авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 10 |

«В.Е. Егорычев Правда и ложь на весах истории (критика фальсификаций истории Великой Отечественной войны в ...»

-- [ Страница 3 ] --

И очень жаль, что в Беларуси пока не издана книга «Польское правительство в изгнании» великолепного польского историка Эугениуша Дурачиньского, который всю жизнь зани мается проблемами Второй мировой войны. Из нее белорус ский читатель узнал бы, что, по сути, все силы польского обще ства в сентябрьской катастрофе, которая постигла Польшу в году, обвинили руководство собственной страны – так называе мых пилсудчиков. Отказали им в доверии и западные союзники Польши. Все попытки создать польское правительство в эмигра ции из наследников маршала Пилсудского наткнулись на жест кое противодействие. Правительство в результате возглавил ге нерал Владислав Сикорский, много лет находившийся в оппози ции маршалу и его духовным наследникам. Так что, если кто-то в Польше и других странах считает, что в 1939 году состоялся «четвертый раздел» Речи Посполитой, то пусть не забывает, что к этому разделу страну подвело собственное руководство, про водившее политику враждебности по отношению к народам, населявшим вместе с поляками государство, а также ко всем без исключения соседям. Такая политика неизбежно должна была привести к освобождению угнетенных народов. Тем более, если у них есть единокровные братья в других странах. Так и случи лось. В заявлении Советского правительства, врученному утром Мифы о «советском экспансионизме» и «ревентивной войне»

17 сентября 1939 г. польскому послу в Москве и переданному по радио в тот же день, отмечалось: «В Польше создалось по ложение, которое требует со стороны Советского правитель ства особых забот в отношении безопасности своего государ ства. Польша стала удобным полем для всяких случайностей и неожиданностей, которые могут создать угрозу для СССР... Со ветское правительство считает своей священной обязанностью подать руку помощи своим братьям-украинцам и братьям-бело русам, которые населяют Польшу. Поэтому Советское прави тельство отдало распоряжение Главному командованию Крас ной Армии дать приказ своим войскам перейти границу и взять под свою защиту жизнь и имущество населения Западной Укра ины и Западной Белоруссии» [18, с.432].

Напомним в этой связи, что, согласно дополнительным протоколам, приложенным к пакту о ненападении от 23 августа 1939 г. между СССР и Германией, Западная Белоруссия и За падная Украина признавались сферой интересов СССР*.

Про токолы, как и заключенный в сентябре договор о дружбе и границе, объективно возобновляли национально-территориаль ную целостность белорусского народа, нарушенную условия ми Рижского договора 1921 года, однако противоречили об щепризнанным нормам международного права. Отметим так же, что в опубликованных постановлениях военных Советов Бе лорусского (командующий М.П. Ковалев) и Украинского (командующий С.К. Тимошенко) фронтов ставилась задача – «положить конец угнетению трудящихся Западной Белоруссии и Западной Украины, предоставить полную безопасность тру дящимся этих областей». Частям Красной Армии категоричес ки запрещалось бомбардировать города и населенные пункты авиацией, вести по ним артиллерийский огонь, нарушать грани цы Литвы, Латвии и Румынии. В директивах Советов фронтов говорилось о необходимости защиты местного населения от жандармов и осадников, о лояльных отношениях к польским военнослужащим и государственным чиновникам, которые не оказывают вооруженного сопротивления.

Большое внимание уделялось разъяснительной работе среди населения о причинах краха польского государства и целях освободительной миссии Красной Армии. И несколько слов об «ударе в спину», который нанесли Польше советские * 10 сентября гитлеровское руководство распространило обращение к населению Западной Украины, в котором сообщалось о намерении Гер мании создать там «независимое государство» под эгидой Германии. Мос ква выступила против подобного решения.

Глава войска. А что сделала Польша за полгода до катастрофичес кого для нее сентября, когда Гитлер решил полностью окку пировать Чехословакию? Польские войска ударили в тыл че хам и оккупировали регионы Тешин и Заользъе под предло гом защиты этнических поляков, которые в населении этих районов никак не преобладали. А ведь в Западной Белоруссии и Западной Украине белорусы и украинцы составляли основ ную массу населения. Их брала под защиту Красная армия. И в этом разница. Таким образом, произошедшее 17 сентября 1939 года было в своем историческом смысле не агрессией против Польши, а ликвидацией польской агрессии. Сентябрьс кие события ликвидировали историческую несправедливость, это было подготовлено героической борьбой трудящихся за свободу и независимость на протяжении почти 20 лет.

Польша, будучи союзницей Франции, ударила по Чехос ловакии, которая тоже была союзницей Франции. Этим ша гом возмутился даже Черчилль. Но дело не только в этом ударе, а больше всего в том, что, совершив его, Польша создала военно-политический прецедент, показавший, как можно действовать, «если нельзя, но очень хочется». Не этот ли прецедент был использован вскоре против нее самой?

В итоге все геополитические конструкции польского диктатора Пилсудского оказались хрупкими и недолговеч ными. Речь Посполитая так и не возродилась. Ее начал ду шить и добил тот политик, с которым Пилсудский первым в Европе в 1934 году заключил пакт о ненападении, – Гит лер. Последний не желал делиться в Европе местом и на чал новую мировую войну с войны против Польши – госу дарства, когда-то открывшего дипломатическое признание Третьего рейха. Пилсудский своими руками готовил гибель Польши, не разглядев в Гитлере и третьем рейхе геополи тических соперников.

Что касается «советского национального гнета», то гос подам – демократам от истории надо быть честными хотя бы перед собой, если большего не позволяют хозяева или кор поративная солидарность.

Белорусская нация в основном, завершила свое формиро вание и получила первую международную легитимность в со ставе Советского Союза. Это исторический факт. С такой же фактической достоверностью можно утверждать, что никто в СССР не ущемлял права белорусов ни в политическом, ни в экономическом, ни в социально-культурном отношении. На этот счет есть красноречивая статистика, живые свидетельства и сви Мифы о «советском экспансионизме» и «ревентивной войне»

детели. Не искренни и рассчитаны на простаков попытки под менить национальное угнетение вопросом политических реп рессий и проблемой языка. От репрессий страдали все народы СССР, россияне не меньше, чем белорусы. Но действовали и такие факторы, как гарантия работы, доступность образова ния, медицинской помощи, культурных благ и т.д.

Недобросовестные авторы безуспешно, но настойчиво «пе далируют» тему «советского экспансионизма». Тезис этот пол ностью фальшив. Хорошо известно, повторимся, что во время советско-германских переговоров, состоявшихся в Берлине 12 – 13 ноября 1940 г., Гитлер, пытаясь подкупить Советский Союз и этим привлечь его для выполнения агрессивных планов фашистс кого блока, предложил Советскому правительству расширить территорию в южном направлении и приобрести выход к Пер сидскому заливу и Индийскому океану, т.е. захватить Иран и некоторые прилегающие к нему районы. Правительство СССР решительно отвергло германские предложения, что в опреде ленной степени расстроило планы гитлеровцев.

Нельзя не отметить того, что вступление советских войск в западные регионы Белоруссии и Украины содействовало уси лению давления руководства СССР на правительства Прибал тийских стран, стремясь укрепить северо-западную границу, Советский союз добивался от Эстонии, Латвии и Литвы согла сия на размещение на их территориях своих военных баз. В результате интенсивных переговоров были подписаны пакты о взаимопомощи с Эстонией 28 сентября, с Латвией – 5 октяб ря, с Литвой – 10 октября. Вполне понятно, что присутствие Красной Армии в Прибалтийских государствах вызывало рас пространение социалистических идей со всеми вытекающими последствиями. Надо признать, что «Советы» соблюдали ней тралитет в отношении внутренних дел прибалтов. Этот факт важен еще и потому, что сегодня среди некоторых полити ческих деятелей Прибалтийских республик очень популярно трактовать и принимать решения по событиям тех лет в пользу тезиса об оккупации. Это не соответствует фактам. Нельзя игнорировать то, что советской оккупационной администра ции на этих территориях не было. Народ создавал, что легко установить документально, свои органы самоуправления в уездах, городах и областях. Наконец, вхождение Прибалтийс ких республик в состав СССР произошло в августе 1940 г.

согласно решению национальных учредительных органов, со зданных на основе выборов. Этот акт был признан великими державами законным на Потсдамской конференции в 1945 г., Глава а также 35 странами на Хельсинской конференции в 1975 г.

Правда, нельзя не сказать и том, что социальные преобразо вания в Прибалтике осуществлялись и в русле антисоветского движения. Некоторая часть населения не восприняла Советс кую власть. Следует учитывать и то обстоятельство, что еще до начала германской оккупации литовские, эстонские, укра инские и польские национальные силы создали сеть организа ций, которые вели борьбу против советских органов власти и партийных активистов.

Известно точно, что «среди правящей верхушки Литвы и других прибалтийских стран были сторонники союза с Германи ей. Чем бы закончился для Балтийских государств такой союз, можно только догадываться: по планам Гитлера, от них не «дол жно было остаться и следа» [19]. Без советской «оккупации»

очень маловероятно, что Литва когда-либо вернула бы себе Вильнюсский край и Клайпеду. Все разговоры об оккупации преследуют только одну цель – преуменьшить значение Побе ды, очистить сознание людей от прошлого в угоду современ ной политической конъюнктуре. Вот только получится ли?

Итак, рухнули замыслы фашистских правителей Германии утвердиться в Прибалтике, а также планы правящих кругов Англии и Франции, рассчитывавших вовлечь Литву, Латвию и Эстонию в «крестовый поход» против СССР.

В этот период Советский Союз обезопасил свои границы в зоне Финляндии и мирным путем добился освобождения Бессарабии, насильственно захваченной в 1918 г. Румынией при прямой поддержке Антанты. Одновременно СССР была передана Северная Буковина, населенная преимущественно украинцами.

В результате оборонительные рубежи СССР на всём про тяжении западной границы от Балтики до Черного моря были значительно отодвинуты на запад.

Клеветнический характер носят утверждения фальсифи каторов истории о том, что действия, предпринятые Советс ким Союзом в 1930 – 1940 гг. по обеспечению своей оборо носпособности, представляли собой «подготовку к вторже нию» во многие европейские страны, нарушили равновесие сил на востоке Европы, их соотношение изменилось в пользу СССР, а Германия путем войны якобы хотела лишь восстано вить равновесие. Особенно много усилий в этом направлении приложили западногерманский историк, бывший офицер гит леровского вермахта Э. Хельмдах в работе «Нападение?» и английский публицист Д. Ирвинг в книге «Война Гитлера».

Мифы о «советском экспансионизме» и «ревентивной войне»

Работа Хельмдаха полностью построена на основе анти научного и ложного тезиса о том, что война между фашистс кой Германией и СССР явилась якобы следствием «советской угрозы немцам». По утверждению автора, «агрессивные на мерения» СССР в отношении Германии стали проявляться уже с 20-х годов. Каких-либо научных аргументов для доказатель ства этих надуманных утверждений автор не приводит, так как действительность полностью опровергает его лживые версии.

Поэтому за «подготовку агрессии» Хельмдах выдает все то, что делалось Советским государством для укрепления своей обороны. Выделение средств для нужд обороны, создание новых типов военной техники, организационное укрепление Советских Вооруженных Сил, строительство предприятий обо ронной промышленности и т.п. – все это автор трактует как «подготовку агрессии против Германии» [20].

Хельмдах полностью игнорирует тот факт, что все пере численные им мероприятия Советского правительства по по вышению военно-экономического потенциала страны были вызваны возрастанием опасности империалистической агрес сии против СССР. Международная обстановка требовала от Страны Советов более быстрого обновления военной техники и повышения темпов ее производства, создания запасов воо ружения, строительства новых оборонных заводов и реконст рукции старых. Но все эти меры принимались лишь для отра жения возможной агрессии. Они были естественны и необхо димы в создавшихся условиях.

Действительно, в СССР проводились мероприятия по по вышению экономической и военной мощи государства. Были основаны два новых военно-промышленных центра: Урало Сибирский и Дальневосточный. К 1940 г. СССР сумел создать все необходимые виды промышленности, обеспечивающие независимое и устойчивое развитие военно-промышленного комплекса. Было построено свыше 9 тыс. новых промышлен ных предприятий с учетом их перевода на производство бое вой техники и оружия.

Красная Армия имела самое разнообразное оружие оте чественного производства. Многие образцы советского воо ружения не только соответствовали уровню аналогичных ви дов оружия западных стран, но и превосходили их: например, танки Т-34 и КВ, самолеты Як-1, МиГ-3, Лаг-3, Ил-2 и Пе-2, реактивные установки «Катюша». Однако нужно подчеркнуть, что новые образцы боевой техники и вооружения только на чинали поступать в Красную Армию.

Глава В предвоенные годы были приняты меры и к повышению бо евой мощи Военно-Морского Флота. С начала 1939 г. до 1941 г.

общий тоннаж флота по надводным кораблям возрос почти на 109 тыс. т., а по подводным лодкам – более чем на 50 тыс. т.

Численность личного состава ВМФ возросла до 344 тыс. человек.

Партия укрепляла единство народа и армии: местные партийные и советские органы, профсоюзные и комсомольс кие организации брали шефство над воинскими частями;

прак тиковались обмен делегациями, вручение воинским частям и кораблям шефских знамен предприятий и т.д.

Повсеместно развернулась оборонно-массовая работа. С 1939 г. была введена дополнительная подготовка учащихся стар ших классов. Во всех городах и селах, на всех предприятиях и учреждениях организовывались кружки по изучению основ про тивовоздушной обороны;

во многих местах были созданы аэро клубы, которые наряду с подготовкой летных кадров помогали создавать планерные и парашютные станции.

К лету 1941 г. в учебных подразделениях Осоавиахима различными военными специальностями овладевали 2,6 млн.

человек. Союз обществ Красного Креста и Красного Полуме сяца организовал массовую подготовку медицинских сестер, санитаров, дезинфекторов. За два с половиной предвоенных года нормы на значок «Готов к ПВХО» (противовоздушной и противохимической обороне) сдали более 24 млн. советских граждан. Указом Верховного Совета СССР от 26 июня 1940 г.

все трудящиеся переходили на 8-часовой рабочий день и 7 дневную рабочую неделю. Активизировалась борьба за ук репление дисциплины на производстве.

В течение марта и апреля 1941 г. в Генеральном штабе шла усиленная работа по уточнению плана прикрытия запад ных границ и мобилизационного плана на случай войны. В Бе лоруссии уже в 1939 г. в ЦК, обкомах и райкомах были со зданы военные отделы, осуществлявшие руководство военно мобилизационной работой и патриотическим воспитанием на селения. Каждый коммунист обязан был овладеть одной из воинских профессий, активно участвовать в работе оборон ных организаций. Руководство республики и командование Западного Особого военного округа стремились к усовер шенствованию оснащения западной границы, особенно Бело стокского выступа. Началось строительство четырех укреп ленных районов (УР): Гродненского, Осовецкого, Замбровс кого и Брестского. Каждый УР имел протяженность от 80 до 180 км и глубину от 3 до 8 км. Однако к июню 1941 г. было Мифы о «советском экспансионизме» и «ревентивной войне»

построено только 505 долговременных огневых сооружений, а оборудовано только 193 из запланированных 1 174. По этой причине в начале войны не удалось создать устойчивую систе му обороны западных границ Белоруссии.

Все действия Советского Союза по укреплению своих за падных границ носили чисто оборонительный характер, ни для кого не представляя угрозы. Это признавали еще в первый пе риод Второй мировой войны многие политические деятели За пада. В речи по радио 1 октября 1939 г. У.Черчилль, касаясь освобождения советскими войсками Западной Белоруссии и За падной Украины, сказал: «То, что русские армии на этой линии, было явно необходимым с точки зрения безопасности России от нацистской угрозы. Как бы то ни было, но линия установлена и создан Восточный фронт, на который нацисты не осмелива ются напасть» [21]. Но «исследователь» Хельмдах пренебрега ет подобными свидетельствами, делая противоречие истине правилом. Стремление Советского правительства поддержи вать нормальные дипломатические отношения со всеми воюю щими государствами преподносится им как политическая де зинформация «в целях выигрыша времени». Заявление ТАСС от 14 июня 1941 г., представлявшее собой выражение желания Советского Союза избежать войны с Германией и сохранить с ней добрососедские отношения, подается им как акция, на правленная якобы на то, чтобы отвлечь внимание мировой об щественности от «готовившегося преступления» против нем цев. «Антигерманский характер, по заявлению Хельмдаха, но сили маневры советских войск в первой половине 1941 г., а в августе этого года Красная Армия якобы «готовилась напасть»

на Германию [22]. А вот проводившаяся в действительности в очень широких масштабах подготовка фашистской Германией войны против СССР изображается как «меры предосторожно сти» перед лицом «военных приготовлений» Советского Со юза. Но, повторимся, хорошо известно, что уже 21 июля 1940 г.

Гитлер отдал распоряжение главному командованию сухопут ных войск вермахта разработать конкретный план агрессивной войны против СССР. Остальное читателю хорошо известно из вышеизложенного.

Английский историк Д. Ирвинг в книге «Война Гитлера»

проводит мысль о якобы имевшейся «возможности» нападе ния СССР на Германию в 1940 – 1941 гг., пишет о том, что накануне войны донесения разведки сводились к одному вы воду: «Русские готовятся к вторжению в Германию» [23]. Миф о «советском экспансионизме» настойчиво раздувают многие Глава версиологи Второй мировой войны, убирая в тень истинное положение вещей. Но даже руководящие деятели фашистс кой Германии, по указанию которых впервые стала распрост ранятся фальшивка о «советской угрозе» немцам в 1940 – 1941 г., о «превентивном характере» войны Германии против СССР, прекрасно знали, что Советский Союз не собирается ни на кого нападать. 28 апреля 1941 г. германский посол в Москве Ф. Шуленбург в беседе с Гитлером прямо заявил: «Я не могу поверить, что Россия когда-нибудь нападет на Герма нию». Гитлер согласился со словами Шуленбурга и, отвечая ему, выразил свое недовольство тем, что Советский Союз невозможно даже «спровоцировать на нападение» [24].

Итак, несмотря на полную беспочвенность и абсурдность версии о «советском экспансионизме» в предвоенные годы, она продолжает занимать видное место в работах о минув шей войне. Ничтоже сумняшеся, отдельные авторы утверж дают, что Сталин готовил войну против Гитлера! Речь идет о версии начала войны, выдвинутой сбежавшим на Запад со трудником советской военной разведки Владимиром Резуном, пишущим под псевдонимом Виктор Суворов. Суть этой вер сии, как известно, в том, что СССР якобы готовил летом 1941 г. вторжение в Европу, и немецкий удар стал лишь ме рой самообороны против советской агрессии. Суворов идет дальше и утверждает, что и всю Вторую мировую войну на чал СССР, подписав советско-германский договор о ненапа дении 1939 года и развязав тем самым руки Гитлеру для на ступления против Польши и Франции.

Сегодня, зная документы истории Великой Отечественной войны, можно поднятый вопрос поставить и так: почему такого упреждающего удара с советской стороны не последовало?

Это важно рассмотреть, во-первых, потому что многие исследователи с решениями и действиями советского руко водства (Сталина) накануне войны связывают драматические последствия на фронтах войны в ее начальный период.

Во-вторых, это дает возможность уяснить мотивы пове дения Сталина в канун войны и получить ответ на многочис ленные фальсификации по этому поводу.

Кто же прав в развернувшейся полемике по проблеме «нападение = упреждение»?

Обратимся к меморандуму (ноте) германского правитель ства правительству СССР, врученному немецким послом Шулен бургом В.М. Молотову в 5.30 утра 22 июня 1941 года: «Все воо руженные силы (имеются в виду советские. – В.Е.) на германской Мифы о «советском экспансионизме» и «ревентивной войне»

границе сосредоточены и развернуты в готовности к нападению...

Правительство Германии не может безучастно относить ся к серьезной угрозе на восточной границе... Большевистс кая Москва готова нанести удар в спину национал-социалисти ческой Германии, ведущей борьбу за существование... По этому фюрер отдал приказ германским вооруженным силам всеми силами и средствами отвести эту угрозу» [25].

Этим утверждениям, изготовленным в ведомствах Риб бентропа и Геббельса, вторят «сочинители» типа Резуна-Су ворова, Гавриила Попова и Ко. АЕ. Киселев в бытность на НТВ даже сварганил телефильм под названием «Мировая револю ция для товарища Сталина»...

Тихие джентльмены, переняв у Геббельса жупел «больше вистской», «советской опасности», усердно соперничали и со перничают с ним, состязаясь в очернении целей, мотивов, по буждений советских людей, их великой страны. Придет время, когда английские и американские политики неоспоримо захва тят лидерство в антисоветчине. И среди них самым первым окажется мастер звонких фраз, преувеличений и недомолвок, ловких передержек и тонких извращений Уинстон Черчилль.

Лишенный английскими избирателями сразу после войны влас ти, он вернется к старому ремеслу сеятеля страха и ненависти к Советской России: Черчилль объявит в американском городе Фултоне «холодную войну», главным орудием которой станет постоянное, повседневное, истеричное нагнетание вражды к советскому народу. Президент Трумэн, привезший отставного английского премьер-министра в свой родной штат, будет бур но аплодировать ему и позже провозгласит свою антисоветс кую «доктрину», вдохновленную той же враждой, которая пи тала Геббельса и Черчилля. Их убежденный последователь и ученик Джон Ф. Даллес попытается воплотить эту вражду в «политику отбрасывания коммунизма», которая приведет США, а вместе с ними и значительную часть мира к «балансированию на грани войны». Позже, в 80-е годы, эта безрассудная полити ка будет подхвачена, усилена, доведена до психоза: Белый дом назовет великую Страну Советов «империей зла» и попытается мобилизовать на «глобальное противоборство» с ней все зави симые от США страны, толкая весь мир, все человечество на край ядерной войны и всеобщей катастрофы.

...Нет уже страны под названием «СССР», но...осталась великая история небывалого в истории человечества государ ства. И вновь продолжается, лишь слегка варьируемая, но все гда ожесточенная и озлобленная антисоветская травля, имену емая то «психологической», то «информационной» войной.

Глава На 352 страницах своего скандально известного опуса «Ледокол. Кто начал вторую мировую войну?»* Резун пытает ся доказать, что СССР к 1941 г. создал армию для соверше ния агрессий и готовился первым нанести удар по Германии.

Резун прямо пишет: «Если бы Гитлер не напал раньше нас, мы все равно стали бы “освободителями”. Советское руковод ство готовилось к захвату Германии и всей Западной Европы.

Гитлер, разгадав план Сталина, 22 июня нанес упреждающий удар» [26]. Исходя из выдуманного «постулата», Гитлер яко бы вынужденно отдал команду на переход вермахтом совет ско-германской границы воскресным утром 22-го. Прямых доказательств у автора нет (бригада Суворова больше рабо тала по открытым источникам: газеты, журналы, радиоинфор мация, а к секретным архивам, о которых пишет предатель, он, похоже, допуска не имел («не пройдет ста лет, и доку менты будут найдены. Верю»), поэтому он прибегает к инси нуациям, обвиняя во всех смертных грехах руководство Со ветского Союза.

Какова же главная идея автора «Ледокола» – сначала аген та-двойника (что ныне модно), потом и откровенного пере вертыша? Идея в том, что Нюрнбергский процесс – ошибка:

судить-де надо было не генералов Йодля и Кейтеля, отдавших приказы о массовом истреблении советских людей, а Сталина и Жукова. Именно последнего иуда особенно не любит.

Автор «Ледокола» делает сенсационное (по его, разу меется, мнению) открытие, заключающееся в том, что оши бались все более или менее известные американские, фран цузские источники, а также такие политические деятели, как Рузвельт, Черчилль, де Голль и другие, которые считали гит * Владимир Резун (он же Виктор Суворов) родился в 1947 году, окончил Калининградское суворовское военное и Киевское высшее общевойсковое ко мандное училища. Был офицером разведывательного управления штаба военно го округа. С 1970 г. – в номенклатуре ЦК КПСС. В 1974 г. окончил Военно дипломатическую академию. Четыре года работал в женевской резидентуре ГРУ.

Заочно приговорен к расстрелу. Автор ряда книг. «Ледокол» – главная книга его жизни. Ее он начинает с исповеди, где просит прощения за свое иудство.

Из официальной справки: «Специалистами проведено изучение и со поставление книг Резуна (Суворова) «Аквариум» и «Ледокол». Анализ...

привел экспертов к однозначному выводу: книги написаны разными людь ми, скорее всего – разными группами западных специалистов... Участие лично Резуна чувствовалось в отдельных литературных приемах, жаргонах, междометиях, выделении ключевых слов и фраз интервалом».

...Наши святыни останутся с нами. А что останется с резунами? Вопрос рито рический. Ибо даже его отец Богдан Васильевич, ветеран, прошедший Великую Отечественную войну с первого до последнего дня, не простил, проклял сына...

Мифы о «советском экспансионизме» и «ревентивной войне»

леровскую Германию зачинщиком войны. Надо думать, что выразивший совсем недавно такое мнение Отто фон Габс бург (известный австрийский политик и историк) также горько ошибался (или не читал «Ледокол»). Другое дело, разделяю щие «новый взгляд» российский академик Ю. Афанасьев, «ис торик» И. Бунич, «демократ» первой волны Г. Попов со свои ми «Заметками о войне»...

Оказывается, не Гитлер развязал войну в Европе, а его, благородного мечтателя-идеалиста, вместе с эсесовцами, ге нералами, гиммлерами, риббентропами, кальтенбрунерами объегорила и толкнула на захват Европы «советская империя зла». Нападение на Польшу организовал Сталин только для того, чтобы иметь с ним общую границу для последующего вероломного удара в спину Германии (будто не было перед этим захвата Рейнской области, Австрии, Чехословакии).

Наконец, последняя, главная идея о том, что будто бы у немецких фашистов и мысли не было атаковать Россию, зах ватывать плодородные земли Украины, уголь Донбасса, же лезо Криворожья, добывать «жизненное пространство» для «тысячелетнего рейха» (в соответствии с идеями «Майн Кампф»), а свершился справедливый акт «самообороны» от агрессора (примерно в том же духе, как оправданный небе зызвестным Козыревым ракетный удар американцев по Баг даду «Буря в пустыне» в соответствии с нормами ООН о са мозащите).

«Итак, – пишет Резун-Суворов, – германские войска ве дут интенсивную подготовку к вторжению, которое назначе но на 22 июля 1941 года. 6 июля в 3 часа 30 минут по москов скому времени десятки тысяч советских орудий разорвали в клочья тишину, возвестив миру о начале Великого освободи тельного похода Красной Армии.

Артиллерийская подготовка набирает мощь. У самой гра ницы по тревоге советские батальоны получают водку. В при граничных лесах гремит громовое “ура!”, войскам читают боевой приказ верхового Главнокомандующего товарища Ста лина: “Час расплаты наступил! Советская разведка вскрыла коварство Гитлера, и настало время с ним рассчитаться за все злодеяния и преступления! Чудо-богатыри, мир смотрит на вас и ждет освобождения!”. По лесным и полевым дорогам бесконечные танковые колонны, затмевая горизонт облаками пыли, выдвигаются к границам. А над головой волна за волной идут на запад сотни, тысячи советских самолетов.

Глава Пьет батальон горькую водку перед вступлением в бой.

Хорошие новости: разрешили брать трофеи, грабить разре шили. Кричит комиссар. Охрип. Илью Оренбурга цитирует:

“Сломим гордость надменного германского народа!”. Сме ются “черные бушлаты”: «Это каким же образом гордость ломать будем, поголовным изнасилованием?..”.

В августе 1941 года Второй стратегический эшелон за вершил Висло-Одерскую операцию, захватить мосты и плац дармы на Одере...» [26, с.341].

А теперь давайте успокоимся. Не было этого. Но, по мнению Резуна и его подельников, могло произвести в начале войны коварного Сталина против «несчастной» Германии. Но...

его упредил «простодушный» Гитлер. И если бы фюрер не напал 22 июня, то ему, утверждает «ледокольщик», пришлось бы принять яд уже весной 1942 г., когда Красная Армия вор валась бы в Берлин... При этом господин Суворов кощун ственно заявляет о том, что «планов оборонительной войны у советских командиров не было». Но это не так!

Все мероприятия, проведенные после заключения пакта с Германией, говорят о том, что Советское правительство и лично Сталин делали все возможное для укрепления обороны страны и вооруженных сил. В той сложной и напряженной обстановке наивно было бы полагать, что Советский Союз не готовил страну к возможному военному столкновению. И если бы Сталин и правительство не занимались этим столь энергич но, то мы имели бы полное право говорить об их профнепри годности как руководителей страны.

Следует обратить внимание на то, что основные мероп риятия по увеличению численности армии, ее структурной реорганизации и перевооружению постановлениями ЦК ВКП(б) и СНК намечались главным образом на 1941 год.

И этот факт сам по себе уже свидетельствует о том, что весной-летом 1941 г. советское руководство не готовило ни первого нападения, ни упреждающего удара, как об этом талдычат Резун и его собратья.

В качестве доказательств об агрессивных намерениях Со ветского правительства нередко выдвигается выступление Ста лина перед выпускниками военных академий 5 мая 1941 года.

В. Карпов в своей книге «Генералиссимус», ссылаясь на воспоминания участников приема, пишет, что Сталин говорил о необходимости перехода от стратегии пассивной обороны к наступательной стратегии и подготовке Красной Армии к на Мифы о «советском экспансионизме» и «ревентивной войне»

ступательным действиям [27]. Иосиф Виссарионович подчерк нул: «Что значит политически подготовить войну – это значит иметь в достаточном количестве надежных союзников и нейт ральных стран» [27, с.272]. Как известно, у нас не было ни тех, ни других.

Александр Верт, известный английский журналист, автор книги «Россия в войне. 1941-45 гг.», аккредитованный в годы войны в СССР, писал, Сталин говорил, что мы пока не готовы к войне с Германией и потому Советское правительство ис пользует дипломатические средства, чтобы избежать военно го столкновения в 1941 году, и если это удастся, то возмож ная война будет проходить для нас в более выгодных услови ях, и что тогда Красная Армия, в зависимости от обстановки, сможет либо выжидать, либо сама перехватит инициативу.

Посол Германии в СССР Шуленбург, пользуясь своими ис точниками, докладывал в Берлин в начале июня 1941 г., что из выступления Сталина в Кремле создается впечатление, что он на мерен воевать только в том случае, если на СССР нападет Герма ния, что Сталин готов к новому компромиссу с Германией.

Как бы то ни было, но из любой из этих версий не следова ло, что руководство Советского Союза весной-летом 1941 г.

планировало и готовило нападение на Германию. Заявление же о том, что СССР собирался напасть на Германию позднее – в 1942, 1943 годах – уже чистые спекуляции. Нет никаких сведе ний ни о политическом решении о начале такой войны, ни о соответствующих военных планах.

В качестве «аргумента» советских планов подготовки на падения на Германию были объявлены «Соображения по пла ну стратегического развертывания Вооруженных Сил Советс кого Союза на случай войны против Германии и ее союзни ков», подготовленные Генштабом 15 мая 1941 г. (ЦГАМО РФ, Ф. 16-А. – Оп. 251. – Д. 237).

Проект такого документа действительно был подготов лен. По всей вероятности, под впечатлением выступления И.В. Сталина 5 мая 1941 г., заместителю оперативного управ ления А.М. Василевскому было поручено разработать такие «соображения», предусмотрев в них возможность упрежда ющего удара на случай войны с Германией.

Чтобы вести разговор по существу, следует процитиро вать главную составляющую этих «Соображений»:

«Учитывая, что Германия в настоящее время держит свою армию отмобилизованной с развернутыми тылами, она имеет Глава возможность предупредить нас в развертывании и нанести внезапный удар.

Чтобы предотвратить это, считаю необходимым ни в коем случае не давать инициативу действий германскому командо ванию, упредить противника в развертывании и атаковать гер манскую армию в тот момент, когда она будет находиться в стадии развертывания и не успеет еще организовать фронт и взаимодействие родов войск» [28].

Далее в проекте определялись ближайшие и последую щие задачи, направления и рубежи действий Красной Армии.

19 мая Тимошенко и Жуков с проектом этого документа были на докладе у Сталина, который, выслушав доклад, отка зался завизировать его.

Г.К. Жуков по этому поводу вспоминал:

«Услышав о предупреждающем ударе по немецким вой скам, он прямо-таки закипел: “Вы что, с ума сошли, немцев хотите спровоцировать?” Тимошенко тогда напомнил, что при разработке “Соображений” они руководствовались его ука заниями (очевидно, имея в виду выступления Сталина 5 мая).

Сталин отметил, что они слишком прямолинейно поняли его и что “надо понимать глубже и не вызывать своими дей ствиями немцев на войну”» [28].

Такова была реакция Сталина на «Соображения» о пре дупреждающем ударе.

Тем же, кто и сегодня пытается их использовать для обо снования агрессивных намерений советской стороны, то стоит обратиться к этому документу чисто с военно-технической точки зрения.

Прежде всего, чтобы проект «Соображений» мог обра титься в официальный документ, т.е. директиву, то для этого нужно было политическое решение ЦК партии и правитель ства, и, прежде всего, Сталина. Как видно, такого решения не последовало, и проект Василевского после доклада Сталину отправился в архив.

И если даже предположить, что «Соображениям» каким-то образом был дан ход, то для их реализации нужно было иметь конкретный план приведения их в действие с массой сопутствую щих документов и организационных мер. Всего этого не было!

И что же следует из предположения, что В.Суворов» прав, что же доказано? Только одно – СССР готовился к наступательным действиям в будущей войне. Между тем требовалось доказать совершенно другое, а именно: Сталин готовил агрессию. Лишь Мифы о «советском экспансионизме» и «ревентивной войне»

дилетанты могут считать, что это одно и то же. Кстати, эта недо пустимая для исследователя подмена предмета доказательства относится не только ко сей системе аргументации Резуна, но и к военно-техническим аспектам книг «Виктора Суворова».

Представляется, что для специалиста обнаружение иска жений и ошибок в абсолютном большинстве основных положе ний его книг, а также подбор весомых контраргументов не представляет сложной научной задачи. Сам Резун и его хозяе ва, видимо, это хорошо понимают, что и заставляет их делать упор на эмоции, свойственные, как правило, непрофессиона лам. Услугу оказывают им и те, кто, идя у них на поводу, начинают поносить и проклинать «Ледокол» (к чему «Виктор Суворов», собственно, и призывает). Только в такой обстанов ке невежество и обман могут преобладать над знаниями, логи кой и здравым смыслом. Не случайно «популярность» книг «Вик тора Суворова» на Западе такова: «День – М» до сих пор не издан на английском языке (!);

в действительно демократичес ких западных государствах «трактовка истории» в стиле «Ледо кола» негласно преследуется законодательством;

все серьёз ные европейские учёные-историки, и в первую очередь – анг лийские, считают «Ледокол» «откровенной фальшивкой». К сожалению, ныне на постсоветском книжном рынке можно увидеть всякую продукцию: стремясь выжить, издатели что только не печатают. И понять их можно. Но и в этой ситуации надо знать меру и помнить, что есть святое и есть память.

Напомним, что немцам для разработки директивы №21 по плану «Барбаросса» потребовалось четыре с половиной месяца и столько же для разработки соответствующих документов и доведения их до войск с целью практической реализации.

Всего этого не проводилось в связи с проектом «Сообра жений» и, следовательно, ни о каком упреждающем ударе со стороны советских войск в 1941 г. не могло быть и речи.

Позволительно поставить вопрос и так: а имело ли право руководство СССР в принципе иметь такой план на случай войны, исходя из интересов обеспечения безопасности стра ны? Думается, да.

Приходится констатировать, что в силу объективных и субъективных факторов и причин, военные события с 22 июня 1941 г. развивались по другому стратегическому сценарию – гитлеровскому агрессивному плану «Барбаросса».

Гитлер хорошо знал, что ни о каком превентивном ударе со стороны Советского Союза в 1941 г. речь идти не могла.

Глава Авторам инсинуаций о «вынужденном» нападении Германии на СССР важна не логика развития событий накануне войны, а сам факт вброса провокационного измышления о виновности советского руководства в развязывании войны.

Логика же событий в канун войны говорит о том, что советское руководство стремилось следовать договору о не нападении, и в этом случае у критиков нет сколько-нибудь убедительных доводов сказать, что советской стороной этот договор не соблюдался.

Нельзя представлять Сталина неким безрассудным аван тюристом, жаждущим во что бы то ни стало через развязы вание войн осуществить экспансию социализма, как это ут верждают знатоки «нового прочтения» истории.

Впрочем, последних нисколько не заботит документаль ное подтверждение своих новаций. К примеру, «автор 74 книг»

(так в аннотации. – В.Е.) И.Н.Кузнецов в своей новой работе «Засекреченные трагедии советской истории» пишет, что в пе риод с октября до середины июня 1941 г. «было разработано пять вариантов плана оперативного использования Красной Ар мии в войне с Германией». Мало того, «это не исключает нали чия и других рабочих вариантов, которые все еще недоступны для исследователей» [29]. Обильно цитируя фрагменты отдель ных планов, автор оставляет читателя в полном неведении отно сительно ссылок на добытые исследовательским трудом источ ники. Остается только верить тому, что написано столь плодо витым автором. Не убедительно! «Архивобоязнь» Кузнецова представляется не случайной: возможно, приводимые обосно вания и сенсационные вывод несостоятельны. К сожалению, подобную картину доводится наблюдать сплошь и рядом. Стран но и то, что планы нападения «Советов» на Германию в войска не поступали. Случись обратное, немцы, внезапно захватывая в первые дни войны тысячи секретных документов, незамедли тельно предали бы их гласности в оправдание своих агрессив ных действий. Но подобного рода документы не обнаружены даже к Нюрнбергскому процессу.

Превентивный удар по германским войскам Красная Ар мия не могла нанести и еще по одной причине. Приведем в доказательство слова Вячеслава Молотова, сказанные им в начале 80-х гг. ушедшего века в беседе с писателем Иваном Стаднюком: «Мне кажется, что тут главную роль сыграл по лет в Англию заместителя Гитлера по партии Рудольфа Гесса.

Разведка НКВД донесла ним, что Гесс от имени Гитлера пред Мифы о «советском экспансионизме» и «ревентивной войне»

ложил Великобритании заключить мир и принять участие в военном походе против СССР. Если бы мы в свое время сами развязали войну против Германии, двинув все свои войска в Европу, тогда Англия без промедления вступила бы в союз с Германией. И не только Англия. Мы могли оказаться один на один перед лицом всего капиталистического мира...» [30] Вместе с тем, по утверждению того же Вячеслава Моло това, Сталин готовился к войне. И нападение Германии 22 июня на СССР не было внезапным... Ни в одном из обращений к народу о начале войны ни Молотов, ни Сталин этого выра жения не употребляли. Речь шла только о вероломстве.

Так, в «Соображениях» 1940 г. указано, что «основной удар немцев направлен к северу от устья реки Сан...», а в «уточненном плане стратегического развертывания», состав ленном 11 марта 1941 г., говорится, что «вооруженное напа дение Германии на СССР может вовлечь в военный конфликт с нами Финляндию, Румынию, Венгрию и других союзников Германии» [30].

В основу «Соображений» был положен замысел: отра зить нападение противника в приграничных укрепленных райо нах и перейти в контрнаступление с целью разгрома его удар ных группировок на территории врага, – сказал в 1965 г. Ге оргий Константинович Жуков. «Что же касается «Соображе ний» от 15 мая 1941 года об упреждающем ударе, – заметил он, – то, во-первых, мы с С.К.Тимошенко предложили их Ста лину в условиях явной угрозы нападения со стороны Германии в ближайшее время, а, во-вторых, он отверг их с ходу» [30, с.145]. Поэтому к лету 1941-го единственным советским го сударственным планом являлся «План обороны государствен ной границы 1941 г.». В соответствии с ним не исключалось вторжение ограниченных сил противника в пределы Советско го Союза на глубину 15 – 30 км. После чего должны были вступить в действие механизированные корпуса Красной Ар мии, которые совместно с другими силами и средствами обя заны нанести ответно-встречный удар, завершив разгром про тивника на чужой территории. Не случайно 5 мая 1941 г. Галь дер на основании сведений, поступивших из СССР, записал в своем служебном дневнике: «Россия сделает се для того, что бы избежать войны» [31]. А германский военный атташе в Москве генерал Кёстринг за месяц до фашистской агрессии, 21 мая 1941 г., информировал свой генштаб: «Нет никаких признаков наступательных намерений Советского Союза» [32].

Глава Всем, особенно старшему поколению, хорошо известна наша военно-стратегическая доктрина 30-х гг., доктрина на ступательной войны. «Если завтра война...», то бить врага толь ко «на его территории», причем непременно «малой кровью, могучим ударом», только наступлением. В наших боевых ус тавах и стратегических документах не было глубокого рас смотрения, например, стратегической обороны и вообще оборона рассматривалась только как временный, вынужден ный вид боя. «Если враг нападет, если черная сила нагрянет», то только наступать. Нас так учили, и мы в это верили. Теперь же ловкачи от науки наступление делают синонимом агрес сии, а все мероприятия по подготовке наступательной войны (в случае нападения противника) трактуют как подготовку к вероломному удару в спину Гитлеру. Безапелляционно заяв ляют, что срок начала советской операции «Гроза» был на значен на 6 июля 1941 года.

Под видом учений в течение апреля – мая 1941 г. шли беспрерывное пополнение войск приграничных округов, а так же скрытая переброска с места сосредоточения соединений второго эшелона. Попытки антисоветских историков и публи цистов представить эти мероприятия как «подготовку СССР к превентивному нападению на Германию» показывают лишь их предвзятость и военно-историческую некомпетентность – не мецкие исследователи в труде под редакцией профессора Рюрула «Война Германии против СССР 1941 – 1945 гг.», из данном в 2000 г., документально доказали инициативу Гитле ра в развязывании войны против СССР. Пополните свою биб лиографию, господа оппоненты! Тщетно доказывать невинов ность «бедного» фюрера, который долго маялся над приняти ем решения о войне с Советским Союзом, которого «просто вынудили первым нанести удар». Помилуйте: когда блицкриг провалился, начнешь объяснять что угодно и как угодно.

21 июня 1941 г., накануне нападения на Советский Союз, Гитлер счел нужным обратиться со специальным посланием к Муссолини и начал весьма возвышенно:

«Дуче!

Я пишу Вам это письмо в тот момент, когда длившиеся месяцами тяжелые раздумья, а также вечно нервное вы жидание закончились принятием самого трудного в моей жизни решения. Я полагаю, что не вправе больше терпеть положение после доклада мне последней карты с обста новкой в России, а также после ознакомления с много Мифы о «советском экспансионизме» и «ревентивной войне»

численными другими донесениями. Я прежде всего счи таю, что уже нет иного пути для устранения этой опаснос ти. Дальнейшее выжидание приведет самое позднее в этом или следующем году к гибельным последствиям...» [33].

Уже в первых фразах сей интимной дружеской эпистолы каж дое слово сочится ложью.

«...Длившиеся месяцами тяжелые раздумья...». Какие месяцы, какие раздумья, если еще пятнадцать лет назад, в 1926 г., оказавшись в ландсбергской тюрьме за попытку зах вата власти в Баварии и сочиняя там свою книгу «Майн Кампф», Адольф Гитлер с предельной четкостью высказал в ней наме рение стереть СССР с карты мира. Далее, разъясняя Муссо лини довольно туманные слова насчет «последней карты с обстановкой в России» и «многочисленных донесений», не грех бы сказать и о том, какова обстановка по другую сторону.

«Россия не может действовать, так как перед ее западными границами стоят 150 немецких дивизий», – говорил Гитлер еще в марте 941 г. в беседе с Мацуокой, министром иност ранных дел Японии: с японским дружком он был откровен ней, чем с итальянским, и лишь немного приврал относитель но числа дивизий [33, с.240].

Обласканная доброхотами «маленькая Германия Гитле ра» являлась самым крупным государством Западной Европы и по территории, и по населению. В июне 1941 г. личный со став немецкой армии достиг 7 млн. 254 тыс. человек, а вмес те с вольнонаемными – 8 млн. 500 тыс. За два года, предше ствовавших войне, сознавая опасность нападения, Советский Союз резко, в 2,8 раза, увеличил численность своей армии, доведя ее к июню 1941 г. до 5 млн. 373 тыс. человек. Таким образом, в начале войны – почти на два миллиона! – числен ное превосходство на поле боя в живой силе было на стороне Германии. 14 июня 1941 г. начальник Генерального штаба ге нерал армии Жуков докладывал Сталину в Кремле:

«По разведывательным данным, немецкие дивизии уком плектованы и вооружены по штатам военного времени. В со ставе их дивизий имеется от 14 до 16 тысяч человек. Наши же дивизии, даже 8-тысячного состава, практически в два раза слабее немецких» [33, с.240 – 241].

Даже небезызвестный А.Некрич, пытавшийся исказить картину начальной стадии Великой Отечественной войны, не отрицал большого и всестороннего численного превосходства Глава немцев в ту пору. Но отрицают и даже утверждают обратное отдельные оголтелые «ценители» исторической правды.

Но вернемся к версии вышеупомянутого Суворова-Резуна.

Лидер по части фальсификаций последних лет «создал» огром ную «армию Сталина». В апреле 1941 г., пишет он, были сфор мированы пять воздушно-десантных корпусов, в августе – еще пять подобных корпусов для действий в тылу Германии, в Румы нии, Чехословакии и Австрии. Но Резун в спешке, видимо, «за был» снабдить Сталина прорвой транспортных самолетов для выброса воздушно-десантных корпусов (такого количества у СССР попросту не было). А где взять нужное количество личного со става для армий вторжения Сталина? Находим простой ответ:

«Каждая армия Второго стратегического эшелона создавалась в районе концлагерей: мужики там к порядку приучены, в быту неприхотливы и забрать их из лагерей легче, чем из деревень»

[34]. Каждая такая армия, по Резуну, была равна половине вер махта. И не в счет реальное соотношение сил и средств противо стоящих сторон в преддверии схватки, опыт и воинственный дух вермахта после одержанных побед в Европе.

Не выдерживают критики некомпетентные суждения ав тора «Ледокола» о том, что «советские генералы мечтали не только бросить в Западную Европу сотни тысяч десантников, но и сотни, а возможно, и тысячи танков». Это пишется на 121-й странице книги, изданной в 1992 г. в Москве. Речь идет о так называемом летающем танке, который крепился под фюзеляжем бомбардировщика. «Приводы воздушных рулей крепились к пушке танка. Экипаж танка осуществлял управле ние... путем поворота башни и подъема пушечного ствола».

Да, техника пилотирования похожа на фантастику, причем ненаучную. Резун ссылается на западного эксперта и явно иг норирует воспоминания выдающегося советского летчика-ис пытателя С.Анохина, чудом уцелевшего во время единствен ного полета на такой машине в 1942 г.

Слабовато Виктор Резун разбирается и в боевых самоле тах: «По огневой мощи И-16 превосходил «Мессершмитт – 109 Е» и почти в три раза «Спиттфайр-1». Кстати, на советс ком истребителе устанавливались четыре 7,62-мм пулемета, на немецком – два 7,9-мм пулемета и три 20-мм пушки, а на английском – аж шесть 7,7-мм пулеметов. Краснозвездный «ястребок» уступал западным аналогам в скорости на 100 – 130 километров в час.

Мифы о «советском экспансионизме» и «ревентивной войне»

По словам немецкого исследователя Карла Хармса, с военной и методологической точек зрения книга В. Резуна не выдерживает никакой критики [35].


В 16-й главе «Ледокола» автор пытается доказать уро вень подготовленности Красной Армии к упреждающему уда ру, обосновывая свои рассуждения мощным боевым соста вом соединений западных округов. Обратимся к авторитетно му полководцу Георгию Жукову и его книге «Воспоминания и размышления»: «В итоге накануне войны в приграничных ок ругах из общего немалого числа соединений... 19 дивизий были укомплектованы до 5 – 6 тысяч человек, 7 кавалерийских ди визий в среднем по 6 тысяч, 144 дивизии имели численность по 8 – 9 тысяч человек. Во внутренних округах большинство дивизий также содержались по сокращенным штатам, а мно гие стрелковые дивизии только формировались и начинали боевую работу» [36].

В августе 1942 г. Сталин в беседе с премьер-министром Великобритании У.Черчиллем вспомнил предвоенную, до пре дела напряженную обстановку: «Я знал, что война начнется, но я думал, что мне удастся выиграть еще месяцев шесть или около этого» [37]. И Сталин не позволял никому создавать условия, которые могли бы спровоцировать нападение Гер мании на Советский Союз. Трижды (!) приходили в Кремль нарком обороны Тимошенко и начальник Генштаба Жуков в апреле – мае 1941 г. с предложением усиления войск при крытия западных границ путем перемещения четырех армий из центра страны, но каждый раз им было отказано в реали зации этого плана. И лишь в середине мая было получено разрешение на перемещение армий прикрытия к западным границам. Однако завершить перебазирование четырех ар мий на запад не удалось из-за нападения Германии на СССР.

Маршал А. Василевский писал: «Причин для того, чтобы добиться оттягивания сроков вступления СССР в войну, име лось достаточно, и жесткая линия Сталина не допускать того, что могла бы использовать Германия как повод для развязы вания войны, оправдана историческими интересами социалис тической родины. Но вина его состоит в том, что он не уви дел, не уловил того предела, дальше которого такая политика становилась не только ненужной, но и опасной. Такой предел следовало бы смело перейти, максимально быстро привести Вооруженные Силы в полную боевую готовность, осуществить мобилизацию, превратить страну в военный лагерь» [37].

Глава В отдельной главе «Зачем Сталин развернул фронты?»

читателя, не посвященного в тонкости военной терминологии, убеждают в том, что, развернув в феврале 1941 г. команд ные пункты фронтов, Советский Союз фактически вступил в войну против Германии, не заявив об этом официально. На самом деле перевод войск и системы управления ими в повы шенные степени готовности ни при каких обстоятельствах не считался началом войны, такая форма обучения практикуется до сих пор во многих армиях мира.

Главная проблема заключалась в том, что фронты к началу агрессии не были боеготовыми, войска не вышли в запланированные районы, основная масса авиации вовремя не была рассредоточена, а командиры соединений и воинских частей своевременно не получили боевых приказов и не орга низовали взаимодействие...

В предвоенных записях дневника начальника Генерального штаба сухопутных войск Германии генерал-полковника Гальде ра часто повторяется один и тот же вывод, что превентивного удара Красной Армии не ожидается. Следует подчеркнуть, что крупный и хорошо осведомленный военоначальник писал не воспоминания, он оценивал факты текущего дня. А вот гене рал-фельдмаршал Манштейн высказал такую точку зрения:

группировка Красной Армии в июне 1941 г была несколько растянута в глубину и была пригодна только для обороны [38].

В. Резун сознательно использует только те первоисточ ники, которые в какой-то мере могут подтвердить его тези сы. Но и тут он работает с ними поверхностно. Например, в качестве эпиграфа к 14-й главе «Ледокола» он цитирует По левой устав РККА 1939 г.: «Рабоче-крестьянская Красная Ар мия будет самой нападающей из всех когда-либо нападавших армий». Но ведь то предложение из статьи документа начина ется со слов: «Если враг нам навяжет войну...». Что это, оче редная случайная ошибка? Господин Резун запамятовал извес тное всему миру заявление Гитлера на совещании в Бергхофе от 22 августа 1939 г.? Напомним это ему и ему подобным:

«...Времени терять нельзя. Война должна начаться, пока я жив.

Договор с Советским Союзом предназначен, чтобы выиграть время, и в дальнейшем, господа, с Россией случится то же самое, что я проделаю с Польшей. Мы разгромим Советский Союз». Адвокаты фюрера, контраргументы на стол!

«Ледокол» грешит домыслами, опорой на недостовер ные факты, а то и прямой ложью. Виктор Суворов нагромоз Мифы о «советском экспансионизме» и «ревентивной войне»

дил их целую гору: о легких БТ как «танках-агрессорах», о снятии чекистами колючей проволоки на границах, о неких десяти воздушно-десантных корпусах численностью якобы более 1 млн. человек, о «самой мощной в мире» 9-й советс кой армии на румынской границе и прочее, прочее, прочее.

Разумеется, советское руководство знало о захватничес ких глобальных планах Гитлера, о его стремлении на восток.

Для господ буничей-резунов, резвящихся на ТВ и печатно, вспомним карту-листовку «Большая Германия 1938 – 1945 гг.», которая еще раз указывает на агрессивный характер внешней политики Германии.

Первая ее строка гласит: «Народ, рейх, фюрер!». И да лее – планы и даты захвата фашистской Германией европейс ких стран: Австрия – весна 1938 года, Чехословакия – осень 1938 года, Венгрия – весна 1939 года, Польша – осень года. Югославия – весна 1940 года, Румыния, Болгария – осень 1940 года, Дания, Голландия, Бельгия, Франция, Швейцария – весна 1941 года, СССР – осень 1941 года.

На нижней части карты – надпись «Великая Германия»: к 1948 году она-де будет простираться от Франции, Англии и до Урала, от Португалии до Средней Азии. «Германия, Гер мания превыше всего!»

Этот документ наглядно демонстрирует развитие экспан сии фашизма в Европе и является хорошей иллюстрацией к легенде о «превентивной войне Германии против СССР». Впер вые был опубликован в «Военно-историческом журнале» № за 1991 год. Сама же карта-листовка распространялась гитле ровцами в 1939 году.

Жаль, что господа «ученые-историки» продолжают до сих пор распространять фальсификацию Геббельса о «готовящемся нападении Советского Союза на Германию»..., стремятся на ново переиграть войну, которой, как известно, не бывает в сослагательном наклонении. Ведь в итоге что остается в арсе нале В. Суворова и Ко?

У СССР был только наступательный план «освобожде ния Европы». Так ведь планы наступательного характера были у большинства участников двух мировых войн. Характер воен ного планирования СССР не является аргументом в пользу агрессивности.

Армия СССР в 1941 г. была армией военного времени, безальтернативно готовой начать войну. РККА в 1941 г. вплоть до 22 июня оставалась армией мирного времени, военная ре Глава форма лета – осени 1939 г. не предусматривала создание армии военного времени.

В СССР производилось в огромных количествах толь ко «наступательное оружие» в ущерб «оборонительному».

Но... чисто наступательного и чисто оборонительного оружия не существует, все технические средства борьбы в той или иной мере универсальны и могут применяться как в агрессив ной войне, так и при отражении чьей-либо агрессии. Объемы производства вооружений были пропорциональны протяжен ности сухопутных границ СССР и транспортной сети страны.

В СССР строились «автострадные» колесно-гусеничные танки для автобанов Германии, неприменимые для терри тории СССР. Однако в 20 – 30-х гг. колесно-гусеничными танками увлекались в той или иной мере многие страны, танки Кристи были приняты на вооружение как наиболее подходя щие для условий СССР.

В СССР строились самолеты «чистого неба» для веде ния войны в условиях уничтоженной первым ударом авиа ции противника. Скажем так, легкие бомбардировщики стро ились во многих странах, и никто первым ударом завоевывать господство в воздухе не собирался.

Военные заводы СССР строились преимущественно в западных областях СССР для сокращения пути снижения армии вторжения в Европе. Несмотря на исторически сло жившуюся со времен царя-батюшки промышленную базу в Европейской части страны, заводы строились и на Урале, и в Средней Азии, и на Дальнем Востоке. Концентрации строи тельства новых заводов вблизи границ не наблюдается.

В СССР отказались от строительства стратегических бомбардировщиков как средства устрашения Гитлера и предотвращения войны. Факты говорят о том, что стратеги ческими бомбардировщиками в ВВС СССР были ДБ-3 и ДБ 3Ф, ТБ-7 не производился массово по техническим и финан совым причинам, кроме того, сами по себе стратобомберы не могли предотвратить войну, не выполнялось главное усло вие применимости доктрины ДУЭ – статический позиционный фронт вдоль границ.

СССР собирался осуществлять мировую революцию военным путем. С тем же успехом, что и цитаты в мировой революции, можно надергать в трудах советских военных и политических деятелей параноидальные цитаты о том, что все хотели уничтожить молодое Советское государство путем Мифы о «советском экспансионизме» и «ревентивной войне»

интервенции. Жизненной необходимости мировой революции из трудов И.В. Сталина никак не проистекает. Напротив, ут верждается возможность и целесообразность «построения социализма в одной стране».

РККА потерпела поражение летом 1941 г., поскольку готовилась наступать, войска были сконцентрированы для наступления. Конфигурация и состав войск РККА у границы не отвечали ни обороне, ни наступлению, причина поражения – это низкие плотности войск у границы вследствие незавершен ности сосредоточения, развертывания и мобилизации. От пла нов эти факторы никак не зависели. Произошло это вследствие успешной кампании дезинформации и применения немцами новых технологий ведения начального периода войны.

Таковы «краеугольные камни» прочтения «суворовско го» наследия на фоне достоверности и базового знания А.Иса евым в его книге «Антисуворов» (М.: Яуза, Эксмо, 2006. – 352 с. – С. 344 – 346). Но поставлены ли точки над «і» в поп мифотворчестве?


Документы убедительно говорят о том, что экспансионизм в 1939 – 1941 гг. по отношению к Советскому Союзу проявлял ся не только фашистской Германией и милитаристской Япони ей, но и Англией, Францией и США, которые, прикрываясь пугалом «советской угрозы», вместе со странами фашистско го блока разрабатывали планы уничтожения Советского госу дарства. Так, летом 1939 г. правящие круги Франции развили исключительную активность на Балканах, пытаясь сколотить там антифашистскую коалицию и вовлечь в войну с СССР балканс кие государства, а также Турцию и страны Ближнего и Средне го Востока. С созданием антисоветской коалиции на Балканах Франция связывала свои надежды на прекращение войны с Гер манией за счет СССР. Французский сенатор Ж.Борду писал:

«...Вместе с нейтралами и Италией мы создадим мощный блок.

Имеется возможность предложить Гитлеру Крым и привлечь на нашу сторону украинцев, население Закавказья и персов.

Мы можем захватить все вплоть до Кавказа» [39].

Вопрос «о военных действиях на Кавказе» был рассмот рен на заседании Верховного военного совета союзников.

Докладывая правительству Англии об итогах обсуждения воп роса о военных действиях на Кавказе, Чемберлен заявил: «В данный момент нам не нужно жалеть бомбардировщиков тех типов, которые могут действовать против русских нефтепро мыслов с территории Турции» [39, с.56].

Глава Один из планов военных действий против Советского Со юза предложил английскому правительству У.Черчилль. Этот план получил кодовое наименование «Кэтерина» (по имени Екатерины II) и предусматривал нападение на СССР со сторо ны Балтийского моря [39, с.48].

Факты свидетельствуют: только с сентября 1939 по ап рель 1940 г. состоялось не менее 160 тайных встреч и перего воров на различных уровнях между фашистской Германией, Англией и Францией с целью изолировать СССР;

любой це ной направить фашистскую агрессию на Восток;

превратить начавшуюся войну в империалистическом лагере в «кресто вый поход» против Советского Союза [40]. Эти «выпавшие»

из поля зрения «правдолюбцев» факты напоминаем еще раз, дабы иметь четкую картину происходящего.

Однако поражение англо-французских войск в Западной Европе и Норвегии не дало возможности военно-политическо му руководству западных держав совершить запланирован ное на лето 1940 г. нападение на СССР. Оказавшись в крити ческом положении после разгрома и капитуляции Франции, правящие круги Англии вынуждены были отказаться от планов антисоветской войны. Мюнхенская политика Чемберлена и Даладье терпела крах по всем направлениям. Они увидели, что отступать дальше перед Гитлером невозможно без риска для коренных интересов своих собственных стран.

Вашингтон различными дипломатическими маневрами до бивался примирения Англии и Франции с Германией на антисо ветской основе. В конце декабря 1939 г. президент США на значил своим личным представителем в Ватикане крупного мо нополиста М.Тейлора и поручил ему найти через католические круги Европы пути компромисса с германским правительством.

В начале февраля 1940 г. в Европу для установления непосред ственного контакта с Муссолини, Гитлером, Даладье и Чем берленом был направлен заместитель государственного сек ретаря С.Уэллс. Однако его миссия не дала ожидаемых ре зультатов. Этому во многом способствовало подписание меж ду СССР и Финляндией мирного договора. Замыслы правящих кругов США, Англии и Франции использовать советско-фин ляндскую войну для организации объединенного похода импе риалистических держав против СССР стали нереальными.

Поражение летом 1940 г. Франции и других стран Запа да, угроза распространения агрессии заставили правящие круги США идти на дальнейшее сближение с Англией. Они проявили Мифы о «советском экспансионизме» и «ревентивной войне»

готовность увеличить ей помощь вооружением, военными материалами и стратегическим сырьем, оказывать содействие в развитии английской военной промышленности. При этом США имели в виду прежде всего свои интересы: для увеличе ния собственного военного потенциала им было важно, чтобы Англия продержалась как можно дольше.

Соединенные Штаты Америки, провозгласившие в начале Второй мировой войны нейтралитет, постепенно стали пере ходить на позиции фактического, хотя и невоюющего, союз ника Англии. Политика и стратегия правящих кругов США зак лючалась в том, чтобы обеспечить для себя наиболее выгод ные условия вступления в войну.

Много сил тратят реакционные историки на то, чтобы «доказать» слабую подготовку Советского Союза к защите своих границ. Да, далеко не всё было сделано, что намеча лось. К началу войны военная промышленность не успела пе ревооружить Красную Армию последними образцами ору жия и боевой техники, а личный состав полностью освоить их.

Быстрый рост численности Вооруженных Сил в предвоенные годы, формирование большого числа новых соединений и объе динений привели к массовым должностным перемещениям. К лету 1941 г. 75 % командиров находились на своих должнос тях всего один – два года, не успев приобрести опыт управле ния войсками. Не лучшим образом повлияли и репрессии про тив офицерских кадров, хотя их масштабы все время пытают ся преувеличить. В статьях и выступлениях чаще всего фигури рует цифра 40 тысяч. Она (37 тыс. в РККА и 3 тыс. в ВМФ) упоминается в книге «Военные кадры Советского государства в Великой Отечественной войне 1941 – 1945 гг.» (М., Вое низдт, 1963). Какова же картина в действительности? В «Отче те о работе управления по начальствующему составу РККА за 1939 год», подписанном 05.05.1940 г. заместителем наркома обороны по кадрам Щаденко и адресованном Сталину, Мо лотову, Ворошилову и Берия, в достоверности данных кото рого не приходится сомневаться, имеется раздел 11: «Очист ка армии и пересмотр уволенных (без ВВС)». Из этого разде ла следует, что за 1937, 1938 и 1939 годы из списков Красной Армии было исключено и уволено около 37 тыс. командиров (36 898), в том числе по возрасту, болезням, морально раз ложившихся, по разным политическим мотивам и т. д.

По причинам ареста за эти годы было уволено 9 579 чел., то есть примерно одна четвертая всех уволенных из армии.

Глава Судя по «Отчету», количество арестованных командиров со ставляло: в 1937 г. – 3,1 % численности комсостава, в 1938 г. – 2,8 %, в 1939 г. – 0,03 %. Щаденко писал: «В общем числе уво ленных командиров... было большое количество арестовано и уволено несправедливо. Поэтому... мною в августе 1938 г. была создана специальная комиссия для разбора жалоб уволенных ко мандиров... Комиссией было рассмотрено около 30 тыс. жалоб, ходатайств и заявлений. В результате в кадры армии возвращено на 01.01.40 г. 11 178 командиров, на 01.05.40 г. – 12 461, в том числе 10 700 из числа уволенных по политическим мотивам». Судя по справке – докладу Главного управления кадров от 15.06.41 г., к 01.01.41 г. в кадры армии возвращено из 37 тыс. ранее уволен ных по разным мотивам свыше 13 тыс. человек. Таким образом, около 45 % офицеров, уволенных по политическим мотивам, в том числе и арестованных, в кадры армии было восстановлено.

На январь 1941 г. остались уволенными по этим соображениям около 14 тыс., из которых по причине ареста – от 6 до 8 тысяч (неточные цифры обусловлены тем, что в отношении 2 тыс. офи церов, уволенных в 1937 – 1939 гг. и восстановленных в 1940 г., не удалось установить причины увольнения).

В 1941 г. возвращение в кадры ранее уволенных продол жалось [41]. К сожалению, вопрос о политической борьбе в верхнем эшелоне руководства Вооруженных Сил СССР до сих пор толком не исследован...

Если же сравнивать начало 30-х гг. с началом 40-х, то лю бому непредубежденному человеку станет ясно: советские люди сделали для укрепления своей безопасности многое.

Были построены тракторные, станкостроительные, автомо бильные, авиационные, моторные заводы, крупные электростан ции, доменные печи Магнитогорска и Новокузнецка, создава лась военно-промышленная отрасль. По сравнению с 1 января 1937 г., к 22 июня 1941 г. количество пулеметов и орудий сред них калибров возросло в 2,5 раза, орудий крупных калибров – в 3,5 раза, противотанковых орудий – почти в 4 раза, зенитных орудий – в 5 раз. К началу 1941 г. производство самолетов и танков увеличилось по сравнению с 1937 г. в 2 раза. Усиливалось строительство крейсеров, эсминцев, сторожевиков, линкоров, подводных лодок и т.д. Напомним читателям, что ежегодный выпуск продукции оборонной промышленности за два с полови ной последних предвоенных года возрос на 39 % при росте всей продукции промышленности на 13 %. Возросли и бюджетные расходы на оборону: 1939 г. – 25,6 % государственного бюд жета, 1940-й – 32,6, 1941 – 43,4 %. В 1941 г. в военно-учебных Мифы о «советском экспансионизме» и «ревентивной войне»

заведениях и на курсах обучалось свыше 300 тыс. слушателей и курсантов. Но, опять же, не всё необходимое удалось сделать.

По воспоминаниям Г.К. Жукова, были «не подготовлены на слу чай войны командные пункты, откуда можно было бы осуществ лять управление вооруженными силами, быстро передавать в войска директивы Ставки, получать и обрабатывать донесения от войск»;

«к началу войны не были решены вопросы организации Ставки Главного Командования – её структура, персональный состав, размещение, аппарат обеспечения и материально-техни ческие средства»;

«строительство укрепленных районов к июню 1941 года не было завершено»;

«при переработке оперативных планов весной 1941 года практически не были полностью учтены особенности ведения современной войны в её начальном перио де (Нарком обороны и Генштаб считали, что война между таки ми крупными державами, как Германия и Советский Союз, дол жна начаться по ранее существовавшей схеме: главные силы вступают в сражение через несколько дней после приграничных сражений). Фашистская Германия в отношении сроков сосредо точения и развертывания ставилась в одинаковые условия с нами.

На самом деле и силы и условия были далеко не равными» и, наконец, «пора сказать о существенной ошибке того времени, из которой, естественно, вытекали многие другие, – о просчете в определении сроков вероятности нападения фашистской Гер мании на Советский Союз»;

«война застала страну в стадии ре организации, перевооружения и переподготовки вооруженных сил, создания необходимых мобилизационных запасов и госу дарственных резервов» [42]. Такова правда Жукова. Более того, маршал со всей ответственностью заявляет, что «никакими по добными данными (о плане «Барбаросса», направлении главных ударов, ширине фронта развертывания немецких войск, их ко личестве и оснащенности. – В.Е.), насколько мне известно, ни Советское правительство, ни нарком обороны, ни Генеральный штаб не располагали» [42, с.297]. Георгию Константиновичу ду мается, что «дело обороны страны в своих основных, главных чертах и направлениях велось правильно». И далее: «Развитая индустрия, колхозный строй, всеобщая грамотность, единство и сплоченность наций, материально-духовная сила социалисти ческого государства, высочайший патриотизм народа, руко водство ленинской партии, готовой слить воедино фронт и тыл, – это была могучая основа обороноспособности гигантской стра ны, первопричина той грандиозной победы, которую мы одер жали в борьбе с фашизмом» [42] (выделено нами. – В.Е.).

Глава Считалось, что Советскому Союзу «необходимо быть готовым к борьбе на два фронта: на западе – против Герма нии, поддержанной Италией, Венгрией, Румынией и Финлян дией, и на востоке – против Японии». Допускалось также вы ступление на стороне фашистского блока и Турции. Основ ным театром военных действий признавался Западный, а глав ным противником – Германия. Советский план войны строился на идее ответного удара с учетом только тех вооруженных сил, которые намечалось создать в перспективе, и не прини малось во внимание реальное положение дел.

Для войны против СССР Германия подготовила прежде всего собственные вооруженные силы. Почти год шли пере формирование и обучение войск, создание новых частей и соединений, переброска и сосредоточение сил на востоке.

Свои армии готовили также Финляндия, Румыния и Венгрия.

Соотношение сил сторон к началу войны* Германия и Силы и средства СССР Соотношение её союзники Дивизии 186,0 153,0 1,2:1, Люди, млн. 3,0 4,4 1,0:1, Орудия и минометы, тыс. шт. 39,4 39,0 1,0:1, Танки и штурмовые орудия, тыс. шт. 11,0 4,0 2,7:1, Боевые самолеты, тыс. шт. 9,1 4,4 2,1:1, Приведенные цифры свидетельствуют, что, уступая про тивнику в личном составе, советские войска, расположенные на Западном театре военных действий, имели значительно больше танков и самолетов. Однако общее качественное пре восходство было на стороне противника, и оно, как показали последующие события, в начале войны оказалось решающим.

В июне 1941 г. на стороне Германии выступили Италия, Румыния, Финляндия, Венгрия, Словакия и Хорватия. Формаль но сохраняя нейтралитет, с Германией активно сотрудничали Болгария, Испания, вишистская Франция, Япония. В дальней шем из числа добровольцев из Испании, Франции, Бельгии, Нидерландов, Дании, Норвегии, Чехии, Сербии, Албании, Люксембурга, Швеции, Польши было сформировано 26 доб ровольческих дивизий СС [43].

* Великая Отечественная война. 1941 – 1945. Военно-исторические очерки. В 4 кн. – М.: Наука, 1999. – Кн. 1.

Мифы о «советском экспансионизме» и «ревентивной войне»

В отличие от войск Германии и её союзников, которые к моменту нападения на СССР находились в состоянии полной боевой готовности, группировка советских войск на западном направлении оказалась не развернутой и не готовой к воен ным действиям. В качестве первопричины в советской и зару бежной историографии обычно указывается на промедление Сталина и его окружения в принятии необходимых мер. Мо тивы промедления продолжают оставаться предметом спо ров и размышлений как в бывшем СССР, так и за его преде лами. К сожалению, до сих пор в распоряжении исследовате лей имеются лишь косвенные доказательства...

Вот почему выяснение и установление того факта, кто развязал Вторую мировую и Великую Отечественную вой ны, имеет столь важное значение для объективного, науч ного освещения истории Второй мировой и Великой Отече ственной войн и для разоблачения фальсификаторских из мышлений лживых приверженцев Клио.

Сегодня приходится сражаться за правду истории, преж де всего в сфере смыслов. Сражаться в условиях, когда в результате глобальных геополитических сдвигов, обусловлен ных разрушением СССР, чуть ли не половина из того, что планировал побежденный «третий рейх», реализовано. Если новомодный либерализм не хочет признавать очевидного, то вполне вероятно, что ему придется пережить трагедию еще раз. И на этот раз риск, так сказать, «летального исхода»

неизмеримо выше. Нам нужна победа в борьбе с фашизмом и с теми, кто хочет его обелить.

Глава III.

НАЧАЛЬНЫЙПЕРИОДВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙВОЙНЫ И ВОЗНИКНОВЕНИЕ АНТИГИТЛЕРОВСКОЙКОАЛИЦИИ ВКРИВОМЗЕРКАЛЕИСТОРИИ Глава Лишь тот достоин жизни и свободы, Кто каждый день за них идет на бой!

Гёте 22 июня 1941 года в 4 часа утра грохотом германских пу шек по всей западной границе СССР для народа нашей страны началась война, сразу названная Отечественной, а потом и Ве ликой: народ наш вновь стал биться за своё Отечество, ну а труд его, жертвы и муки были в этой войне действительно ве ликими. В этот предрассветный час вооруженные силы Герма нии, Румынии и Финляндии начали выполнение Директивы №21, подписанной верховным главнокомандующим и фюрером рей ха А.Гитлером 18 декабря 1940 г. На нашу страну ринулись германских и 29 румынских и финских дивизий, имеющих воо ружение: 4 950 самолетов, 2 800 танков, 4 700 орудий и мино метов – всего с той стороны гигантского Восточного фронта на нас кинулось во всеоружии около 5,5 млн. человек!

Остановись на минуту, читатель! Осмысли: за спиной этих 5,5 млн. – экономическая и военная мощь почти всей Европы (и не только Европы!), успешный двухлетний опыт разгрома Польши, Франции, Норвегии, Дании, Бельгии, Голландии, Люк сембурга, Греции, Югославии.

Удар был страшен. Всё было на кону! И огромная страна встала во весь свой рост. Война, которую вели народы СССР, была справедливой, освободительной войной. Советский народ под руководством ВКП(б) защищал свой общественный строй, свою демократическую форму государственной власти, свою великую культуру. Война предопределила невиданную в исто рии сплоченность народа и армии, небывалый масштаб и под линно всенародный характер борьбы с агрессором. Сейчас мы можем сказать, не лукавя, что народ наш в той суровой битве за жизнь отдал все – и это его спасло, он выстоял.

Цели и задачи Великой Отечественной войны Советского Союза носили глубоко интернациональный характер. Это обес печивало широкую поддержку героической борьбы советс Война в кривом зеркале истории кого народа и Красной Армии со стороны всех прогрессивных сил мира. Весь мир замер, ожидая, выполнит ли Гитлер своё обещание «рассчитаться с большевизмом». Первым поднял свой голос Э. Тельман, вождь коммунистов Германии: «Со ветский народ сломает шею Гитлеру», – прозвучало уже июня сквозь глухие стены берлинской тюрьмы Моабит. На другой день Компартия США опубликовала «Заявление в под держку Советского Союза в его войне против фашизма»: «...

Эта военная агрессия фашистских заправил Германии пред ставляет собой удар по народу Германии, а также по наро дам Соединенных Штатов и всего мира... Американский на род – рабочие, трудящиеся, фермеры, массы негритянского народа, мелкобуржуазные слои – все те, кто ненавидит фа шизм и угнетение и любит мир и свободу, будут считать дело Советского Союза и его народов делом всего передового и прогрессивного человечества» [1]. 24 июня Коммунистичес кая партия Германии приняла «Воззвание в защиту СССР».

А вот реакция на злодейство прорабов и архитекторов войны. 24 июня сенатор Гарри Трумэн, будущий президент США, в газете «Нью-Йорк таймс» заявил: «Если мы увидим, что выигрывает Германия, то нам следует помогать России, если выигрывать будет Россия, то нам следует помогать Германии, и, таким образом, пусть они убивают как можно больше».

Ему вторил Герберт Гувер, бывший президент США: «Го воря по правде, цель моей жизни – уничтожение Советс кой России».

Сэр Уинстон Черчилль, премьер-министр Великобритании, соблаговолил позволить своему старшему сыну Рандольфу высказать то, что думал сам: «Идеальным исход войны на Востоке был бы такой, когда последний немец убил бы последнего русского и растянулся мертвым рядом» [1].

Когда фашистская Германия напала на Советский Союз, в политических и военных кругах Запада вермахту предсказы вался быстрый успех. В заметках бывшего гитлеровского ге нерала Г. Блюментрита, подготовленных к совещанию высше го руководства сухопутных войск 9 мая 1941 г., утвержда лось: «В настоящее время мы располагаем значительно боль шим численным превосходством, наши войска превосходят русских по боевому опыту... Нам предстоят упорные бои в течение 8 – 14 дней, а затем успех не заставит себя ждать и мы победим» [2]. Главная ставка делалась на сокрушающую Глава мощь первого неожиданного удара концентрированными мас сами танков, авиации, пехоты, на стремительный бросок к жизненным центрам Советского Союза. «Основные силы рус ских сухопутных войск, находящихся в Западной России, – ука зывалось в плане, – должны быть уничтожены в смелых опе рациях посредством глубокого, быстрого выдвижения танко вых клиньев». План «Барбаросса» не один раз обсуждался и уточнялся фашистским командованием совместно с полити ческими руководителями Германии. Все были единодушны в его оценке, уверены в успешном осуществлении.



Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 10 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.