авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 9 | 10 || 12 | 13 |   ...   | 17 |

«В. А. Золотарев И. А. Козлов ТРИ СТОЛЕТИЯ РОССИЙСКОГО ФЛОТА Том второй XIX — начало XX вв. ПОЛИГОН ...»

-- [ Страница 11 ] --

В это время к нему обращались за помощью как к человеку, сильному своим моральным влиянием» [1. С. 429].

Огромное моральное воздействие П. С. Нахимова на защитников Севастополя объясняется главным образом тем, что из руководителей обороны города «никто лучше него не знал духа русского простолюдина — матроса и солдата» [1. С. 627].

Наряду с возведением новых укреплений П. С. Нахи мов уделял большое внимание совершенствованию ору жия и способов его применения, своевременному обеспе чению защитников города боеприпасами, продовольстви ем, обмундированием и медикаментами. Он постоянно напоминал подчиненным начальникам о необходимости беречь людей. В одном из приказов П. С. Нахимов писал:

«Я считаю долгом напомнить всем начальникам священ ную обязанность, на них лежащую, а именно: предвари тельно позаботиться, чтобы при открытии огня с неприя тельских батарей не было ни одного лишнего человека не только в открытых местах, но даже прислуги у орудий и число людей для неразлучных с боем работ было огра ничено крайней необходимостью... При этом прошу вну шить им, что жизнь каждого из них принадлежит Отече ству» [1. С. 469].

Неприятель, стремясь не допустить усиления обороны Севастополя, вел систематический огонь по ее позициям и одновременно накапливал силы и готовился к новому штурму города. В целях срыва его часть полевой армии 13 октября атаковала английские войска под Балаклавой, а 24 октября крупными силами дала бой противнику в рай оне Инкермана, где с обеих сторон было задействовано до 100 тыс. человек. Однако из-за отсутствия современ ного нарезного оружия и неграмотного руководства бое выми действиями царскими генералами русская армия и на этот раз не смогла добиться успеха.

Но несмотря на то, что полевая армия не решила по ставленную задачу по деблокаде Севастополя, Инкерман ское сражение оказало существенное влияние на после дующий ход борьбы за него. Вследствие больших потерь в личном составе (около 12 тыс. человек) и упадка мо рального духа войск англо-французское командование вынуждено было окончательно отказаться от попыток овладеть Севастополем методом ускоренной атаки и пе рейти к длительной и методической осаде города с широ ким применением артиллерии. Таким образом, борьба за Севастополь приняла затяжной позиционный характер.

К началу 1885 г. союзники сосредоточили под Севас тополем 100-тысячную армию и свыше 500 орудий круп ного калибра [6. Л. 27]. Силы противника по численности в несколько раз превосходили севастопольский гарнизон.

Перейдя к позиционной борьбе, неприятель усилил артил лерийские обстрелы города. Огонь велся почти непрерыв но. В отдельные дни по городу выпускалось до 50 тыс.

снарядов. Интенсивным обстрелом русских позиций со юзное командование рассчитывало подавить волю за щитников города и заставить их капитулировать. Пред принимались также атаки пехоты, которые периодически перерастали в штурм города. Надо было обладать вели чайшей стойкостью, чтобы в течение многих месяцев сдер живать натиск огромной осадной армии, оснащенной со временным нарезным оружием, которого защитники Се вастополя не имели.

Но врагу не удалось подавить волю севастопольского гарнизона к сопротивлению и заставить его сложить ору жие. Отражая многочисленные атаки союзных войск, за щитники Севастополя нередко сами переходили в контр атаки и отбрасывали врага на исходные позиции. Оборона города под руководством П. С. Нахимова приобрела ак тивный характер. Это нашло свое отражение прежде все го в смелых вылазках севастопольцев в расположение не приятельских позиций. В этих вылазках принимали участие преимущественно добровольцы из числа солдат и матросов гарнизона — людей большой смелости, храбрости и наход чивости.

Дерзкие вылазки небольших, а иногда и крупных отря дов солдат и матросов держали противника в постоян ном напряжении. Совершая внезапные ночные нападения, 5-я мушкетерская рота Севского полка возвращается со штурма севастопольцы разрушали оборонительные сооружения и уничтожали артиллерийские батареи неприятеля, нано сили ему существенные потери в живой силе. В этих дей ствиях особенно отличились Петр Кошка, Игнатий Шев ченко, Иван Демченко, лейтенант Бирюлев и многие дру гие. Их имена хорошо знали все защитники Севастополя и гордились ими.

В активных оборонительных действиях по указанию П. С. Нахимова принимали участие и пароходофрегаты, которые совершали внезапные нападения на корабли про тивника за пределами Севастопольской бухты. Так, 24 но ября отряд кораблей в составе пароходофрегатов «Вла димир» и «Херсонес» под командованием капитана 2 ранга Г. И. Бутакова внезапно атаковал неприятельские парохо ды, находившиеся с Стрелецкой бухте. Вражеские суда уклонились от боя и поспешно отошли к Балаклаве, под защиту главных сил союзной эскадры. Выполнив постав ленную задачу, пароходофрегаты благополучно вернулись в Севастополь.

П. С. Нахимов высоко оценивал набеговые действия пароходофрегатов. «Молодецкая вылазка наших парохо дов, — сообщал П. С. Нахимов командиру Севастополь ского порта, — напомнила неприятелям, что суда наши хотя разоружены, но по первому приказу закипят жиз нью, что, метко стреляя на бастионах, мы не отвыкли от стрельбы на качке;

что, составляя стройные бастионы для защиты Севастополя, мы ждем только случая показать, как твердо помним уроки покойного адмирала Лазарева...»

[1. С. 445].

В результате ночных вылазок защитников Севастопо ля и набеговых действий пароходофрегатов противник не только нес потери в живой силе и боевой технике, но и испытывал серьезные затруднения в проведении осадных работ. Неожиданные вылазки изматывали силы осадной армии и подрывали моральный дух противника.

П. С. Нахимов придавал исключительно большое зна чение использованию артиллерии, рассматривая ее в ка честве решающего фактора в борьбе с осадной армией противника, и прежде всего с его артиллерией, обстрели вавшей Севастополь. С этой целью он организовал контр батарейную борьбу, которая сводилась к артиллерийской дуэли между крепостной и осадной артиллерией. Контр батарейная борьба являлась одной из важнейших задач также корабельной и полевой артиллерии.

П. С. Нахимов разработал стройную систему исполь зования артиллерии в обороне базы. Он требовал от ар тиллеристов упреждения противника в открытии огня, сосредоточения огня нескольких батарей по одной цели, широкого применения маневра огнем, постоянного поддер жания взаимодействия между батареями и поддержки ими друг друга при ведении артиллерийской дуэли [3. С. 74].

Под руководством П. С. Нахимова были разработаны новые инструкции в целях организации более эффектив ного применения артиллерии по принципу массирования огня на решающих направлениях при совместном исполь зовании береговой, корабельной и полевой артиллерии.

Разрабатывая новые методы использования артиллерии в борьбе с осадной армией противника, П. С. Нахимов в то же время уделял большое внимание обучению защитни ков Севастополя ведению общевойскового боя при под держке артиллерии. В приказе от 3 мая 1855 г. он писал:

«В близком бою первый выстрел решает половину дела, а потому внимательное наблюдение при свете за откры тием неприятельских амбразур послужит ручательством, что мы не будем предупреждены ими. Сосредоточив огонь преимущественно на ближайшие батареи, мы быстрым и метким действием артиллерии должны сбить их... Близ кий бой — единственное средство к решительной победе на море — даст такой же результат на берегу и вознагра дит бдительность, опытность и искусство доблестных мо ряков-артиллеристов» [1. С. 526].

Направляя основные усилия защитников Севастополя на укрепление обороны города с суши, откуда исходила главная опасность для базы флота, П. С. Нахимов в то же время обращал внимание и на усиление обороны города с моря. С этой целью он распорядился затопить при вхо де в бухту дополнительно еще несколько парусных кораб лей. 13 февраля 1855 г. между Николаевской и Михай ловской батареями были затоплены три старых линейных корабля и два фрегата [1. С. 459]. Оставшиеся в строю Один из бастионов Севастополя парусные корабли и пароходофрегаты были сведены в одну эскадру, предназначенную для обороны Севастопольско го рейда. По утвержденному П. С. Нахимовым расписа нию пароходофрегаты круглосуточно охраняли вход в бух ту;

кроме того, они были расписаны по огневым позициям на Севастопольском рейде для отражения совместно с береговой артиллерией нападения неприятельского фло та с моря.

Чтобы наиболее эффективно использовать разнород ные силы для совместной обороны главной базы флота с суши и моря, П. С. Нахимов организовал взаимодействие между войсками гарнизона, кораблями эскадры и берего вой артиллерией. Одной из наиболее эффективных форм содействия флота сухопутным войскам являлась артил лерийская поддержка пароходофрегатов, которые имели довольно мощную артиллерию с дальностью стрельбы до четырех километров.

Артиллерийская поддержка войск пароходофрегатами носила систематический характер и велась в течение все го времени обороны Севастополя. Огонь корабли вели как с якорных позиций, находившихся на акватории Севасто польского рейда, так и на ходу при выходах в море. Огонь велся днем и ночью. Для стрельбы по невидимым целям артиллеристы применили новый метод корректировки огня с использованием береговых корректировочных по стов. Чтобы снизить эффективность ответного огня по пароходофрегатам, последние часто меняли свои огневые позиции, маневрируя в пределах Севастопольской бухты.

Стрельба пароходофрегатов по береговым целям была весьма эффективна, и командиры стрелковых частей в пе риод наиболее напряженных боев с союзными войсками часто обращались непосредственно к командирам кораб лей с просьбой об огневом содействии [3. С. 75].

Большую помощь пароходофрегаты оказывали севас топольскому гарнизону в обеспечении перевозок войск между северным и южным секторами сухопутной оборо ны, которые производились через бухту. Они широко ис пользовались также для перевозки боеприпасов, продо вольствия, раненых и гражданского населения. Севасто польская бухта, в пределах которой в основном вели боевые действия пароходофрегаты, явилась своего рода испытательным полигоном, где первые отечественные па ровые суда отрабатывали в условиях войны отдельные элементы пароходной тактики.

В руководстве обороной Севастополя особенно ярко проявились организаторские способности, военный та лант и исключительная личная храбрость Павла Степано вича Нахимова, которому 27 марта 1855 г. за отличие при обороне главной базы Черноморского флота было при своено звание адмирала [1. С. 398].

В связи с производством в адмиралы П. С. Нахимов издал приказ по флоту, в котором отмечал, что на его долю выпала «завидная участь иметь под своим началь ством подчиненных, украшающих начальника своими доблестями». Обращаясь к матросам, он писал: «Мат росы. Мне ли говорить вам о ваших подвигах на защи ту родного вам Севастополя и флота? Я с юных лет был постоянным свидетелем ваших трудов и готовности умереть по первому приказанию;

мы сдружились дав Бомбардировка Севастополя флотом союзников.

Литография Тимма но;

я горжусь вами с детства. Отстоим Севастополь...»

[1. С. 500—501].

Призывая матросов отстоять Севастополь во что бы то ни стало, адмирал П. С. Нахимов личным примером показывал, как следует решать эту задачу, проявляя храб рость и воинское мастерство. Пренебрегая смертью, он постоянно обходил оборонительные позиции и своим при сутствием на бастионах старался поддерживать высокий боевой настрой защитников города. Его глубокая вера в высокие боевые качества солдат и матросов, неустанная забота о них снискали беспредельную привязанность и любовь к нему простых русских людей, сражавшихся на бастионах Севастополя.

В дни напряженных боев адмирал П. С. Нахимов в од ном из приказов от 5 марта 1855 г. писал: «Я прошу част ных начальников поспешить с устройством бань и обра тить особое внимание на то, чтобы люди по возможности чаще ими пользовались» [1. С. 473]. В других приказах он обращал внимание офицеров на необходимость улучшения качества питания матросов и обеспечения их чистым по стельным бельем и исправным обмундированием.

Находясь на бастионах, П. С. Нахимов подавал сол датам и матросам пример беспредельной храбрости, са мообладания и уверенности в своих силах. Участник обо роны Севастополя П. И. Лесли так описывал поведение П. С. Нахимова во время боя: «...Никто не был столько под пулями и бомбами, сколько он (Нахимов. — Авт.);

где только самый большой огонь, то он туда и лезет...

Решительно нужно удивляться смелости и хладнокровию этого человека;

даже не мигнет глазом, если бомба ра зорвется у него под носом» [1. С. 500].

В конце мая 1855 г., проверяя состояние обороны на Камчатском люнете во время штурма его противником, П. С. Нахимов лично взял на себя руководство боем. Кон туженный осколком разорвавшейся бомбы, он не поки нул поле боя, возглавил штыковую атаку небольшого от ряда солдат и матросов против превосходящих сил про тивника и вывел его из окружения.

В начале июня 1855 г., во время штурма позиций на Малаховом кургане, П. С. Нахимов прибыл на место боя и лично руководил отражением атакующих колонн про тивника. Возглавляемые им защитники Малахова курга на штыковой атакой очистили курган от врага.

Бесстрашие и героизм П. С. Нахимова, его стремление постоянно быть на передовых позициях среди солдат и мат росов и вместе с ними делить опасность и тяготы боевой службы на бастионах и в окопах осажденного Севастопо ля поражали всех, кто окружал его в дни севастопольской страды, и вызывали горячее желание как-то уберечь своего любимого руководителя обороны от опасности. Однако Павел Степанович мимо ушей пропускал настоятельные рекомендации и просьбы быть осторожнее на передовой;

он в течение всей обороны города продолжал бывать на самых опасных участках обороны. «Совет — беречь себя — совершенно бесполезен, — писал Платон Воевод ский, племянник П. С. Нахимова, — ежедневно разъез жает по бастионам. А князь (главнокомандующий, князь А. С. Меншиков. — Авт.) со своей стороны отравляет, сколько может, его минуту» [1. С. 449].

Владимирский собор в Севастополе, в котором похоронены Лазарев, Корнилов, Нахимов Систематические бомбардировки Севастополя сотня ми орудий, выпускавших по городу десятки тысяч снаря дов в день, атаки и штурмы осадной армии союзников в течение многих месяцев разбивались о величайшую стойкость гарнизона главной базы Черноморского фло та. Однако, несмотря на исключительную стойкость и мужество ее защитников, положение Севастополя ухуд шалось с каждым днем. Гарнизон нес большие потери, под крепления не поступали, не хватало боеприпасов. П. С. На химов трезво оценивал складывавшуюся летом 1855 г. об становку на фронте: предпосылок к улучшению он не видел. Но, объезжая позиции, которые подвергались наи более интенсивному обстрелу и атакам противника, он по прежнему стремился поднять боевой дух защитников го рода, призывая их оборонять Севастополь до последней капли крови.

28 июня 1855 г., прибыв на Малахов курган, кото рый подвергался особенно ожесточенным бомбардиров кам и атакам противника, П. С. Нахимов, следя за хо дом боя и отдавая распоряжения войскам, был смертель но ранен в голову и 30 июня, не приходя в сознание, скон чался [1. С. 546—566].

На следующий день защитники Севастополя и жители города провожали в последний путь своего любимого ад мирала. Гроб был покрыт Андреевским флагом, развевав шимся на его флагманском корабле «Императрица Ма рия» в Синопском сражении. Корабли, стоявшие на Сева стопольском рейде, приспустили флаги и отдали последний артиллерийский салют своему флагману. Павла Степано вича Нахимова похоронили в соборе Св. Владимира ря дом с М. П. Лазаревым, В. А. Корниловым и В. И. Исто миным.

Смерть П. С. Нахимова явилась огромной утратой не только для Севастополя и Черноморского флота, но и для всей России. Со смертью адмирала П. С. Нахимова, писал участник обороны Б. П. Мансуров, «Севастополь лишил ся в нем ревностнейшего и неутомимо деятельного началь ника, защитника, имя его гремело не только на Черномор ском флоте, но даже во всей России» [1. С. 576].

После смерти П. С. Нахимова борьба за Севастополь продолжалась. Но, несмотря на мужество и стойкость защитников города, силы их постепенно уменьшались, а силы осадной армии непрерывно возрастали. В августе 1855 г. коалиционным войскам ценой огромных потерь удалось овладеть ключевой позицией обороны Севасто поля — Малаховым курганом. Войска гарнизона вынуж дены были оставить южную сторону Севастопольской бухты и перейти на северную, предварительно взорвав все укрепления и затопив оставшиеся корабли. С оставлени ем южной стороны бухты оборона Севастополя, продол жавшаяся 11 месяцев, закончилась.

Длительная оборона Севастополя вошла в историю на шей Родины как одно из наиболее выдающихся военных событий XIX в. и пример самоотверженного героизма во инов России, которые в условиях превосходства против ника в численности войск и качестве оружия в течение 349 дней вели успешную борьбу с коалиционной армией.

Оборона Севастополя явилась ярким примером совме стных действий армии и флота в обороне базы флота с мо ря и суши, в руководстве которой ведущую роль сыграли вице-адмирал В. А. Корнилов и адмирал П. С. Нахимов.

*** В успешном продвижении П. С. Нахимова по службе важную роль играли его личные качества. Он был высо кообразованным и дисциплинированным человеком, на редкость трудолюбивым и в высшей степени ответствен ным офицером, бесконечно любящим флот и военно-мор скую службу, обладал большими организаторскими спо собностями и особым талантом обучать и воспитывать военных моряков. Все эти качества в сочетании с феноме нальной работоспособностью и умением сплачивать вок руг себя прогрессивно мыслящих подчиненных позволя ли ему добиваться высоких результатов в боевой подго товке кораблей и соединений.

П. С. Нахимов как флотоводец прославился прежде всего созданием вместе с М. П. Лазаревым передовой школы воспитания и обучения военных моряков, которую иногда называют черноморской. В основе этой системы лежало привитие матросам и офицерам любви к Родине, т. е. воспитание у них патриотизма как основной движу щей силы военно-морской службы и фундамента воин ского долга по защите Отечества. Обосновывая мысль о роли матроса на корабле и в военно-морском флоте в це лом как верного защитника Отечества, П. С. Нахимов ут верждал, что «матрос есть главный двигатель на военном корабле;

матрос управляет парусами, он же наводит ору дие;

матрос бросится на абордаж, если понадобится, все сделает матрос, ежели не будем смотреть на службу как на средство для удовлетворения своего честолюбия» [1. С. 613].

Считая матросов главным двигателем на военном корабле, П. С. Нахимов в то же время не принижал роли офицер ского состава. Он как командир корабля и соединения при давал важное значение обучению и воспитанию офицеров.

Он требовал от офицеров честного и добросовестного выполнения служебных обязанностей, а также вниматель ного отношения к матросам и постоянной заботы о них, как это делал Павел Степанович сам.

Воспитание и обучение матросов и офицеров в услови ях корабельной службы П. С. Нахимов рассматривал как единый и взаимосвязанный процесс воинского обучения и воспитания, обеспечивающий хорошую подготовку эки пажей и высокий уровень боевой готовности корабля, соединения и флота в целом.

Участник обороны Севастополя Э. И. Тотлебен писал:

«...Нахимов более чем кто-либо содействовал выработке того типа русского матроса и развитию в Черноморском флоте того героического духа, который так блистательно выказался в войну 1854—1856 гг. В этом отношении его справедливо называют Джервисом русского флота» [10.

С. 20, 22].

Боевая подготовка корабля и соединения всегда была главным элементом служебной деятельности П. С. Нахи мова. Важнейшим принципом, которым всегда он руко водствовался, будучи командиром корабля и флагманом, являлось обучение моряков главным образом в море тому, что нужно на войне. Поэтому П. С. Нахимов большую часть кампании находился в море, производя многочис ленные различные учения, которые он рассматривал в ка честве лучшей школы подготовки моряков. Командир бри га «Персей» А. И. Шестаков в своих «Воспоминаниях»

писал: «Службой считалось только то, что прямо вело к цели — пребывание в море или, как выражались, в похо де,... таланту, энергии, страсти к деятельности откры валось широкое море, так и только там можно было ожи дать служебных благ и внимания начальства» [4. С. 225].

В море корабли под руководством П. С. Нахимова от рабатывали задачи по совместному плаванию, маневри рованию, производили учебные стрельбы. По инициативе М. П. Лазарева и П. С. Нахимова на Черноморском фло те впервые стали проводиться двусторонние учения по отработке тактики ведения морского боя, которые полу чили название учебных, или практических боев. П. С. На химов, будучи сторонником тактики решительного боя, на этих учениях отрабатывал такие приемы, как прореза ние строя, охват головы эскадры, взятие противника в два огня, продольные залпы, которые являлись наиболее эф фективными, и др. Применение подобной тактики, осно вы которой были разработаны еще адмиралом Ф. Ф. Уша ковым, обеспечивало решительный исход боя, к чему всегда стремились выдающиеся флотоводцы российского флота.

Обладая широким военным кругозором, П. С. Нахимов с глубоким пониманием политических и военных вопро сов всесторонне анализировал обстановку на Черном море накануне и в ходе Крымской войны, что позволяло ему своевременно вскрывать оперативно-стратегические за мыслы противника и принимать обоснованные решения с учетом реального соотношения сил, сложившегося на театре. Так, в начале Крымской войны он смог на основа нии полученных разведывательных данных раскрыть за мысел турецкого командования высадить десант на Кав казское побережье и, перехватив турецкую эскадру в Си нопе, в решительном бою уничтожить ее и таким образом сорвать высадку десанта.

После вторжения англо-французского флота в Черном море весной 1854 г. П. С. Нахимов вместе с В. А. Корнило вым смогли раскрыть стратегический план высадки экспе диционной армии в Крыму и захвата Севастополя и, несмотря на бездействие главнокомандующего, князя А. С. Мен шикова, вовремя подготовили Севастополь к длительной обороне и сорвали расчеты противника с ходу овладеть главной базой Черноморского флота.

Умение глубоко анализировать оперативно-стратеги ческую и тактическую обстановку на театре позволяло П. С. Нахимову не только раскрывать замыслы против ника, но и правильно выбирать направление главного уда ра. Он прекрасно продемонстрировал это, например, в Си нопском сражении: решение нанести главный удар по ту рецким кораблям, стоявшим в Синопе, и уничтожить их обеспечило выполнение основной задачи флота — срыва высадки турецкого десанта на Кавказ.

П. С. Нахимов внес существенный вклад в развитие военно-морского искусства отечественного флота, особен но в такие его области, как совместные действия армии и флота, крейсерские и блокадные действия и тактика мор ского боя.

Но особенно большой вклад внес П. С. Нахимов в раз витие такой специфической части военного и военно Русская батарея обстреливает корабли противника морского искусства, как совместная оборона военно-мор ской базы сухопутными и военно-морскими силами.

При защите Севастополя под руководством П. С. Нахи мова были успешно решены многие важнейшие вопросы военного и военно-морского искусства, связанные с обо роной базы флота:

создание прочной и глубоко эшелонированной сухопут ной обороны, представлявшей собой комплекс различных оборонительных сооружений и артиллерийских батарей;

создание надежной системы обороны базы с моря, вклю чавшей наблюдательные посты, различные позиционные оборонительные средства, в том числе затопленные на фар ватере корабли, береговую и корабельную артиллерию;

создание единого командования оборонительными си лами, сухопутными и морскими силами и береговой ар тиллерией.

Адмирал П. С. Нахимов впервые в широких масштабах организовал контрбатарейную борьбу с вражеской артил лерией, обстрелявшей Севастополь. Он умело использо вал паровые корабли для систематической артиллерий ской поддержки войск, обеспечения воинских перевозок в пределах Севастопольской бухты и для борьбы с вражес кими судами на подходах к Севастополю. Однако П. С. На химов не ограничивался лишь отражением вражеских атак и штурмов, а вел активную оборону, которая включала в себя смелые вылазки в расположение войск неприятеля и систематические набеги пароходофрегатов на его кораб ли, державшиеся вблизи Севастополя.

В условиях длительной осады города и серьезных затруд нений со снабжением гарнизона продовольствием и боеза пасом исключительно важное значение имело поддержание высокого морального духа защитников города. Адмирал П. С. Нахимов, пользовавшийся огромным авторитетом сре ди защитников и жителей города, с этим успешно справил ся. «Своим присутствием и примером, — пишет академик Е. В. Тарле, — он возвышал дух не только в моряках, благо говевших перед ним, но и в сухопутных войсках, также ско ро понявших, что такое Нахимов» [9. С. 110].

Искусство П. С. Нахимова как руководителя обороны Севастополя проявилось также в умелой организации тес ного взаимодействия разнородных сил и управления ими, которое осуществлялось в форме письменных приказов и устных распоряжений с предоставлением широкой ини циативы подчиненным, что делало управление более гиб ким, оперативным и эффективным.

Однако, несмотря на выдающиеся организаторские спо собности и военный талант руководителей обороны Се вастополя В. А. Корнилова и П. С. Нахимова, высокое военное искусство, проявленное ими в обороне базы фло та, и героизм защитников города, Севастополь все же не устоял перед огромной осадной армией и мощным англо французским флотом, оснащенным современными сред ствами борьбы — нарезным оружием и паровыми кораб лями, против которых личный состав армии, вооружен ный устаревшими гладкоствольными ружьями, и флот, состоящий в основном из парусных судов, оказались бес сильными.

В знак признательности заслуг Павла Степановича На химова перед Отечеством в Севастополе ему был постав лен памятник и назван его именем один из крейсеров рос сийского флота. В память о прославленном адмирале в го ды Великой Отечественной войны были учреждены орден и медаль Нахимова, которыми награждались моряки, от личившиеся при защите Родины. Сейчас имя прослав ленного адмирала носят Нахимовское военно-морское учи лище, в котором юноши получают среднее образование и по стигают азы военно-морского дела, одно из высших военно-морских училищ в Севастополе, крейсер, набереж ные и улицы в Санкт-Петербурге, Севастополе и других при морских городах нашей страны. Именем Павла Степанови ча названо и село, в котором он родился и провел детство.

В советское время был издан ряд крупных работ, по священных жизни и флотоводческой деятельности Павла Степановича Нахимова: сборник документов «П. С. На химов»;

исторический очерк академика Е. В. Тарле «На химов»;

работа Адмирала Флота Советского Союза, про фессора И. С. Исакова «Адмирал Нахимов»;

монография доктора исторических наук В. Поликарпова «Павел Сте панович Нахимов»;

биографический очерк доктора исто рических наук Б. И. Зверева «Выдающийся русский фло товодец П. С. Нахимов» и др. В них Павел Степанович Нахимов предстает перед читателями не только как фло товодец, но и как человек, бесконечно любивший свою родину — Россию и отдавший без остатка ей свою жизнь.

На Балтике Одновременно с действиями на Черном море союзни ки предприняли нападения на русские базы и порты на Балтийском, Белом морях и Тихом океане. Наиболее круп ные силы противник направил в Финский залив. Весной 1854 г. сюда прибыло до 80 английских и французских кораблей, из них почти половина паровых1.

Балтийский флот в это время насчитывал 26 парусных линейных кораблей и 17 фрегатов. Но среди них не было ни одного винтового корабля и имелось всего лишь 11 па роходофрегатов. Гребная флотилия (из 179 канонерских лодок и шлюпок) в новых условиях вооруженной борьбы на море какой-либо существенной роли в боевых действи ях играть уже не могла. Таким образом, англо-французс кий флот на Балтийском театре, так же как и на Черно морском, имел подавляющее превосходство в паровых винтовых кораблях, что и легло в основу плана кампании союзников на Балтийском море.

Существенным недостатком русского флота являлась также отсутствие единого командования на театре. Ко мандующему флотом адмиралу П. И. Рикорду были под чинены только силы, находившиеся в Кронштадте. Во гла ве Свеаборгской дивизии и гребной флотилии стояли свои начальники, не подчинявшиеся П. И. Рикорду. Но и под чиненными силами П. И. Рикорд не мог распоряжаться по своему усмотрению, над ним стоял великий князь гене рал-адмирал Константин Николаевич, постоянно вмеши вавшийся в руководство флотом. Это крайне затрудняло организацию боевых действий против союзников.

Английский флот (командующий вице-адмирал Ч. Нейпир) состоял из 10 винтовых линейных кораблей, 15 винтовых фрегатов, 7 парусных линейных кораблей, 17 пароходофрегатов и пароходов. Французский флот (командующий вице-адмирал Парсеваль-Дешен) имел 9 линейных кораб лей (один винтовой), 7 фрегатов, 7 пароходофрегатов и 8 других судов [6. С. 528—529].

Русское командование, учитывая превосходство про тивника в силах, разработало оборонительный план во енных действий на Балтийском море.

Он был изложен в постановлении Особого совета адмиралов под предсе дательством великого князя генерал-адмирала Константи на Николаевича и сводился к следующему: «Превосходя щая сила ожидаемого в Балтийском море неприятельско го флота не дозволит нам вступить с ним в открытый бой с какой-либо надеждой на успех. Посему мы должны по необходимости остаться в положении чисто оборонитель ном, под защитой крепостей наших, но будучи в совер шенной готовности пользоваться каждою благоприятною минутою переходить в наступление. Главной заботой на шей должно быть соединение всех трех дивизий в Свеа борге. Сильный флот всей центральной позиции свяжет движение неприятеля и, вероятно, воспрепятствует ему сделать какое-нибудь важное покушение на Кронштадт»

[1б. С. 61—62].

Отказавшись от активных наступательных действий, командование сосредоточило внимание на укреплении приморских крепостей и усилении обороны побережья.

Противодесантная оборона строилась на принципе взаи модействия сухопутных войск и корабельных сил, пози ционных средств борьбы и наблюдательных постов, раз вернутых по всему побережью. Оборону побережья осу ществляли 179 батальонов, 144,5 эскадрона и 384 орудия.

Из них 65 % сухопутных войск и 70 % артиллерии было сконцентрировано в районе Санкт-Петербурга. Здесь же находились и основные силы флота — две дивизии кораб лей и часть канонерских лодок гребной флотилии. Они предназначались для защиты Северного и Южного крон штадтских фарватеров. Оборона Кронштадта и Свеабор га была усилена позиционными средствами: береговой артиллерией, ряжами, блокшивами и минными загражде ниями.

Система оборонительных сооружений Кронштадта состояла из четырех фортов (Петр I, Павел I, Александр I и Кроншлот), отдельных береговых батарей, установлен ных на о-ве Котлин, и подводноряжевых преград, защи щавших Южный и Северный фарватеры. Северный фар ватер защищал, кроме того, отряд блокшивов, разверну тых за подводноряжевым заграждением.

С началом военных действий оборона Кронштадта была усилена минными заграждениями, поставленными южнее и севернее о-ва Котлин. В 1854 г. на пяти минных загражде ниях было выставлено 609 мин. Минная позиция (три заг раждения) в районе Южного фарватера находилась под при крытием более 500 орудий фортов — Павел I, Александр I, Петр I — и батареи Меншикова. Два заграждения, выстав ленные около Северного фарватера, прикрывались неболь шими отрядами блокшивов. В 1855 г. на подступах к Крон штадту выставили еще восемь минных заграждений (1256 гальванических мин). Таким образом, в районе Кронштадта впервые в истории вооруженной борьбы на море была создана минно-артиллерийская позиция, являв шаяся основой обороны подступов к Санкт-Петербургу с моря.

Большое внимание было уделено также обороне Свеа боргской крепости, прикрывавшей подходы к Гельсингфор су (Хельсинки). Здесь было выставлено несколько заграж дений из 994 мин различных образцов. Их прикрывали береговые батареи, установленные на островах, и кораб ли. Минные заграждения были выставлены также у Реве ля и Усть-Двинска. Минное оружие, впервые применен ное русскими для обороны военно-морских баз и портов, послужило одной из главных причин отказа союзного ко мандования от наступательных действий на данном театре.

В июне 1854 г. главные силы англо-французского фло та подошли к Красной Горке (южное побережье Финско го залива), но атаковать Кронштадт не решились. Через несколько дней корабли ушли к Аландским островам и блокировали их. На островах находилась небольшая кре пость Бомарсунд, вооруженная 112 устаревшими оруди ями с гарнизоном 1600 человек. Воспользовавшись отсут ствием у Аландских островов минных заграждений, со юзная эскадра подошла к Бомарсунду и в течение четырех дней подавила огонь русских батарей, после чего высади ла 12-тысячный десант и 4 августа захватила разрушен ную крепость. Это была единственная победа, которой добился противник на Балтийском море в 1854 г.

Английские паровые суда, подорвавшиеся на минах возле Кронштадта в июне 1855 г.

Успехи были настолько скромные, что общественность Англии и Франции осталась крайне недовольна результа тами действий своего флота, потребовала замены коман дования и активизации деятельности морских сил против русских баз и портов на Балтийском море.

На следующий год союзный флот, состоявший исклю чительно из паровых винтовых кораблей, во главе с новым командованием — английским контр-адмиралом Р. Данда сом и французским контр-адмиралом Пено, — вновь при был в Финский залив и сразу же направился к Кронштад ту. Однако и на этот раз неприятель не проявил особой решительности и действовал более чем осторожно.

Сосредоточив главные силы флота в районе Красной Горки и о-ва Сескар, в начале июня 1855 г. союзники приступили к разведке укреплений Кронштадта. Развед ку они начали со стороны Северного фарватера, так как полагали, что с северной стороны крепость укреплена слабее, чем с южной. Но их расчеты не оправдались:

при проведении разведки четыре пароходофрегата по дорвались на минах и вышли из строя. Опасаясь боль ших потерь, союзное командование отказалось не толь ко от атаки Кронштадта, но и от продолжения развед ки. Первый в истории боевой успех от применения мин ного оружия ознаменовал появление на море новой опасности, против которой флот не имел тогда ника ких средств защиты.

Потерпев неудачу под Кронштадтом, неприятельский флот в конце июня отошел на запад и стал готовиться к на падению на Свеаборг. Замысел союзного командования заключался в том, чтобы, используя дальнобойную артил лерию, подавить с дальних дистанций огонь русской бе реговой и корабельной артиллерии, затем высадить мор ской десант и захватить крепость.

Готовясь к отражению нападения на Свеаборг, рус ское командование усилило минные заграждения, до полнительно установило на островах несколько бере говых батарей, на важнейших направлениях разверну ло линейные корабли «Россия» (120 орудий), «Иезекииль»

(70 орудий), фрегат «Цесаревич» и бригаду гребных ка нонерских лодок, а в проливах, через которые против ник мог пройти к Свеаборгу, затопило блокшивы и ка нонерские лодки.

Для атаки крепости союзники выделили 10 линейных кораблей, девять фрегатов и корветов, семь вооруженных колесных пароходов, 25 канонерских лодок и 21 бомбар дирское судно. Англо-французское командование, опаса ясь подрыва кораблей на минах, предпочло огонь по Све аборгу вести с дальних дистанций. Утром 28 июля кораб ли заняли места согласно намеченной диспозиции. Впереди, на расстоянии трех-четырех верст от внешней линии све аборгских укреплений, держались на ходу бомбардирские суда и канонерские лодки, а за ними стояли на якоре ли нейные корабли и фрегаты.

Бой начался в 7 ч 30 мин. Первыми огонь по крепости и береговым батареям, установленным на островах, от крыли канонерские лодки и бомбардирские суда, воору женные мощными дальнобойными орудиями. Обстрел продолжался двое суток. Противник выпустил по крепо сти, береговым батареям и русским кораблям более 20 тыс.

снарядов различных калибров, но из-за большой дально сти стрельба была малоэффективна. Неоднократные попыт ки высадить десант на о-ве Друме были сорваны огнем батарей крепости.

Все защитники Свеаборга действовали храбро и уме ло. Но все же наиболее доблестно сражался экипаж ли нейного корабля «Россия» под командованием капита на 1 ранга В. К. Поплонского. Семнадцать часов он на ходился под непрерывным огнем, защищая главный вход на рейд, пролив Густавсверд, получил более 40 попада ний, 3 подводные пробоины, но в пролив противника не допустил. В критических ситуациях личный состав не те рял присутствия духа, действовал исключительно само отверженно. Так, когда одна из бомб пробила палубу и за стряла в районе крюйт-камеры, подпоручик Ф. С. Попов с группой матросов бросился в трюм и предотвратил взрыв пороха.

Не добившись успеха, неприятель 30 июля прекратил атаки и удалился от Свеаборга. Одна английская газета так резюмировала итоги бесславного похода союзной эс кадры на Балтику: «Великий и огромный флот... вер нулся с весьма сомнительным триумфом.... Свеаборг ские укрепления остались нетронутыми, а русские воен ные суда не уничтожены»1.

Бомбардировка Свеаборга обошлась союзникам доро го — в 1,5 млн золотых рублей — и не дала никаких ре зультатов.

Защитники Свеаборгской крепости под командовани ем генерал-лейтенанта А. Ф. Сорокина умело использо вали не только минные заграждения, но и разнородные силы: сухопутные войска, корабли, крепостную и берего вую артиллерию. В ходе обороны крепости впервые в ис тории военно-морского искусства русские корабли вели бой на заранее подготовленной минно-артиллерийской позиции, что позволило парусным кораблям успешно от разить атаку во много раз превосходящего по силе англо французского парового флота.

После этого неприятель больше не предпринимал на Балтийском море крупных действий, а ограничивался лишь крейсерством отдельных кораблей и небольших отрядов в Финском и Ботническом заливах. В конце ноября 1855 г.

англо-французский флот покинул Балтийское море.

Однако было бы неправильно считать, что боевые дей ствия его на Балтийском море никак не повлияли на об щий ход Крымской войны. Присутствие здесь крупных ко раблей противника вынуждало царское правительство дер жать для обороны побережья и особенно столицы значительные сухопутные силы и не давало возможность использовать их на главном театре военных действий в Крыму.

Оборонительная стратегия, которой придерживался русский флот на Балтийском море, вызвала неудоволь ствие русской общественности и осуждение со стороны отдельных адмиралов, которые считали, что в сложившей ся обстановке он должен был не обороняться, а насту пать. Нашлись и такие, которые предлагали даже выса дить десант на побережье Англии. Некоторые исследова тели Крымской войны (А. Лебедев и М. Петров) также считают, что при сложившемся соотношении сил на Бал тийском театре русский флот имел полную возможность и должен был действовать более активно в открытом море, а не укрываться в Свеаборге и Кронштадте.

Данное утверждение представляется не вполне обосно ванным. Русский флот по числу военных кораблей дей ствительно не уступал союзному, но по своим боевым возможностям они были неравноценны: парусные кораб ли не способны были на равных противоборствовать с па ровыми. Паровой флот противника, имевший к тому же дальнобойную артиллерию, мог сравнительно свободно выбирать нужную ему позицию и буквально расстрели вать парусные русские суда, маневр которых всецело за висел от направления и силы ветра. Ни искусство коман диров, ни высокий уровень подготовки, ни храбрость мо ряков не могли бы спасти их от неминуемой гибели.

Именно поэтому русское командование вынуждено было избегать встречи с противником в открытом море.

Решение на ведение оборонительных действий на минно артиллерийской позиции было в целом правильным. Бое вые действия на Балтике подтвердили целесообразность применения позиционного метода борьбы парусных ко раблей против паровых, предложенного еще В. А. Кор ниловым.

Однако боевые возможности Балтийского флота были использованы не полностью. Был упущен ряд благоприят ных моментов для развертывания более активных действий в восточной части Финского залива, когда силы противни ка задействовались одновременно для решения различных задач и не представляли собой единую, монолитную силу.

Однако разведка на театре практически не велась и коман дование не имело четкого представления об обстановке.

Сказалось и отсутствие единого командования на театре.

Падение Севастополя Несмотря на стойкость и героизм защитников Севас тополя, их положение с каждым днем ухудшалось. Гар низон нес большие потери, подкрепления не поступали, не хватало боеприпасов. С оставлением Южной стороны героическая оборона Севастополя, продолжавшаяся 11 ме сяцев, закончилась. «Севастополь пал, но пал с такой сла вой, — писал декабрист Бестужев, — что каждый русский, в особенности моряк, должен гордиться таким падением, которое стоит блестящих побед» [3а. С. 73].

Длительная оборона Севастополя вошла в историю России и как одно из наиболее выдающихся военных со бытий XIX в., и как пример героизма русских воинов, ко торые смогли в течение 349 дней вести успешную борьбу с превосходящими силами сильнейших государств Запад ной Европы. «Надолго оставит в России следы эта эпопея Севастопольская, которой героем был народ русский», — писал участник обороны Л. Н. Толстой [8а. С. 124].

Одновременно с осадой Севастополя союзники вели бо евые действия и против других русских баз и портов на Черном и Азовском морях. Одной из первых подверглась нападению Одесса. 10 апреля 1854 г., т. е. еще до высадки десанта в Крыму, англо-французская эскадра в составе 19 линейных кораблей и 10 пароходофрегатов подошла к городу и подвергла его бомбардировке. Затем союзники попытались высадить десант, но губительный огонь берего вых батарей заставил их отказаться от десантирования войск.

Набеговые действия на побережья Черного и Азовско го морей возобновились весной 1855 г. 12 мая 80 кораб лей противника атаковали Керчь и Еникале, высадили 16-ты Русские войска покидают Севастополь сячный десант и захватили в Керченском порту большие запасы угля [10. С. 150—154].

В Азовском море англо-французские корабли подверг ли ожесточенному обстрелу незащищенные города и на селенные пункты Бердянск, Геническ, Мариуполь, Таган рог, Арабат, Ейск. Набеги сопровождались грабежами мирного населения.

Упорное сопротивление союзным кораблям оказали защитники крепости Кинбурн. Здесь противник впервые применил бронированные корабли. Крепость Кинбурн, расположенная при входе в Днепровско-Бугский лиман, прикрывала подходы к Херсону и Николаеву. В ней нахо дились сравнительно небольшой гарнизон (около 1500 че ловек) и 75 устаревших орудий. Союзники, учтя опыт не удачной атаки Севастополя с моря в октябре 1854 г., не рискнули атаковать крепость с помощью деревянных су дов и решили использовать для этой цели броненосные корабли. Во Франции к этому времени было построено пять плавучих батарей, защищенных железной четырех дюймовой броней. Они имели водоизмещение 1400 т и бы ли вооружены 18—50-фунтовыми гладкоствольными ору диями. Три из них, переведенные на Черное море в 1855 г., приняли участие в нападении на Кинбурн.

В начале октября 1855 г. англо-французский флот в со ставе 80 боевых кораблей и транспортных судов с 9-ты сячным десантом на борту подошел к Кинбурну и занял огневые позиции. Впереди, на расстоянии 4 км от русских укреплений, находились три бронированные батареи, а за ними — во второй боевой линии — линейные корабли и пароходофрегаты. Броненосные корабли должны были подавить огонь крепостной артиллерии и обеспечить вы садку десанта.

Утром 3 октября корабли открыли огонь по Кинбурну.

Русские артиллеристы ответный огонь сосредоточили на броненосных кораблях. Артиллерийская дуэль продолжа лась в течение трех дней. Но броненосные корабли оказа лись практически неуязвимыми. По данным английского историка Вильсона, в броненосные корабли попало око ло 200 снарядов, но «ни один из них не причинил ника кого серьезного повреждения, кроме выбоин, глубиною в один или полтора дюйма» [1б. Т. 1. С. VI]. Поэтому ис ход артиллерийского поединка оказался вполне законо мерным: корабли подавили русские батареи и тем самым дали возможность своему десанту высадиться на берег и 5 октября захватить крепость.

Захватив Кинбурн, союзный флот, однако, не смог про рваться в Днепровско-Бугский лиман из-за минных заграж дений, поставленных русскими еще летом 1854 г. Англо французское командование, не желая рисковать корабля ми, отказалось от нападения на Херсон и Николаев.

Разрушив укрепления Кинбурна, противник покинул его.

Действия англо-французского флота против Кинбурна показали, что применение броненосных кораблей в кор не изменило условия борьбы флота с береговыми укреп лениями. Так, если при первой бомбардировке Севасто поля в октябре 1854 г. деревянные суда, имевшие на во оружении 2680 пушек, потерпели поражение в борьбе про тив 150 русских крепостных орудий, то при атаке Кин бурна всего лишь три броненосных корабля с 54 орудия ми обеспечили победу над приморской крепостью.

Первое успешное использование броненосных кораб лей в боевых действиях на море продемонстрировало их огромное преимущество перед небронированными дере вянными судами и положило начало новому этапу в воен ном кораблестроении — развитию броненосного флота.

На Белом море и Тихом океане Одновременно с действиями на Балтийском море со юзный флот совершил несколько набегов на северное и дальневосточное побережья России. Летом 1854 г. анг ло-французская эскадра (10 кораблей) попыталась про рваться к Архангельску, но, встретив отпор со стороны береговых батарей и канонерских лодок, вынуждена была отступить. Не увенчалась успехом и попытка атаковать Соловецкий монастырь. Не сумев захватить укрепленные объекты побережья, англо-французские корабли начали варварские бомбардировки мирных сел и городов, разру шили и сожгли около 100 домов.

На Дальнем Востоке союзники рассчитывали захватить Петропавловск-Камчатский — основной опорный пункт русских на Тихом океане, но также потерпели неудачу.

20 августа 1854 г. англо-французская эскадра в составе шести кораблей (три фрегата, пароходофрегат, корвет, бриг — всего 212 орудий) подошла к Петропавловску и подвергла его бомбардировке. Однако береговые батареи и стоявшие в порту фрегат «Аврора» и военный транспорт «Диана» дали отпор, вынудили противника прекратить об стрел, снять с берега высаженный десант и отступить.

24 августа союзники возвратились и вновь обстреляли город. На этот раз они высадили десант численностью око ло 850 человек. Как только противник высадился на бе рег, небольшой отряд солдат и матросов (300 человек) во главе с военным губернатором Камчатки генерал-майо ром В. С. Завойко и командиром фрегата «Аврора» капи тан-лейтенантом И. Н. Изыльметьевым атаковал врага и сбросил его в море. Потеряв до 450 человек убитыми Отражение нападения англо-французской эскадры на Петропавловск 18—24 августа (30 августа —5 сентября) 1854 г.

и ранеными, противник вынужден был забрать на кораб ли остатки десанта и 27 августа уйти из Авачинской губы.

Таким образом, боевые действия англо-французского фло та на Балтийском, Белом морях и Тихом океане закончи лись полным провалом.

После падения Севастополя незначительные по масш табам боевые действия велись на Черном море и на других театрах до конца 1855 г. В январе 1856 г. обе стороны, силь но истощенные войной, начали переговоры, закончившие ся 18 марта 1856 г. подписанием в Париже мирного дого вора. По этому договору Россия лишилась южной части Бессарабии и права укреплять Черноморское побережье и Аландские острова на Балтийском море, возвратила Тур ции г. Карс в обмен на Севастополь. Но самым тяжелым ударом для России было лишение ее права иметь на Чер ном море военный флот. Черное море объявлялось закры тым для военных кораблей всех государств [6. С. 541].

Крымская война, длившаяся три года, закончилась по ражением царской России. Она убедительно доказала не обходимость иметь сильный военно-морской флот, спо собный надежно защищать страну с морских направле ний, в том числе на Севере и Дальнем Востоке.

Крымская война стала одним из крупнейших военных событий начала второй половины XIX в., оказавшим боль шое влияние на развитие военно-морских сил и военно-мор ского искусства. Вооруженная борьба на море дала толчок к совершенствованию минного оружия (особенно в Рос сии, которая вплоть до Первой мировой войны включитель но занимала ведущее место в его развитии и использова нии), строительству носителей и броненосных кораблей.

Литература 1. Адмирал П. С. Нахимов: Документы. М., 1954.

1а. Боевая летопись русского флота. М., 1948.


1б. Бородкин М. Война 1854—1855 гг. на Финском побережье: Исто рический очерк. СПб., 1904.

1в. Вильсон Х. Броненосцы в бою. В 2 т. СПб., 1886.

2. Вице-адмирал Корнилов: Материалы для истории русского флота.

М., 1947.

2а. Зайончковский А. М. Восточная война 1853—1856 гг. СПб., 1913.

Т. 2. Ч. 1.

3. Зверев Б. Выдающийся русский флотоводец П. С. Нахимов. Смо ленск, 1955.

3а. Золотарев В. А., Козлов И. А. Российский военный флот на Чер ном море и в Восточном Средиземноморье. М., 1989.

4. Исаков И. Адмирал Нахимов//Новый мир. 1952. №7.

4а. История СССР. М., 1941. Т. 2.

5. Лазарев М. П. Документы: В 2 т. М., 1952—1955.

5а. Материалы по истории Крымской войны и обороне Севастополя.

СПб., 1871. Т. 1.

6. Морской атлас. М., 1959. Т. III. Ч. 1: Описания к картам.

6а. Поликарпов В. Павел Степанович Нахимов. М., 1960.

7. Русский архив. 1872. Кн. 8. Русский вестник. 1872. Т. 100.

8а. Толстой Л. Н. Собр. соч. М., 1951. Т. 2.

9. Тарле Е. В. Нахимов. М., 1950.

10. Тотлебен Э. И. Описания обороны Севастополя, СПб., 1872.

Броненосный флот второй половины XIX в.

Крымская война подвела черты под многовековой ис торией развития парусного флота. Она наглядно и со всей убедительностью показала, что у парусных кораблей больше нет будущего, необходима срочная их замена па ровыми броненосными. Однако это веление времени не могло быть претворено в жизнь в России в короткие сро ки. Ее тяжелое экономическое и финансовое положение, промышленная и техническая отсталость создавали не имоверно большие трудности в революционном техниче ском преобразовании флота. Масштабы и темпы строитель ства броненосного флота России увеличивались по мере улучшения экономического положения страны и ускорения процесса промышленного переворота, что, в свою очередь, обусловило развитие его в два этапа.

Первый этап охватывал 60—70-е годы XIX в. и харак теризовался постройкой небольших броненосных кораб лей береговой обороны и созданием крейсерских сил, пред назначенных для ведения боевых действий на океанских коммуникациях. На втором этапе, начавшемся в 80-е годы, был создан и получил развитие мореходный броненосный флот вначале на Балтийском, а затем и на других мор ских театрах.

Важным условием вступления России в новую стадию своего экономического развития, стадию промышленно го капитализма, явилась ликвидация главного препятствия на пути роста производительных сил — крепостного пра ва, отмененного в 1861 г. Отмена его и проведение дру гих буржуазных реформ дали мощный толчок процессу промышленного переворота в экономике России и корен ным преобразованиям в различных областях (табл. 1), в частности, и в военном деле.

Таблица Разработка и освоение новых продуктов и технологий Начало разработки Время Продукт (технология) (выпуск продукта), освоения, лет годы Паровая машина 1680—1780 Цемент 1756—1844 Паровоз 1790—1824 Карбюраторный двигатель внутреннего 1845—1883 сгорания Автомобиль 1868—1895 Дизель 1878—1897 Реактивный двигатель 1929—1943 Турбореактивный 1934—1944 двигатель Самолет 1897—1911 Железобетон 1855—1902 Полупроводники 1885—1951 (транзисторы) Фотография 1727—1840 Кинематография 1832—1895 Для изготовления машин и различных металлообра батывающих станков, составляющих техническую осно ву крупного промышленного производства, а также для строительства железных дорог, паровозов, военных ко раблей и транспортных судов требовалось большое ко личество металла и энергетических ресурсов. В связи с этим в России начиная с 60-х годов XIX в. стала быст ро развиваться металлургическая промышленность. Так, с 1860 по 1900 годы выплавка чугуна в стране увеличи лась в девять с лишним раз (с 323,4 до 2919,2 тыс. т), производство стали и железа — в 13 раз (с 205,8 до 2706,7 тыс. т). Причем, если до 90-х годов в производ стве сортового металла главное внимание уделялось из готовлению железа, а объем выплавки стали среди чер ных металлов был невелик, то к концу столетия дости гал 82,3% от общего выпуска сортового железа. В 1900 г.

металлургическая промышленность на 98,9% удовлет воряла потребность страны в стали и полностью обес печивала строительство броненосного флота из отече ственных материалов [5. С. 576—577].

Сложнее обстояло дело с цветными металлами, край не необходимыми для машиностроения в целом и для нужд флота в частности. Несмотря на богатые месторождения, Россия ввозила цветные металлы из-за границы;

потреб ности страны в меди к концу XIX в. удовлетворялись на 40%, в цинке — на 34%, в свинце — на 0,4%.

Внедрение паровых машин в промышленное производ ство, транспорт и использование их на военных кораблях обусловили также резкий скачок в добыче каменного угля и нефти. Добыча каменного угля с 1860 по 1900 годы воз росла почти в шесть раз (с 213,8 до 1265,5 тыс. т), нефти с 1871 по 1900 годы — в 4,8 раза. Однако, если около 20% нефти и нефтепродуктов вывозилось за границу, то по требности страны в угле собственного производства удов летворялись лишь на 8,3% [5. С. 579].

Во второй половине XIX в. число машиностроитель ных предприятий в России увеличилось по сравнению с 1850 г. более чем в 20 раз. Однако они не обеспечивали потребности страны в двигателях и станках. Наиболее слабой отраслью промышленности являлось судострое ние: на отечественных верфях было построено всего лишь 25% судов, числившихся в составе торгового флота Рос сии к началу XX в. Несколько лучше дело обстояло с су достроительными заводами Морского ведомства, на ко торых строились военные корабли [5. С. 581].

Развитие промышленного производства и связанные с ним успехи в области металлургии и машиностроения создали необходимые экономические и технические пред посылки для строительства в России броненосных кораб лей. Но это было только одно, правда, наиболее важное условие для успешного решения проблемы создания со временного военного флота. Другим, не менее важным условием, являлось комплектование кораблей личным составом. Постройка паровых кораблей потребовала при зыва в военно-морской флот грамотных и технически под готовленных людей, способных обслуживать качествен но новую боевую технику.

Развитие промышленности вызвало во второй полови не XIX в. быстрый рост численности городского населе ния, особенно в крупных промышленных центрах страны, создало благоприятные условия для разрешения пробле мы броненосного флота комплектования личным составом.

Положительно на развитии парового броненосного флота в России сказались и военные реформы, проведен ные по инициативе военного министра Д. А. Милютина в 60—70-е годы XIX в. Они стали логическим следствием реформы 1861 г. и преследовали цель превратить армию и флот феодально-крепостнического государства в воору женные силы страны буржуазного типа. Это потребова ло изменения системы комплектования вооруженных сил, подготовки рядового и офицерского состава, перевоору жения армии и флота и проведения других мероприятий, связанных с созданием вооруженных сил нового типа.

Военная реформа коснулась и органов управления фло та. Значительно уменьшился непомерно разбухший уп равленческий аппарат, ужесточились критерии подбора ру ководящих кадров в министерстве, повысилась его работо способность и улучшилось руководство делами флота.

Главные командиры портов получили большие права и са мостоятельность. Во главе флота был поставлен великий князь Константин Николаевич, который на первых порах сыграл положительную роль в проведении военных реформ.

1 января 1874 г. был принят закон о всеобщей («все сословной») воинской повинности, по которому прежние рекрутские наборы, распространявшиеся лишь на «подат ные сословия» (крестьян, ремесленников и мещан), были заменены воинской повинностью всех граждан независи мо от сословной принадлежности.

Численность личного состава флота была сокращена с 85 тыс. человек (в 1857 г.) до 27 тыс. (в 1878 г.), а срок службы на кораблях уменьшился с 25 лет до 7 лет дей ствительной службы и 3 лет запаса. Законом 1863 г. были отменены телесные наказания в армии и на флоте. Сокра щение сроков службы и наличие на паровых кораблях слож ной техники привели к увеличению призыва на флот более подготовленных людей из числа фабрично-заводских рабо чих, что существенно изменило его социальный состав.

Произошли значительные изменения в подготовке и обу чении рядового и командного состава флота. С 60-х годов начались реорганизация существовавших и создание но вых военно-морских учебных заведений. Были открыты артиллерийский и минный офицерские классы в 1867 г.

Морской корпус был реорганизован в Морское училище (с 1891 г. — Морской кадетский корпус), в 1877 г. на базе Академических курсов при Морском училище была обра зована Морская академия. Были пересмотрены програм мы, введены новые дисциплины, значительно увеличено время на практическую подготовку будущих офицеров, стали традиционными ежегодные дальние учебные пла вания кораблей с Балтийского моря в Средиземное и на Дальний Восток. Одновременно для обучения рядового состава были открыты специальные школы.

Военные преобразования 60—70-х годов дали возмож ность значительно усилить русскую армию и военно-мор ской флот. Однако полностью решить задачу наиболее рационального переустройства флота не удалось: сказа лись рецидивы феодально-крепостнического прошлого на внутреннюю политику царского правительства.

Строительство броненосного флота прибрежного действия По окончании Крымской войны в России практически не было флота. Оставшиеся парусные корабли боевой ценности уже не представляли, а паровых кораблей было чрезвычайно мало. В конце 1856 г. на Балтийском море имелись 1 винтовой линейный корабль, 1 винтовой фре гат, 10 колесных пароходов, 18 небольших пароходов и 40 винтовых канонерских лодок, на Черном море — 12 ко лесных пароходов, на Белом море — 2 небольших колес ных парохода, на Каспии — 8 таких же пароходов, на Дальнем Востоке — винтовая шхуна и 3 колесных паро хода. Все эти суда были деревянными и не могли проти воборствовать с быстро набиравшими мощь броненосны ми флотами Запада.


Руководители Морского министерства, понимая, что отсутствие современных паровых кораблей стало одной из главных причин поражения России в Крымской войне, и то, что русский военно-морской флот значительно от стал от флотов Англии и Франции, сразу же после заклю чения Парижского мирного договора поставили вопрос об его усилении.

Смирившись с невозможностью создать в ближайшее время боевой потенциал флота, равный боевым потенциа лам флотов Англии и Франции, и в то же время не желая терять престижа России как одной из крупных морских дер жав, царское правительство при определении программы нового судостроения исходило из того, что «Россия должна быть первоклассною морскою державою, занимать в Евро пе третье место по силе флота после Англии и Франции и должна быть сильнее союза второстепенных морских дер жав» (имелись в виду Пруссия, Швеция и Дания. — Авт.)1.

Хотя опыт Крымской войны со всей убедительностью доказал необходимость перехода от парусных деревянных судов к паровым железным броненосным кораблям, Мор ское ведомство в первые годы после заключения мирного договора из-за отсутствия необходимой производствен но-технической базы и тяжелого финансового положения страны ограничивалось постройкой деревянных паровых винтовых кораблей, главным образом для нужд Балтий ского флота.

В 1857 г. правительство утвердило первую после Крым ской войны судостроительную программу сроком на двад Обзор деятельности Морского управления в России (1855—1880 гг.).

СПб., 1880. С. 436.

цать лет. Согласно этой программе планировалась пост ройка: для Балтийского моря — 153 винтовых кораблей (18 линейных, 12 фрегатов, 14 корветов, 100 канонерских лодок и 9 колесных пароходов);

для Черного моря (с уче том ограничений, обусловленных Парижским догово ром) — 15 винтовых кораблей (шести корветов и девяти транспортов) и 4 колесных пароходов;

для Тихого океа на — 20 винтовых кораблей (шести корветов, шести кли перов, пяти пароходов, двух транспортов и одной шху ны). Предусматривалась также постройка кораблей для Белого и Каспийского морей1.

Одновременно началась реконструкция судостроитель ных заводов Морского ведомства, рассчитанная на пост ройку броненосных кораблей.

Строительство винтовых деревянных судов, особенно для Балтийского флота, шло довольно быстро: с 1857 по 1863 г. было построено 26 винтовых кораблей, в том чи сле три линейных, семь фрегатов, шесть корветов и семь клиперов. Большинство из них было создано в Санкт Петербурге. Давая оценку русским паровым винтовым кораблям, построенным в первые годы после Крымской войны, известный русский адмирал, член Морского уче ного и Кораблестроительного технического комитетов И. А. Шестаков отмечал, что по мореходным и манев ренным качествам они не уступали лучшим европей ским кораблям, однако были слишком уязвимы для огня артиллерии и не могли противостоять броненосным ко раблям стран Западной Европы. Поэтому Морскому ве домству пришлось отказаться от дальнейшей постройки деревянных винтовых судов (табл. 2) и перейти к броне носному кораблестроению (табл. 3).

В 1860 г. Морское ведомство приступило к составле нию второй послевоенной судостроительной программы, рассчитанной на создание в России качественно нового броненосного флота. Она базировалась на концепции, что России с ее ограниченными экономическими и финансо выми возможностями «необходима морская сила, кото рая, с одной стороны, решительно преобладала бы над Поленов Л. Л. Крейсер «Аврора». Л., 1987. С. 10—11.

флотами союзных второстепенных держав, а с другой — внушала бы большим державам то уважение, какое мог ло бы заставить их искать или союза с Россией, или ее нейтралитета»1. На этой же точке зрения стояло и Воен ное министерство, которое недооценивало роль и значе ние военно-морского флота в общей системе вооружен ных сил. Представители Военного министерства считали, что России как сухопутной державе не нужно иметь силь ный флот и можно ограничиться небольшим числом ко раблей прибрежного действия для обороны побережья совместно с сухопутными войсками, как это имело место на Балтийском море во время Крымской войны. Подоб ная точка зрения не отвечала государственным интересам страны, так как не обеспечивала ни достаточно надежной защиты ее морских рубежей, ни проведения активной внешней политики.

Переход к созданию броненосного флота потребовал коренной перестройки всей кораблестроительной про мышленности, создания новых верфей и заводов по про изводству оборудования и вооружения для броненосных кораблей.

Во второй половине XIX в. главным центром военно го кораблестроения по-прежнему являлся Санкт-Петер бург. Здесь было сосредоточено наибольшее число судо строительных заводов, которые, в первую очередь, под верглись расширению и переоборудованию. Среди них были казенные: крупная верфь на Галерном острове и Но вое Адмиралтейство, где строились броненосные кораб ли, и частные заводы: Берда (впоследствии Франко-Рус ские), Карра и Макферсона (Балтийский судостроитель ный завод), Семянинкова и Полетики (Невский). В конце XIX в. все частные заводы перешли в ведение Морского министерства. Военные корабли для Балтийского флота строились также на Ижорском, Путиловском, Кронштадт ском и некоторых других заводах.

На юге наиболее крупным судостроительным заводом был Адмиралтейский, находившийся в Николаеве, на ко Всеподданнейший отчет по Морскому ведомству 1855—1880 гг.

С. 16 // Библиотека РГА ВМФ.

тором (после отмены в 1871 г. ограничительных статей Парижского договора 1856 г.) в 80—90-х годах разверну лось строительство броненосных кораблей для Черномор ского флота. Небольшие военные суда строились в Сева стополе и Одессе.

Для постройки броненосных кораблей потребовалось большое количество брони. Применявшийся в начале вто рой половины XIX в. во всем мире метод изготовления броневых плит толщиной до 100 мм проковкой железных болванок из-за сложности и длительности технологиче ского процесса не мог обеспечить потребности флота.

В 1859 г. замечательный металлург, мастер Ижорского за вода В. С. Пятов, предложил новый метод получения од нослойной брони путем проката, который значительно сократил время изготовления броневых плит и намного повысил их прочность [6. С. 14]. Изобретение В. С. Пято ва оказало большое влияние на строительство бронено сного флота не только в России, но и в других странах.

Основными поставщиками броневых плит для военных кораблей, строившихся в Санкт-Петербурге, являлись Ижорский и Обуховский заводы.

Однако кораблестроительная промышленность, несмот ря на значительное ее расширение и реконструкцию, все же не могла полностью обеспечить потребность военно морского флота в новых броненосных кораблях и оснаще нии их современной техникой. В связи с этим русское пра вительство нередко размещало за границей заказы на пост ройку военных кораблей, корабельного оборудования и некоторых видов оружия. Иногда это делалось и без осо бой нужды, из извечного преклонения перед иностранной техникой. Вот одно из характерных в этом отношении офи циальных представлений Морского министерства Государ ственному совету в 1879 г.: «Необходимо отодвинуть на второй план… стремление все потребное для флота делать у нас из русских материалов… При заказе корпусов или машин нашим частным заводам не стеснять их употребле нием русских материалов, а дозволять выписывать из за границы» [РГА ВМФ. Ф. 410. Д. 8060. Л. 48 об., 51 об.].

В России в 60—70-е годы XIX в. выдвинулась целая плеяда замечательных мастеров броненосного корабле строения (А. А. Попов, М. М. Окунев, Н. Е. Кутейников, П. А. Титов и др.), которые создали ряд первоклассных кораблей, не уступающих по своим тактико-техническим данным лучшим зарубежным образцам.

Создание броненосного флота в России во второй по ловине XIX в. представляет собой один из важных и вме сте с тем трудных этапов развития военно-морского фло та. Перед учеными, инженерами, мастерами и военными моряками возникли сложные проблемы, связанные с вы бором наиболее рациональных типов броненосных кораб лей, разработкой их проектов, созданием необходимого вооружения, с переоценкой взглядов на тактику, органи зацию и методы боевой подготовки броненосного флота.

Несмотря на все трудности, связанные с решением этого комплекса проблем, в течение второй половины XIX в.

Россия создала современный по тому времени броненос ный флот.

Определяющим фактором в развитии броненосного флота являлось соревнование между артиллерией и бро ней. Эта борьба, начавшаяся в 60-е годы и продолжавшая ся по существу до появления ракетно-ядерного оружия, в конечном счете определяла развитие основных классов и типов артиллерийских кораблей броненосного флота.

Первоначально она шла по пути главным образом коли чественного соревнования и привела к росту калибров гладкоствольной артиллерии до 502 мм, а толщины бро ни до 610 мм. Невозможность дальнейшего увеличения толщины железной брони без серьезного ущерба для дру гих тактико-технических элементов корабля заставила искать пути повышения ее прочности за счет улучшения качества.

В начале 60-х годов на Обуховском заводе было налаже но производство первоклассных нарезных орудий (табл. 4).

Созданные здесь крупнокалиберные орудия — 9-дюймо вые (29 мм) и 11-дюймовые (280 мм) — были приняты на вооружение не только русского броненосного флота, но и некоторых западноевропейских стран. В 60— 70-е годы русский флот был полностью перевооружен на нарезную, заряжавшуюся с казенной части артиллерию. Ос новным поставщиком ее был Обуховский завод.

Принятие на вооружение флотов нарезной артиллерии, обладавшей более высокой пробивной и разрушительной силой, чем старые гладкоствольные орудия, обусловило необходимость повышения живучести кораблей путем оснащения их более надежной броневой защитой.

Работа ученых и конструкторов в этом направлении увенчалась успехом. В 1877 г. появилась сталежелезная броня, состоящая из спрессованных стальных и железных плит, которая по своей прочности на 25% превосходила железную. Артиллерия ответила на это увеличением на чальной скорости снаряда за счет улучшения баллисти ческих свойств нарезных орудий и применения малодым ного, медленно горящего пороха. Одновременно были усовершенствованы и снаряды. Вместо гранат стали упот реблять толстостенные бронебойные снаряды, против которых сталежелезная броня не могла устоять, и потре бовалось дальнейшее улучшение ее качества.

В 1890 г. в России так же, как и в других странах, пере шли к изготовлению брони из стали, а затем из легиро ванной стали, которая оказалась намного прочнее стале железной брони.

Улучшение качества брони дало возможность за счет уменьшения ее толщины увеличить площадь бронирова ния борта и других жизненно важных частей корабля. На какой-то небольшой период броня победила артиллерию.

Но это продолжалось недолго. Применение в артиллерии бездымного пороха, изобретенного Д. И. Менделеевым и И. М. Чельцовым в 1892 г., и специального наконечника для бронебойных снарядов, созданного С. О. Макаровым в 1893 г., дали возможность артиллерии снова вести ус пешную борьбу с броней, в связи с чем качество послед ней потребовало дальнейшего улучшения [6. С. 79, 168].

И так продолжалось непрерывно. Примат артиллерии за ставлял ученых и инженеров работать над улучшением качества брони, а повышение прочности последней тре бовало дальнейшего усиления пробивной и разрушитель ной силы оружия.

Большое влияние на строительство броненосного фло та оказывало также развитие минного оружия, в частно сти, появившаяся в 60-е годы торпеда (самодвижущаяся мина). После Крымской войны в России были созданы новые мины, среди которых особенно высокими качества ми обладала ударная, изобретенная известным русским новатором А. П. Давыдовым. Эта мина по простоте уст ройства и боевым свойствам по праву считалась одной из лучших. Однако она не была принята на вооружение оте чественного флота. В 70-е годы значительно увеличилось количество взрывчатого вещества в минах. Так, если во время Крымской войны масса порохового заряда в минах не превышала 10—15 фунтов (4,1—6,1 кг), то к началу рус ско-турецкой войны 1877—1878 гг. она достигла 4,5 пуда (73,7 кг) пороха или свыше двух пудов (32,8 кг) пироксили на, обладавшего более сильными бризантными свойствами.

Одновременно велись работы и над созданием само движущейся мины. Стремление превратить мину заграж дения из пассивного оборонительного оружия в активное наступательное первоначально привело к появлению ше стовых мин, а затем буксируемой мины-крылатки, изоб ретенной С. О. Макаровым. Однако эти мины были несо вершенными, и их трудно было применять для атаки ко раблей на ходу. И только торпеда, изобретенная талантливым русским конструктором И. Ф. Александровским в 1865 г.

и английским инженером Уайтхедом, позволила разре шить эту задачу.

Слабость артиллерии в начальный период строитель ства броненосного флота и несовершенство первых тор пед привели к возрождению в 60-х годах XIX в. на броне носных кораблях тарана в качестве оружия ближнего боя.

Таран делался в носовой части корабля и обладал высо кой прочностью, рассчитанной на пробивание железного корпуса кораблей при ведении боя на коротких дистанци ях. Таран как оружие получил широкое распространение во всех флотах мира (в том числе и в русском), особенно после удачного применения его во время австро-итальян ской войны 1866 г.

Появление и развитие минно-торпедного оружия и воз рождение тарана вызвали необходимость усилить живу честь и непотопляемость броненосных кораблей. Эта про блема частично была разрешена за счет создания борто вой противоминной и противоторпедной защиты корабля в виде специальных наделок на борта (булей) с большим количеством переборок и делением корпуса на отсеки.

Разработке вопросов живучести и непотопляемости ко рабля были посвящены капитальные труды выдающихся русских ученых С. О. Макарова и А. Н. Крылова.

Первым бронированным кораблем в России, положив шим начало развитию отечественного броненосного фло та, стала построенная в Санкт-Петербурге в 1861 г. не большая канонерская лодка «Опыт», целиком построен ная из металла. Единственное орудие размещалось на носу за бронированным укрытием — бруствером, сделанным из 114-мм железной брони, изготовленной на кронштадт ских заводах. Успешная постройка, осуществленная под руководством инженера Х. В. Прохорова, показала, что отечественная судостроительная промышленность в со стоянии самостоятельно, без иностранной помощи, спра виться с задачей создания броненосного флота. Однако руководители Морского ведомства придерживались иной точки зрения. В 1862 г. в Англии был заказан первый мо реходный броненосный корабль «Первенец». Он принад лежал к типу плавучих батарей и имел водоизмещение около 3300 т. Его корпус был обшит броней толщиной 112 мм. На нем было установлено 26 гладкоствольных 24- и 68-фунтовых орудий (152 и 200 мм), расположен ных по бортам. Кроме того, в носовой части был устроен таран. В 1864 г. «Первенец» вступил в строй. Еще раньше, в 1863 г., были срочно обшиты 100-мм броней два строив шихся деревянных корабля — «Севастополь» и «Петро павловск». Броня, правда, была заказана в Англии, но одно временно были приняты меры по развертыванию собствен ного производства.

По типу «Первенца» на верфях Санкт-Петербурга в 1862—1863 гг. была построена броненосная батарея «Не тронь меня», а в 1864—1865 гг. — «Кремль». Воо ружение их несколько отличалось от вооружения «Пер венца». Так, броненосец «Не тронь меня» имел двенадцать 203-мм и два 152-мм нарезных орудия [5. С. 595;

6. С. 14].

На батарейных броненосцах, пришедших на смену па русным линейным кораблям, сохранилось бортовое рас положение орудий, как и у их предшественников. Они были неповоротливые, недостаточно мореходные и не отвечали требованиям тактики таранного удара, господ ствовавшей в то время, а из-за бортового расположения артиллерии не могли вести огонь на острых курсовых углах. Поэтому потребовался броненосный корабль но вого типа с более высокими маневренными и мореходны ми качествами, а также способный вести артиллерийский огонь на любых курсовых углах. Такими кораблями ста ли казематные и барбетные броненосцы постройки 60— 70-х годов XIX столетия.

Характерная особенность казематного броненосца за ключалась в размещении орудий главного калибра в бро нированных казематах, располагавшихся над броневым поясом корабля и имевших четырехугольную форму со срезанными углами. Это давало возможность крайним носовым и кормовым орудиям, находившимся внутри ка земата, вести огонь на носовых и кормовых курсовых углах.

Барбетные броненосцы отличались от казематных тем, что их артиллерия крупного калибра размещалась на круг лых площадках, вращавшихся внутри неподвижных бро нированных труб (барбетов). Это допускало ведение стрель бы из орудий крупного калибра не только на траверзных углах, но и на носовых и кормовых курсовых углах. Вы сокобортные казематные и барбетные броненосцы об ладали лучшими мореходными качествами по сравне нию с батарейными кораблями и имели бґ о льшие углы обстрела.

Однако наиболее полно и удачно были увеличены углы обстрела и обеспечена защита орудий главного калибра на башенных броненосцах мониторного типа, строивших ся в 60—70-х годах XIX в. Первый башенный броненосец «Монитор» был построен в США по проекту шведского инженера Эриксона в 1862 г. На нем была установлена бронированная вращающаяся башня с двумя 280-мм ору диями, что обеспечивало круговой обстрел1. Броненосцы мониторного типа в связи с недостаточно хорошими мо реходными качествами не могли действовать в открытом Вильсон Х. Броненосцы в бою/Пер. с англ. СПб., 1896. Т. 2. С. 253—254.

море и предназначались для защиты побережья. Безран гоутные башенные корабли мониторного типа получили дальнейшее развитие в России, где в 60-е годы были пост роены наиболее мощные суда этого типа.

В 1863 г., когда началось восстание поляков за нацио нальную независимость, обстановка в Европе вновь обо стрилась. Правительства Англии и Франции под предло гом оказания помощи польскому народу выступили про тив России. В связи с осложнением политической обстановки русское правительство приняло срочные меры по усиле нию своих вооруженных сил и укреплению обороны по бережья.

Не исключая возможности нападения англо-француз ского флота на Кронштадт и Санкт-Петербург, Морское министерство, в первую очередь, решило усилить Балтий ский флот и укрепить оборону столицы с моря корабля ми таких типов, которые совместно с береговой артилле рией могли бы успешно отразить нападение неприятель ского флота. Пришли к выводу, что данному требованию наиболее полно отвечают броненосцы мониторного типа.

В соответствии с этим решением Морское министер ство в 1863 г. разработало новую судостроительную про грамму, предусматривавшую постройку 10 однобашенных (типа «Броненосец») и 1 двухбашенной («Смерч») бро неносных лодок-мониторов, которые должны были соста вить основу русского оборонительного броненосного флота на Балтике. Мониторы типа «Броненосец» по су ществу ничем не отличались от своего американского предшественника и имели следующие характеристики:

водоизмещение около 1500 т, вооружение — два 229-мм нарезных орудия, бронирование борта 127 мм, башни — 280 мм и скорость 6,5—7 узлов [5. С. 595].

Постройка мониторов (за исключением одного корабля) велась на заводах Санкт-Петербурга ускоренными темпами.



Pages:     | 1 |   ...   | 9 | 10 || 12 | 13 |   ...   | 17 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.