авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 7 | 8 || 10 | 11 |   ...   | 13 |

«Сергей Чертопруд Научно-техническая разведка от Ленина до Горбачева Сканирование: Mobb Deep, распознавание и вычитка: Black Jack ...»

-- [ Страница 9 ] --

Третья – Аркос – базировалась в Англии. Первые го ды ее работы она действительно пыталась заниматься только легальным бизнесом, но затем была вынужде на действовать аналогично Амторгу и Воствагу.

В сфере научно-технической разведки был задей ствован отдел международных связей (ОМС) Комин терна. С момента своего создания в 1920 году ОМС и до ликвидации в 1943 году стал координирующим ор ганом и связующем звеном между Разведуправлением РККА, внешней разведкой и подразделениями Комин терна в различных странах503.

Пятницкий В. И. Заговор против Сталина. – М., 1998, с. 153-154.

Там же, с. 217.

Сотрудничество ОМС с «добывающими» ведом ствами было узаконено еще в проекте Положения об отделениях Коминтерна за границей и представителях Разведупра и ВЧК. Этот документ был датирован 8 ав густа 1921 года. В четвертом пункте положения бы ло указано: «Представитель Коминтерна обязан ока зывать ВЧК и Разведупру и его представителям всяче ское содействие»504.

Формы сотрудничества носили разнообразный ха рактер. Начиная от обмена конфиденциальной инфор мацией и заканчивая вовлечением в секретную разве дывательную работу иностранных коммунистов и тех, кто им сочувствовал. Все они с большой готовностью откликались на призыв о помощи, который исходил от Коминтерна. Для них гораздо сложнее было идти на прямой контакт с органами советской разведки. Мно гие ценные агенты Разведуправления РККА и ИНО ОГ ПУ были уверены, что работают на Коминтерн. Ведь коммунисты, переходящие на работу в органы развед ки, были вынуждены уходить в подполье и порывать все видимые связи со своими партиями.

Разведупр РККА, И НО ОГПУ и Коминтерн очень тес но взаимодействовали между собой. Вообще до се редины 30-х годов четкого разграничения сфер влия ния между ними не существовало. Все они действо Там же, с. 210-211, 215.

вали дружно во имя достижения общей цели. Вспо мним функционеров Коминтерна, ставших впослед ствии знаменитыми советскими разведчиками: Р. Зор ге, В. Кривицкий, И. Рейс, Э. Генри, А. Дейч, А. Харнак, Л. Треппер, Ш. Радо и многие другие505.

До создания самостоятельной разведывательной службы ВЧК—ОГПУ различные подразделения воен ных и чекистских органов самостоятельно решали контрразведывательные и разведывательные задачи, формулируя их в зависимости от складывающейся си туации.

Главная задача, стоявшая перед этими органами, заключалась в борьбе с внутренней и внешней контр революцией. При этом чрезвычайные комиссии, в частности на Дальнем Востоке, давали задания своим сотрудникам и агентуре по проникновению в контрре волюционные организации, в том числе за кордоном.

В целях усиления разведывательной работы за ру бежом весной 1920 года в особом отделе ВЧК создает ся иностранный отдел, а при особых отделах фронтов, армий и ЧК некоторых губерний – иностранные отде ления. Они приступили к созданию первых резидентур в некоторых иностранных государствах.

В соответствии с инструкцией ВЧК для ИНО особого отдела, при каждой дипломатической и торговой мис Очерки истории российской внешней разведки. В 6 т. Т. 2. 1917- годы. – М., 1997, с. 223.

сии РСФСР создавалась резидентура. Резидент рабо тал под легальным прикрытием в миссии и его как раз ведчика знал лишь глава учреждения. В помощь ре зиденту выделялся один или два оперработника. Та кие резидентуры позднее получили название легаль ных. Резиденту предписывалось «не реже одного раза в неделю» отсылать в Центр сведения в шифрованном виде.

Эта же инструкция предусматривала также создание нелегальных резидентур в тех странах, с которыми Со ветское государство не имело дипломатических отно шений. По мере необходимости нелегальные резиден туры создавались и там, где имелись легальные. В та ких случаях для большей конспирации агент нелегаль ной резидентуры не поддерживал контактов с легаль ной резидентурой ВЧК а имел связь непосредственно с Особым отделом.

В июле 1925 года в ИНО ОГПУ поступил запрос Эко номического управления ВСНХ: «Желательно было бы получать обзоры не общего порядка, а по отдельным отраслям промышленности, дающим детальный эко номический анализ положения. Такой материал пред ставлял бы для нас большой интерес, так как многие данные скрываются фирмами и правительствами».

26 октября 1925 года от Ф. Э. Дзержинского, бывше го в то время Председателем ВСНХ, в ИНО ОГПУ по ступило предложение: «Я думаю, нам нужно при ИНО создать орган информации о достижениях загранич ной техники». Официально принято считать дату напи сания этой записки днем рождения советской НТР, как одного из направлений деятельности внешней развед ки страны.

А 5 марта 1926 года Военно-промышленное упра вление ВСНХ подготовило для ИНО «Перечень вопро сов для заграничной информации» и дало поручение «…направить его при посредничестве Вашей агентуры совершенно доверительным путем… непосредствен но за границу». Задачи Правительства СССР состояли из трех разделов:

– защита предприятий оборонной промышленности от средств нападения противника, тонкости производ ства различных видов военной техники и требования к материалам, идущим на их изготовление;

– производство различных типов взрывчатых ве ществ, зажигательных и осветительных составов, но вейших отравляющих веществ и средств защиты от их воздействия, сведения о дислокации соответствующих предприятий;

– информация об организации, планировании, мате риальном и кадровом обеспечении работы предприя тий обороной промышленности в предвоенный и воен ный период, а также о мобилизации предприятий гра жданских отраслей промышленности на выполнение оборонных заказов506.

30 января 1930 года Политбюро ЦК ВКП(б) приняло решение о реорганизации внешней разведки. Перед ней была поставлена задача активизировать разведы вательную работу по Великобритании, Франции, Гер мании, Польше, Румынии, Японии, странам Прибалти ки и Финляндии.

Впервые перед внешней разведкой в этом реше нии ставилась задача: «добывания для нашей про мышленности сведений об изобретениях, конструктор ских и производственных чертежей и схем, техниче ских новинок, которые не могут быть добыты обычным путем». Поясним, что до этого времени разведка долж на была собирать информацию только экономическо го характера.

В связи с реорганизацией ИНО ОГПУ было произ ведено совершенствование ее аппарата. В частности, было создано 8 отделений с общим штатом 121 чело век, которые руководили разведкой по отдельным ре гионам и направлениям ее деятельности.

Впервые в структуре ИНО ОГПУ появились:

7-е отделение – экономическая разведка (Э. Я. Фур ман);

8-е отделение – научно-техническая разведка (П. Д.

Гутцайт);

Там же, с. 15-16.

Резидентуры за границей стали работать по при обретению агентуры, специально ориентированной на получение материалов по научно-технической пробле матике.

В 1932 году разведка начала создавать в этих целях нелегальные резидентуры в Великобритании, Фран ции, США и Германии. Выполняя заявки советской промышленности, внешняя разведка сумела получить большое количество секретной технической информа ции по различным отраслям промышленности и воору жению507.

В начале 30-х годов директивными органами страны было принято решение о переходе к военно-техниче ской разведке (XV). Центр информировал резиденту ры о «реорганизации системы работы по технической разведке, именуемой в дальнейшем XV, которой при дается весьма серьезное значение и она… организа ционно выделяется в самостоятельную область рабо ты».

Военно-техническая разведка знала, куда нацелить свои усилия, какими пользоваться методами и сред ствами для эффективного решения стоявшх перед ней задач. Был создан надежный, хотя и немногочислен ный, агентурный аппарат508.

Там же, с. 224-225.

Там же, с. 226.

В 1930—1932 годах разведка органов госбезопасно сти сумела получить по заданию различных отраслей оборонной промышленности большое количество се кретной информации, которая представляла значи тельный интерес для СССР и была использована при разработке многих отечественных проектов.

Например, важное практическое значение имела техническая документация по электромоторам немец кого концерна «АЭГ», применявшихся для подводных лодок. По заключению конструкторского бюро Нарко мата Военно-Морского Флота, эти материалы (черте жи и описания) представляли большую ценность и бы ли использованы заводами, изготовляющими анало гичные моторы509.

В мае 1934 года на заседании Политбюро ЦК ВКП(б) был рассмотрен вопрос о координации деятельности Раз-ведуправления РККА, ИНО и Особого отдела ОГ ПУ. Было решено создать постоянную комиссию в со ставе начальников этих органов и поручить ей раз работку общего плана разведработы за рубежом. На чальник ИНО A. X. Артузов был назначен по совместительству за местителем начальника Разведывательного управле ния РККА.

10 июля 1934 г. постановлением ЦИК СССР был Там же. Т. 4. 1941-1945 годы. С. 424-425.

образован Народный комиссариат внутренних дел, в составе которого создавалось Главное управление го сударственной безопасности (ГУГБ). Иностранный от дел – разведка – стал 5-м отделом ГУГБ.

Среди задач, стоящих перед разведкой в тот период почему-то нет указания о необходимости проведения мероприятий по линии НТР.

5-й отдел Главного управления государственной безопасности НКВД включал два отдела и два само стоятельных отделения.

1-й отдел 5-го отдела руководил зарубежными ре зиден-турами в области политической, экономической и научно-технической разведки. Он состоял из девяти секторов, руководивших разведработой в закреплен ных за ними странах.

К 1937 году научно-техническая разведка распо лагала агентурным аппаратом, способным добывать информацию, имевшую порой чрезвычайно большое значение для экономического развития страны и для укрепления ее военной мощи, умела объективно оце нивать оперативную обстановку, знала свои долговре менные задачи, применяла методы работы с легаль ных и нелегальных позиций. Из резидентур поступала информация по широкому кругу проблем народохозяй ственного и оборонного значения: о технологиях пе реработки нефти, в частности для производства авиа ционного бензина, синтетического каучука, смазочных масел, красителей, об отравляющих веществах и сред ствах бактериологической войны, о различных совре менных вооружениях и средствах связи.

Директивные органы знали о возможностях науч но-технической разведки. Об этом свидетельствуют, в частности, спецсообщения, направленные И. В. Ста лину и B. М. Молотову о выполнении заданий руко водства страны и приобретении важной информации.

Добываемая научно-технической разведкой информа ция отвечала в целом запросам отечественной науки и техники и совпадала с основными направлениями на учно-технического прогресса в оборонных и народохо зяйственных отраслях промышленности510.

В 1938 году было принято решение об укреплении внешней разведки. Приказом по НКВД вводилось но вое штатное расписание. Разведка была расширена. В частности, научно-технической разведкой занималось 10-е отделение.

В начале апреля 1941 года Центр принял решение о переходе на линейный принцип работы внешней раз ведки. Это означало, что оперработники в резиден турах должны были заниматься не всеми вопросами разведдеятель-ности, а в зависимости от их использо вания: политической, экономической, научно-техниче ской разведкой.

Там же, с. 425-426.

После начала Великой Отечественной войны возни кла перспектива использования экономических связей с США, Великобританией и Канадой в рамках согла шения о ленд-лизе для получения научно-технической информации через советских специалистов, участву ющих в размещении заказов и приемке готовой про дукции, для установления деловых и личных связей с сотрудниками государственных учреждений и на пред приятиях оборонной промышленности. Доступ к таким объектам был необходим для выполнения научно-тех нической разведкой задач военного времени.

Резидентурам в Нью-Йорке и Лондоне было прика зано сконцентрироваться на добыче секретной инфор мации.

Предписание ГКО, датированное июлем 1941 года определило тематику получения технической инфор мации преимущественно военного характера:

– ведущиеся исследования использования урана как нового источника энергии, проектирование и эксплуа тация урановых реакторов;

– радиолокаторы для армии и флота, портативная радиоаппаратура;

– высотные и специальные самолеты, агрегаты и приборы для них, авиамоторы мощностью свыше л. с;

– гидроакустические средства обнаружения кора блей в море;

– средства ведения бактериологической войны, отравляющие вещества и средства защиты от них;

– синтетические каучуки и средства основной химии;

– переработка нефти, производство высокооктано вого горючего и высокосортных смазок.

Рекомендовалось также получать информацию о те оретических и экспериментальных исследованиях в области науки и техники, особенно о тех, которые мо гли повлечь за собой появление принципиально но вых видов военной техники и промышленных техноло гий511.

При этом ресурсы разведки в этих странах были ограниченными. Например, в 1941 году в резидентуре НКВД в Нью-Йорке работало 13 человек, включая тро их технических сотрудников512.

В связи с тем, что внешней разведке не удалось на ладить работу непосредственно в Германии и оккупи рованных ею странах, 18 июля 1941 года ЦК ВКП(б) принял постановление «Об организации борьбы в ты лу германских войск», в котором вновь указал на не обходимость «осуществлять научно-техническую раз ведку в целях укрепления военной и экономической мощи СССР».

Для решения поставленных задач были усилены Феклисов А. За океаном и на острове: Записки разведчика. – М., 1994, с. 50.

Там же, с. 114.

разведывательные подразделения органов госбезо пасности. Основным разведывательным подразделе нием стало 1-е управление НКГБ.

12 августа 1941 года была утверждена новая струк тура центрального аппарата внешней разведки, объ явленная приказом по НКВД. Отделение НТР вошло в англо-американский отдел. По всей видимости, это бы ло связанно с тем, что основной поток информации по данной тематике шел из этих стран.

Однако в связи с расширением задач, стоявшх пе ред внешней разведкой, в июле 1943 года в Государ ственном Комитете Обороны был рассмотрен вопрос о состоянии разведывательной работы. Было приня то решение о разделении функций и направлений де ятельности военной разведки (ГРУ ГШ) и 1-го управле ния НКГБ. Внешней разведке НКГБ отводилась роль головной организации по разведыванию проблем со здания атомного оружия. В соответствии с постано влением ГКО военная разведка обязывалась передать НКГБ агентуру, работающую по проекту «Энормоз».

Отделение НТР было реорганизовано в отдел науч но-технической разведки. В 1945 году в Москве в нем работало не более 30 человек. Половина из них бы ла занята на американском и британском направлени ях513.

Максимов А. Операция «Турнир»: Записки чернорабочего развед ки. – М, 1999, с. 40—41, 50.

В 1947 году внешняя разведка подверглась в оче редной раз реорганизации, которая диктовалась не со ображениями целесообразности, а скорее желанием Сталина в очередной раз перетасовать «колоду» КГБ.

Постановлением Совета министров СССР от 30 мая 1947 года был создан Комитет информации (КИ) при СМ СССР, на который возлагалось осуществление по литической, военной и научно-технической разведки.

Он объединил 1-е управление бывшего МГБ, создан ное в марте 1946 года, или внешнюю разведку орга нов безопасности, и Главное разведывательное упра вление Генштаба Советской Армии. Внешняя контр разведка оставалась в руках МГБ и подчинялась Л. П.

Берия.

Фактически внешняя разведка стала подчиняться МИД СССР, а в 1949 году она была подчинена ему на прямую и во главе КИ стал В. М. Молотов. В систему функционирования внешней разведки был введен ин ститут главных резидентов, которыми назначались по слы и посланники.

Комитет информации при СМ СССР в послевоенный период состоял из линейных подразделений (амери канский, британский, французский, германский отде лы, отдел Скандинавских стран, китайский отдел и т.

п.), отдела научно-технической разведки, управления стратегической разведки, а также подразделений по обеспечению разведывательной деятельности (отдел оперативной техники, связи, шифровальный и т. п.).

В январе 1952 года Комитет информации, показав ший нецелесообразность соединения под одной кры шей политической и военно-стратегической разведок, был расформирован. Военная разведка вновь возвра тилась в Генштаб, который не мог обходиться в своей деятельности без стратегической информации.

В довоенный период в разведке не существовало понятие «главный противник». Разведка работала про тив тех стран, со стороны которых исходила угроза не посредственного военного нападения. Во время войны главным противником считалась Германия и ее союз ники.

После войны стала прорисовываться картина воз можного ядерного нападения со стороны США, кото рые ежегодно обновляли планы нанесения ядерных ударов по СССР, увеличивая количество бомб, необ ходимых для уничтожения экономического и военного потенциала нашей страны.

В феврале и сентябре 1950 года Комитет инфор мации принял принципиально важное решение «счи тать разведку против США одной из главных задач всех оперативных управлений».

В марте 1951 года в новом решении США рассма триваются как главный противник СССР, а разведка против США как важнейшая задача внешнеполитиче ской разведки. Разработка американских учреждений с целью агентурного проникновения в них вменялась в обязанность всех резидентур, а не только в США.

В связи с обострением агентурно-оперативной об становки в странах Запада, вызванным «холодной вой ной» США и их союзников против СССР и социали стических стран, разведывательная деятельность ле гальных резидентур в Европе и особенно на американ ском континенте была серьезно затруднена. К тому же из-за предательства источника американской резиден туры Э. Бентли агентурная сеть внешней разведки в этой стране в послевоенный период была разгромле на ФБР США. С большинством источников информа ции связь была прекращена. Многие из них были аре стованы и заключены в тюрьму.

В апреле 1951 года Коллегия Комитета информации приняла решение об усилении нелегальной разведки против США с учетом ужесточения контрразведыва тельного режима в этой стране.

Поскольку наряду с резидентурами КИ за рубежом одновременно действовали контрразведывательные резидентуры Министерства госбезопасности, созда вая ненужный параллелизм в работе, 1 ноября 1951 го да в зарубежных странах были воссозданы единые ре зидентуры. Комитет информации как разведыватель ное подразделение прекратил существование.

К концу Второй мировой войны внешняя разведка сумела создать мощный агентурный аппарат, превра тивший ее в самую эффективную разведывательную службу мира. Она была способна выполнять задачи, которые ставило политическое руководство страны по получению важной секретной информации.

Агентурный аппарат в основном состоят из лиц, за вербованных на идейно-политической или патриоти ческой основе. По занимаемому положению агенты в подавляющем большинстве принадлежали к средним слоям общества (чиновники, партийные функционеры, ученые). Лишь некоторые из них принадлежали к выс шим правящим кругам.

Важную роль в послевоенный период играли так на зываемые агенты-документалисты, т. е. лица, способ ные добывать ценную документальную информацию.

Их вклад в деятельность разведки был определяю щим. Поток информации от этих агентов был настоль ко велик, что она не вся оперативно обрабатывалась из-за недостатка опытных кадров.

В 1953 году центральный аппарат внешней развед ки по прихоти Л. П. Берия подвергся ряду неоправдан ных перестроек. В марте 1953 года 1-е главное упра вление МГБ СССР было преобразовано во 2-е глав ное управление МВД СССР. В мае того же года Берия, вновь поставивший внешнюю разведку под свой пря мой контроль, провел новую ломку ее структуры и со кращение штатов. Большое количество руководителей и оперработников легальных резидентур было отозва но в Москву для отчета о работе. Массовой чистке под верглась агентурная сеть разведки, что нанесло ей се рьезный урон.

После ареста Берия руководством страны были при няты меры по укреплению внешней разведки органов безопасности. 13 марта 1954 года решением Прези диума Верховного Совета был образован Комитет го сударственной безопасности при Совете Министров СССР.

30 июня того же года было принято решение ЦК КПСС «О мерах по усилению разведывательной ра боты органов государственной безопасности за грани цей». В соответствии с ним перед подразделениями научно-технической разведки ставилась задача добы вания документальных материалов по важнейшим от крытиям и военным изобретениям в области атомной энергии, реактивной техники, радиолокации и образ цов новейшей техники.

В 60-е годы научно-техническая разведка, наряду с политической и внешней контрразведкой, была при знана основным направлением работы внешней раз ведки.

В конце 60-х годов у 10-го отдела (научно-техни ческая разведка) ПГУ КГБ было семь приоритетных направлений, которые определил его руководитель Л. Р. Квасников: ядерное, авиакосмическое, электрон ное, медицинское, химическое, по разной технике и информационно-аналитическое (выполнение заказов различных ведомств) 514. Каждое направление в Цен тре курировали два – три сотрудника.

В начале 70-х годов по предложению Ю. В. Андро пова была разработана советская разведывательная доктрина. В этом документе говорилось о задачах на учно-технической разведки:

«добывает секретную информацию о ракетно-ядер ном вооружении стран – главных противников и их союзников по военно-политическим блокам, о других средствах массового уничтожения и средствах защиты от них, а также конкретные данные о перспективных направлениях в науке, технике и технологии производ ства в ведущих капиталистических государствах, ис пользование которых могло бы способствовать усиле нию военно-экономического потенциала и научно-тех нического прогресса Советского Союза;

своевременно выявляет и прогнозирует новые науч ные открытия и тенденции развития зарубежных нау ки и техники, могущие привести к существенному скач ку научно-технического и военного потенциала или со зданию новых видов оружия, способного радикально изменить сложившиеся взаимоотношения в мире;

анализирует, обобщает и через соответствующие ведомства реализует добытые разведывательные ма Калугин О. Д. Прощай, Лубянка! – М., 1995, с. 167, 169-170, 171.

териалы по теоретическим и прикладным исследова ниям, созданным и действующим системам оружия и их элементам, новым технологическим процессам, во просам военной экономики и систем управления».

Далее в доктрине говорилось о том, что научно-тех ническая разведка среди «активных операций прово дит мероприятия, способствующие росту экономиче ской и научно-технической мощи Советского Союза».

А при «проведении активных операций разведка, в за висимости от конкретных условий, использует не толь ко свои силы, специфические методы и средства, но и возможности КГБ в целом, других советских учре ждений, ведомств и организаций, а также вооруженных сил».

В области специальных операций, где «используют ся особо острые средства борьбы», применяются в ка честве одного из средств «захват и негласная доставка в СССР лиц, являющихся носителями важных государ ственных и иных секретов противника, образцов ору жия, техники, секретной документации»515.

В 70-е годы научно-техническая разведка продолжа ла оставаться одним из приоритетных направлений ра боты КГБ. Об этом свидетельствует такой факт. Амери канская резидентура финансировалась крайне скудно.

Поясним, что речь идет о расходах на содержание ап Брыкин О. Исповедь офицера разведки. – М., 1998, с. 112.

парата, а не на оплату услуг источников секретной ин формации. Одна из проблем – автотранспорт. Сотруд ники были вынуждены покупать автомобили за свой счет. Машины из служебного автопарка в первую оче редь использовались в мероприятиях политической и научно-технической разведки516.

В начале 80-х годов в Управление «Т» ПГУ КГБ слу жило около 1000 человек. Триста из них работали за рубежом в легальных резидентурах, а остальные тру дились в Центре517.

Охота за западными технологическими секретами велась не хаотично, а по заранее разработанному пла ну. Существовал перечень вопросов, на которые со ветские специалисты хотели получить исчерпываю щие ответы. Они охватывали все, начиная от техно логий и заканчивая отдельными узлами определенной модели аппаратуры.

Разведывательный план хранился в помещениях, занимаемых легальными резидентурами за рубежом, в строгой секретности. Он представлял собой объем ный альбом, выполненный на специальной толстой бу маге. Все листы сшивались, чтобы предотвратить про пажу той или иной страницы. Применялась также их двойная нумерация. Каждый офицер советской раз Битвы, выигранные в постели. – М., 1999, с. 313.

Вольтон Т. КГБ во Франции. – М., 1993, с. 279—280.

ведки, прежде чем воспользоваться планом, заполнял специальный формуляр, где указывал причину, по ко торой ему понадобился документ518.

Кроме этого, существовал список западных ком паний – объектов оперативного интереса советской разведки. Если офицеры, работающие по линии «КР» (внешняя контрразведка), обязаны были при ложить максимум усилий для проникновения в спец службы стран вероятного противника, то для сотруд ников НТР такими организациями были промышлен ные предприятия. Сотрудников этих компаний, кото рые имели доступ к секретным документам, нужно бы ло вербовать вне зависимости от того, поможет или нет потенциальный источник секретной информации вы полнить годовой разведывательный план.

По США этот список состоял на начало 80-х годов из 32 позиций:

1. «Дженерал Электрик»;

2. «Боинг»;

3. «Локхид»;

4. «Рокуэлл интернейшенл»;

5. «Мак-Доннелл-Дуглас»;

6. «Вестингауз Электрик»;

…………… 32. «Пан-Америкэн уорлд эйруэйз».

Там же, с. 282.

Хотя на самом деле объектов повышенного внима ния у советской разведки было значительно больше.

Ведь в стране 11 тысяч предприятий, так или иначе, были связаны с оборонной промышленностью. Это бо лее 4,5 миллиона рабочих и служащих. Из них 900 ты сяч имели допуск к 19,6 миллиона секретных докумен тов в 1984 году.

Для Франции он выглядел так:

1. «Аэропасьяль»;

2. «Дассо»;

3. «Снеема»;

4. «Матра»;

5. «Тисон»;

6. «Понар»;

7. … … … … … Если говорить о приоритетах в сфере географиче ского расположения компаний – потенциальных целей отечественных «охотников» за чужими технологиями, то в начале 80-х годов 61,5% технологий было получе но из США, 10,5% – из ФРГ, 8% – из Франции, 7,5% — из Великобритании и 3% – из Японии 520.

Несмотря на то, что ГРУ считается более резуль тативным в сфере научно-технической разведки, в ее структуре на протяжении лишь небольшого периода Там же, с. 286.

Колпакиди А., Прохоров Д. Империя ГРУ: Очерки истории россий ской военной разведки. Кн. 1. – М., 2000, с. 191-192.

существовало автономное подразделение военно-тех нической разведки. Объяснение этому простое. В от личие от резидентуры КГБ, у сотрудников резиден тур «Аквариума» нет жесткой специализации по напра влениям разведдеятельности: политическая, внешняя контрразведка и научно-техническая.

Одним из приоритетных направлений деятельности Разведупра во второй половине 20-х годов становит ся военно-техническая разведка. Так, с июня 1926 го да Разведывательное управление начало выпускать «Военно-технический бюллетень». Это издание зна комило заинтересованные учреждения с секретными или не подлежащими оглашению материалами, кото рые не могли быть помещены или использованы в ин формационных сборниках Разведупра. Военно-техни ческие бюллетени должны были освещать новейшие технические достижения и их применение в области артиллерии, ручного оружия, броневого дела, военной химии, связи и электротехники, военно-инженерного дела, воздушного флота, морского флота и военной промышленности.

Для ведения военно-технической разведки исполь зовались все возможности, как легальные, так и не легальные. На легальном уровне разведка широко ис пользовала возможности Наркомата внешней торго вли и Наркомата по иностранным делам. В совет ских торгпредствах создавались инженерные отделы (ИО), которые должны были обеспечивать РККА всем необходимым – от современной военной техники до предметов культурно-бытового назначения. Кроме все го прочего, ИО были обязаны «собирать, проверять, систематизировать и изучать все материалы о новых научно-технических усовершенствованиях и достиже ниях как применяемых, так и могущих быть применен ными для военных целей и обороны страны». Разуме ется, среди сотрудников ИО были и военные развед чики. Один из наиболее известных среди них – Г. П.

Григорьев, инженер советского торгпредства в Мила не, долгие годы поддерживавший связь с Л. Е. Мане вичем (Этье-ном).

О масштабах и приоритетах работы советской во енной работы в середине 20-х годов можно судить по фрагменту доклада начальника 3-го отдела А. М. Нико нова. В нем говорилось, что только в 1924—1925 го дах через агентурный отдел Разведупра было получе но «9851 агентурный материал, с общим количеством 84 148 листов и 3703 газеты и журнала, кроме того, по лучены материалы других органов – в количестве материалов… Отделом было дано 10 000 оценок на поступившие материалы, а также 3156 заданий аген туре… Из общего количества… данных заданий при ходилось: 784 (24,8%) на сухопутные вооруженные си лы, 274 (8,75%) на политические и экономические во просы, 1310 (41,9%) на военную технику, 405 (12,5%) на воздушный флот и 383 (12,1%) на военно-морской, флот»521.

Высока вероятность того, что военная разведка в этот период (середина 20-х годов) выполняла заказы на добычу различных технологий для предприятий на «коммерческой» основе. Речь идет о том, что комисса риат компенсировал часть затрат, регулярно выплачи вая заранее оговоренные суммы522.

Отметим сразу, что в отличие от внешней развед ки, в зарубежных легальных резидентурах ГРУ и соот ветственно в Центре не было разделения по линиям работы (политическая, внешняя контрразведка и науч но-техническая разведка). Лишь в течение непродол жительного времени в Центре существовали отделы, которые специализировались на организации добычи военно-технической информации. При этом они, ско рее всего, занимались только выработкой разведзада ний и обработкой полученных данных.

В ноябре 1934 года 2-й отдел (агентурная разведка) был разделен по географическому принципу на два – западный и восточный523. Одновременно был образо Журавлев С. В. «Маленькие люди» и «большая история»: Иностран цы Московского электрозавода в советском обществе 1920-1930 гг. – М., 2000, с. 84.

Гладков Т. Награда за верность – казнь. – М., 2000, с. 460.

Колпакиди А., Прохоров Д. Империя ГРУ: Очерки истории россий ской военной разведки. Кн. 1. – М., 2000, с. 218—242.

ван 3-й отдел (военно-техническая разведка) 524.

Осенью 1935 года в результате очередной реоргани зации Разведуправления РККА добычей информации с использованием агентуры стали заниматься не два, а шесть отделов. При этом 3-й отдел специализировал ся на проведении операций в сфере НТР525.

Среди основных задач, которые стояли перед этим подразделением, были: подбор, подготовка и напра вление за рубеж в легальный аппарат или нелегаль ную резиден-туру разведчиков – советских граждан – и проведение всего комплекса мероприятий, связанных с получением информации по военно-технической те матике526.

В июле 1940 года приказом НКО №0038 (о структу ре ГШ КА) от 26 июля 1940 года в структуре РУ ГШ КА появилось сразу два подразделения, связанных с НТР:

4-й военно-технический отдел и отдел военно-техниче ской и экономической информации.

В феврале 1942 года эти подразделения были рас формированы во время очередной реорганизации527.

В конце 70-х годов в структуре ГРУ было два обраба Гладков Т. Награда за верность – казнь. М., 2000, с. 466.

Никольский В. Аквариум-2. – М., 1997, с. 38.

Колпакиди А., Прохоров Д. Империя ГРУ: Очерки истории россий ской военной разведки. Кн. 1. – М., 2000, с. 218– 242.

Максимов А. Операция «Турнир»: Записки чернорабочего развед ки. – М., 1999, с. 293—294.

тывающих управления, связанных с анализом и прак тическим использованием военно-технической инфор мации полученной пятью добывающими подразделе ниями.

1-е управление ГРУ осуществляло агентурную раз ведку на территории Западной Европы;

2-е управление – на территории Северной и Южной Америки;

3-е управление – агентурная разведка в странах Азии;

1-е направление ГРУ – агентурная разведка в Мо скве. Речь идет о вербовке членов многочисленных по литических, военных и научных делегаций, которые по сещали столицу;

2-е направление ГРУ – агентурная разведка в Во сточной и Западной Европе. Дело в том, что иногда во еннослужащие стран НАТО посещали Восточный Бер лин, где пытались продать экземпляры секретной во енной техники или их пытались завербовать обитатели «Аквариума».

Добытые ими данные по военно-технической тема тике, как уже было сказано выше, поступали в два об рабатывающих подразделения.

9-е управление, занимавшееся изучением военных технологий. Оно непосредственно было связанно с ВПК.

10-е управление, специализировавшееся на изуче нии военной экономики во всем мире, в том числе тор говли оружием, военного производства и технологиче ских достижений разных стран, производства и запа сов стратегических ресурсов.

Поясним, что эта информация относится к структуре ГРУ начала 80-х годов и изложена на основе зарубеж ных источников.

В Министерстве внешней торговли на добыче техно логий, запрещенных КОКОМ к экспорту в страны Во сточной Европы, специализировалось Главное инже нерно-техническое управление (ГИТУ). Его часто на зывали третьим добывающим ведомством 528.

Еще одно шпионское ведомство – Государственный научно-технический комитет (ГНТК). В этом комитете работали многочисленные сотрудники КГБ и ГРУ. Все они специализировались на НТР. Так же ГНТК был од ним из координирующих органов в системе советского государственного промышленного шпионажа.

В мае 1955 года был образован Государственный комитет Совета Министров СССР по новой технике (Гостехника). Одна из основных задач этой организа ции – централизованное руководство процессами по внедрению в народное хозяйство новейших достиже ний науки и техники. После серии переименований она наконец стала именоваться Государственным на Безбородов А. Б. Власть и научно-техническая политика СССР се редины 50-х —, середины 70-х годов. – М., 1997, с. 38.

учно-техническим комитетом Совета Министров СССР (ГНТК). На него возлагались задачи: изучение дости жений отечественной и зарубежной науки и техники, издание научно-технической литературы, контроль за развитием и внедрением новой техники в народное хозяйство страны. Существенных различий между Го стехникой и ГНТК не было – они решали одинаковые задачи529.

В апреле 1961 года ГНТК был преобразован в Госу дарственный комитет Совета Министров СССР по ко ординации научно-исследовательской работы (ГК по КНИР). Он как общесоюзный орган воспринял зада чи функции ГНТК, объединил деятельность Академии наук СССР, академий наук союзных республик, мини стерств и ведомств в области научно-технических ра бот, возглавил руководство работой научно-исследо вательских учреждений. В его задачи входили: вне дрение достижений науки в народное хозяйство, ко ординация международных связей министерств и ве домств, руководство постановкой сети научно-техни ческой информации в стране530.

В октябре 1965 года ГК по КНИР был реорганизо ван в общесоюзный Государственный комитет Совета Министров СССР по науке и технике (ГКНТ). Это пре Там же, с. 41.

Там же, с. 52-53.

образование преследовало цель превратить Госкоми тет из органа по координации научно-технической ра боты в орган координации научно-технической полити ки. На него возложена подготовка, совместно с Акаде мией наук СССР предложений по ведущим направле ниям науки и техники;

разработка межотраслевых на учно-технических проблем;

обеспечение циркуляции научно-технической информации;

контроль за внедре нием достижений науки и техники в народное хозяй ство;

осуществление связей с зарубежными партнера ми по вопросам научно-технического сотрудничества.

Комитет мыслился как ведомство, призванное обес печить проведение единой государственной политики в области научно-технического прогресса. Это подра зумевало выдачу технико-экономических оценок уров ня научно-технического развития в отраслевом разре зе и т.д. Госкомитет имел полномочия по установле нию дополнительных задач научным учреждениям, по перераспределению ресурсов, по рассмотрению спор ных вопросов531.

В его задачи также входила организация поездок со ветских специалистов за рубеж и визитов их иностран ных коллег в СССР. Несмотря на то, что часть ее со трудников были офицерами «действующего резерва»

КГБ и ГРУ, в шпионских скандалах времен «холодной Вольтон Т. КГБ во Франции. – М., 1993, с. 281-282.

войны» название ГКНТ прозвучало лишь один раз – в деле О. Пень-ковского. Объяснение этому простое.

Эта организация не занималась вербовкой западных специалистов, она лишь давала наводку на потенци альных кандидатов. А ее реализацией занимались со трудники разведки. Аналогичная ситуация с добычей информации по научно-технической и военно-техниче ской тематике. Если ее удавалась получить, не всту пая в конфликт с законом, например во время посе щения выставки или компании собрать все рекламные материалы, то этим занимались сотрудники ГКНТ. А вот если интересующая их информация охранялась собственником, то тогда ее добычей занималась раз ведка.

Ежегодно ГКНТ приобретал полтора миллиона экземпляров западных научно-технических журналов.

Все полученные издания скрупулезно обрабатывались советскими специалистами. Наиболее информатив ные издания доставлялись в Москву рейсами «Аэро флота» и переводились во время полета. Кроме этого, по линии этого ведомства три с половиной тысячи спе циалистов ежегодно посещали зарубежные выставки, из них две тысячи – в США.

С помощью ГКНТ систематически организовыва лись стажировки сотрудников институтов Академии наук СССР в лучших западных университетах. Напри мер, в 1980 году 374 советских гражданина посетили знаменитый Массачусетский технологический инсти тут и приняли участие в международных конгрессах и конференциях.

В период с 1979 по 1981 год советские специалисты активно участвовали в 35 международных форумах с единственной целью: собрать необходимую для во енной промышленности информацию (в области кос мической промышленности, радаров, микроэлектро ники, солнечной энергетики и т. п.). Среди делегатов из СССР большинство офицеров КГБ или ГРУ.

В своих отчетах ВПК отмечала, что полученная та ким образом информация позволила сэкономить мил лионы рублей на научных исследованиях, что эквива лентно трехгодичной работе группы из сотни ученых 532.

За скромной вывеской Всесоюзного института межо траслевой информации (ВИМИ) скрывалась мощная организация, которая перерабатывала поступающую из-за рубежа научно-техническую информацию. Кроме этого она принимала заявки на получение новых тех нологий и изделий, определяла их возможное местона хождение и назначала задания добывающим органам.

Например, в 70-е годы срочно потребовались элек тронные компоненты американских крылатых ракет.

ВИМИ определил компании, которые занимались их разработкой, сумму, которую можно потратить на при Всемирная история шпионажа. – М., 2000, с. 460—461.

обретение образцов, и исполнителя – КГБ.

Самым важным подразделением в системе науч но-технической разведки была Военно-промышленная комиссия (ВПК). Она координировала деятельность добывающих органов (распределение заказов) и раз дачу добытой информации девяти министерствам, от вечающим за вооружение, и трем министерствам – хи мической промышленности, электроники и нефтехи мии533.

Аббревиатура ВПК идентична сокращенному назва нию «военно-промышленный комплекс». И это не слу чайно. Комиссия была управляющим и координирую щим органом советской оборонной промышленности.

Дело в том, что по многочисленным оценкам запад ных экспертов, информация, добытая по линии науч но-технической и военно-технической разведок, сыгра ла важную роль в развитии отечественного оружия.

Алгоритм работы ВПК был простым, но оптималь ным:

1. Комиссия собирала заявки от 9 министерств обо ронной промышленности.

2. На основе этих заявок совместно с ВИМИ разра батывался разведывательный план на год.

3. Затем план передавался всем добывающим ор ганам не только Советского Союза, но и разведок соц Вольтон Т. КГБ во Франции. – М., 1993, с. 278.

стран.

4. Сбор данных, добытых за год, их обработка со вместно с ВИМИ и распределение по «заказчикам».

5. Подсчет средств, сэкономленных промышленно стью и научно-исследовательскими учреждениями.

Руководил ВПК с 1963 по 1985 год Л. Смирнов, а за тем его сменил Ю. Маслюков534. Ежегодно в распоря жение ВПК выделялся специальный фонд в размере около 12 млрд. французских франков для финансиро вания конкретных операций535.

Несмотря на свой бюрократизм, система оператив но реагировала на потребность отдельных ведомств в той или иной технологии. Вот, например, как было при нято решение о добыче образцов аккумуляторных ба тарей для дизель-электрических подводных лодок. Де ло в том, что аккумуляторы были свинцово-кислотны ми и имели плохие масса-габаритные характеристики.

Еще один их недостаток – не очень большая энергети ческая мощность.

На одном из совещаний, которое проходило под ру ководством командующего ВМФ адмирала флота Со ветского Союза С. Г. Горшкова и министра судостро ительной промышленности Б. Е. Бутомы, решалась судьба представленных проектов подводных лодок и Там же, с. 280.

Квятковский В. Л. Мы вместе служили флоту. – СПб., 2000, с. 140.

надводных кораблей. Как вспоминал позднее один из участников этого мероприятия, «все вопросы реша лись очень оперативно, с назначением соответству ющих ответственных лиц за доработку и исполнение возможных вопросов».

Обсуждали и проект новой дизель-электрической лодки. Главный конструктор четко и кратко изложил суть проекта. Ответил на вопросы присутствующих.

Несколько замечаний было у заместителя главноко мандующего по кораблестроению и вооружению ви це-адмирала В. П. Котова. Решили, как исправить указанные недостатки. Осталось последнее слово за главкомом и министром судостроительной промы шленности. Вдруг поднялся начальник Главного шта ба ВМФ Н. И. Смирнов и сказал, что «подлодка дей ствительно обещает быть хорошей, однако ее энерге тика, т. е. аккумуляторные батареи, – позавчерашний день». Наступившую после такого заявления тишину прервало язвительный вопрос Б. Е. Бутомы: «А что вы можете представить другое?» Н. И. Смирнов спокой но сообщил, что у одной иностранной компании есть новые аккумуляторы, значительно меньшие по разме ру и весу, чем отечественные, но обладающие очень большой энергетической мощностью. Министр вежли во прервал офицера и сам стал рассуждать вслух о том, что напрямую аккумуляторы, нам, естественно, не продадут, да и стоимость у них очень большая. Поэто му, для начала надо через посредника закупить один образец и внимательно изучить его. «Ну, а дальше вид но будет», – этими словами он закончил свой моно лог536.

Оценить реальный размах советского государствен ного промышленного шпионажа на Западе смогли только в начале 80-х годов. Агент французской развед ки В. И. Ветров не только подробно рассказал о систе ме, но и передал множество интересных документов.

Например, 128-страничный отчет Военно-промы шленной комиссии о результатах работы за 1979 год.

В нем отмечалось, что за отчетный год было добыто 196 образцов техники и 3896 документов, а Управле ние «Т» ПГУ КГБ завершило 557 разведывательных операций из 2148. «Пятьдесят семь образцов и документов были эффективно использованы в науч но-исследовательской деятельности и разработке но вых систем оружия и военных материалов, а также в усовершенствовании систем оружия, находящихся на вооружении в настоящее время». Кроме этого, осо бо подчеркивалось, что советская военно-авиацион ная промышленность сэкономила около 48,6 миллио на рублей (около 65 миллионов долларов).

В другом документе ВПК, от 19 июня 1981 года, со общалось, что в 1980 году комиссия выдала 3617 зада Ричелсон Джеффри Т. История шпионажа XX века. – М., 2000, с.

448-449.

ний. по сбору научно-технической информации, из которых были выполнены до конца года. Они спо собствовали осуществлению 3396 советских исследо вательских и конструкторских проектов. И хотя основ ная часть была почерпнута из открытых западных ис точников, 90% разведданных, заслуживших наиболее высокую оценку, были получены благодаря тайным операциям КГБ и ГРУ.

Управление «Т» в 1980 году рапортовало о полу чении 5456 образцов (техника, узлы и микросхемы), из которых 44% были переданы в оборонную промы шленность, 28% в гражданскую сферу и 28% в КГБ и прочие организации537.

Иногда система давала сбои. Вот как, например, в Советском Союзе узнали об одноразовых шприцах.

В 1964 году в Токио проходила очередная Олимпи ада. Сотрудник НТР, который был задействован в опе ративно-агентурном обслуживании советской спортив ной делегации, случайно познакомился с японцем – владельцем завода по производству одноразовых шприцев. Они несколько раз встречались и на проща ние бизнесмен подарил своему новому знакомому ко робку с продукцией своего предприятия. Два года она хранилась у офицера КГБ, который регулярно переез жал с квартиры на квартиру в Москве, пока однажды не Брыкин О. Исповедь офицера разведки. М., 1998, с. 167.

вручил этот сувенир своему знакомому – сотруднику Минздрава СССР. А спустя примерно полгода он узнал, что с японской фирмой был заключен контракт на по ставку одноразовых шприцев советским военным538.

Хасс П. Дж., Капоши Дж. КГБ в ООН. – М., 2000, с. 66-90.

Глава 15.НЕУДАЧИ НТР О неудачах советской научно-технической разведки в период «холодной войны» известно очень мало. По ясним, что речь идет только о тех операциях, которые проводились под контролем контрразведки противни ка или агент по какой-либо причине не смог начать со трудничество с КГБ или ГРУ.

В начале апреля 1951 года второй секретарь совет ской делегации в ООН А. П. Ковалев познакомился с инженером крупного завода, на котором производили различную электронную аппаратуру. Когда дипломат, после нескольких месяцев общения, попытался полу чить от собеседника секретную информацию, то аме риканец сообщил об этом в местную контрразведку. С этого момента Ковалев попал под наблюдение ФБР. На нескольких встречах с двойным агентом присутство вал помощник советского военно-морского атташе И.

А. Амосов. Обоих дипломатов депортировали 3 фе враля 1954 года539.

В 1955 году сотрудник советской делегации в ООН Б. Ф. Гладков попытался получить секретную инфор мацию по турбинам, но 22 июня 1956 года был объ Там же, с. 116-136.

явлен персоной нон грата540. В том же году переводчик ООН В. Петров познакомился с чертежником крупной самолетостроительной компании. После попытки по лучения конфиденциальной информации потенциаль ный агент сообщил в ФБР и переводчик был вынужден уехать из страны 23 августа 1957 года, не дожидаясь приказа о собственной депортации.

Другой советский дипломат В. Михеев провалился во время аналогичной операции. Информация о его неудаче просочилась в американские газеты и он был вынужден покинуть страну, не дожидаясь начала офи циальной процедуры объявления персоной нон гра та541.

В конце августа 1959 года житель США А. Котлобай предложил О. Калугину секреты твердого ракетного то плива. Вот так был завербован агент советской развед ки Кук, положив начало детективу под названием «Кто вы Олег Калугин – американский шпион или советский диссидент?». На сегодняшний день де-факто он при знан агентом ЦРУ, а де-юре – обычный отставной ге нерал КГБ, который легально уехал в США.

Кук действительно передал образец и документа цию твердого ракетного топлива и получил благодар ность Москвы. А сам Калугин был награжден государ Там же, с. 137-154.

Соколов А. «Суперкрот» ЦРУ в КГБ: 35 лет шпионажа генерала Оле га Калугина (версия разведчика). – М., 1999, с. 16– 18, 187-191.

ственной наградой – орденом «Знак Почета».

В 1964 году агент перебрался в СССР и стал рабо тать в Институте мировой экономики и международных отношений (ИМЭМО) вместе с членом «кембриджской пятерки». В конце 70-х годов Московское управление КГБ начало его активную оперативную разработку, не без оснований подозревая Кука в связях с американ ской разведкой. Отметим сразу, что речь шла о его пе риоде жизни в США. Дело в том, что в 1966 году выяс нилось, что материалы, представленные Куком, содер жали информацию о тупиковом пути и принесли ущерб Советскому Союзу в размере 80 миллионов рублей542.

В 1960 году солдат армии США (технический специа лист по атомным вооружениям) Д. Гесслер дезертиро вал из своей части в Форт-бисс (штат Техас), приехал в Мехико и передал некие секретные материалы сотруд никам советской разведки. Затем он вернулся обратно в США и был арестован за дезертирство. Его осудили на два года, потом попытались привлечь к ответствен ности за шпионаж, но суд оправдал неудачника543. До сих пор не ясно, что именно пытался предложить Гес слер советской разведке.


Офицер ГРУ и по совместительству первый секре тарь советской миссии при ООН П. Е. Масленников Полмар Н., Аллен Т. Энциклопедия шпионажа. – М.\ 1999, с. 180.

Хасс П. Дж., Капоши Дж. КГБ в ООН. – М., 2000, с. 309-331.

был взят под «опеку» бригадой «наружки» ФБР в тот момент, когда пересек границу США. А за его колле гой по «Аквариуму» – первым секретарем белорусской миссии в ООН А. И. Галкиным начали следить с нача ла января 1962 года. Еще двое советских граждан, су пруги Егеревы, попали под подозрение из-за многочи сленных контактов с П. Е. Масленниковым и А. И. Гал киным. Егерев руководил отделом кадров нескольких административных подразделений и комиссий ООН. А его жена была простой домохозяйкой.

Контрразведке удалось также нейтрализовать двух советских разведчиков-нелегалов супругов Болч (Со коловых). Самое забавное, что эта пара использова ла биографии реально живущих людей, что позволи ло ФБР довольно быстро их разоблачить. Было задо кументировано несколько фактов тайной передачи се кретных материалов по военно-технической тематике.

В апреле 1963 года ФБР попыталось арестовать Ма сленникова и Галкина, но к тому времени они преду смотрительно покинули страну. А 3 июля того же го да ФБР арестовало и нелегалов Болч, и Егеревых.

Первые (Болч) уже получили сигнал о необходимости срочного бегства из страны. Они уже собрали чемода ны и купили билеты на рейс до Копенгагена.

Бывшего сотрудника ООН Егерева и его жену 12 ок тября 1963 года обменяли на двух американцев. Один из них, 58-летний миссионер иезуитского ордена У. Ци зек, провел в ГУЛАГе 23 года. Другой, 24-летний сту дент М. Макинен, только ожидал отправки на зону. Его обвинили в шпионаже.

А вот супругам Болч повезло меньше. 29 сентября 1964 года началось слушание их дела в суде, но вне запно правительство США сняло все обвинения, кроме незаконного въезда в страну. Такой нестандартный по ступок объяснялся просто – защита потребовала пре доставить список свидетелей с адресами. А на это ФБР пойти не могло. Супругов Соколовых (Болч) депорти ровали в Венгрию 15 октября 1963 года. Их дальней шие следы затерялись за «железным занавесом» 544.

Изложенное выше – официальная версия операции американских спецслужб.

Весьма вероятно, что причиной провала всех че тверых был не высокий профессионализм филеров, а предательство кого-то из американской резидентуры ГРУ. В качестве примера можно назвать Д. Полякова (завербован ФБР в 1961 году).

Дело в том, что всего за время работы на американ цев Поляков выдал им 19 советских разведчиков-не легалов, более 150 агентов из числа иностранных гра ждан, раскрыл принадлежность к ГРУ и КГБ около действующих офицеров разведки.

В пользу этой версии говорит и тот факт, что совет Там же, с. 332– 359.

ская разведка во время «холодной войны» почти нико гда не использовала биографии живых людей. Суще ствовала вероятность того, что правоохранительные органы обнаружат двойника.

Другим подтверждением этой версии служит тот факт, что на суде не должно было фигурировать насто ящих имен и адресов свидетелей. Ситуация, когда сре ди свидетелей фигурирует высокопоставленный офи цер ГРУ, проживающий в Москве, выглядит абсурдной.

Д. Бутенко познакомился с атташе советской миссии при ООН Г. Павловым в начале 60-х годов. Эту встре чу можно считать большой удачей для отечественной разведки. Ведь американец работал контрольным ад министратором в Международной электрической кор порации в Парамусе (штат Нью-Джерси), которая бы ла дочерним предприятием Международной телефон но-телеграфной компании, и имел высшую категорию допуска. Благодаря этому он имел неограниченный до ступ к документам и информации, имеющей отноше ние к важной и секретной деятельности Международ ной электрической корпорации – производству распро страненных во всем мире систем электронного кон троля и управления стратегической авиации (проект «465L»). Чуть позднее круг знакомых Бутенко расши рился. Сотрудник советской миссии при ООН В. Оле нев и шофер Амторга И. Иванов регулярно встреча лись с американцем.

С определенного момента все встречи этого шпион ского квартета проходили под контролем ФБР. Более того, по просьбе контрразведки в версию проекта, к ко торой имел доступ советский агент, руководство Ме ждународной электрической корпорации внесло кор рективы. При этом даже сам Бутенко не заметил не только подвоха, но и того, что его активно разрабаты вает ФБР.

Операция закончилась 29 октября 1963 года. В тот день в момент передачи документов были задержаны Д. Бутенко, Г. Павлов и И. Иванов. Двое дипломатов были депортированы из США, а Иванов с Бутенко бы ли приговорены американским судом к 20 и 30 годам тюремного заключения соответственно 545.

Капитан ВВС США Д. Д. Френч был арестован в году после того, как предложил продать советской раз ведке секреты американского ядерного оружия. Он пе ребросил свое письмо через ограду на территорию по сольства СССР в Вашингтоне. По непонятной причи не этот документ попал к сотрудникам ФБР. Наказание для Френча за этот поступок – пожизненное тюремное заключение546.

В 1975 году сотрудник ГРУ С. А. Агафонов, работав ший под «крышей» советского торгпредства во Фран Полмар Н., Аллен Т. Энциклопедия шпионажа. – М., 1999, с. 701.

Вольтон Т. КГБ во Франции. – М., 1993, с. 305-307.

ции, попытался завербовать инженера компании, ко торая занималась разработкой ракет. Потенциальный агент сразу же сообщил о новом знакомом куда сле дует и все их встречи проходили под контролем мест ной контрразведки. Разведчик был арестован 13 апре ля 1976 года в момент передачи французом конфи денциального документа о бутарголе (ракетное топли во)547.

За попытку продажи секретной информации по са молету-разведчику U-2 был арестован рядовой ВВС США О. Грюнден, проходивший службу в 100-й ремонт ной эскадрилье на авиабазе Дэвис-Монтан (штат Ари зона)548.

Порой люди, сами предлагающие свои услуги ино странной разведке, («инициативники») совершают не простительные ошибки или бывают слишком сенти ментальны. Например, лейтенант ВВС США К. М. Кук служил в стратегическом ракетном пусковом центре. В 1980 году он сам пришел в советское посольство и за 50 долларов продал конспект – собственноручно под готовленное краткое описание места службы. После того, как сделка состоялась, он воспользовался ме ждугородной связью и позвонил по «межгороду» из по сольства своим родителям. Это было его первой ошиб Полмар Н., Аллен Т. Энциклопедия шпионажа. – М., 1999, с. 801.

Там же, с. 350.

кой. А 2 мая 1981 года он снова попытался попасть на территорию посольства, но его не пустили. Праздник у советских граждан. О его желании узнало ФБР. Двое агентов этого ведомства блестяще изобразили русских дипломатов. Лейтенант поверил им и отдал секретные документы, которые привез на встречу 549.

В феврале 1982 года двое советских дипломата бы ли высланы из Норвегии за попытку нелегально при обрести части американского истребителя F-16, произ водимого в этой стране. Они так же пытались вовлечь с помощью взяток норвежские фирмы в незаконные тор говые сделки для снабжения Советского Союза пере довыми американскими технологиями.

В том же году в Канаде был выдворен еще одни гра жданин СССР, пойманный с поличным при попытке вы везти контрабандно сверхсекретное оборудование, от носящееся к области связи550.

В 1985 году ФБР был арестован курсант 63-й учеб ной эскадрильи материально-технического обеспече ния на авиабазе ВВС США Лоури (штат Колорадо) Э.

Буханан551. До сих пор не ясно, что именно хотел пред ложить «ини-циативник» советской разведке.

Арест этого человека вызвал цепочку событий, кото Баррон Д. КГБ сегодня: Невидимые щупальца. – СПб., 1992, с. 52.

Полмар Н., Аллен Т. Энциклопедия шпионажа. – М., 1999, с. 127.

Там же, с. 251.

рая в конечном итоге поставила под угрозу срыва на меченную встречу в верхах между президентом США Р. Рейганом и советским лидером М. С. Горбачевым.

Офицер КГБ Г. Ф. Захаров прибыл в Нью-Йорк из Мо сквы для работы в качестве советника по науке в Цен тре развития науки и технологий, входящего в состав секретариата ООН. Его повышенный интерес к обита телям студенческих городков насторожил ФБР. Контр разведке пришлось срочно искать добровольных по мощников среди новых знакомых советского кандида та. Один из тех, кто согласился сыграть роль «двойно го агента» стал 25-летний уроженец Гайаны Л. Н. Бож, фигурировавший в переписке ФБР под кличкой Водо проводчик.

Захаров представился Божу, который учился на про граммиста, научным экспертом ООН и попросил по мочь в сборе информации по электронике, искусствен ному интеллекту и компьютерным технологиям. В кон це 1984 года, когда Водопроводчик писал диплом, его новый знакомый из Советского Союза посоветовал ему после окончания университета устроиться в ком панию, работавшую в одной из вышеперечисленных сфер. А вот в ФБР решили иначе и оформили двойно го агента на работу в мастерскую, которая занималась изготовлением отдельных деталей для радарных уста новок и для двигателей военных самолетов. Выбор ме ста работы был не случайным. Владельцем предприя тия был отец одного из контрразведчиков.

В мае 1986 года Бож подписал «контракт» с совет ской разведкой сроком на десять лет и стал Биргом.

А 22 августа, во время очередной встречи с Водопро водчиком, Захаров был арестован. Его обвинили в том, что он как сотрудник КГБ заплатил Божу 1000 долла ров за три секретных чертежа реактивных двигателей самолетов ВВС США. Реакция Москвы на этот инци дент оказалась молниеносной и непредсказуемой. Че рез неделю в советской столице был арестован по об винению в шпионаже корреспондент одной из крупных американских газет Н. Дани-лофф. Такого развития со бытий ФБР ожидало меньше всего.


Первоначально не планировалось арестовывать со ветского разведчика. В качестве меры наказания рас сматривалась просто его высылка из страны. Против ареста активно выступал Государственный департа мент, который справедливо полагал, что громкий шпи онский скандал только повредит процессу сближения двух сверхдержав. Зато Белый дом согласился на эту акцию. В результате встреча в верхах оказалась на гра ни срыва. Однако дипломаты смогли уладить все воз никшие проблемы. Захаров и Данилофф были отпу щены на свободу и спешно покинули негостеприимные страны552.

Там же, с. 274.

ФБР крайне редко реализует такие операции с уча стием двойных агентов. Одна из причин – необхо димость на протяжении длительного периода време ни снабжать противника достоверной информацией.

Ведь, в большинстве случаев ее можно проверить с помощью экспертов или из других источников. Да и не каждый человек подходит на роль двойного агента. По этому обычно американская разведка после выявле ние очередного «инициативника» просто арестовыва ла предателя.

Типичный пример – история авиаинженера Т. П. Ка ваны. Этот человек пытался продать советской развед ке секретную информацию о бомбардировщике, скон струированном с использованием технологии «Сте ле». Благодаря особенностям этого метода самолет крайне сложно обнаружить с помощью радаров. В 1981 году Канава поступил на работу в компанию «Норсроп». Через три года достиг должности главно го инженера отдела сложных технологий. Несмотря на высокую зарплату, инженер не смог решить все свои финансовые проблемы. И тогда он позвонил в советское консульство в Сан-Франциско и предложил за 25 000 долларов рассказать подробности о техно логии «Стеле» 553. Почему отечественная разведка не спешила давать положительный ответ на это заманчи Там же, с. 365-366.

вое предложение? Существует несколько версий тако го странного поведения. Согласно одной, инженер был объявлен «подставой» американской контрразведки.

Поэтому от него решили держаться подальше. По дру гой версии, ФБР просто опередило КГБ или ГРУ и пер вым вычислило инженера. В любом случае, Т. В. Кава на был приговорен к пожизненному заключению.

Причина настороженного отношения офицеров со ветской разведки к «инициативникам» легкообъясни ма. Иногда визит потенциального агента в лучшем слу чае заканчивается громким дипломатическим сканда лом.

При неблагоприятном стечении обстоятельств, на пример отсутствии дипломатического иммунитета, – арестом. А дальше долгая процедура следствия, суд и обмен на иностранных граждан, арестованных за «же лезным занавесом».

Летом 1977 года ФБР провело очередную операцию против советской разведки. Лейтенант ВМС США А.

Линберг взошел на борт лайнера «Казахстан». Через десять дней круиза, перед тем как покинуть палубу комфортабельного судна, он передал одному из по мощников капитана записку. В ней говорилось, что он не прочь заработать и готов поделиться информацией о технических особенностях акустических систем об наружения советских подводных лодок. КГБ принял его предложение. Была достигнута договоренность о том, что материал будет заложен в тайнике. Во время изъ ятия контейнера в мае 1978 года было арестовано три советских разведчика554.

Матрос М. Р. Мерфи служил на американской атом ной подводной лодке «Джеймс Полк». В июне года он позвонил в советское дипломатическое пред ставительство при ООН и предложил свои услуги. Со ветская разведка так и не успела ответить на его предложение. «Инициативник» оперативно был аре стован контрразведкой555. В январе 1986 года на авиа базе Бэль-Аир в Калифорнии был арестован рядо вой ВВС США Б. Отт. Причина ареста – попытка про дажи секретной технической информации по самоле ту-разведчику SR-71 «БЛЭКБЭРД» двум сотрудникам ФБР, которые выступили в роли советских дипломатов.

Предварительно «инициативник» позвонил в консуль ство СССР в Сан-Франциско556.

Старшина Р. Д. Хагвуд служил в Тихоокеанском ра кетном пусковом центре в Пойнт-Мугу (штат Калифор ния). В марте 1986 года он попытался продать руко водство по боевому снаряжению самолетов. Правда, в роли покупателей выступили не офицеры советской Там же, с. 367.

Там же, с. 463.

Там же, с. 707.

разведки, а сотрудники ФБР557.

В июне 1986 года помощник военного атташе по сольства СССР в Вашингтоне попытался завербовать высокопоставленного офицера ВВС США, имевшего доступ к сверхсекретной информации по программе СОИ и технологии «стеле» (самолет-«невидимка»).

Попытка закончилась неудачей и советский разведчик был вынужден досрочно вернуться в Советский Со юз558.

В декабре 1986 года был арестован Ю. Вестфаль – высокопоставленный гражданский служащий мини стерства обороны Западной Германии. Он участвовал в исследовательском проекте по совершенствованию компьютерных систем, применяемых в вооруженных силах ФРГ559. По официальной версии, он был завер бован в Вене еще в июне, но так и не успел передать ничего ценного советской разведке.

Сержант Д. У. Ричардсон служил на полигоне в Эберди-не (штат Мэриленд). Там проводились учеб ные стрельбы из различных видов оружия. В 1989 го ду он позвонил в советское посольство и предложил свои услуги. В частности, он был готов передать схе му электрооборудования танка М-1. Был арестован и Там же, с. 258.

Там же, с. 151.

Там же, с. 534.

приговорен к 10 годам тюрьмы560.

В январе 1989 года ФБР арестовало отставного старшину – инструктора морской противолодочной авиации. Он был уволен из ВМФ в 1985 году. Спустя три года он пытался продать секретную информацию представителям советской разведки 561.

Летом 1989 года были арестованы двое американ ских моряков, служивших на авианосце «Мидуэй» – старшина Р. Браун и рядовой Д. Уилмот. Первый был техническим специалистом подразделения электрон ной войны, а второй в морской авиации. Друзья ре шили немного заработать, продав секретные матери алы по американскому оборудованию и тактике веде ния электронной войны. В качестве покупателя они вы брали сотрудников ГРУ, работавших под «крышей» по сольства СССР в Японии. Американская контрразвед ка заранее узнала об инициативе моряков и помешала реализации намеченного плана. Браун получил 37 лет тюрьмы, а его напарник всего лишь 10562.

Неудачей закончилась попытка в декабре 1994 го да двух американских бизнесменов С. Кота и В. Ред ди продать образцы нового медицинского препарата, полученного методом генной инженерии, за 300 ты Там же, с. 279.

Там же, с. 121.

Зенькович Н. А. В тени Кремля. – Смоленск, 2000, с. 578-579.

сяч долларов. Этот препарат стимулировал рост числа кровяных телец у пациентов с печеночными заболева ниями после переливания крови. По предварительным подсчетам, объем его продаж во всем мире мог пре высить два миллиарда долларов. Заманил в ловушку этих двух «торговцев чужими тайнами» агент ФБР Д.

Друзинский, сыгравший роль русского шпиона563.

В апреле 1996 года за попытку продать секрет ную информацию России был арестован бывший ин структор школы ВМС США в Орландо (штат Флорида) К. Лессе-ентиен. Специалист по ядерным энергетиче ским установкам подводных лодок попался в ловушку, организованную ФБР. Перехватив его телефонный зво нок в российское посольство американские контрраз ведчики назначили «инициативнику» встречу, где он и был арестован. Приговорен к 27 годам тюрьмы564.

Там же, с. 508.

Мильштейн М. А. Сквозь годы войны и нищеты: Воспоминания во енного разведчика. – М., 2000, с. 79—80.

Глава 16. ПРЕДАТЕЛИ О перебежчиках в отечественной литературе напи сано достаточно много. При этом некоторые авторы руководствуются при написании не логикой или праг матизмом, а эмоциями. Поэтому вместо объективного анализа и подбора фактов получается монолог на те му «заклеймим и проклянем изменников Родины» с не большим набором аргументов, демонстрирующих глу бину деградации предателей. И это справедливо.

Хотя не стоит забывать и о том, что перебежчики сыграли определенную роль в истории тайной войны.

Звучит цинично, но без этих людей мы бы не узнали об успехах отечественной разведки.

С другой стороны, есть сотрудники иностранных раз ведок, которые перешли на нашу сторону. Для нас они герои, а для Запада – предатели. Если в России О.

Эймс уважаемая личность, то в США всегда будут по мнить, что благодаря его информации было расстре ляно в СССР несколько американских агентов.

А еще есть личности типа О. Пеньковского. Де юре они признаны суперзлодеями, а де-факто до се годняшнего дня историки спорят, кем же они были на самом деле. Может быть, двойными агентами, кото рые передавали на Запад дезинформацию и исполня ли, порой не осознавая этого, роль пешек в большой игре между Кремлем и Белым домом.

Исходя из всего этого в печати не очень много объек тивной (без эмоциональной окраски) и полной инфор мации о советских перебежчиках. Одно из исключений – книга Д. В. Прохорова и О. И. Лемехова «Перебежчи ки. Заочно расстреляны», факты из которой использо ваны в этой главе.

Первым, кто продемонстрировал западным спец службам размах и направления деятельности отече ственной научно-технической разведки, был шифро вальщик военной легальной резидентуры в Канаде И.

С. Гузенко (Кларк). История его побега достаточно по дробно описана в отечественной литературе, так же, как и нанесенный им урон. Хотя крайне редко говорит ся о том, что побега могло не быть, если бы… И. Гузенко (в маске) дает интервью на Западе после побега. 1945 год «По причине недопустимой беспечности, ротозей ства и легкомысленного поведения военного атташе СССР в Канаде полковника Заботина и трех его по мощников – полковника Мотинова, майора Рогова и майора Соколова (к началу 90-х годов все они, на сколько мне известно, стали генерал-майорами и на ходились либо в запасе, либо в отставке), – которые доверили Гузенко всю свою переписку для хранения или уничтожения, на руках у перебежчика оказались секретные документы.

Он снимал копии с тех, что шли в архив, а материалы, требующие уничтожения, хра нил в надежном месте. Своей преступной деятельно стью Гузенко занимался с 1942 по 1945 год. – Это из воспоминаний заместителя начальника 1-го управле ния (агентурная разведка) ГРУ полковника М. Миль штейна. – По долгу службы пришлось заниматься де лом Гузенко, и, понятно, я был свидетелем того, как реагировали на это предательство не только руковод ство военной разведки, но и высшие должностные ли ца Советского Союза».

М. Мильштейн далее в своих воспоминаниях спра ведливо утверждает: «В истории Гузенко были на рушены все писаные и неписаные законы секретной службы. По существующим в разведке правилам ши фровальщик не имеет права жить на частной квартире – ему обязаны предоставить жилую площадь в поме щении, имеющем экстерриториальность, то есть в по сольстве. Так оно в начале и было. Но у Гузенко рос маленький ребенок, который иногда по ночам кричал, а жена военного атташе не терпела детского плача. В результате Заботин, находящийся под каблуком жены, заставил Игоря Гузенко переехать на частную кварти ру.

В то же время Мотинов и Рогов, также вопреки всем инструкциям, по своей инициативе стали заводить по дробные личные дела на всех, с кем они работали или кого они в тот момент «разрабатывали». В этих досье содержались имена, адреса, места работы и другие данные на уже действующих агентов, и на лиц, кото рых они собирались сделать своими осведомителями.

Материалы хранились в сейфе у Мотинова, ключом к которому мог пользоваться только он сам. Второй же ключ, опечатанный, в специальном пакете, на всякий «пожарный» случай должен был храниться у старше го шифровальной комнаты и потому не выдавался. Но Мо-тинов по глупой наивности не предполагал, что Гу зенко уже давно подобрал ключ к его сейфу и система тически прочитывал все секретные документы, снимая с них копии.

Сама история побега советского шифровальщика в Канаде довольно необычна. Еще в сентябре 1944 года начальник управления подумывал об отзыве Гузенко на родину и для начала приказал переселить его в дом военного атташе. Полковник Заботин, опять же пойдя на поводу у жены, не выполнил этого приказания Цен тра. Позднее, через год, в августе 1945 года, тогдаш ний начальник ГРУ генерал-полковник Ф. Ф. Кузнецов сам составил телеграмму с категорическим приказом Заботину немедленно отправить Гузенко и его семью в Москву. Помню, тогда Федор Федорович вызвал меня к себе и с гордостью показал текст телеграммы, кото рую он отправил. Прочитав ее, я схватился за голову:

телеграмму-то будет расшифровывать сам Гузенко! А она содержала явные угрозы в его адрес. Но Кузнецов слабо представлял последствия своего опрометчиво го шага и ничего не хотел слушать. Телеграмма, между тем, благополучно дошла до адресата в Оттаве. Есте ственно, получив и расшифровав подобную депешу из Центра, испуганный Гузенко сразу же собрал все име ющиеся в его распоряжении документы и сентябрь ским вечером 1945 года тайно покинул квартиру» 565.

В первой половине июня 1944 года (за 13 месяцев до побега шифровальщика) М. Мильштейн встречал ся с И. Гузенко в Оттаве, и тогда у гостя из Москвы зародились подозрения по отношению к этому чело веку. С той поры прошло пятьдесят семь лет и сей час трудно судить, правильно или нет поступил заме ститель начальника 1-го агентурного управления, не став настаивать на отзыве подозрительного сотрудни ка. Хотя тогда причиной мотивированного вызова в Мо скву и многомесячного служебного расследования мо гла стать даже обычная анонимка. В июне 1944 года М. Мильштейн совершал обычную инспекционную по ездку по легальным резидентурам военной разведки, и Канада в его маршруте занимала последнее место.

Первоначально он не собирался встречаться с шифро Там же, с. 87-90.

вальщиком, но его странное местожительство, да и же лание самого И. Гузенко поговорить с ним изменили планы гостя.

«Как всегда в таких случаях, я начал издалека: как семья, чем занимается жена в свободное время, что он делает сам в выходные дни, каковы квартирные усло вия, не хочет ли он вернуться в Союз, как обстоят дела с английским языком… О делах в начале беседы – ни слова.

Неожиданно Игорь выразил желание участвовать в оперативной работе. Для меня это заявление показа лось странным.

– Что же конкретно вы могли и хотели бы делать? – спросил я.

– Этого я не знаю, но чувствую, что мог бы участво вать в оперативной работе и приносить пользы Родине не меньше, чем другие наши сотрудники, – ответил он.

– И все же? – добивался я прямого ответа. Гузенко пожал плечами и ничего не ответил. Тогда я задат дру гой вопрос.

– А что конкретно вам известно о нашей работе в этой стране?

Вдруг Игорь Гузенко как-то насторожился, в лице по явилось напряжение, и он отвел взгляд. Что-то мне не понравилось, но я продолжал спрашивать. Он же вся чески старался уходить от серьезного разговора, жа луясь на низкий оклад и не очень хорошие жилищные условия. Но в целом наш разговор с Гузенко завершил ся на мажорной ноте: он доволен работой и хотел бы еще, когда у меня будет время, встретиться».

И они действительно обстоятельно поговорили на кануне отъезда М. Мильштейна. «Наша беседа про должалась несколько часов. Я внимательно слушал его, лишь изредка задавая несущественные вопросы.

Какое-то тревожное предчувствие не покидало меня на протяжении всего нашего разговора. Что-то неис креннее, подлое виделось мне в этом человеке. Мне казалось, что он постоянно пребывает в состоянии страха.

Именно тогда, в июне 1944 года, я пришел к выводу, что Гузенко готовится к побегу. Я, конечно, отдавал се бе отчет в том, что мое предположение основано ис ключительно на субъективных ощущениях и поэтому высказывать вслух свое мнение в Центре преждевре менно и даже опасно. С этим сложным чувством 16 ию ня 1944 года я покинул Канаду и в конце концов воз вратился в Советский Союз. И все же в Москве, докла дывая о своей поездке тогдашнему начальнику воен ной разведки Ивану Ильичеву, я рассказал ему не толь ко о своих впечатлениях о секретной миссии в Кана ду, но и высказал свои опасения в отношении Гузенко.

Я сказал буквально следующее: «У меня нет конкрет ных данных и существенных оснований обвинять ши фровальщика, есть только подозрения и догадки (на пример, о наличии дубликата ключа от сейфа Мотино ва. – Прим. авт.), но все же осмелюсь предположить, что Гузенко готовится к побегу и может нас предать».

Ильичев не придал моим словам большого значе ния. Более того, набросился на меня с упреками.

– Ты представляешь, что говоришь? – воскликнул он. – Разве можно так безосновательно и безответ ственно подозревать кого-либо. Если основываться только на подозрениях, то тогда нам всех надо будет отзывать из-за рубежа.

Отругав меня, Ильичев, тем не менее, на следую щий день все-таки приказал составить телеграмму об отзыве Гузенко из Канады. В ней было выражено на стоятельное требование о переселении шифроваль щика в дом военного атташе до его отъезда из Оттавы.

Именно об этой телеграмме 1944 года так много гово рилось в документах Королевской канадской полиции.

После разговора с Ильичевым я пошел к начальнику управления кадров полковнику С. Егорову и повторил свое заявление. Он тоже отнесся к моему предположе нию с большим сомнением, но попросил все изложить письменно. Я это сделать отказался. Так или иначе, но мои умозаключения, как оказалось впоследствии, спа сли меня от ареста. Если бы я тогда не сделал этих заявлений, то, наверно, после бегства Гузенко был бы арестован, осужден и посажен»566.

После того как Гузенко ушел на Запад, в тече ние нескольких лет его местонахождение, правда не очень активно, пытались установить сотрудники внеш ней разведки. В частности, один из сотрудников амери канского отдела ПГУ КГБ собирал все сообщения при сланные от сотрудников резидентур, связанные с по иском перебежчика567.

О проекте «Висмут» (использование восточногер манских предприятий в атомной программе СССР) на Западе узнали от некоего полковника советской ар мии. В истории «холодной войны» он фигурировал под псевдонимом Икар. Сначала он служил офицером материально-технического снабжения в Москве, а за тем на территории ГДР. Однажды он предложил свои услуги американской разведке в Западной Германии.

В советской зоне оккупации у него осталась любов ница-немка, по которой он очень тосковал. После не скольких месяцев депрессий он вернулся назад. Весь ма вероятно, что его либо расстреляли, либо отправи ли в Сибирь568.

Существует устойчивое мнение о том, что О. Пень Брыкин О. Исповедь офицера разведки. М., 1998, с. 70.

Бейли Дж., Кондрашев С. А., Мэрфи Д. Э. Поле битвы Берлин: ЦРУ против КГБ в «холодной войне». – М., 2000, с. 26.

Чертопруд С. В. Вопросы вокруг дела Пеньковского. – «Независимое военное обозрение», 2000, № 20.

ковский проинформировал западные спецслужбы о системе советской научно-технической разведки, бо лее того, что он сам воровал иностранные технологии.

На самом деле это не совсем так.

Вспомним, что происходило в то время. Осень года. Карибский кризис достиг своего кульминацион ного момента. Третья мировая война может начаться в любую минуту. Все участники драмы – от главноко мандующих (руководители Советского Союза и США) до рядовых солдат (сотрудники спецслужб и военные) – стараются всеми силами не допустить трагического финала.

Спустя много лет они подробно расскажут о тех со бытиях и сыгранных ими ролях. Историки и журнали сты скрупулезно изучат их мемуары и секретные доку менты того времени. Будут написаны десятки моногра фий, посвященных анализу Карибского кризиса и роли отдельных личностей.

Среди персонажей будут и свои мифические герои.



Pages:     | 1 |   ...   | 7 | 8 || 10 | 11 |   ...   | 13 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.