авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 | 2 || 4 |

«Ц Е Н ТР П РОБЛЕ МН ОГО АН АЛИ З А И Г ОСУДАРСТВ Е Н Н О- УП РАВ ЛЕ Н Ч Е СКОГ О П РОЕ КТИРОВ АН И Я В.И. Якунин, В.Э. Багдасарян, С.С. Сулакшин ...»

-- [ Страница 3 ] --

Характерна произошедшая за рассматриваемый период от мена соляного налога, относившегося к предметам потребления первой необходимости. В то же время существенно возросли те виды акцизных сборов, которые свидетельствовали о высоком уровне достатка. Природа налога на спички определялась его свя зью с табачным акцизом.

Русское хозяйство. С. 247.

Традиционно высокие питейные сборы в России в 2,5 раза превышали суммарные поступления от прямых налогов. С 1897 г.

действовала норма десятикопеечных отчислений с каждого гра дуса спирта. Злословие критиков о «пьяном бюджете» только под черкивало его значимость для российской экономики. Впрочем, и в ряде западных государств доходы от питейного сектора зани мали видное место в структуре общих налоговых поступлений (во Франции — 14,1%, в Англии — 23,6%). Только недоумение может вызывать фактический отказ от модели алкогольно-нало гового бюджетного обеспечения в постсоветской России54. Порок бы сдерживался, и отчасти служил бы благим целям.

Предложения по этатизации экономики порождают вопрос:

нужно ли усиление такого государства — коррумпированного, неэффективного, не справляющегося со своими прямыми функ циями? Но другого государства у России нет. Что же теперь, ввиду непрофессионализма водителя, следует вообще отказаться от уп равления? По-видимому, правильнее вести речь об оптимизации государственной системы. Оппонируя либерально-западничес ким критикам российской государственности, историк-эмигрант Н.И. Ульянов писал: «Существовало ли когда государство без взяточничества, без коррупции, без злоупотребления властью, без жандармов, притеснений и несправедливости? И впрямь ли далеко ушла Россия, в этом смысле, от Европы? Одних рисунков и эстампов Домье, посвященных французскому правосудию, до статочно, чтобы стушевать и сделать ничтожной фигуру нашего примитивного Шемяки. Никогда в старой России не было таких кошмарных застенков и тюрем, как в просвещенных странах За пада. Были “Грозные Иваны, Темные Василии”, но разве не было Христиана II датского, “северного Нерона”? Разве не было Эрика XIV шведского, Филиппа II испанского, “белокурого зверя” Це заря Борджиа? В русском прошлом не найти ничего похожего на холодную жестокость венецианской Сеньерии, на испанские ау тодафе, на альбигойскую резню, костры ведьм, Варфоломеевскую ночь. Про Россию никогда нельзя сказать того, что сказал Вольтер про Англию: “ее историю должен писать палач”. И никогда рус ских крестьян не сгоняли с земли, обрекая на гибель, как в той же Англии, в эпоху первоначального накопления. Никогда эксплуа Там же. С. 247.

тация крепостных не была более безжалостной, чем в Польше, во Франции, в Германии. Даже при подавлении бунтов и восстаний русская власть не проявляла такой беспощадности, какую видим на Западе. Расстрел 9 января и карательные экспедиции 1905 г. не идут в сравнение с парижскими расстрелами Кавеньяка и Галифе.

Если же обратиться к колониальным зверствам европейцев, то у самого К. Маркса, описавшего их в 1 томе “Капитала”, не повер нется язык сравнить с ними русское освоение Сибири или Кав каза»55.

Тезис о необходимости повышения роли государства в эконо мических процессах наталкивается на проблему кадровой недо статочности. В действительности афоризм о «тьме власти» в Рос сии не подкрепляется сопоставительной мировой статистикой.

Управленческих кадров в России в общей структуре занятости населения существенно меньше не только, чем в большинстве западных стран (которые, казалось бы, идут по пути минимиза ции управления экономикой), но и чем в бывших республиках СССР56. Порочность существующей российской бюрократии не может снять с повестки вопрос о расширении управленческого сектора (рис. 23).

Без бюрократического аппарата модель, основанная на па радигме активного государственного вмешательства в экономи ческие процессы, не может надлежащим образом функциониро вать. Стремительное расширение хозяйственной бюрократии в начале 1930-х гг. обеспечило тогда эффективность воздействия приводных ремней государства в гонке индустриализационного прорыва.

Правда, увеличивая лишь количественные параметры кадро вого контингента, положение дел принципиально не исправить.

Динамика роста численности студенчества в постсоветской Рос сии и одновременное падение квалификационных характеристик системы высшего образования этому наглядное свидетельство.

В современной России количественно студенческие кадры неук лонно растут, превышая значительно их численность в советское время, тогда как научные инфраструктуры деградируют.

Ульянов Н.И. Исторический опыт России // Скрипты. Анн Арбор, 1981.

С. 218.

Тенденции в странах Европы и Северной Америки. С. 158.

% Рис. 23. Структура занятости по управленческим группам занятий в странах Европы, Северной Америки СНГ, в % Представляет интерес обращение к творческому наследию К.Н. Леонтьева, видевшего залог экономического самосохране ния России перед лицом наступающей «все-Америки», в уста новлении корпоративной системы хозяйствования. Индивидуум в ней подчинялся бы общине, а та, в свою очередь, государству.

Предполагалось даже произвести прикрепление лиц к различным государственным учреждениям. И тогда резюмировал К.Н. Леон тьев «вся Америка эта… к черту!»57.

Все чаще в последнее время сторонники либерально-рыноч ной модели экономики прибегают к доводу, что настоящего ли берализма в России еще не было, а вместо него в результате ре Леонтьев К.Н. Избранные письма (1854–1891). СПб., 1993. С. 473.

форм сформировалась система государственного капитализма.

Действительно, чистой, без иносистемных примесей либерально рыночной экономики, равно как и автаркийной, вообще никогда нигде не существовало. Поэтому упрек в том, что либерализм «не настоящий» может быть адресован к любой из самых либераль ных стран.

Характерно, что российские либералы, утверждая о своем разрыве с марксистским идеологическим наследием, активно оперируют его понятийными конструкциями, такими как «госу дарственно-монополистический капитализм». По отношению к современной России такого рода понятийная экстраполяция не выдерживает никакой критики. Доля государственного сектора в российской экономике в 2–3 раза уступает его представительству в экономических системах ведущих либерально-рыночных де ржав. О регуляционных функциях российского государства пока не может быть и речи. В лучшем случае власть пытается умерить политические амбиции олигархов. Бурного роста военно-про мышленного комплекса, традиционно рассматриваемого в ка честве характерной черты государственно-монополистического капитализма, в Российской Федерации также не наблюдается.

Формами государственно-монополистического капитализ ма в его классическом марксистском понимании являются пре вращение государства в собственника средств производства и, в частности, некоторых отраслей промышленности, транспорта;

создание смешанных государственно-частных предприятий и го сударственных корпораций;

скупка государством акций частных компаний;

государственные капиталовложения в различные от расли производства, научные исследования58. Очевидно, что ни одна из перечисленных форм в экономике современной России значимым образом не представлена.

Можно услышать от оппонентов, что курс на восстановление оптимальной меры этатизации в настоящее время бесперспек тивен, ввиду формирования «рыночной ментальности» у сов ременных россиян. «Рыночная ментальность» — не лучшая ха рактеристика для великого народа, традиционно отличающегося высокими идейно-духовными качествами. В современной России сформировался слой людей («новые русские»), менталитет кото Краткий политический словарь. М.: Изд-во полит. лит., 1988. С. 87.

рых соотносится с традициями спекулятивного рынка. Но воз можно ли говорить о «рыночной ментальности» по отношению к российскому обществу в целом?

Обратимся к социологической статистике и, в частности, к проведенному в феврале 2004 г. Фондом аналитических про грамм «Экспертиза» при поддержке Региональной общественной организации «Открытая Россия» опросу общественного мнения.

Около 2/3 респондентов убеждены, что «в России богатым мож но стать, только нарушая законы» (61%) и большинство богатых людей — «это воры» (65%). 68% опрошенных придерживается следующего взгляда — «государство обязано гарантировать каж дому человеку приличную работу и достойный уровень жизни».

Точку зрения о том, что «такие ключевые отрасли, как элек троэнергетика, угольная промышленность, нефтяная промыш ленность, железные дороги и пр. должны принадлежать государ ству» разделяют 75% россиян. В отношении тезиса «Сила России в коллективизме. Поэтому богатые должны делиться с бедными»

респонденты высказались следующим образом: «согласен» + «ско рее согласен» — 54%, «не согласен» + «скорее не соглашен» — 33%, «трудно сказать» + «мне все равно» — 13%. Печальный жизненный опыт российского населения периода неолиберального рефор мирования, а вовсе не идеологическое манипулирование, нашел прямое преломление в росте популярности государственничес ких воззрений. Так что о «рыночной ментальности» россиян гово рить, по меньшей мере, преждевременно, тогда как их этатистские симпатии — представляются достаточно очевидными»59.

2.4. Коллективистские принципы хозяйственной самоорганизации С точки зрения исторических традиций особенно необосно ванными представляются проекты отказа от государственного регулирования в России сельского хозяйства, потому что изоби лие исключено, в силу природных условий, и даже для крестья нина всегда актуальной являлась проблема физического выжи вания. При традиционной урожайности сам–3 — сам–4 русское Урнов М.Ю., Касамара В.А. Современная Россия: Вызовы и ответы. Сб. ма териалов. М., 2005. С. 45–65.

крестьянское хозяйство не могло быть товарным60. Поэтому для развития промышленной сферы, науки и культуры, а по большо му счету для выживания России, требовалось заставить крестья нина отдать часть необходимой ему самому продукции. Таким образом, продразверстка являлась, при известных модификаци ях, действенным на всем протяжении русской истории цивили зационным механизмом. Понимая это, С.Ф. Шарапов, в противо положность П.А. Столыпину, призывал оказывать финансовую поддержку не отдельным крестьянам, ушедшим в отруба или ху тора, а самой общине61.

На трудовом понимании природы собственности базировал ся, в частности, феномен русской хозяйственной колонизации, установившей существующие пространственные параметры Рос сии. Собственническим правовым императивом исторически вы ступала формула «куда топор, коса и соха ходили». Затраты труда являлись основанием земельного владения. Напротив, покупка земли далеко не всегда признавалась справедливой основой пра ва собственности62. На уровне укоренившихся традиционных для русского менталитета представлений крестьян господствовало убеждение о том, что природные ресурсы не могут принадлежать кому-то персонально, ибо есть дар Господа. Земля Божья, а потому ничья в человеческом смысле. Работа на ней является единствен ным основанием землевладения. Видный исследователь русской общины А.Я. Ефименко характеризовала этот взгляд в качестве коренного понятия крестьянского мира63. А.И. Васильчиков вооб ще отрицал наличие в традиционном национальном понятийном арсенале России дефиниции «собственность» в ее западноевро пейском осмыслении, вместо которого циркулировали правовые значения держания, занятия, пользования землей64.

Пайпс Р. Россия при старом режиме. М., 1993. С. 18–21.

Модели общественного переустройства России. XX век. Отв. ред. В.В. Ше лохаев. М., 2004. С. 195–196.

Щербина Ф.А. Сводный сборник по 12 уездам Воронежской губернии. Во ронеж, 1897.

Ефименко А.Я. Обычное право. М., 1894.

Васильчиков А.И. О самоуправлении. СПб., 1862–1871. Т. 1–3;

Он же. Зем левладение и земледелие в России и других европейских государствах. СПб., 1876. Т. 1–2;

Он же. Сельский быт и сельское хозяйство России. СПб., 1881.

Итак, собственность в России должна соотноситься с фун кцией труда, а не капитала. Необходимо установить критерий ответственности за использование ее по функциональному на значению, что может повысить экономическую эффективность природопользования. В этом смысле еще не разрешенный до конца конфликт вокруг парадигмы вовлечения земель в торго вый оборот подпитывается именно утратой, например, пахотны ми землями своего назначения.

Историческим приводным ремнем государственного управ ления экономикой в России выступала общинная система хозяй ствования. «Только благодаря своей уцелевшей общине, своему миру, — писал консервативный экономист С.Ф. Шарапов — и ста ло Великорусское племя племенем государственным;

оно одно из всех Славянских племен не только устроило и оберегло свою госу дарственность, но и стало во главе общерусского государства…Об щина явилась хранилищем и Христовой веры, и народного духа, и исторических преданий…»65. Общинное землевладение соотноси лось с национальным идеалом соборного единения. Община бра ла на себя функции организации вспомоществования всем миром отдельным крестьянским хозяйством. Другим ее назначением яв лялось решение социальных задач, что соотносилось с критерия ми социализированного типа экономики (рассмотрение экономи ческих успехов с точки зрения социальной справедливости). Даже западник А.И. Герцен отмечал опровержение русской общинной системой хозяйствования теории мальтузианства.

У общины имелись и собственно производственные преиму щества над единоличным хозяйствованием. Реализуя принцип че респолосицы, она обладала значительно большей устойчивостью от воздействия природно-климатических факторов. Выше, в срав нении с единоличными хозяйствами, был и ее потенциал в распро странении технических нововведений. Показательны в этом отно шении опережающие темпы технических инноваций в аграрном секторе в общинных великорусских регионах, в сравнении с еди ноличными, по преимуществу малороссийскими территориями66.

Шарапов С.Ф. Русские исторические начала и их современное положение.

М., 1908. С. 25–26.

Репников А.В. Консервативные представления о переустройстве России (конец XIX — начало ХХ веков). М., 2006. С. 226–227.

Общинное хозяйствование предоставляло возможность про ведения масштабных аграрных мероприятий, каковой, за редким исключением, были лишены индивидуальные собственники.

Именно община обеспечила переход крестьянских хозяйств от устарелой трехпольной к многопольной системе севооборота67.

Среди череды видных мыслителей, апеллировавших к общинной системе как идеальной экономической модели применительно к России, можно сослаться на Д.И. Менделеева. Великий русский ученый считал общину тем идеалом, который в наибольшей сте пени соответствовал задаче достижения народного благосостоя ния68.

Статистика урожайности в Российской империи развенчи вает миф о вызванном якобы прежде всего фактором роспуска общины столыпинском аграрном чуде. Последний, 1911 г. пре мьерства П.А. Столыпина был наименее успешным для россий ского аграрного сектора начала ХХ в. Наивысшей же динамики в сельскохозяйственном производстве удалось достигнуть уже после убийства премьера в 1913 г. и начавшегося свертывания его экономического курса (рис. 24)69.

Опасность демонтажа общины для России и правота шара повских идей обнаружилась в Первую мировую войну. Вопреки предположениям, что частник будет более склонен к проявлени ям патриотизма, как человек, защищающий свою собственность, предстала прямо противоположная картина. Крестьянин-еди ноличник не желал ни идти на фронт, ни снабжать армию про довольствием за бесценок. Ленин был в этом случае совершенно прав, говоря о кулацком саботаже. Политика военного комму низма была, как известно, еще до большевиков апробирована царским правительством. 20 ноября 1916 г. министр земледелия А.А. Риттих подписал распоряжение о введении продразверстки.

Только с октября 1915 по февраль 1916 г. власти 50–60 раз прибе Качаровский К.Р. Русская община. Возможно ли, желательно ли ее сохранение и развитие (Опыт цифрового и фактического исследования). СПб., 1890;

Василь чиков А.И. Землевладение и земледелие в России и других европейских государ ствах. Т. 1–2;

Воронцов В.П. Крестьянская община. М., 1897;

Карелин А.А. Общин ное владение в России. СПб., 1893.

Менделеев Д.И. Проблемы экономического развития России. М., 1961.

Статистический ежегодник на 1913 г. СПб., 1913. С. 716.

Рис. 24. Урожайность зерна и картофеля в России (ц/дес.) гали к карательным реквизициям зерна, понижая ими же самими установленные твердые цены70.

Даже успешное развитие частного сектора не означает, что результаты затраченного в нем труда будут иметь национальное значение. Так, в Судане и Бангладеш валовое производство сель хозпродукции даже избыточно, что не исключает массовую фи зическую смертность от ее нехватки. Сомали выступает одним из крупных экспортеров мяса, а собственный народ умирает от голода.

Ставка на фермерский путь реорганизации сельского хозяй ства второй раз в истории России ХХ столетия продемонстри ровала свою бесперспективность в период либеральных реформ 1990-х гг. Русский общинно ориентированный крестьянин обна Булдаков В.П. Красная смута. Природа и последствия революционного на силия. М., 1997. С. 19, 26.

руживал свое ментальное несоответствие эталону американско го фермера. Из колхозной общины вышло единоличных хозяйств даже меньше, чем из «мирской» общины во время столыпинских преобразований. К концу 1990-х гг. на долю фермеров в России приходилось лишь 6% обрабатываемой земли и 2% валовой про дукции аграрного сектора71. В настоящее время число зарегист рированных фермерских хозяйств обнаруживает тенденцию к сокращению72.

Элементы общинной системы были с успехом инкорпориро ваны в промышленное производство. На ранних стадиях раз вития промышленности в России крестьяне приписывались (на крепостных предприятиях), либо нанимались (на вольнонаем ных) не в индивидуальном порядке, а общинно. Зачастую сами общины направляли своих представителей на заработок. К нача лу столыпинских реформ значительная часть русских рабочих не относилась к пролетариату в его марксовом понимании, ввиду приписки их к определенному общинному землевладению (при надлежность к собственникам).

Модель общины была положена в организацию «русской арте ли», представлявшей собой исключительно национальную форму хозяйственной самоорганизации и самоуправления. Не случайно А.И. Герцен называл артели передвижными общинами. Артель щиков связывала круговая порука, солидарное ручательство всех за каждого. Возведенное в принцип существования равноправие членов артели позволяет противопоставлять ее капиталистичес ким предприятиям (в литературе используется характеристика их как антикапиталистических организаций). Уместно также го ворить об особом феномене русской трудовой демократии. В Рос сийской империи были известны случаи, когда вся деревенская община составляла собой артельное объединение73.

О высокой трудовой эффективности артельного труда может свидетельствовать опыт форсированного строительства в течение Экономист. 1999. № 5. С. 69.

Белоусов Р.А. Экономическая история России: ХХ век. М., 2006. Кн. 65.

С. 318–319.

Воронцов В.П. Артельные начинания русского общества. СПб., 1895;

Иса ев А. Артель в России. СПб., 1872–1873. Вып. 1–2;

Он же. Община и артель // Юридический вестник. 1884. № 1;

Калачев Н.В. Артель в древней и нынешней России. СПб., 1864.

10 лет Великой Сибирской магистрали, проложенной главным образом руками артельщиков. Лишь 8 тыс. человек были задейс твованы в прокладке 7,5 тыс. км железнодорожного полотна74.

Модификацией в организационном отношении артельных форм труда явились впоследствии автономные бригады, получившие с 70-х гг. ХХ в. широкое распространение в ряде высокоразвитых стран с рыночной системой хозяйствования. Очевидно, что опыт общинно-артельной трудовой демократии в России может быть в соответствии с национальными традициями экономической жизни использован и в современной управленческой практике.

Вопреки национальной традиции артельного труда, доля се мейных рабочих и членов кооперативов в общей структуре тру довой занятости в экономике России крайне невелика — 0,7%.

Это даже меньше, чем во многих западноевропейских странах, исторически более тяготевших к индивидуальным формам най ма. Между тем в других православных государствах Европы процентная численность указанной категории экономически за нятого населения, как правило, довольно высока, что свидетель ствует о наличии связи православия с коллективной моделью организации трудовых отношений. Фактор конфессиональной предрасположенности к общинным формам хозяйственной са моорганизации иллюстрирует приведенный выше рис. 4. Среди христиан наибольшую предпочтительность к коллективистскому хозяйствованию обнаруживают православные, несколько мень шую — католики, незначительную — протестанты75.

Еще одно характерное сравнение. Руководство современной Грузии, как известно, декларирует стремление развивать эконо мику страны по американскому образцу. Однако ментальные трудовые предрасположенности у американцев и грузин совер шенно различны. Если в протестантских по преимуществу США доля семейных рабочих и членов кооперативов составляет 0,1% экономически занятого населения, то в православной Грузии — 31,4%76.

Паталеев А.В. История строительства Великого Сибирского железнодо рожного пути. Хабаровск, 1951.

Тенденции в странах Европы и Северной Америки: Статистический еже годник ЕЭК ООН, 2003. М., 2004. С. 157.

Тенденции в странах Европы и Северной Америки. С. 157.

2.5. Принцип опоры на собственные силы Интенсивное финансирование Западом экономики комму нистического Китая заставляет подвергнуть сомнению наличие прямой связи между демократией и притоком капитала. Масш табные инвестиции идут в Тайвань и Южную Корею, также не отличающиеся строгой приверженностью принципам гражданс кого общества. Следовательно, дело заключается вовсе не в поли тической привлекательности.

Конечно же, Россия — не Китай. Почему китайская коммунис тическая экономика оказалось привлекательней для иностран ных инвесторов, чем капиталистическая российская? Для ответа на этот вопрос достаточно обратиться к сопоставлению природ но-климатических параметров. Россия — самая холодная страна мира. Издержки производства в ней выше, чем в Китае. Инвестор извлечет больше прибыли, вложив деньги в китайскую экономи ку, чем в российскую. Перевести индустриальное производство из какой-либо страны Европы в Китай экономически выгодно, в Россию — убыточно. Поэтому опыт китайского правительства по привлечению иностранных инвестиций не может быть без долж ных поправок экстраполирован на российский экономический контекст.

Индикатором инвестиционной непривлекательности России может служить тот факт, что прямые иностранные инвестиции в ее экономику существенно уступают российским капиталовло жениям за рубеж. Что же надеяться на западных спонсоров, если сами россияне не склонны инвестировать собственную нацио нальную экономику77.

Российский исторический опыт свидетельствует об утопич ности ожиданий масштабных иностранных вкладов. Казалось бы, применительно к Российской империи конца XIX — XX вв.

складывалась благоприятная, в сравнении с современной Рос сией, общая конъюнктура для внешнего инвестирования. Она являлась, по сути, единственной страной тогдашнего мира, соче тающей индустриальную инфрастуктуру со сравнительно низки ми расценками заработной платы. Российская Федерация, ввиду индустриализации стран Азии и Латинской Америки, уже не об Российская бизнес-газета. 2002. 25 июня. С. 4;

2003. 26 авг. С. 4.

ладает преимуществом исключительности. Это при том, что цар ская Россия так и не дождалась масштабного инвестирования.

Доля Российской империи в мировых инвестиционных по токах оставалась незначительной. Показательно, что уровень инвестиций в российскую экономику уступал объему внешнего долга. Основной же приток иностранного капитала обеспечива ли государственные проекты железнодорожного строительства, содержащие, помимо собственно российской прибыли, перспек тиву получения дивидендов от континентальных транзитных по токов. К концу XIX в. почти 70% размещенных за границей цен ных бумаг составляли государственные или гарантированные авторитетом правительства займы, взятые под проекты создания железных дорог78.

Характерно, что, несмотря на активное инвестирование же лезнодорожного строительства, за время правления Александра III инвестиционные поступления остались примерно на том же уровне, что и в предшествующее царствование (2460 млн руб. — в 1881 г. и 2951 млн руб. — в 1893 г.). Экономический прорыв про исходил, таким образом, при опоре на собственные силы, а вовсе не на внешние источники финансирования79.

При Александре III не только не создавалось благоприятно го «инвестиционного климата», но, напротив, в целях защиты национальной экономики чинились многочисленные препоны для предпринимательской деятельности иностранцев. Устанав ливался, к примеру, запрет на занятие иностранцами горными промыслами. Им запрещалось приобретать недвижимость, а также владеть и пользоваться ей вне пределов городских и тор говых поселений ряда западных губерний Российской империи.

Слабонаселенные регионы страны, такие как Сибирь или Приа мурье, были ограждены законом от возможного заселения их ино странными гражданами. Да и вообще, для открытия собственно го дела в России иностранцу, как правило, требовалось получить соответствующее императорское дозволение. Показательно, что Россия и мировой бизнес: Дела и судьбы / Под общ. ред. и с предисл. В.И. Бо выкина. М., 1996. С. 14.

Иностранное предпринимательство и заграничные инвестиции в России:

Очерки. М., 1997. С. 15, 315–316.

с 1869 по 1896 г., в России было создано лишь 71 иностранное предприятие80.

Иностранцы по масштабам деловой активности в российских столицах, наиболее тяготеющих в сравнении с другими городами к космополитизации, занимали лишь 4–5-е места среди различ ных групп населения (в Москве — 4-е, в Петербурге — 5-е). Они составляли не более 8% как оптовых, так и розничных (лавочных) торговцев. Характерной чертой деятельности иностранных пред принимателей в России являлась ориентация на зажиточные слои населения, заинтересованные в дорогих импортных товарах81.

Соотношение между иностранными и отечественными вло жениями в российские акционерные предприятия неизменно увеличивалось в сторону последних, достигнув к началу мировой войны превышения в 2,4 раза. Реальная доля иностранного ин вестирования была даже ниже показателей, фиксируемых офи циальной статистикой. Российские компании и банки, утвержда ет В.И. Бовыкин, обращались к иностранцам главным образом не по финансовым, а по рекламным соображениям, желая запо лучить западную маркировку, считавшуюся признаком высокого качества82.

Даже в нэповский период иностранные концессии не играли существенной роли в советской экономике. Для их учреждения в СССР требовалось специальное разрешение Совета Народных Комиссаров. Всего за время нэпа было открыто лишь 144 иност ранных концессии (в число которых входили совместные акци онерные общества за рубежом, организации, финансирующие экспортные операции и т. п.). Причем 39 из них предпочитали расплачиваться с советскими партнерами не деньгами, а про дукцией. Другие, как германская фирма «Юнкерс», заключив шая договор об организации производства дюралюминия, так Поткина И.В. Законодательное регулирование предпринимательской де ятельности иностранцев в России. 1861–1916 гг.. // Иностранное предприни мательство и заграничные инвестиции в России: Очерки. С. 23–25.

Юхнева Н.В. Этнический состав и этносоциальная структура населения Петербурга. Л., 1984. С. 67;

Шацилло М.Н. Иностранцы в составе российского предпринимательства // Иностранное предпринимательство и заграничные инвестиции в России: Очерки. С. 40–41, 43.

Бовыкин В.И. Заключение // Иностранное предпринимательство и загра ничные инвестиции в России: Очерки. С. 316, 318.

и не институционализировалась в Советском Союзе. Учитывая спекулятивный характер деятельности многих концессий уже в 1930 г. принимается решение об отказе от их дальнейшего от крытия. В последующие годы шла последовательная ликвидация концессионных структур. К 1936 г. в СССР сохранялось лишь 11 иностранных концессий, которые имели в большей степени политическое, чем экономическое значение83.

Доктрина «опоры на собственные силы» составила, как из вестно, идеологию программы индустриализации. В результате ее реализации Советский Союз достиг такого положения, что мог бы в принципе существовать в автономном режиме. Уровень экономической диверсификации СССР был наивысшим в мире.

Вовсе не иностранные инвестиции, а государственная мобилиза ция экономики обеспечила наиболее стремительный за всю оте чественную историю индустриальный спурт. В противоречии с принципом опоры на собственные силы в настоящее время развивается структурная специализация рос сийского экспорта. В настоящее время он имеет крайне низкую степень диверсифицированности (табл. 5). Это наиболее нагляд но проявляется при сопоставлении российских показателей с экспортной системой других стран «большой восьмерки». Пер вая (по объему) статья экспорта нигде не превышала 14,5% (по казатель Японии) от общего объема поставок. Данный уровень даже уступает второй экспортной статье российской экономи ки — природному газу — 14,9%. Приоритетная же для России торговля сырой нефтью и вовсе составляет 29% ее совокупного экспорта. При сложении с продажей нефтепродуктов эта величи на возрастает до 39,5%, что позволяет ставить вопрос об угрозе национальной безопасности85.

Конечно, далеко не все в России, особенно в Москве, подде ржат идею оптимизации меры автаркийности экономической политики. Однако такая позиция представляется крайне близо Пентелин А.В. Советская государственно-капиталистическая концессион ная политика в 1920-е гг. Автореф. … канд. ист. наук. М., 1998;

Косых Е.С. Со ветская концессионная политика в 1920-е гг. // Сталин. Сталинизм. советское общество: К 70-летию В.С. Лельчука. М., 2000. С. 75–95.

Лельчук В.С. Индустриализация // Переписка на исторические темы. М., 1989. С. 351–352.

«Группа восьми» в цифрах. 2006: Статистический сборник, М., 2006. С. 98–100.

Таблица Структура экспорта в странах «большой восьмерки» (в %) Первая статья Вторая статья Третья статья Страна экспорта экспорта экспорта 6 (медицинская и 5,8 (легковые ав- 4,7 (сырая нефть и Великобритания фармацевтичес томобили) нефтяные масла) кая продукция) 3,2 (медицинская 3,4 (легковые ав Германия и фармацевтичес- 2,3 (пластмассы) томобили) кая продукция) 3,5 (медицинская 3,3 (детали и ак 3,4 (мебель и дета Италия и фармацевтичес- сессуары к авто ли к ней) кая продукция) мобилям) 7,5 (газ природ 11,5 (легковые ав- 5,4 (сырая нефть и Канада ный и искусствен томобили) нефтяные масла) ный) 29,0 (сырая 14,9 (газ природ- 10,5 (нефтепро Россия нефть) ный) дукты) 6,6 (электронные 5,5 (летательные 3,9 (детали и ак США лампы и трубки, аппараты и обо- сессуары к авто транзисторы) рудования к ним) мобилям) 5,4 (летательные 5,0 (медицинская 8,4 (легковые ав Франция аппараты и обо- и фармацевтичес томобили) рудование к ним) кая продукция) 7,5 (электронные 4,3 (детали и ак 14,5 (легковые ав Япония лампы и трубки, сессуары к авто томобили) транзисторы) мобилям) рукой. То, что России отведен в проекте глобализуемого мира статус сырьевого придатка — еще не факт. Российские либералы, оправдывая современную нефтяную специализацию, зачастую апеллируют к опыту различных «эмиратов», безбедно живущих за счет экспорта нефти. Но только Россия — это не эмираты. Она по-прежнему — крупнейшая страна в мире, на чьей территории проживают 142 млн человек. Так что более вероятным сценарием в идущей глобализации является не просто консервация России в качестве «сырьевого придатка», а раздробление ее на множество «эмиратов». Нефтегазовым зонам может действительно найтись место в глобальном мире, тогда как индустриальные и аграрные территории с проживающим в них подавляющим большинством россиян ожидает весьма мрачная перспектива. Либеральные на дежды на то, что Россия будет допущена к «мировому пирогу»

«золотого миллиарда» представляются по меньшей мере утопич ными.

2.6. Российские экономические тренды:

историко-статистическая верификация В целях статистической иллюстрации концепта о цивили зационной парадигме формирования национальных экономик целесообразно рассмотреть «индустриальную фазу» развития Российской империи второй половины XIX — начала XX вв., со относящуюся с тремя царствованиями, и, соответственно, моде лями экономической политики.

После 1861 г. в России фиксировался определенный спад про изводства, что традиционно объяснялось трудностями реструк туризации крепостного хозяйствования. В течение некоторого времени положение стабилизировалось и наблюдался экономи ческий прирост. Впрочем, темпы развития национальной эконо мики в период правления Александра II оказались в сравнении с передовыми странами Запада столь незначительны, что уместнее было бы говорить об экономическом провале. Занимая к середине XIX в. второе после Великобритании место по объемам промыш ленного производства Российская империя, ввиду стремитель ного рывка своих конкурентов, утратила свои былые позиции.

К концу правления Александра II ее доля в мировом промыш ленном производстве составляла лишь 2,9%, что соответствова ло пятой строчке в экономической иерархии государства. Вновь на второе место выведет ее в очередной раз ценой неимоверных усилий и жертв советская индустриализация.

В 1873–1875 гг. российская экономика была поражена первым за ее историю «капиталистическим кризисом». Характерно, что он сказался прежде всего на мелкой промышленности, фактичес ки не затронув государственный сектор. С 1878 г., давшего 20% прироста промышленного производства, наконец-то начался подъем.

Он соотносился с кардинальной сменой экономического кур са, которая выражалась, во-первых, в существенном увеличении государственных заказов, обусловленных обстоятельствами рус ско-турецкой войны, и, во-вторых, резким ужесточением тамо женной политики86. Тем не менее экономический итог правления Александра II выражался, согласно констатации энциклопеди ческого словаря Ф.А. Брокгауза и И.А. Ефрона, в истощении пла тежных сил и всеобщем понижении благосостояния населения.

Из 26 лет александровского царствования только 5 оказались бездефицитными. Общая же сумма дефицита превысила 1 млрд руб. Вопреки распространенному в советской историографии мнению о депрессивном состоянии российской экономики 1881– 1887 гг., статистика фиксирует резкий прирост за данный период по всем промышленным направлениям. По оценке английских историков А. Милворда и С. Саула, начиная с 1880 г. «промыш ленный рост России был самым быстрым в Европе»88. После дли тельного дефицитного состояния, наконец, был достигнут про фицит бюджета. Сравнительный анализ последнего десятилетия правления Александра II с первыми десятью годами царствования Александра III не оставляет сомнений какая из экономических моделей была более предпочтительной для России (рис. 25)89.

С 1893 г. в Российской империи вообще начался небывалый экономический подъем, характеризуемый зачастую в истори ческой литературе как «русское экономическое чудо». Среднего довой прирост в промышленности составил 9%. Доля России в мировом промышленном производстве возросла к концу XIX в.

до 7% (что позволило ей сравняться по валовым экономическим показателям с Францией)90.

Основу экономической стратегии при Александре III составил таможенный протекционизм. Его активными адептами выступа ли министры финансов Н.Х. Бунге и особенно И.А. Вышнеград История СССР, 1861–1917 / Под ред. В.Г. Тюкавкина. М., 1989. С. 66–67.

Россия: Энциклопедический словарь. Л., 1991. (Репринт изд. Ф.А. Брокгауза и И.А. Ефрона. СПб., 1898). С. 190–192.

Milward A.S., Saul S.B. The Development of the Economics of Continental Eu rope. 1850–1974. L., 1977. P. 424.

Россия: Энциклопедический словарь. С. 305–309.

История СССР, 1861–1917. С. 195.

тыс. пудов 1871–1880 гг.

1881–1890 гг.

Рис. 25. Рост промышленного производства в Российской империи в 1871–1890 гг. (в среднем за год, в тыс. пд) ский. Повышение пошлин по различным статьям ввоза и вывоза осуществлялось фактически на всем протяжении царствования Александра III. Многие виды товаров, в целях поддержания оте чественного производителя, вовсе запрещались для ввоза в стра ну. Причем размер таможенных сборов снижался при торговле с «благоприятствующими России» государствами91.

Начавшийся уже с 1882 г. перевод в казну частных железных дорог отражал другой элемент экономического курса Алексан дра III — приверженность принципу этатизации. Первоначаль но в формате обозначенной политики шел и министр финансов С.Ю. Витте, свидетельством чего явилось установление в 1894 г.

питейной монополии. Однако уже к концу 1890-х гг. обнаружи вается противоположный крен виттевской политики, проявив шийся, в частности, в установлении в 1898 г. золотого мономе таллизма. Вслед за тем, уже в 1898 г. обнаруживается заметное Россия: Энциклопедический словарь. С. 192–196, 282–283.

снижение темпов промышленного производства. В 1900–1903 гг.

российская экономика пребывала в состоянии глубокого эконо мического кризиса, что является общепризнанным в историчес кой литературе. Только в 1902 г. объемы промышленного произ водства сократились на 9%, а по некоторым отраслям — до 15%.

Кризис сменился затяжной депрессией, продолжавшейся вплоть до второй половины 1909 г. Новый экономический рост 1909–1913 гг. как по своей продол жительности, так и по интенсивности, уступал подъему 1890-х гг.

К началу войны представительство России в мировом промыш ленном производстве составляло 5,3%, что было несколько ниже ее доли в 1898 г. Сократившееся было в конце XIX в. катастрофи ческое отставание России от США за период 1900–1913 гг. вновь возросло93. Некоторые исследователи оспаривают сам тезис о непрерывном подъеме 1909–1913 гг., указывая, что для 1911 и 1912 гг. более подходит определение «экономическая заминка».

Отмечаются также некоторые, пусть и не столь очевидные, эта тистские подвижки в политике В.Н. Коковцова по сравнению со столыпинским экономическим курсом. Характерно, что кризис 1914 г. начался еще до вступления России в мировую войну, кото рая лишь усугубила его масштабы94.

Сравнительная качественная характеристика различных сис тем экономической политики Российской империи фазы индус триализации подтверждает, таким образом, гипотезу о том, что вектор автаркизации и этатизации экономики, присущий по литике Александра III, наиболее адекватно отражает евразий скую цивилизационную парадигму, дающую успех российско му экономическому развитию. Авторы, естественно, не выдают выявленную закономерность за абсолютный закон, но с учетом представлений, развитых выше, о значимости для национально го экономического успеха цивилизационных кодов, специфики страны исторические иллюстрации показывают устойчивую и непротиворечивую картину.

История СССР, 1861–1917. С. 195–197.

Folke Hilgerdt. Industrialization and Foreign Trade. Geneva, 1945. P. 13;

Россия и мировой бизнес: Дела и судьбы. М., 1996. С. 7.

Первушин С.А. Хозяйственная конъюнктура. Введение в изучение динами ки русского народного хозяйства за полвека. М., 1925. С. 164–165, 177–190.

Уровень успешности сменяемых в истории России моделей экономики особенно наглядно прослеживается на фоне динами ки мирового хозяйственного производства. В России в период правления Александра II темпы экономического роста были су щественно ниже, чем на Западе. Напротив, при Александре III — наивысшими в мире. При установлении виттевской экономичес кой модели соотношение интенсивности развития мир-экономик вновь изменяется в пользу Запада. Первой строчки в мировом та бели экономического развития удалось снова достичь в период советской индустриализации. Причины таких колебаний кроют ся, как было показано выше, в том числе в степени соотношения государственного курса с цивилизационной традицией.

Применительно к тезису о факторной связи динамики эконо мического роста в России с мерой автаркизации целесообразно проследить эволюцию внешнеторгового баланса. В Российской империи по преимуществу вывоз товаров преобладал над их вво зом. Обеспечиваемое протекционистской политикой государства такое положение являлось залогом развития инфраструктур на циональной экономики. Активность торгового баланса характе ризовалась Д.И. Менделеевым в качестве одного из главных меха низмов процветания российской экономики. Напротив, для ряда других стран, таких, например, как Великобритания, выдающий ся русский мыслитель считал более естественным отрицательное сальдо во внешней торговле95.

Только 11 противоестественных в экономическом плане лет за все время существования Российской империи импорт преоб ладал над экспортом. Характерно, что 10 из них (1866–1875 гг.) приходятся на эпоху правления Александра I, а 11-й (1899 г.) на время непосредственного вступления в действие виттевского зо лотого монометаллизма (рис. 26)96.

Еще до восшествия на престол Александра III само правитель ство, признав ошибочность прежней либеральной таможенной политики, выраженной уставами 1857 и 1868 гг., устанавливает с 1 января 1877 г. охранительные торговые пошлины. Результат Менделеев Д.И. Заветные мысли. М., 1995. С. 99–134.

Отечественная история. История России с древнейших времен до 1917 года.

Т. 1. С. 414.

Ма гг.

гг.

Ше Ль Ше Хл Рис. 26. Импорт товаров в Российскую империю в 1871–1890 гг.

(в среднем за год, в тыс. пд.) не замедлил сказаться в виде почти сразу же наступившей фазы экономического подъема.

В правление Александра III наблюдается не просто долевое со кращение импорта в российском торговом балансе, а даже умень шение по основным статьям абсолютных цифр ввоза товаров97.

Еще более удивительно, что в целом внешнеторговый оборот, при переводе его в денежную массу, не только не возрос или хотя бы остался на прежнем уровне, но уменьшился (рис. 27)98. И это при том, что, как было показано выше, по всем направлениям шел активный экономический рост. Следовательно, взамен ори ентации на внешнего потребителя, шло преимущественное насы щение внутреннего рынка.

Россия: Энциклопедический словарь. С. 285–309.

Там же.. С. 328.

Рис. 27. Внешнеторговый оборот Российской империи в 1871–1890 гг. (в среднем за год, в млн руб. зол.) В результате ограничительной политики правительства реа лизовывались вовне только те товары, которые не находили сбы та внутри страны. В этом собственно и заключается экономичес кий эффект автаркийной оптимизации.

В период наиболее интенсивного экономического развития за 1890-е гг. товарооборот внешней торговли еще более сократился по отношению к показателям конца 1880-х гг.99 Симптоматично, что в предкризисный 1899 г. наблюдался крупнейший в истории российской империи годовой рост товарооборота, составивший 24,1%. А уже в 1900 г. он резко приостановился100.

Тенденция сокращения внешнего товарооборота фиксирует ся и применительно к периоду нового экономического подъема 1909–1913 гг. В докладной записке Совета Съезда представителей Первушин С.А. Указ. соч. С. 173.

Там же. С. 166.

промышленности и торговли от 10 июля 1914 г. отмечался факт более чем двукратного сокращения торгового баланса в 1913 г. по сравнению со статистическими показателями 1911 г. Этатистско-автаркийным форматом управления экономикой характеризовался и опыт советской индустриализации. Ни од ной из современных экономик не присуща столь высокая дина мика развития. Набранные темпы были рекордными и в истории национального хозяйствования (табл. 6)102.

Таблица Среднегодовые темпы роста продукции промышленности в первые пятилетки (в %) Промышленность 1-я пятилетка 2-я пятилетка 3-я пятилетка Вся 19,2 17,1 13, Группа «А» 28,5 19,0 15, Группа «Б» 11,7 14,8 10, Оборонная – – 39, Беспрецедентный прорыв в сфере индустриализации был осуществлен в ущерб сельскому хозяйству, посредством связан ной с процессом коллективизации эксплуатацией многомилли онной крестьянской массы. Действительно, в переходный период коллективизации показатели аграрного сектора снизились. Но к концу 1930-х гг. Советский Союз превзошел показатели в сель скохозяйственной сфере царской России (рис. 28)103.

Результаты первых советских пятилеток выглядят еще более убедительными на фоне показателей экономического развития западных демократий. Сопоставление хозяйственной динамики вызывало у многих современников убеждение в преимуществе советской системы экономической организации. При принятии уровня 1928 г. (начало реализации первого пятилетнего плана) за 100% крупнейшие либеральные экономики мира фиксировали Данилов А.А. История России, XX век: Справочные материалы. М., 1996.

С. 33–34.

Белоусов Р.А. Экономическая история России: ХХ век. М.: 2002. Кн. 3. С.

138;

Промышленность СССР. М,, 1957. С. 34.

Белоусов Р.А. Экономическая история России: ХХ век. Кн. 3. С. 222.

млрд руб.

нэпа Рис. 28. Среднегодовой объем продукции сельского хозяйства (в ценах 1965 г.) прирост промышленного производства к 1940 г. на следующем уровне: США — 126%, Великобритания — 130, Франция — 87%.

В то же время СССР достиг показателя в 645%104.

Проверку на прочность советская система организации эко номики прошла в период Великой Отечественной войны. Без государственно-мобилизационного потенциала, обеспечившего форсированную реструктуризацию народного хозяйства на во енный лад и соответствующее перераспределение материальных ресурсов, страна бы не выдержала. Характерно, что на протяже нии всей войны, несмотря на потерю трудовых ресурсов и слож ность эвакуации, объемы выпуска промышленной продукции превышали довоенный уровень (рис. 29)105.

В послевоенный восстановительный период Советский Союз вновь демонстрировал наивысшие в мире темпы экономическо го роста. Несмотря на многочисленные потери в войне, всего за Белоусов Р.А. Экономическая история России: ХХ век. М., 2004. Кн. 3. С. 7.

Народное хозяйство СССР в Великой Отечественной войне. М., 1990.

С. 37.

5 лет он превзошел более чем в 1,7 раза довоенные показатели развития промышленности (рис. 30)106.

Рис. 29. Динамика выпуска промышленной продукции в СССР в период Великой Отечественной войны (1940 г. = 100%) Очередной прорыв был достигнут за счет как увеличения производительности труда, так и снижения себестоимости (табл. 7)107. Констатация этих двух составляющих экономичес кого успеха позволяет утверждать, что в основе форсированных темпов роста лежала не только эксплуатация населения, но и до стижения инженерно-технической мысли.

Симонов Н. Военно-промышленный комплекс в СССР в 1920–1950-е годы.

М., 1996. С. 223.

Белоусов Р.А. Экономическая история России: ХХ век. М., 2004. Кн. 4.

С. 305, 331, 373;

Промышленность СССР. С. 25,29;

История социалистической экономики СССР. М., 1980. Т. 6. С. 47–78.

г.

г.

г.

Рис. 30. Динамика общих объемов промышленной продукции в СССР в 1940–1950 гг. (в %) Таблица Динамика производительности труда и себестоимости продукции в промышленности в 1946–1950 гг.

(в % к предыдущему году) Параметр 1946 г. 1947 г. 1948 г. 1949 г. 1950 г. 1951 г. 1952 г. 1953 г.

Производитель –24 +13 +15 +13 +13 +11 +7 + ность труда Снижение се +0,7 –2,0 –8,6 –6,8 –5,4 –5,4 –4,4 –3, бестоимости Современный исторический стереотип о кризисе позднесовет ской системы экономики гиперболизирован. «Несомненно, было замедление темпов развития. Но чтоб промышленность, сельское хозяйство топтались на месте — это не так. Кому-то, видимо, пон равилось слово “застой” и пропагандистский аппарат постарался обыграть его на все лады. Но разве правильно называть застой ным период, когда за 20 лет (1966–1985 гг.) национальный доход страны вырос в 4 раза, промышленное производство — в 5 раз, основные фонды — в 7 раз?

Несмотря на то, что рост сельскохозяйственного производ ства увеличился за этот период лишь в 1,7 раза, реальные доходы населения росли примерно такими же темпами, что и произво дительность общественного труда, и возросли в 3,2 раза;

прибли зительно в 3 раза увеличилось производство товаров народного потребления на душу населения…Да, действительно, темпы эко номического роста были ниже, чем в предыдущее пятилетие, но в сравнении с развитыми капиталистическими странами, кроме Японии, они были выше или равны»108 (рис. 31)109.

усл. ед.

г.

г.

г.

г.

Рис. 31. Основные показатели развития советской экономики в 1960–1980-е гг. (1950 г.=1) Байбаков Н.К. Сорок лет в правительстве. М., 1993 С. 220.

Белоусов Р.А. Экономическая история России: ХХ век. М., 2006. Кн. 5. С. 11;

Страна Советов за 50 лет. М., 1967. С. 31;

Народное хозяйство СССР в 1980. М., 1981. С. 37–38;

Народное хозяйство СССР в 1990 г. М., 1991. С. 5.

Другое дело, что существует точка зрения о значительных приписках и искажении итоговой статистики.


Среднегодовые темпы экономического роста СССР находились в тренде сниже ния. При их хронологическом соотнесении с эволюцией модели советской экономики (а она испытывала серьезную трансфор мацию при каждой новой смене высшего руководства — «ста линская модель», «хрущевская модель», «брежневская модель», «андроповская модель», «горбаческая модель») обнаруживается зависимость темпорального угасания от фактора отступления от мобилизационных принципов ее управленческой органи зации. Впрочем, даже в начале 1980-х гг. экономический рост СССР был заметно активнее, чем у большинства западных вы сокоразвитых стран в настоящее время. Так что утверждение о проигрыше Советским Союзом в экономическом развитии тре бует, по крайней мере, более подробной и точной аргументации (рис. 32)110.

Принципиально иную историческую ситуацию, по отноше нию к характеризуемым автаркийно-этатистскими установками наиболее успешным периодам развития российской экономики, можно наблюдать в эпоху так называемых «демократических ре форм». Статистика говорит о произошедшей в конце 1980-х гг.

резкой переориентации как отечественного потребителя, так и производителя на внешний рынок. Катализатором экономичес кого упадка явился отказ от государственного регулирования внешнеторговой деятельности. Рубежный характер 1989 г., как даты ликвидации монополии внешней торговли (постановле ние Совмина СССР № 1405 «О дальнейшем развитии государс твенных, кооперативных и иных общественных организаций» от 2 декабря 1988 г.), четко отделяет фазы роста и упадка советской экономики (табл. 8)111.

Белоусов Р.А. Экономическая история России: ХХ век. Кн. 5. С. 11;

Страна Советов за 50 лет. С. 34,80;

Народное хозяйство СССР за 1960 г. М., 1961.

С. 82;

Народное хозяйство за 1967 г. М., 1968. С. 328, 671, 712;

Народное хо зяйство СССР, 1922–1972. М., 1972. С. 48;

Народное хозяйство СССР, 1922– 1982. М., 1982. С. 464;

Народное хозяйство СССР в 1990 г. М., 1991. С. 8;

Про мышленность СССР. М., 1988. С. 6;

Капитальное строительство СССР. М., 1988. С. 8–9.

Страны-члены СНГ в 1991 г.: Статистический ежегодник. М., 1992. С. 17–20.

Рис. 32 Среднегодовые темпы пятилетнего прироста в народном хозяйстве СССР в 1951–1985 гг.

Таблица Производство важнейших видов продукции в СССР в 1985–1991 гг.

1985 1986 1987 1988 1989 1990 Вид продукции г. г. г. г. г. г. г.

Промышленная продукция Электроэнергия, млрд 1486 1539 1604 1642 1653 1659 кВт·ч Газ, млрд м3 643 686 727 770 796 815 Нефть (включая газовый 595 615 624 624 607 571 конденсат), млн т Уголь, млн т 725 749 758 770 739 702 Чугун, млн т 109 113 113 114 113 110 90, Сталь, млн т 153 159 160 161 158 153 Готовый прокат черных ме 106 110 112 114 114 110 95, таллов, млнт Трубы стальные, млн м 2715 2740 2773 2845 2839 2837 млн т 18,8 19,2 19,8 20,3 20,1 19,0 16, Продолжение таблицы 1985 1986 1987 1988 1989 1990 Вид продукции г. г. г. г. г. г. г.

Железная руда (товарная), 248 250 251 250 241 236 млн т Электродвигатели пере 8320 8435 8344 8487 8202 7839 менного тока, тыс. шт.

Металлорежущие станки, 186 177 166 162 153 147 тыс. шт.

Кузнечно-прессовые ма 52,6 51,6 46,1 43,6 42,1 42,2 38, шины, тыс. шт.

Автомобили, тыс. шт. 2209 2234 2255 2185 2090 2097 Тракторы, тыс. шт. 585 595 567 559 532 495 Зерноуборочные комбай 112 112 96,2 71,3 62,2 65,7 55, ны, тыс. шт.

Минеральные удобрения (в пересчете на 100% пита- 31,9 33,4 34,9 35,8 33,1 30,7 28, тельных веществ), млн т Минеральные удобрения (в пересчете на 100% пита- 346 332 327 317 276 205 тельных веществ), млн т Серная кислота в моногид 25,0 26,8 27,4 28,3 27,2 26,4 23, рате, млн т Каустическая сода, 100%, 3056 3229 3288 3323 3185 2974 тыс. т Химические волокна и 1301 1378 1414 1449 1454 1385 нити, тыс. т Синтетические смолы и пластические массы, тыс. 4814 5121 5247 5423 5508 5304 т Шины автомобильные, для сельскохозяйственных ма 65,2 66,0 67,8 69,1 69,7 68,2 63, шин, мотоциклов и мото роллеров, млн шт.

Пиломатериалы, млн м3 93,8 97,9 97,9 100 98,2 88,9 77, Целлюлоза млн т 8,1 8,4 8,4 8,5 8,3 7,7 6, Бумага, млн т из нее газет 5,6 5,7 5,8 5,9 5,9 5,8 5, ная, млрд м Картон, млн т 3,8 4,0 4,1 4,3 4,1 4,1 3, Цемент, млн т 124 128 131 133 134 131 Продолжение таблицы 1985 1986 1987 1988 1989 1990 Вид продукции г. г. г. г. г. г. г.

Асбестоцементные листы (шифер), млн условных 7956 8258 8463 8584 8714 8733 плиток Строительный кирпич, млрд шт. условного кир- 38,5 39,9 40,6 42,3 43,3 43,7 42, пича Пищевая продукция Мясо (промышленная вы 9885 10721 11276 11843 12178 12047 работка, тыс. т Колбасные изделия, тыс. т 3207 3343 3495 3630 3716 3757 Мясные полуфабрикаты, 1442 1500 1585 1632 1656 1652 тыс. т Улов рыбы и добыча дру 9091 9722 9736 9849 9735 9183 гих морепродуктов, тыс. т Животное масло, тыс. т 1367 1456 1512 1565 1577 1591 Сыры жирные, тыс. т 725 751 772 801 809 804 Цельномолочные продук ция (пересчете на молоко), 28,0 29,5 30,5 31,5 32,5 32,6 29, млн т Маргариновая продукция, 1367 1409 1487 1446 1457 1363 тыс. т Сахар-песок, тыс. т 11,3 12,2 13,1 11,5 12,8 11,9 9, Растительное масло, тыс. т 2524 2862 2926 3118 3226 3235 Консервы, тыс. условных 16192 17961 18556 18903 19010 18702 банок Сухие фрукты, тыс. т 61,2 79,7 68,9 60,0 37,2 49,4 40, Свежезамороженные ово 3,4 3,5 3,9 3,6 4,7 4,2 7, щи, тыс. т Кондитерские изделия, 4046 4191 4374 4594 4893 5003 тыс. т Макаронные изделия, тыс.

1604 1631 1687 1729 1749 1790 т Минеральные воды, млн 2150 2504 2731 2939 3072 2809 полулитров Безалкогольные напитки, 357 463 496 567 578 545 млн дал Соль (добыча), млн т 16,1 15,3 15,4 14,8 15,0 14,7 14, Продолжение таблицы 1985 1986 1987 1988 1989 1990 Вид продукции г. г. г. г. г. г. г.

Важнейшие виды непродовольственных товаров Ткани всех видов, млрд м2 11,3 11,6 12,0 12,3 12,4 12,1 10, Чулочно-носочные изде 1687 1743 1815 1876 1877 1949 лия, млн пар Трикотажные изделия, млн 1549 1590 1646 1703 1749 1758 шт.

Обувь, млн пар 744 755 763 773 782 796 Радиоприемные устрой 7274 7011 6271 6263 7075 7601 ства, тыс. шт.

Телевизоры, тыс. шт. 8734 8769 8377 8926 9260 9931 Магнитофоны, тыс. шт. 4391 4232 4788 5291 5431 5980 Холодильники и моро 5550 5620 5649 5886 6115 6236 зильника, тыс. шт.

Стиральные машины, тыс.

4421 4724 5118 5448 6086 7242 шт.

Электропылесосы, тыс. шт. 3920 4117 4291 4629 4902 5544 Швейные машины, тыс.

1504 1530 1483 1550 1554 1754 шт.

Мотоциклы и моторолле 1148 1129 1046 1068 1076 1093 ры, тыс. шт.

Обои, млн условных кус 382 428 489 525 537 561 ков Тетради школьные, млн 4690 4576 4521 4636 4699 4572 шт.

Валовой сбор сельскохозяйственных культур Зерно (в весе после дора 173306 188199 187605 175181 190401 211519 ботки), тыс. т Хлопок-сырец (закупки), 8755 8234 8084 8690 8566 8305 тыс. т Хлопок-сырец (в пересче те на волокно: закупки), 2782 2660 2502 2762 2657 2593 тыс. т Сахарная свекла (фабрич 81035 77996 89448 86317 95905 80345 ная), тыс. т Подсолнечник на зерно, 5221 5266 6113 6147 7067 6550 тыс. т Льноволокно, тыс. т 325 347 410 305 326 231 Картофель, тыс. т 68659 81796 72288 58703 67766 60131 Овощи, тыс. т 26785 28310 27945 27905 27499 25571 Продолжение таблицы 1985 1986 1987 1988 1989 1990 Вид продукции г. г. г. г. г. г. г.

Основные продукты животноводства Мясо (в убойной массе), 15,9 16,8 17,6 18,4 18,9 18,8 17, млн т Молоко, млн т 91,7 95,2 96,6 99,6 101,3 101,5 94, Яйца, млрд шт. 73,9 77,2 79,1 81,4 81,2 78,3 76, Шерсть (в физической мас 439,4 461,9 454,4 470,3 472,0 467,9 434, се), тыс. т Казалось бы, цифры душевого потребления на постсоветском пространстве рубежа 1991–1992 гг. не свидетельствовали о низ ком уровне жизни населения. Хотя правда и в том, что качество большинства советских потребительских и инвестиционных то варов значитеьно уступало зарубежным. Тем не менее цифры по основным показателям коррелировали со статистикой благосо стояния граждан в ведущих капиталистических странах высту павших ориентиром горбачевско-ельциновскому реформирова нию (табл. 9) 112.

Откуда же взялся отчетливый позднесоветский товарный де фицит? Очевидно, что производимая продукция, ввиду открытия шлюзов внешней торговли, попросту не доходила до отечествен ного потребителя. В отличие от эпохи Александра III, свободный советско-российский экспорт рассматриваемого периода не носил остаточного по отношению к потребностям внутреннего рынка характера. Многие товары, минуя потенциального российского покупателя, шли напрямую за рубеж. Притчей во языцех стал, на пример, дефицит в СССР ширпотреба. При этом Советский Союз, вступая в последний год своего существования, производил 75% мирового производства льняных тканей;

13% хлопчатобумажных;

19% шерстяных (2,6 м2 на человека, тогда как в ФРГ — 2,4 м2, в США — 0,7 м2);

12% шелка;

19–20% чулочно-носочных изделий (2,9 пар на человека, конечно же, мало, но для сравнения, в Вели кобритании — 0,8 пар, в США — 3,5 пар);

22% трикотажных изде Страны-члены СНГ в 1991 г.: Статистический ежегодник. М., 1992.

С. 568–569.

Таблица Производство важнейших видов промышленной и сельскохозяйственной продукции на душу населения в отдельных странах в 1991 г.

Россия Великобритания Италия Китай США Франция ФРГ Япония Электроэнергия, кВт·ч 7183 5583 3804 588 12919 7541 6667 Нефть (включая газовый 3109 1523 74 123 1475 53 52 конденсат),кг Газ естественный, м3 4032 966 301 14 2064 53 241 Уголь, кг 2376 1594 27 931 3578 213 2732 Сталь, кг 518 288 434 60 317 325 634 Железная руда (товарная), кг 611 0,9 — 152 215 155 1,3 0, Минеральные удобрения (в пе ресчете на 100% питательных 101 27 22 18 92 63 48 веществ), кг Серная кислота в моногидрате, 78,0 32 30 12 160 64 54 кг Химические волокна и нити, кг 3,6 7 12 2 15 4 15 Синтетические смолы и пластические массы (без смол 18 40 56 2 119 76 135 и полупродуктов для синтети ческого волокна), кг Тракторы (без садово-огород ных малой мощности;

на 1000 1,2 1,4 1,0 0,4 0,4 0,2 1,2 1, человек населения), шт.

Легковые автомобили (на 6,9 22 28 0,05 21 56 77 человек населения), шт.


Продолжение таблицы Бумага, кг 32,0 70 81 11 139 117 157 Цемент, кг 521 244 707 215 279 441 478 Хлопчатобумажные такни, м2 35,6 3,1 20 15 15 13 13 Шерстяные ткани, м2 2,6 1,4 7,8 0,4 0,5 1,5 1,2 2, Шелковые ткани, м2 6,4 4,1 11 1,6 35 12 19 Обувь, пар 2,3 1,5 6,2 0,3 0,8 2,9 0,9 0, Зерновые и зернобовые куль туры (в весе после доработки), 599 408 302 338 1255 1030 413 кг Хлопок (в пересчете на волок — — — 4,5 15,2 — — — но), кг Сахарная свекла (фабричная), 163 140 221 13 98 513 390 кг Картофель, кг 231 112 43 24 69 83 114 Мясо (в убойной массе), кг 63 67 64 25 123 112 87 Молоко, кг 350 267 195 4,5 269 488 374 Сахар-песок, кг 20,9 22 26 5,5 22 75 53 Животное масло, кг 4,9 2,4 1,4 … 2,2 10,0 6,3 0, Улов рыбы и добыча морепро 46,8 15 10 11 23 15 3,4 дуктов, кг лий;

10,9% телевизоров;

15% утюгов;

17,4% холодильников;

12,6% стиральных машин;

4,4% фотоаппаратов;

17,1% часов.

«Зерновая проблема» также оказывается на поверку парадок сальной, при учете того, что в 1991 г. в СССР валовый сбор ячме ня составил 29,5% его мирового производства;

пшеницы — 16,2;

овса — 45,1;

ржи — 55%;

различных видов кормового зерна — от 10,1 до 13,7%.

В условиях исчезновения с прилавков магазинов тривиальной пищевой продукции доля Советского Союза в мировом производ стве масла составляла 21,4%;

молочных консервов — 33,7;

мяса — 11,7;

сахара — 15,7;

пищевого растительного масла — 12,7;

конди терских изделий — 30,7;

шоколада — 19,6;

рыбных консервов — 42;

маргарина — 12,2%. Доля же советского народонаселения по отно шению к народонаселению мира составляла лишь 4,88%113.

Для классификации перманентного процесса вывоза товаров из страны в 1990-е гг. подходит даже не столько понятие «экс порт», сколько «распродажа». Данные табл. 10 иллюстрируют стремительную переориентацию советского производителя на внешний рынок при снятии государственной регулировки экс портно-импортных отношений114.

Таблица Торговля товарами народного потребления в СССР в 1991 г.

Товар Вывезено Продано в СССР Холодильники, млн шт. 3,152 3, Магнитофоны, млн шт. 2,516 4, Пылесосы, млн шт. 2,631 3, Мясорубки, тыс. шт. 650 Магнитолы, тыс. шт. 750 Радиоприемники, млн шт. 3,589 5, Швейные машины, тыс. шт. 624 Стиральные машины, млн шт. 3,724 3, Фотоаппараты, млн шт. 1,600 1, Часы, млн шт. 56 Автомобили, тыс. шт. 720 Телевизоры, млн шт. 7,420 2, Вся статистика. М., 1992. С. 10–102.

Проблемы торговли: Статистический сборник. М., 1992. С. 22–32;

Молодая гвардия. 1992. № 5–6. С. 171.

Небывалый в мировой экономической истории рост экспорт ных операций, совпадающий по времени с процессом политичес кой дезинтеграции СССР, объясняется минимизацией товарных цен. Продажа за бесценок значительной части реализованной на внешнем рынке продукции даже не позволила инвестировать должным образом национальную экономику, приведя лишь к баснословному обогащению лиц, причастных к заключению тор говых сделок. Не надо забывать при этом, что валютные поступ ления в экономику СССР в этот период упали пропорционально падению мировых цен на нефть. Но валюта была нужна для обо ронных и иных нужд государства.

Впрочем, синдром тотальной распродажи не был преодолен и в последующие годы. Экспорт России в 2000 г. составлял 42,6% российского ВВП. В то время как в США он соответствовал 7,2%, в Евросоюзе — 8,6, в Японии — 9,7%115.

Современная структура отношения экспорта к импорту в России также находится в диссонансе с мировым хозяйственным опытом. Для каждой национальной экономики существует опти мум экспортно-импортного баланса. Если для Великобритании исторически характерно отрицательное торговое сальдо, то для Германии — положительное. Как в Российской империи, так и в СССР экспорт товаров традиционно, за исключением коротких хронологических отрезков, превышал импорт. Система экспор тно-импортного баланса в современной России также, казалось бы, построена в соответствии с данной традицией.

Признавая эффективность функционирования экономичес ких моделей с положительным сальдо, недопустимым представ ляется установившийся в Российской Федерации коэффициент покрытия импорта экспортом — 240,3%. Ни в одной из экономи чески развитых стран не имеется такого разрыва. Лидирующая среди государств ЕС по показателю покрытия импорта экспор том Ирландия отстает в коэффициентном отношении от России почти в 1,5 раза, а находящаяся на втором месте Германия — поч ти в 2 раза116.

Независимая газета. 2000. 26 июня. С. 11.

Россия и страны-члены Европейского союза. 2005: Статистический сбор ник. М., 2005. С. 216–217, 219.

Стабильная, предсказуемая политика государства есть важный фактор экономического успеха. Устойчивая политическая тради ция Российской империи обеспечивала благоприятный инвести ционный климат. Показательно приводимое на рис. 33. сопостав ление динамики индикатора предпринимательской уверенности в России и США (рассчитывается как среднее арифметическое значение балансов оценок ожидаемого выпуска основного вида продукции, сложившихся уровней портфеля заказов (спроса для России) и запасов готовой продукции, с обратным знаком) 117.

год Рис. 33. Индикатор предпринимательской уверенности в России и США в 1990–2000 гг.

Взятый за основу 100-летний интервал историко-статисти ческой верификации (рубеж 80–90-х гг. XIX в. и 80–90-х гг. XX в.) подтверждает, таким образом, тезис о закономерности роста не устойчивых процессов в российской экономике при возрастании уровня ее открытости.

2.7. О рисках цивилизационного нарциссизма У кого-то может сложиться впечатление, что за исследованием цивилизационных оснований российской экономики скрывается не более, чем ностальгия по имперской государственности — со «Группа восьми» в цифрах. 2006. С. 102–103.

ветской и царской. И поиск универсальных экономических реше ний — в глубокой старине.

Но обращение к истории имеет другой смысл. Если ряды ис торических примеров выстраиваются в единой смысловой пара дигме, то это есть свидетельство существования закономернос тей. Закономерность — вещь важная для понимания природы современных экономических процессов и проблем, необходимая для выбора современных решений.

Нельзя войти в одну и ту же реку дважды. Историческое раз витие необратимо и несет с современностью крупные обновле ния. Но перекрой истоки этой реки, и она обмелеет. Не так ли происходит ныне с российской цивилизацией?

Феномен развития любой из описываемых систем характери зуется наличием двух качеств. Первое — это изменчивость, смена качественных состояний в направлении усовершенствования. Но совершенствоваться может лишь уже существующий организм.

У него должны наличествовать некие имманентные константно матричные признаки, определяющие его видовую идентичность.

Вторым характерным качеством феномена развития должна быть, таким образом, определена парадигмальная преемствен ность. Следовательно, наиболее динамично развивающейся бу дет такая система, которая обеспечивает синергийное сочетание обоих обозначенных компонентов.

В 1990-е гг. маятник общественного развития качнулся в сто рону первого компонента. Изменения, реализуемые в отрыве от системной преемственности, к развитию, естественно, не приве ли. Более того, они обернулись небывалой для мирного времени экономической катастрофой и деградацией. На уровне массового сознания сложился синдром отторжения самой идеологии разви тия, не зависимо от формата ее презентации: «лишь бы не было перемен». Преемственность без изменений означает системный застой. Государство, избравшее такой путь, исторически обрече но. Оно неминуемо, с той или иной отсрочкой во времени, ока жется жертвой конкурентов.

Однако критика модернизационной невосприимчивости не составляла в данном случае предмета исследовательского ана лиза. Задача заключалась в выработке модели экономической политики, соотносимой с базовыми цивилизационно-ценност ными основаниями государства и общества, т. е. в рассмотрении второго из обозначенных выше компонентов развития. Критика универсалистского реформирования представляется авторам в контексте современных условий России гораздо более актуаль ной, чем критика перегибов цивилизационно-охранительской политики традиционалистского толка. В дальнейшем, возможно, именно последней и будет необходимо уделить основное внима ние, но это время пока еще не настало.

Следует также указать на нетождественность подменяемых зачастую друг другом в общественном дискурсе понятий «консер вация» и «цивилизационная ориентированность». Такая подмена явилась, очевидно, следствием терминологической путаницы, возникшей вокруг идентификации консерватизма как течения общественной мысли в России. Все зависит от того, какая обще ственная система консервируется. Когда К.Н. Леонтьев писал о том, что Россию нужно «подморозить», речь шла о консервации православно-самодержавного строя118.

Консервация в нынешних условиях означает сохранение той деформированной экономической модели, которая сложилась в России в 1990-е гг. Напротив, обращение к цивилизационным ос нованиям российской экономики подразумевает в данном случае выбор в пользу развития. Развитие через обновленное восста новление.

Гибельные последствия цивилизационной самоизоляции пре красно иллюстрирует опыт западной колонизационной экспан сии нового времени. Столкнувшись с инокультурным внешним раздражителем ряд традиционных сообществ избрал путь аб солютной автаркии. Установившийся с утверждения в начале XVII в. политического господства сегуната Токукагава в Японии этот режим получил наименование системы «бамбукового за навеса». Итог общеизвестен: низкий технический потенциал не позволил самоизолированным обществам адекватно противо стоять вооруженным в соответствии с передовыми разработка ми колониалистам. Закрытые общества всякий раз вскрывались посредством тривиального военного диктата.

Еще более плачевным для обществ традиционного типа ока зался путь компрадоризации. И это естественно — солидари Леонтьев К.Н. Избранные произведения. М., 2007.

зация между жертвой и агрессором на практике всегда озна чает легитимизацию порабощения. Обе полярные реакции на вызов западнического проникновения оборачивались для на родов перспективой утраты политического суверенитета. Залог цивилизационного самосохранения достигался, таким образом, в выработке оптимума между традициями и заимствованиями, охранительством и восприимчивостью к иносистемному опыту.

Гибельность пути автаркийного нарциссизма хорошо извест на и по курсу российской истории. Уже в XVII в. для Московской Руси актуализировалась проблема научно-технического отста вания от потенциального внешнего противника в лице Запада.

«Исторически вопрос стоял не о движении России навстречу за падному миру, а о движении западного мира в Россию и вовсе не с культуртрегерскими целями», — констатировал историк вто рой волны эмиграции Н.И. Ульянов119. «Страна расплачивалась за свою многовековую неповоротливость и безграмотность, — оценивал он уровень образования в допетровской Руси. — А ка кова была эта безграмотность можно судить хотя бы по состоя нию арифметических знаний москвичей. Числа изображались не цифрами, а буквами, как это перешло на Русь из Византии. Мос квичи не любили арабских цифр, даже преследовали их. Из четы рех действий арифметики знали кое-как сложение и вычитание.

Умножение и деление давалось плохо. Еще хуже дроби. Не знали приведения к одному знаменателю… Евклидова геометрия вов се не была известна. “Богомерзостен перед Богом всяк любящий геометрию” — гласила тогдашняя церковная мудрость. Измерять площадей и углов не умели… Единственным землемерным ору дием была веревка… Что же касается науки и всяких открытий, то они шли мимо тогдашней России — Коперник, Каплер, Тихо де Браге, Галилей, Ньютон… В других областях знаний, особенно в астрономии, в физике, в географии, москвичи продолжали жить откровениями древних христианских писателей, вроде Козьмы Индикоплова, Епифания Кипрского, и представляли вселенную в форме сундука с полуоткрытой крышкой. Сведения о ботанике и зоологии почерпывались не наблюдением за природой, а из кни ги “Физиолог”, составленной тоже в первые века христианства»120.

Ульянов Н.И. Петровские реформы: Отклики. Нью-Хейвен, 1986. С. 12.

Там же. С. 17–18.

Потребовалась организованная «железной волей» Петра I траги ческая во многих аспектах мобилизация всех сил государства для вывода России из летаргического состояния.

Модернизационный процесс преподносится зачастую как ан титеза цивилизационной идентичности. C этим нельзя согласить ся. Модернизация есть, безусловно, закономерный этап в миро вом историческом развитии. Однако конкретное ее преломление существенно корректируется в зависимости от цивилизационно го контекста. Уместно говорить об адаптационной и дискретной версиях модернизации. Дискретная модернизация протекала в разрыве с цивилизационной традицией. Она представляла разру шительный, радикальный вариант общественных трансформа ций. Напротив, адаптивная версия модернизационного процесса соотносилась с контекстными, средовыми условиями своего осу ществления. Цивилизационная идентичность в данном случае не только не являлась препятствием, но служила особым ресурсом развития. Древние цивилизации создавали своеобразную матри цу. Задача модернизационного этапа заключалась в соотнесении инновационного приращения со спецификой матричных усло вий. Ниже, с опорой на типологию, предложенную известным российским китаеведом А.С. Селищевым, предложены цивили зационные модели протекания модернизационных процессов (табл. 11)121.

Модернизационный процесс в своей первой исторической фазе подразумевал переход от экономики традиционного об щества (иногда идентифицируемой с понятием «феодализм») к стадии индустриального развития. В настоящее время исследо вателями выделяются две модели модернизации — либеральная и консервативная. Отличительной особенностью последней в ее экономическом измерении являлась особая роль государства, со циальный патернализм, идеократическое стимулирование трудо вой деятельности. Именно консервативная модель модернизации была имплементирована в СССР и других странах, традиционно относимых к социалистическому лагерю. В условиях стартового отставания от индустриально развитых государств Запада дан ный выбор позволил аккумулировать ресурсы для достижения Селищев А.С., Селищев Н.А. Китайская экономика в XXI веке. СПб., 2004.

С. 14–15.

Таблица Цивилизационная матрица модернизации Европейско-ан- Арабско-ис- Китайско-конфу Индо-буддийская Критерий тично-христианс- ламская циви- цианская циви- Русская цивилизация цивилизация кая цивилизация лизация лизация Отношение Индивидуальный Материаль- Высшая ценность Постоянное Материальный успех к материаль- успех. ный успех не небытия, Нирва- самосовершенс- имеет подчиненное по ному успеху поощряется, на. Материальный твование челове- отношению к соци рецидивы успех — ничто ка, включае рост альным нормативам восточной материального и идеалам значение;

роскоши. достатка диспаритеты матери альной успешности противоречат социаль ной гармонии Отношение к Индивид во все Человек — пес- В центре — инди- Организован- Идеал соборности.

индивиду большей степени чинка. Ставка вид, но не как сво- ность и дис- Общинно-эгалитарный рассматривается на хорошо бодная личность, циплина, но критерий индивиду как единица об- дисциплини- а как обособ- основанная не альной деятельности щества. Ставка на рованный и ленный человек, на покорности, а сильного инди- покорный воле занятый мыслями на чувстве долга.

вида, на частную старшего соци- о собственном Основа обще собственность, ума. Частная спасении, а также ства — семья достоинство, собственность. спасении своей свободу Основа об- общины. Основа щества — се- общества — семья мья. Общая установка на общественное равенство Продолжение таблицы Европейско-ан- Арабско-ис- Китайско-конфу Индо-буддийская Критерий тично-христианс- ламская циви- цианская циви- Русская цивилизация цивилизация кая цивилизация лизация лизация Социальная Широкие возмож- Большая мо- Кастовость. От- Мобильное Госпатернализм. Высо мобильность ности проявления бильность (се- сутствие социаль- общество не- кий уровень социаль и квалификации годня — раб, ной мобильности. сколько тормо- ной мобильности опре в разных сферах завтра — эмир, Мобильность ни- зится жесткой деляется активностью деятельности. и наоборот). велируется идеей структурой го- государства Высокая мобиль- Но все в сансары сударства (в Ки ность основном за- тае — больше, в висит от удачи. Японии — мень Фатализм. ше). Мобильность Мобильность бюрократичес тормозится ки-рангового религиозно- восхождения нормативными ограничите лями Отношение к Перед законом Индивид часто несет ответственность за членов своей Трактовка закона закону индивид отвечает семьи, рода, гильдии, касты, общины. Традиционное определяется высшей только за себя. правосознание государственной и Рациональное идеологической целе правосознание сообразностью. Хариз матическое правосо знание. Закон может быть противоположен справедливости Продолжение таблицы Европейско-ан- Арабско-ис- Китайско-конфу Индо-буддийская Критерий тично-христианс- ламская циви- цианская циви- Русская цивилизация цивилизация кая цивилизация лизация лизация Отношение к Сфера религии ог- Важность Религиозный Религиозные Идеократия. Религия религии раничена отноше- религиозных иррационализм. принципы как имеет характер идео ниями человека со отношений во Бегство от мира высшая целесо- логии, но не бытовой святыми. Прочие всех сферах объективизации образность. Роль нормативности отношения не общества, в ритуала религиозны том числе и в экономике.

Регламента ционная роль религии Обществен- Усиление челове- Смирение и Жесткая касто- Упор на об- Общественная актив ная актив- ческой активнос- послушание. вость. Обществен- щественную ность инициируема ность ти в обществен- Повиновение ная активность стабильность и сверху. Воля вместо ных отношениях перед старши- минимальна, порядок свободы возможно и жела- ми ввиду своей бес тельно смысленности Отношение Большинство Заповеди Безразличие ин- Слабая полити- Революции сверху.

к политичес- людей в той или ислама не дивида к власти, ческая, но силь- Всплески политической кой деятель- иной степени препятствуют к администрации, ная социальная активизации. Персони ности вовлечены в поли- мусульманину к государству. активность. По- фицированность поли тическую деятель- заниматься Политикой зани- литикой занима- тических ориентиров.

ность политикой, мается ограничен- ется ограничен- Царистский культ.

при условии ное меньшинство ное меньшинство Феномен народной подчинения населения населения. монархии ее императиву Император выше веры закона. Сакра лизация высшей власти форсированной динамики развития122. Экономические показате ли стран социализма позволяют по меньшей мере говорить о кон курентном потенциале консервативной модели модернизации.

Однако концентрация усилий на обеспечении форсирован ных показателей не могла быть долгосрочной. При выполнении модернизационных задач вожжи административного регулиро вания должны были быть несколько ослаблены (реформаторы же решили их сбросить совсем). Переход от форсированно-мобили зационной системы к системе устойчивого развития составлял основную задачу предстоящего реформирования.

Между тем Запад вступил еще в 1960–1970-е гг. во вторую историческую фазу модернизации, состоящую в переходе от ин дустриальной к постиндустриальной экономической системе123.

Соответственно, решение новых модернизационных задач ак туализировалось и для стран социалистического лагеря. По по казателям роста ВВП они еще шли вровень с западным миром.



Pages:     | 1 | 2 || 4 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.