авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |   ...   | 10 |

«В.Е. Егорычев Правда и ложь на весах истории (критика фальсификаций истории Великой Отечественной войны в ...»

-- [ Страница 5 ] --

Может, что-то путают ветераны-танкисты в своих воспо минаниях? Нет, не похоже, аналогичные данные и в других источниках. Вот свидетельство на ту же тему из переписки глав государств (Издательство политической литературы. Мос ква, 1989 год).

И. Сталин Ф. Рузвельту. 18 июля 1942 года.

«...Как утверждают наши специалисты на фронте, аме риканские танки очень легко горят от патронов противотанко вых ружей, попадающих сзади или сбоку. Происходит это от того, что высокосортный бензин, употребляемый американс кими танками, образует в танке большой слой бензиновых паров, создающих благоприятные условия для загорания...».

Ф. Рузвельт И. Сталину. 23 июля 1942 года.

«...Нашим специалистам по танкам эта информация бу дет весьма полезна для устранения недостатков этого типа танков. Однако опасность пожаров в будущих типах будет снижена, так как они будут работать на горючем с более низким октановым числом...».

Так посмотрите, просветители «даров» ленд-лиза, может, факты, почерпнутые из других источников, помогут вам уяс нить, где находился арсенал Красной Армии, громившей фа шистов – по ту сторону Атлантики или на Урале и в Сибири?

Сопоставим:

22 тыс. самолетов по л-л против отечественных 125 655;

13 тыс. танков по ленд-лизу против 102, 5 тыс. отечественных;

10 тыс. орудий по ленд-лизу против миллиона отечественных.

Война в кривом зеркале истории Будем учитывать и то, что наша страна оплачивала не доставленные, а отгруженные товары. Материальную состав ляющую в данном вопросе нёс СССР.

Общеизвестно, что только 7 декабря 1941 г., когда воз душные и военно-морские силы Японии внезапно напали на американскую базу Пёрл-Харбор на Гавайских островах и уничтожили 8 линкоров. 6 крейсеров, 1 эсминец, 272 самоле та, убили и ранили 3 400 американских военнослужащих, США вступили в войну против фашистского блока [51].

Как и следовало ожидать, выступление Японии против США было вовсе не той акцией, какую ожидал Гитлер. Летом и осенью 1941 г. Берлин всячески убеждал японское правитель ство объявить войну Советскому Союзу. Так, 10 июля, то есть в разгар немецкого наступления на советском фронте, ми нистр иностранных дел фашистской Германии Риббентроп на правил немецкому послу в Токио следующую телеграмму:

«Я прошу вас использовать все находящиеся в вашем распо ряжении средства, чтобы побудить Японию как можно ско рее выступить войной против России, ибо чем скорее это про изойдет, тем лучше. Естественная цель должна и впредь зак лючаться в том, чтобы Япония и мы до наступления зимы по дали друг другу руку на Транссибирской магистрали» [52].

Однако японская правящая верхушка, помня результаты сво его «сибирского похода» в период интервенции 1918 – 1922 гг., уроки, полученные на реке Халхин-Гол и озере Хасан, опаса лась ввязываться в войну с СССР. Что касается реакции гитле ровской Германии, то она через четыре дня после вступления США в войну с Японией объявила войну США. На стороне Соединенных Штатов и Англии против Японии выступили Авст рия, Новая Зеландия, Канада, Южно-Африканский Союз, Ин дия, Голландия, ряд латиноамериканских стран. Французский комитет национального освобождения, правительства Польши, Греции, Ирака, Египта, Чехословакии и Китая* либо объявили войну Японии и ее союзникам, либо порвали с ними диплома тические отношения.

Ныне опубликовано немало документов, исторических исследований, в том числе принадлежащих перу авторов, ни * Состояние войны между Китаем и Японией фактически существова ло с момента нападения Японии на Китай, то есть с 7 июля 1937 г., однако правительство Чан Каши объявило войну Японии лишь 9 декабря 1941 г.

Глава когда не симпатизировавших СССР, которые свидетельствуют о многочисленных контактах представителей английских и аме риканских правящих кругов, втайне от СССР, с представителя ми нацистской Германии. В ходе этих контактов зондирова лась почва о возможности заключения с Германией сепарат ного мира. Уже в сентябре 1941 г. в Лиссабоне встречались сын английского лорда Бивербрука Эйткен с венгром Г. фон Кевером, выступавшим по поручению германских властей. В 1942 г. и в последующие годы войны переговоры с германс кими эмиссарами вёл в Швейцарии руководитель американс кой разведки в Европе Ален Даллес.

Что касается СССР, то он всегда был честным союзни ком, искренним партнером своих западных коллег. И никто иной, как У.Черчилль, в переписке со Сталиным признавал это, заявляя, что «Союз Советских Социалистических Респуб лик никогда не нарушал ни обязательств, ни договоров» [53].

Героическая борьба советского народа была образцом выполнения союзнических обязательств.

Настойчивая и последовательная борьба советской дип ломатии за создание и укрепление антигитлеровской коалиции способствовала росту авторитета и влияния СССР и в то же время изоляции фашистской Германии на международной арене. За годы войны Советский Союз установил дипломати ческие отношения с 24 странами, восстановил – с 10 страна ми. Что касается фашистского рейха, то к моменту капитуля ции 9 мая 1945 г. он потерял всех своих союзников в Европе, а в состоянии войны с ним находились 53 государства [54].

Советская дипломатия добилась закрепления в ряде важ нейших международных документов периода войны таких по литических принципов, которые благоприятствовали успешной борьбе народов, трудящихся масс за социальное и нацио нальное освобождение, за установление новых, народно-де мократических форм правления, проведение коренных соци ально-экономических преобразований. Именно поэтому исто рические решения Тегеранской, Крымской и Потсдамской конференций подвергаются непрекращающейся критике со стороны адвокатов капитализма всех мастей и оттенков. Вре мя от времени они предпринимают тщетные попытки объяс нить коренные социально-экономические преобразования во многих странах в послевоенный период якобы имевшей место Война в кривом зеркале истории «договоренностью» между руководителями трех держава о разделе мира на «сферы влияния». Вся послевоенная история решительно опровергает эти вздорные утверждения апологе тов империализма. Со своей стороны, именно сторонники «жёсткого курса» из стана антисоветчиков и антикоммунистов пропагандировали планы установления в послевоенный пери од господства «двух полицейских», «трех полицейских» и т.д.

и под этой ширмой добивались распространения экономичес кой и политической гегемонии США на освободившиеся от гнета германского и японского империализма страны. Эти исторические факты на Западе пытаются предать забвению, объявляя новый «крестовый поход» против несогласных с по литикой мировой глобализации под эгидой США. Вторая ми ровая война показала, к чему приводит такая политика.

Глава IV.

ПРАВДА И ЛОЖЬ О ПОДПОЛЬЕ ИПАРТИЗАНСКОМДВИЖЕНИИ, ПРИЧИНАХ КРУШЕНИЯ НАСТУПАТЕЛЬНОЙСТРАТЕГИИ ВЕРМАХТА Глава Величайшая почесть, которую можно оказать истине, – это руководствоваться ею.

Ральф Эмерсон В то время когда на огромном протяжении советско-гер манского фронта развёртывались ожесточённые сраже ния, в тылу врага советский народ поднимался на борьбу про тив немецко-фашистских оккупантов и их «нового порядка».

Население оккупированных врагом районов, а также не имевшие возможности выйти из окружения красноармейцы, командиры и политработники всеми силами стремились по мочь войскам, сражавшимся на фронте. В сельской местнос ти, в городах и других населённых пунктах советские патрио ты организовывались, применяли самые разнообразные сред ства для нанесения ущерба врагу. Их действия носили харак тер партизанской войны.

Применение этого вида военных действий имело мес то в различных странах при самых разнообразных услови ях: и в горах Норвегии, и в джунглях Индокитая, и в горо дах Франции, и в сёлах Сербии – повсюду патриоты с ору жием в руках отстаивали честь и независимость своей ро дины против иноземных захватчиков, достигая зачастую немалых успехов в кровавой борьбе. Но на общем фоне значительных достижений, которых добивалось Движение сопротивления во многих странах, борьба советских парти зан резко выделяется и по территориальному размаху, и по количеству участников, и по своей эффективности, то есть урону, нанесённому оккупантам. Советское парти занское движение, несомненно, стоит здесь на первом месте, и его особенности вытекают из самого характера Великой Отечественной войны, подлинно народной и са мой справедливой из всех войн, пережитых человечеством, в которой борьба за национальную независимость слилась с борьбой за социализм.

O подполье и партизанском движении Основными формами партизанской войны являлись дей ствия вооруженных партизанских сил, подполья* в городах и других населённых пунктах, массовый срыв населением воен ных, экономических и политических мероприятий оккупантов.

Одной из самых эффективных форм борьбы были дей ствия вооруженных партизанских формирований, начиная от небольших отрядов и кончая крупными соединениями. Против немецко-фашистских агрессоров сражались более 6 тыс.

партизанских отрядов, объединявших свыше 1 млн. партизан.

Численность белорусских мстителей превышала 374 тыс. че ловек. Они были объединены в 1 255 отрядах, 997 из них вхо дили в 213 бригад и полков, 258 действовали самостоятельно.

Партизанские резервы составляли более 440 тыс. человек [1].

Более 70 % партизан, воевавших на территории нашей страны, являлись белорусами, около 20 % – русскими, 4 % – украинцами, 3 % – евреями. Свыше половины всего количе ства партизан (54 %) составляла местная молодёжь до 25 лет, 26 263 партизана были моложе 18 лет, 34 342 являлись уча щимися, в том числе 5 тыс. – школьниками. Мужчины состав ляли 84 %. В партизанских отрядах сражались около 4 тыс.

иностранных антифашистов, в том числе 3 тыс. поляков, словаков и чехов, 235 югославов, около 100 немцев и пред ставителей других европейских народов [1].

Близкой к партизанской борьбе была деятельность закон спирированных боевых групп в городах и других населённых пунктах. Подпольщиков отличали от партизан, состоявших в отрядах и соединениях, условия, в которых приходилось им действовать, формы организации, некоторые методы борь бы. Но задачи они решали одни и те же: уничтожали оккупан тов, совершали диверсии, вели политическую работу среди населения, собирали и передавали сведения о противнике.

Известной на всю страну стала деятельность подпольной ком сомольской организации «Молодая гвардия» в городе Крас нодоне (Украина), которую возглавляли командиры И.В.Тур кенич и комиссар О.В.Кошевой;

Обольское, Скидельское и ряд других аналогичных организаций на Белоруссии.

* Подпольная борьба – нелегальная деятельность органов, организа ций, а также отдельных представителей из числа местного населения, осу ществлявшаяся на захваченной врагом территории и направленная на срыв оккупационной политики и восстановление национально-государственной независимости.

Глава Осуществляя указания ЦК партии, партийные комитеты прифронтовых районов приступили с первых же дней войны к созданию нелегальных партийных органов для руководства борьбой в тылу врага. Некоторые из них удалось образовы вать заблаговременно, другие – после захвата территории гитлеровскими войсками.

Центральный Комитет КП(б) Белоруссии уже 30 июня принял директиву №1 «О переходе на подпольную работу партийных организаций районов, занятых врагом» [2]. В ней предлагалось немедленно начать создание подполья, опреде лялись задачи, формы построения, связи последнего. ЦК Ком партии Белоруссии требовал при переходе партийных органи заций на нелегальное положение соблюдать строжайшую кон спирацию. Всего на подпольной работе в республике было оставлено более 1 200 коммунистов [3].

Для создания нелегальной партийной сети на Украине была выделена оперативная группа ЦК КП(б)У. Всего на Украине в 1941 г. смогли приступить к действиям 13 обкомов, более окружкомов, горкомов, райкомов и других подпольных партий ных органов [4]. В крайне сложных условиях создавалось партийное подполье в Прибалтийских республиках, в Молда вии. Почти во всех временно оккупированных областях Рос сийской Федерации были образованы оперативные группы обкомов, которые непосредственно руководили созданием подполья. Всего в тылу врага к концу первого года войны действовали около 65 500 коммунистов, возглавлявших орга низацию всенародной борьбы в тылу врага [4, с.260].

Подпольные органы и организации обычно базировались в партизанских отрядах и соединениях, через систему явок, паролей и связных поддерживали связь с местными организа циями. Наиболее тяжёлым периодом были первые месяцы войны, когда многочисленные подпольные организации и их руководители были выявлены германскими спецслужбами и уничтожены.

Сражаться приходилось со специально подготовленными органами безопасности противника, имевшими большую прак тику борьбы с патриотами стран Европы и антифашистами Германии.

Отсутствие опыта нелегальной борьбы у большинства патри отов компенсировалось их находчивостью, риском и мужеством.

О беззаветной и самоотверженной борьбе советских партизан и подпольщиков с восхищением пишут зарубежные O подполье и партизанском движении прогрессивные историки, публицисты, политические деятели.

Однако большинство западных идеологов отрицают или со знательно умаляют роль советского партизанского движения, фальсифицируют общеизвестные факты, стремятся дискре дитировать в глазах народов эту высокоэффективную форму вооруженной борьбы, используемую в наши дни в националь но-освободительных войнах, пытаются убедить их в нецелесо образности партизанских выступлений.

Фальсификаторскими измышлениями наполнены работы Д.Армстронга, Н.Галая, Э.Зимке, Э.Хессе, К.Центнера, Л.Ша пиро и других в отношении причин борьбы советских людей против фашистской армии и гитлеровского «нового порядка».

Явные фальсификаторы истории войны – А.Даллин (A.Dallin, German Rule in Russia, 1941 – 1945, L., 1957), В.Ределис (V.Redelis. Partisanenkrieg,Heidelberg, 1958), Г. – Л. Фон Гот тберг (H. – L. Von Gottberg. Das Wesen des sowjetischen Partisanenkampfes. – «Wehrkunde», 1958, № 12), Н.Галай (N.Galay.

The partisan forces. – «The Sovit Army», edited by B.H.Liddel Hart, London, 1957) и другие – утверждают, что если бы германские оккупационные власти не проводили политику террора в отно шении мирного населения, партизанское движение на советс кой территории вообще не возникло или свелось бы к отдель ным незначительным «инцидентам». Конечно, злодеяния окку пантов взывали к мщению, но изуверский «новый порядок» лишь усиливал ненависть советских людей к фашистским поработи телям, являясь дополнительным фактором в развитии парти занской войны.

Призыв ЦК ВКП(б) развернуть всенародную войну в тылу врага нашёл горячий отклик среди населения. Все его слои – рабочие, колхозники, интеллигенция – были готовы вступить в смертельную схватку с оккупантами. Задача партии состояла в том, чтобы направить это патриотическое движение, опреде лить наиболее эффективные способы борьбы, направить уда ры по самым важным и в то же время уязвимым для врага местам. Решением Государственного Комитета Обороны от 30 мая 1942 г. «в целях объединения руководства партизанс ким движением в тылу врага и для дальнейшего развития этого движения» был создан Центральный штаб партизанского дви жения (ЦШПД), а затем республиканские и областные штабы.

Советские партизаны, впервые в истории войн, по едино му плану, на огромной территории осуществляли крупные боевые операции, тесно связанные с действиями Красной Глава Армии на фронтах. А.М.Василевский писал: «По опыту своей работы в Генеральном штабе я могу с полным основанием утверждать, что партизанское движение и борьба народа в тылу врага играли роль важного фактора в общих стратеги ческих планах и расчётах Советского Верховного главноко мандования и принимались во внимание при разработке круп ных наступательных операций, проводившихся на советской территории» [5].

Это вынуждены признать и наши враги. «Ни на одном другом театре военных действий, – пишет бывший гитлеровс кий генерал Лотар Рендулич, – не было такого тесного взаи модействия между партизанами и регулярной армией, как на русском» [5].

Важнейшее значение партизанской войны состояло в её воздействии на состояние тыла противника. Партизаны не толь ко громили тылы фашистской армии, уничтожая живую силу и боевую технику врага. Они подрывали моральный дух гитле ровских войск, убивали в них веру в возможность победы.

Солдаты вермахта видели, что на захваченной ими территории они не хозяева, народ остался непокорённым. Оккупанты жили в постоянном страхе перед партизанами. По признанию одного из наиболее влиятельных гитлеровских генералов, Гейнца Гуде риана, «партизанская война стала настоящим бичом, сильно влияла на моральный дух фронтовых солдат» [5].

Партизаны и подпольщики своей самоотверженной борь бой, словом и делом укрепляли у населения оккупированных районов веру в неизбежность нашей победы, мобилизовыва ли советских людей на сопротивление врагу, на срыв всех его мероприятий. «Не ждать врага, искать его и уничтожать, не давая покоя ни днём, ни ночью» – таков был лейтмотив бес компромиссной борьбы с врагом.

И ошибаются те «партизановеды», кто определяет со противление оккупантам только как «коммунистическое по встанческое движение». В нём участвовали люди разных по литических взглядов и убеждений. Одни, а их было большин ство, сражались за Советскую власть, другие – с нацизмом, который уже в полной мере продемонстрировал свой звери ный оскал в покорённых странах Европы. Но всех вместе и каждого в отдельности вдохновляло на борьбу чувство патри отизма, стремление защитить большую и малую Родину, сво их родных и близких, над жизнью которых нависла смертель ная угроза. Война как бы распрямила людей, пробудила в них O подполье и партизанском движении силу к борьбе с захватчиками. Такая психологическая пере стройка в сознании людей произошла прежде всего под влия нием изначально трагических событий на фронте и потребо вались для неё не месяцы, а буквально считанные дни. Опас ность, нависшая над Родиной, всколыхнула самые широкие слои населения, побудила многих подняться выше классовых обид, определила меру ответственности каждого за судьбу Отечества, что позволило Коммунистической партии напра вить волю миллионов к единой цели – разгрому агрессора*.

Ярким показателем успехов всенародной борьбы явля лось образование обширных партизанских краёв и зон. Так, в 1941 – 1942 гг. на юго-востоке Ленинградской области возник Белебелковско-Ашевский партизанский край. С севера на юг Белоруссии протянулись края: Россонско-Освейский, Сураж ский, Ушачский (Витебская область), Бегомльский (Минская область), Октябрьско-Любаньский (на стыке Минской и По лесской областей), Ленинский (Пинская область), Кличевский (Могилёвская область). Восточнее их находились большие рай оны, освобождённые народными мстителями в Калининской, Смоленской, Орловской областях. К ним примыкали парти занские зоны Курской области и освобождённые районы Сум ской области Украины.

Советские партизаны проводили против оккупантов бое вые операции, помогая этим Красной Армии. Они захватывали гарнизоны, освобождали районные центры, причиняя серьёз ный ущерб живой силе и технике гитлеровцев. Сильные удары они наносили по коммуникациям противника, особенно летом и осенью 1942 г., когда стали получать большое количество взрывчатки. Тем самым были дезорганизованы тылы Ржевско Сычевской и Демянской группировок противника, значительно нарушены военные перевозки врага во время обороны Сталин града и в период боёв Красной Армии на Кавказе.

* Среди первых партизан было много военнослужащих, не сумевших пробиться из окружения к линии фронта или бежавших из плена. В приня тии ими решения включиться в ряды партизан большую роль сыграла лис товка – обращение Главного политического управления РККА от 15 июля 1941 г. «К военнослужащим, сражающимся в тылу противника». В ней де ятельность советских воинов за линией фронта рассматривалась как про должение выполнения ими боевой задачи. Командирам и рядовым предла галось переходить к методам партизанской борьбы и всеми доступными средствами уничтожать врага. 18 июля вышло специальное секретное по становление ЦК ВКП(б) «Об организации борьбы в тылу германских войск».

Оно было адресовано тем, кто должен был возглавить сопротивление на рода во вражеском тылу.

Глава Уже летом и осенью 1942 г. вооруженная борьба парти зан и подпольщиков, поддержанная сопротивлением населе ния, отвлекала с фронта 22 – 24 фашистские дивизии [6].

В августе и сентябре 1942 г. по указанию ЦК ВКП(б) в Москве при Центральном штабе партизанского движения было проведено несколько совещаний представителей партийных органов и партизанских командиров, руководивших борьбой на Смоленщине, Орловщине, Украине, в Брянских лесах и Белоруссии. Это дало возможность обобщить опыт партизан ского движения, которое только развёртывалось и не везде стало массовым. Поэтому особое значение имел приказ нар кома обороны СССР от 5 сентября 1942 г. «О задачах парти занского движения». В нём ставилась задача поднять парти занское движение на качественно новую ступень, добиться того, чтобы вооружённая борьба народных мстителей приоб рела ещё больший размах, охватила всю оккупированную врагом территорию, стала ещё более тесно связанной с насе лением и приняла всенародный характер.

Партийно-государственное руководство при развёртыва нии партизанских отрядов и подпольных организаций широко опиралось на органы НКВД – НКГБ. Они содействовали воору жению и материально-техническому обеспечению партизанс ких отрядов, обучали партизан разведывательной и контрраз ведывательной деятельности, конспирации и связи, предохра няли от проникновения в их среду шпионов. Этими органами также осуществлялась подготовка партизанских групп и отря дов и переброска их за линию фронта. Часто на положение партизанских отрядов переходили истребительные батальоны, находящиеся в ведении НКВД.

Конечно, лишь часть подготовленных в советском тылу партизанских отрядов смогла приступить к выполнению бое вых задач. Многие из них не сумели перейти линию фронта, некоторые военному командованию из-за нехватки резервов пришлось направить в боевые порядки войск, отдельные отря ды шли на пополнение Красной Армии. Случалось, что, стол кнувшись с большими трудностями партизанской жизни, отря ды самораспускались.

Считаясь в известной степени с фактом партийного руко водства партизанским движением, ряд авторов в качестве пред мета своих фальсификаций избирают формы и методы этого руководства. Руководящая роль Коммунистической партии на страницах их работ сводится к «контролю» над патриотическим O подполье и партизанском движении движением, а партизаны рассматриваются в качестве «орудия воздействия» партии на местное население для привлечения пос леднего на свою сторону (Marxism, Communist and Western Society. A.Comparative Encyclopedia. – N.Y., 1972. – Vol. 4).

Немецкий историк Э.Хельмдах ничтоже сумняшеся заявляет о том, что жители временно оккупированных районов не поддер живали партизан, а сами партизаны «не хотели бороться»

(Helmdach E. Vberfall? – Neckargumund, 1978. – S. 65 – 67). Ему вторит американский историк Э.Хауэлл: «Никакого народного восстания не было: народные массы в нём не участвовали» (Howll E.The Soviet Partisan Movement. – Washington, 1956. – Р. 42).

Его коллега – Д.Армстронг пытается убедить читателей в том, что «партизанское движение не было добровольной организаци ей» (Soviet Partisans in World War II. – Р. 152). Нетрудно дога даться, что стоит за тезисом о «принудительном характере парти занского движения с подачи этих «партизановедов»: сокрытие народных, патриотических истоков борьбы советских людей с фашистскими захватчиками.

Опровергающие фальсификаторские утверждения факты на сей счёт мы уже приводили несколько выше. В пользу факта всенародного характера советского партизанского движения го ворят следующие данные: к началу 1944 г. более 30 % партизан были рабочие, около 41 % – крестьяне, свыше 29 % – служа щие. Почти десятую часть партизан составляли женщины. В парти занских формированиях сражались представители всех нацио нальностей Советского союза [7]. Горе-исследователям вообще претит понятие советского социалистического патриотизма как одной из основных причин зарождения и развития партизанского движения (Soviet Partisans in World War II. – Р. 152) – якобы у советских людей не было никакого чувства патриотизма, его надо было разжечь, чем мол и занимались партийные и государствен ные деятели (Zentner K. Illustrterte des Widerstandes in Deutchland und Europa 1933 – 1945. – Munchen, 1966. – S. 433).

Несостоятельность этой версии легко разоблачается даже немецкими документами. Так, в сентябре 1941 г. начальник штаба верховного командования вермахта В.Кейтель в одном из приказов констатировал: «С началом войны против Советс кой России на оккупированных Германией территориях повсе местно вспыхнуло коммунистическое повстанческое движение.

Формы действий варьируются от пропагандистских мероприя тий и нападений на отдельных военнослужащих до открытых восстаний и широкой войны...» [8]. В свете подобных открове Глава ний неуклюже выглядят иные версии советского партизанского движения, как-то: партизанское движение возникло быстро, но стихийно, при полном отсутствии руководства со стороны Ком мунистической партии и советских госорганов (американские историки Д. Маккензи и М. Карран);

на оккупированной совет ской территории сопротивление оккупантам приняло форму «анархо-освободительного движения», которое было постав лено под контроль партии и правительства лишь к лету 1943 г.

(западногерманский профессор К.-Х. Руффман) и др.

Справедливости ради следует отметить, что в некоторых работах зарубежных историков встречается иногда отдельные трезвые оценки роли Коммунистической партии в руководстве партизанским движением. Например, в коллективной моногра фии «Сопротивление в Европе, 1939 – 1945» английский исто рик Р. Уайт, хотя и пытается выхолостить суть подлинных моти вов участия советских людей в борьбе с оккупантами, вынуж ден признать, что партизанское движение «возникло быстро», было «очень эффективным» и свидетельствовало о «выдаю щейся роли Коммунистической партии в Советском Союзе».

Аналогичной позиции придерживается американский историк К. Мэкси в книге «Партизаны Европы во второй мировой вой не» [9]. «Неэффективность» советского партизанского движе ния опровергается подсчётами историков бывшей ГДР, соглас но которым за годы войны немецко-фашистские оккупацион ные и охранные войска потеряли на советской территории только убитыми 550 тыс. солдат, офицеров и полицейских [10].

Не выдерживают критики фальсификаторские наскоки на проблему эффективности многоэтапной партизанской «рель совой войны», поскольку-де железные дороги в тылу немецко фашистских войск не были парализованы, а процент потерь эшелонов с войсками якобы был небольшим. Но эти «исследо ватели» явно не в ладах с фактами, которые говорят о том, что гитлеровцы испытывали огромные трудности в перевозках войск по железным дорогам. Вот лишь один из фактов: если в авгу сте 1943 г. в расположение группы армий «Центр» проследо вало 2 159 поездов, то в сентябре в результате партизанских диверсий на железных дорогах число поездов снизилось до 1 552, а в октябре уменьшилось на 200 единиц [11].

Фашисты были вынуждены отвлекать значительные силы для охраны железных дорог. Однако существенных успехов в борьбе с партизанами они не добились.

O подполье и партизанском движении Излюбленная, но ложная, концепция о партизанском дви жении как продукте насилия «со стороны Советов» постоян но присутствует в ряде работ «независимых» идеологов. Так, В. Бурке в статье «Партизаны без морали. Белорусские парти заны» писал: «Советы начали делать набеги на деревни с це лью проведения компании по насильственному зачислению в партизаны, тех, кто отказывался присоединяться к партиза нам, расстреливали как немецких агентов» [12]. «Ревизоры»

партизанского движения на Белоруссии в годы Великой Оте чественной войны отрицают его массовый героический харак тер, стремясь представить сопротивление гитлеровским окку пантам как дело, «цалкам інспіраванае чэкісцкімі органамі».

Такую позицию высказал московский профессор, доктор тех нических наук Евгений Ширяев [13]. А в написанной «знатока ми истории Белоруссии» в США и тиражированной в Таллинне в количестве 27 500 экземпляров брошюре «Кароткі агляд гісто рыі Беларусі (Для беларускіх дапаўняльных школаў. Улажыў П. Рагач)» читаем: «пасьля адступленьня савецкае арміі зъ Беларусі ў 1941 г. частка савецкіх урадаўцаў і вайскоўцаў – пераважна расійскай нацыянальнасці – пахавалася ў беларускіх лясах і чакала лепшага часу для аднаўлення сваёй дзейнасці»

[13, с.418]. На странице 404 первого тома «Энцыклапедыі гісто рыі Беларусі» (1994 г.) можно прочитать: «Партызанская вай на з самога пачатку набыла надзвычай жорсткія формы. Ат рады партызан нападалі на гітлераўскія гарнізоны, разбуралі склады з ваеннымі запасамі, падрывалі чыгуначнае палатно, масты, каралі смерцю старастаў і паліцэйскіх. Акупацыйныя ўлады ўзмацнялі рэпрэсіі». Действительно, сидели бы подполь щики и партизаны тихо, не было бы тогда со стороны захват чиков и их сообщников никаких репрессий. И это пишется, размножается в тысячах экземпляров на весь мир! Иначе как позором для исторической науки это назвать нельзя.

«Апофеозом» кощунственных разглагольствований о роли и месте белорусских партизан в годы войны стали откровения писателя Валентина Тараса и доктора философии Николая Крю ковского в одной из передач программы РТР господина Дорен ко. Повторяя зады геббельсовской пропаганды, они по-иезуит ски пытались убедить телезрителей, что доносят до них подлин ную правду о партизанском движении в Белоруссии. Эта «прав да» в трактовке В. Тараса заключается в том, что Белоруссия не заслуживает названия партизанской республики, а белорус ские партизаны сродни заурядным бандитам, грабившим граж Глава данское население, которое вынуждено было «спасаться» с одной стороны, от немцев, с другой – от партизан».

Что ж, займёмся определениями. В Приложении к 4-й Гаагской конвенции о законах и обычаях сухопутной войны (1899 г.) говорится, что сопротивление населения страны или её части войскам противника допускается только до того, как страна оккупирована войсками противника, и ни при каких ус ловиях после капитуляции.

СССР не подписывал капитуляции.

Согласно международному праву, требуется, чтобы ру ководство партизанской войной имело своё командование, назначенное только суверенным правительством своей стра ны, находящимся на её территории. Поэтому немцы не при знавали польскую Армию Крайову как партизанское движе ние, поскольку правительство Польши находилось в изгнании.

Партизанским движением в СССР и БССР руководил Штаб партизанского движения во главе с П.К. Пономаренко и В.И. Коз ловым. И Верховный главнокомандующий не забывал их упомя нуть в своих приказах: «Товарищи красноармейцы и краснофлот цы, командиры и политработники, партизаны и партизанки».

Международное военное право требует от партизан со блюдения общих правил вооружённой борьбы: они должны были носить военную форму или какие-то заметные издали знаки отличия и не должны прятать своё оружие.

И это было: партизаны носили на головных уборах крас ную ленточку или (и) пятиконечную красную звезду, и насе ление, и немцы отряды партизан чётко определяли.

Так что гитлеровцы не имели никаких юридических осно ваний называть их бандитами. Ничего подобного нельзя ска зать о «бульбашах», бандеровцах и «зелёных» (См.: Михаил Батурицкий. – Товарищ. – 2007. – 25 янв. – С. 3 – 4).

Решительно отметая вымыслы фальсификаторов истории о якобы «насильственном» зачислении в партизанские отря ды, ветераны борьбы в тылу врага Герой Советского Союза И. Кожар, Герой Советского Союза В. Лобанок, секретарь Полесского обкома КП(б) Белоруссии И. Ветров, замести тель командира бригады имени Ворошилова Л. Рябинин писа ли: «...Не только каждый гражданин, но даже коммунисты в отряды зачислялись только добровольно. Разве способен был бы человек, оказавшийся против своей воли в рядах народных мстителей, сражаться с немецко-фашистскими захватчиками до последнего патрона, а попав в руки гитлеровцев, герои O подполье и партизанском движении чески переносить пытки, смело и гордо идти на казнь, остава ясь верным своей Родине, глубоко убеждённым в победе на шего правого дела, какими были, например, Зоя Космодемь янская, Лиза Чайкина, краснодонские молодогвардейцы, обольские, оршанские, мозырские патриоты-подпольщики и тысяча других» [14].

Достойную отповедь этим «спадарам» от науки дают уча стники боёв на территории Белоруссии генерал-майор в от ставке Алексей Быков и заместитель командира Борисовско Бегомльского партизанского соединения Константин Доморад в статье «Они хуже предателей», опубликованной в «Правде»

за 16 – 19 июня 2000 г.: «Все разглагольствования В. Тараса о партизанах-грабителях – неприкрытая и циничная ложь, рассчи танная на тех, кто не был очевидцем оккупационной трагедии.

Партизанам незачем было грабить мирное население. Ведь сами они, партизаны, – люди местные, и продовольствием их снаб жали свои же односельчане-родные, близкие, отцы, матери, братья и сёстры. Эта помощь со стороны местных жителей как раз и была одним из проявлений всенародного характера парти занского движения. Именно – всенародного, поскольку в не большой, в общем-то, Белоруссии действовали 213 бригад, объединившие 997 отрядов, 258 отрядов вели партизанские бои отдельно. Нигде никогда за всё время существования Земли не было такого массового, общенародного движения» [15]. Ложь, прозвучавшая с экрана, не случайна, – заявляют авторы письма в «Правду», ибо «Валентин Тарас и Николай Крюковский – огол телые русофобы и непримиримые противники славянского еди нения, воссоздания нашего общего Отечества, порушенного «демократической ратью»... Организаторы передачи знали, что господин Тарас уже долгие годы специализируется на пропа ганде так называемой концепции выживания в условиях оккупа ции «Подвиг народа, – внушает он, – не в том, чтобы он сра жался с иноземными захватчиками в рядах партизан и подполь щиков, а в том, чтобы этот народ выжил...».

В подкрепление этой капитулянтской позиции в своих пуб ликациях, радио и телевыступлениях он живописует примеры безропотного подчинения и прислуживания оккупантам. Бело русы, мол, в стремлении выжить собирали объедки, окурки, чистили немцам сапоги, получая за это «или три сигареты, или десять рублей, или одну немецкую марку», а то и пинки и подзатыльники. Ну а женщины стирали офицерам бельё и нередко ложились с ними в постель...

Глава Вот таким видится «подлинный подвиг народа» господину Тарасу. Пусть читатель сам оценит это новую «концепцию». К слову, предателям народа «правдолюб» отпускает все грехи и требует признать их «невинно пострадавшими».

Клевету В.Тараса на белорусских партизан-патриотов про должил и развил дальше его единомышленник Н.Крюковский. Он заявил, что «Сталин не любил партизанское движение» и даже боялся его. У господина-«философа» на этот счёт тоже разрабо тана концепция. Согласной ей, Сталин тормозил снабжение парти зан, препятствовал награждать их орденами. Чушь несусветная!

Только с лета 1942 г. по март 1944-го партизаны Белоруссии по лучили из-за линии фронта 80 тыс. винтовок, автоматов, пулемё тов, 100 млн. патронов к ним, 400 т. взрывчатки. Советские воен ные лётчики вывезли из вражеского тыла 11 тыс. белорусских детей и раненых партизан. Всё это делалось с ведома и по при казу Верховного Главнокомандующего И.В.Сталина. Как и на граждения белорусских партизан. За боевые заслуги и подвиги свыше 140 тыс. белорусских партизан и подпольщиков получили ордена и медали;

88 человек удостоены высокого звания Героя Советского Союза: партизан – 60, подпольщиков – 28 [15].

В своих лженаучных «изысканиях» господин Крюковский договорился до того, что в годы оккупации на территории Бе лоруссии не было движения Сопротивления, а шла гражданская война, «где одна сторона сознательно натравливалась на дру гую». «Разыгрывалась, – уверяет он, – ленинско-сталинская карта классовой борьбы, лишь бы не возникла в народе идея борьбы национально-освободительной, не выкристаллизовыва лась белорусская идея как основной принцип войны...» [15, с.421].

То, что гитлеровцы и их прислужники ненавидели парти зан и боролись против них не только всей военной, но и про пагандистской машиной, понятно. В годы войны белорусские партизаны уничтожили полмиллиона гитлеровских солдат и офицеров, подорвали более 1 тыс. эшелонов, вывели из строя свыше 1 350 танков и бронемашин, 305 самолётов. К этому надо добавить более 360 тыс. перебитых рельсов, множество взорванных железнодорожных сооружений (мостов, водока чек и т.д.). Эта мощь, это пламя народного гнева, полыхнув шего партизанским движением, в котором участвовали не только лучшие сыны и дочери Белоруссии, но и представители других республик, 73 наций и народностей СССР, пугают про тивников нашего единства. Их страшит то, что патриотическое O подполье и партизанском движении партизанское движение имело глубоко интернациональный характер. Страшит само напоминание о том, какую неодоли мую силу представляли мы, когда жили одной братской семь ёй. Силу, которую не смог сломить ни один завоеватель.

Сегодня история партизанского движения актуальна ещё и тем, что она не только разоблачает ложь нынешних прозапад ных учёных, писателей и политиков об истории Великой Отече ственной войны, но и обнажает антибелорусский характер всех их программ «демократизации» и «европеизации» современ ной Беларуси. Обивая пороги западных фондов и контор, прикормленная валютой «демократическая оппозиция» пы тается навязать нашему народу такой путь в «Европу», каким в 1941 – 1944 гг. пытались повести его немецкие оккупанты с помощью своих немногочисленных прислужников. Этим нынеш нее «демократическое» движение в Беларуси раскрывает своё подлинное лицо – антидемократическое и антибелорусское.

Желание так или иначе реабилитировать нацистский вер махт, офицеры и солдаты которого совершали чудовищные зверства на советской земле, пронизываут многие работы за падногерманских авторов. Самым подходящим доводом для этого последние выдвигают тезис о том, будто партизанская война «незаконна», противоречит международному праву, а поскольку-де партизаны не соблюдали законов и обычаев вой ны, их и нельзя было считать её «законными участниками» [16].

Подобные рассуждения основаны на глубоком искаже нии истины, заключающейся в том общеизвестном факте, что право народа на сопротивление захватчикам и партизанскую войну, всегда являющуюся важнейшим оружием в борьбе с агрессорами, признано и закреплено международными со глашениями, в том числе «Гаагской конвенцией 1907 г.» [16].

Не вызывает сомнения, что фальшивые рассуждения о «незаконности» партизанского движения потребовались их ав торам для оправдания массовых репрессий, осуществлявшихся гитлеровскими войсками против мирных граждан оккупирован ных территорий. Авторы «Истории второй мировой войны», изданной в Бонне в 1956 г., прямо пишут, что жестокость не мецких войск была лишь ответом на действия партизан [16].

Исторически неверно ставить на одну доску и немцев, и партизан и делать категорический вывод: «Партизанский от ряд – это в принципе хорошая банда» (небезызвестная писа тельница Светлана Алексиевич и Ко). Как это всё перекликает Глава ся с установками Гитлера! Вот выдержка из приказа главного командования группы армий «Центр» от 25.08.1942 г.:

«...По психологическим мотивам, на основании указа ния фюрера, в дальнейшем не употреблять введённое боль шевиками и прославляемое ими слово «партизан». Речь идёт о бандах и таковые должны так и именоваться» [17].

До какой же низости нужно опуститься, чтобы вслед за фа шистской пропагандой допустить такой оскорбительный выпад против многих сотен тысяч партизан, подпольщиков и населения оккупированной гитлеровцами территории, по призыву Коммуни стической партии и правительства Союза ССР поднявшихся на за щиту своего Отечества! Белорусию в те годы советские люди, да и сами оккупанты, называли партизанской республикой.

Небезынтересны оценки партизанских действий некото рыми командующими немецкого вермахта.

В приказе от 14.09.1941 г. №1198/41 генерал Роквес кон статировал: «...В лице русских партизан мы встречаем очень деятельного, ловкого, подвижного и решительного против ника, который отлично умеет использовать местность, про водит свои операции преимущественно по ночам и, дей ствуя в своей собственной стране, в большинстве случаев поддерживается населением...» [17, с.57].

Бывший командующий 2-й танковой и 20-й армиями гене рал-полковник Лотар Рендулич в исследовании «Партизанская война» характеризует партизанское движение как «...серьёз ную опасность для тыловых коммуникаций немецкой ар мии, поэтому для решительной борьбы с партизанами не мецкому командованию приходилось стягивать в уже ок купированные районы большие силы, а для проведения крупных операций в областях, где движение приняло наи более угрожающие размеры, – снимать отдельные части с фронта... При проведении какого-либо значительного на ступления немецких или русских войск партизаны в этом районе немедленно активизировали свои действия с целью захвата и ликвидации складов с боеприпасами и нападения на места расквартирования войск. Эти действия стали тя жёлым бременем для армии и представляли собой нема лую опасность. Ни на одном театре военных действий не было такого тесного взаимодействия между партизанами и регулярной армией, как на русском...» [17].

Как видим, не о «бандах», а о серьёзном военном про тивнике был вынужден вести речь наш бывший враг.

O подполье и партизанском движении Гитлер жаловался своим генералам: «Россия воюет не по правилам». «Не по правилам» – это сожжённая пшеница, при готовленная к отправке в Германию, листовки с информацией Совинформбюро в центре оккупированного города, дерзкие партизанские налёты на укреплённые гарнизоны, ночные взры вы вражеских эшелонов, идущих на фронт... Это сотни боль ших и малых известных и неизвестных героев подпольной и партизанской борьбы. Это то, что Лев Толстой называл «ду биной народной войны»...

В то же время нельзя отрицать вероятность фактов анар хического самовольства отдельных партизан, ничем не оправ данных бесчинств и репрессий с их стороны. Чего-чего, а «парти занщины» в среде народных мстителей хватало... Одно только вызывает решительное неприятие – когда самоуправные и пре ступные действия отдельных людей, сколько бы их не было, возводят в ранг партизанской политики, стратегии и тактики.

А «псевдо» у нас всегда хватало и хватает, вдосталь их и в шеренгах «сучасных змагароў за народнае дзела». Взвалить на бывших партизан ответственность за все грехи сталинщины и послесталинской политики – не это ли тенденциозность са мых крайних пределов! Нет, на такой «методологической»

закваске полной, правдивой, действительно научной картины партизанской войны не создашь. Будет она куда больше ко собокой и обеднелой, чем страдает теперь, под натиском известных идеологически-пропагандистских схем.

Но «продвинутые» авторы разного рода публикаций по рассматриваемой проблеме продолжают ревизию истории партизанского движения. В период мировоззренческого раз брода и шатаний, видимой моральной деградации, «демокра тическая пресса» сочла нужным и полезным предоставить возможность высказаться «инакомыслящим». 2 апреля г. белорусский еженедельник «Літаратура і мастацтва» опуб ликовал «допіс» доктора технических наук, профессора Евге ния Ширяева под заголовком «Партызаны правакавалі акупан таў» с комментарием бывшего пратизана, члена редколлегии «ЛіМа», писателя Ничипора Пашкевича.

Поскольку публикация послужила своеобразным лейтмо тивом последующей полемики по вопросам «белорусской парти занщины», мы вынуждены предельно точно определиться по сути и характеру положений и утверждений возникшего спора.

Итак, в чём же «правда-матка», по Ширяеву? Оказывает ся, у «час вайны з гітлераўскай Германіяй савецкае каманда Глава ванне пачало засылаць на Беларусію чэкістаў для арганіазцыі і вядзення партызанскай вайны. Шырока выкарыстоўваліся звы чайныя для чэкістаў метады гвалту: мужчынскае насельніцтва вёсак прымусам забіралі ў партызаны, гвалтоўна забіралі пра дукты харчавання, забівалі не толькі тых, хто быў супраць іх, але і тых, хто быў не з імі. З мэтай узмацнення партызанскага руху чэкісты ішлі на правакаванне немцаў на карныя дзеянні супраць мірнага насельніцтва.

...Неабходна падзяляць партызанскі рух, які ўзнік неза лежна сярод беларусаў з удзелам акружэнцаў, і арганізаваны з Цэнтра пры дапамозе засланых энкавэдыстаў. Стыль баявых дзеянняў апошніх не вызначаўся разборлівасцю ў выбары срод каў для дасягнення мэты. Лёс мясцовага насельніцтва іх цікавіў у апошнюю чаргу, чаго не скажаш пра сапраўдны беларускі партызанскі рух, добра апісаны ў творах Алеся Адамовіча, Васіля Быкава, Янкі Брыля і іншых беларускіх пісьменнікаў.

...Партызанская вайна вялася так, што галоўным лічылася забіць немца любой цаной: цаной сялянскай сям’і або цаной усёй вёскі. Такі характар дзеянняў быў уласцівы больш парты занам, якімі кіравалі з Цэнтра па лініі НКУС.

Яскравы прыклад гэтаму – забойства партызанамі намес ніка Беларусі фон Кубэ, які найбольш лаяльна ставіўся да бе ларусаў, за смерць якога былі расстраляны тысячы мірных грамадзян горада Мінска. Якая эфектыўнасць гэтай акцыі ў справе набліжэння перамогі? Відаць, эфект быў адваротны.

Ясна кожнаму чалавеку са здаровым розумам, што га лоўным павінна было быць знішчэнне цягнікоў з ваеннымі гру замі і жывой сілай, станцый з ваеннымі заставамі і іншых ваен ных аб’ектаў. Якое было на самой справе стаўленне белару саў, у большасці сваёй, да немцаў? Ці былі дастатковыя пад ставы ў беларусаў ненавідзець немцаў?

Варта ўлічыць, што беларусы, якія пастаянна адчувалі ўціск з боку моцных суседніх дзяржаў, асабліва бальшавіцкай Расіі з яе сталінскімі лагерамі, не заўсёды бачылі ў немцах сваіх ворагаў, ва ўсякім разе, у першы перыяд вайны. Насельніцтва заходніх абласцей за паўтара года знаходжання ў складзе СССР паспела расчаравацца ў бальшавізме. Калі ж гаварыць пра нямецкіх акупантаў, дык тут не было ні асаблівай варожасці, ні асаблівай любові, а было пачуццё насцярожанасці ад пастаян най небяспекі, якая зыходзіла ад іх. Заўсёды спакойных і ўраў наважаных беларусаў вывелі з гэтага стану, прымусілі ўзяцца за зброю і помсціць так, як відаць, яшчэ нікому не ўдавалася.

O подполье и партизанском движении Упэўнены, рабілі б яны гэта таксама і без дапамогі эмісараў чырвонага дракона, якія пакінулі на беларускай зямлі крыва выя сляды, не менш страшныя, чым чорныя батальёны карыч невага дракона.

...Метады партызан часам нічым не адрозніваліся ад ме тадаў нямецкіх карных атрадаў...» [17, с.50 – 51].

А теперь перейдём к основным аргументам коммента рия литератора Пашкевича, озаглавленного как «На арэлях разбэрсанай думкі...»:

«Варта ўсяляк падтрымаць аўтара артыкула, калі ён гаво рыць, што ў спадчыну наступным пакаленням мы павінны пе радаць вопыт народа ў поўным аб’ёме, як ён складваўся і склаўся ў сапраўднасці. Дадам ад сябе, што гэта сапраўды нядобра, несумленна выстаўляць сябе перад нашчадкамі ў ненатуральным, прыхарошаным, ці наадварот, выглядзе.

Ды вось якая атрымалася няўвязка. Наважыўшыся тут жа абазначаць важнейшыя арыенціры да ўсебаковай ісціны, Я.Шы раеў не даў сабе асаблівага клопату, каб самому засцерагчы ся ад таго, у чым ён абвінавачвае іншых. І першым чынам – ад непрыкрытай тэндэнцыйнасці (праўда, новага, сённяшняга га тунку), як і ад яе родных сясцёр – бяздоказнасці і адвольнага абыходжання з фактамі. А ў выніку...

Сёння, канешне, можна мець ладны навар папулярнасці, распісваючы розныя цёмныя і каварныя справы нашых органаў дзяржаўнай бяспекі. Актыўна дзейнічалі чэкісты і на акупаванай ворагам беларускай зямлі. Вялі тут разведку і контрразведку, учынялі дыверсіі. Памагалі ў гэтых справах, калі трэба, і мала вопытным партызанам. Словам, выконвалі тое, што ім належа ла рабіць у вайну па абавязку службы. Але пад пяром Я.Шыра ева дзейнасць чэкістаў... выглядае, мякка кажучы, зусім інакш.

Па-першае, яны ператвараюцца ў галоўных, ледзьве не адзіных падбурхтоўшчыкаў і арганізатараў партызанскай барацьбы (пра франтавыя, Беларускі і Цэнтральны штабы партызанскага руху, райкомы і абкомы і ЦК Кампартыі Беларусі, розныя іншыя кіру ючы структуры ў артыкулы – ні слова). Па-другое (вось асабл іва з гэтага і той ладны навар!) усё, што рабілі чэкісты, аказва ецца, было суцэльным гвалтам над мірным насельніцтвам, інта рэсы і жыццё якога яны ні ў што не ставілі.

Чытаючы адпаведныя мясціны артыкула, не ведаеш, ці спачуваць аўтару з поваду яго такой зацятай непрыязі да чэк істаў, якія ваявалі ў варожым тыле, ці смяяцца. А на смех цягне таму, напрыклад, што, як сцвярджае аўтар, яны адпа Глава ведна сваім звычайным метадам – забіралі мужчынскае на сельніцтва сілком, прымусова. Якім жа, скажыце, калі ласка, трэба быць ідыётам, каб разлічваць на прымусовую мабіліза цыю людзей у партызанскія атрады?! Варожы тыл – гэта ж не двор ваенкамата, дзе мабілізаваных можна, калі неабходна, узяць пад ахову і не спускаць з іх вока, пакуль не пагрузяць транспарт. Ну, добра – сагнаў людзей у лес пад дулам аўта мата, прымусіў прабубніць партызанскую прысягу і што рабіць далей? Так пад дулам аўтамата і гнаць на дыверсіі, у разведку ў варожы гарнізон, за ламаччам для вогнішчаў і г.д.? Смешна, вядома. А як уявіць сабе і знайсці хоць нейкія матывы ўчынкаў чэкістаў, калі нам гавораць, што яны “забівалі не толькі тых, хто быў супраць іх, але і тых, хто быў не з імі”? “Не з імі” ж былі мільёны жыхароў гарадоў і вёсак. Значыць, так разма шыста і касілі пагалоўна ўсіх, хто трапляў на вочы? Не зважаю чы на тое хоць бы, што ў выніку заўтра не будзе ў каго нара баваць прадуктаў харчавання, каб падмацаваўшыся, далей ісці на свае крывавыя справы?


Шмат розных жахаў чэкісцкага разгулу, разлічаных на даверлівага чытача, нарадзілася ў распаленай фантазіі прафе сара. Ды, мабыць, і самы наіўны чалавек з глыбокім сумнен нем здрыгнецца ад заключнага акорду “чэкісцкай тэмы”, калі аўтар сцвярджае, што “эмісары чырвонага дракона... пакінулі на беларускай зямлі крывавыя сляды не менш страшныя, чым чорныя батальёны карычневага дракона”.

Ненавісных Вам чэкістаў налічвалі каля дзесяці тысяч чала век, ды і то, а сярод іх было вельмі многа мясцовых жыхароў;

“класічны” спецатрад “Градава” (С.А.Ваўпшасава), напрыклад, прыйшоў з-за фронту ў складзе 32 чалавека, а к канцу акупа цыі “аброс” мясцовымі жыхарамі так, што налічваў ужо мно гія і многія сотні ўзброеных байцоў і патаемных разведчыкаў.

Калі дакладней, то ў сістэме партызанскага руху на Беларусі налічвалася ўсяго 1 850 супрацоўнікаў НКДБ і міліцыі!

Але прасіць прафесара задумацца над гэтым, бадай, няма патрэбы, бо ў артыкуле мы знаходзім адказ на пастаўленае пытанне. Партызаны, як даводзіць аўтар, лёгка засвойвалі псіха логію, мараль і метады сваіх натхніцеляў і арганізатараў – эн кэвэдыстаў. Іх, прынамсі, многіх і многіх таксама было хле бам не кармі, а дай толькі паздзеквацца з мірнага насельніцт ва, застрэліць каго-небудзь з замешаных ці падазраваемых у калабарацыянізме, асабліва з асяроддзя інтэлігенцыі. “Відаць, нідзе так, як у партызанскім руху, не праявілася адначасова O подполье и партизанском движении гераічнае і злачынна-баязлівае, бескарысліва-ідэйнае і хцівае, маральнае і нізменна-варварскае. Узважыць, чаго было больш, немагчыма”, – чытаем мы (выделено мною. – В.Е.). Вось такім яно было, партызанскае войска. Дык адкуль жа ў яго, з такімі прапорцыямі ўзаемавыключаных маральна-псіхалагічных якасцей, з такой “крытычнай масай” бандыцкіх нораваў і шкур ных інтарэсаў магло ўзяцца дастаткова моцы і ахвоты, каб не толькі безупынку даваць пад дых ворагу-чужынцу, а і ўкароч ваць рукі раз’юшаным пасланцам “з цэнтра па лініі НКУС”?

...”Неабходна, – вучыць Я.Шыраеў, – падзяляць парты занскі рух, які ўзнік незалежна сярод беларусаў з удзелам акружэнцаў, і арганізаваны з Цэнтра пры дапамозе засланых энкэвэдыстаў”. Таму, бачыце, што першы з іх гэта “сапраўд ны беларускі партызанскі рух”, а другі... пра яго са слоў аўта ра я гаварыў вышэй.

Значыць, два аўтаномныя, розныя па стылю і метадах ба рацьбы рухі. Цікава. А, скажам, для маладога даследчыка, які шукае новыя падыходы да асвятлення тых падзей, і заманліва.

І вось ён, малады даследчык, падзякаваўшы прафесару за фундаментальную падказку, рынецца ў бой, каб рэалізаваць свежую ідэю. Але тут жа з расчараваннем і астыне. Бо варта яму зрабіць першы лагічны ў такім выпадку крок – узяць у рукі якое-небудзь даведачнае выданне (скажам, кнігу “Партизанс кие формирования Белоруссии в годы Великой Отечественной войны”, дзе абагульнены кароткія звесткі пра ўсе брыгады і атрады, іх паходжанне і асабовы склад), як стане ясна, што падараваная прафесарам ідэя проста высмактана з пальца.

Так, па ўсёй рэспубліцы ў масавым парадку ўзнікалі парты занскія атрады, падпольныя групы з “акружэнцаў” і мясцовых жыхароў. Так, бясконцым ланцугом ішлі атрады, групы, парты занскія і камсамольскія арганізацыі, ваенныя спецыялісты з-за фронту, у складзе якіх, дарэчы, было вельмі шмат беларусаў (характэрна, што спецыяльныя курсы па падрыхтоўцы кадраў для партызанскіх атрадаў рэспублікі, якія дзейнічалі каля Мура ма Горкаўскай вобласці, неслі назву “Асобы беларускі збор”).

Але ўсё гэта злівалася ў адзіную плынь, і ніякага “парада суве рэнітэтаў” не было (я не кажу пра лакальныя ўспышкі звычай най амбіцыёзнасці ці барацьбы за ўладу). Камбрыгамі, каман дзірамі атрадаў, камісарамі і іншымі кіраўнікамі рабіліся і «ак ружэнцы», і мясцовыя жыхары, прысланыя з-за мяжы фронту.

Прычым, яшчэ раз мушу падкрэсліць, – “з-за фронту” зусім не азначае “па лініі НКУС”, як хоча пераканаць нас Я.Шыраеў.

Глава Усімі справамі партызанскага руху ўсё ж загадвалі вышэйназва ныя штабы і партызанскія органы. Хацелася б параіць аўтару пазнаёміцца ў памянёным даведніку з адпаведнымі звесткамі хоць бы пра 18 брыгад і 5 асобных атрадаў, якія дзейнічалі ў яго роднай Маладзечанскай (тады Вілейскай) вобласці. Ён бы ўбачыў, якая там была “каша”. І наўрад ці адважыўся б “вылушчваць” з адзінага руху нешта аўтаномнае, асаблівае... “Тэорыя” двух рухаў спатрэбілася Я.Шыраеву не так сабе, не дзеля фіксацыі быццам бы рэальных працэсаў. Яму ахвотна давесці, што «сап раўдныя» беларускія партызаны здолелі б здзейсніць сваю місію, не наклікаючы гнеў гітлераўцаў на мірнае насельніцтва, бо ба рацьба вялася б, відаць, інакшымі, “цывілізаванымі” ці што, метадамі. “Ясна кожнаму чалавеку са здаровым розумам, – сцвярджае Я.Шыраеў, – што галоўным павінна было быць знішчэнне цягнікоў з ваеннымі грузамі і жывой сілай, станцый з ваеннымі саставамі і іншых ваенных аб’ектаў (нядаўная “Бура ў пустыні” дый толькі!”).

Ну што ж, напомнім тады, што безліч баявых аперацый было праведзена партызанамі і ў адпаведнасці з гэтым запоз неным сцэнарыем. Але хіба яны не заканчваліся помслівай расправай гітлераўцаў з мірным насельніцтвам?

Відаць, адзінае выйсце было тады ў беларускага народа – сядзець, як мыш пад венікам, і не варушыцца, але што зробіш, калі ён не захацеў у такім нягожым стане чакаць свайго не пазбежнага канца. А што беларускай нацыі “свяціў” толькі канец, няцяжка было здагадацца і па першых кроках захопні каў. Хоць бы па тым, як яны ўмомант разарвалі жывое цела Беларусі на кавалкі і раскідалі іх куды каторы, пакінуўшы для прыліку пад назвай “Беларутэнія” ўсяго адну, чацьвёртую час тку тэрыторыі рэспублікі.

Я таксама ўпершыню ўбачыў немцаў жыўцом з надзвы чай мірным абліччам, хоць і ў вайсковай форме, калі прыехалі яны ў нашу вёску з бліжэйшага аэрадрома, як мы сказалі б цяпер, па гуманітарную дапамогу: “Матка, яйка”. Потым пры язджалі яшчэ нейкія за правізіяй, дык нават ветліва навязалі гаспадыням афіцыйныя, з арлінай пячаткай квітанцыі за «пазы чаных» курэй і парасят: “Матка, беражы, хутка будзе капут вайне, за ўсё заплаціць Вялікая Германія!” Мог бы, словам, пад настрой далучыць да прафесарскіх гэтыя свае незласлівыя ўражанні. Ды вось якая закавыка. Перад тым, як апынуцца ў сваёй вёсцы, я цяжка нёс у сваёй душы і іншы вопыт. На маіх O подполье и партизанском движении вачах армады нямецкіх бамбардзіроўшчыкаў на трэці і чац вёрты дні вайны размалацілі ўшчэнт – не, не які-небудзь наш армейскі гарнізон (што было б увогуле па законах вайны), а сталіцу “сімпатычнага” ім беларускага народа з трымастамі тысячамі мірных жыхароў. А потым гуллівыя сцярвятнікі ледзьве не прасавалі нас, бежанцаў, фюзеляжамі на Маскоўскай шашы, усцілаючы яе абочыну забітымі і параненымі. Як жа тут, буду чы беларусам, можна было пазбегнуць пачуцця варожасці да немцаў і застацца ў палоне ілюзій наконт магчымасці нейкага паразумення з імі?

Пераказваючы асноўныя моманты той часткі «славутага»

гітлераўскага плана “Ост”, дзе гаворыцца пра лёс беларусаў, Я.Шыраеў, відаць, ніколькі не ўдумваўся ў іх жахлівы, трагічны сэнс. Уявіце сабе – нацыя павінна знікнуць з твару зямлі, невя лікай часткай “анямечыўшыся”, а асноўнай масай выгнаная ў Сібір, а шаноўны прафесар не знаходзіць у гэтых вар’яцкіх раз ліках гітлераўцаў “асаблівай варожасці” да яе» [17, с.52 – 55].

Окончательные выводы из приведённой полемики оставим за читателями. Ясно одно: проблема не снята с повестки дня, она требует кропотливого научно-исследовательского труда.

Всенародная партизанская борьба в тылу фашистских захват чиков – это эпопея непоколебимой стойкости советских людей.

Десятки тысяч партизан, подпольщиков, попавших в руки гитле ровцев, приняли мученическую смерть, но не склонили головы.

Активные действия партизан и подпольщиков не позволи ли фашистам в планируемых масштабах вывозить советских людей в Германию либо использовать их в качестве рабочей силы в оккупированных районах. Захватчики намеревались направить в германское рабство 15 млн. советских граждан, а сумели вывезти около пяти миллионов [18].

Фальсификаторы прилагают все усилия, чтобы максималь но уменьшить масштабы злодеяний и массовых преступлений фашистов, обелить командование вермахта, которое издава ло приказы по уничтожению советских граждан. Один из ав торов 4-го тома изданной в ФРГ военно-исторической служ бой бундесвера 10-томной серии «Германский рейх и вторая мировая война», И.Хофман, объявляет, что преступления фа шистов были преувеличены и не могут быть доказаны [19].

Но сохранившиеся документы разоблачают фальсификато ров. Так, осенью, 1941 г. командующий группой «Центр» гене рал-фельдмаршал фон Бок издал приказ, в котором грозил на Глава селению оккупированной территории страшными карами:

«1. Кто укроет у себя красноармейца или партизана, или снабдит его продуктами, или чем-либо ему поможет... тот карается смертной казнью через повешение.

2. В случае, если будет произведено нападение, взрыв или иное повреждение каких-нибудь сооружений германских войск, как-то: полотна железной дороги, проводов и т.д., то виновные.. будут в назидание другим повешены на месте пре ступления. В случае же если виновных не удастся немедленно обнаружить, то из населения будут взяты заложники. Залож ников этих повесят, если в течение 24 часов не удастся захва тить виновных, заподозренных в совершении злодеяния, или соумышленников виновных.


Если преступное деяние повторится на том же месте или вблизи него, то будет взято – и, при вышеприведен ном условии, повешено – двойное число заложников» [20].

Начальник штаба верховного главнокомандования вермахта Кейтель утверждал, что покончить с партизанами можно только с помощью «драконовских мер», применение которых оккупа ционными войсками должно создать такую атмосферу ужаса и страха, что люди потеряют охоту к оказанию сопротивления.

«Для того чтобы в зародыше задушить недовольство, – писал Кейтель в приказе, – необходимо при первых же случаях неза медлительно принимать самые решительные меры для того, что бы укрепить авторитет оккупационных властей и предотвратить дальнейшее распространение движения. При этом следует иметь в виду, что человеческая жизнь... в большинстве случаев не имеет никакой цены и что устрашающего действия можно добиться лишь с помощью исключительно жестоких мер. Искуплением за жизнь каждого немецкого солдата должна служить в общем и целом смертная казнь 50 – 100 коммунистов» [21].

Фашистские головорезы усердно выполняли инструкции и приказы своих генералов. Так, немецкий солдат Эмиль Гольц писал в своём дневнике о первых днях пребывания на белорус ской земле: «В каждом местечке, в каждой деревне при виде людей у меня чешутся руки. Хочется пострелять из пистолета по толпе... Надеюсь, что скоро сюда придут отряды СС и сделают то, что не успели сделать мы» [22]. Другой палач, обер-ефрей тор Иоганесс Гердер, оставил следующую запись в своём днев нике: «В одной деревне мы схватили первых попавшихся 12 жи телей и отвели их на кладбище. Славянам нет и не может быть O подполье и партизанском движении никакой пощады. Проклятая гуманность нам чужда» [22].

Начальник оперативного штаба полиции безопасности и СД в Минске штандартенфюрер СС Пифрадер в приказе ру ководителям команд СД от 18 ноября 1942 г. требовал, что бы сожжение деревень обязательно сопровождалось пого ловным уничтожением всех жителей, ибо, писал он, «опыт учит, что коллективные расстрелы, сожжение деревень без полной ликвидации или выселения их жителей приводят лишь к отрицательным для нас последствиям» [23].

Разрушение, грабёж, насилие – норма жизни для фаши стов. Герман Геринг, якобы во имя «интересов нации», на ставлял своих молодчиков: «Вы посланы туда не для того, что бы работать на благосостояние вверенных вам народов, а для того, чтобы выкачать всё возможное с тем, чтобы мог жить немецкий народ...Вы должны быть как легавые собаки, там, где имеется ещё кое-что, в чём может нуждаться немецкий народ. Это должно быть молниеносно извлечено из складов и доставлено» [24] (в Германию. – В.Е.).

Напрасно адвокаты гитлеризма пытаются убедить обще ственное мнение в том, что командование вермахта якобы не виновато в организации и осуществлении террора против мир ного населения оккупированных территорий. Даже фашистс кий дипломат Ульрих фон Гасель в своё время писал: «Волосы становятся дыбом, когда читаешь приказы, рассылаемые вой скам, за подписью Гальдера, о мерах, которые должны быть приняты в России» [25].

В годы Второй мировой войны на захваченных территори ях Европы, в том числе и Советского Союза, оккупанты со здали лагеря смерти, тюрьмы, гетто. Только на оккупирован ной территории Белоруссии насчитывалось свыше 260 лагерей смерти, их филиалов и отделений. По далеко не полным дан ным, в этих лагерях нацисты уничтожили свыше 1 400 тыс.

советских граждан [26]. Только в лагере смерти Тростенец фашистские захватчики уничтожили 206 500 человек [26, с.213].

С изуверской жестокостью фашисты уничтожали детей.

Только в одном концлагере в Барановичах гитлеровские пала чи убили 5 200 детей [27]. В Домачевском детском доме Бре стской области фашисты зверски убили более 50 ребят [28].

Сохранившиеся фашистские документы рассказывают об огромном размахе экзекуций над евреями. 31 июля 1942 г.

генеральный комиссар «Белорутении» Кубе докладывал рейхс комиссару Остланда Лозе: «За последние 10 недель в Бело Глава руссии ликвидировано около 55 тыс. евреев. В Минской облас ти евреи полностью истреблены...» [29]. Начальник полиции бе зопасности и СД оберштурмбанфюрер Штраух в апреле 1943 г.

на одном из секретных совещаний заявил, что на территории генерального округа «Белоруссия», «по приблизительным под счётам, из 150 тыс. евреев 130 тыс. уже ликвидировано» [30].

Комиссар Лидского округа Ханвега на этом же совещании отме чал, что в районе Лиды из имевшихся 20 тыс. евреев в резуль тате пятидневной акции осталось лишь около 4,5 тыс. [30].

12 марта 1943 г. в Гродно появилось объявление о том, что город «очищен от евреев» [31]. А западногерманский историк Г.-А. Якобсен утверждает, что на оккупированной территории не было никаких концлагерей, газовых печей и прочих «фабрик смерти», а были лишь «образцовые» лагеря для «бездельников, уголовников, умалишённых и прочего сбро да», лагеря, призванные играть чисто «фильтрационную и вос питательную роль» [32]. К сожалению, современные геббель сята (иначе их и не назовёшь!), умудряются «отстаивать» по добный бред даже на государственном уровне...

Итогом нацистской политики геноцида и «выжженной зем ли» в Белоруссии явилось уничтожение около 2 800 тыс. че ловек, в том числе около 800 тыс. сельских жителей [33].

Оккупанты сожгли, разрушили и разграбили 209 городов и посёлков городского типа, 9 200 деревень, 10 тыс. колхозов, 92 совхоза, 316 МТС [34].

Исторические факты показывают, что фашистская клика тща тельно готовилась к тому, чтобы не только добиться военной по беды, но беспощадно подавить и поработить советский народ.

Для этой цели гитлеровское командование выделяло значитель ные силы. Так, в феврале 1942 г. командование группы армий «Центр» выделило для борьбы против смоленских и брянских парти зан четыре дивизии. Всего с середины 1942 г. для борьбы с парти занами отвлекалось до 10 % немецких сухопутных войск, нахо дившихся на советско-германском фронте. В 1943 г. гитлеровс кое командование использовало против партизан кроме полицей ских соединений и полумиллиона солдат вспомогательных частей около 25 дивизий действующей армии. В марте – апреле 1944 г.

только украинские партизаны, действовавшие в районах Ковеля, Львова, Перемышля, вынудили противника оттянуть с фронта для охраны коммуникаций до десяти дивизий [35].

В апреле 1944 г. в Белоруссии против 17-тысячного парти занского соединения Ушачско-Лепельской зоны немецко-фа шистское командование бросило более 60 тыс. солдат и офи O подполье и партизанском движении церов регулярных войск, эсесовских и полицейских полков, на вооружении которых было много орудий, танков [36].

Чего стоят заявления бывших гитлеровских генералов о том, что причиной развёртывания массового партизанского движе ния на оккупированной территории Советского Союза является неподготовленность фашистской армии против партизан в све те вышеприведенных фактов? Как расценить слова Рендулича о том, что «для немецкого командования партизанское движе ние и движение сопротивления были совершенно неожиданны ми. Ему пришлось уже в ходе самой борьбы изучать формы партизанской борьбы, так как найти какой-либо исторический пример подобной «войны из-за угла» оно не могло» [37].

Важно подчеркнуть сугубо «практический подход» многих западных историков к исследованию советского партизанского движения. Как правило, они выполняют заказы военных ве домств, руководители которых, тщательно изучая опыт борь бы советских партизан, стремятся использовать его в борьбе против народов, сражающихся за национальное освобожде ние. Так, одно из крупных коллективных исследований было предпринято американским историком Д.Армстронгом и его коллегами по заказу командования военно-воздушных сил США и увидело свет в виде книги под названием «Советские партиза ны во второй мировой войне» (Soviet Partisans in World War II, p. 152). В специальном разделе «Война против партизан» ана лизируется и обобщается опыт контрпартизанских действий гит леровцев [38]. Ч.О.Дикенсон и О.Гейльбрунн, авторы книги «Коммунистические партизанские движения», делают недвус мысленный вывод: «Наша собственная армия (Северной Ир ландии. – В.Е.) должна быть обучена методам борьбы с парти занами. Мы видели, как дорого заплатили немцы за то, что заблаговременно не создали организацию для борьбы с парти занами, а затем, когда эта организация была наконец создана, предоставили ей самой разрабатывать методы борьбы. Нам нет необходимости через всё это вновь проходить. Что нам нужно, так это устав по ведению антипартизанской войны, а также соответствующая подготовка солдат и офицеров. Мы должны учиться на ошибках немцев и извлекать пользу из их опыта» [39]. Как говорится, без комментариев...

Одной из «неудобных» до недавнего времени страниц в нашей истории были боевые действия «Армии Крайовой» на оккупированной фашистами территории Белоруссии.

Известно, что «Армия Крайова» – подпольная воинская организация, которая действовала в 1942 – 1945 гг. на оккупи Глава рованной фашистской Германией территории Польши и части территории СССР (Украине, Белоруссии и Литве), подчиня лась эмигрантскому правительству в Лондоне. Командовали ею, соответственно, С.Равецкий, Т.Комаровский, Л.Окулиц кий.

В состав формирований «Армии Крайовой» входили как патриотические, демократические элементы, так и представи тели реакционных кругов, которые и направляли её деятель ность. В политических отношениях «АК» строилась на основе «непартийности», теории «двух врагов» – Германии и СССР.

Исходя из этого, её деятельность ограничивалась организа торской работой, накоплением оружия, боеприпасов, фор мированием широкой сети подпольных организаций, скрытых резервов, организацией военного обучения, созданием раз ведки, штабов и т.д., которые в случае краха фашистского режима смогли бы обеспечить приход к власти эмигрантского правительства, восстановление порядков и границ довоенной Польши, т.е. в границах 1939 года*.

Но война есть война. Она диктовала свои жёсткие усло вия. «Аковцы» испытывали вооружённый нажим со стороны боевых формирований украинских националистов – «оунов цев» – которые тоже считали эти территории «своими». По этому здесь подразделения «АК» в ряде случаев вступали в контакт с советскими белорусскими партизанами в операциях против немецких гарнизонов. Это и разгром немецкого гар низона в Ивенце, отражение карательной экспедиции «Гер ман» в Налибокской пуще и др. Многие из них отдали за это свои жизни. Честь и слава им вечная от живых!

В то же время в более северных областях «аковцы» зани мали в ряде мест откровенно неприязненную позицию по от ношению к партизанам и выступали против них вкупе с немец кими карательными частями.

Надо сказать, что «Армия Крайова» в годы немецкой оккупации не ограничивала своё влияние только западными областями Белоруссии, а стремились распространить его так * Ещё до начала Великой Отечественной войны генерал Стефан Ра вецкий дал директиву, суть которой отражают следующие слова: «Для нас было бы лучше всего, если бы немцы атаковали Россию, уничтожили её вооруженные силы». А в случае наступления советских войск директива требовала «выполнить специальный приказ по проведению массовых ди версий и организации партизанского движения против СССР», что, соб ственно, и было сделано.

O подполье и партизанском движении же и на другие территории. Например, диверсионные группы «аковцев» попытались контролировать движение транспорта на линиях и шоссейных дорог Брест – Минск – Орша, а раз ведгруппы «АК» под видом строительных торговых фирм и организаций проникали, начиная с июня 1943 г., в белорус скую столицу и другие крупные города...

В свою очередь советские чекисты и партизаны внедряли своих разведчиков в ряды «АК» и были достаточно осведом лены о планах и замыслах «аковцев», что позволяло нейтрали зовать многие их недружелюбные акции. Так, в штабе «АК» в Варшаве действовали советские разведчики «Войцех» и «Ро берт», постоянно информировавшие совцентры о намерени ях и действиях «Армии Крайовой» [40].

Подразделениями (ротами, батальонами) «АК» командо вали кадровые офицеры Войска Польского. К примеру, со единением «Север» в Гродненской области, насчитывавшем до 1000 легионеров, руководил поручик Ян (офицер запаса) по прозвищу «Крыся». Батальон имел в своём составе 8 рот и летучий отряд, т.е. отряд быстрого реагирования, подвиж ную группу. Поручику Яну – «Крысе» – подчинялся и взвод «аковцев», в котором числились Тыркин, Бураки, Шешко, Концевич и другие, многие из которых после освобождения Белоруссии были арестованы советскими властями и осужде ны за совершённые преступления [40, с.171].

Немудрено, что в конце сорок третьего – начале сорок четвёртого годов некоторые группы «аковцев» по распоря жению Центрального штаба партизанского движения были партизанами разоружены, ибо к тому времени убийства и насилие со стороны «АК» приняли угрожающий характер. По методам и формам своей деятельности «аковцы» во многом приблизились к тем же оуновцам и бандеровцам на Украине и в Белоруссии, крайне националистические позиции и терро ристические способы действия которых некогда испытали на себе и осуждали сами же боевики «АК». Хотя, нет сомнения, и среди «аковцев» было немало таких, кто искренне ненави дел фашизм и фашистов и с симпатией относился к героичес ким усилиям советского народа в борьбе с ними.

Следует иметь в виду, что усиление тенденции к конф ронтации «АК» с советскими партизанскими отрядами, пря мого использования её в антисоветских целях, произошло после разрыва отношений между СССР и польским эмигрантским правительством (апрель 1943 г.). Так, командование «Армии Глава Крайовой» в октябре 1943 г. утвердило план операции «Буря», который предусматривал захват территории Западной Украи ны, Западной Белоруссии и Виленщины в момент отступления немецко-фашистских войск и восстановление здесь прежних порядков. Противостояние партизан и «аковцев» приводило к гибели бойцов с той и другой стороны...

Тогда же из Москвы, где находился ЦК КП(б)Б, в адрес подпольных партийных органов поступило письмо «О военно политических задачах работы в западных областях БССР», в ко тором определялись основные политические принципы отноше ний к польским националистам на местах. В частности, в нём говорилось, что существование различных организаций, руково димых лондонским правительством, следует считать как «проти воправное вмешательство в дела нашего государства», их сле дует изолировать от населения путём создания советских отря дов и групп из трудящихся польской национальности [40, с.172].

Значительное количество отрядов «АК» было разоруже но советскими партизанами, многие из «аковцев» были рас пределены по белорусским партизанским бригадам, части разрешили разойтись по своим домам. Некоторые из форми рований, которым удалось избежать разоружения, стали на путь соглашения с гитлеровскими властями, получили от них оружие и боеприпасы и начали борьбу с советскими партиза нами. На содержании фашистов находились бригады поручи ков Зигмунда Шенделяжа, Грациана Фруга, многие другие формирования «АК»*. Даже за месяц до изгнания немцев, командование «Армии Крайовой» всё ещё придерживалось лозунга «стоять с оружием у ноги», накапливало силы и со блюдало выжидательную тактику. Чего же ждали? Ожидали операции «Острая брама». Суть намеченного плана состояла в том, чтобы ещё до прихода Красной Армии захватить город Вильнюс и «стать в нём полновластными хозяевами» [40, с.174].

Однако «захват» Вильнюса силами «АК» не произошёл. За ранее спланированная акция провалилась. Овладели городом войска 3-го Белорусского фронта. Правда, в операции по осво * В рапорте главного коменданта «АК» Тадеуша Комаровского в штаб польского верховного главнокомандования в Лондоне от 1 марта 1944 г. о ситу ации в Новогрудском округе говорится: «19.11.43 г. подразделения Наднеман ского батальона вели бой в районе Желудка с советскими партизанами в коли честве 1 500 человек в течение дня... Советские потери... – около 200 человек, а также обоз и много оружия... В итоге районы Лиды, Щучина, Воложина и северная часть Новогрудского... полностью очищены от советских банд».

O подполье и партизанском движении бождению Вильнюса участвовало и несколько батальонов «АК».

В дальнейшем события приняли закономерный характер.

Советские власти не могли допустить, чтобы вооружён ные формирования «АК» находились в тылу Красной Армии, войска которой уже вели боевые действия на Западе. Дей ствия отрядов «Армии Крайовой» следует квалифицировать как прямое выступление на стороне гитлеровцев.

Верхушка «аковского» командования была арестована.

Всем другим советским командованием было приказано сдать оружие, возвращаться к месту жительства, явиться в военко маты и влиться в ряды Красной Армии или, по желанию, в народное Войско Польское. Часть солдат «АК» так и поступи ли. Только в подразделениях группы «Север» (Гродненская область) «АК», по архивным данным, было изъято силами гос безопасности 211 миномётов, 193 противотанковых ружья, 3 588 пулемётов, 6 947 автоматов, 2 979 пистолетов, 14 гранат, 22 190 мин, 47 радиостанций, 7 типографий. Так что вооружены «аковцы» были не так уж плохо и представляли значительную военную силу [40].

Другие же члены «АК» оружие сложить отказались, пе решли на нелегальное положение, скрывались в лесах, ожи дая указаний от Главного командования «Армии Крайовой».

Отдельные группы «аковцев» ушли в Польшу, большинство же остались в белорусских лесах, что имело тяжёлые послед ствия для местного населения. И это оказалось, как совершенно справедливо отмечает Е.Семашко, «самой чёрной страницей в биографии «АК» (Яўген Сямашка. Армія Краёва на Беларусі. – Мінск: Беларускае выдавецкае Таварыства «Хата», 1994).

В результате подрывной деятельности антисоветского подполья только за вторую половину 1944 г. в западных обла стях БССР было совершено 222 террористических акта, диверсий, 65 нападений на госучреждения и предприятия, других активных бандитских проявлений. За это время было убито 26 работников МВД-МГБ, 17 офицеров и 51 человек рядового состава Красной Армии, 41 человек советского и партийного актива, 76 местных жителей, 23 человека были уведены бандитами. Кроме того, в боях при ликвидации банд наши потери составили 106 человек убитыми, 47 – ранеными и 16 – пропавшими без вести [40, с.176].

В декабре 1944 г. по разработанным МВД-МГБ планам были проведены операции по ликвидации антисоветского под полья и других враждебных элементов. В результате разгро Глава ма банд, ареста многих главарей и значительного количества участников, активность бандитизма была ослаблена, среди личного состава началось разложение и разброд, что под тверждается рядом приказов, изданных по подполью и захва ченных при ликвидации банд, и стремлением к легализации значительного количества его участников.

Руководством «АК» был издан ряд приказов, якобы «зап рещающих» вступать в открытую вооружённую борьбу с ча стями Красной Армии и оперативно-чекистскими группами. Так, в приказе № 571 Верховного Главнокомандования «АК» ска зано: «ещё раз категорически запрещаю вести борьбу про тив Советов. Распустить партизанские отряды. Людей, подле жащих наибольшей угрозе, отсылать в центр страны... Вы остаётесь в конспирации (подполье – В.Е.). Исполнение сооб щить...» [40, с.178].

Однако, как выяснилось впоследствии, эти приказы были направлены главным образом на сохранение командного со става и наиболее активного личного состава подполья.

Агентурно-следственным путём было установлено, что под полье «Армии Крайовой» провело ряд мероприятий по тщатель ной конспирации обводов, пляцувок, произвело смену кличек, замену связных. А ряд организаций заново переформировало.



Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |   ...   | 10 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.