авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 10 | 11 || 13 | 14 |   ...   | 17 |

«В. А. Золотарев И. А. Козлов ТРИ СТОЛЕТИЯ РОССИЙСКОГО ФЛОТА Том второй XIX — начало XX вв. ПОЛИГОН ...»

-- [ Страница 12 ] --

Благодаря огромному напряжению сил (работа велась днем и ночью непрерывно) русские кораблестроители, под руко водством талантливых инженеров Н. А. Арцеулова, Н. Г. Ко ршикова, Х. В. Прохорова и др. всего лишь за год (1864— 1865 гг.) построили все 11 кораблей. Отдавая должное организаторским способностям, энергии и инициативе отечественных кораблестроителей, Морское министерство отмечало, что «1863 год должен занять весьма почетное место в истории русского военного судостроения как по необыкновенной деятельности наших казенных и частных верфей, так и по созданию мощного тыла, выразившегося в переоборудовании и реорганизации адмиралтейств, возве дении новых эллингов, мастерских, в создании новых ме таллургических и механических заводов, снабженных новы ми машинами, механизмами и станками»1.

Сразу же после выполнения программы 1863 г. была разработана и 9 марта 1864 г. утверждена новая програм ма строительства оборонительного флота, предусматри вавшая постройку восьми броненосных кораблей различ ных типов. В соответствии с ней в 1866—1869 гг. были построены: двухбашенные броненосные лодки «Русалка»

и «Чародейка» (водоизмещение 1871 и 2100 т соответ ственно, вооружение — четыре 229-мм нарезных орудия, бронирование борта 115 мм и скорость около 9 узлов);

двухбашенные фрегаты «Адмирал Спиридов» и «Адмирал Чичагов» (водоизмещение более 2500 т, вооружение — два 280-мм орудия, бронирование борта 102—178 мм, скорость около 10 узлов);

трехбашенные фрегаты «Адмирал Грейг»

и «Адмирал Лазарев» (водоизмещение около 3800 т, во оружение — три 280-мм орудия, бронирование борта 76— 115 мм, скорость 11 узлов). Кроме того, были построены также два рангоутных броненосных фрегата «Князь Пожар ский» и «Минин», имевшие водоизмещение 4500—5940 т, 10—15 орудий калибра 152—208 мм, бронирование 100— 178 мм и скорость хода более 10 узлов [5. С. 595—596].

На этом закончилось выполнение судостроительной программы 1864 г. От предшествующей программы она различалась двумя основными особенностями. Во-пер вых, разнотипностью кораблей, что объясняется поиска ми наиболее совершенного типа броненосного корабля береговой обороны. Двух- и трехбашенные фрегаты яви лись значительным шагом вперед на пути развития бро неносных кораблей. Они обладали более сильным артил Моисеев С. П. Список кораблей русского парового и броневого фло та. М., 1948. С. 13.

лерийским вооружением и бронированием, лучшими мо реходными качествами и большей скоростью, чем амери канские мониторы. Во-вторых, наряду с броненосными кораблями береговой обороны были построены два бро неносных фрегата казематного типа, выгодно отличавшие ся от батарейных броненосцев.

Таким образом, русские кораблестроители, создавая броненосный флот береговой обороны для Балтийского моря, одновременно получили некоторый опыт в построй ке мореходных броненосцев батарейного и казематного типов.

С выполнением программы 1864 г. в основном закон чилось создание оборонительного броненосного флота, предназначенного для защиты столицы и обороны побе режья России на Балтике. К 1870 г. русский Балтийский флот насчитывал 20 броненосных кораблей различных классов и типов1. По своему составу русский военно-мор ской флот был слабее броненосных флотов Англии и Фран ции, но превосходил объединенные силы флотов соседних прибалтийских государств (Швеции, Дании и Пруссии), т. е.

общая программа развития парового броненосного флота, намеченная Морским министерством после Крымской вой ны, в основном была выполнена.

В течение 15 лет, прошедших после заключения Париж ского договора, Россия создала на Балтийском море бро неносный флот — третий по силе в Европе. За это время была значительно расширена и коренным образом реор ганизована судостроительная промышленность, накоплен опыт постройки современных броненосных кораблей и под готовлены кадры корабелов, что создало благоприятные условия для перехода к строительству мореходных и оке анских броненосных и небронированных крейсеров, спо собных вести активные действия вдали от баз.

В 60—70-е годы наряду с постройкой башенных кораб лей мониторного типа в некоторых странах предприни мались попытки установить башенную артиллерию на В 70-е годы в дополнение к этим кораблям было построено девять канонерских лодок типа «Ерш», предназначенных для непосредственной обороны Кронштадта.

более крупных мореходных броненосцах с сохранением на них рангоута и парусов. Однако они не дали желаемых результатов, так как совместить вооружение парусного корабля с башенной артиллерией оказалось делом невоз можным — рангоут и паруса затрудняли использование башенной артиллерии. Кроме того, значительно умень шалась остойчивость корабля. По этой причине, напри мер, английский башенный броненосец «Кэптен» с пол ным парусным вооружением перевернулся и погиб во время испытаний в Бискайском заливе. Англия (вслед за ней и другие западноевропейские страны) отказалась от дальнейшей постройки рангоутных башенных броненос цев ввиду их бесперспективности.

Опыт кораблестроения 60—70-х годов в России пока зал, что наиболее перспективными являются безрангоут ные броненосцы с башенной артиллерией.

Одним из первых безрангоутных кораблей в России был двухбашенный брустверный броненосец «Крейсер», по строенный по проекту А. А. Попова. Торжественная це ремония закладки его состоялась 24 мая 1869 г. в Санкт Петербурге на верфи Галерного острова (ныне Адмиралтей ский завод);

при спуске на воду в 1872 г. он переименован в «Петр Великий» по случаю 200-летия со дня рождения Петра I;

вступил в строй Балтийского флота в 1876 г.

Появление его в составе флота вызывало настоящий пе реполох в военно-морских кругах Запада: по тактико-тех ническим данным «Петр Великий» оказался сильнейшим в мире. Артиллерийское вооружение состояло из четы рех 305-мм нарезных орудий, размещенных в двух баш нях, двух 230-мм мортир, установленных на юте, и шести 86-мм орудий на барбетах (по три с каждого борта). Ору дийные башни с поворотными механизмами, основания дымовых труб, котельные вентиляторы и рулевые рубки были защищены мощным броневым бруствером, возвы шавшимся над верхней палубой. Корабль имел водоизме щение 9665 т, проектную скорость 14,3 узлов, но на испы таниях развил максимальную скорость — 13,4 узлов. Запас угля (200 т) обеспечивал дальность плавания до 3600 миль.

Башни имели броню толщиной 305—356 мм. Борт кораб ля защищался 356-мм броневым поясом в средней части корпуса и 203 мм в носу и корме. Бруствер имел броню 356 мм, палуба — 76 мм1.

Строительство «Петра Великого» явилось крупным шагом вперед по пути создания мощного мореходного броненосца, появившегося в конце XIX в. и получившего наименование эскадренного броненосца. Высоко оцени вая достижения русской технической мысли и боевые ка чества броненосца «Петр Великий», известный англий ский кораблестроитель Джон Э. Рид писал 9 сентября 1872 г. в газете «Таймс»: «Русские успели превзойти нас как в отношении боевой силы существующих судов, так и в отношении новых способов постройки. Их «Петр Вели кий» совершенно свободно может идти в английские пор ты, так как представляет собой судно более сильное, чем всякий из собственных наших броненосцев».

С появлением «Петра Великого» в Англии и Франции в 70-е годы начали строить башенные безрангоутные мо реходные броненосцы и быстрыми темпами развивать мореходный броненосный флот. В России, из-за экономи ческих затруднений и непонимания руководителями Мор ского министерства важности дальнейшего совершенство вания мореходных броненосцев типа «Петр Великий», последние не строились в течение 15 лет;

строились пре имущественно броненосные корабли оборонительного назначения, что нанесло существенный ущерб развитию отечественного военно-морского флота.

После отмены в 1871 г. ограничительных статей Па рижского договора от 1856 г. царская Россия вновь полу чила возможность иметь на Черном море военно-мор ской флот. К этому времени наиболее вероятный против ник — турецкий флот — имел в своем составе современные мореходные броненосцы, построенные в Англии и частич но во Франции.

Однако руководители Морского министерства, ссыла ясь на отсутствие необходимых средств, на первом этапе возрождения Черноморского флота отказались от строи тельства мореходных броненосцев, способных вести ак Быховский И. А. Рассказы о русских кораблестроителях. Л., 1966.

С. 101—102.

тивные наступательные действия, и с одобрения прави тельства приняли решение строить броненосцы берего вой обороны для прикрытия совместно с береговой ар тиллерией и минными заграждениями побережья в слу чае нападения неприятельского флота. В первую очередь, намечалось построить корабли для обороны Днепров ско-Бугского лимана и Керченского пролива, наиболее уяз вимых со стороны моря. В докладе Морского техничес кого комитета говорилось: «Морское министерство, при нимая меры к возобновлению военного флота на Черном море, имело в виду ограничиться, на первое время, построй кой мелкосидящих броненосных судов, годных по своему боевому значению для прибрежной обороны и, в особенно сти, для защиты входов в Керченский пролив и Днепровско Бугский лиман» [РГА ВМФ. Ф. 421. Оп. 1. Д. 197. Л. 19].

Объявив конкурс на постройку броненосцев береговой обороны для Черного моря, Морское министерство вы двинуло требование, чтобы они обладали достаточно мощ ным артиллерийским вооружением, сильным бронирова нием и в то же время имели бы небольшие размеры и ма лую осадку. Лучше других эти требования выполнил контр-адмирал А. А. Попов, который предложил ориги нальный проект броненосного корабля круглой формы с шестью винтами. Проект его был одобрен, и Морское министерство приняло решение построить десять таких кораблей, получивших неофициальное название — «по повки». В решении от 12 октября 1870 г. за подписью ве ликого князя генерал-адмирала Константина Николаеви ча говорилось: «Высочайше повелено для усиления бере говой обороны в Керченском проливе и Днепровско-Бугском лимане строить поповки 96 фут., диаметра с углублени ем 12 фут., брони в 12 (дюймов. — Авт.) толщиною, ма шинами в 480 л. с. и вооружения каждая двумя 11 (дюй мовыми. — Авт.) нарезными орудиями в открытых непод вижных башнях».

Решение Морского министерства о строительстве «по повок» было принято вопреки мнению многих крупных военно-морских специалистов того времени: адмиралов Г. И. Бутакова, Н. А. Шестакова, Н. В. Копытова, Е. В. Пу тятина и др., которые считали ошибкой постройку кораб лей береговой обороны, в то время как вероятные про тивники на Черном и Балтийском морях развивали море ходный флот. Критикуя необоснованное решение Мор ского министерства о постройке «поповок», Г. И. Бутаков писал: «Блестящие проекты, пропагандируемые безустан но, можно сказать, на всех перекрестках, но боящиеся света свободной технической критики науки, прикрыва ясь высоким именем августейшего генерал-адмирала, не суть то, что нужно государству».

Решительное выступление общественности против по стройки «поповок», оказавшихся явно неудачными, выну дило руководителей Морского министерства ограничить ся постройкой только двух кораблей этого типа. Один из них — «Новгород» — из-за отсутствия на Черном море су достроительной базы был построен в Санкт-Петербурге на верфи Нового Адмиралтейства, по частям перевезен в Ни колаев, где был собран, в 1873 г. спущен на воду, а в 1874 г.

введен в строй. Второй корабль — «Вице-адмирал Попов»

(первоначальное название «Киев») — строился на Адми ралтейской верфи в Николаеве и вступил в строй в 1876 г.

«Новгород» имел водоизмещение 2671 т, вооружение — два 280-мм нарезных орудия, установленных в барбетной башне, бронирование борта — 229 мм, палубы — 60 мм и скорость 6—7 узлов «Вице-адмирал Попов» имел не сколько большие размеры и более сильное артиллерийс кое вооружение и бронирование. Его водоизмещение до стигало 3550 т, вооружение — два 305-мм орудия в бар бетной башне, круговой броневой пояс — 400 мм, броня палубы — 75 мм, скорость — 7—8 узлов.

Начальник приморской обороны Одессы контр-адми рал Н. М. Чихачев в рапорте управляющему Морским министерством писал 11 августа 1877 г.: «На основании заключений особой комиссии, а равно и на личном моем ознакомлении со свойствами “поповок” во время пребы вания их в Одессе и плавания под моим флагом в Очаков 25 июня, затем к Килийскому гирло Дуная 27—29 июля и, наконец, во время крейсерства к румынской границе 5 и 6 августа 1877 г., я вполне признаю оборонительную силу “поповок”... Если только неприятель не будет рас полагать чрезмерно большими силами, “поповки” заста вят его держаться на расстоянии, которое предохранит го род (Одессу. — Авт.) от бомбардировки» (цит. по: [6. С. 52].

Однако испытания выявили и существенные техничес кие недостатки «поповок». Они были трудно управляе мы, особенно на волне, и непригодны к крейсерской служ бе, обладали низкими мореходными качествами. Поэто му от дальнейшей их постройки отказались, а построенные корабли использовали в качестве плавучих батарей для обороны Днепровско-Бугского лимана.

Политика Морского министерства, направленная на строительство оборонительного флота для Черного моря, закончилась полным провалом. Затратив крупные сред ства на неоправдавший себя эксперимент (каждый корабль стоил около 3 млн рублей), а главное — упустив драго ценное время (7—8 лет), руководители Морского мини стерства оставили страну без флота на Черном море пе ред лицом надвигавшейся войны с Турцией. За допущен ные серьезные ошибки в строительстве флота руководитель Морского министерства великий князь Константин Нико лаевич под давлением общественности был отстранен от управления военно-морским флотом и Морским ве домством.

Российский крейсерский флот Развитие парового броненосного флота в России в 60— 70-е годы XIX в. характеризовалось не только построй кой броненосных кораблей береговой обороны и первого в мире мореходного броненосца «Петр Великий», но и соз данием крейсерских сил. Большим толчком к возрожде нию идеи крейсерских действий и развитию крейсерских сил в русском флоте послужили успешные действия на морских коммуникациях вспомогательного крейсера южан «Алабама», получившего за два года 68 призов, и по ход двух русских крейсерских эскадр в Америку в период Гражданской войны в США (1861—1865).

В 1863 г., когда в связи с польским народным восста нием обострилась политическая обстановка в Европе, царское правительство по рекомендации управляющего Морским министерством адмирала Н. К. Краббе напра вило в Северную Америку две крейсерские эскадры: одну (три фрегата, два корвета, клипер — все паровые) под ко мандованием контр-адмирала С. С. Лесовского — в Нью Йорк, другую (четыре корвета и два клипера) под командо ванием контр-адмирала А. А. Попова — в Сан-Франциско.

Посылая эскадры в порты северян, русское правитель ство преследовало двоякую цель: с одной стороны, ока зать помощь Северным штатам в борьбе против южан, с другой — использовать корабли для нарушения англий ских и французских коммуникаций в Атлантическом и Тихом океанах в случае нападения Англии и Франции на Россию 1.

Появление русских эскадр в Нью-Йорке и Сан-Фран циско осенью 1863 г. было с огромной радостью встрече но северянами и явилось полной неожиданностью для Англии и Франции. Переход кораблей эскадры С. С. Ле совского из Кронштадта и Средиземного моря, а эскад ры А. А. Попова с Дальнего Востока в порты Северной Америки был проведен настолько скрытно, что англича не и французы узнали об их прибытии в Нью-Йорк и Сан Франциско только из сообщений американских газет.

Это была одна из наиболее смелых и хорошо органи зованных демонстраций русского флота, повлиявших на изменение британской и французской политики в отно шении не только России, но и США. Английское прави тельство, сознавая огромную важность для Великобрита нии коммуникаций в Атлантическом и Тихом океанах и опасаясь их нарушения русскими крейсерами, отказа лось от вооруженной интервенции против северян и воо руженного выступления против России на стороне польских повстанцев. Франция также отказалась от на мерения применить вооруженные силы. Блестяще выпол нив поставленную задачу, крейсерские эскадры через год благополучно вернулись в Россию.

Благодаря этой успешной демонстративной акции в Рос сии возродилась идея постройки кораблей для крейсер ских действий, но на новой технической основе.

Первыми русскими кораблями крейсерского типа были паровые винтовые клиперы и корветы с деревянными не Военно-морской словарь. М., 1990. С. 484.

бронированными корпусами, на которых наряду с паро вой машиной имелось и парусное оснащение, обеспечи вавшее возможность длительного пребывания в море без пополнения запасов топлива. В 1860—1864 гг. на судостро ительных верфях Санкт-Петербурга были построены четы ре клипера («Алмаз», «Жемчуг», «Изумруд» и «Яхонт») и два корвета («Витязь» и «Аскольд») [5. С. 596]. Клипе ры имели водоизмещение 1585,7 т, вооружение — три 152-мм орудия и несколько малокалиберных пушек, ско рость до 13 уз. Водоизмещение корветов составляло 2156— 2217 т, вооружение — четыре 152-мм нарезных орудия и несколько скорострельных малокалиберных орудий, ско рость — 11—12 узлов.

Существенный недостаток этих кораблей — отсут ствие брони и, следовательно, неспособность вести бой даже с небольшими броненосными кораблями. Поэтому в 70-е годы перешли к постройке крейсеров с брониро ванной палубой, защищавшей корабль от снарядов при ведении боя на больших дистанциях, наиболее вероятных при действиях на морских коммуникациях.

Но и бронепалубные крейсеры имели весьма существен ный недостаток — отсутствие бортовой брони, что лиша ло их возможности вести борьбу с броненосными кораб лями. В связи с этим возникла необходимость в таких крей серах, которые, с одной стороны, обладали бы большим радиусом действия и могли успешно выполнять задачи на морских и океанских коммуникациях, а с другой — имели бы сильное артиллерийское вооружение и хорошее бро нирование, обеспечивающие возможность действовать со вместно с эскадренными броненосцами. Корабли, отвеча ющие данным требованиям, получили наименование бро неносных крейсеров и впервые были созданы в России.

В военно-морской исторической литературе установи лось не совсем правильное представление о том, что пер вым идею о постройке броненосных крейсеров выдвинул А. А. Попов. На самом деле это сделал капитан 2 ранга Н. В. Копытов. В 1867 г. он представил в Морской техни ческий комитет проект океанского броненосного крейсе ра водоизмещением 8000 т и со скоростью 18 узлов. Про ект Н. В. Копытова был одобрен. Но так как Морское мини стерство не располагало необходимыми средствами для постройки крупных броненосных крейсеров, то было при нято решение строить броненосные крейсеры меньшего водоизмещения. Проект такого крейсера был разработан А. А. Поповым. По нему в 1879 г. были заложены два ко рабля — «Генерал-адмирал» 1 и «Александр Невский», переименованный в 1874 г. в «Герцог Эдинбургский». Эти корабли имели 175-мм броню, водоизмещение около 4600 т, скорость: первый — 13,6 узлов, второй — 15,3 уз лов. Они были вооружены четырьмя 203-мм, двумя 152-мм нарезными и несколькими малокалиберными орудиями;

203-мм орудия размещались в специальных бортовых выступах (спонсонах), 152-мм — на поворотных платфор мах в носовой и кормовой частях корабля.

По образцу этих кораблей был перестроен башенный рангоутный фрегат «Минин»: вместо башен были уста новлены четыре 203-мм орудия в бортовых спонсонах и двенадцать 152-мм орудий — по бортам на верхней па лубе. В результате модернизации водоизмещение его уве личилось до 5740 т;

вступил в строй в 1878 г.

Таким образом, в России появился новый класс кораб лей — броненосные крейсеры. Их вскоре начали строить в Англии и других западноевропейских странах.

В целях наращивания крейсерских сил с меньшими за тратами Морское министерство в 1872 г. разработало про грамму постройки восьми винтовых железных неброни рованных клиперов с парусным вооружением, предназ начавшихся для совместных действий с броненосными крейсерами на океанских коммуникациях. В соответствии с этой программой на верфях Санкт-Петербурга в 1873— 1881 гг. были построены клиперы «Крейсер», «Джигит», «Разбойник», «Наездник», «Стрелок», «Пластун», «Вест ник» и «Опричник». Водоизмещение их было немногим более 1330 т, скорость — 11—13,5 узлов, вооружение — два-три 152-мм орудия, установленные на верхней палу бе, и 10—16 малокалиберных орудий.

12 октября1909 г. переименован в «Нарова», 8 ноября 1924 г. — в «25 Октября». Участвовал в Первой мировой, Гражданской, советско финской, Великой Отечественной войнах. Разоружен 28 июля 1944 г.

В 1878 г. за границей были куплены три быстроход ных парохода, переоборудованные в крейсеры и назван ные «Европа», «Азия» и «Африка»;

дальность плавания их достигала 14 тыс. миль. Кроме того, в 1878 г. за гра ницей был заказан и в 1879 г. вступил в строй крейсер «Забияка». Тогда же через созданный в России Комитет по устройству Добровольного флота приобрели за грани цей три океанских парохода и переделали их в крейсеры («Россия», «Москва» и «Петербург») [5. С. 596—597].

Таким образом, к концу 70-х годов XIX в. в России были созданы довольно значительные оборонительные и крей серские силы флота. Оборонительные силы предназнача лись для защиты столицы и побережья России на Балтий ском и Черном морях, крейсерские — для действия на океанских коммуникациях. На случай войны был разра ботан план, согласно которому намечалось сформировать на Балтике и Дальнем Востоке несколько крейсерских отрядов для действий в Атлантическом и Тихом океанах.

У истоков пароходной тактики Изменение материально-технической базы флота потре бовало создания принципиально новой тактики ведения морского боя. Тактика парового броненосного флота, так же как и развитие основных классов кораблей, вырабаты валась постепенно. Прошло несколько десятилетий, преж де чем были найдены наиболее целесообразные боевые порядки, способы маневрирования и тактические приемы использования оружия броненосными кораблями.

В развитии тактики парового броненосного флота боль шую роль сыграла работа выдающегося русского моря ка — ученого, адмирала Г. И. Бутакова «Новые основания пароходной тактики», вышедшая в свет в 1863 г.

В военно-морской исторической литературе неред ко можно встретить утверждение о том, что эта работа Г. И. Бутакова является якобы первой военно-теоретичес кой работой по тактике парового флота1. Это не так. Пер вые работы по тактике парового флота появились в Анг лии и Франции в 50-е годы. Наиболее известными из них Лурье А., Маринин А. Адмирал Г. И. Бутаков. М., 1954. С. 105.

были труды французского адмирала Буэ-Вильомеза и анг личанина Говарда Дугласа, переведенные на русский язык и опубликованные в «Морском сборнике».

Вполне естественно, что в Англии и Франции пуб ликации по тактике парового флота появились на пять шесть лет раньше, чем в России, поскольку и паровые корабли здесь начали строить раньше. Однако эти тру ды не отличались глубиной исследований проблем бое вого применения паровых кораблей. Оценивая вышед шие за границей в конце 50-х годов труды по тактике, Г. И. Бутаков писал: «Позволю себе заметить, что, тогда как некоторые из этих сочинений не более как книжная спекуляция, в других предмет (тактики. — Авт.) паровых флотов рассматривается и развивается, так сказать, с вет вей вместо корня»1.

Западные военно-морские специалисты упускали из виду важный фактор: установка на военных кораблях па ровой машины сделала их маневр независимым от ветра, а это требовало создания принципиально новой теории тактики парового флота. В своих теоретических работах они пытались старые тактические приемы, применявшие ся в парусном флоте, приспособить к качественно ново му паровому флоту. Весьма убедительно на этот недо статок военно-теоретических работ зарубежных специа листов указывал лейтенант Л. П. Семечкин в лекциях, прочитанных им по курсу тактики в Кронштадте в 1868 г.:

«...Британские моряки блуждают во тьме и, увлекаясь кажущейся простотою, создают для себя путаницу, … ошибка капитальная, существующая, впрочем, и у фран цузов. И все это происходит от того, что нет главной ко ренной идеи в системе построений, — не выработано об щих законов, столь необходимых для эволюций и без ко торых трудно осуществимы быстрота и точность их. … В английском флоте есть коренной порядок, мешающий многому хорошему, — это … выходящая из границ любовь к старине. … Он увлекается своими традиция ми и с гордостью говорит, что вся тактика Нельсона со стояла в том, чтобы сблизиться с неприятелем на писто Бутаков Г. Новые основания пароходной тактики. СПб., 1863. С. VII.

летный выстрел, а этого можно достигнуть и теперь (в эпо ху паровой машины. — Авт.) без всяких эволюций»1.

Совершенно иначе к разработке пароходной тактики подошел Г. И. Бутаков. Свои исследования он начал с «кор ня» — с разработки основ маневрирования паровых ко раблей, без чего немыслимо было ни управление паро вым кораблем, ни совместное плавание, ни перестроение, ни занятие позиции для атаки или уклонение от нее, ни, наконец, успешное использование оружия в бою.

«Основной идеей теории, — писал Г. И. Бутаков, — служит то, что пар должен сделать в морской тактике такой же переворот, какой произошел в сухопутной так тике в конце прошлого столетия. От паровых судов мож но и следует требовать мгновенности и внезапности пе рестроений, поворотов и захождений. Удовлетворить же этим требованиям можно лишь при твердом знании коренных законов этих действий» 2. А таким коренным является закон циркуляции парового винтового кораб ля, открытый Г. И. Бутаковым. Сущность его состоит в том, что винтовой корабль на циркуляции движется по кривой, близкой к окружности, или по касательной к ней. Опираясь на закон циркуляции, Г. И. Бутаков раз работал правила маневрирования паровых кораблей, которые всесторонне были проверены им и подтверж дены на практике. Они обеспечивали выполнение лю бых маневров правильно, быстро и с математической точностью, что особенно важно при совместном пла вании кораблей.

Г. И. Бутаков на основании проведенных исследований дал ряд ценных рекомендаций по управлению паровыми кораблями, выбору в зависимости от условий наиболее целесообразных походных и боевых строев соединений паровых кораблей (кильватера, фронта и пеленга, двух кильватерных колонн, фронтовых колонн в кильватере, клина 90° и 60°, обратного клина 90° и 60° и др.), прави лам совместного плавания и перестроения соединений Семечкин Л. Лекции о морской тактике и эволюциях, прочитанные в Кронштадте в 1868 г. СПб., 1868. С. 30—31.

Бутаков Г. Новые основания пароходной тактики. С. IX кораблей по занятию позиции для нанесения по против нику артиллерийского удара или отражения его атаки.

Из всего комплекса практических рекомендаций, вы работанных Г. И. Бутаковым, наиболее ценными являют ся правила совместного плавания и перестроения соеди нений паровых кораблей, которые не утратили своего значения до наших дней и широко используются во всех флотах мира. Выработанные им правила маневрирования и использования в бою оружия были не только научно обоснованы, но и всесторонне проверены в ходе боевой подготовки Практической эскадры броненосных кораблей Балтийского флота, которой командовал Г. И. Бутаков1.

В 60—70-е годы XIX в. в военно-теоретических рабо тах по тактике парового флота на Западе ставка делалась на таран как главное средство нанесения удара, и этому подчинялось все маневрирование одиночных кораблей и соединений в бою. Адмирал Г. И. Бутаков придерживал ся несколько иной точки зрения. Он полагал, что основа пароходной тактики — сочетание артиллерийского огня и таранного удара. По его мнению, артиллерия должна была подготовить условия для завершающего удара тара ном. Для использования тарана в бою Бутаков считал строй наиболее выгодным фронта или клина, а сам удар по кораблю противника предлагал наносить под углом 90° или близким к нему. Исходя из этих требований, реко мендовал Г. И. Бутаков, и надо выбирать боевые порядки па ровых кораблей и проводить маневрирование эскадры в бою.

На протяжении многих лет «Новые основания паро ходной тактики» были главным руководящим документом по тактической подготовке офицерского состава русско го парового броненосного флота и оказали большое вли яние на развитие военно-морского искусства парового флота во второй половине XIX в. «Умственной лаборато рией» русского парового флота, где проверялись и отра батывались все новинки в области оружия и тактики бро неносного флота и готовился для него личный состав, яв Г. И. Бутаков командовал Практической эскадрой сначала винто вых, а затем броненосных кораблей Балтийского флота с 1860 по 1862 г.

и с 1867 по 1875 г.

лялась Практическая эскадра. На ее кораблях офицеры под руководством Г. И. Бутакова проходили всестороннюю морскую, тактическую и техническую подготовку.

В 60—70-е годы XIX в. на Практической эскадре про шли подготовку 22 тыс. офицеров, 271 тыс. матросов, т. е.

75% личного состава броненосного флота того времени получили на ней необходимые знания и опыт. Здесь же под руководством Г. И. Бутакова складывалась и новая организация боевой подготовки экипажей паровых кораб лей, которая, так же как и пароходная тактика, принципи ально отличалась от прошлой.

Придавая большое значение использованию в бою по ступавшей на вооружение нарезной артиллерии, адмирал Г. И. Бутаков уделял особое внимание подготовке кора бельных артиллеристов. Каждый выход в море сопровож дался учебными артиллерийскими стрельбами. Они велись в следующем порядке. Вначале стрельба осуществлялась одиночными кораблями с якоря по неподвижному щиту, затем — по буксируемому. После этого отрабатывалась стрельба на ходу по неподвижной цели, потом — по дви жущейся. Заканчивался курс огневой подготовки стрель бами броненосных кораблей в составе эскадры.

Артиллерийские учения, как и другие мероприятия боевой подготовки эскадры, проводились по заранее раз работанному плану и в условиях, максимально прибли женных к боевой обстановке. В приказе от 11 августа 1868 г. Г. И. Бутаков писал: «Будем же гоняться не за тем, чтобы в отчетных ведомостях о пальбе у нас стояли высо кие проценты попавших ядер, а употребим все старания, чтобы пальба наша подходила возможно более к тем усло виям, которые предстоят в действительном бою, т. е. будем стрелять с не определенных заранее расстояний и в движу щиеся предметы» [2. С. 77].

Благодаря глубоко продуманной организации артилле рийских стрельб и хорошему их обеспечению Г. И. Бута кову удалось добиться довольно высоких результатов в бо евой выучке экипажей. Так, в 1876 г. во время учебных стрельб на дистанции 7 кб плавучая батарея «Кремль», стоя на якоре, добилась 73% попаданий в щит, а на ходу — 62%, монитор «Лава» на этой же дистанции на ходу до стиг 74 % попаданий. Командир учебного отряда русских кораблей капитан 1 ранга Селиванов, присутствовавший в те годы на учебных стрельбах английского флота, отме чал, что русские моряки стреляют несравненно лучше ан глийских.

Большое внимание в боевой подготовке Практической эскадры уделялось также обучению командиров кораблей наносить таранные удары. Для этого использовались спе циально оборудованные винтовые корабли и быстроход ные паровые баркасы, на которых командиры тренирова лись в маневрировании и нанесении таранных ударов. На основании проведенных многочисленных учений адмирал Г. И. Бутаков пришел к выводу, что в таранном бою «по беда остается за тем, кто, несмотря на высшую степень возбуждения, сумеет сохранить холодный расчет и, зор ко следя за малейшими движениями противника, мгновен но воспользуется самыми незначительными его ошибка ми, а также чьи приказания относительно машины и руля будут исполняться быстро и точно» [РГА ВМФ. Ф. 443.

Д. 99. Л. 31].

Адмирал Г. И. Бутаков много сделал и для подготовки специалистов минного дела. По его инициативе на эскад ре была создана группа минеров, а в 1870 г. учреждена минная школа со штатным составом в 100 человек. Уче ники этой школы изучали теорию, отрабатывали на уче ниях эскадры приемы использования минного оружия.

Ранее, в сентябре 1862 г., Бутаковым были проведены опыты по применению шестовой мины, выдвинутой впе реди форштевня броненосной лодки «Опыт» и использо вавшейся в качестве минного тарана. С 1863 г. шестовые мины вошли в число боевых средств русского флота. В хо де учений минеры, по инициативе адмирала, впервые в ис тории начали применять паровые минные катера в ночных атаках на стоявшие на якоре броненосные корабли. Атаки строились на принципе скрытного сближения нескольких катеров в целях внезапного нападения на корабль против ника одновременно с нескольких направлений.

Под руководством адмирала Г. И. Бутакова были раз работаны правила постановок мин и велась тренировка личного состава по постановке минных заграждений на фарватерах и входах в базы и порты. Идеи Г. И. Бутакова в области применения минного оружия нашли воплоще ние в ходе вооруженной борьбы на Черном море и Дунае во время русско-турецкой войны 1877—1878 гг.

Г. И. Бутакову принадлежит также идея установки на броненосных кораблях специальной малокалиберной ар тиллерии для отражения минных атак. В 1874 г. на бро неносном фрегате «Петропавловск» по его указанию было установлено на выдвинутых за борт площадках (спонсо нах) десять 4-фунтовых (87-мм) орудий, имевших гори зонтальный угол обстрела 137°. Это обеспечивало круго вую противоминную оборону корабля. Учитывая наиболь шую вероятность атак минных катеров в ночное время, Г. И. Бутаков включил в боевую подготовку кораблей эс кадры специальные ночные артиллерийские стрельбы из противоминной артиллерии с использованием электричес ких фонарей (прожекторов).

Переход от парусного флота к паровому значительно повысил требования к технической подготовке личного состава, но в то же время и не снизил значения морской выучки, как это склонны были считать некоторые специа листы, утверждавшие, что военно-морская подготовка на паровых судах якобы утратила свое былое значение и долж на отойти на второй план.

Совсем иначе к этому вопросу подходил адмирал Г. И. Бу таков. Отдавая должное изучению новой техники, он в то же время не забывал о всемерном улучшении подготов ки личного состава, особенно офицеров. С этой целью во время стоянки эскадры на Транзундском рейде широ ко практиковались шлюпочные учения и гонки, являвшие ся для моряков, особенно молодых офицеров, хорошей школой привития любви к морю и выработки необходи мых морально-боевых качеств: мужества, выносливости, решительности, умения ориентироваться в обстановке, навыков в управлении кораблем, глазомера и т. д. «Мож но смело сказать, что именно благодаря этим упражне ниям на броненосной эскадре русские военные шлюпки за границею на всех международных шлюпочных гон ках почти всегда удерживали за собой пальму первен ства» [2. С. 69].

Внимание Бутакова к повышению военно-морской под готовки офицерского состава повлекло за собой проведе ние и других чрезвычайно важных мероприятий. По его инициативе офицеры эскадры броненосных кораблей при каждом выходе корабля в море всесторонне изучали на вигационно-гидрографические условия плавания в Балтий ском море, проводили описания финских шхер, промеры фарватеров и собирали материалы для оценки отдельных районов морского театра с точки зрения влияния физико географических условий на боевую деятельность флота и использования им оружия. Адмирал Г. И. Бутаков пер вым ввел военно-морские игры в систему оперативно-так тической подготовки офицерского состава.

Летняя кампания Практической эскадры броненосных кораблей на Балтийском море обычно продолжалась в те чение трех месяцев и заканчивалась проверочным учени ем на Транзундском или Кронштадтском рейде. На этих заключительных учениях проводились «проверка всего пройденного, состязательная пальба, гонки на призы и, в особенности, систематические упражнения в эволюци ях отряда мониторов. Тут на деле выказывались все до стоинства предложенной адмиралом системы эволюций паровых флотов» [2. С. 86].

Отмечая выдающуюся роль адмирала Г. И. Бутакова в создании тактики и разработке новой системы боевой под готовки парового броненосного флота, нельзя не указать на один весьма существенный недостаток в его деятельности:

чрезмерное увлечение таранной тактикой и связанные с ней сложные эволюции паровых броненосных кораблей. Увле чение тараном как оружием флота и основанной на его использовании пароходной тактики во второй половине XIX в. было характерным не только для русского военно морского флота, но и, еще в бґольшей степени, для запад ноевропейских флотов. Это увлечение особенно дало о себе знать после того, как во время австро-итальянской войны (1866 г.) австрийский броненосный фрегат 1 ран га «Эрцгерцог Фердинанд Макс» 20 июля 1866 г. в бою у о-ва Лисса уничтожил таранным ударом итальянский броненосный фрегат 1 ранга «Ре д’Италиа». Под влиянием этого случая во всех странах стали строить броненосные корабли с таранными образованиями и носовым распо ложением артиллерии и готовить их к широкому исполь зованию тарана в бою.

Характеризуя значение тарана в бою, известный рус ский специалист по тактике броненосного флота того вре мени лейтенант Л. П. Семечкин указывал: «Атака, произ веденная эскадрою против другой такой же эскадры не приятеля, должна быть всецело основана на таранении..

Удар одного флота против другого не должен иметь ино го основания, кроме таранения, так как в этом маневре заключается в настоящее время самое быстрое и реши тельное средство для приобретения победы во время эс кадренного боя. Таким образом, главный труд над разру шением чужих кораблей будет принадлежать не орудию, а всецело шпирону (тарану. — Авт.), и огонь артиллерии сделается скорее стеснением действий, чем пособием для достижения победы»1.

Опыт последующей боевой деятельности броненосных флотов показал пагубность фетишизации результатов при менения тарана всего лишь в одном бою у о-ва Лисса, к тому же нетипичном, протекавшем в специфической обстанов ке. Необоснованное увлечение тараном нанесло суще ственный вред и строительству броненосных кораблей, и развитию военно-морского искусства, так как тормози ло совершенствование других видов оружия и разработ ку тактических приемов их боевого использования.

Но, несмотря на отмеченный недостаток, военно-тео ретическое наследие Г. И. Бутакова и его практическая деятельность, особенно на посту командующего Практи ческой эскадрой броненосных кораблей Балтийского фло та, оказали большое влияние на развитие русского паро вого броненосного флота, его тактику и организацию бо евой подготовки.

В войне с Турцией (1877—1878) русские моряки, имея чрезвычайно ограниченные силы и средства на Черном море и на Дунае, добились успеха в борьбе с сильным броненосным флотом противника. Немалая заслуга в этом Семечкин Л. Лекции по морской тактике и эволюции, прочитанные в Кронштадте в 1868 г. С. 97—98.

принадлежала, несомненно, Г. И. Бутакову, приложивше му много усилий по подготовке флота России к войне.

Имя Григория Ивановича Бутакова как выдающегося флотоводца, внесшего большой вклад в развитие парово го броненосного флота, его организацию, систему бое вой подготовки и тактики ведения морского боя, было хорошо известно не только в России, но и далеко за ее пределами.

Придавая большое значение изучению опыта боевой подготовки русской балтийской броненосной эскадры и руководства ею Г. И. Бутаковым, французы, например, перевели на свой язык инструкции и приказы русского адмирала. Признанием больших заслуг Григория Ивано вича перед военно-морским флотом было избрание его в феврале 1867 г. президентом Международной комиссии экспертов морского отдела Всемирной выставки в Пари же. О глубоком уважении иностранных специалистов броненосного флота к Г. И. Бутакову как к создателю так тики и системы боевой подготовки свидетельствует и та кой факт. В 1875 г. в Швеции известный конструктор Эн гстрем, демонстрируя на полигоне перед офицерами швед ского флота свою новую скорострельную пушку, начал ее испытание с того, что произвел салют из тринадцати выстрелов, как он выразился, в честь адмирала Г. И. Бута кова и его заслуг перед военно-морским флотом.

Велик, огромен вклад, который внес адмирал Г. И. Бу таков в развитие и совершенствование отечественного парового флота, в завоевание и признание его авторитета всеми морскими державами мира.

Личность Г. И. Бутакова вызывает уважение к нему не только как к выдающемуся флотоводцу и военному уче ному. Григория Ивановича отличали и высокие нравствен ные качества — честность, благородство, справедливость, требовательность в сочетании с отеческой заботой о под чиненных, простота и доступность, неисчерпаемая доб рота по отношению к людям и принципиальность. Его личность — это лучший образец для современных коман диров и начальников, на плечах которых лежит огромная ответственность за продолжение и умножение лучших традиций наших армии и флота.

Вспоминая с благодарностью «беспокойного адмира ла», мы обязаны задумываться о нашей священной чело веческой обязанности помнить и чтить отечественную историю, людей, сделавших ее столь богатой, поучитель ной и прекрасной. Их опыт должен служить нам велико лепной профессиональной и нравственной школой, в ко торой никогда не поздно учиться.

Флот в Русско-турецкой войне 1877—1878 гг.

Русско-турецкая война 1877—1878 гг. явилась резуль татом нового обострения военно-политической обстанов ки на Балканах. Начавшееся здесь летом 1875 г. нацио нально-освободительное движение славян против Осман ской империи европейские страны решили использовать в своих интересах. Россия, стремясь восстановить свое политическое и экономическое влияние на Балканах, ут раченное после Крымской войны, выступила на стороне славянских народов. Англия предпринимала все возмож ное, чтобы спровоцировать русско-турецкую войну, ос лабить тем самым обе воюющие стороны и укрепить свои позиции на Балканах и Ближнем Востоке. В обострение «восточного кризиса» внесли свою лепту также Австро Венгрия и Германия: первая рассчитывала на приобрете ние территорий балканских владений Турции, а вторая — столкнуть Россию и Англию и отвлечь их тем самым от помощи Франции — главному сопернику Германии в Ев ропе. Попытки России разрешить «восточный кризис»

мирным путем не увенчались успехом: выдвинутые по ее инициативе предложения о прекращении войны на Балка нах и проведении реформ в управлении славянскими про винциями Османской империи турецкое правительство, по совету Англии, отклонило. Политическая борьба пе решла в плоскость военного противоборства: 12 апреля 1877 г. Россия объявила Турции войну.

К началу войны турецкий флот (15 броненосных ко раблей различных классов и 15 небронированных судов) значительно превосходил русский: два броненосных ко рабля («поповки») и пять небронированных судов. Кро ме того, Турция имела военную флотилию на Дунае, со стоящую из девяти броненосных кораблей, преимуще ственно мониторов и корветов, и 37 небронированных судов. Россия здесь военных кораблей не имела. На ту рецких кораблях служило 370 англичан, в том числе 70 офи церов, которые занимали наиболее ответственные долж ности — командиров кораблей и соединений.

Многие передовые офицеры русского флота, понимая неподготовленность России к вооруженной борьбе на Черном море, предлагали Морскому министерству раз личные варианты усиления морских сил на данном теат ре, в частности, путем покупки броненосных кораблей за границей. Так, за год до начала войны с Турцией контр адмирал Лихачев, находясь в Англии, сообщал о готовно сти одной из английских фирм продать России три броне носных корабля, строившихся по заказу турецкого пра вительства, которое из-за финансовых затруднений отказалось от них. Однако Морское министерство не по желало воспользоваться этой благоприятной возможнос тью усилить флот на Черном море и отклонило предло жение английской фирмы [РГА ВМФ. Ф. 410. Д. 2108.

Л. 15;

Ф. 315. Д. 1156. Л. 1—4]. В данном случае отрица тельную роль сыграл великий князь Константин Николае вич, под председательством которого Особое совещание вынесло постановление воздержаться от этой покупки.

Таким образом, повторялась та же история, что и в Крым скую войну, когда Россия оказалась неподготовленной к ведению боевых действий на морских театрах. В связи с отсутствием на Черном море и Дунае необходимых мор ских сил русское командование стремилось решить ис ход войны на сухопутном фронте. Эта же причина повли яла и на выбор района наступления русских войск на Бал канском театре. Если в прошлых войнах при наличии сильного флота русское командование предпочитало на ступление сухопутных войск вести вдоль побережья, что стало традиционным для русской армии в войнах с Тур цией, то в войне 1877—1878 гг. наступление планирова лось вести вдали от Черноморского побережья. Соглас но плану, главный удар войска (около 160 тыс. человек) должны были нанести на Балканском театре в общем на правлении на Константинополь, а вспомогательный — си лами 70-тысячной армии на Кавказе.

На Балканском театре перед русским флотом была по ставлена задача: обеспечить переправу через Дунай глав ных сил армии между турецкими крепостями Никополь и Рущук (Русе), в районе города Зимница (Зимнича), а вспо могательных (армейский корпус) — в нижнем течении Дуная, в районе Галац—Браилов (Брэила).

Для решения поставленной задачи на Дунай были пе реброшены по железной дороге несколько десятков паро вых катеров и гребных шлюпок, предназначенных для постановки минных заграждений. Часть из них была пе ревезена с Балтийского моря. Это был первый в истории случай стратегического маневра силами флота с одного морского театра на другой с использованием железных дорог, который широко применялся советским командо ванием в годы Великой Отечественной войны 1941— 1945 гг. Одновременно на Дунай было доставлено 550 галь ванических и ударных мин заграждения.

Из переброшенных на Дунай паровых катеров и греб ных шлюпок сформировали два отряда. Один из них был укомплектован моряками Балтийского флота и предназ начался для обеспечения переправы главных сил армии в районе города Зимница, другой — черноморцами, ко торые должны были обеспечить переправу в районе Бра илова. Оба отряда подчинялись начальнику инженеров армии генерал-майору Н. Ф. Деппу, осуществлявшему общее руководство наведением переправ через Дунай и форсированием реки войсками.

В районе Парканы—Бендеры (на Днестре) была созда на специальная минная база, на которой русские моряки под руководством известного минера того времени, пол ковника Борескова, готовились к использованию минно го оружия на речном театре.

Исходя из сложившейся обстановки, расположения ту рецких крепостей и дислокации кораблей неприятельской флотилии на Дунае русское командование разработало сле дующий план обеспечения переправы войск: занять возмож но большие участки реки, на флангах захваченных участков установить артиллерийские батареи, навести переправы од новременно в нескольких районах среднего и нижнего тече ния Дуная, выше и ниже наведенных переправ поставить отсечные минные заграждения для предотвращения возмож ных ударов со стороны кораблей противника.

Существенным недостатком этого плана являлось то, что он носил пассивно-оборонительный характер и не предусматривал ведение активной борьбы с турецкими кораблями. Прикомандированный к штабу действующей армии капитан 1 ранга Рогуля предложил вооружить па ровые катера шестовыми и буксируемыми минами и ис пользовать их для атаки вражеских кораблей на речном театре, предварительно блокировав их в турецких базах флотилии на Дунае постановкой минных заграждений.

В апреле-июне 1877 г. русские моряки приступили к по становке минных заграждений, вначале у Браилова, а за тем у города Зимница. Боевое обеспечение постановок осуществлялось минными катерами, вооруженными ше стовыми и буксируемыми минами, и заранее развернуты ми на берегу артиллерийскими батареями. Мины стави лись группой катеров или шлюпок в ночное время либо при плохой видимости.

Корабли противника неоднократно предпринимали попытки противодействовать минным постановкам, но береговые батареи и минные катера решительно пресека ли их. Так, 29 апреля 1877 г. при попытке противника ата ковать катера в районе Браилова береговая батарея пото пила турецкий броненосец «Лютфи-Джелиль» [3. С. 26].

Русские моряки не ограничились лишь постановкой оборонительных минных заграждений. Они впервые в ис тории использовали минное оружие для ведения актив ных действий против турецких баз и кораблей на Дунае.

Чтобы затруднить развертывание кораблей противника и сузить их операционную зону, катера произвели не сколько активных минных постановок в непосредствен ной близости от крепостей неприятеля на Дунае, исполь зовавшихся в качестве баз его флотилии.

Одним из примеров активного использования минного оружия может служить постановка минного заграждения у Сулина отрядом кораблей Черноморского флота под командованием капитан-лейтенанта Дикова.

Постановка заграждения у Сулина была предпринята в целях обеспечения захвата этого порта Нижнедунай ским отрядом (14-й корпус) русских войск. Однако коман дование отказалось затем от атаки Сулина с суши и реши ло ограничиться только действиями отряда Дикова. Идея атаки Сулинского порта, в котором находилось шесть ту рецких кораблей, сводилась к тому, чтобы скрытно про вести из Черного моря в Килийское гирло отряд кораб лей, поставить в двух милях выше Сулина минное заграж дение, лишить тем самым корабли противника возможности уйти вверх по Дунаю и после этого уничтожить их огнем вооруженных пароходов.

28 июля 1877 г. отряд капитан-лейтенанта Дикова под прикрытием эскадры Черноморского флота перешел из Одессы в Килийское гирло. В первой половине августа выставил минные заграждения в Сулинском и Георгиев ском гирлах, чтобы исключить нападение неприятеля со стороны моря. 26 сентября отряд (два буксирных парохо да, три шхуны, семь минных катеров, две плавучие мор тирные батареи) занял исходную позицию у минного за граждения в Сулинском гирле.


В ночь на 27 сентября 1877 г. отряд Дикова скрытно прошел в Дунай и поставил на подходах к Сулинскому порту минное заграждение. Утром 27 сентября русские корабли, заняв удобную позицию за выставленными мин ными заграждениями, атаковали турецкий пароход «Кар тал» и канлодку «Сунна». Это был первый в истории бой на минной позиции, оборудованной на речном театре.

«Картал» не выдержал огня и вышел из боя;

канонерская лодка подорвалась на мине и затонула. Ночью катера вы ставили еще одно минное заграждение, а утром 28 сен тября открыли артиллерийский огонь по двум турецким броненосцам и повредили один из них — «Хивзи Рахман».

Оба броненосца прекратили артиллерийскую дуэль и выш ли из боя [ЦГА ВМФ. Ф. 243. Оп. 7. Д. 11061. Л. 281].

Отряд капитан-лейтенанта Дикова по приказанию коман дования возвратился в Килийский рукав [1. С. 64—65].

Несколько активных минных постановок русские кате ра провели и в районе Среднего Дуная, где переправля лись главные силы армии.

Благодаря успешной постановке минных заграждений у крепостей Сулин, Гирсово, Рущук, Никополь и других отряды турецких кораблей были заблокированы в своих базах и изолированы друг от друга. Это значительно об легчило решение моряками задачи по обеспечению пере правы сухопутных войск через Дунай.

Для борьбы с турецкими кораблями русские катера наряду с минами заграждения успешно использовали ше стовые и буксируемые мины. Атака шестовыми минами требовала сближения с неприятельскими кораблями на дистанцию в два-три метра. Для выполнения этой задачи от личного состава катеров требовались выдержка и сме лость.

В начале мая 1877 г. противник сосредоточил в Мачин ском рукаве у Браилова группу кораблей, которые меша ли постановке мин и переправе войск в данном районе.

Для атаки кораблей неприятеля было выделено четыре катера под командованием лейтенанта Дубасова. В ночь на 14 мая они вышли из Браилова и направились в Мачин ский рукав, где в то время стояли на якоре три турецких корабля. Сблизившись с противником на дистанцию в 120 м, катера построились в строй двух кильватерных колонн и атаковали турецкий однобашенный монитор «Сейфи».

Прежде чем противник успел открыть артиллерийский огонь, головной катер «Царевич» под командованием лей тенанта Ф. В. Дубасова нанес по нему удар шестовой миной. Монитор получил повреждение, но продолжал оставаться на плаву. Тогда катер «Ксения», которым ко мандовал лейтенант Шестаков, под огнем противника сбли зился с ним вплотную, нанес второй удар шестовой ми ной в борт и потопил монитор. Два других турецких ко рабля поспешно снялись с якоря и ушли. Выполнив поставленную задачу, русские катера благополучно вер нулись на свою базу [3. С. 28—29].

Уничтожение монитора «Сейфи» показало возмож ность успешного применения минных катеров, вооружен ных шестовыми и буксируемыми минами, против броне носных кораблей на речном театре, где маневр крупных кораблей ограничен шириной ходового фарватера.

Гибель «Сейфи» произвела сильное впечатление на ту рецкое командование, и оно поспешило отвести свои ко рабли из нижнего течения Дуная под защиту береговой артиллерии крепости Силистрия (Силистра). В первых чис лах июня 1877 г. весь район Нижнего Дуная, от Рени до Гир сова, был очищен от неприятельских кораблей, и русские войска получили возможность приступить к форсированию Дуная. В течение 10 и 11 июня войска 14-го армейского кор пуса генерала А. Е. Циммермана навели переправу и успеш но форсировали реку. Высоко оценивая действия моряков черноморского отряда по обеспечению переправы войск на Нижнем Дунае, А. Е. Циммерман писал: «Не нахожу слов, чтобы достаточно похвалить моряков за их отличную во всех отношениях деятельность. Моряки удивительно способны на всякое военное дело» [3. С. 36].

Не менее успешно действовали и моряки балтийского отряда при обеспечении переправы главных сил русской армии, начавшейся 15 июля 1877 г. в районе города Зим ница. В качестве передового отряда здесь переправлялась дивизия генерала М. И. Драгомирова. После переправы русская армия начала наступление на укрепленный город Систово (Свиштов), а после занятия его — на турецкие крепости Рущук и Никополь, которые также вскоре пали.

Большую помощь русским войскам в этом наступлении оказывали болгары.

Успех форсирования русской армией Дуная на среднем участке реки при наличии у противника здесь большого числа броненосных кораблей и вооруженных пароходов, был обеспечен умелыми и решительными действиями моряков. Под сильным огнем турецких батарей они мно гократно проводили плоты и понтоны из устья реки Оль ты на Средний Дунай, совместно с саперами наводили мосты, были гребцами на шлюпках и паромах. Минные катера прикрывали подступы к переправе со стороны Ру щука, откуда несколько раз пытались подойти турецкие корабли. После переправы войск через Дунай моряки за щищали перевозки через реку от попыток турецких ко раблей помешать обеспечению русской армии всем необ ходимым 1.

За время войны русские моряки выставили на Дунае 25 минных заграждений из 415 мин. Для защиты заграж История военно-морского искусства. М., 1954. Т. 2. С. 245.

дений на левом берегу реки было развернуто 26 берего вых и полевых батарей (103 орудия).

В результате активных действий минных катеров и бе реговой артиллерии, а также искусного использования минного оружия противник понес существенные потери.

Были потоплены два броненосных корабля, канонерская лодка, несколько вооруженных пароходов и повреждены две канонерские лодки. И главное — русским морякам удалось парализовать действия турецкой военной флоти лии на Дунае и тем самым обеспечить развитие наступ ления русской армии на Балканском театре.

Перед Черноморском флотом в качестве главной зада чи ставилось совместное с сухопутными войсками обес печение обороны портов и побережья от артиллерийских обстрелов и десантов противника. Для ее решения были выделены два армейских корпуса (7-й и 10-й) и отряд ко раблей Черноморского флота под командованием вице адмирала Н. А. Аркаса, состоящий из двух «поповок» и не скольких устаревших пароходофрегатов.

Учитывая наличие у противника довольно сильного броненосного флота и возможность высадки им десантов, русское командование особое внимание обратило на со здание противодесантной обороны. План обороны Чер номорского побережья был основан на принципе взаимо действия армии и флота и в общих чертах сводился к сле дующему.

На всем побережье между устьем Дуная и Керчью раз вертывались армейские наблюдательные посты. Они дол жны были доносить командованию обо всех обнаружен ных неприятельских кораблях. В небольшом удалении от побережья находились маневренные отряды кавалерий ских частей и подразделения легкой конной артиллерии.

В задачу отрядов входило немедленное оказание помощи наблюдательным постам в случае нападения на них про тивника.

В наиболее важных пунктах побережья дислоцирова лись крупные ударные группировки войск в составе ча стей пехоты, кавалерии и артиллерии. Они предназнача лись для уничтожения высадившегося десанта противни ка. Между наблюдательными постами, маневренными отрядами поддержки и ударными группами устанавлива лась телеграфная связь, дублировавшаяся конными по сыльными.

Особое внимание в плане противодесантной обороны обращалось на защиту таких важных пунктов, как Одес са, Очаков, Севастополь и Керчь. В основу обороны их была положена идея совместного использования манев ренных сил — кораблей и позиционных средств борьбы, — береговой артиллерии, минных заграждений и др. Глав ная роль в обороне отводилась береговым батареям и мин ным заграждениям, т. е. минно-артиллерийским позициям, впервые примененным и оправдавшим себя при обороне Кронштадта и Свеаборга в период Крымской войны.

Русские береговые батареи начали устанавливать осе нью 1876 г. Работы велись довольно интенсивно и к нача лу войны в основном были закончены. Одновременно ста вились и оборонительные минные заграждения небольши ми специально оборудованными пароходами. Линии минных заграждений устанавливались в 15—17 кб от берега. Это обеспечивало, во-первых, надежную защиту их береговой артиллерией и, во-вторых, лишало турецкие корабли, имев шие дальность стрельбы не более 20 кб, возможности без наказанно обстреливать базы и порты с моря.

Для усиления обороны Одессы, Очакова и Керчи за внутренней линией минных заграждений было оборудо вано 10 плавучих батарей. Вход в гавани закрывался бо ковыми заграждениями, за которыми в постоянной готов ности держались брандеры для затопления на фарватере в случае прорыва неприятельских кораблей через линию минных заграждений.

Наблюдение за походом с моря в дневное время вели сигнально-наблюдательные посты, вынесенные за минное заграждение. Они имели телеграфную и визуальную связь с командованием порта и береговыми батареями. Ночью подходы с моря освещались прожекторами и охранялись дозорными кораблями и катерами, развернутыми за внеш ней линией минных заграждений. Система наблюдатель ных постов и дозорной службы была организована так, чтобы не допустить скрытного подхода неприятельских кораблей и внезапной атаки противника с моря.

Корабельные силы обороны портов состояли из 2 броне носцев — «поповок» (приданных Одессе), четырнадцати не больших пароходов, вооруженных шестовыми и буксируе мыми минами, и 9 минных катеров. Пароходы и катера пред назначались для несения дозорной службы и охраны минных заграждений. По задачам и организации они представляли собой соединение кораблей охраны водного района — про образ соединения современных военно-морских баз.


Оборона портов с суши возлагалась на сухопутные войска — 7-й и 10-й армейские корпуса. Были разработа ны специальные инструкции, в которых предусматрива лось взаимодействие сухопутных и морских сил при обо роне портов.

Большой интерес представляет также и организация командования силами обороны. Все корабельные силы и позиционные средства флота, а также сухопутные вой ска, выделенные для обороны портов с суши, подчинялись командирам обороны портов, назначавшимся из моряков.

Противодесантную оборону побережья и портов на Чер ном море в целом возглавлял командующий Одесским военным округом генерал Семенов.

К началу войны в важнейших русских портах на Чер ном море была создана достаточно надежная оборона как с суши, так и с моря, основу которой, как и в Крымскую войну на Балтийском море, составляли минно-артилле рийские позиции.

Наиболее мощная минно-артиллерийская позиция была создана в Одессе. По сравнению с другими она во всех отношениях являлась более совершенной с точки зрения боевых качеств артиллерийского и минного оружия, а так же использования этих средств во взаимодействии с ма невренными силами флота. Минные заграждения кругло суточно охранялись специально выделенными судами.

Организация боя на минно-артиллерийской позиции пре дусматривала использование береговой и корабельной артиллерии, а также шестовых и буксируемых мин для атаки неприятельских кораблей в случае прорыва их че рез линию минных заграждений.

Не менее интересно был решен вопрос ведения артилле рийского огня на минно-артиллерийской позиции. Прибреж ная акватория была разбита на заранее пристрелянные квад раты, номера которых внесли в сигнальные книги. Соглас но инструкции, дежурный сигнально-наблюдательного по ста должен был сообщить командованию о приближении к позиции и направлении движения кораблей противника, а также номер квадрата, в котором они находятся. Получив эти данные, береговая и корабельная артиллерия имели воз можность быстро открывать огонь по неприятелю.

Возможность проверить эффективность разработанной организации боя на минно-артиллерийской позиции не представилась, так как за время войны турецкий флот ни разу не попытался атаковать Одессу с моря. Тем не менее теоретическая разработка проблемы ведения боевых дей ствий на минно-артиллерийской позиции явилась важным вкладом в развитие военно-морского искусства.

С началом войны турки, воспользовавшись подавляю щим превосходством своего флота и почти полным от сутствием обороны Черноморского побережья Кавказа, произвели обстрел Поти, Очамчиры, Гудауты и Сухуми, а в конце апреля — первой половине мая 1877 г. высади ли в этом районе морские десанты и овладели им. Это был единственный успех, которого добился турецкий бро неносный флот на Черном море в войне 1877—1878 гг.

Созданные русскими моряками противодесантная обо рона и система защиты баз и портов на побережье между устьем Дуная и Керчью была настолько эффективной, что турецкий флот даже не попытался их атаковать. Блокада баз и портов, объявленная турками по совету англичан 23 апреля 1877 г., оказалась малоэффективной и была фактически сорвана с переходом сил Черноморского флота к активным действиям на коммуникациях противника.

Активные наступательные действия, хотя и ограничен ными силами и средствами — с использованием лишь минного оружия и вооруженных пароходов, — начались в первый же месяц войны. Мысль о возможности актив ного использования мин для борьбы с неприятельским флотом на Черном море впервые высказал выдающийся русский изобретатель в области минного и артиллерий ского оружия А. П. Давыдов. В 1857 г. в одном из своих докладов он писал, что «маневрирование подводными минами может дать блестящие результаты» [РГА ВМФ.

Ф. 84. Д. 5618. Л. 29—31]. Когда началась русско-турец кая война, А. П. Давыдов обратился к военному министру с просьбой разрешить ему на свои средства поставить на Черном море изобретенные им более совершенные удар ные мины. Но эта просьба осталась без ответа.

Вопросы ведения боевых действий на Черном море в эту войну волновали не только А. П. Давыдова, но и многих других русских моряков. В 1877 г. контр-адмирал К. П. Пил кин дважды обращался к великому князю Константину Ни колаевичу с предложением выставить ударные мины в га ванях и на рейдах, посещаемых неприятельским флотом.

Но руководитель Морского министерства посчитал эту смелую идею невыполнимой при сложившемся соотно шении сил на театре и отклонил ее.

С аналогичным предложением перед войной выступил и лейтенант С. О. Макаров. Он считал, что против турец ких броненосных кораблей можно успешно использовать минные катера, вооруженные шестовыми и буксируемы ми минами. Для транспортировки катеров в нужный рай он Черного моря С. О. Макаров предложил переобору довать один из быстроходных пароходов. Руководители Морского министерства первоначально отклонили этот план. Но затем, благодаря настойчивости и убедительно сти доводов лейтенанта С. О. Макарова, заинтересовались планом. В декабре 1876 г. в распоряжение С. О. Макаро ва выделили пароход «Великий князь Константин», кото рый под его руководством был вооружен и приспособлен под перевозку четырех минных катеров.

Боевые действия вооруженных пароходов «Великий князь Константин», «Владимир», «Веста», «Россия», «Ли вадия» и других на коммуникациях противника велись в те чение всей войны. Несмотря на значительное превосход ство противника в силах, пароходы смело выходили на прибрежные коммуникации противника и наносили по ним внезапные удары. Летом 1877 г. на морских сообщениях у Анатолийского и Румелийского побережий они уничто жили несколько турецких судов.

Пароход «Ливадия», крейсируя вдоль Румелийского побережья, 12 августа обнаружил в районе Варны двух мачтовое судно и уничтожил его. Турецкие броненос цы пытались перехватить «Ливадию», но она оторва лась от преследователей и благополучно вернулась в Се вастополь.

Еще больший успех выпал на долю «России», которая 13 декабря 1877 г. у Анатолийского побережья захватила в плен турецкий пароход «Мерсина» с 800 турецкими сол датами и офицерами [1. С. 90].

Героический подвиг в бою с противником совершил экипаж «Весты», которым командовал капитан-лейтенант Н. М. Баранов. 11 июля 1877 г. во время очередного крей серства у Румелийского побережья с «Весты» обнаружи ли в 35 милях от порта Кюстенджи (Констанца) турецкий броненосец «Фатхи-Буленд». Начался бой [1. С. 84—97].

Капитан-лейтенант Н. М. Баранов, искусно управляя па роходом, удерживал противника на выгодных дистанци ях и курсовых углах. В пятичасовом бою с броненосцем все моряки проявили высокую стойкость и мужество.

Особенно отличился лейтенант А. С. Кратков. Он полу чил 17 осколочных ранений, но не оставил свой пост и до конца боя управлял огнем. От попадания снарядов на бро неносце произошел взрыв, после чего он прекратил бой и отошел к берегу.

Действуя на коммуникациях противника, русские вспо могательные крейсеры уничтожили и захватили в плен 13 турецких судов [5. С. 30].

Высоко оценивая успехи русских моряков в борьбе на коммуникациях противника, командующий Черномор ским флотом вице-адмирал Н. А. Аркас писал: «Смелые действия командиров у неприятельских берегов и портов днем и ночью и достигнутые блистательные результаты на жалких по своему назначению пароходах доказали, что командиры хорошо знали крейсерскую службу» [РГА ВМФ. Ф. 4. Оп. 1. Д. 66. Л. 100].

Из вооруженных пароходов, действовавших на ком муникациях противника, наибольшего успеха достиг «Ве ликий князь Константин» под командованием лейтенан та С. О. Макарова. Этот пароход с четырьмя минными катерами на борту действовал главным образом против турецких броненосных кораблей в районе Кавказского Таблица Основные тактико-технические элементы винтовых кораблей флота России 1858—1862 гг.

Водоизмещение, ровой машины, Мощность па Артиллерийское Год спуска Скорость, вооружение на воду л. с.

уз.

Наименование т Число Ка орудий либр, мм Корабль «Си 1858 5585 2500 10,3 35 ноп»

Фрегат «Алек сандр Нев- 1861 4562 2500 11,3 50 ский»

Корвет «Ви 1862 2155 1042 11 20 тязь»

Клипер «Изум- 4 (на 1862 1585 1254 13 руд» резных) Морская кано 4 (на нерская 1860 457 300 9 резные) лодка «Морж»

П р и м е ч а н и е. Таблица составлена по данным источников:

Моисеев С. П. Список кораблей парового и броненосного флота. М., 1948. С. 12;

РГА ВМФ. Ф. 26. Д. 18. Л. 34;

Грибовский В. Ю. Развитие парового и броненосного флота в XIX в. Л., 1981. С. 11.

побережья. Атаки катера производили в ночное время группами (два-четыре катера) с одного или двух бортов с применением шестовых и буксируемых мин. Внезап ные минные удары действовали на противника ошелом ляюще. В результате смелых и решительных действий катеров парохода «Великий князь Константин» было повреждено несколько турецких броненосцев. Однако потопить их не удалось, так как заряд мин был недоста точно мощный, а нанести одновременный удар несколь кими минами не всегда удавалось из-за необходимости сближения с целью вплотную.

Таблица Тактико-технические элементы броненосных кораблей Балтийского флота постройки 60-х годов XIX в.

Вооружение толщина брони, мм Мощность паровой Год спуска на воду Водоизмещение, т Максимальная машины, л. с.

Скорость, уз Число орудий Калибр, мм Наименование Батарейный корабль 1864 6135 3088 12 114 16 «Севастополь»

Казематный фрегат 1867 4809 2835 11,7 114 8 «Князь Пожарский»

Башенный монитор 1867 3754 2004 11 152 3 «Адмирал Лазарев»

П р и м е ч а н и е. Таблица составлена на основании фактических данных источников: Моисеев С. П. Список кораблей парового и броне носного флота;

Грибовский В. Ю. Развитие парового и броненосного флота в XIX в. С. 17.

Недостаточно высокая эффективность применения ше стовых мин и мин-крылаток побудила С. О. Макарова вооружить катера торпедами. Для этой цели были пе реоборудованы два катера. На одном из них установи ли килевой аппарат, на другом — плотиковый. Несмот ря на то, что торпедные аппараты были далеко не со вершенны, они все же обеспечивали достаточно надежное крепление торпед на катерах и стрельбу ими с дистанции до 100 м.

Минные катера провели две атаки торпедами. Одна из них 14 января 1878 г. закончилась потоплением на Ба тумском рейде турецкого вооруженного парохода «Ин тибах» [1. С. 90]. Это было первое в истории успешное применение торпедного оружия в боевых действиях на море.

Таблица Тактико-технические характеристики корабельной нарезной артиллерии образца 1867—1877 гг.

Максимальная даль Начальная Масса снаряда, ность стрельбы (при Калибр, скорость снаря кг угле возвышения 6°), мм да, м/с кб 1867 г. 1877 г. 1867 г. 1877 г. 1867 г. 1877 г.

305 301,2 331,3 447 570 16 27, 208 231,0 249,5 425 454 19 203 84,7 — 411 — 15,5 — 152 38 41,4 437 543 — 21, П р и м е ч а н и е. Таблица составлена на основании фактических данных источника: Павлович Н. Б. Развитие тактики Военно-Морско го Флота. М., 1979. Ч. 1. С. 24, 25, 27.

Дерзкие атаки минных катеров настолько парализова ли командование турецкого флота на Черном море, что оно не только отказалось от активных действий, но и пол ностью прекратило к концу войны посылку кораблей к устью Дуная и Кавказскому побережью.

Интересным фактом в истории военно-морского искус ства является идея постановки активного минного заграж дения в Босфоре. Она возникла в связи с угрозой вторже ния английского флота в Черное море уже после оконча ния войны и заключения перемирия с Турцией.

В феврале 1878 г., когда русская армия подошла к Стам булу, английское правительство направило в Мраморное море эскадру броненосных кораблей с целью не допу стить, чтобы русские заняли столицу Турции и Босфор.

Дабы сорвать военную демонстрацию англичан и прегра дить им путь в Черное море, русское командование при няло решение заминировать Босфор. Выполнение этой задачи возложили на вице-адмирала А. А. Попова — од ного из наиболее последовательных сторонников идеи ми нирования пролива.

Таблица Тактико-технические характеристики торпед русского флота 60—70-х годов XIX в.

Общая Масса Даль Обра- Калибр, Скорость, Длина, м масса, заряда, ность зец, год мм уз кг кг хода, м 1866 355 3,35 136 8 6—7 1868 355 3,56 160 18 6—7 1876 375 5,63 356 25 20 1878 375 5,7 400 40 20,5 П р и м е ч а н и е. Таблица составлена на основании фактических данных источников: РГА ВМФ. Ф. 410. Д. 5961. Л. 30—38;

Павло вич Н. Б. Развитие тактики Военно-Морского Флота. М., 1979. Ч. 1.

С. 34.

Специальный штаб, сформированный вице-адмиралом А. А. Поповым, разработал план постановки минного за граждения. По расчетам, для минирования пролива тре бовалось около 400—500 мин [РГА ВМФ. Ф. 243. Оп. 7.

Д. 9384. Л. 171—172]. Для постановки минных заграж дений выделили вооруженные пароходы «Великий князь Константин» и «Веста». На них были сделаны приспособ ления для сбрасывания мин.

19 февраля 1878 г. Россия и Турция подписали в Сан Стефано (ныне Ешилькёй, близ Стамбула) мирный до говор. Однако напряженность во взаимоотношениях между Россией и Англией осталась.

Британский флот продолжал угрожать вторжением в Черное море. Поэтому русские моряки приготовле ний к заграждению Босфора не прекратили. К середине марта подготовка была закончена. «Великий князь Кон стантин» и «Веста» с запасами мин перешли в район Босфора. Англичане, узнав об этом, заявили, что если русские пароходы начнут минные постановки, то их флот захватит Босфор. От минирования Босфора при шлось отказаться. В апреле 1878 г. генерал Э. И. Тот лебен в письме к царю, в котором докладывал сложив шуюся обстановку на Черноморском театре после зак лючения Сан-Стефанского мирного договора, сообщал, что «заграждение Босфора минами при настоящих об стоятельствах есть дело немыслимое» [3. С. 55].

Однако, несмотря на то, что постановка мин в Босфоре не состоялась, идея этой постановки и ее масштабы сви детельствуют о высоком уровне развития отечественного военно-морского искусства в области применения минно го оружия.

Русско-турецкая война закончилась победой России. По Сан-Стефанскому договору Болгария, Босния и Герцего вина получили автономию, Сербия, Черногория и Румы ния — независимость, а России возвращалась часть тер ритории, отторгнутой Турцией во время Крымской вой ны. Но в дальнейшем под давлением Англии и Австрии, боявшихся усиления влияния России на Балканах, на Берлинском конгрессе в июне-июле 1878 г. условия Сан Стефанского мирного договора были пересмотрены с у щербом для России и славянских народов на Балканах [5. С. 620—621].

Решающую роль в достижении победы над Турцией сыграла русская армия, нанесшая противнику ряд серьез ных поражений на Балканском и Кавказском театрах. Уг роза захвата Стамбула вынудила турецкое правительство заключить с Россией мирный договор.

Существенную помощь армии в достижении победы оказал военно-морской флот. Моряки обеспечили пере праву главных сил армии через Дунай, вместе с сухопут ными войсками организовали надежную противодесант ную оборону побережья и портов на Черном море. Ак тивными действиями на коммуникациях они нанесли противнику ощутимые потери, а к концу войны почти пол ностью парализовали деятельность турецкого броненос ного флота на Черном море.

Несмотря на то, что военно-морской флот в войне с Турцией играл второстепенную роль, а масштабы его боевых действий были сравнительно небольшие, опыт вооруженной борьбы на море оказал существенное вли яние на развитие сил и боевых средств флота и некото рых областей военно-морского искусства во второй по ловине XIX в.

Преобладающим видом боевой деятельности русского флота на морском и речном театрах являлись совмест ные действия с сухопутными войсками. Характерной осо бенностью совместных действий было тесное взаимодей ствие армии и сил флота при решении всех задач, особенно при форсировании войсками Дуная и защите Черноморско го побережья. Переправа 160-тысячной армии через ши рокий водный рубеж при наличии у противника довольно сильной речной военной флотилии стала возможной бла годаря согласованным действиям войск и отрядов кораб лей, выделенных для обеспечения безопасности перепра вы через Дунай, под единым командованием сухопутного начальника.

Немаловажную роль в организации надежной проти водесантной обороны на побережье Черного моря сыг рал правильный учет опыта Крымской войны. Противо десантная оборона в ходе войны 1877—1878 гг. получи ла дальнейшее развитие: была увеличена глубина обороны с сухопутного и морского направлений, были созданы мобильные подразделения для поддержки береговых на блюдательных постов и крупные ударные группировки войск для уничтожения высадившихся вражеских десан тов, широко использовалось минное оружие для защиты со стороны моря наиболее важных береговых объектов.

Кроме того, с подчинением всех сил и средств противоде сантной обороны единому начальнику защита побережья стала носить активный характер.

Важнейшей составной частью противодесантной обо роны побережья являлась оборона баз и портов. Наибо лее полно проблема обороны базы флота была решена в Одессе. Новым здесь было: вынесение оборонительных минных заграждений в море на предельную дистанцию стрельбы береговой артиллерии;

выделение специальных сил (вооруженных пароходов и минных катеров) для ох раны водного района базы;

несение дозорной службы на подходах к базе в ночное время;

использование плавучих батарей и новых средств — осветительных аппаратов (про жекторов);

выделение специальных подразделений войск для обороны базы с суши;

создание круговой обороны базы;

подчинение всех сил и средств обороны, в том числе и су хопутных, единому начальнику, ответственному за обо рону Одессы.

Важнейшим элементом обороны баз и портов на Чер ном море являлись минно-артиллерийские позиции. В ходе войны они были значительно усилены за счет улучшения боевых качеств минного и артиллерийского оружия, а так же использования плавучих артиллерийских батарей.

Применение плавбатарей позволило вынести минные за граждения дальше в море и таким образом увеличить глу бину обороны базы с морского направления. Охрану мин ных заграждений обеспечивали специально выделенные силы.

В ходе войны 1877—1878 гг. впервые в истории была разработана инструкция для ведения оборонительного боя на минно-артиллерийской позиции. Ее содержание поло жило начало разработке теории ведения позиционного боя в прибрежном районе, сыгравшей затем заметную роль в организации применения сил флота в оборонительных действиях.

Русско-турецкая война оказала заметное влияние и на развитие теории и практики ведения крейсерских действий с использованием вспомогательных крейсеров — воору женных пароходов. Опыт использования их на коммуни кациях в Черном море показал, что даже при превосход стве противника в силах они способны существенно на рушить его морские сообщения. Постоянная угроза со стороны крейсерских сил заставила турецкое командова ние отказаться от активных действий и сосредоточить уси лия флота на защите морских коммуникаций. Опыт ус пешного применения вооруженных пароходов дал новый толчок развитию крейсерских сил.

Наиболее существенное влияние опыт русско-турецкой войны оказал на развитие и использование минного ору жия. В пассивных и активных минных заграждениях было выставлено в общей сложности около 1900 гальваниче ских и ударных мин. В ходе вооруженной борьбы на море определились важнейшие требования к тактике использо вания минного оружия в различных видах минных заграж дений: правильный выбор районов и мест постановки мин с учетом задач и характера географических условий теат ра;

скрытность минных постановок;



Pages:     | 1 |   ...   | 10 | 11 || 13 | 14 |   ...   | 17 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.