколенческая организация современного российского общества... С. 23.

'"' Лисовский В.Т. «Отцы» и «дети»: за диалог в отношениях // Социс, 2002, №7. С. 112.

'*" Wingen М. Familienpolitik. Gnmdlagen und aktuelle Probleme. Bonn: Bundeszentrale fllr politische Bildung, 1997.

S. 162-163.

"" Лылова O.B. Неформальная взаимопомощь в сельском сообществе // Социс, 2002, №2. С. 84-85.

ческих взаимоотношениях гораздо выше, чем была 15-20 лет назад, причем та­ кое понимание наиболее характерно для пожилых людей (около 67%)**^, Несмотря на то, что взаимоотношения в собственной семье большинство оценивает положительно (либо как «теплые, доверительные» - 46%, либо как «нормальные, спокойные» - 48%, и лишь 2% посчитали их невыносимыми), возрастная динамика оценок свидетельствует о том, что «дети» оценивают пси­ хологическую обстановку в семье заметно хуже, чем «отцы». В качестве дейст \ вующих лиц внутрисемейных ссор пару «дети-родители» назвали 37% респон­ дентов в возрасте до 24 лет, в то время как в группе 40-54-летних аналогичный *^ ответ встречается лишь в 17% случаев;

говоря о внутрисемейных конфликтах, большинство граждан среднего и зрелого возрастов отмечали, что ссорятся прежде всего со своей супружеской половиной. Те же расхождения наблюда­ ются и в оценке частоты эксцессов - если среди молодых около трети говорили, что конфликты в семье бывают почти каждый день, то в группе «условных ро­ дителей» так ответило лишь 10%'".

Несмотря на кардинально изменившуюся ситуацию в стране, отход от «традиционных» при социализме методов внутрисемейной социализации, смысл воспитательного процесса многие видят в том, чтобы «встроить» по­ следнюю в существующие нормы. Эти установки наиболее сильно выражены у самых старших респондентов, являющихся главными носителями традицион­ ных советских норм воспитания. Согласно результатам опроса, подобные мето­ ды организации воспитательного процесса приобретают общераспространен " ^ ный характер у респондентов старше 35 лет, то есть у потенциальных родите­ лей. Например, 66 % опрошенных считают, что подросток не имеет права про 'у тиворечить родителям, 78 % - что он не вправе отказаться выполнять их указа­ ния, 70 % - что он не должен спорить с учителями.

"" Впрочем, как замечает И. Кемпер, «не являются ли чувства молодых еще и отражением ревности пожилых к молодежи?» - см.: Кемпер И. Легко ли не стареть? Пер. с нем. М.: Издательская группа «Прогресс» - «Культу­ ра»;

Издательство Агентства «Яхтсмен», 1996. С. 35.

" Частично такое расхождение в результатах исследования, возможно, объясняется тем, что родители не склонны демонстрировать детям супружеские разногласия.

Наблюдается процесс межпоколенческого дистанцирования в семейных отношениях. Сравнение результатов опросов, проведенных в 1989 и 1999 году, демонстрирует заметное увеличение духовного разрыва между самыми, каза­ лось бы, близкими родственниками - на вопрос «Кто может лучше выслушать и понять человека?» количество ответивших «мать, отец» снизилось с более чем 50% до 42%, указавших вариант «сын, дочь» - с 16% до 10%;

в «доверитель­ ном» общении близких постепенно замещают друзья и подруги (частота вари "у анта выросла с 17% до 27% соответственно), возросла популярность выбора в качестве «собеседника» даже таких категорий, как «случайные люди» (с 3 % до "^'i 6 %) и «домашние животные» (с 2 % до 6 %).По всей видимости, семья как основной транслятор межпоколенческих связей постепенно теряет функции ин­ ститута, стабилизирующего отношения людей разных возрастов. Характерна тенденция к ослаблению близких родственных связей, нарастанию чувства одиночества^ ^^.

Социальные проблемы современной России требуют стратегических под­ ходов, важным компонентом интеллектуального обеспечения которых должны стать теории и концепции взаимодействия поколений, что даст возможность решить широкий комплекс вопросов, в том числе и отношение к пожилым лю дям"Г Для всестороннего и адекватного понимания структуры межпоколенче­ ских взаимодействий следует проводить анализ в границах существующих тео­ ретико-методологических подходов к объяснению того, что представляют со Л бой социальная система и общество в целом, учитывая уже существующие тео­ рии, описывающие межпоколенные отношения.

• fc Вопросы межпоколенческих взаимодействий анализировались О. Контом через призму внутрисемейных отношений. Семейные отношения, по Конту "^ См.: Зоркая Н. Родные - не близкие // http://www.rodsobr.ru/issue.php72003-3- "^ Gualandi Е. Mobilizing all material and human resources //Europe and its elderly people. The policies of town and regions: a comparison /Working documents and conclusions. Siena. 14-16 October 1993. Council of Europe Press.

1994. P. 7.

"* Поколенческая организация современного российского общества... С. 3.

это нравственно-эмоциональный союз, основанный на взаимной симпатии.

Роль семьи - служить посредником между индивидом и группой, воспитывать молодое поколение в духе альтруизма. В воспитании подрастающего поколения им особенно отмечалась роль женщины как хранителя и транслятора традиций.

Конт указывал на взаимосвязь межпоколенческой динамики и темпов социаль­ ного прогресса.

Добрые отношения между поколениями поддерживают общественное \ равновесие, баланс между традициями и новаторством, носителями которых являются старые и молодые. Аналогом семейных отношений в более широком '^ общественном плане является кооперация, основанная на разделении труда.

Каждый делает то, к чему более всего имеет склонность, все заинтересованы друг в друге. Так возникает «всеобщее согласие» индивидов. Подчеркивая зна­ чение эмоциональных и моральных связей, Конт отодвигал на задний план эко­ номические отношения, хотя и не отрицал их значения. Поддержание социаль­ ной солидарности Конт считал функцией государства, выделяя как важнейшие именно моральные функции последнего. Моральный прогресс в понимании Конта - в развитии коллективности и нравственных чувств индивидов.

Идеи О. Конта были развиты Э. Дюркгеймом. Центральной проблемой творчества последнего была социальная солидарность, понимаемая как нравст­ венная основа существования общества;

этим вопросам была посвящена одна из его центральных книг «О разделении общественного труда» (1893).

Солидарность в развитом обществе - естественное следствие разделения Л производственных ролей. Разделение труда порождает солидарность, причина же первого - рост народонаселения. Солидарность, по Дюркгейму, - высший ^ моральный принцип, высшая ценность, которая является универсальной, при­ \ знаваемой всеми членами общества. Поскольку потребность в общественном порядке, гармонии, солидарности всеми считается «моральной», морально и само разделение труда.

Разделение труда является признаком высокоразвитого общества. Разде­ ление труда, профессиональная специализация, являются силой, объединяющей общество, утратившее опору на традиционные верования, и препятствующей его распаду. В результате все увеличивающейся специализации труда индиви­ ды вынуждены обмениваться своей деятельностью, выполнять взаимодопол­ няющие функции, в итоге действуя как единый общественный организм. Такие развитые общества Дюркгейм сравнивал с живым организмом, где разные ор­ ганы выполняют разные функции, поэтому этот тип солидарности определяется им как «органическая». Разделение и развитие труда здесь обуславливает раз­ личие индивидов, они уже понимаются как личности. Сознание того, что каж­ дый зависит от другого, что все связаны единой системой общественных отно­ шений, создаваемых разделением труда, вызывает чувство зависимости друг от друга, солидарности. Этот тип солидарности отличается большей взаимозави­ симостью и относительно сильными социальными связями. Характерны прави­ ла с реститутивными санкциями, преобладание кооперативного (гражданского, коммерческого, процессуального, административного, конституционного) пра­ ва. Коллективное сознание отличается малым объемом, низкой интенсивностью и определенностью, со все более возрастающим значением светских элементов;

здесь имеется больший простор для индивидуальной инициативы и рефлексии, система ориентирована на человека. Высшими ценностями здесь выступают достоинство индивида, равенство возможностей, трудовая этика и социальная справедливость.

Солидарность в архаических, небольших по численности обществах, ос­ нованных на сходстве между индивидами и отличающихся относительно сла­ быми и неразвитыми социальными связями - «механическая», по аналогии с молекулами неорганического вещества. Солидарность в таких обществах опре­ деляется сходством, подобием составляющих их индивидов, одинаковостью исполняемых ими общественных функций, неразвитостью индивидуальных черт. Механическая солидарность возможна ценой поглощения индивидуаль ности коллективом;

характерно репрессивное право, в котором выражается си­ ла коллективного сознания и задача которого - строго наказывать индивида, преступившего обычай или закон. Солидарность крепче, если коллективное сознание выражено четче индивидуального. Здесь нет места индивидуальным отклонениям, коллективный авторитет абсолютен и регламентирует все без ос­ татка. По своему содержанию коллективное сознание в таких случаях целиком и полностью религиозно. Главный же фактор, ослабляющий коллективное соз­ нание - именно развитие разделения труда, в котором появляется все большее число разнообразных функций.

Суш;

ествующие в обществе с «механической» солидарностью нормы свя­ заны в основном с репрессивными санкциями, характерно преобладание уго­ ловного права конкретного характера. Коллективное сознание отличается большим объемом, высокой интенсивностью, определенностью и степенью ре­ лигиозности, власть группы практически абсолютна, типично приписывание высшей ценности обществу и интересам общества как целого в ущерб индиви ДУ Хотя «механическая» солидарность в интерпретации Дюркгейма харак­ терна преимущественно для архаических обществ, а «органическая» - для со­ временных промышленных, все же это деление в определенной мере носит ус­ ловный характер. Дюркгейм признавал сохранение элементов «механической»

солидарности при господстве «органической», и вообще эти категории в его интерпретации выступают преимущественно как теоретические^ ^^.

Дюркгеймом была выделена и группа вторичных факторов, ускоряющих или замедляющих развитие разделения труда, но не являющихся его непосред­ ственными причинами. Это секуляризация и развитие науки, ослабление авто­ ритета лиц старшего возраста, традиций;

возрастание рациональности, умень­ шение давления общества на индивидов и возникновение автономной «лично­ сти».

115 Дюркгейм Э. О разделении общественного труда. Метод социологии / Пер. с франц. - М.: Наука, 1990.

Большое значение в понимании функционирования поколенческого ин­ ститута имеют межпоколенческие отношения «социального обмена». Эта кате­ гория была введена в социологический оборот М. Моссом"^. Поколенческое институциальное взаимодействие можно рассматривать как процесс обмена между различными индивидами, когортами, группами, генерациями в общест­ ве. При этом люди, находящиеся в различных структурных поколенческих по­ зициях, сами являются следствиями прежних процессов институционального обмена. Поколенческие позиции индивидов и социальных общностей опреде­ ляют приоритетные установки и ресурсы, которыми они располагают (власть, деньги, знания, престиж и т.д.). От этого в значительной степени зависят ис­ тинные индивидуальные стремления и цели людей. Эти ресурсы служат сред­ ством осуществления различных целей, и сами по себе могут быть целями или объектами для индивидов.

Поколенческий институциализированный обмен отличается от индивиду­ ального обмена между людьми безличностным, ролевым характером. Анализ механизма социального обмена показывает, что индивид выступает в социаль­ ном поколенческом институте в специфической и ограниченной роли функцио­ нера. Например, у врача институциализированным «обменным товаром» явля­ ется профессиональное мастерство, а его личное отношение к нуждающемуся в помощи «покупателю» здесь не имеет значения. Нормы упорядочивают, регу­ лируют, формализуют деятельность и взаимодействие индивидов в рамках ин­ ститута в виде, к примеру, прав и обязанностей родителей, детей, учителей, ко­ торые закрепляются в регламентирующих документах.

Специфика социального поколенческого обмена заключается в том, что он производится на основе системы формализованных норм, регулирующих соотношение «цен» институциализированных товаров и образующих правила, закономерности обмена. Объективным условием такого обмена является нали "*Мосс М. Общества. Обмен. Личность: Труды по социальной антропологии / Пер. с франц. М.: Восточная литература, 1996.

чие поколенческих ресурсов в виде социокультурного капитала (опыта, знаний, связей, финансовых и прочих накоплений).

Другим специфическим аспектом является неравнозначность межпоко ленческого обмена, когда, например, родители вкладывают в своих детей опыт, знания и материальные средства, рассчитывая на благодарность и перспективы помощи в старости. Таким образом, происходит обмен товаров на ресурсы ино­ го типа.

Важную особенность в вертикальных обменных отношениях между гене­ рациями представляет их неравновесное, ассимметричное функционирование.

Более того, именно «неоплаченные» долги составляют один из механизмов преемственности и воспроизводства генераций, так как свои долги (материаль­ ные, социальные, психологические) подросшие дети-получатели вернут не ро­ дителям, а своим детям.

Свой значимый вклад в изучение поколенческих проблем внесли и другие классики социологии. Г. Зиммель подчеркивал внутреннее духовное единство каждого поколения, общность идей и деятельности. Стремление связать жиз­ ненный путь личности с историческими событиями, значимыми для всех лю­ дей, живущих в данный период времени. Это понимание развил К. Маннгейм в рамках разрабатываемых им теорий социологии знания. В частности, Маннгейм исследовал различные отношения поколений к идеям - принадлежность к тому или иному поколению (возрастной группе) наследуется индивидом, определяя его место в социально-историческом процессе, ограничивая тем самым сферу его индивидуального опыта и направляя способы мышления и действия в опре­ деленное, характерное для данного поколения русло.

В рамках структурно-функциональных подходов были изучены место и роль поколений во «внутреннем устройстве» и организации той или иной соци­ альной системы. Исходя из теоретических конструкций Т. Парсонса^'^, воз­ можны две основные ориентации любой общественной системы - по направле "^ Шахматова Н.В. Социология поколений. Саратов: Изд-во СГУ, 2000. С. 17-18.

' " Парсонс Т. Система современных обществ: Пер. с англ. М.: Аспект Пресс, 1998.

ниям относительно самой системы (внешняя - события окружающей среды, или внутренняя - собственные проблемы), и по специфике целей (прагматиче­ ская - связанность с насущными, актуальными проблемами, или стратегическая - с ориентацией на стратегические успехи, долговременность). Их пересечение образует 4 основных функциональных категории, и определяет соответствую­ щие проблемы:

1. Адаптация системы к внешним объектам;

^ 2. Целедостижение (получение тех или иных ресурсов от внешних объ­ ектов);

^^ * 3. Интеграция - поддержание гармонии и согласия между объектами внутри системы;

4. Воспроизводство структуры и снятие напряжений. Функция воспроиз­ водства поколений придает системе стабильность.

На уровне социальной системы функцию адаптации обеспечивает эконо­ мическая подсистема, в том числе экономическая деятельность различных по­ колений. Функция целедостижения - политическая сфера деятельности различ­ ных поколений, интеграция - правовые и социальные институты, обеспечи­ вающие преемственность и развитие поколений, воспроизводство - институты социализации, семья и институты образования, построенные на поколенческой иерархии.

В рамках структурно-функционального подхода Ш. Айзенштадтом был разработан статусно-ролевой метод изучения поколений как производных от V социальной структуры;

возрастные группы здесь понимались как средства со­ циализации. На базе функционалистской теории поколенного конфликта и у маннгеймовской теории поколенного единства Р. Браунгарт разработал метод формализованного моделирования поколенного взаимодействия.

Межпоколенческие процессы социальных систем могут быть описаны через подходы теории эволюции. Социальная эволюция - медленный процесс, движущийся путем постоянных проб и ошибок. Ее результатом является отбор моделей поведения, качеств, свойств, умений, навыков и т.п., которые переда­ ются из поколения в поколение и способствуют лучшему приспособлению со­ циальной системы к изменяющимся условиям природной и социальной среды.

Контроль здесь осуществляется посредством устранения ошибок. Типы эволю­ ции социальных и естественных, природных систем качественно отличаются. В социальных системах передача исторического опыта - обязательное условие их дальнейшего развития. Социокультурная эволюция происходит именно путем усвоения, наследования, использования традиций, которые дают возможность лучше адаптироваться. В результате социокультурные эволюционные измене­ ния происходят значительно более быстрыми темпами, чем изменение среды.

Французский ученый Ж. Мандель интерпретировал цель поколенческого конфликта в отказе от отцовских социокультурных норм и стандартов поведе­ ния. К. Лоренц выводил вражду между поколениями из массового невроза в со­ стоянии общества и рассматривал войну поколений как источник древнего ин­ стинктивного эмоционального удовольствия, «разрядки» молодежи.

Р. Лауфер и В. Бенгтсон предложили различать генерационный, когорт ный, генеалогический и онтогенетический анализ. Генерационный анализ предполагает изучение возрастных групп, онтогенетический - поколение как агент социального изменения, генеалогический - исследование источников оп­ позиции внутри поколений существующего общества и развитие отношений между ними как субъектами социальных изменений''^.

Американские социологи М. Райли, М. Джонсон и Э. Фонер в своей ста­ тье «Элементы модели возрастной стратификации» предложили свою концеп­ цию социологии возрастной стратификации общества, показав ее самостоя­ тельность и универсальный характер. Она подтолкнула западных социологов к необходимости более фокусированного изучения обозначенных проблем'^^.

' " Подробнее см.: Шахматова Н.В. Социология поколений. Саратов: Изд-во СГУ, 2000. С. 43-45, 51-52.

'^'' Поколенческая организация современного российского общества (специфика современных межпоколенче ских отношений): Коллективная монография/ Под ред. Г.В. Дыльнова и Н.В. Шахматовой. Саратов: Изд-во «Научная книга», 2003. С. 5.

Начиная с 1950-х годов XX века интерес к данной проблеме значительно возрос и в связи с усилением внимания к индивиду как субъекту процесса раз­ вития общества. Нетрадиционная социология в лице таких своих представите­ лей, как А. Шюц, М. Мид, Т. Бергер, П. Лукман, Г. Шуман, Ж. Скотт приложи­ ла немало усилий для осмысления жизнедеятельности отдельных поколений, их всестороннего научного анализа.

Особая роль в изучении обозначенных проблем принадлежит качествен­ ным подходам, опирающимся на субъективные аспекты, не затрагиваемые в количественных методиках. Здесь на первый план выходят понимание и интер­ претация, с неструктурированным характером анализа, использованием био­ графических методов. К этому направлению относятся «гуманистическая со­ циология». Чикагская школа, лонгитюдная методика, символический интерак ционизм, феноменологический подход.

В рамках последнего считается, что понять мотивы поведения человека можно лишь исходя из представлений о его биографической ситуации, о мире его поколения. Люди субъективно конструируют социальную реальность, привнося в каждую социальную ситуацию свои мотивы и модели поведения.

Когда ситуации повторяются, применяемые модели типизируются, и в конеч­ ном счете «институциализируются» во внутренний мир поколения.

В основе символического интеракционизма лежит представление о языке как ключевой основе для интерпретации смыслов межпоколенческих социаль­ ных коммуникаций. Интеракции в обществе обеспечиваются посредством язы­ ка, символов. Для понимания человеческого действия необходимо познание внутренних символических смыслов, воплощенных в языке, понятном участ­ никам взаимодействия.

В рамках нашей работы одной из наиболее значимых теорий является ти­ пология культур, разработанная американским этнографом М. Мид. По М.

Мид, можно выделить три типа культуры - постфигуративная, где дети пре '^' Подробнее см.: Мид М. Культура и мир детства. Избранные произведения: Пер. с англ. М.: Наука, 1988. С.

322-361.

жде всего з^атся у своих предшественников, кофигуративная, где дети и взрос­ лые учатся у сверстников, и префигуративная, где взрослые учатся также у сво­ их детей.

К первому типу относятся примитивные общества, маленькие религиоз­ ные или идеологические анклавы;

власть здесь основана на прошлом. Каждое изменение протекает настолько медленно и незаметно, что «деды... не могут представить себе для них [внуков - А.С.] никакого иного будущего, отличного от их собственного прошлого»*^^. Прожитое взрослыми является схемой буду­ щего для детей;

основные навыки и знания передаются ребенку так рано и так *\ ' беспрекословно и надежно, что у ребенка не могло быть и тени сомнения в по­ нимании своей собственной личности и судьбы. Характерно высокое чувство уверенности в «единственной правильности» понимания мира вокруг. Любой сегмент поведения здесь оказывается подчиняющимся одному и тому же осно­ вополагающему образцу либо же закономерно связан с другими моделями по­ ведения в данной культуре, принимающейся как нечто само собой разумею­ щееся. Отсутствие сомнений и отсутствие осознанности - ключевые элементы для сохранения постфигуративной культуры. Противоречия находятся за поро­ гом сознания, и потому не могут быть аналитически освоены и поняты. Только воздействие какого-нибудь внешнего потрясения (природная катастрофа, ино­ земное вторжение) могло изменить модель миропонимания. Ощущение контра­ ста при взаимодействии с другими культурами может только усилить сознание неизменности элементов, составляющих специфическую особенность группы, к.л которой принадлежит данный человек, не меняя характерного здесь ощущения вневременности.

(\, Существенная черта постфигуративных культур — постулат о том, что действия и образ жизни представителей старшего поколения, сколько бы изме­ нений в нем не было, неизменен и остается вечно одним и тем же, поэтому здесь в особо сильной мере характерна генерационность. Ее сохранение зависит '^^ Мид М. Указ. соч. С. 322.

от установок стариков и того следа, который они оставляют в душах молодых.

Здесь роль пожилых людей особенно высока. Человек «не ждет ничего нового, отличного от ранее бывшего», и представители третьего поколения представ­ ляют собой как бы законченный образец жизни, что не исключает возможности между поколениями. Там, где есть сильный конфликт между поколениями, вполне возможно, что он является результатом какого-нибудь серьезного изме­ нения среды. Будучи один раз включенными в культуру и принятыми за неиз \ бежность, конфликты такого рода становятся составной частью постфигура тивнфых культур.

^-. Ко второму, кофигуративному типу относятся в первую очередь великие цивилизации, по необходимости разработавшие процедуры внедрения нов­ шеств, а потому вынужденные обращаться к каким-то формам кофигуративно го обучения. Здесь старшие по возрасту по прежнему господствуют в том смысле, что именно они определяют стиль кофигурации, устанавливают преде­ лы ее проявления в поведении молодых. Часто, однако, этот тип культуры не­ долговечен.

Кофигурация начинается там, где наступает кризис постфигуративной системы, например, как последствие катастроф, в результате которых погибла большая часть поколения пожилых людей;

появление новых форм техники;

иммиграция, где пожилые остаются чужаками;

изменения в социокультурной среде в результате завоевания, обращения в новую веру, революции. В тех си­ туациях, когда старшего поколения не существует или оно потеряло власть или } -А авторитет, молодежь может сознательно игнорировать модели их поведения.

Поведение уже не так тесно связано с рождением в данном обществе, I4v чтобы представляться чем-то скорее врожденным, чем приобретенным. Если в постфигуративной культуре молодежь сама со временем станет тем, чем сейчас являются пожилые, то, например, для иммигрантов старики - это люди, чей об­ раз жизни они уже никогда не повторят. Опыт молодого поколения радикально отличен от опыта их родителей, они теперь сами должны вырабатывать стили поведения и служить образцом для своих сверстников. Здесь конфликт между поколениями начинается не по вине взрослых. Он возникает тогда, когда новые методы воспитания детей оказываются недостаточными и непригодными для формирования того стиля жизни во взрослом возрасте, которого, по понятиям первого поколения иммигрантов, должны были бы придерживаться их дети.

Возможны ситуации, когда молодое поколение копирует стили поведения представителей других групп. Здесь родители вынуждены поощрять детей ста­ новиться частью нового порядка.

\ Конфликты между поколениями присущи прежде всего классовым обще ^ ствам с высокой вертикальной мобильностью. Молодой человек, завоевав но­ вое положения в обществе, в отличие от родителей-крестьян, вынужден отка­ зываться от старых моделей поведение, осваивая новые.

В простейшей форме кофигуративное общество - то, где отсутствуют де­ ды и бабки. Это свойственно индустриальным высокоурбанизированным куль­ турам с их традицией раздельного проживания и стремлением к идейной мо­ бильности. Здесь связи с прошлым ослабевают, жизненный опыт сокращается на поколение. В больших организациях, где требуются быстрые изменения, уход на пенсию - социальное выражение той же самой потребности в гибкости.

Третий, префигуративный тип, где уже родители обучаются у своих де­ тей, становится все более характерным для современных развитых обществ.

Сегодня возникают новые механизмы сохранения и передачи культуры;

моло­ дое поколение вырастает в мире, которого не знали старшие, и оказывается пе­ - ред лицом будущего, которое настолько неизвестно, что им нельзя управлять так, как это делали их отцы, с помощью кофигуративных методик. Такая ситуа­ ция напоминает модели пионеров-иммигрантов, но не в пространстве, а во вре­ {У мени. Технический прогресс привел к резкому необратимому разрыву между поколениями, что, по мнению М. Мид, должно привести к преобладанию пре фигуративных тактик развития.

Особое место в исследовании проблемы поколений принадлежит пред­ ставителям французской социологической школы второй половины XX века.

(П. Бурдье, К. Аттияс-Донфю, Д. Берто ). Французские ученые разрабатывали оригинальные подходы в исследовании социального опыта, форм взаимодейст­ вия поколений в семье, конфликтов между поколениями занимались изучением преемственности социокультурного капитала, мобильности поколенческих сло­ ев.

I \ В российской социологической науке проблема поколений в той или иной мере рассматривалась многими учеными второй половины XIX - начала ^Ч XX веков. Например, в творчестве Н.К. Михайловского проблема межпоколен ческих взаимодействий, которую он связывал прежде всего с вопросами нрав­ ственности, занимала значительное место'^'*. В числе наиболее значимых рос­ сийских исследователей вопроса следует также назвать П.А. Сорокина, П.А.

Кропоткина, Н.И. Кареева, М.М. Ковалевского, П.И. Новгородцева.

Любопытными представляются взгляды русского теоретика анархизма и исследователя добровольной кооперации людей П.А. Кропоткина'^^. Он указы­ вал на примеры солидарности уже в животных сообществах, подчеркивал ши­ рокое распространение обычаев взаимопомощи у первобытных народов. На развитие традиций взаимопомощи существенное влияние оказывают «природ­ ная склонность» и влияние воспитания. По П. Кропоткину, именно из понятия о взаимопомощи развивается понятие о справедливости, сам исторический про­ цесс понимался как эволюция форм кооперации людей. Институты солидарно '^, сти были во многом разрушены государством, здесь близкие функции стремят­ ся выполнять профсоюзы.

I ^у-, Описание П. Кропоткиным взаимопомощи людей как естественного за­ кона, возражения против идеи «выживания сильнейшего», его изучение исто '^' См., например: Берто Д., Берто-Вьям И. Семейное владение и семья: трансмиссии и социальная мобиль­ ность, прослеживаемые на пяти поколениях // Социс. 1992. №12. С. 133-139.

'^* Подробнее о взглядах Н.К. Михайловского на вопросы межпоколенческого взаимодействия см.: Поколенче ская организация современного российского общества... С. 24-25.

'^' Подробнее см.: Кропоткин П.А. Этика: избранные труды. М.: Политиздат, 1991.

рических форм взаимопомощи, идей общественности способствовали более глубокому пониманию социальных процессов. Работы П. Кропоткина послу­ жили своеобразным толчком к широкому исследованию обозначенных им про­ блем. Исследователи обратили внимание на такие характеристики взаимопо­ мощи, как ее добровольность, сходные условия бытия помогающих друг другу людей.

Весомый вклад в исследование исторической динамики межпоколенче \ ских взаимоотношений внес П.А. Сорокин. Согласно его подходу, любое обще­ ство можно описать и понять исключительно сквозь призму присущей этому ч обществу системы значений, норм и ценностей. Культурно-ценностные систе­ мы того или иного общества формируются под воздействием двойственной природы человека - как существа мыслящего/чувствующего. Если основной акцент сделан на чувственной стороне человеческой природы, то доминантой становится «чувственный» образец культурных ценностей, если на воображе­ нии и разуме - в качестве эталона фигурируют «нечувственные» модели, хотя в любом случае «противоположности» не исчезают.

Соответственно выделяются и типы мышления. В идеационных (idea­ tional) культурах под истинной реальностью понимается нематериальное и веч­ ное бытие, телесные потребности человека минимизируются, духовные же уст­ ремления личности, напротив, абсолютизируются. В чувственных (sensate) сис­ темах реальностью считается лишь то, что доступно в ощущениях, на первый план выдвигается удовлетворение физических потребностей. При относитель­ ном балансе чувственных и рациональных критериев истинности формируются ч особые, идеалистические (idealistic) культуры. Можно предположить, что в Гу, идеационных культурах, в противовес чувственным, физическая немощь и внешний вид представителей третьего возраста не будут вызывать неуважения или агрессии, а жизненный опыт и мудрость дадут возможность добиться вы­ сокого личного авторитета.

'^* Сорокин П.А. Человек. Цивилизация. Общество: Пер. с англ. М.: Политиздат, 1992.

Более подробно проблема поколений в нашей стране стала изучаться с 1960-х годов, и в основном под углом зрения проблем молодежи. Были разра­ ботаны система возрастных критериев, масштабов социально профессиональных изменений и социальной структуры общества, расширены возможности функционального изучения отдельных поколенческих проблем, проведен анализ процесс включения отдельных поколений в общественную жизнь, предложены концепции межпоколенческого взаимодействия (в плане \ преемственности поколений), выявлены некоторые закономерности формиро­ вания отдельных генераций, обозначены отдельные проблемы межгенерацион ^'^' ной мобильности, социально-возрастной дифференциации в самовоспроизвод­ стве социальной структуры. Наиболее значимый вклад в изучение межпоколен ческих взаимодействий внесли И.С. Кон, В.Т. Лисовский, С.Г. Спасибенко, М.Н. Руткевич, Б.Ц. Урланис, Н.В. Шахматова.

Вопросы межпоколенческих взаимодействий интересовали исследовате­ лей на всех этапах развития социологической мысли, и анализировались как в рамках описания социальной солидарности, в качестве одного из основных ка­ налов социальной преемственности и поддержания стабильности, средства сдерживания радикальных изменений (О. Конт, Э. Дюркгейм, М. Мосс, Т. Парсонс, П. Кропоткин, Н.К. Михайловский), так и при изучении сущности и причин социальных конфликтов в современном обществе (М. Мид, П. Бурдье, П. Сорокин, Ж. Мандель, К. Лоренц). Разработаны подходы, связанные с анали­ зом внутреннего мира поколений (Г. Зиммель, К, Маннгейм), моделирование "*, межпоколенческих взаимодействий (Р. Браунгарт), описание межпоколенной преемственности (Д. Берто).

1у Применение теорий межпоколенческого взаимодействия для описания отношения к пожилым людям в обществе позволяет рассматривать деятель­ ность представителей третьего возраста в контексте функционирования всего социального организма. Исходя из позиций О. Конта об особенной значимости женщин в воспитательном процессе, гендерная несимметричность геронтоло гической группы обретает свои положительные стороны. В то же время ученый называет поддержание межпоколенческой солидарности одной из главных функций государства, что демонстрирует осознание конфликтности межпоко­ ленных отношений уже в рамках классических теорий.

Концепция социального обмена М. Мосса позволяет рассматривать соци­ альный статус пожилого человека как определенную сумму накопленных в те­ чение жизни опыта, знаний, связей, материальных сбережений;

применительно ) \ к сегодняшней ситуации в России необходимо подчеркнуть обесценивание не­ которых составляющих социокультурного капитала - например, несовмести Ч мость повседневного опыта, приобретенного в рамках предыдуш;

ей социально политической системы с нынешними условиями, стремительное устаревание многих форм знания, особенно в технических областях, что объясняет падение авторитета лиц третьего возраста.

Исходя из структурно-функциональных моделей Т. Парсонса, наиболее значимыми функциями пожилых людей являются интегративная, реализуемая старшим поколением как основным носителем традиционных ценностей, менее других склонных искажать их в угоду ситуативной выгоде. В традиционных обществах эта функция могла реализовываться в институциональных формах (совет старейшин). Другая функция - воспроизводство структуры - осуществ­ ляется через институты социализации, прежде всего в рамках семьи, а также в институтах образования вообще, так как они, как правило, строятся на поко ленческой иерархии. Социальная значимость этих функций обусловливает от­ -/ ношение к пожилым людям в обществе.

Наш анализ исторических форм отношения к старости (параграф 2.1) у., опирается на социально-исторические концепции М. Мид и П. Сорокина. Со­ гласно типологизации культур М. Мид, существуют постфигуративные культу­ ры, где повседневные социальные структуры настолько постоянны, что жиз­ ненный опыт пожилых, являясь наиболее масштабным, сохраняет полную акту­ альность, кофигуративные, понимаемые как переходные модели, и префигура тивные, являющиеся следствием технического прогресса, обесценивающие значительную часть опыта и повседневных практик старшего поколения, вы­ нуждая новые поколения формулировать модели решения тех или иных про­ блем самостоятельно.

Исходя из концепции П. Сорокина, современные культуры следует пони­ мать как чувственные, ориентированные скорее на рациональные, чем на гума­ нистические ценности, что усиливает понимание старости как синонима беспо '\ лезности. В противовес современным моделям, в идеационных культурах фи­ зическая немощь и внешний вид представителей третьего возраста не являлись Ч причиной прямой дискриминации, а жизненный опыт пожилых давал возмож­ ность добиться высокого личного авторитета.

Для сегодняшней России характерны главным образом конфликтные формы межпоколенческих отношений, препятствующие выполнению поколе­ ниями своих функции по регламентации поведения групп и индивидов, что яв­ ляется одним из факторов дестабилизации общества. Модели межпоколенче ской преемственности, характерные для стабильных обществ, в современной России не находят достаточного воплощения - если в первых передача соци­ ального опыта от поколения к поколению в известной степени предопределяла будущее, то в нашей стремительно модернизирующейся стране такой способ трансляции опыта уже не считается нужным и эффективным, в результате чего творческий потенциал старших поколений оказывается невостребованным.

Ч »

1К^ Глава II. Социокультурная динамика отношения к старости 2.1. Исторические формы отношения к старости \ Старость справедливо считать феноменом XX века. До этого процент по Ч- жилых людей практически везде незначителен, даже по самым оптимистичным оценкам. Это подтверждает и неразвитость соответствующей терминологии - в аккадском языке слово «дед» обычно обозначалось как «аЬ abi» (отец отца), «внук» - «bin bim» (сын сына), порой в документах вместо слова «дед» ис пользовалось слово «отец».

Средняя продолжительность жизни в первобытном обществе составляла 15-22 года, в древнем мире - 20-30 лет. Незначительно увеличившись в средние века и эпоху Возрождения (25-30 лет), в XVII-XVIII веке она в целом не пре­ вышала 40 лет, достигая этой цифры лишь к началу XIX века (35-40 лет). К концу столетия средняя продолжительность жизни уже составляла 47-50 лет, и уверенно росла (на 4-5 лет за каждое десятилетие) в течение всего XX века.

Лишь с появлением в обществе значительного процента пожилых людей ста­ рость начинает восприниматься как социальная проблема. Но и в предыдущие "^, эпохи проблема отношения к старости не решалась однозначно, а потому изу­ чение исторических форм ее восприятия, репертуара ее социальных функций ^л, представляется значимым для более полного понимания механизмов конструи­ рования образа старости в современном мире.


Липин Л.А. Аккадский (вавилоно-ассирийский) язык. Вып. II. Словарь. Л.: Изд-во ЛГУ, 1957. С. 14, 55.

Дьяконов И.М. Люди города Ура. М.: Наука, 1990. С. 180, 195, 221.

Россет Э. Продолжительность человеческой жизни. Пер. с польск. М.: Прогресс, 1981. С. 184-207, 211.

Следует оговориться, что для традиционных обществ возраст - это в пер­ вую очередь не хронологическая, а статусная характеристика. Продвижение по статусно-возрастной лестнице здесь не детерминировано количеством прожи­ тых лет, а осуществляется, например, через обряды инициации и другие схожие социальные процедуры.

Взаимопомощь в виде дележно-коммуналистических отнощений при рас­ пределении пищи, совместной защиты от хищников, поддержки слабых сфор \ мировалась уже в стаде обезьян и была необходимым условием существования первобытного человеческого коллектива'^^. Экстремальная среда детерминиро ^ вала развитие человека как социального существа;

исключение из коллектива даже у нынешних первобытных племен равнозначно смерти. Залогом сущест­ вования каждого была оптимальная стратегия выживания группы в целом.

Ключевым преимуществом древнейших человеческих коллективов перед ана­ логичными животными сообществами следует считать возможность формули­ ровки и выбора моделей поведения, не продиктованных инстинктами;

эффек­ тивность и разнообразие этих моделей зависят от жизненного опыта. Здесь сле­ дует особо подчеркнуть коммуникативную роль речи, возникновение и разви­ тие которой тесно связано с коллективной трудовой деятельностью человека*^\ Палеолитическое изобилие крупных стадных млекопитающих (мамонт, большерогий олень, шерстистый носорог, лошадь) и возможность при относи­ тельно незначительных затратах труда организовывать на них достаточно эф­ фективные загонные охоты'^^ во многом предопределило относительно осед ^, лый образ жизни палеолитических коллективов с узкой охотничьей специали зацией (1-2 вида животных ) при второстепенной роли собирательства и ры "" Подробнее см.: Семенов Ю.И. Эволюция экономики раннего первобытного общества // Исследования по общей этнографии. М.: Наука, 1979. С. 61-124.

''' Леонтьев А.А. Возникновение и первоначальное развитие языка. М.: АН СССР, 1963. С. 77-82.

"^ См., например: Верещагин Н.К. Почему вымерли мамонты. Л.: Наука, 1979. С. 140-141 и др.

"^ В зависимости от конкретных экологических условий выбранный в качестве приоритетного объекта охоты вид животных составлял, видимо, в среднем 90-98% от всего объема добычи. (Посчитано по: Окладников А.П.

Исследование мустьерской стоянки и погребения неандертальца в гроте Тешик-Таш, Южный Узбекистан // Тешик-Таш. Палеолитический человек. М.: Изд-во МГУ, 1949. С. 67;

Каландадзе А.Н., Каландадзе К.С, Векуа А.К., Мамацашвили Н.С. Экологические условия позднего плейстоцена-голоцена в предгорной Колхиде по раскопкам Белой пещеры // Палеоэкология древнего человека. М.: Наука, 1977. С. 177;

Станко В.Н. Производ боловства. Учитывая небольшие размеры палеолитических коллективов (20- л человек) и незначительную продолжительность жизни старость, по всей ви­ димости, была экстраординарным явлением. Можно предположить, что до пре­ клонных лет в палеолите доживали лишь наиболее психологически уравнове­ шенные и приспособленные к сложной социальной организации индивиды.

Имеющиеся палеолитические находки позволяют говорить об уважительном отношении к пожилым людям в первобытных коллективах. Например, полу \ слепой, больной артритом старик (стоянка Шанидар, Ирак) с высохшей рукой 11^ мог выжить только благодаря поддержке других членов группы.

^ Мезолитические племена в силу изменившейся экологической обстанов­ ки вынуждены были вести преимущественно кочевую жизнь, как правило, до­ вольствуясь относительно мелкой добычей;

охота на немногочисленную круп­ ную дичь с целью сохранения природных ресурсов региона порой находилась под долговременным запретом. Опасность перенаселения территории племени заставляла коллектив заботиться как об ограничении рождаемости, так и наме­ ренном поддержании высокой смертности (в частности, практиковался и герон тоцид)*''^. Близкие по смыслу практики характерны и для развитых культур например, в джайнизме считалось, что старость может являться достаточным основаниям для самоубийства'^'.

Для первобытных коллективов следует отметить коммуникативную и да­ же социоантропогенетическую функцию стариков как лучших (в силу опыта) ч носителей языка. Допустимо предположить значительнз^о роль пожилых людей в воспитании подрастающего поколения, в то время как трудоспособная часть племени была занята решением хозяйственных проблем. Определенное участие старики играли и непосредственно в хозяйственной жизни коллектива. Пожи ственные комплексы по утилизации охотничьей добычи в позднем палеолите (по материалам поселений Ане товка II) // Первобытная археология. Материалы и исследования. Киев: Наукова думка, 1989. С. 57). Исходя из этого, значимость богатого охотничьего опыта представляется весьма существенной.

"* В данном случае мы не фиксируем четкие возрастные границы старости, в известной степени ассоциируя ее с неполноценной трудоспособностью.

"* Ламберт Д. Доисторический человек. Кембриджский путеводитель. Пер. с англ. Л.: Недра, 1991. С. 155;

дру­ гие примеры см. там же, С. 172, 173;

Придо Т. Кроманьонский человек. Пер. с англ. М.: Мир, 1979. С. 136.

"* Хан М. О племенах земного шара. СПб.: Типография доктора М. Хана, 1863. 4.2. С. 68.

" ' Бонгард-Левин Г.М. Древнеиндийская цивилизация. Философия, наука, религия. М.: Наука, 1980. С. 87.

лые люди могли следить за очагом (непрерывный огонь даже сегодня старают­ ся поддерживать некоторые наиболее отсталые племена'^^);

несомненно их уча­ стие в изготовлении орудий труда - довольно сложном и трудоемком процессе, требующем больших навыков'^'. Следует назвать и развитие рыболовства в конце верхнего палеолита, в частности, появление крючка и широкое примене­ ние различного рода ловушек''*^, т.е. способов добычи пищи, не требующих фи­ зических сил и реакции (как охота) или масштабных поисков (как собиратель \ ство). При загонных охотах старики, прекрасно зная повадки потенциальной добычи, могли принимать участие или руководить гоном зверя. В мезолите •^ вышеперечисленные функции пожилых людей из-за перехода к кочевому обра­ зу жизни стали, видимо, гораздо менее эффективными.

Пожилой человек как носитель наиболее масштабного жизненного опыта был основным хранителем знаний и священных традиций всего первобытного коллектива''*'. Коллективная мудрость была сосредоточена в старике. Это предположение справедливо для всех бесписьменных обществ вообще. Его знания, реализуемые более молодыми и сильными соплеменниками были од­ ним из важнейших факторов развития, гарантией оптимальной успешности первобытной локальной группы.

Такая роль, отводимая нами именно пожилым людям, была связана с оп­ ределенной оторванностью стариков от хозяйственной жизни коллектива, по крайней мере, из тех ее областей, которые требовали значительной физической активности (вооруженные конфликты с иноплеменниками, охота), что также "^, давало возможность обобщения богатого жизненного опыта с включением в него знаний, полученных от других, формулировки его в виде общих правил и »А. наставлений, накоплении положительных знаний (например, появление слож " ' См., например: Дршдблад Я. Человек - ты, я и первозданный. М.: Професс, 1991. С. 23.

" ' Придо Т. Указ. соч. С. 81-89.

""* Массой В.М. Экономика и социальный строй древних обществ. Л.: Наука, 1976. С. 33;

Гуляев В.М., Кононо­ ва Т.Н., Медведев Г.И. Стрижова гора - многослойный памятник культуры охотников каменного века на юге Восточной Сибири // Палеоэкология древнего человека... С. 195.

"" См., например, о старике - знатоке женских песен: Dreyftis S. Les Kayapo du nord. Etat de Para-Bresil. Paris, 1963. P. 129.

ных астрономических представлений и календаря, жизненно необходимых при сезонных охотах и собирательстве''*^).

Пожилые люди в силу меньшей сосредоточенности на хозяйственных проблемах коллектива с угасанием физических возможностей при сохранении умственных способностей могли быть авторами каких-либо изобретений и усо­ вершенствований. Рост творческой активности кроманьонцев кроме прочих факторов мог быть связан также с увеличением средней продолжительности жизни.

В целом мы вправе предположить, что уважительное отношение к стари­ ку как к хранителю знаний и полноправному члену коллектива было характер­ но еще на ранних этапах развития человеческого общества. Справедливо пред­ положить отсутствие негативных стереотипов старости по причине уникально­ сти и единичности самого явления, что скорее придавало ему определенную са­ кральную ценность. Лишь экстремальные условия существования эпохи мезо­ лита (гибель мамонтовой фауны для всей ойкумены, неблагоприятные экологи­ ческие условия отдельных территорий в дальнейшем) заставляют коллектив жертвовать нетрудоспособными членами. «Ренессанс» уважительного воспри­ ятия старости, позднее приведший к принципиальному изменению отношения к ней происходит уже в обществах с производящим характером экономики и дос­ таточным прибавочным продуктом, где в отношении коллектива к индивиду уровень трудоспособности последнего уже не играет столь определяющей ро­ ли.

"^' Только в некоторых наиболее примитивных обществах с неразвитой со­ циальной организацией (например, кубу Суматры) заботы о состарившихся 1ы, членах коллектива практически не существует''*^. Во многих культурах, суще­ ственно различающихся по уровню развития и образу жизни, обязательной функцией мужа является обязанность снабжать добычей родителей жены, ино ^*^ Файнберг Л.А., Шпринцин Н.Г. Племена тропических лесов и саванн Южной Америки // Народы Америки.


М.: АН СССР, 1959. Т. П. С. 327.

'*^ Фольц в. В девственных лесах Суматры / Пер. с нем. М.: Молодая гвардия, 1935. С. 69, 88, 93.

144 -. гда довольно длительное время. У австралийцев состарившиеся мужчины, неспособные охотиться, нередко получают лучшую часть добычи'"^', причем приоритет старших при ее разделе у многих первобытных народов жестко за­ креплен традицией - «разве можно получить больше, чем отец или старший брат?»''*^. У ацтеков употреблять некоторые спиртные напитки разрешалось только пожилым людям, за опьянение молодого человека могли приговорить к смерти''*^. Следует отметить, что уважительное отношение к пожилым людям '\ основывается в первую очередь на их роли в общественной жизни или автори­ тете, а не на возрасте как таковом. Например, у кайяпо Бразилии старики, уже ^- не входящие в мужские сообщества, обозначались термином «изолированные»

(«des isoles» );

в Абхазии окончательно утративший социальную активность старик может быть назван алыгажв (дословно: «опущенный старик»), но этот термин с некоторым оттенком неуважительности может быть произнесен толь­ ко за глаза ^'*^. Впрочем, по отношению к пожилым людям известны и практики геронтоцида^^^.

Различное отношение к пожилым людям в первобытных культурах может быть объяснено характером их экономики. По предложенной Дж. Вудберном классификации экономических отношений в первобытных обществах возмож­ ны системы двух категорий - немедленного и отсроченного возврата;

в послед­ ней между вложенным трудом и результатом проходит более-менее длительное время, причем под «трудом» и «возвратом» здесь в категориях Дж. Вудберна справедливо понимать не только хозяйственную деятельность как таковую, но •^, и, например, обычай регулярной помощи родственникам жены (см. сноску 145).

Такие системы предполагают обязательное наличие определенной системы со '"** См. о подобных традициях, например, у тасманийцев - Кабо В.Р. Тасманийцы и тасманийская проблема. М.:

Наука, 1975. С. 131-132, 147;

у майя - Wadepuhl W. Die alten Maya und ihre Kultur. Leipzig: 1964. S. 16,17, и т.д.

'*' Кабо В.Р. Первобытная доземледельческая община. М.: Наука, 1986. С.79.

'** Цит. по: Кузнецов Л.М. На самой западной точке Африки. Дакар. М.: Наука, 1980. С. 51.

'"^ Buschan G. lUustrierte Volkerkunde. Stuttgart, 1922. V.I. S. 187.

"* См.: Dreyfus S. Les Kayapo du nord. Etat de Para-Bresil. Paris: 1963. P. 31.

''" Бигвава В. Образ жизни абхазских долгожителей. Тбилиси: Мецниереба, 1988. С. 87-88.

''" См., например: Фольц В. В девственных лесах Суматры: Пер. с нем. М.: Молодая гвардия, 1935. С. 88.

циальных отношений^^*. В подобных обществах роль и авторитет пожилых лю­ дей в жизни коллектива заметно выше;

случаев экономически неоправданного геронтицида здесь практически нет, напротив, характерно наличие специально­ го геронтократического института - совета старейшин.

Совет старейшин - состоящий из старших мужчин коллегиальный орган управления коллективом, основными функциями которого являются хранение и воспроизводство традиций и контроль над их выполнением;

вообще же функ \ ции старейшин были достаточно разнообразны: от организации коллективной рыбной ловли^^^ до рекомендаций мифологическим героям'^^. Старейшиной ^ мог стать только уважаемый, как правило, зажиточный человек, состоящий или состоявший в браке, имеющий детей;

возраст здесь определялся относительно Других поколении коллектива, а не исходя из хронологических параметров.

Считалось, что старейшины могут вступать в контакт с умершими, что могло быть дополнительным фактором социальной стабильности - например, у хауса Судана считалось, что, чтобы избежать эпидемий, следует делать подарки зерна бедным, так как это приятно духам предков'^^. Авторитет старейшин был очень высок - у чеченцев камни для сидения старейшин на деревенской площа­ ди нередко привозились издалека с помощью быков, сиденья для самых стар­ ших были обработаны вручную'^^. Власть вождя, не пользующегося поддерж­ кой старейшин, обычно была неустойчива, имелась высокая вероятность его насильственного смещения и/или убийства;

не слз^айно при назначении вождя европейские колонизаторы стремились согласовать с ними свое решение. Ино "^ гда старейшина исполнял функции военного лидера. Лишь у некоторых наибо­ лее отсталых племен совет старейшин как сложившийся институт отсутство ''' Идеи Дж. Вудберна юлагаются по: Артемова О.Ю. Первобытный эгалитаризм и ранние формы социальной дифференциации // Ранние формы социальной стратификации. М.: Наука, 1993. С. 60-62.

' " Dreyfus S. Les Kayapo du nord. Etat de Para-Bresil. Paris, Mouton & Co, 1963. P. 30.

' " Эпос о Гильгамеше, Табл. III.VI, 19-20;

1,2-12.

"* Wulf С. Anthropologie des Alterns. Historische Relativitat und Kulturelle Differenz // Altern braucht Zukunft: An thropologie, Perspektiven, Orientierung / hrsg. von Brigit Hoppe und Christoph Wulf. Hamburg, Europaische Verlag sanstalt, 1996. S. 22-23.

'*' Mauss M. The Gift: the form and reason for exchange in archaic societies. London, 1993. P. 17-18.

'** Чиковани Г.Д. Из истории общественного быта вейнахов // Кавказский этнографический сборник. Вып. IV.

Очерки этнографии горной Чечни. Тбилиси: Мецниереба, 1986. С. 119, 121.

вал ;

впрочем, и в подобных обществах обычно существовало деление на воз­ растные группы с соответствующими привилегиями'^*. Наиболее широкое ис­ пользование возрастных классов в качестве потестарной структуры общества характерно главным образом для африканских культур'^^.

При определенных условиях (харизматичность, личные способности, об­ щественно признанная ценность и объем знаний) пожилому человеку могла от­ водиться роль «стратега» эволюционной единицы, какой являлся первобытный \ коллектив. В известных нам по этнографическим материалам первобытных племенах вождем или неформальным лидером является старейший мужчина. У ^- бушменов сама община обычно носит имя одного из старейших представителей группы'^°. При одряхлении пожилого лидера у некоторых племен практикова­ лось двоевластие или близкие по смыслу формы правления'^'. Во многих ран­ неклассовых обществах дряхлость правителя была веским основанием для смещения'^^ или даже убийства'^^.

В месопотамской традиции обряд убийства постаревшего вождя принял формы временного символического устранения царя от власти'^'', ритуалы из­ бавления царя от возраста известны из хеттской традиции'^^. Здесь пожилой правитель пользовался уважением и авторитетом даже после передачи власти законным наследникам'^^. В средневековой Европе правитель-старец ассоции ровался с мудрым и «добрым» правлением.

Одной из важнейших и древнейших функций пожилых людей была рели­ гиозная. Следует оговориться, что старики, разумеется, не обладали полной -ч.

' ' ' См., например: Кабо В.Р. Тасманийцы и тасманийская проблема. М.: Наука, 1975. С. 149.

''* См., например: Josephy А. The Indian heritage of America. N.-Y., 1978. P. 267.

' ' ' См., например: Buschan G. Illustrierte Volkerkunde. Stuttgart, 1922. V.I. S. 557.

/ ' '*" Кабо B.P. Первобытная доземледельческая община. М.: Наука, 1986. С. 137.

'*' Mauss М. The Gift: the form and reason for exchange in archaic societies. London, 1993. P. 6. Аналогичные фор­ мы организации власти наблюдаются даже у обезьян. - См.: Крушинский Л.В. Элементарная рассудочная дея­ тельность у животных и ее роль в эволюции // Философия и теория эволюции. М.: Наука, 1974. С. 190.

' " Шифман И.Ш. Культура древнего Угарита. М.: Наука, 1987. С. "^ Шинни М. Древние африканские государства. М.: Наука, 1982. С. 87.

"* Садаев Д.Ч. История древней Ассирии. М.: Наука, 1979. С. 192.

' " Ардзинба В.Г. Ритуалы и мифы древней Анатолии. М.: Наука, 1982. С. 97, 106.

'** См., например: Дьяконов И.М. Люди города Ура. М.: Наука, 1990. С. 237;

Герни О.Р. Хетты / Пер. с англ. М.:

Наука, 1987. С. 62.

'*^ Дюби Ж. Европа в средние века. Пер. с франц. Смоленск: Полиграмма, 1994. С. 210.

монополией в этой области коллективного знания, но ключевая роль опыта и авторитет возраста давала им известное преимущество. Шаман (одновременно и знахарь, и посредник между миром духов, природой и племенем^^^) был од­ ной из ключевых фигзф первобытного коллектива, нередко более почитаемой и уважаемой, чем вождь. Возможно, само возникновение религиозных практик стало возможным в результате обобщения знаний стариков и придания им са­ крального характера на основе их личного авторитета. С развитием этой облас \ ти знаний роль и функции шаманов (колдунов, знахарей и т.п.) все более уве личивaлиcь^^^. У древних хеттов гадание было специальностью женщин ^- ворожей, которых (видимо, независимо от возраста, что демонстрирует устой­ чиво сложившийся стереотип) называли «старые женщины»'^°. Этот термин 171 унаследован из хурритской и лувийской традиции. Такая широко распро­ страненная религия, как даосизм, во многом ориентирована именно на остав­ ляющих активную жизнь в обществе пожилых людей. И китайская, и в еще большей степени индийская культурные традиции поощряют подобный вари­ ант отказа от внешней активности к концу жизни, переход к философскому ос­ мыслению прожитого'^^.

Следует отметить, что в древних обществах внутрисемейные функции пожилых людей были гораздо более сложными и значимыми, чем в поздней­ ших индустриальных культурах;

чрезвычайно важным было и обратное взаи­ модействие - в отсутствие институциализированной государственной поддерж­ ки трудоспособные родственники (в первобытных коллективах - община) были единственной гарантией старости'^"*. Это - одна из причин существования ха­ рактерного для традиционных обществ типа расширенной семьи, где базовая '*' Lips Е. Das Indianerbuch. Leipzig: 1971. S. 141-142, 155 u.a.

'*' Подробнее см.: Райт Г. Свидетель колдовства. М.: Молодая гвардия, 1971.

'™ Герни О.Р. Хетты. Пер. с англ. М.: Наука, 1987. С. 141, 144-147.

''* Вильхельм г. Древний народ хурриты. Очерки истории и культуры. Пер. с нем. М.: Наука, 1992. С. 120.

'^^ Ардзинба Б.Г. Ритуалы и мифы древней Анатолии. М.: Наука, 1982. С. 14.

' " Уотс А.В. Путь Дзэн. Пер. с англ. Киев: София, 1993. С. 34, 80-81;

Культура древней Индии. М.: Наука, 1975.

С. 415-416.

"* Характерно, что осетины, оплакивая покойника, иногда обращаются к нему с проклятьем за то, что он оста­ вил несчастных стариков без потомства, а значит, и без помощи. - См.: Хетагуров К. Быт горных осетин. Ста линир: Госиздат Ю.О.А.О., 1939. С. 32.

нуклеарная структура дополнена по вертикали, то есть включает более двух по­ колений родственников, и по горизонтали, включая группу родственников в пределах двух поколений, в то время как типичная для современного общества нуклеарная семья состоит из пары взрослых индивидов и находящихся на их иждивении 1-2 детей. Обычная для земледельческих доиндустриальных куль­ тур многодетность, кроме прочих факторов (высокая детская смертность, отно­ сительно безболезненная социализация, отсутствие затрат на обучение) может быть объяснена теми же причинами.

Для ряда первобытных племен характерна убывающая с возрастом дина­ мика занятости членов семьи. Проведенный нами анализ недельного цикла за­ нятости семьи коренных жителей острова Рароиа (Океания) показывает, что время, затраченное на работу у 30-летних примерно в полтора раза ниже, чем у молодежи (10-19 лет). При этом самый низкий процент занятого работой вре­ мени у старшего мужчины (38 лет, 21,42%), а самый высокий - у 14-летней де­ вушки (57,14%). Тендерные различия в уровне занятости менее существенны, чем возрастные (у мужчин - 40,47%, у женщин - 52,38% '^^.

Внутрисемейная иерархия в древних обществах отличалась гораздо большей жесткостью, чем в современных культурах. Например, в древнем Риме власть «отца» (pater) над семейством была полной и пожизненной. Выход детей из-под отеческой власти воспринимался как нонсенс;

отец мог убить, продать в рабство или лишить наследства любого из подвластных членов семейства. Фак­ тически все имущество младших членов принадлежало отцу. Лишь трехкратная продажа в рабство выводила сына из-под власти отца. Ни преклонный возраст, ни высокая должность подвластных ему членов семьи, ни женитьба, ни даже безумие не лишали «отца семейства» его власти. Традиционно считается, что на ранних этапах истории такая власть отца в трудных для земледелия условиях ' " Посчитано по: Даниельссон Б. Счастливый остров: Пер. с шведок. М.: Изд-во иностр. лит., 1962. С. 130-131.

'^^ Ср. с рекомендацией японским самураям внимательно выслушивать даже теряющих понимание реальности престарелых родителей. - См.: Послание мастера Гокуракудзи // Идеалы самураев. Сочинения японских вои­ нов: Пер. с англ. СПб.: Евразия, 2001. С. 77-78.

древнего Рима обеспечивала наиболее эффективную обработку земли. По мнению некоторых исследователей, столь жесткие формы внутрисемейной от­ цовской власти были одной из причин психологической привлекательности гладиаторских игр, освобождавших личность от подавляемых в себе страхов насилия.

Кроме древнеримской традиции, наиболее жесткие формы отцовской власти засвидетельствованы в Ассирии ^'^, у древних евреев, в древнем Угари 'f те'^^ В более развитых и/или менее военизированных обществах (Шумер, Египет, в еще большей степени - в Хеттском царстве, Вавилонии, Иране ) отцовская власть была не столь абсолютной.

Традиция усыновления отпущенного на свободу раба или бедняка для помощи в старости, отработки за усыновившего трудовой повинности, продол­ жения династии и ведения заупокойного культа была широко распространена во многих доиндустриальных обществах'^^. Известны и случаи усыновления богатыми людьми, бездетными в силу естественных либо культурных причин (например, обет жреческого безбрачия). Невыполнение усыновленным своих обязанностей считалось тяжким религиозным проступком. Эта практика имела и оборотную сторону - богатые за подарок или ренту заставляли усыновлять себя обедневших общинников с целью наследования земли, не являвшейся в древних обществах объектом продажи. Известен случай, когда одного человека усыновили 300 или 400 бедняков'*^.

•-Ы '^ • ' '"подробнее см.: Культура древнего Рима. М.: Наука, 1985. Т.П. С. 21-38;

Куланж Ф. Древняя гражданская община: Пер. с фр. М.: Типо-литография Т-ва Кушнеревъ и К°, 1895. С. 72-80.

" ' Хефлинг Г. Римляне, рабы, гладиаторы: Спартак у ворот Рима: Пер. с нем, М.: Мысль, 1992. С. 110-111.

''' Садаев Д.Ч. История древней Ассирии. М.: Наука, 1979. С. 166,170.

'*" Шифман И.Ш. Культура древнего Угарита. М.: Наука, 1987. С.53-54.

Белицкий М. Забытый мир шумеров. Пер. с польск. М.: Наука, 1980. С. 374.

'*^ Культура древнего Египта. М.: Наука, 1975. С. 281.

'*' Менабде Э.А. Хеттское общество. Тбилиси: Мецниереба, 1965. С. 163.

"* Периханян А.Г. Общество и право Ирана в парфянский и сасанидский периоды. М.: Наука, 1983. С. 113.

"' См., например : Buschan G. lUustrierte Volkerkunde. Stuttgart: 1922. V.I. S.109.

'** Кьера Э. Они писали на глине. Пер. с англ. М.: Наука, 1984. С.96.

Термином «отец» в древних обществах могли обратиться к начальнику или учителю***. Непочтительное отношение к родителям во многих культурах считалось преступлением и наказывалось по закону'*^. В Вавилонии содержа­ ние матери порой выдавалось мукой, а не зерном - показательный момент, т.к.

растирание зерна на зернотерке требовало приложения значительных ycилий'^*'.

В древнем Китае убийство матери понималось как преступление, «оскорбляю­ щее великие основы государства»'^\ Община следила за тем, чтобы родствен Н К кормили старых и cлaбыx'^^.

ИИ С другой стороны, старость представлялась нежелательной, ее внешние "*1' признаки отталкивающими - не случайно появление рецептов от поседения во лос и морщин. За редким исключением (Цицерон, Сенека), большинство ан­ тичных писателей описывает старость в довольно мрачных тонах. В средневе­ ковых трактатах понятие возрастов жизни занимает значительное место;

здесь позднему возрасту приличествуют занятия наукой, обращение к богу;

как осо­ бый период выделяется сенильность - т.е. дряхлость, старческий распад'^'*.

Положение пожилых людей в первых развитых культурах, контролируе­ мое теперь не только традицией, но и государством, становится стабильнее.

Властные структуры с самых ранних этапов своего существования стараются взять на себя часть забот о своих наиболее уязвимых членах. Для государств со значительной ролью бюрократического аппарата характерно наличие в их со­ циальной политике геронтологических компонентов в виде льгот для пожилых либо освобождения их от налогов'^^ и/или прочих повинностей. Например, в -ч " ' Козырева Н.В. Общественный труд в древней Месопотамии // Подати и повинности на Древнем Востоке.

СПб: «Петербургское Востоковедение», 1999. С. 40.

" ' Культура древнего Египта. М., Наука, 1975. С. 308.

л '*' Клочков И.С. Духовная культура Вавилонии: человек, судьба, время. М.: Наука, 1983. С. 144.

"" Подробнее см.: Дьяконов И.М. Люди города Ура. М.: Наука, 1990. С. 216-218.

' " Цит. по: Бань Гу. Старинные истории о ханьском У-ди - государе Воинственном // Пурпурная яшма. Китай­ ская повествовательная проза I-VI веков. Пер. с китайск. М.: Худ. лит., 1980. С. 47.

'^^ 1Сычанов Е.И. Памятники тангутского законодательства о социальной структуре тангутского общества XII XIII веков // Общество и государство в Китае. М.: Наука. 1981. С. 90;

См. также: Рыбаков В.М. Правовые при­ вилегии и понятие «тени» // Там же, С. 62-63.

" ' Оппенхейм А.Л. Древняя Месопотамия. Портрет погибшей цивилизащ1и. Пер с англ. М.: Наука, 1990. С. 234;

Культура древнего Египта. М.: Наука, 1975. С. 258;

Культура древнего Египта. М.: Наука, 1975. С..254.

"* Ариес Ф. Возрасты жизни // Философия и методология истории. М.: Прогресс, 1977. С. 221,229.

" ' См., например: Winter J.G. Life and Letters in the Papyri. Michigan, 1933. P. 132.

инкской империи люди, достигшие 5 О-летнего возраста, работали значительно меньше других, а по достижении 60 лет освобождались от всякой трудовой по­ винности. Поля для нетрудоспособных обрабатывались сразу после храмовых полей, и до «личных» ^ ^. В древнем Шумере крупные расходы по лечению бед­ няков пытались брать на себя храм и государство'^^. Еще в доконфуцианском Китае властные стуктуры в своей налоговой политике старались не обидеть вдов и сирот;

после Конфуция понятие справедливости в суждении о налогах становится центральным'^*, что находило свое проявление, например, в осво­ бождении от общественных работ или запрете на садоводство для прочих i V-200 г ^ возрастных категории. Ранг китайского чиновника не понижался даже после оставления службы по старости. В трудах по социальной геронтологии уже давно нашел отражение тот факт, что специальные дома для престарелых были впервые организованы на Востоке^^^.

В государствах с менее развитой социальной политикой функции соци­ альной поддержки стремятся выполнять другие общественные организации — например, храм;

впрочем, и здесь считалось, что правитель должен охранять законом тех, у кого нет привилегий^"^. При этом характерно стремление госу­ дарства поддерживать функционирование традиционных моделей поддержки нетрудоспособных - законодательно закреплялась обязанность детей или усы­ новленных заботиться о состарившихся родителях, пресекалось неуважение к пожилым людям.



Pages:     | 1 || 3 | 4 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.